151 500 произведений, 34 900 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 1

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 3 октября 2013, 21:47

Автор книги: Конни Мейсон


Жанр: Исторические любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +18

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Конни Мейсон

Сладостный плен (Мой раб, мой господин)

ПРОЛОГ

Колорадо, лето 1850 г.

Десятилетний Райдер Ларсон оглянулся и заметил, что его младшая сестра Эбби еле плетется позади. Мальчик остановился и отчитал ее:

– Поторапливайся, Эбби. Ты же хорошо знаешь, что говорит папа о тех, кто попусту тратит время. Нам необходимо добраться до Форта Лион засветло.

Сначала шестилетняя Эбби энергично засеменила маленькими пухлыми ножками, но неожиданно заупрямилась и уселась на камень, всем своим видом показывая, что не собирается вставать.

– Я что, уже не могу и отдохнуть немножко? – захныкала она.

Сердито посмотрев на нее, Райдер сокрушенно вздохнул, схватил девочку за руку и потянул, пытаясь поставить сестру на ноги.

– Ну, давай, Эбби. Пошли. Отдохнешь, когда дойдем до фургона. Пойми, папа очень беспокоится. Когда мы вместе с Метьюсами решили отделиться от обоза и свернуть с дороги на Орегон в другую сторону, то хозяин предупредил, что на тропу войны вышли индейцы племен кроу и сиу.

Зеб Ларсон, отец Эбби и Райдера, свернул с дороги возле Огалалы, где и объединился с Метьюсами. Семьи собирались поселиться неподалеку от Денвера. Теперь, когда до Форта Лион оставалось рукой подать, они решили отдохнуть перед последним перегоном. Зеб отправил старших детей насобирать сухих щепок для костра.

Эбби, выслушав брата, широко распахнула глаза и испуганно оглянулась. Должно быть, предупреждение брата достигло желаемого результата. Девочка встала и поплелась дальше без возражений.

Райдер нес в руке большую корзину, полную сухих щепок.

Внезапно тишина прерий была нарушена. Откуда-то из-за гребня холма выскочил отряд индейцев кроу. Громкие леденящие кровь крики разносились над равниной и эхом отдавались в горах. Дети буквально оцепенели от ужаса – разрисованные полуголые индейцы бросились к совершенно беззащитным фургонам.

– Мама! Папа! – жалобно закричала Эбби, и Райдер мгновенно опомнился. Бросив корзину, мальчик схватил сестру за руку и потащил к нагромождению огромных камней.

– Тихо! – приказал он, толкнув девочку на землю и прикрывая своим телом. Он чувствовал, как сестренка вздрагивает от страха, и попытался ради нее успокоиться.

В глубине души Райдер Ларсон понимал, что нет никакой надежды на то, что родители останутся в живых. Сердце разрывалось от горя и жалости к родителям и младшей сестренке Сиерре, которая была совсем крошкой, потому и не могла еще отходить далеко от фургона.

Ружейные выстрелы и устрашающие крики нарушили мирную тишину прерий, превратив это место в долину смерти. Сидя на корточках за камнями, Райдер закрыл глаза и заткнул уши, чтобы не видеть и не слышать ничего. Возле фургонов свершалось что-то ужасное. Теперь он должен придумать что-то и спасти жизнь младшей сестры.

Внезапно наступили тишина. Мальчик поднял голову, и кровь застыла у него в венах. Фургон Метьюсов был охвачен ярким пламенем. Практически от него остался только металлический остов. Фургон Ларсонов был перевернут, все содержимое валялось на земле, но пока еще не горело. Индейцы радостно танцевали вокруг пылающего фургона, они размахивали копьями и потрясали в воздухе ружьями. Тела переселенцев лежали неподалеку от фургонов.

Оказалось, что убиты и несколько налетчиков. Инстинкт подсказывал мальчику, что мать и отец, конечно, мертвы, как и Сиерра, и Метьюсы.

Вдруг один из разрисованных воинов побежал к уцелевшему фургону, размахивая горящей головешкой. Райдер снова зажмурился. Он не хотел смотреть, как дикарь уничтожает то единственное, что они считали своим домом. Теперь он окончательно понял и осознал, что они с Эбби остались единственными родными людьми в этом мире. Все, кого он любил, кто был ему дорог – умерли.

