Электронная библиотека » Грегори Макдональд » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Флетч"


  • Текст добавлен: 28 октября 2013, 15:13


Автор книги: Грегори Макдональд


Жанр: Современные детективы, Детективы


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Грегори Макдональд
ФЛЕТЧ

Глава 1

– Как тебя зовут?

– Флетч.

– Фамилия?

– Флетчер.

– Имя?

– Ирвин.

– Как?

– Ирвин. Ирвин Флетчер. Но все зовут меня Флетч.

– Ирвин Флетчер. У меня есть к тебе предложение. Я дам тысячу долларов только за то, что ты согласишься выслушать меня. Если решишь, что мое предложение тебе не подходит, возьмешь тысячу долларов, уйдешь отсюда и никому не расскажешь о нашем разговоре. По-моему, справедливо, а?

– Речь пойдет о преступлении? Вы хотите, чтобы я нарушил закон?

– Естественно.

– Тогда справедливо. За тысячу долларов я могу вас выслушать. Что от меня требуется?

– Я хочу, чтобы ты меня убил.

Черные, припорошенные песком туфли прошлись по восточному ковру. Мужчина достал из внутреннего кармана пиджака конверт и бросил на колени Флетчу. Из него выпали десять стодолларовых банкнотов.



Мужчина возвратился на второй день, чтобы получше разглядеть Флетча. Их разделяло лишь тридцать ярдов, но он воспользовался биноклем.

На третий день они столкнулись у пивной стойки.

– Я хочу, чтобы ты пошел со мной.

– Зачем?

– У меня к тебе дело.

– Я в эти игры не играю.

– Я тоже. Хочу предложить тебе работенку.

– Почему бы нам не поговариить здесь?

– Вопрос весьма деликатный.

– Куда мы пойдем?

– Ко мне домой. Я хочу, чтобы ты знал, где я живу. У тебя на пляже осталась одежда?

– Только рубашка.

– Забери ее. Моя машина – серый «ягуар ХКЕ». Я буду ждать в кабине.

В пляжной толпе незнакомец в деловом костюме напоминал страхового агента, попавшего на веселую пирушку. Но никто не обращал на него ни малейшего внимания.

Вместе с рубашкой Флетч поднял с песка лежащий под ней пластиковый мешочек и сел неподалеку от своих приятелей. Разглядывая океанские просторы, он задумчиво потягивая пиво, держал банку в левой руке а правой рыл в песке под рубашкой яму.

– Что случилось? – спросила Бобби.

– Думаю. – Флетч опустил мешочек в яму и заровнял над ним песок. – Пожалуй, я уйду. Ненадолго.

– Ты вернешься к вечеру?

– Не знаю.

Закинув рубашку через плечо, он пошел к набережной.

– Дай глотнуть на последок. – Бобби приподнялась на локте и отпила из банки. – Хорошо, – вздохнула она.

– Эй, парень, ты куда? – позвал Кризи.

– Ухожу, – ответил Флетч. – Слишком жарко.

Он запомнил цифры номерного знака «ягуара» – 440—001.

Флетч сидел, зажав коленями банку холодного пива. Ехали молча, лицо мужчины под солнцезащитными очками напоминало маску. На левой руке блестело университетское кольцо. Прикуривал он от золотой зажигалки, которую доставал из кармана пиджака, предпочитая ее той, что была в приборной доске.

В машине было прохладно, работал кондиционер. Флетч открыл окно, и мужчина выключил кондиционер.

Выехав на шоссе, ведущее к северу от города, он прибавил скорость. Машина плавно проходила повороты. Затем они свернули налево, к Харторпу, потом направо, на, Бермэн-стрит.

Дом стоял поперек Бермэн-стрит, обращая ее в тупик. Если бы не предупреждения вывешенные на кованых железных воротах: «ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ СТЕНВИКА – ВХОД ВОСПРЕЩЕН», – он бы и не заметил, что улица перешла в подъездную дорогу к дому. По обе стороны дороги зеленели просторные лужайки.

Флетч выбросил через окно пустую банку. Мужчина, казалось этого не заметил.

Дом с белыми колоннами перед широкой террасой строился по канонам архитектуры южных штатов.

Мужчина пропустил Флетча вперед и закрыл за собой дверь библиотеки.

– Почему вы хотите умереть?

Почти невесомый конверт лежал на ладони Флетча.

– Меня ждет долгое, болезненное и неизбежное умирание.

– Как так?

