112 000 произведений, 32 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 1

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 6 марта 2016, 17:20


Автор книги: Наталья Павлищева


Жанр: История, Наука и Образование


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Наталья Павлищева
Небо славян. Велесова Русь

© Павлищева Н., 2015

© Иванов В., иллюстрации, 2015

© ООО «Издательство «Яуза», 2015

© ООО «Издательство «Э», 2015

О чем речь?

Откуда «есть пошла Земля Русская»?

Кто же не знает – от варягов, которые русь. От года прибытия Рюрика с братьями – 862-го – счет своим годам ведем. Тысячелетие отпраздновали, памятники поставили – где Рюрику, а где и всей России.

Так да не так!

Возможно, Рюрикова Русская Земля и началась с его прибытия, а вот сама Русь нет.


Утверждаю: Земля называться Русской, возможно, и стала после прихода Рюрика, но он сам и его братья со всеми родами, как написал летописец, пришли в южное Приладожье из… Руси! Нет, не той, которая потом станет Киевской, Московской или Владимиро-Суздальской. Не с Рослагена или острова Руян, не из Руотси, а именно из РУСИ ИЗНАЧАЛЬНОЙ, той, чьих конунгов скандинавы почитали за честь признавать своими конунгами, той, которую арабы называли самой богатой землей региона, торговавшей с половиной известного мира роскошными мехами, самоцветами, многими полезными ископаемыми, оловом и… рабами-славянами (!). Руси, которая существовала задолго до возникновения государственных образований в Скандинавии, по имени которой Один назвал свою новую родину (территорию будущей южной Швеции) Малым Свитьодом.


Нам столько лет внушали, что русские – часть братства славянских народов, что Русь создали шведские «приглашенцы», поскольку сами русские ну ничегошеньки путного создать не могли, что Русь, даже Рюрикова или мощная Киевская, всего лишь окраина цивилизованного европейского мира и прочее, прочее, прочее…, что мы поверили.

Почти поверили… и не все.

А что если забыть об этих «подарках» европейской науки и посмотреть на историю нашей земли и даже её географию непредвзято? Поверить не только домыслам европейских историков, но тому, что они старательно пытаются не замечать или замолчать?

Интересная картина вырисовывается, причем откровенно не совпадающая с общепринятым убеждением о неспособности русских ни к чему, кроме пьянства и поклонения всему иноземному.

Так, может, все наоборот – не они к нам, а наши предки к ним? Кто кого организовывал и цивилизовывал? Это большой вопрос, требующий серьезного изучения…


Не отметайте сразу то, что прочтете. Откройте карту и попытайтесь представить, что же могло происходить тысячелетия назад. Не десять или двадцать тысяч лет, а всего лишь 1000–1500, для истории это не срок.

Внимательно пройдитесь по карте следом за текстом, и вы поймете, что морочить голову шведскими дядями можно только тем, кто никогда не задавал въедливых вопросов. Первый же вопрос о логичности пути «из варяг в греки», описанном летописцем, вызывает шквал других. Вовсе не потому, что летописец что-то выдумал, просто мы домыслили то, чего в тексте нет или сделали выводы, подогнав их под уже навязанную теорию.

Дилетанты, конечно, сущее наказание для научных кругов, особенно те, что вмешиваются, расшатывая устоявшиеся теории (куда же девать тысячи защищенных диссертаций?), но иногда дилетанту, не обремененному научной теорией, видней. Так бывает.

Я не пытаюсь опровергнуть источники и даже теории, просто призываю вместе со мной посмотреть на все немного под другим углом зрения, на время чтения «забыв» о выводах многочисленных научных трудов. Даже если не согласитесь, то хотя бы основательно покопаетесь в прошлом нашей земли. Это познавательно само по себе.


Наши предки не шведские подопытные кролики и не окраина цивилизованной Европы! Во времена Рюрика русь (народ) была куда более развита, чем жители территории нынешнего Рослагена. Просто многие и многие поколения, уверовавшие, что на западе и солнце другое, постарались забыть собственную историю. А те же шведы не забыли, скандинавские саги свидетельствуют о десятках конунгов в Гардарики до (!) прихода в Ладогу Рюрика. Скандинавы не просто знали этих конунгов (а как же с отсутствием государственности у этих диких-диких руссов?), но и перечисляли их по именам, считали за честь породниться и даже… признавали их собственными конунгами.

Это не выдумка, почитайте Саксона Грамматика.