Если бы Райдер сразу открыл глаза, то был бы ошарашен не на шутку, вероятно, не в последний раз. Из-за ближайшего холма появился отряд чейенов – смертельных врагов кроу. Как только налетчики заметили своих противников, они сразу же бросились бежать. Индейцев кроу было вдвое больше, чем чейенов, но несмотря на это, они быстро развернули лошадей, прихватили с собой все, что можно унести и скрылись из виду, даже не успев поджечь фургон Ларсонов.

Ужасные боевые крики и заставили мальчика обратить внимание на происходящее. Он изумленно и растерянно смотрел, как налетчики скрылись за холмами, угнав украденных лошадей. За ними по пятам мчался другой отряд индейцев. Райдер не понимал, что все это означает, но в одном он был уверен – родителей и трехлетнюю Сиерру уже не спасти.

Райдер медленно поднялся на ноги. Он был совершенно сбит с толку страшными событиями. Только что он и Эбби остались сиротами. Эбби растерянно топталась рядом с ним, она тоже ничего не понимала. Из ее ясных серых глаз катились крупные слезы. Дети слишком поздно поняли свою ошибку. Один из чейенов заметил их и что-то крикнул. Несколько человек отделились от отряда и направили низкорослых лошадей к валуну, за которым прятались дети.

– Беги, Эбби, беги! – закричал Райдер, отчаянно отталкивая от себя девочку. Но Эбби оцепенела от ужаса и крепко вцепилась в руку брата.

Индейцы подъехали к детям. Один воин легко подхватил девочку и посадил ее перед собой на лошадь. Второй воин подхватил Райдера. И как мальчик отчаянно ни сопротивлялся, он легко справился с ним. Потом отряд разделился, часть чейенов отправились преследовать кроу, несколько человек с детьми вернулись в лагерь.

Позади остались фургоны. Один сгорел дотла, второй лежал на боку. Среди тел четырех эмигрантов лежали тела мертвых кроу.

Ларсоны были так близки к цели, всего несколько часов пути отделяли их от Форта Лион.

ГЛАВА 1

Сентябрь, 1864 г.

Дождевая Слезинка бесстрастно смотрела на раненого солдата, лежащего на земле. Хотя она и не присоединилась к другим женщинам, которые плевали и насмехались над умирающим человеком, девушка ненавидела белых также, как и ее друзья.

– Он слишком красив для бледнолицего, не так ли, Дождевая Слезинка?

Девушка недоумевающе взглянула на подругу Летнюю Луну, а потом опять посмотрела на солдата, которого только что приволокли в лагерь, привязав позади лошадей, принадлежащих ее отцу Белому, вождю небольшого племени чейенов. Плотно облегающий фигуру пленника голубой мундир, насквозь пропитался алой кровью, сочившейся из многочисленных ран, оставленных копьями и стрелами чейенов. Одна из этих стрел все еще торчала в бедре солдата.

– Все белые мужчины – уроды, – не очень-то уверенно заявила Дождевая Слезинка. В действительности же, несмотря на плачевное состояние, молодой человек показался ей довольно-таки привлекательным.

Густые темно-желтые волосы напоминали цвет травы прерий в конце лета. Такой бывает трава перед тем, как мороз сделает ее коричневой. Грудь и плечи пленника были широкими и сильными, почти такими же, как у ее брата Быстрого Ветра. Оценивающе взглянув на распластавшегося по земле мужчину, девушка решила, что тот довольно высок ростом. Чувствовалось, как под разорванной формой непроизвольно напрягались мускулы, реагируя на боль.

– Твой отец сообщил, что этот солдат из Форта Лион. Только он один уцелел из патруля, когда воины защитников атаковали их сегодня, – объяснила Летняя Луна. – Сегодня ночью он будет желать только одного – умереть как можно скорее и присоединиться к остальным.