– Недавно мне сказали, что у меня рак. Я проверял и перепроверял поставленный диагноз. Он окончателен. Неизлечимый неоперабельный рак.

– По вашему виду это не заметно.

– Я даже не чувствую, что болен. Пока болезнь в ранней стадии. Врачи говорят, что должно пройти какое-то время, прежде чем кто-то поймет, что я болен. Потом все будет кончено, и очень быстро.

– И сколько вам осталось?

– Они говорят, месяца три, возможно, четыре. Но наверняка меньше шести. Как я понял с их слов, уже через месяц я не смогу скрыть признаки болезни.

– И что? Месяц есть месяц.

– Когда принимаешь такое решение… если собираешься… умереть… э… надо осуществлять его как можно скорее. Лучше умереть сразу.

Заложив руки за спину, мужчина смотрел в сад. Флетч решил, что ему больше тридцати.

– Почему вы не покончите жизнь самоубийством? Зачем понадобился я?

– Я застрахован на три миллиона долларов. У меня жена и ребенок. Самоубийца, вернее, его наследники не получают страховки. С другой стороны, три миллиона долларов не стоят страданий, ожидающих меня. Мне представляется, что я нашел самое разумное решение.

Картины на стенах не понравились Флетчу, но он отметил про себя, что это подлинники.

– Почему именно я?

– Ты бродяга. В городе тебя никто не ждал. Так же незаметно ты и уйдешь. Никто не будет связывать тебя с убийством. Видишь ли, я продумал твой отъезд. Для меня очень важно, чтобы ты благополучно исчез. Если тебя поймают и заставят говорить, а молчать тебе в общем-то ни к чему, страховая компания не выплатит ни цента.

– Допустим, я не бродяга? А если я просто приехал в отпуск?

– Что ты хочешь этим сказать? Ты в отпуске?

– Нет.

– Я наблюдал за тобой несколько дней. Ты сидишь на пляже среди всякой швали. Общаешься только с наркоманами. Я пришел к выводу, что ты один из них.

– Может, я полицейский?

– Правда?

– Нет.

– У тебя отличный загар, Ирвин Флетчер. Ты тощ, как дворовый кот. У тебя ноги в мозолях. Должно быть, ты давненько бродяжничаешь.

– Почему вы выбрали меня, а не кого-нибудь из этих мальчиков на берегу?

– Ты не мальчик. Выглядишь молодо, но тебе около тридцати.

– Двадцать девять.

– И деградировал ты меньше остальных. Полагаю, ты наркоман, иначе не смог бы жить среди этих психов. Но еще способен соображать.

– Я – внушающий доверие бродяга.

– Не зазнавайся понапрасну.

– На чем основана ваша уверенность, что я пойду на убийство? – спросил Флетч.

– На двадцати тысячах долларов. Плюс гарантия, что тебя не поймают.

Мужчина долго смотрел в окно, поэтому его глаза не сразу приспособились к полумраку библиотеки. От Флетча не укрылось презрение, сквозившее в его взгляде.

– Не станешь же ты уверять, что деньги тебе не нужны. Наркоманам они нужны всегда. Даже начинающим. Возможно, ты ухватишься за эту возможность, чтобы избежать настоящих преступлений, которые тебе неминуемо придется совершить.

– Разве это преступление не настоящее?

– Это милосердное убийство. Ты женат?

– Был, – ответил Флетч. – Дважды.

– А теперь ты бродяжничаешь. Откуда ты?

– Сиэтл.

– Я прошу тебя совершить акт милосердия, взять деньги и смыться. Что в этом плохого?

– Я не знаю. Не уверен.

– Ты готов слушать дальше?

– О чем?

– О моем плане. Ты будешь слушать или уйдешь?

– Я готов. Говорите.

– Умереть я хочу в следующий четверг, ровно через неделю, примерно в половине девятого вечера. Это будет обычное убийство с ограблением. По четвергам прислуги не бывает, это их выходной день, а жена уедет в «Рэкетсклаб». Двери на террасу будут не заперты, чертовы слуги вечно про них забывают. – Он приоткрыл дверь и тут же закрыл ее. – Раньше я ругал их за расхлябанность, но теперь понял, как воспользоваться этим. Собаки у нас сейчас нет. Я буду ждать тебя в этой комнате. Сейф открою сам, там ты найдешь двадцать тысяч долларов, десятками и двадцатками. После убийства они станут твоими. Полагаю, ты не сможешь вскрыть сейф?

– Нет.