Но те, кого он называет в Гардах, жили, по крайней мере, на век раньше Рюрика. Так как же быть с отсутствием государства?

Где эти Гарды? Почему многие готовы ставить знак равенства между Хольмгардом и Новгородом, но не готовы признать, что этот самый Хольмгард был столицей сильнейшего и богатейшего государства задолго до призвания Рюрика (кстати, вовсе необязательно, что он располагался в районе Новгорода, скорее наоборот)?


Так где же была эта РУСЬ?

Давайте попробуем поискать вместе, задавая те самые въедливые вопросы.

Почему русские «прилагательные»

Нелепость?

А вы вдумайтесь.

Есть поляки, венгры (когда-то угры), англичане (англяне), немцы, шведы (свеи)… Были поляне, древляне, кривичи, чудь, весь, хазары, не к ночи будь помянуты, византийцы, которых в летописях упорно греками звали…

И были и есть русские. Не русы, руги, рутены и иже с ними, а русские… это как? Почему с великим и могучим народом вот так, в его собственном языке русские – прилагательное, обозначающее принадлежность. Отвечающее на вопрос «чьи» (помимо вопроса «кто», но, похоже, «чьи» – вопрос основной).

Кривичи, значит, сами свои и хазары собственные, и булгары, и чехи вон тоже… славяне были полабские (сидели в нижнем течении Лабы), поморские (не наши, это на южном берегу Балтийского моря), еще много какие, а русские… это кто?

Напрашивается логичный ответ: те, кто «под русами» жил, то есть управлялся русами или принадлежал им (во всяком случае, дань платил, хотя, например, вятичей, плативших дань хазарам, хазарскими не звали, так и продолжали величать вятичами).

Остается «мелочь» – понять, кто такие сами русы и кем это они правили.


«В год 6367 (859). Варяги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, с мери, и с кривичей. А хазары брали дань с полян, и с северян, и с вятичей по серебряной монете и по белке с дыма…»

«В год 6370 (862). Изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом».

И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву».

«И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готы, – вот так и эти».

«Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами».

«И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, – на Белоозере, а третий, Трувор, – в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля».


Вся цитата ради последней фразы: «И от тех варягов прозвалась Русская земля».


Сколько ни читала толкований и вариантов перевода, всюду одно: земля стала Русская.

Вы никогда не задумывались, почему не Русь стала, а только Русская земля?

В чем разница? Кажется, в том, что Русь – это все же государство, а Русская земля – территория, так или иначе ему принадлежащая, подвластная, возможно, не вся, возможно, лишь платившая дань, но территория, на которой жили люди русские независимо от принадлежности к племени словен или чуди, кривичей или мери… Это позже, когда матерью городов русских стал зваться Киев, к русским присоединились вятичи, радимичи и многие другие… А вот поляне или древляне окрест Киева или их юго-западные соседи себя русскими никогда не считали и были правы, потому что не русами уже управлялись, не теми, по чьему имени «прозвалась Русская земля».


Запутанно?

Попробуем распутать, поняв или хотя бы предположив, откуда на этой земле Русской появились словене и кривичи, славяне и варяги, и, конечно, сами русы, в чем правы (или неправы?) авторы древних источников и сочинители саг, что вообще могло быть там, где была Русь. Не Киевская, не Ростово-Суздальская или Владимирская, не Московия, а Русь, которая была до них, возможно, много более сильная, диктовавшая волю огромному региону и исчезнувшая, как Китеж-град, как Атлантида.


Не стоит объяснять, что главный источник среди русских летописей – это «Повесть временных лет…» (сокращенно ПВЛ). Неприкасаемая, растиражированная и клонированная отдельными частями и целыми текстами, вызывающая немыслимое количество вопросов без ответов, спорная и неоспоримая.

Не будем обсуждать достоинства и недостатки этой летописи, монах Нестор явно не придумал то, что записал, он пользовался многими другими источниками, которые потом уничтожили. Какими? Наверняка записями своих предшественников, а те – своих. Но какие предшественники могли быть, если, согласно официальной легенде (не признавать же эту нелепость фактом!), письменность на Руси появилась ну вот только что, словно для ПВЛ и была создана.

Это первый вопрос к летописи: откуда дровишки? Где библиография, где ссылки на использованную литературу? Плагиат, конечно, никто не против, но хотя бы объяснили, откуда скопировали, а не врали, что у язычников, дескать, и письменности не было.

