112 000 произведений, 32 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 14

Текст книги "Магия-10"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 4 ноября 2013, 13:30


Автор книги: Наталья Степанова


Жанр: Эзотерика, Религия


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Сама не знаю, как это вышло, но я его поцеловала.

Моя новая свекровь открыла шампанское и разлила в бокалы. Мы выпили за нашу с Денисом любовь. Рядом с гробом был стол, ведь это происходило в зале гостиной. И вскоре на столе появились еда и вино. Подсознательно мне хотелось приглушить свой страх, и я выпила два больших бокала вина. «Свадьба – так свадьба, – говорила Надежда Тимофеевна, – пей, дорогая!»

Алкоголь стал действовать, и я ощутила даже некую легкость и приподнятость настроения. «Я теперь богата», – думала я. Будто услышав мои мысли, Надежда Тимофеевна сказала:

«Вот видишь доллары, они все теперь твои, здесь двести с лишним тысяч, но ты должна до конца выполнить мою волю. Целуй и ласкай тело своего мужа, пусть он получит то, чего он был лишен при жизни».

Алкоголь и вид денег сыграли свою роль, я хотела угодить своей названной свекрови и стала целовать его лицо, руки, грудь – всего.

«Сними бюстгальтер и прильни к его груди», – велела мне мать Дениса. Я немного колебалась, и мне тут же дали еще вина. Я разделась и, взяв его руку, приложила к своей груди. Со стороны, наверное, казалось, что это он сам водит своей рукой по моей груди и моему животу, но это я водила его руку. Мне было приятно, и меня вдруг стало все это возбуждать. Я очень захотела мужчину, и я стала тереться о его тело. Я вдруг поверила, что это действительно мой муж, и я просто обязана дать ему все, что смогу, напоследок.

Утром я приняла ванну, меня покормили. В голове стоял шум от выпитого, и мне жутко хотелось спать. Состояние мое было ужасным. Потом приехала ритуальная машина. Меня удивило, что провожающих не было. Были только я, Денис и его мать. Рабочих похоронного бюро я не считала. Перед тем как закрыть гроб и опустить его в могилу, я снова поцеловала Дениса в губы долгим поцелуем. Мне уже казалось, что я действительно хороню своего мужа.

На другой день, как мы и договорились, я снова пришла к ним в квартиру. Надежда Тимофеевна отдала мне дарственные документы и сказала:

«Ты даже не спросила, почему он умер, а ведь он лишил себя жизни из-за тебя. Ты себя очень высоко ценишь и никого не замечаешь вокруг себя. Вот и сыночка моего не заметила. А ведь он закончил школу с серебряной медалью, знал два языка, прекрасно рисовал и писал стихи. Кстати, большая часть его стихов о тебе. Как он волновался, когда шел туда, где должна была быть ты. Как он горевал, когда ты его в очередной раз прогнала от себя прочь! Не ребенок уже и не мужчина еще. Умный, добрый, интеллигентный мальчик, в которого я вложила все свои надежды, всю свою любовь. Я прочла в его дневнике, как ты последний раз над ним глумилась и при всех его унижала и гнала. И он посчитал, что и в самом деле такой, раз ты его таким видишь. Это ты его сломала и уничтожила! Вот его последнее письмо, читай.

«Милая моя мамочка, ты самая хорошая, ты самая бесценная, таких больше нет и никогда не будет. Прости меня, что я причиню тебе боль, прости за то, что ты будешь плакать из-за меня, твоего глупого сына. Я не могу и не хочу жить без Любы. Она меня не любит и презирает. Она никогда не будет моей. Зачем мне жить, если она меня не любит? Мне так плохо, что легче умереть, чем так страдать. Прости меня, мама, и прощай. Твой сын Денис».

Дочитав письмо, я подняла глаза на мать Дениса. Если бы вы видели ее глаза! В них было столько ненависти и горя, что меня всю передернуло, как от электрического тока.

«Возьми ключи, – сказала Надежда Тимофеевна, – и иди домой. Завтра меня здесь уже не будет. Документы теперь у тебя, я слово сдержала. Уходи, я не могу тебя видеть».