– Плохо. Взломанный сейф выглядел бы правдоподобнее. По крайней мере не забудь надеть перчатки. Я не хочу, чтобы тебя нашли по отпечаткам пальцев. Вот здесь, – мужчина выдвинул правый ящик стола, – всегда лежит заряженный пистолет. – Это был «Смит и Вассон» тридцать восьмого калибра. Мужчина показал Флетчу, что пистолет заряжен. – Я решил, что лучше воспользоваться моим пистолетом, чтобы след не привел к тебе. Ожидая тебя, я переверну парочку стульев, выверну на пол содержимое ящиков, чтобы никто не сомневался в ограблении. Все должно выглядеть так, будто я застал тебя на месте преступления, но ты уже успел обшарить стол, нашел пистолет и застрелил меня. Ты умеешь стрелять?

– Да.

– Служил в армии?

– Да. На флоте.

– Стреляй в голову или сердце. Смерть тогда наступает быстро и безболезненно. И, ради бога, не промахнись. У тебя есть паспорт?

– Нет, – соврал Флетч.

– Естественно, нет. Раздобудь. Этим ты должен заняться в первую очередь. Туристский сезон еще не начался, так что уложишься в три-четыре дня. Но начинай завтра же. Убив меня, ты сядешь в «Ягуар» – он будет перед домом – и поедешь в аэропорт. Оставь машину на стоянке «Транс Уорлд Эрлайнс». Ты полетишь в Буэнос-Айрес 11-ти часовым рейсом. Завтра же закажу билет на твое имя и оплачу его. Думаю, тебе хватит 20-тысяч долларов, чтобы поразвлечься в Буэнос-Айресе год или два.

– Пятьдесят тысяч долларов позволят мне развлекаться дольше.

– Ты хочешь 50 тысяч? Убийство не стоит так дорого.

– Вы забываете, что жертвой станете вы. Вы же хотите, чтобы все было по-человечески.

Мужчина презрительно сощурился.

– Ты прав. Полагаю, я смогу достать 50 тысяч, не вызывая подозрений. – Он вновь повернулся к окну. Судя по всему, вид Флетча был ему неприятен. – Я постараюсь принять все меры, чтобы тебя не поймали. Ты должен лишь не забыть про перчатки и паспорт. Пистолет лежит в столе, место в самолете я забронирую и оплачу. Так возьмешься?

– Будьте уверены, – ответил Флетч.

Глава 2

– Клара?

– Где ты, Флетч?

– В телефонной будке.

– У тебя все в порядке?

– Конечно.

– Этого я и боялась.

– Я тоже люблю тебя, стерва этакая.

– Комплиментами ты вряд ли чего-то добьешься.

– Мне от тебя ничего не нужно. Послушай, я приеду сегодня вечером.

– В редакцию?

– Да.

– Зачем?

– Думаю, я нашел кое-что интересное.

– Это связано со статьей о распространении наркотиков?

– К сожалению, наркотики тут не причем.

– Тогда я не хочу ничего слышать.

– Я и не собираюсь тебе рассказывать.

– Френк опять интересовался статьей о наркотиках.

– Пошел он к черту.

– Ему нужна статья, Флетч. Она запланирована в воскресное приложение, и ее ждали от тебя три недели назад.

– Я над ней работаю.

– Статья нужна ему немедленно, Флетчер. С фотографиями. Фрэнк буквально кипел от негодования, и тебе известно, как я тебя люблю.

– Ты стояла за меня, не так ли, Клара?

– Черта с два.

– Ты не можешь снять меня с расследования, и Фрэнк это понимает. Я затратил на него слишком много времени. К тому же ни у кого в редакции нет такого загара, как у меня.

– Зато я могу уволить тебя за невыполнение задания.

– Не хватит ли разговоров, Клара? Я только хотел сказать, что приеду сегодня.

– Koe-кто этому очень обрадуется.

– Моему прибытию?

– Естественно, Флетчер. Какой-то скользкий тип, назвавшийся адвокатом, весь день искал тебя в редакции. Похоже, ты не платишь алименты.

– Какой жене на этот раз?

– Откуда мне знать. Неужели ты платишь хоть одной?

– Они обе хотели избавиться от меня. Теперь они свободны.

– Но суд постановил, что ты не свободен от них.

– Когда мне понадобится юридическая консультация, Клара, я обязательно обращусь к тебе.

– Держи этих бездельников подальше от редакции. Нам хватает забот и без твоих алиментов.

– Ты совершенно права, Клара.

– И не возвращайся без готовой статьи.