Другие летописи либо переписывали те же источники, скромно умалчивая об их существовании (языческие же!), либо просто копировали саму ПВЛ, как в совсем недавние времена любой, кто желал получить заветную корочку под названием «Диплом», обязан был скопировать определенное количество работ классиков марксизма-ленинизма. Это называлось конспектированием и не зависело от выбранной специальности – диамат, истмат и научный коммунизм были обязательны для всех, без них диплома не видать.

«Три источника и три составные части…» – интересно, а все ли, послушно конспектировавшие эту работу, помнят последнее слово ее названия? «Марксизм» – вот оно, правда, не сразу и вспомнилось.

Летописцы переписывали ПВЛ, похоже, не слишком вдумываясь в содержание. Да и так ли важно для монаха-христианина, в каких отношениях меж собой были язычники, если все язычники для него «поганые» и жили «звериньским образом». Вот когда стала Русь христианской, тогда и началась ее история, а до того… какая разница?

И вообще, что мы знаем о Руси дохристианской, языческой? А ничего! Все сведения записаны и переданы потомкам христианами, а значит, просеяны сквозь частое сито, через которое только песок и просыпался, а алмазы остались. У Нестора куда больше рассуждений о разделении земель после Потопа между сыновьями Ноя и о проповедовании первых апостолов, чем о жизни на территории будущей Руси. Монах-христианин не захотел рассказывать о предках-язычниках ничего за те тысячелетия, которые они жили на территории будущей Руси. Не знал? Едва ли, просто не посчитал важным.

Но если бы только это…

Самого текста ПВЛ никто в глаза не видел, все только поздние (иногда очень поздние) списки (копии) этой летописи. Каждая летопись послушно начиналась с клона текста ПВЛ (ну прямо «Три источника и три составные части…»), и только потом следовало изложение более поздних событий. Копировали не буква в букву, но пересказывали, как хороший конспект. Естественно, переписывали вовсе не саму ПВЛ, а уже чью-то копию с нее. Представляете, как росла гора ошибок от копии к копии?

Можно бы, конечно, сопоставить эти копии, выбрав самые старые, и понять, где приврали. Но…

Самым древним известным списком считался Лаврентьевский, написанный якобы в 1377 году. Ценились также Троицкий, Ипатьевский и Радзивилловский списки. Есть еще много разных вариантов, но они более поздние. Лаврентьевский почему-то не был издан купившим его графом Мусиным-Пушкиным, а подарен императору Александру I, он и Троицкий подозрительно «благополучно» сгорели. Самые полные – Лаврентьевский и Радзивилловский. Радзивилловский был опубликован в виде факсимильного издания, не густо, но хоть что-то. Подлинник видели всего несколько человек.

Можно сколько угодно ругать или упрекать Носовского и Фоменко, попытавшихся перевернуть всю историю, но в их расследованиях есть рациональное зерно (и даже целый мешок таких зерен) – они применили математическую логику. И к изучению Радзивилловской летописи в том числе.

Конечно, исследовать пришлось по факсимильному изданию, то есть по снимкам, сделанным со списка, никто к самой рукописи столь «крамольных» личностей не допустил бы. Первое, на что математики обратили внимание, – нумерация листов арабскими цифрами, то есть присутствует двойная нумерация – церковнославянскими цифрами (буквенная) и арабскими. Историки объяснили это тем, что были утеряны два листа и сделана церковнославянская нумерация, а потом после переплета всей книги дополнена арабскими цифрами.

Даже если отвлечься от того, что обе нумерации «не заметили» перепутанных в конце летописи листов, все равно есть вопрос. Листы рукописи это не отдельная стопка бумаги формата А-4, а действительно большие листы, сложенные пополам, как в сшитых, а не клееных книгах. Несколько листов (их обычно от 4 до 10), вложенных один в другой, составляют тетрадь, несколько тетрадей – книгу.

Из этого следует простой вывод: количество листов в книге должно быть четным. Если, конечно, никакой не выдран из нее или, наоборот, не вклеен дополнительно.

В Радзивилловской летописи количество листов… 251.

Эта нестыковка заставила искать место «аварии» или «аварий», никто же не знал, сколько таких вставок или удалений может быть.