Через неделю мне стало известно, что мать Дениса отравилась и ее уже похоронили. Казалось бы, живи и радуйся. Ведь не у каждой девчонки есть столько денег и такое имущество. Но с какого-то момента я почувствовала, что со мной не все благополучно. Стала сильно болеть грудь, и именно в том месте, куда я подносила мертвую руку Дениса. У меня ныл и болел живот. Моя мама настояла, чтобы я легла на обследование. В больнице мне был поставлен диагноз – рак. Мама, конечно, не знает о том, что со мной произошло. И я никогда не осмелилась бы ей это рассказать. Я сильно переживаю и страдаю – зачем я пошла тогда в дом к Денису?

Зачем поддалась на уговоры его матери? Ответ один. Наверное, захотелось богатства. Денис и его мать снятся мне каждый день. Они будто встречают меня на вокзале. Я выхожу из поезда, а они с цветами стоят и ждут меня. Наверное, я скоро умру.

Наталья Ивановна! Спасите меня, и я больше никогда не буду делать плохо людям. Я все сделаю, чтобы стать лучше. Позвоните мне, пожалуйста, я буду очень ждать.

Люба».


Когда я дозвонилась до Любы, мне сообщили, что она умерла.

Как снять кольцо рабства

Из письма: «Уважаемая Наталия Ивановна, я решилась написать Вам письмо. Хочу поделиться историей, которая произошла со мной 40 лет назад. Случай мой поучительный и может послужить кому-нибудь предостережением. Дружила я с одним парнем, звали его Антон. Мы с ним встречались два года до армии, и еще три года я его ждала, пока он служил. А когда Антон вернулся, я его приревновала к своей подруге и мы поссорились. Чтобы проучить его, я пошла на танцы с парнем, который уже давно уделял мне внимание. Звали этого парня Дима, и был он старше меня на 12 лет. Когда мы с ним возвращались с танцплощадки, он стал уговаривать меня зайти к нему домой. Я подумала, что наверняка сейчас Антон отирается возле моего дома. Так пусть он помучается и поревнует меня, как я его ревновала к своей подружке. В общем, я согласилась зайти в гости к Диме. Дверь нам открыл Димин отец и, увидев меня, сказал: «Дай-ка я погляжу, по кому мой Димка сохнет», – а потом позвал нас пить чай с пирогами. Я обратила внимание, что в их доме много всяких икон, это теперь все открыто молятся, даже президент, а в то время такое количество икон было редкостью. Увидев, что я озираюсь на иконы и на горящую лампадку, отец Димы спросил: «Ты веруешь в Бога?» Я ответила: «Не знаю».

«Да, – сказал Никита Андреевич, – ты не знаешь, поэтому не веришь, а вот я знаю, что Бог есть и что молитвой можно сделать все что угодно!»

«Что, например?» – спросила я.

«Да хоть что, ну, к примеру, вот Димка мой сохнет по тебе, а ты его не любишь. Я могу взять водичку и заговорить ее молитвой. Ты эту водичку выпьешь, и краше моего Димки для тебя мужиков не будет, не веришь?» Я ответила: «Нет». «Ну так давай проверим», – сказал Димин отец. «Давайте», – засмеялась я. – «Садись на табурет и держи стакан с водой, а я буду читать заговор на любовь».

Сейчас я бы так не сделала, а тогда я села на табурет и взяла в руки стакан с водой. Все это походило на игру. Я не верила в слова Никиты Андреевича, а зря. Он встал позади меня и стал читать какую-то молитву. Читал он чуть слышно, иногда я разбирала слова: Господь Бог, камень Алатырь, прилипись к нему и т. д. В конце он сказал «Аминь». Потом он погасил свечку и сказал: «Выпей водичку, пей, не боись». Я постеснялась отказаться и выпила эту воду.

Потом мы сидели в комнате Димы, и он мне пел песни под гитару. Неожиданно мне стало казаться, что я его знаю сто лет. Каждую черточку его лица и его пальцы, которыми он перебирал струны гитары. Мне было так хорошо возле него, так спокойно, как не было еще никогда. Дима обнял меня и стал целовать, и в сердце у меня была такая сладостная мука, что я даже застонала.

Уже под утро он пошел меня провожать домой. Из своей комнаты выглянул отец Димы и, перекрестив меня, сказал: «Пришла в дом чужой, а уходишь снохой».

Я подумала, что он так шутит, и улыбнулась. Утром я проснулась с мыслями о Диме. Про Антона я не думала и не хотела думать. Он был где-то далеко в моем сознании, будто я никогда с ним не встречалась и не ждала его три долгих года из армии.

Месяц мы с Димой повстречались и подали заявление в загс. Приходил Антон, просил прощения и уговаривал выйти за него замуж, но я не хотела его видеть, не хотела его слышать, все мои мысли были только о моем Диме. Накануне свадьбы Дима сказал мне, что со мной хочет поговорить его отец. Я уже не удивлялась тому, что в их семье все решает отец Димы. Мать их была незаметной и тихой женщиной, и если мы втроем о чем-то весело говорили, то она в это время сидела тихо, с каким-то совершенно отрешенным лицом. Про себя я решила, что она или не совсем здорова, или у нее такой замкнутый характер.

Да если честно, кроме Димы, меня мало кто интересовал и ни до кого не было никакого дела.

В тот вечер отец Димы сказал: «Ну, будущая сношенька, садись, давай поговорим. Слово мое такое. Живем мы по своим давнишним законам, и у нас заведено еще испокон веков, что венчаются наши жены медными кольцами, а не золотыми. Конечно, потом ты можешь носить золотые украшения, но на свадьбе кольцо будет то, которое ты получишь от главы дома, то есть от меня. Если ты не согласна, тогда и свадьбы не будет, потому что жена моего сына должна уважать наши порядки».

Я посмотрела на Диму и сказала: «Надежда Крупская, жена Ленина, носила медное обручальное кольцо, а уж я тем более не возражаю». Все засмеялись, и Димин отец, хлопнув руками по коленям, сказал: «Ну вот и добре».

В день нашей свадьбы Никита Андреевич сказал: «Давайте руки, я вас благословлю и сам повенчаю» – и подал два медных кольца. Подавая мое кольцо, он, перекрестив меня и кольцо, сказал: «Держи и носи, раба Надежда, кольцо, и будешь ты отныне рабой своего мужа Дмитрия».

Действительно, с этого дня я превратилась в мужнюю рабу. Слова против сказать не могла. Было такое чувство, что он мое сердце и мое дыхание. Забери его – и я тут же умру. Каждое его слово, все, что произносили его губы, я спешила тотчас же и в точности исполнить.

Сказал: «Не пойдешь к матери», и я не шла, хотя знала, что мама тяжело больна. Я, наверное, не смогу объяснить то состояние и те чувства, которые испытывала в то время. Это не был страх наказания, это был глас, которого мне нельзя было ослушаться. Так чувствует себя собака возле своего хозяина. Он будет бить, пинать, а трогать его нельзя, потому что он хозяин. Наверное, так же чувствовали себя рабыни, когда их били, убивали, а они принимали это как должное, ведь другой жизни они не знали. Если бы он в то время велел мне взять веревку, сделать петлю и задавиться, я бы и это исполнила беспрекословно! Вы не подумайте, что я ненормальная. Впрочем, Вы-то должны знать, что такие способы существуют, иначе бы я Вам об этом не писала. Прожила я в замужестве сорок лет и семь месяцев и, только когда он умер, освободилась от наведенного рабства. По-другому я не могу сказать. Муж мой никогда меня не обижал, не повышал на меня голоса, но каждую минуту мое сердце трепетало от страха перед ним. Я до смерти боялась его прогневать, боялась потерять его любовь. Моя жизнь была в его полной власти. Оглядываясь на прожитые годы, я все поняла, а понимать стала с тех пор, когда он умер. Причем мой муж знал, когда он умрет, и с точностью назвал дату и время своей смерти. Так все потом и сбылось – и дата, и время. Перед смертью он сказал: «Когда я умру, положи наши кольца ко мне в гроб под подушку. А как голова твоя просветлеет и ты все поймешь, прости меня за все. Ведь я тебя еще девчушкой приметил и полюбил. Ты знаешь, отец мой многое умел и знал, вот и подсобил мне в моем горе. Сох я по тебе и шибко тебя ревновал к твоему Антохе и готов был что угодно для тебя сделать, чтобы ты не за него, а только за меня пошла. Мне 72 года, а я до сих пор в тебя влюблен, как парнишка. Прости меня, голубка моя, и прощай».

Как только я схоронила своего мужа и вместе с ним наши медные кольца, у меня будто пелена с глаз упала, но мне уже 60 лет и ничего нельзя вернуть. Я не знаю, проклинать ли мне своего мужа или радоваться, что испытала я нечеловеческую любовь и привязанность к этому человеку. А Антон спился. И кто знает, какова бы была моя участь, если бы я за него вышла замуж, а не за своего Диму».


Чтобы снять с души кольцо рабства, человек должен вымыться и париться в трех банях в один день. Это несложно, теперь редко у кого на даче нет баньки, нужно только заранее договориться с хозяевами этих бань. После третьего мытья нужно пойти на три кладбище. Там найдите могилу с таким же именем и отчеством, как у вас. Поклонитесь могиле и скажите:

Господи, помоги. Господи, благослови!

Как у мертвой крови нет злобы и любви,

Так и на мне, Божией рабе (имя),

Нет рабского кольца.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Ныне и присно и во веки веков. Аминь.


Затем возьмите землю с могилы, пропустите ее между пальцами и снова скажите:

Мертвая земля, сними с меня печаль,

Тоску по Божию рабу (имя).

Мать сыра земля, развенчай меня с ним

На ныне, на вечно и на бесконечно.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Вселение в ребенка духа дьявола

Из рассказа Укатовой М. В.: «Началась эта трагедия примерно шесть лет тому назад. С девятого класса я встречалась с парнем, и вот в какой-то момент я вдруг поняла, что мне с ним скучно и неинтересно.

Прямо сказать об этом мне было трудно, и тогда я стала его всячески избегать. Вначале я находила какой-нибудь предлог для отмены наших свиданий, говоря, что болею или что буду очень занята, но он все равно приходил и от него невозможно было отвязаться без ссор и выяснения отношений.

Всякий раз он добивался от меня объяснений причин, из-за чего я его разлюбила, просил меня не бросать его и клялся, что все утрясется и что мы будем с ним очень счастливы.

В конце концов я стала чувствовать себя загнанной в клетку, из которой не видела никакого выхода. Чтобы отвязаться от него, я пошла на ложь. Я сказала ему, что беременна от другого парня, но он согласился взять меня в жены с ребенком и обещал, что будет любить его, как своего.

В тот момент я готова была его убить, потому что мне стало ясно, что я не смогу от него отделаться никогда.

Сейчас я жалею о своем поступке, но тогда я просто не соображала, что делаю. Я орала как ненормальная, говорила, что еще не встречала никого тупее, чем он, и что он для меня хуже всех, что я скорее наложу на себя руки, чем буду с ним встречаться.

Он ушел, и я видела, что он плакал. Он даже не зашнуровал кроссовки.

Два дня я его не видела и не слышала, и, несмотря на то что в моей душе было к нему чувство жалости и вины, я все же была рада, что хоть таким образом разорвала с ним отношения. А потом ко мне пришла его бабка. Я сразу почувствовала, что произошло что-то страшное. Она была вся в черном, и по ее лицу было видно, что она еле жива от горя.

Нет, она не кричала на меня, но в ее голосе была ко мне такая ненависть, что я не смогла ни возразить ей, ни оправдаться.

Из посмертного письма Саши им стало известно, что произошло между ним и мною. Он просил у своих родных прощения за то, что своей смертью приносит им столько горя, но писал, что жить он больше не может и не хочет. Его нашли повесившимся в кладовке.

После этого его мама попала в больницу с обширным инфарктом, и ее жизнь висит на волоске.

Напоследок его бабка сказала мне:

– Убить бы тебя, гадина, но это слишком для тебя легко. Погоди, и ты тоже поплачешь кровавыми слезами. Я тебя чертом обрюхатю, родишь бесенка и сама от него в петлю залезешь. И запомни: если ты даже уедешь на край света, то все равно от моей мести нигде не укроешься. Я знаю твое имя, фотокарточка у нас есть, и я клянусь на Сашином гробе, что сделаю все так, как я тебе сказала!

После ее ухода у меня была истерика.

Мне было жутко, что из-за меня умер человек и что его мать в этот момент находится между жизнью и смертью и не может присутствовать на похоронах своего сына. Но больше всего я плакала от страха. Мне тогда казалось, что все равно меня выловят и убьют в отместку за его смерть.

Когда пришла с работы мама, я ей все рассказала, и меня отправили в Ленинград к моей тете. Там я познакомилась со своим будущим мужем. Постепенно я стала забывать того, кто из-за меня лишил себя жизни.

Потом я родила Юру, и, когда мне его впервые принесли кормить, я вдруг почему-то вспомнила угрозу Сашиной бабки.

Ничего особенного я в ребенке не заметила и поэтому перестала думать про ее угрозы.

Первый раз я забеспокоилась, когда сыну исполнилось два месяца. У него вылезло сразу четыре зуба, два внизу и два вверху. Детский врач мне сказала, что особых волнений не должно быть, так как бывает даже (правда, очень редко), что новорожденный появляется на свет уже с зубами.

Я не стала об этом думать, приписав своему ребенку неординарность, радуясь тому, что он не такой, как все, и, может быть, будет гениальным человеком.

Когда ему было около года, он стал всех кусать и царапаться. Делал он это резко и неожиданно и пугал тех, кто брал его на руки. Извернувшись, он вонзался зубами в щеку, руку или плечо. У моей мамы он вырвал серьгу из уха, разорвав ей мочку, и было непонятно, как в его маленькой ручонке хватило сил на это.

Я стала замечать за ним несвойственное таким маленьким детям поведение.

Ровно в год мы поехали в храм, чтобы его покрестить. Когда мы вошли в крестильню и стали ждать батюшку, сын стал быстро-быстро крутиться волчком на одном месте, не теряя равновесия. Все присутствующие в крестильне уставились на него, так как его вращение было каким-то неприятным, неестественным. Вошел батюшка, и мой сын остановился как вкопанный, и его даже не повело в сторону, как это бывает после вращения. Он оскалил зубы и стал кривляться.

Батюшка спросил:

– Как зовут этого мальчика?

И тут мой сын громко крикнул нецензурное слово из трех букв. Мало сказать, что мне стало неудобно, я просто оторопела, ведь в нашей семье никто и никогда не матерился. Батюшка вдруг упал и захрипел.

Стоявшие рядом бабуси стали говорить: в ребенке сидит дух дьявола!

Покрестить его так и не удалось. Во-первых, он пришел в неудержимое буйство, во-вторых, батюшку увезли на «скорой помощи».

Дома сын уснул как убитый. На его лице выступили мелкие капли пота, как будто его кто-то облил водой. Я потрогала его, он не был горячим.

Ночью я проснулась от ощущения беспокойства. Открыв глаза, я увидела, что мой сын смотрит на меня и молчит. Увидев, что я открыла глаза, он полез ко мне на кровать. Было неясно, каким образом ему удалось вылезти из своей кровати.

А теперь о самом главном. Иногда мой сын говорит кому-нибудь слово «Умри!», и вскоре этот человек действительно умирает. Так было с нашим соседом дядей Гришей. Как-то мы с сыном пошли в магазин и на входе в подъезд чуть не столкнулись с соседом. Он поздоровался со мной, а сыну сказал: «Привет, казак!»

В ответ мой сын сказал ему четко и ясно: «Умри!» Сосед погрозил ему пальцем и сказал:

– Нельзя такое желать людям.

А сын снова повторил: «Умри!» Через три дня наш сосед умер.

Второй раз точно такой же случай произошел с моим младшим братом. Он сказал моему сыну:

– Поставь мои кроссовки на место. Сними их или упадешь и разобьешь нос.

Сын ползал по полу в его кроссовках. На слова брата он крикнул: «Умри!» И снова его пожелание сбылось.

Я стала бояться своего сына. Я многое Вам не рассказываю, так как и так заняла слишком много времени.

Наталья Ивановна, известны ли вам подобные случаи? И чем можно мне помочь, если действительно по проклятию в ребенка вселился дух нечистого?

То, что это так и есть, я почему-то уже не сомневаюсь.

С искренним уважением, Котова Марина».


Случаи вселения нечистого духа в человека известны не только из Библии. Мне приходилось наблюдать и лечить таких людей. Тяжелее всего поддается лечению человек, в которого вогнали беса или нечистого духа заклинанием.

Мастер должен поставить верный диагноз, так как ни в коем случае нельзя путать беса в человеке с нервным, психическим расстройством.

Мастера и знахари определяют это различными способами. Нужно читать специальное заклинание и наблюдать, отреагирует ли бесовский дух на имена святых и Божие имя. Рекомендуется смотреть по воде и свечам, зрачкам человека и так далее.

Изгонять бесовской дух можно по-разному. Я научу вас самому несложному, но действенному способу отчитки.

Больного сажают под иконой Святой Троицы. Встают напротив его лица и, глядя ему в зрачки, читают заклинание на изгнание нечистого духа. Читают так:

Господи, Иисус Христос, Сын Бога живого.

Ты, Который свершил столько много чудес.

Ты, перед Которым демоны обращались в бегство.

Ты, перед Которым слепые прозревали.

Ты Тот, перед Которым мертвые воскресали.

Ты Тот, Который был распят и воскрес.

Ты Тот, Кто восславил Своим подвигом Крест.

Господи, Сыне Божий,

Ты Сам гляди, смотри в эти глаза,

Найди в них дьявольские образа.

Выгони, изгони, а тело это и душу сохрани.

Спаси и оборони на ныне, на вечно и бесконечно.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Чревовещание

Из письма: «То, что я вам расскажу, я еще никогда и никому не рассказывала, даже своим родителям, так как не хотела их пугать и потому что они могли бы усомниться в моем психическом здоровье.

Не знаю, как можно объяснить то, что со мной произошло, но и думать об этом у меня больше нет сил.

Дело в том, что мой ребенок заговорил со мной, когда еще был у меня в утробе.

Наверное, я должна рассказать вам все подробно, хотя и не вполне уверена, поможет ли это Вам разобраться в происшедшем.

С отцом моего ребенка я прожила в браке всего несколько месяцев, после чего мы с ним расстались. До нашей регистрации я от него забеременела и из-за этого в уговорила его на наш брак. Но штамп в паспорте действительно не играет никакой роли в счастье и любви двух людей. Прожив некоторое время, мы поняли, что не нужно было идти в загс. Человек он сложный, и когда мы расстались, я вздохнула от облегчения, так как мы ссорились без всякой причины и по всяким пустякам. Я так устала от конфликтов, что даже не задумывалась о том, что скоро рожать и что мне будет нелегко одной с маленьким ребенком.

Но скоро моя радость сменилась неожиданно возникшей депрессией. Началась томительная хандра, мне было жалко себя и еще не родившегося ребенка. Я переживала из-за того, что из роддома меня не будет встречать, как всех, муж и отец. И я стала чувствовать вину перед своим ребенком за то, что навсегда лишила его отца. Возможно, это так действовала на меня беременность. С каждым днем, который приближал меня к родам, мне все больше становилось жалко себя и ребенка.

Как-то раз я проснулась очень рано от какого-то неприятного ощущения. Я лежала и прислушивалась к себе, думала, что начались схватки. Беспокойство нарастало откуда-то изнутри, и вдруг я совершенно отчетливо услышала тоненький, необъяснимый голосок:

– Мамочка, не плачь.

У меня волосы встали дыбом. Я замерла, боясь пошевелиться, а голос все повторял и повторял фразу: «Мамочка, не плачь».

Возможно ли, что со мной говорила душа моего нерожденного ребенка?

Когда-то я читала о том, что иногда беременные слышат внутриутробный плач своего ребенка. Но я слышала не только голос своего ребенка, но и слова.

До сих пор я сомневаюсь, был это голос Ангела-хранителя нерожденной души или мой ребенок имел аномальный слух, слыша внутриутробно все звуки и слова, и научился понимать речь.

В общем, я слышала его голос, и никто и никогда не сможет меня разубедить в этом!

Но это еще не все. Второй раз я слушала его не одна, со мной была моя тетя, папина сестра. Сын мой был еще грудным младенцем, когда я была у них в гостях.

В нашем районе отключили горячую воду, а у тети была вода, вот она меня и позвала погостить.

– Я хочу домой, – было сказано ясно и четко, и мы с тетей переглянулись. Видимо, она решила, что ей померещилось. Вряд ли кто может поверить в то, что младенец способен сказать даже не слово, а предложение. Сама я, естественно, не стала с ней этого обсуждать, и не только потому, что трудно в это поверить, но из-за боязни, что пойдет молва и тогда у меня могут забрать ребенка для изучения такого феномена.

У меня было очень сложное чувство к ребенку. Естественно, я его любила, как любая мать любит своего ребенка, но в то же время я боялась его, не понимая его сущность: дар ли это от Бога или уродство? Успокаивала я себя мыслью, что он лучше, совершеннее других, но если честно, то всякий раз, когда он как-нибудь проявлял себя, я изводила себя противоречивыми мыслями. Когда он изредка вскрикивал: «Скорее, я хочу есть», я убеждала себя в том, что это он запомнил мои слова. Ведь когда я его кормила грудью, то всегда приговаривала: «Есть хочет мой маленький. Давай кушай» – и так далее. Вот он и запомнил мои слова. Иногда, когда он плакал, я слышала: «Спать, спать».

Где-то до двух лет больше ничего необычного не было. Ни знакомым, ни врачам я ничего не говорила – боялась, что ребенка заберут для изучения. Из-за этого я никуда с ним не ходила, ждала, когда феномен исчезнет.

Как-то он мне сказал:

– Мама, я не Слава, я Дима.

После этого перестал откликаться на имя Слава. Интересно, что не только мне, но и всем он говорил, что его зовут Дима. Я стала его звать Дима. Когда сыну исполнилось три года, пришел в гости мой брат. Никогда не смогу забыть тот день. Дима подошел к Володе и говорит:

– Ты же умер, зачем пришел?

И так он повторил несколько раз, несмотря на то что я его одергивала, говоря:

– Нельзя так дяде говорить, видишь, он живой.

– Нет, он умер, умер, – со слезами восклицал Дима, – я вижу, он сгорел, он в своей машине сгорел.

А через два дня после этого Володя действительно сгорел в своей машине. А однажды сын сказал:

– Папа идет!

Я удивилась, так как он никогда и слова этого от меня не слышал. Через час к нам действительно пришел его отец, мой муж, с которым я развелась.

Оказывается, он пришел только за тем, чтобы я подписала ему документы, что не возражаю против его отъезда за границу и что не имею претензий по алиментам.

Откуда мог знать мой ребенок, что придет его отец и погибнет мой брат?

Теперь о самом главном.

За неделю до своей смерти Дима залез ко мне на колени. Обнял меня, прижался и сказал:

– Я не хочу, чтобы ты плакала, когда я умру. Я не хочу от тебя улетать, но меня ждут.

От его слов мне стало так страшно, что я вся затряслась и заплакала. Плакал со мной и Дима, громко, по-взрослому, будто прощался со мной навсегда.

С того момента я не отходила от него ни на шаг, я держала его за руку, и он спал на моей кровати. Но я не могла постоянно бодрствовать и не усльшала, как он меня покинул.

Утром десятого февраля его не стало. Я проснулась, когда он уже был холодный. Я его не боялась. Я смотрела на него и целовала каждый его пальчик.

Я знаю, у меня был необычный ребенок и, видимо, Бог его забрал к себе. Мне легче так думать, и это помогает жить.

Пишу Вам, чтобы Вы напечатали мое письмо – возможно, у кого-то было подобное. Я прошу: пусть Вам об этом напишут, и я из Ваших книг узнаю, как жили и живут такие дети, как мой Дима.

Прошу Вас также не печатать мои имя и фамилию, думаю, Вам понятно, почему я этого избегаю. С искренним уважением к Вам».


Я исполнила просьбу моей читательницы, напечатав ее письмо в этой книге. Если кто-нибудь сталкивался с подобным случаем, пишите, и я опубликую вашу историю, сохранив в тайне ваши имена и фамилии.

Покойник приходит на рассвете

Из письма: «Купила Вашу книгу и уверена, что это сама судьба дала мне ее в руки или Ангел мой – не знаю. Я вообще несведущий человек в этих делах.

Это такое чудо! Да, именно так можно назвать Вашу книгу. Пока я ее читала, наревелась досыта, потом стало на душе так светло и спокойно, как будто кто-то мне с небес шепнул: все у тебя будет хорошо.

Возможно, Вы сейчас подумаете: только купила книгу и уже пишет, отнимает время. Но, пожалуйста, не торопитесь с выводами. Сейчас я Вам расскажу историю, которая произошла с моим прадедом и по вине которого в каждой семье нашего рода случается трагедия.

Клянусь Вам всем святым, что у меня есть в этой жизни, – воспоминанием о своей маме, которой уже нет в живых, но которая была для меня самой любимой и хорошей.

Прадед мой воевал и как солдат убивал. Но, видимо, не всех можно безнаказанно обижать. Есть люди, такие как Вы, которые могут спасти доброго человека и уничтожить его врага за пролитую им кровь.

В общем, когда мой прадед пришел с фронта, то он рассказал своей жене, то есть моей прабабке, о том, что с ним случилось. Потом эту историю стали передавать из поколения в поколение, и наконец она дошла и до меня. Для удобства в рассказе я буду говорить «дед Андрей».

Итак, был бой, полк деда Андрея стоял под деревней Чернушкой. Бой был удачным, и наши заняли деревню, взяв в плен неубитых врагов.

Время тогда было сложное, брат воевал против брата, сват против свата. Стали допрашивать одного пленного парни. Моему деду Андрею был приказ выбить из него сведения любыми способами.

Приказ есть приказ. Стал его дед пытать. Пленный умолял деда его убить. Но дед мой издевался над ним до последнего, фактически замучил его. А перед тем как его пытать, он взял у пленного крест и положил его в карман. Маленький медный крестик, раньше такие были у всех простых людей.

Что интересно, как потом сказал дед Андрей, когда он велел пленному снять и отдать ему свой крест, пленный заволновался и стал просить деда не забирать у него этот крест, сказав, что это мать ему надела и умоляла никогда его не снимать и что он в этом матери своей поклялся.

Когда дед все же забрал у него этот крест, тот сник и тихо сказал:

– Теперь я пропал…

В общем, никаких сведений он деду так и не выдал. Видимо, ничего этот парень не знал, а был такой же вояка, как и наш дед Андрей.

Последние слова умирающего были:

– Не сдержал, мама, я слово, вот и помираю… Парень тот остался лежать во дворе, а назавтра опять его не похоронили.

На третий день в их село пришла старуха, вся в черном и такая, что жутко было на нее смотреть. В чем жутко, дед так и не сумел объяснить. Жутко – и все!

Так вот эта женщина подошла именно к деду Андрею и говорит:

– Ты два дня назад замучил моего сына. Я пришла его схоронить.

Когда ее спросили, откуда она пришла, она назвала населенный пункт такой дальности, что за три дня пути добраться ни пешему, ни конному было невозможно, непонятно было и то, откуда ей стало известно, что ее сын замучен. Я, говорит, видела все сама по воде.

Больше всего дед Андрей удивлялся тому, что ее не убили, все сделали, как она просила, то есть отдали ей тело сына.

Все эти вопросы возникли у деда тогда, когда женщина, положив тело своего сына на подводу, уехала. Подвода эта тоже неизвестно откуда у нее взялась. Этот вопрос почему-то никого не волновал – видно, оморочила она всех.

Разговор с ней он вспомнил много месяцев спустя. А в тот момент он видел только ее цепкий взгляд из-под черной шали и слышал вопрос:

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


Популярные книги за неделю

Рекомендации