– Пусть мои птенчики отдохнут от меня. Тем более я сказал им, что мне надо уехать. На некоторое время. Я вернусь завтра вечером. И проведу еще один чудесный уик-энд на пляже.

– А я говорю нет, Флетчер. Твое пребывание в городе наверняка не осталось незамеченным, особенно если ты действительно что-то откопал. Если увидят, как ты садишься в машину и едешь в редакцию, все может открыться.

– Мне еще нужно и поработать в архиве.

– Для твоей статьи? О наркоманах?

– Нет. Для другой.

– Плевать мы хотели на другую статью, пока ты не сдал эту.

– Клара, я замерз. Я все еще в плавках.

– Надеюсь, ты не простудишься. Выметайся из будки и займись делом. Уже половина восьмого, и у меня был трудный день.

– До свидания, Клара. Так приятно поболтать с тобой. Будь осторожнее, а то в постели Фрэнка тебе сведет ногу судорогой.

– Мерзавец.

Пробежка по берегу согрела Флетча. В лучах заходящего солнца его фигура отбрасывала гигантскую тень, шаги казались огромными. Как обычно в эти дни, пляж еще не опустел. Около лачуги Толстяка Сэма Флетч бросил рубашку на песок и сел рядом. Прицел оказался точным. Под рубашкой Флетч выкопал пластиковый мешок. Пальцы подсказали ему, что фотоаппарат целехонек.

Завернув мешок в рубашку, Флетч пошел вдоль берега. Дома все росли, увеличивались и промежутки между ними.

На песке валялась чековая книжка. Флетч поднял ее. «Торговый банк». Имени владельца на чеках не было, но стоял номер счета и сумма вклада – семьсот восемьдесят пять долларов и тридцать четыре цента.

Флетч засунул чековую книжку в задний карман вылинявших, отрезанных выше колена джинсов.

Мужчина, собравшийся жарить мясо, заорал на Флетча, когда тот решил сократить путь, перескочив через его забор. Флетч помахал ему рукой.

Взяв в конторе ключи, Флетч по заляпанному маслом асфальтовому полу гаража прошел к своему «МG». В багажнике лежали целые джинсы и свитер.

– Эй, ты! – заорал лысый толстяк сторож. – Здесь нельзя переодеваться.

– А мне нужно.

– Остряк нашелся. А если сюда зайдет дама?

– В Калифорнии давно нет дам.

Перед тем, как выехать из гаража, он включил диктофон, надежно закрепив его ремнем безопасности на переднем сиденье. Фотоаппарат он положил в «бардачок», обмотал провод вокруг шеи, а микрофон болтался чуть ниже подбородкa.

– Алан Стэнвик, – начал Флетч, махнув рукой кричащему толстяку, – следил за мной несколько дней, когда я по заданию «Ньюс-Трибюн» пытался выяснить, кто и как распространяет на пляже наркотики, а сегодня предложил убить его ровно через неделю, в следующий четверг, в половине девятого вечера. В результате своих наблюдений он пришел к выводу, что я бродяга и наркоман. По крайней мере, я думаю, что получил задание на убийство от Алана Стенвика. Я никогда не видел Стэнвика, но мужчина, обратившийся ко мне, привез меня в особняк Стэнвика на Бермэн-стрит. Я знаю, что существует человек, которого зовут Алан Стэнвик. Амелия Шэрклифф тысячу раз упоминала его в колонке светской хроники: молодой, богатый, пользующийся всеобщим уважением. Быстрая проверка по фотографической картотеке в редакции позволит определить, кто обращался ко мне. Алан Стэнвик или нет.

Как журналист, я должен скептически воспринимать любую информацию до тех пор, пока не проверю, что она соответствует действительности.

Свое столь не обычное требование Стэнвик обосновал тем, что умирает от рака. У меня нет опыта в диагностике раковых заболеваний, но для непосвященных он вполне здоров.

С другой стороны, поведение Стэнвика не дает повода для сомнений в его словах.

Истинность его намерений подтверждает и упоминание о трехмиллионной. страховке. Если он покончит жизнь самоубийством, страховая компания действительно не выплатит ни цента.

Мужчина, назвавшийся Стэнвиком, говорит, что у него жена и ребенок.

Он разработал довольно подробный план своего убийства.

Получив паспорт, я должен войти в дом Стэнвика через дверь, ведущую из библиотеки на террасу, в следующий четверг, в половине девятого вечера. Его жена будет на собрании в «Рэкетс-клабе». У слуг четверг – выходной день.