Дождевая Слезинка вздрогнула. Она знала, что произойдет сегодня ночью с этим беспомощным белым человеком. Ей исполнилось двадцать лет и такое она уже видела много раз. Сегодня ночью будет большой праздник с танцами вокруг костра и болтовней о подвигах воинов-защитников. Соберутся все члены племени. Молодые мужчины станут танцевать и пировать, а женщины присоединятся к торжествующим мужчинам, когда те примутся мучить пленника, как можно дольше оставляя его живым. Кульминацией вечера станет смерть солдата, но как долго ему придется ждать ее.

Так повелось с тех пор, как белый человек заставил чейенов, сиу и арапахо покинуть земли, на которых они чувствовали себя хозяевами. До прихода бледнолицых чейены были религиозным, мудрым и веселым народом. Сейчас они сражались, чтобы выжить. Племя чейенов тоже вышло на тропу войны, несмотря на то, что Черный Котел изо всех сил старался установить мир между индейцами и белыми.

Дождевая Слезинка на собственной судьбе ощутила все, что произошло с ее народом, когда тот отказался покинуть территории, принадлежащие ему по договорам. В 1857 году кавалерия загнала индейцев в Соломон Форк в Западном Канзасе, силой оружия и с помощью штыков отрезав им путь к отступлению. Невинные женщины и дети были убиты. Дождевую Слезинку ранили, когда она пыталась спасти свою мать Серую Горлицу. Мать девушки погибла во время той страшной бойни. В то время девочке было только тринадцать лет и смерть матери оказалась невосполнимой утратой. Девушка была благодарна Великому Духу за то, что отец, брат и бабушка уцелели.

Внезапно Летняя Луна схватила ее за руку и потащила за собой.

– Пошли, Дождевая Слезинка, я хочу вместе со всеми женщинами помучить солдата.

По пути Летняя Луна подобрала палку с заостренным концом. Дождевая Слезинка попыталась вырвать руку, в серых выразительных глазах появилось беспокойство. Хотя за последние годы девушка повидала много ужасного, она не могла радоваться издевкам над раненым. Летняя Луна заметила, что ее подруга не хочет идти с ней и грубовато усмехнулась.

– Вспомни о том, как он и ему подобные зверствуют, расправляясь с нашими людьми. У тебя слишком нежное сердце.

Волоча за собой Дождевую Слезинку, Летняя Луна пробралась поближе к пленнику и ткнула острым концом палки ему в ребра, удовлетворенно улыбаясь. Поразвлекавшись таким образом, она сунула палку подруге в руку и приказала:

– Теперь твоя очередь.

Мужчина оказался не в забытьи, как надеялась Дождевая Слезинка, он открыл глаза и попытался увернуться от нового удара.

Тело капитана Зака Мерсера горело. Стрела все еще торчала в бедре. Она оставила одну из многочисленных ран, но, возможно, самую серьезную. На теле было столько ран и каждая кровоточила! Молодому человеку казалось, что он чувствует, как жизнь медленно, но верно, покидает его. Безжалостные тычки кровожадных индианок, казалось, переполнили чашу терпения. Зак не имел понятия о том, сколько миль его волокли за лошадью, и очень удивился, что сумел выжить после столь тяжкого испытания.

Изнывающий от боли молодой человек пожалел только о том, что его не убили вместе с остальными товарищами. Он достаточно хорошо изучил обычаи индейцев и догадывался, что настоящие мучения еще впереди.

Зак застонал от боли, когда почувствовал еще один укол в ребра и медленно открыл глаза. Он изо всех сил сдерживался, старался не обращать внимания на боль, но когда женщины принялись мучить его, страдания стали почти невыносимыми. Человеческое тело может вытерпеть многое, но всему есть предел.

Он попытался рассмотреть жестокую мучительницу и попробовал увернуться от очередного удара. И несколько растерялся, увидев молодую индианку, которая уставилась на него испуганными серыми глазами – глазами, которые не могли принадлежать индианке. Это было просто немыслимо.

Дождевая Слезинка затаила дыхание. У пленника оказались умные ярко-голубые глаза, голубые, словно безоблачное летнее небо. Молодой человек с отчаянием смотрел на нее. Палка выпала из рук растерявшейся девушки. Презрительно фыркнув, Летняя Луна подобрала ее и снова ткнула в ребра пленника. Зак почувствовал удар, но только быстро моргнул и снова уставился на сероглазую девушку.