Всего тетрадей 32, 28 из них вопросов не вызывали, в них количество листов четное и ничто не порвано. А вот листы первых двух тетрадей оказались разорванными пополам, потому попали под подозрение. В результате внимательного изучения всех потертостей, исправлений нумерации и нестыковок текста обнаружено, что из первой тетради удалены два листа (то есть один разворот), исправлена нумерация на трех других и вставлен один, непарный – под церковнославянским номером 9 (арабская нумерация у которого – 8).

Нумерация здесь не столь важна, но как вы думаете, что за текст на этом самом «лишнем» листе?

Догадаться не так уж трудно – это знаменитое призвание варягов на Русь!

Но фальсификаторы не столь глупы, чтобы не понять, что нечетным числом листов заинтересуются, а посему к вставленному листу была сделана приписка, написанная явно позднее самой летописи, мол, здесь не хватает одного листа. Это на всякий случай, когда «найдется». Но в самом тексте никакого сбоя нет! Не было там еще одного листа, разве что фальсификатор «зарезервировал» на всякий случай. А ведь должен быть, если сравнивать текст с другими списками, и тоже очень важный тот самый:

«…от Адама до Потопа лет 2242,

А от Потопа до Авраама лет 1082…

…а от Христова рождества до Константина лет 318,

от Константина же до Михаила всего 542,

а от первого лета Михаила до первого лета Олега, русского князя, лет 29,

а от первого лета Ольгова, понеже седе в Киеве до первого лета Игорева лет 31…»

Константин и Михаил – византийские императоры. Конечно, Константин вовсе не правил целых 224 года, просто автор летописи других не знал. Михаил, кстати, прозвище имел Пьяница, а дата его правления ошибочно сдвинута на десять лет назад.

Этот перечень взят из других списков ПВЛ, он повторяется не раз. То есть в других списках вот эта хронология есть, а истории про призвание варягов нет, а в Радзивилловском списке наоборот.

Если бы не этот вставленный лист, никто о призванных варягах так и не узнал?

Как видите, никакого Гостомысла, который Рюриков дед, и, главное, никакого Рюрика с варягами! Что это? Фальсификатор Радзивилловской летописи решил и датировки подправить, прежде чем лист вставлять, да не успел? Времени было достаточно, летопись долго находилась в частной коллекции Оленина – директора Публичной библиотеки, приятельствующего с некоторыми весьма одиозными личностями вроде печально известного Сулакадзева, вытаскивавшего раритеты из рукава подобно фокуснику.

Вот и верь после этого летописям, вернее их фальсификаторам. На бедного Нестора столько телег накатали по поводу призвания варягов, а он-то не виноват, он ни сном ни духом…

Но это еще не все.

Можно ли вообще верить русским летописям?

Конечно, только очень-очень осторожно, особенно в той части, которая касается начала русской государственности (в этой, пожалуй, вообще верить нельзя). Почему?


Немного о тех, с чьей помощью летописи «всплывали» из небытия. Создается впечатление, что попросту бывали спешно если не написаны, то дописаны.

Жил-был некто Крёкшин Николай Никифорович, новгородский дворянин, чиновник, надзиравший в петровские времена за строительством в Кронштадте, служил не так чтобы честно, бывал осужден, потом оправдан, но главное – занимался сбором фактов и документов по русской истории. Много чего насобирал, но еще больше насочинял сам, у него был неплохой исторический архив, но…

Это вообще характерно для XIX века – даже в самых серьезных коллекциях соседствовали действительно ценные находки и безобразные подделки. Такое ощущение, что во времена Пушкина просто не уделяли достаточного внимания подлинности текстов.

Крёкшин известен своей полемикой с Миллером о родословной Романовых, которую выводил от Рюриковичей, а еще яростным спором с Ломоносовым (что не мешало им оставаться в хороших отношениях) по поводу происхождения Руси. Крёкшин отстаивал норманнскую теорию и призвание варягов с запада.

Кто у нас был главным собирателем древностей, которому везло немыслимо, просто подводами поставляли самые «звучные» рукописные материалы вроде «Слова о полку Игореве»? Граф Мусин-Пушкин собственной персоной. Вы поверите человеку, который объясняет внезапную состоятельность выигрышем в лотерею пятый раз подряд? Сомнение возьмет, как бы ни был человек одержим игрой, несколько ва-банков один за другим – уже мухлеж.

Но именно так выглядят бесконечные «находки» основополагающих древностей Мусиным-Пушкиным. И что поразительно: их многие видели, переписчики даже копировали, но, как назло, все, что вызывало сомнение, вовремя сгорало, исчезало, бывало утеряно. Надо сказать, что уровень подделок тех лет был очень высок, чего стоит коллекция Сулакадзева, в которой нужные материалы вдруг всплывали по первому требованию, вернее предоплате.

Как вы полагаете, где мог купить Мусин-Пушкин Лаврентьевский список, тот самый, с которого пошла гулять ПВЛ? Ему продали наследники (внуки) Крёкшина! Почему сам Крёкшин в споре с Ломоносовым ни словом не обмолвился о существовании такого документа? Еще не успели изготовить или не рискнул недоверчивому Михайле Васильевичу подделку показывать? – тот ведь крутехонек был, мог и рукоприкладством заняться! А может, никакого списка у Крёкшина не было, и его именем позже просто воспользовались?

Подозрительно, кстати, обнаружились такие документы, как «Слово о полку Игореве» и Лаврентьевский список Мусиным-Пушкиным; Ипатьевский, который ну просто в завалах библиотеки Академии наук, где была учтена каждая страница, вдруг «откопал» везучий Карамзин; Троицкая летопись, которую тогда же и тоже «случайно» обнаружил в ризнице монастыря (бесхозная ризница была, что ли?) Миллер… Все находки исключительно вовремя, как раз для подтверждения норманнской теории. Раньше ни сном ни духом, а тут как из рога изобилия – одна за другой. И что удивительно – в трех списках текст ПВЛ о призвании варягов – почти под копирку. Вот и возникает смутное подозрение: не сулакадзевские ли добры молодцы постарались, тем паче водяные знаки на бумаге всех трех списков одинаковые, хотя написаны они якобы в разное время и в разных местах.

О Радзивилловском списке и его проблемах вы помните… Те же водяные знаки с головой быка, кстати. А вот у Холмогорской летописи – водяные знаки в виде кувшинчика без ручки.


А к ПВЛ мы все же вернемся, потому что она основополагающая и потому, что вызывает вопросы, ответы на которые могут оказаться полезными.


Но не все в мире сошлось на наших летописях, есть и другие источники. Подробно старались описать дальние страны и народы, в них живущие, арабские авторы, причем не из праздного любопытства, а токмо пользы для. Ради купцов и часто с их слов составлялись эти описания, авторы не были ангажированы или вынуждены кромсать историю – ни к чему.

Им можно доверять часто больше, чем летописцам. В этих трудах не пересказ событий настоящих или вымышленных, а рассказ о том, какие народы живут в каких землях, чем отличаются друг от друга и чем могут быть полезны. Во времена, когда понятие дипломатической неприкосновенности даже на послов не всегда распространялось, знание особенностей быта, привычек и нравов жителей той или иной земли могло стать залогом выживания.

Ими мы воспользуемся, особенно теми, где содержатся только описания.


А еще есть фольклор, но не сказки, хотя они несут рациональное зерно, которое бывает трудно отделить от плевел выдумки, а, например, скандинавские саги. Понятно, что хвалебные произведения, за откровенное вранье в которых никто никого к суду не привлекал, едва ли объективны. В них все успехи суперменов нужно делить на десять, а неудачи на столько же умножать. Но упоминаниям каких-то земель или народов, там живущих, вполне можно верить, особенно если упоминания сделаны ради возвеличивания какого-то бандитствующего героя. То есть, если автор саги пишет, что герой-бандит ходил в Финнмарк защищать тамошних жителей от других … «героев», вполне можно верить, что на территории Финнмарка уже тогда жили те, кого можно пограбить, и были те, кто грабил.


Конечно, рассматривать стоит не одну «Повесть…», к тому же говоря о севере Руси (именно о нем пойдет речь), написанную или, по крайней мере, редактированную в Киеве по заказу киевского князя. Князя Владимира Мономаха мало заботили какие-то там кривичи или ильменские словене, но ему было важно доказать, что основатель рода Рюриковичей «не хуже» разных европейских ярлов. Если вспомнить, что его бабка – жена князя Ярослава Ингигерда – была шведкой, то требовался предок и по мужской линии оттуда же, чтобы «не хуже» был!

Стоит задаться вопросом: а имел ли вообще Вещий Олег отношение к Рюрику? И Игорь Старый тоже. Слишком велик временной разброс по линии Рюрик – Олег – Игорь – Святослав даже с учетом того, что за Игоря долго правил Олег, а за Святослава Ольга. Что-то там не так, у этих первых князей, и Рюрик ну ни малейшего отношения, например, к Киевской Руси не имел тоже. Он сел у Ильменя, а в Киев Олег, прихватив под мышку маленького Игоря, почему-то спешно отправился через несколько лет фактически покорять новые земли и племена.

Вся изначальная история Рюриковичей спорна и явно подогнана под генеральную линию: Рюриковичи – продолжатели дела Скъельдунгов. Зачем? Влияние шведской бабушки сказалось.


Но меня меньше интересует шведская бабушка Владимира Мономаха и ее родственники, а куда больше – Русь доваряжская, а если и варяги, то те, о которых летописец сказал, что они «русь», подчеркиваю: русь, а не свеи, норманны или еще кто-то пришлый с северо-запада, как бы ни пытались нас убедить, что без оных местным ну никак не организоваться.


Согласно официальной теории, Русь стала Русью у Ильменя, а до того была непонятно чем – разрозненными племенами, которые, меж собой разодравшись, позвали варягов-русь править.

Кто позвал? Обсуждению не подлежит, утверждено и законодательно закреплено: «…чудь, словене, кривичи и весь…». Русь – славянское государство, хотя и организованное варягами? Да, конечно, русские себя к славянскому братству извека относили. Но чудь – не славяне, и весь тоже, и даже кривичей, которые сидели на огромных пространствах, подковой огибая Приильменье, автор ПВЛ к славянам не относит, разве только тех, кто на реке Полоте.

Откуда в Приильменье взялись призвавшие Рюрика – тоже вопрос. Кривичи якобы двигались от Дуная и южнобалтийского Поморья и расселились очень широко. Если ориентироваться на нынешнюю карту, то это северо-восточная и восточная Беларусь, Псковская, Смоленская, часть Новгородской, часть Московской, Тверской и даже Ленинградской областей. Такой территорией не могли похвастать даже ильменские словене, им было «тесней».

Интересно, что прибалты до сих пор зовут русских «криви» и всегда считали это племя воинственным, хотя кривичи отличались как раз редкой способностью к быстрой ассимиляции.

Кривичей с их прежних земель где-то, то ли на Дунае, то ли на южном берегу Балтики, якобы «выдавливали» словене. То есть теснили с юго-запада на северо-восток, да так, что сами оказались дальше тех, кого оттесняли.

Кто бы объяснил, как можно оказаться в тылу тех, кто тебя преследует? Почему словене сели в Приильменье, а кривичи широченной полосой вокруг них, но словно позади? Посмотрите на карту, кто кого отдавливал, куда и откуда, если земли словен северо-восточней кривичских? Следуя логике, как раз наоборот: это словене выдавливали кривичей из Приильменья большим полукругом на запад, юго-запад и юг – именно такой дугой кривичи и жили. Тем более в Приильменье кривичские длинные курганы захоронений появились раньше словенских примерно на век.

Тогда откуда к Ильменю пришли сами словене?

Почему чудь летописцем упоминается дважды, словно, как и русы, была в двух экземплярах?


«Иафет же получил страны северные и западные… В странах же Иафета сидят русь, чудь и всякие народы: меря, мурома, весь, мордва, заволочская чудь, пермь, печера, емь, литва, угра, зимигола, корсь, летгола, либь. Ляхи же и прусы, чудь сидят близь моря Варяжского… Потомство Иафета также: варяги, шведы, норманы, готы, русь, англы, галлы, волохи, римляне, немцы, корлязи, венецианцы, генуэзцы и прочие…»


Последняя фраза удивительна, в ней варяги выделены в отдельный народ наряду со шведами, норманнами, римлянами, готами… русью…

Что это за винегрет в тексте, то «…варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готы…», то они же в строчку с остальными как отдельный народ?

Появляется ощущение, что летописец вообще ничего не знал о том, что творилось и даже располагалось северней Днепра до захвата Вещим Олегом Киева, иначе не говорил бы о Новгороде IX века, который тогда не существовал.


Если попытаться ответить на все вопросы, которые возникают при внимательном, дословном прочтении летописи, возникает картина, скажем прямо, далекая от той, какая присутствует в учебниках истории.

В качестве примеров буду цитировать «Повесть…», чтобы было понятно, откуда вопросы. На них уже ответили профессиональные историки, рассказав свою почти сказочную версию призвания варягов, которая многое не объясняет. Чтобы вопросы возникали снова и снова, достаточно просто положить перед собой карту европейской части России.


Замечание.

В паспортах граждан СССР был пресловутый пятый пункт, раз и навсегда определяющий национальность человека. Записывался он «по папе», то есть национальность отца определяла национальность сына или дочери. Это приводило к нелепицам, ребенок, получив сильные гены от мамы, довольно часто внешность имел от русской далекую, не говоря уже о том, что не всегда тот, кто называет себя отцом, таковым является биологически, недаром некоторые народы используют «матчество» вместо отчества.

Но это сейчас, когда сами народы уже давно определились и переопределились, а раньше, когда все было в движении? Если у ребенка папа – рус, а мама – скандинавка или наоборот, он кто?

Предлагается смотреть, в какой среде человек вырос, мол, если воспитан в русском роду, с первых дней впитал определенный язык, обряды, навыки, правила поведения, значит, русский, даже если мама китаянка. Скандинавские конунги, воспитанные на Руси, например Харальд Боезуб или Харальд Трюгвассон, русскими не стали, напротив, поспешили на родину, чтобы быть правителями своих земель. А вот князя Ярослава по прозвищу Мудрого я бы русским не назвала, даром что правил в Киеве и родителей имел славян. Брат Харальда Боезуба Рандвер (Ратимир) имел папу – руса Ратибора и маму – скандинавку Ауд Богатую (дочь конунга Ивара Широкие Объятья), но правил шведами, норманнами и данами и погиб при захвате земель нынешней Англии. А его сын Сигурд Кольцо, победивший дядю Харальда в битве при Бравалле, стал настоящим правителем Дании, Швеции, части Норвегии и саксов… А «по папе» он русский… Я еще расскажу об этих конунгах подробней.


Мы привыкли думать, что на Балтике в Средние века безраздельно хозяйничали шведы, норвежцы и датчане, однако это не так. Шведская «Хроника Эрика» сообщает:

«Швеция имела много бед…

Они (нападавшие) плыли от моря и вверх в Мелар и в штиль, и в непогоду, и в бурю, тайно проплывая мимо шведских шхер, и очень часто совершали здесь грабежи.

Однажды у них появилось такое желание, что они сожгли Сигтуну, и жгли все настолько до основания, что этот город уже не поднялся. Архиепископ Ион был там убит, этому многие язычники радовались, что христианам пришлось так плохо, это радовало землю…».

Как вы полагаете, чью землю радовало и кто разорил Сигтуну? «…это радовало землю карел и руссов…». А первая строчка полностью выглядит так: «Швеция имела много бед от карел и много несчастий…»

Это разорение (практически уничтожение тогдашней Сигтуны – главного торгового города Швеции, только что вставшего взамен Бирки) имело место в 1187 году. Карелы и впрямь приплыли неожиданно для шведов, в своем имении в Альмарстеке, закрывавшем вход в протоки к озеру Мелар, был убит Уппсальский Архиепископ Ион, затем, видно, хорошо зная все проходы между островами до самой Сигтуны (это было очень сложным делом), нападавшие добрались до самой Сигтуны и попросту уничтожили город.

Не стоит думать, что карелы от Петрозаводска отправились далеко-далеко, чтобы наказать жителей Сигтуны только потому, что им не очень нравилось название города или форма носов сигтунцев. Во-первых, карелы жили (и живут) вовсе не только в Карелии, они расселены от западного берега Белого моря до восточного берега Ботнического залива моря Балтийского, город Оулу в устье одноименной реки их вотчина. И устье реки Кемийоки, которое немного северней (там город Кеми), тоже было карельским (карелы живут вперемешку с лапландцами). Вот здесь и столкнулись интересы карел и шведов, северо-восточный угол Ботнического залива хорош для ловли лосося и прочей вкусной рыбы, к тому же едва ли заходившие туда на лов шведы мирно шествовали мимо прибрежных селений восточного побережья залива. Карелы в ответ разорили Сигтуну.

Интересны последствия, хотя они напрямую не связаны с обсуждаемой темой.

Шведы в ответ на разорение Сигтуны (ярлу Биргеру – не тому, которому Александр Невский в лоб копьем попал, а его предку-однофамильцу, пришлось ставить Стокгольм, чтобы обезопасить озеро Мелар от подобных посягательств, но Сигтуна прежней все равно не стала) бросили в тюрьму новгородских купцов, верно рассудив, кто именно обрадовался из-за этого разорения. Причем постарались на Готланде и двух небольших прибрежных городах.

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю

Рекомендации