Стэнвик обещал перевернуть стулья и вывалить на пол содержимое ящиков, чтобы имитировать ограбление. Сейф он тоже откроет сам.

Я должен взять пистолет «Смит и Вессон» тридцать восьмого калибра из верхнего правого ящика стола и выстрелить в Стэнвика так, чтобы по возможности безболезненно его убить. Он показал мне, что пистолет заряжен.

Затем в машине Стэнвика, сером «Ягуаре XKE», номер 440—001, я поеду в аэропорт и сяду в самолет компании «Транс Уорлд Эрлайнс», вылетающий в одиннадцать вечера в Буэнос-Айрес. Билет на мое имя будет заказан завтра.

За эти услуги Стэнвик готов заплатить мне пятьдесят тысяч долларов. Я найду их в открытом сейфе наличными, купюрами по десять и двадцать долларов.

Сначала он предложил мне двадцать тысяч. Я поднял цену до пятидесяти, чтобы убедиться в серьезности его намерений.

Как выяснилось, он не шутил.

Наблюдая за мной, он решил, что я ему подойду. Он следил за мной несколько дней и убедился, что я бродяга и наркоман.

Он не знал моего имени, ему вообще ничего неизвестно обо мне.

Стэнвик даже не подозревает, что я популярный молодой журналист И. М. Флетчер из «Ньюс-Трибюн», который так невзлюбил свои имена, Ирвин Морис, что никогда не подписывается ими. Я И. М. Флетчер. По заданию редакции я работаю над статьей о распространении наркотиков.

Вопросы, возникшие на текущий момент, весьма очевидны.

Сам ли Алан Стэнвик предложил мне убить его? Болен ли он раком? Застрахован ли он на три миллиона долларов? Неужели он действительно хочет, чтобы я его убил?

Ответ на каждый из вопросов может стать отличной статьей.

Хотя я признаю, что мне пришлось воевать, сейчас я только журналист.

Любая история, касающаяся Алана Стэнвика, вызывает интерес.

Поэтому я согласился убить Алана Стэнвика.

Мое согласие на убийство дает мне ровно неделю, в течение которой я могу быть уверен в том, что он не станет жертвой другого кандидата в убийцы.

Я понимаю, что поступаю нечестно.

Но не зря же отец учил сына, когда разговор зашел о целомудрии: «Сынок, если ты не будешь первым, им станет кто-то другой».

Глава 3

– Кэрредайн.

– Это И. М. Флетчер.

– Слушаю, мистер Флетчер.

– Я пишу для «Ньюс-Трибюн».

– О!

– Вы экономический редактор, не так ли?

– А я имею честь говорить с тем самым дерьмом, написавшим, будто в Калифорнии скоро не будет денег?

– Я действительно писал что-то в этом роде.

– Ты просто дерьмо после этого.

– Благодарю за покупку воскресной газеты.

– Ха, я прочел ее в редакции в понедельник.

– Понятно.

– Что тебе от меня нужно, Флетчер?

В дверь каморки Флетча просунулась голова мужчины лет сорока с выгоревшими на солнце светлыми волосами. Увидев, что Флетч говорит по телефону, голова исчезла.

– Меня интересует человек по имени Алан Стэнвик.

– Алан Стэнвик?

– Да.

Фотографии на столе Флетча неопровержимо устанавливали личность мужчины, обратившегося к нему на пляже: Алан Стэнвик в деловом костюме, Алан Стэнвик в черном галстуке, Алан Стэнвик в летной форме: да, именно Алан Стэнвик хотел уйти из жизни с его помощью.

– Он женился на «Коллинз Авиэйшн».

– На всей сразу?

– Его жена – единственная дочь президента и председателя совета директоров.

– Стало быть, безработица ему не грозит.

– Желаю тебе оказаться на его месте.

– У Френка, нашего босса, нет дочерей. Только сукины сыновья.

– Насколько мне помнится, Алан Стэнвик – исполнительный вице-президент «Коллинз Авиэйшн».

– Чудесам нет конца.

– Через несколько лет он должен стать президентом.

– Его будущее куется в постели.

– Нет, как я понимаю, он оказался весьма компетентным специалистом. Окончил Гарвард или Уортон. Умный парень и, судя по отзывам, очень хороший человек.

– Как идут дела у «Коллинз Авиэйшн»?