– Он очень смелый, – с уважением заметила Летняя Луна. – Но все равно не такой храбрый, как твой брат, Быстрый Ветер, – она мечтательно вздохнула. – Отец был бы в восторге, если бы такой отважный воин принялся ухаживать за мной.

Дождевая Слезинка почти не слушала болтовню подруги, ее вниманием полностью завладел пленник. С тех пор, как он увидел ее, солдат не отрывал от девушки взгляда. Казалось, он хочет сказать ей что-то. Он не понимает, как Дождевая Слезинка ненавидит его и ему подобных, всех, кто пытался разрушить жизнь ее народа.

К девушкам подошел высокий загорелый воин.

– Наш отец одержал сегодня многочисленные победы, сестренка, – сообщил он Дождевой Слезинке и презрительно сплюнул в сторону раненого солдата.

– Быстрый Ветер! – радостно приветствовала брата Дождевая Слезинка, почувствовав облегчение. Своим появлением юноша отвлек ее от пленника. – Ты сегодня был с отцом? Тоже побеждал врагов?

– Я хотел быть рядом с отцом, – сожалея, сказал Быстрый Ветер, – вместо того, чтобы сражаться с врагами, я охотился с отрядом воинов. Но и мы вернулись домой не с пустыми руками, маленькая сестренка. Мы привезли замечательного оленя. Сегодня ночью будет великий праздник.

– А что будет с пленником? – поинтересовалась Дождевая Слезинка. Она и так прекрасно знала, что с ним произойдет, но вопрос невольно слетел с языка, и девушка очень разозлилась за это на себя. Пленник словно бы задел в ее душе какую-то струну. Ненависть к бледнолицым не исчезла, но появилась какая-то новая, неведомая доселе горькая жалость, чувство, какого раньше Дождевая Слезинка никогда не испытывала.

Быстрый Ветер безразлично пожал плечами. Он был старше сестры на четыре года и уже несколько лет считался воином, не однажды видел, какими жестокими и безжалостными могут быть как бледнолицые, так и индейцы. Войне с людьми он предпочитал охоту. При желании любой человек может убить кого угодно.

– Сегодня ночью бледнолицый получит по заслугам, – молодой человек быстро и внимательно посмотрел на сестру. Быстрый Ветер хорошо знал, что девушка так же, как и он, не испытывает никакого удовольствия от созерцания пыток и убийств, но он понимал, что индейцев вынудили поступать так.

– Тебе вовсе не обязательно присутствовать на празднике, – напомнил он.

Дождевая Слезинка приподняла маленький подбородок и недовольно поджала губы. Быстрый Ветер улыбнулся, распознав привычный признак ее упрямой натуры. Он вспомнил то время, когда они были детьми… Нет, вспоминать не хотелось. Те годы уже прошли, миновали. Ничего теперь не имеет значения, кроме страданий притесняемого народа, борьбы за попранные бледнолицыми права и растоптанное достоинство маленького племени.

– Отец решит, что я трусиха, если не появлюсь у праздничного костра, – сказала Дождевая Слезинка.

– Ты никогда не была трусихой, – восхищенно воскликнул Быстрый Ветер. Он буквально обожал сестру. – Пестрый Мустанг первым согласится со мной. Когда ты прекратишь испытывать его терпение и решишься стать его женой?

– Переговоры все еще продолжаются, – сообщила Дождевая Слезинка. – Ты же прекрасно знаешь, как долго они могут тянуться. Отец ждет, когда семья Пестрого Мустанга предложит ему подарки. Если ему покажется, что их недостаточно, он может выбрать другого жениха.

Пленник неожиданно застонал и зашевелился, чем снова привлек к себе внимание.

– Возможно, он не доживет до ночи, – высказал предположение Быстрый Ветер.

Выражение лица Дождевой Слезинки неуловимо изменилось. Ее охватило смятение. Впервые в жизни девушка испытывала непонятное, но волнующее чувство жалости к белому человеку, она злилась на себя, но ничего не могла поделать.

Зак молча прислушивался к разговору между прекрасной индейской девушкой и молодым воином, но не понимал ни слова. Он пробыл на Западе совсем мало времени, знал, что молодые люди разговаривают на языке чейенов. К величайшему разочарованию его направили на западную границу. Он должен был участвовать в рейдах подавления волнений индейцев вплоть до окончания войны между штатами. Война медленно, но верно, приближалась к концу, но Заку очень хотелось оказаться там и праздновать победу над Югом. А вместо этого его направили в Форт Лион. И теперь он оказался в плену у индейцев, раненый, умирающий. А ему едва исполнилось тридцать лет.

Он не боялся смерти. Если бы он очень беспокоился за свою жизнь, то никогда не вступил бы в Объединенную Армию. И теперь страдал только из-за того, что не сумеет умереть достойно. Его будут унижать, мучить, бить. А эта полукровка с серебристыми глазами станет свидетельницей его унижений. Мысль об этом казалась нестерпимой. Он внимательно и не отрываясь глядел на девушку. Неожиданно ему почудилось, что в ее взгляде мелькнули жалость и сочувствие.

Совершенно очевидно, что у девушки белая мать, возможно, пленница. Вероятно, где-то в глубине сердца у нее осталась капля жалости к белому человеку, который принадлежит к расе ее матери. Зак решил сыграть на этом и хотя бы попытаться убедить ее помочь беззащитному пленнику. Зак подождал, когда уйдет воин, с которым разговаривала девушка, дождался, когда разбрелись женщины, которым наскучило забавляться.

Дождевая Слезинка посмотрела вслед брату и Летней Луне, а потом снова повернулась к пленнику.

Он все еще глядел на нее, глаза лихорадочно сверкали. Женщинам надоело мучить пленника и они неторопливо потянулись к лагерю. Скоро и этого бледнолицего отволокут на середину деревни и привяжут к столбу, где он будет дожидаться праздника. Сообразив, что у нее больше нет предлога задерживаться, Дождевая Слезинка отвернулась и направилась в сторону деревни.

– Не уходи! – голос Зака прозвучал резко и хрипло, будто молодой человек выдавливал из себя каждое слово.

Дождевая Слезинка удивленно уставилась на него. Речь белого человека была ей непонятна, хотя… В сознании неожиданно всплывали какие-то разрозненные обрывки фраз, знакомых интонаций.

– Помоги мне. Я знаю, что ты наполовину белая. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Девушка отрицательно помотала головой. Она ничего не поняла из того, что сказал пленник.

– Ты говоришь по-английски? – прохрипел Зак. Желание выжить во что бы то ни стало овладело им со страшной силой.

Девушка широко открыла глаза. Она неожиданно обнаружила, что поняла речь бледнолицего. Дождевая Слезинка была буквально ошарашена, когда, казалось, совершенно незнакомое слово внезапно сорвалось с ее губ.

– Нет!

Зак попытался улыбнуться, но ему не удалось.

– Я был уверен, что ты говоришь по-английски. Ты поможешь мне?

Она промолчала.

– Но ты же наполовину белая, черт возьми!

– Нет! – резко повернувшись, Дождевая Слезинка бросилась бежать с такой скоростью, словно за ней гнался сам дьявол. Она испугалась, наконец-то сообразив, что отлично разобрала, о чем просит ее белый солдат. Но ведь уже много лет она была твердо убеждена в том, что не знает языка бледнолицых.

Он пытался убедить ее, что она белая. Она не белая! Нет! Дождевая Слезинка отгоняла от себя эту неприятную мысль, скрывшись в вигваме, где жила с братом и отцом. Бледнолицые еще хуже самых ненавистных врагов – пауни и кроу – предателей, трусов, лентяев, мерзких людишек. Девушка гордилась, что принадлежит к племени чейенов, гордилась отцом и братом. И хотя она старалась сделать смуглее свою белую кожу и регулярно красила волосы в черный цвет краской, сваренной из скорлупы грецких орехов, девушка никак не могла изменить серый цвет глаз. Но в душе Дождевая Слезинка считала себя чистокровной чейенкой и надеялась, что никто никогда не убедит ее в другом. Почему же этот белый человек заставил ее вспомнить то, чему нет ни места, ни смысла в ее теперешней жизни?