– По-моему, неплохо. Корпорацией руководит Алан Стэнвик. Его тесть практически ни во что не вмешивается. Проводит все время в «Рекетс-Клабе». Организует теннисные турниры. У корпорации солидная репутация. Я как-то не следил за ней. Но могу присмотреться повнимательнее. Ее акции практически не продаются. Львиная их доля принадлежит Коллинзу и его старым дружкам, которые входят в совет директоров.

– Стало быть, все может случиться?

– Почти все. Ты хочешь, чтобы я занялся «Коллинз»?

– Да.

– Все, что можно узнать о Стэнвике, его жене, Коллинзе, «Коллинз Авиэйшин» как в личном, так и в профессиональном плане.

– Почему я должен работать на тебя?

– Вы экономический редактор «Ньюс-Трибюн», не так ли?

– Мне не хотелось бы ошибиться и возложить вину на вас.

– На меня? В чем я виноват?

– Ответственность за экономическую сторону любой статьи ложится на вас.

– Клара Сноу говорит, что ты дерьмо.

– Мой внутренний номер 705. Заранее благодарю.

– Боже!

– Нет. И. М. Флетчер.

Телефонный справочник оказался на книжной полке. Пока вытаскивал его, не обращая внимания на сыпавшиеся на пол бумаги, в дверь вошел мужчина, на этот раз не блондин, и уселся в кресло.

– Мистер Флетчер?

– Да.

– Я Джиллет из «Джиллет, Уорхем и О'Браен».

– Подумать только.

– Адвокат вашей жены.

– Какой именно?

– Миссис Линды Флетчер.

– А, Линды. Как она поживает?

– Плохо, мистер Флетчер. Очень плохо.

– Как жаль! Такая милая крошка!

– Она очень огорчена, так как после развода вы не выплатили ей ни единого цента алиментов.

– Однажды я пригласил ее на ленч.

– Она несколько раз говорила мне о том случае. Ваша щедрость не осталась незамеченной. Вы должны выплатить ей три тысячи четыреста двадцать девять долларов. Учитывая съеденный за ленчем гамбургер, можно забыть про оставшиеся центы.

– Благодарю.

KОЛЛИНЗ АВИЭЙШИН: 553—0477.

– Скажите мне, мистер Уорхем…

– Джиллет…

– Обращаюсь к вам, как к адвокату.

– Я не имею права взять вас в клиенты. Должен добавить, я и не хотел бы иметь такого клиента.

– Тем не менее вы пришли сюда, расселись в моем кресле, наверное, очень не хотите, чтобы вас вышвырнули из него, а мне надо работать. Я знаю, что вы представляете уважаемую юридическую контору. Только в самых уважаемых конторах компаньоны лично приходят за тремя тысячами долларов. Вы болтаетесь по редакции всю неделю. Должно быть, вам нечем платить за аренду помещения. Или вы облапошили Лину больше, чем на три сотни из причитающихся ей трех тысяч?

– О чем вы хотели спросить, мистер Флетчер?

– Как, по-вашему, мистер Джиллет, является важным то обстоятельство, что я никогда не соглашался на уплату алиментов? Я даже не хотел разводиться.

– Меня это не касается. Суд постановил, что вы должны платить, и вы будете платить.

– Хочу спросить, не показалась ли вам странной эта история. Однажды вечером я прихожу домой, Линды нет. А на следующее утро я узнаю, что она развелась со мной, потому что я ее бросил.

– С вами это не впервой, мистер Флетчер. Для молодого человека, не достигшего тридцати лет, два развода более чем достаточно.

– Я сентиментален и сторонник традиций.

– Пока вы будете жениться, вам…

– Обещаю вам! Больше не женюсь. Слишком дорого приходится платить за то, что тебя бросают.

– Знаете, миссис Флетчер, много рассказывала мне о вас.

– Вы тоже приглашали ее на ленч?

– Мы беседовали в моем кабинете.

– Так я и думал.

– Она отметила, что у вас злобный и вспыльчивый характер, вы лжец и обманщик, и она покинула ваш стол и кров, потому что не могла больше терпеть. Она убежала, спасая свою жизнь.

– Злобный и вспыльчивый… Глупости. Наступил разок коту на хвост.

– Вы выбросили кота с седьмого этажа.

– Вся квартира провоняла котом.

– Миссис Флетчер пришла к выводу, что в следующий раз на месте кота окажется она. Поэтому, дождавшись, когда вы уйдете на работу, она собрала вещи и покинула ваш дом.

– Ерунда. От нее никогда не пахло. Она постоянно принимала душ. И мыла волосы каждые полчаса.

– Мистер Флетчер, как вы отметили сами, я жду вас целую неделю. По каким-то причинам в редакции не сочли нужным сообщить мне о вашем местопребывании. У меня есть право вызвать вас в суд, и на этот раз, смею вас уверить, вам не удастся уклониться от ответственности. Так как мы решим? Заплатите немедленно или принудите меня прибегнуть к помощи суда?

– Больше разговоров. – Флетч достал из ящика стола найденную на пляже чековую книжку «Торгового банка». – Так уж получилось, мистер Джиллет, что эту неделю я играл в покер. Выиграл семь тысяч долларов. Вчера вечером положил деньги в банк. Если вы возьмете чек и подержите его у себя десять дней…

– Разумеется.

– Тогда оставшейся суммы мне хватит, чтобы заплатить налоги и помыть автомашину, не так ли?

– Думаю, что да.

– Так сколько вы хотите получить?

– Три тысячи четыреста двадцать девять долларов и сорок семь центов.

– Мы, кажется, решили забыть о центах. Ленч стоил дороже.

– Да, да. Вы совершенно правы.

– Денежки счет любят, знаете ли.

Флетч выписал чек на выплату Линде Флетчер и неразборчиво подписался.

– Возьмите, мистер Джиллет. Благодарю вас за ваш визит. Жаль, что мы не на седьмом этаже.

– С вами приятно иметь дело, мистер Флетчер.

Подойдя к двери, Джиллет все еще держал чек в руке. Toлько тут Флетч заметил, что на костюме адвоката не было ни одного кармана. «Как же он обходится без карманов?» – подумал он.

– Между прочим, мистер Флетчер, я прочел вашу статью о несправедливости судебных решений по бракоразводным процессам, в особенности по выплате алиментов.

– Благодарю вас.

– Вынужден сказать, что это глупая и необъективная статья.

– Необъективная?

– Абсолютно необъективная.

– Я вас понимаю. Вы же адвокат по разводам. Почему бы вам не подняться на следующую ступень вашей карьеры и не стать сутенером?

– Считаю, что любой адвокат по разводам, в том числе и я, может подать на вас в суд за эту статью и выиграть дело.

– Я цитировал ваших коллег.

– Я не знаком с ними.

– Мне разрешено ссылаться лишь на официальные документы.

Джиллет попытался на прощание придать лицу надменное выражение. У Флетча же сложилось впечатление, что тому хочется чихнуть.

– Коллинз Авиэйшн. Доброе утро.

– Доброе утро. Я хотел бы поговорить с секретаршей мистера Стэнвика.

– Одну минуту, пожалуйста.

Флетч скинул под столом теннисные туфли. Линолеум приятно холодил голые ноги.

– Кабинет мистера Стэнвика.

– Доброе утро. Я Боб Олсон из «Кроникл газетт». – представился Флетч. – Мы готовим материал для женской страницы и нуждаемся в вашей помощи.

– Да, пожалуйста.

– Это будет легкая статейка, ничего особенного.

– Я понимаю.

– Мы хотим написать о частных врачах знаменитостей нашего города. Нам кажется, что читательниц это развлечет.

– Несомненно.

– Не смогли бы вы назвать нам имя личного врача мистера Стэнвика?

– О, я не уверена, что мистер Стэнвик разрешил бы назвать его вам.

– Мистер Стэнвик у себя?

– Да, только что прошел в кабинет.

– Вам не затруднит рассказать ему о нашей просьбе? Если мы напечатаем фамилию доктора, мистер Стэнвик, возможно, больше не получит от него ни одного счета. Напомните мистеру Стэнвику, что докторам у нас не разрешается рекламировать свои успехи.

– Я знаю, – хохотнула секретарша. – Подождите минутку.

Ожидая, Флетч взял со стола конверт с десятью стодолларовыми банкнотами и бросил его в ящик.

– Мистер Олсон? Мистер Стэнвик посмеялся и разрешил сказать вам, что его личный врач – доктор Джозеф Делвин из Медицинского центра.

– Отлично.

В четверг вечером человек готовит собственное убийство, а в пятницу утром смеется над тем, что кто-то хочет узнать фамилию его личного врача. Да, мистер Стэнвик не мог жаловаться на слабую нервную систему.

– Когда ваш материал появится в газете, мистер Олсон?

– Ну, если мы сможем достать фотографию доктора Делвина…

– Хотя бы приблизительно.

– В следующую пятницу. – ответил Флетч.

– Прекрасно. Я скажу мистеру Стэнвику, чтобы он обязательно купил «Кроникл газетт» в пятницу.