Как только на деревню опустились сумерки, загрохотали барабаны, извещая о начале праздника. Летняя Луна и ее подружка Утреннее Небо забежали за Дождевой Слезинкой. Но она предложила подругам отправиться без нее, сославшись на то, что еще не совсем готова. Она сидела перед очагом и рассеянно водила по длинным черным волосам гребешком из рога буйвола, который вырезал для нее Быстрый Ветер. Гребешок был одной из ее ценностей. Вдруг полог вигвама откинулся, и в проеме показался Быстрый Ветер.

– Почему ты еще не на празднике, маленькая сестренка? Или твой желудок слишком слаб для такого развлечения?

Брат нарочно поддразнивал ее. Дождевая Слезинка стиснула зубы и нахмурилась.

– Я могу задать тебе тот же вопрос, братишка? Быстрый Ветер улыбнулся. Дождевая Слезинка залюбовалась им – какой он все-таки красивый. Не удивительно, что все девушки племени из кожи готовы выскочить, лишь бы обратить на себя его внимание. Но до сих пор ни одна из них не сумела завоевать благосклонность Быстрого Ветра. Он был высокий и мускулистый. Загорелая упругая кожа плотно обтягивала выступающие бугры мышц.

– Утром я отправляюсь в Форт Уэлд, – пояснил Быстрый Ветер. – Буду сопровождать Белого Орла. Мы отправляемся для того, чтобы вступить в мирные переговоры, которые навязывают нам солдаты и их правительство. Если наступит мир, они обещают больше не опустошать наши деревни и не зверствовать. Черный Котел надеется, что это последние переговоры, которые положат конец войне между нашими народами, – в голосе молодого человека слышалась горечь. – Черный Котел – старый человек, он мечтает о мире. Но мне кажется, мир никогда не придет на эту землю.

– Я не обвиняю тебя и твоих друзей в жестокости, – страстно сказала Дождевая Слезинка. – Понятно, что бледнолицые не успокоятся до тех пор, пока не загонят всех индейцев в резервации. Мы умрем в нищете. Я их всех страшно ненавижу. И очень беспокоюсь за тебя и отца.

Быстрый Ветер ласково посмотрел на нее и рассмеялся.

– Мы сумеем постоять за себя, маленькая сестренка. Но о тебе я беспокоюсь. Защитники остаются для охраны лагеря. И Пестрый Мустанг тоже, так как еще не оправился от ранения. Я попросил его хорошо присматривать за тобой.

Девушка гневно вздернула подбородок и возмутилась.

– Я и сама могу за себя постоять. Неплохо стреляю, умею охотиться и держаться в седле не хуже воина, как и ты, старший брат.

– Все равно, будь осторожна, Дождевая Слезинка. Мы с тобой настоящие брат и сестра, – серые глаза, точно такие же, как и у девушки, говорили сами за себя, не было необходимости доказывать их близкое родство. – Наверное, у меня больше не будет возможности попрощаться с тобой перед отъездом. Сегодняшние празднества продлятся почти до рассвета. Мне придется сидеть рядом с отцом на совете. Сегодня воины будут много болтать и рассказывать различные истории. Много раз пересчитают удачи. Поступки наших храбрых воинов действительно заслуживают награды.

– Отважнее тебя нет никого, брат. Летняя Луна считает тебя самым неотразимым мужчиной. Когда ты наконец выберешь себе жену и осчастливишь какую-нибудь девушку? – она лукаво усмехнулась. Но на Быстрого Ветра ее слова не произвели никакого впечатления.

– Когда буду готов, – коротко ответил он и дотронулся до руки Дождевой Слезинки. – Пошли, уже пора на праздник. Отец, наверное, очень удивлен, почему мы опаздываем.

– Бледнолицый все еще жив?

Быстрый Ветер удивленно уставился на сестру.

– Я обратил на это внимание раньше. Кажется, тебя заинтересовал пленник?

Дождевая Слезинка закусила нижнюю губу, словно пыталась принять какое-то решение. Вдруг она спросила брата:

– Ты когда-нибудь задумывался о наших настоящих родителях, Быстрый Ветер? – и тут же вспыхнула, испугавшись, что брат только посмеется над ней.

– Нет! Не задумывался! – резко ответил молодой человек и принялся пылко доказывать: – Чейены наш народ, никогда не забывай об этом. Ты не раз видела, как жестоки бледнолицые, какие они хитрые, коварные, лживые. Они хотят завладеть нашей землей, многие из моих друзей были убиты солдатами. Солдаты готовы вышвырнуть нас из домов. Нападают на невинных женщин и детей. Они хотят полностью истребить племя чейенов. Когда-то мы были миролюбивым народом. Например, Черный Котел и его племя и до сих пор остались такими. Но боюсь, если мы перестанем сопротивляться, то скоро все погибнем. Неужели ты считаешь, что бледнолицые примут нас в свое общество с радостью? Нет, маленькая сестренка, ты глубоко ошибаешься. Мы с тобой чейены. И навсегда останемся индейцами.

Воодушевленная пылкой речью Быстрого Ветра, Дождевая Слезинка воспрянула духом, словно хлебнула глоток целебного бальзама. Она видела своими глазами, как безжалостно солдаты уничтожают чейенов, и ее ненависть к ним никогда не ослабевала. Внезапное чувство жалости к светловолосому пленнику испарилось. Он ее враг. Его смерть ничего не значит. Крепко сжав руку брата, девушка вышла из вигвама. На землю давно опустились сумерки. Ограниченное пространство вокруг костра было высвечено зловещими отблесками багрово-красного пламени костра.

Зак словно балансировал на грани действительности и мучительного забытья. Он понимал – часы его жизни сочтены, и пытался отвлечь себя от мысли о том, что скоро должно произойти с ним. Он был хорошо осведомлен об индейцах и знал, что боль, испытываемая им сейчас, ничто по сравнению с теми муками, какие ему предстоит испытать нынешней ночью.

Мысленно он вернулся к тому ужасному моменту, когда несколько часов назад его притащили на веревке в лагерь чейенов. От боли он потерял сознание, а когда открыл глаза, то увидел полукровку, индейскую девушку, которая с ненавистью и презрением взирала на него. Он не мог заставить себя забыть о ней, несмотря на отчаянное положение. Она была настоящей красавицей, с тонкими чертами лица и дымчато-серыми глазами, которые опровергали ее индейское происхождение. Ростом она немного выше остальных женщин в деревне, а столь стройную фигурку невозможно скрыть под туникой из мягкой оленьей кожи. Если бы не черные волосы и не смуглая кожа, он никогда бы не подумал, что в ее жилах течет кровь этих дикарей. Женщины-индианки были круглолицыми и кареглазыми, она же напоминала узколицых сероглазых красавиц Кавказа.

Однако он чувствовал, как сильно девушка ненавидит его, даже не будучи с ним знакома. К несчастью, алчность белого человека сделала невозможным мирное сосуществование двух культур. Хотя Зак недолго пробыл на Западе и еще не участвовал ни в одном презираемом им побоище с индейцами, тем не менее, он ощущал себя частичкой той системы, которая оправдывала и сделала возможными подобные погромы.

Пляска вокруг огромного костра становилась все неистовей, по мере того, как в круг вступали все новые и новые мужчины и женщины. Зак догадывался, что пытки и его смерть станут главным событием сегодняшнего праздника. С невольным трепетом и ужасом, он представлял себе, что ждет его в конце вечера, хотя трусом себя не считал. Невыносимо болело бедро в том месте, где застряла стрела. Боль не прекратилась и тогда, когда стрелу извлекли из раны, а молодого человека поволокли в центр лагеря и привязали к столбу. Ноги не держали Зака, и он повис на руках, изо всех сил стараясь не потерять сознание.

Затих рокот барабанов, прекратились танцы, наступила напряженная тишина. Зак сообразил, что пришел его черед и гордо выпрямился. Неважно, что эти туземцы будут выделывать с ним, главное – он постарается оставить о себе хорошее впечатление. Он вызывающе смотрел на почти обнаженных, нелепо разрисованных людей и бессознательно пытался взглядом отыскать ту девушку, которую видел ранее. Для него сейчас самое важное – показать ей, что он не боится смерти, что белый человек может быть таким же храбрым и стойким, как и воин-индеец.

Дождевая Слезинка сегодня не разделяла восторга, который охватил ее родственников и друзей в предвкушении картины жестоких пыток, предстоящих пленнику. Она всегда ощущала себя не в своей тарелке при подобных церемониях, но сегодня не могла не пойти на праздник, внутреннее чувство толкало ее. Она бы все равно пошла, даже если бы очень захотела остаться в вигваме. Странное двойственное чувство охватило ее, когда она поняла, что он смотрит прямо ей в глаза.

Несмотря на тяжкие ранения, он не кричал и не молил о пощаде, как это делали большинство пленников. Наоборот, каким-то образом он сумел собраться с силами и гордо поднял голову. Он глядел на Дождевую Слезинку ввалившимися от страданий глазами. Девушка инстинктивно почувствовала, какой это гордый, храбрый и стойкий мужчина. Легко он не сдастся и умрет с достоинством. Ей почудилось, что губы бледнолицего шевелятся, словно он беззвучно говорит ей что-то. В мыслях у Дождевой Слезинки царила сумятица. Девушка отчаянно пыталась сосредоточиться. Бледнолицый смотрел на нее со смелостью отчаявшегося человека. Почему он так смотрит на нее? Что пытается сказать? Почему она так заволновалась?

Снова ритмично зарокотали барабаны, еще неистовее, чем раньше. Толпа рванулась к пленнику, невольно увлекая за собой Дождевую Слезинку. Она оказалась так близко к белому солдату, что могла коснуться его рукой. Снова смолкли барабаны, вперед выступил Белый Орел, потрясая в воздухе жезлом. Головной убор для торжественных церемоний, сделанный из птичьих перьев, волочился по земле. Вождь готовился подать сигнал ожидающим воинам. Пританцовывая вокруг пленника, индейцы размахивали палками и копьями перед лицом Зака, желая продлить его душевные муки и насладиться смятением и страхом, а уж потом приступить к пыткам.

Дождевая Слезинка хотела отойти в сторону, убежать, вернуться в вигвам, но какое-то внутреннее чувство удерживало ее на месте.

– Разве тебя это не возбуждает? – удивилась Летняя Луна, бочком пробираясь к подруге. – Мы поспорили, как долго сможет продержаться пленник, когда наши горячие воины начнут пытки.

Чейены любили игры, особенно споры и пари. Дождевая Слезинка покачала головой, не в состоянии отвести взгляда от пленника. Светлые волосы, освещенные пламенем костра, казались ярко-розовыми, а глаза стали такими синими, что почти ослепляли ее. Если бы кто-то предсказал ей ранее, что она совершит через мгновение, Дождевая Слезинка не поверила бы. Она осознавала, что поступает глупо.

Безответственно.

Необдуманно.

Двигаясь безотчетно, словно сомнамбула, Дождевая Слезинка вышла из толпы и заслонила пленника собой. Резко умолкли барабаны, а отец посмотрел на нее так, будто она лишилась рассудка.

– Что это значит, Дождевая Слезинка? – резко спросил Белый Орел.

– Разве у нашего племени нет такого обычая, сохранить жизнь пленника, если один из нас выйдет и объявит того своим рабом?

Белый Орел недовольно нахмурился. Конечно, такой обычай существовал, но он редко выполнялся, когда пленником оказывался мужчина. Пленниц редко истязали и замучивали до смерти, потому что женщину обычно забирал один из воинов.

– Ты знаешь наши обычаи не хуже меня, дочь. В голосе Белого Орла слышался упрек. Дождевая

Слезинка еле сдерживалась, чтобы не потерять над собой контроль. Но все ее существо восставало против жестоких обычаев. И сильнее всего она противилась изощренному убийству красивого русоволосого мужчины. Возможно, люди станут насмехаться над ней, удивятся неуместной жалости дочери вождя. Вероятно, она возненавидит себя за то, что спасла жизнь бледнолицему, но сейчас она не могла позволить соплеменникам расправиться с солдатом.

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 1 Оценок: 1
Популярные книги за неделю

Рекомендации