– Конечно. Пусть непременно купит.

И Флетч положил трубку.



Медицинский Центр… Медицинский Центр… Алан Стэнвик рассчитывает, что его убьют в следующий четверг вечером. При этом в пятницу он собирается купить утренний выпуск «Кроникл газетт», чтобы прочитать статью о своем враче. Ну и жизнь! Значит, все было враньем… 553—9696.

– Медицинский Центр. Доброе утро.

– Пожалуйста, кабинет доктора Джозефа Делвина.

– Одну минуту.

– Кабинет доктора Делвина. Доброе утро.

– Доброе утро. Доктора Делвина, пожалуйста.

– Доктор ведет прием. Не ммогу ли я чем нибудь вам помочь?

– К сожалению, мне необходимо поговорить с ним лично.

– О…

– Это страховая компания. Мистер Алан Стэнвик застраховался у нас…

– Понятно.

– Возникли некоторые сложности со страховкой…

– Одну минуту. Я посмотрю, свободен ли доктор Делвин.

Из трубки до Флетча донесся голос то ли секретарши, то ли медсестры: «Звонят из страховой компании мистера Стэнвика. Они хотят что-то узнать».

Другую трубку сняли немедленно.

– Да?

– Доброе утро, доктор. Как вы уже знаете, Алан Стэнвик застраховал у нас жизнь…

– Да.

– Он ваш пациент?

– В общем, да.

– Что значит в общем?

– Видите ли, я семейный врач Коллинзов. Джон Коллинз и я жили в одной комнате, когда учились в колледже. Стэнвик женился на его дочери Джоан, поэтому можно сказать, что я и его врач. Но встречаюсь я с ним только в обществе.

– С какого времени мистер Стэнвик стал вашим пациентом, доктор?

– С тех пор, как переехал сюда. Примерно шесть лет назад. Если хотите, я могу уточнить.

– Нет, этого достаточно, доктор. Мы лишь просматриваем страховые контракты некоторых клиентов. Как вам известно, мистер Стэнвик застрахован на большую сумму.

– Да, я знаю об этом.

– Кстати, почему? Что заставило его так дорого оценить свою жизнь?

– О, это идея Джона. Алан обожает летать на экспериментальных самолетах. Видите ли, он служил в авиации, прежде чем поступил в Уортон. Он продолжает летать и не упускает случая поднять в воздух что-то непонятное. Я думаю, его полеты имеют какое-то отношение к корпорации, где он работает.

– Eсли мистер Стэнвик погибнет, его семья действительно потеряет три миллиона?

– Не знаю. Наверное. Стоимость акций наверняка упадет, а основной пакет принадлежит Коллинзам. Алан – сказочный принц корпорации, а замены ему нет. С его смертью нарушится управление, возникнут кадровые проблемы. Да, полагаю, что смерть Алана принесет семье очень большие убытки.

– Понятно.

– Но, честно говоря, я не думаю, что именно в этом состоит причина столь значительной страховки.

– Да?

– Джон заставил Алана застраховаться на три миллиона после рождения Джулии, надеясь, что этим заставит его отказаться от рискованных полетов. Он думал, что большие выплаты остановят Алана. Как-то за коктейлем Джон сам сказал мне об этом. Я, помнится, ответил, что в этом случае кое у кого может возникнуть желание убить человека, застрахованного на такую огромную сумму. Намек на его дочь не показался Джону забавным.

– Кто такая Джулия?

– Внучка. То есть дочь Джоан. Джоан и Алана. Очаровательная малышка.

– Мистер Стэнвик по-прежнему летает?

– Да. Как только где-то что-то построят, он тут как тут. И платит за страховку.

– Когда вы в последний раз осматривали мистера Стэнвика, доктор?

– Ни разу после того, как он подписал страховой полис. Вы же каждые полгода досконально проверяете его здоровье. Сколько раз человек может проходить медицинский осмотр?

– Значит, он к вам не обращается?

– Нет. Я же сказал, мы видимся только в гостях. На коктейле у Джона или на обеде в клубе.

– И как его состояние здоровья?

– Точный ответ можно дать лишь по результатам осмотра. Если исходить из того, что я видел в бассейне или раздевалке, Алан стройный, мускулистый, хорошо сложенный и абсолютно здоровый молодой человек. Пьет он мало, практически не курит. У него фигура двадцатилетнего боксера. Я думаю он без труда выдержит все пятнадцать раундов.


Страницы книги >> 1 2 3 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации