112 000 произведений, 32 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 1

Текст книги "Звездный свет"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 28 октября 2013, 12:53


Автор книги: Патриция Хэган


Жанр: Исторические любовные романы, Любовные романы


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Патриция Хэган

Звездный свет

Пролог

Париж, 1867 год

Маленькая неопрятная фигурка не вызывала ни малейшего интереса у тех, кто входил в аббатство Валь-де-Грас, чтобы принять участие в утренней мессе: всего лишь еще один уличный мальчишка, а может быть, просто нищий, явившийся сюда в надежде, что прихожане, молящиеся вместе с монахинями-бенедиктинками, по доброте сердечной кинут ему несколько монет.

Никто не заметил, как беспризорник, шагавший с низко опущенной головой и ссутуленными плечами, вдруг исчез в густом кустарнике, растущем по обе стороны узкой дорожки.

И никому даже в голову не пришло, что тот, кого они приняли за нищего, на самом деле девушка.

Между тем Сэмара Лабонт, которая с тех пор, как переоделась мальчиком, называла себя Сэм, притаилась в своем укрытии.

Церковь была наилучшим местом для того, чтобы отнимать у женщин их сумки, шелковые или сетчатые.

Пожилые дамы, живущие в районе Монпарнас, предпочитали монастырскую церковь другой, пусть и более просторной, но расположенной дальше от их домов. Сэм надо было только спрятаться в кустах и подстеречь какую-нибудь прихожанку, спешащую в церковь после того, как служба уже началась. Теперь, когда вокруг никого нет, достаточно всего лишь быстро выхватить у опоздавшей сумочку и броситься ко входу в катакомбы на площади Денфер-Рошеро, который находился прямо за углом. А там ее уже никто не найдет, разве что кто-то тоже знает секреты этих темных и длинных, со множеством ответвлений туннелей.

Внезапно Сэм охватило острое чувство вины. Ей совсем не нравилось воровать, особенно поблизости от церкви, потому что здесь это казалось еще большим грехом.

Но почти одновременно желудок Сэм сжал голодный спазм, безжалостно напоминая о том, что она уже давно ничего не ела. Что ж, возможно, Бог поймет, что она прибегает к воровству только тогда, когда другого выхода не остается, и в конце концов простит ее.

Прошло несколько минут, до Сэм донеслась играющая в церкви музыка – стало быть, месса уже началась. Сэм жадно посмотрела сквозь листву, но – увы! – улица была пуста. Возможно, сегодня не будет опоздавших, а это значит, что ей придется подождать до завтра и попробовать опять.

Но она так измучена голодом! Ей во что бы то ни стало надо раздобыть деньги сегодня, чтобы поесть хоть немного…

Конечно, Сэм могла бы попытаться украсть у таких же, как она, обитателей катакомб, но не хотела рисковать: эти люди не безобидные старушки, они умеют быстро бегать и могут поймать ее, а поймав, быстро обнаружат, что она не парень, и тогда помогай ей Бог…

Услышав цокот подков по булыжной мостовой, Сэм вся напряглась. Экипаж остановился.

Кучер поспешно помог своей пассажирке выйти. Сэм увидела, что это не пожилая дама, а девушка примерно того же возраста, что и она, и поначалу почувствовала разочарование.

Однако, увидев, как элегантно одета эта девица, как богато выглядит ее экипаж, решила, что сегодня она, пожалуй, сможет украсть столько, что хватит надолго.

Девушка с ниспадающими из-под голубой атласной шляпки золотистыми локонами торопливо направилась к церкви, а экипаж быстро отъехал от обочины и покатил прочь.

Сэм подождала, пока он скроется, затем бросилась к своей ничего не подозревающей жертве, выхватила у нее из рук шелковую сумочку и кинулась бежать ко входу в катакомбы. Но вместо обычных, затихающих по мере удаления возмущенных воплей она услышала прямо за собой топот бегущих ног и громкий, пронзительный крик:

– Стой! Стой! Отдай деньги! Это на заупокойную молитву о моей Миметте. Отдай!

Сэм едва верила своим ушам. Может, эта девчонка сошла с ума? Как правило, воры носили с собой оружие и большинство из них готовы были не задумываясь ранить или даже убить жертву, попытавшуюся оказать сопротивление. Но девушка, которую Сэм ограбила, явно не думала об опасности, к тому же она умела быстро бегать – Сэм приходилось нестись во весь дух, чтобы та ее не догнала.

Свернув за угол, она мельком заметила мужчин, сидящих на обочине за бутылкой вина. Сообразив, что происходит, они проводили Сэм подбадривающими криками.

Она почти добежала до входа в катакомбы, когда позади вдруг раздался душераздирающий вопль. Оглянувшись, Сэм увидела, что мужчины схватили ее преследовательницу и волокут в соседний проулок.

Сэм остановилась. Из глубины ее памяти всплыла жуткая картина, трагичное и жестокое происшествие, невольной свидетельницей которого она когда-то стала. Это случилось давно, в таком же грязном проулке. Та девочка тоже кричала и брыкалась, когда с нее срывали одежду…

Вспомнив ужасную сцену, которую она тогда наблюдала, спрятавшись за мусорным баком, Сэм почувствовала подступающую к горлу, тошноту. Вот почему она все эти годы выдавала себя за парня – чтобы и ее не постигла такая же участь. Она ни за что, ни за что не допустит, чтобы такое опять случилось у нее на глазах! Красть деньги, чтобы спастись от голода, – это одно, но она не может позволить, чтобы по ее вине кого-то изнасиловали.

Сэм резко повернулась и помчалась обратно. Вбежав в проулок, она завопила:

– Отпустите ее, чертовы уроды! Отпустите!

Ошеломленные этим неожиданным вмешательством, мужчины невольно выпустили свою жертву, и девушка бросилась из проулка обратно на улицу, во все горло взывая о помощи.

Разъяренные насильники бросились было на Сэм, но она была готова к такому повороту событий. Ринувшись навстречу одному из них, она на бегу согнулась и ударила его головой в солнечное сплетение. Мужчина, корчась и задыхаясь, упал на землю. Увидев, что этот уже выведен из игры, Сэм сжала руки в замок и двинула второго насильника в пах с такой силой, что тот рухнул на колени.

Не выпуская из рук украденной сумочки, Сэм пустилась бежать в обратном направлении – и угодила прямиком в руки явившегося на крики жандарма. Воспользовавшись моментом, неудавшиеся насильники поспешили улизнуть, метнувшись в другой конец проулка.

– Да, это он, – проговорила девушка с золотыми локонами, показывая на Сэм пальцем. – Он меня спас. – Ее глаза возбужденно блестели.

– А кроме того, украл вашу сумочку, – заметил жандарм, отбирая трофей у Сэм и продолжая держать ее за шиворот. – Я доставлю этого мошенника в тюрьму.

Сэм попыталась было вырваться, но все её усилия оказались тщетны. И тут, к ее немалому удивлению, девушка сделала шаг вперед и запротестовала:

– Нет, погодите…

Жандарм устремил на нее вопросительный взгляд.

– Отпустите его!

– Но, мадемуазель, он же вор! – В его голосе звучало изумление. – Я не могу его отпустить. Я должен препроводить его в тюрьму.

Однако девушка стояла на своем:

– Вы сейчас же его отпустите!

Жандарм покачал головой:

– Вы сами не понимаете, что говорите.

– Это вы ничего не понимаете! Вы, должно быть, не знаете, кто я такая! Я – мадемуазель Селеста де Манка. Мой отец – маркиз Антуан Валлуа Брюи де Манка, и если вы не сделаете то, о чем я вас прошу, вам придется иметь дело с ним, и уверяю вас…

Жандарм снисходительно повел плечами, разжал пальцы и слегка подтолкнул Сэм к девушке. В конце концов, раз эта взбалмошная аристократка хочет, чтобы он отпустил вора, то почему бы не пойти ей навстречу? На его век малолетних преступников хватит, на улице их пруд пруди – лови любого. Кроме того, парижские тюрьмы все равно переполнены, так что…

– Как пожелаете, мадемуазель, – бросил он и, повернувшись на каблуках, удалился.

Первым побуждением Сэм было сразу же удрать, но любопытство оказалось сильнее.

– Почему вы это сделали?

– Потому что вы скорее всего спасли мне жизнь. Кто знает, что сделали бы со мной те мужчины. К тому же, – тут она беззаботно улыбнулась, – мне нужна новая компаньонка и подруга. Моя Миметта недавно умерла. Сегодня после мессы монахини должны читать молитвы за упокой души. Пойдемте со мной в церковь. А потом мы вместе поедем ко мне домой. Ведь у вас нет своего дома, не так ли? – Последняя фраза прозвучала скорее обвинением, чем вопросом.

Сэм вспомнила про свой наряд и пронзительно рассмеялась:

– Да ведь я же парень, мадемуазель.

– А вот и нет.

– Почему… почему вы так решили? – растерявшись, с запинкой пробормотала Сэм.

– Мне подсказывает это… что-то в ваших глазах, я думаю. Может быть, в вашем голосе. Какая разница? Ведь вы же девушка, правда?

Сэм неохотно кивнула.

– До сих пор этого никто не замечал.

– А я заметила. Так вы согласны поехать со мной? Если не поедете, то рано или поздно окажетесь в тюрьме, вы ведь и сами это знаете.

Немного поразмыслив, Сэм пришла к выводу, что если она согласится, то по крайней мере сможет хорошо поесть до того, как родители этой сумасбродной особы выставят за дверь явившуюся в их дом грязную бродягу…

– Хорошо, я поеду с вами. Но остаться не смогу.

– Отчего же? Ведь вам некуда больше идти.

Селеста собственническим жестом сжала руку Сэм и повела ее к церкви.

– Откуда вы знаете?

Сэм была ошеломлена таким напором: как видно, эта девица твердо решила непременно добиться своего.

– Просто знаю и все, как знала, что вы не парень, а девушка. А теперь пойдем, или месса закончится прежде, чем мы появимся в церкви. Поговорить мы успеем потом.

Так оно и случилось.

В этот вечер, после того как Сэм насытилась – такой вкусной еды ей не доводилось пробовать уже много лет, – две девушки стали близкими подругами.

Оказалось, что Селеста так же одинока, как Сэм. Ее мать умерла, а отец, с горечью сказала она, проводил все время со своими многочисленными любовницами. А теперь не стало и Миметты, которая была для нее не просто компаньонкой, а близким другом и сестрой. Селесте так недоставало ее! И так хотелось, чтобы место Миметты заняла Сэм…

Сэм согласилась остаться на ночь. Надев одолженную Селестой ночную рубашку и лежа рядом с нею в большой кровати с кружевным балдахином, она в конце концов тоже поведала свою историю.

Сэм не всегда голодала и жила воровством.

Ее родители переехали в Америку еще до рождения дочери. Отец Сэм, Франсио Лабонт, был богатым и влиятельным человеком. Получив от своего отца большое наследство, распорядился им весьма разумно: закупил во Франции великолепных племенных жеребцов и кобыл, привез их в Виргинию и за короткое время стал преуспевающим заводчиком.

– Если бы не Гражданская война в Америке, моя семья, наверное, до сих пор жила бы среди зеленых холмов Виргинии. Как они красивы! Я до сих пор не могу их забыть.

– Но когда началась война, правительство конфедератов реквизировало всех наших лошадей для армии. Мои родители не одобряли этой войны и были правы – она отняла у них все, что они имели.

Селеста смотрела на Сэм с удивлением и сочувствием.

– Это ужасно! И как же они поступили?

– Вернулись во Францию, А что еще им оставалось делать? Денег едва хватило на обратные билеты. Мне тогда было всего лишь восемь лет.

Сэм заморгала, стараясь сдержать слезы, которые всегда подступали к глазам, когда она вспоминала об этом времени.

– Раньше мои родители были одними из самых состоятельных людей Парижа, и когда они приехали обратно, нищими, моя мать не смогла вынести унижения и позора. Сердце ее было разбито, и вскоре она умерла. Ее кончина совсем сломила отца, и ему стало всё равно, что случится с ним и со мной…

В конце концов Франсио и Сэмара Лабонт скатились до того, что стали жить среди отверженных в катакомбах, в лабиринте подземных ходов под улицами Парижа.

Эти подземелья, которые начали рыть еще во времена римлян, использовались теперь для хранения костей, выкапываемых на кладбищах.

Сэм и ее отец, так же как и их соседи, обитали в самых глубоких частях катакомб, стараясь держаться подальше от ужасных костехранилищ.

Поскольку отец постоянно был пьян и занимался только тем, что клянчил деньги на улицах, чтобы купить себе дешевого вина, Сэм приходилось заботиться о себе самой. После того как она стала свидетельницей изнасилования своей подруги – им обеим тогда не исполнились еще и одиннадцати лет, – она отрезала свои длинные густые серебристые волосы и переоделась мальчиком. Это позволяло Сэм избежать опасного внимания тех, кто приходил в катакомбы, чтобы поискать там девочек для пополнения борделей или для удовлетворения собственной похоти. А для того, чтобы выжить, она научилась ловко чистить карманы и выхватывать у женщин сумочки.

Однажды ее отец уснул и не проснулся – точно так же умерла и ее мать. После этого Сэм осталась по-настоящему одна.

– Вот и все, – заключила она. – Мне удавалось добыть себе на пропитание, и я и дальше намерена заниматься тем же, только отныне я стану грабить исключительно пожилых дам и оставлю в покое девушек, которые умеют бегать так же быстро, как и я сама, – с вымученной улыбкой добавила Сэм, стараясь придать своему тону веселость.

Но Селеста не улыбнулась в ответ. Она задумчиво смотрела на Сэм и молчала, молчала так долго, что та почувствовала себя неуютно и решила, что, наверное, наговорила лишнего. Возможно, теперь Селеста даже предпочтет, чтобы гостья встала с постели и покинула ее дом. Сэм уже собиралась сама предложить это, когда Селеста вдруг сказала со своей обычной решительностью:

– Ты не будешь жить так, как жила прежде, Сэм. Ты останешься со мной.

Сэм издала нервный смешок. Неужели Селеста говорит серьезно?

– Но твой отец…

– Мой отец, – Селеста фыркнула, – так занят своими любовницами, что ему не до меня – он даже не замечает моего присутствия. К тому же меня здесь скоро не будет. На следующей неделе я уезжаю в школу в Швейцарии, Миметта должна была отправиться со мной, но внезапно умерла. Врач сказал, что скорее всего у нее от рождения было слабое сердце. Теперь вместо нее поедешь ты.

Сэм попыталась возразить:

– Но я не могу…

– Можешь… И поедешь. Зачем тебе отказываться? – Селеста склонила голову набок. – Вместо борьбы за существование в жалких трущобах я предлагаю тебе роскошную жизнь, и если ты не согласишься, мне, пожалуй, придется послать за тем жандармом, но я попрошу, чтобы он отправил тебя не в тюрьму, а в приют для умалишенных: чтобы отказаться от моего плана, нужно быть сумасшедшей.

Заметив, что Селеста улыбается, Сэм поняла, что насчет жандарма та шутит, но ее предложение отправиться вместе в швейцарскую школу вполне серьезно. Да, пожалуй, и вправду надо быть сумасшедшей, чтобы упустить такой шанс.

В конце концов, разве она сама сможет придумать что-нибудь лучшее?

Глава 1

Париж, 1869 год

Казалось бы, Сэм должна была наслаждаться жизнью, но вместо этого она чувствовала себя несчастной.

Два года она жила почти как принцесса; у нее было все: ее окружала самая изысканная роскошь, специально для нее шили великолепные платья, ее учили музыке, языкам, живописи и хорошим манерам.

Теперь, когда они с Селестой вернулись в Париж из школы в Швейцарии, в доме был устроен роскошный обед, чтобы отпраздновать это событие. Стол, покрытый тончайшей кружевной скатертью, выглядел великолепно. Свечи в дорогих хрустальных подсвечниках, прекрасный сервиз, фамильное серебро. В центре стояла большая хрустальная ваза со свежими розами.

За спиной Сэм почтительно замерли слуги, готовые исполнить любое ее желание, а еда, еда была просто восхитительной: раковый суп и рагу из утки с виноградом; на десерт – она видела на кухне поднос с вазочками – был ее любимый заварной крем с карамелью.

Но несмотря на все эти весьма приятные обстоятельства, обед отнюдь не доставлял Сэм удовольствия – напротив, она чувствовала себя крайне неуютно. Из-за отца Селесты, маркиза Антуана Валлуа Брюи де Манка.

Когда он усаживал ее рядом с собой его рука на мгновение коснулась ее груди. Сэм сказала себе, что это случайность. Когда его пальцы дотронулись под столом до ее колена, она уверила себя, что это тоже ничего не значит. Наверное, ей просто показалось, что он смотрит на нее так, как будто видит то, что скрыто под одеждой. Глупо подозревать маркиза в непристойных мыслях, ведь она его совсем не знает. До сегодняшнего дня она видела отца Селесты лишь однажды, и их встреча была недолгой. Это случилось перед отъездом девушек в Швейцарию. Тогда он смотрел на Сэм без всякого интереса.

Но теперь все изменилось, потому что за последние два года она превратилась из подростка в женщину.

И что-то подсказывало Сэм, что маркиз не остался безучастным к этому факту…

Селеста продолжала говорить об их жизни в школе. Сейчас она со смехом рассказывала о том, как учила своего коня брать препятствия.

– Я-то прыгнула, а вот он нет, и после этого я целую неделю не могла сидеть, правда, Сэм?

Она повернулась к Сэм за подтверждением. Та кивнула и заставила себя улыбнуться, радуясь, что хотя бы Селеста чувствует себя хорошо. И слава Богу – ведь у нее столько проблем: как только они вернулись из Швейцарии, Селеста возобновила свой тайный запретный роман с Жаком Онфруа, сыном садовника.

Более того, бедняжка жила в постоянном страхе, что маркиз когда-нибудь выполнит уговор между своим дедом по матери и его лучшим другом. Эти, двое когда-то дали друг другу слово, что их первые правнук и правнучка поженятся, и теперь, если отец заставит Селесту исполнить это давнее обещание, ей придется выйти замуж за человека, которого она никогда не видела.

Пока Селеста без умолку болтала, очевидно, стараясь скрыть смятение, царящее в ее душе, Сэм всячески пыталась не выказать собственное беспокойство по поводу складывающейся ситуации. Хотя вполне возможно, что эта ситуация была всего лишь плодом ее фантазии.

– Мне не нравится, как ты ее называешь, Селеста, – перебил дочь маркиз.

Девушки обменялись недоуменными взглядами.

– Сэм! – Антуан брезгливо сморщил нос. – Это имя совсем не подходит такой красивой молодой женщине. Сэмара – совсем другое дело. И именно так ее следует отныне называть.

Он отсалютовал ей бокалом, и Сэм невольно содрогнулась.

– Так что вы, барышни, собираетесь делать теперь, когда вернулись домой? – любезно осведомился маркиз.

– Мы собираемся много кататься верхом, – ответила Селеста и подмигнула Сэм: в огромном поместье маркиза было множество уединенных мест, где она могла без помех встретиться с Жаком.

– Только не прыгай через препятствия, Селеста. Как видно, у тебя это плохо получается. А сейчас прошу меня простить – у меня на сегодняшний вечер свои планы.

Маркиз встал, чтобы удалиться, и Сэм пробрал озноб, когда она увидела, как он проводит языком по губам, совсем как хищное животное перед тем, как сожрать добычу.

Селеста явно не замечала тревожного состояния своей подруги – ее мысли были заняты собственными делами. Как только они остались одни, она возбужденно заговорила:

– Забудь про десерт. Мне удалось на минутку увидеться с Жаком, и я сказала ему, что встречусь с ним сегодня в девять, а сейчас уже половина десятого. Надо сделать вид, что мы обе отправляемся спать, а потом я незаметно ускользну. Иди в свою комнату и…

– Ты играешь с огнем, – предостерегла подругу Сэм. – Один Бог знает, что сделает твой отец, если узнает про тебя и Жака.

Голубые глаза Селесты вмиг наполнились слезами.

– Ты ничего не понимаешь. Мы с Жаком любим друг друга и так долго не виделись! Нам необходимо побыть вместе.

– К сожалению, у вас с ним нет будущего, и ты сама прекрасно это понимаешь.

– Мы что-нибудь придумаем. Непременно придумаем. А теперь, пожалуйста, иди в свою спальню…

Сэм так и намеревалась поступить. Ей вовсе не улыбалось бродить по коридорам замка, но не хотелось и оставаться одной. Однако ничего другого не оставалось: сразу по возвращении Сэм отвели отдельную комнату, а Селеста была так поглощена мыслями о Жаке, что не сказала по этому поводу ни слова.

Когда они вышли из столовой и направились наверх к своим спальням, Селеста снова вернулась к излюбленной теме – своей надежде на то, что отец забыл об уговоре насчет ее брака.

– С тех пор как я вернулась, папа даже об этом не обмолвился. И вообще последний раз мы слышали о семействе Бэллард четыре года назад, когда миссис Бэллард написала, что ее муж умер. И хотя с моей стороны это очень нехорошо, я надеюсь, что теперь и она сама тоже умерла, а Джарман женился на другой.

– И все эти четыре года вы не получали от них никаких известий?

– Абсолютно. Я бы, наверное, беспокоилась гораздо сильнее, если б они, как и мы, жили в Европе, но мистер Бэллард переехал с семьей в Америку еще до того, как родился Джарман. Это дает мне еще больше оснований надеяться на то, что все давным-давно забыто. К тому же сама идея всегда казалась мне полным абсурдом.

– Селеста, ты сама отлично знаешь, что подобные брачные договоры вовсе не являются чем-то необычным. И эта идея кажется тебе абсурдной только потому, что речь идет о тебе.

– Возможно. Как бы то ни было, я молюсь о том, чтобы мне никогда больше даже слышать не довелось о семействе Бэллард. И я найду способ выйти замуж за Жака.

Сэм не разделяла ее оптимизма. Даже если маркиз забыл о том давнем уговоре о браке Селесты с Джарманом Бэллардом, он ни за что не допустит, чтобы его дочь вышла замуж за человека из низшего класса. Одному только Богу известно чем все это кончится. Селеста очень упряма, и она влюблена, а любовь лишает человека способности мыслить здраво. Впрочем, сей вывод Сэм могла основывать только на своих наблюдениях за влюбленными девушками в школе – сама она никогда не испытывала ничего похожего.

Сказав подруге, что они увидятся утром, Селеста поднялась на второй этаж и повернула к своей комнате.

Сэм направилась к себе, твердо решив выкинуть маркиза из головы. У нее и без этого хватает поводов для беспокойства. Будущее представлялось ей весьма туманным и отнюдь не радужным. Что станет с нею теперь, когда ее образование закончено? Собственных денег у нее нет, дома – тоже, остается лишь надеяться на то, что, какая бы судьба ни ждала Селесту, подруга включит в свои планы и ее, Сэмару Лабонт.

В конце концов, Сэм постепенно забылась тревожным сном, но некоторое время спустя в ужасе пробудилась, почувствовав, что рот ей зажимает чья-то рука.

– Не кричите, – шепотом сказал мужчина, – Я не причиню вам зла.

Cтрах Сэм превратился в ярость, когда она поняла, что ночным пришельцем был маркиз. Он убрал руку с ее губ и, прежде чем она выплеснула свой гнев, торопливо объяснил:

– Приношу свои извинения за то, что напугал вас, но ваша дверь была заперта, и, чтобы не перебудить весь дом, мне пришлось войти с террасы. Я боялся, что вы закричите, поэтому и зажал вам рот рукой. Мне нужно с вами поговорить.

– А это не может подождать до утра? – как можно вежливее спросила Сэм, сев в кровати и натянув одеяло до самого подбородка. – То, что вы находитесь в моей спальне, неприлично, – добавила она.

– Я еще раз приношу свои извинения, но прежде чем я покажу вот это письмо Селесте, мне хотелось бы знать, о чем в нем говорится. – Он зажег стоящую возле кровати лампу, затем вынул из кармана своего сюртука конверт и вручил его Сэм. – Оно написано по-английски. Я не знаю этого языка, а вы знаете.

Все опасения Сэм, которые внушали ей намерения маркиза, мгновенно отступили на задний план из-за тревоги по поводу содержания письма.

– Это от человека, которому Селеста обещана в жены? – спросила она.

Маркиз кивнул:

– Оно пришло несколько дней назад.

Сэм начала читать, и с каждым словом сердце ее сжималось, переполняясь сочувствием к подруге, которую она так любила, Джарман Бэллард служил капитаном в американской армии и писал из военного форта Дивенуорт в штате Канзас. Скоро должны были удовлетворить его прошение, об отставке, и он решил, что настало время заключить брак. По его подсчетам выходило, что сейчас невесте уже семнадцать лет и она наверняка достаточно подготовлена к тому, чтобы стать его женой.

– О Боже, но она же не хочет выходить за него замуж! – невольно вырвалось у Сэм.

– Боюсь, что это не имеет значения, – небрежно заметил маркиз, затем с ленивой улыбкой добавил: – Прочтите еще раз ту часть, где он говорит о приданом……

Сэм начала читать заново:

– «Я уверен, что вы сочтете нужным дать за Селестой соответствующее приданое. Разумеется, я намерен надежно обеспечить ее, однако мой покойный отец, оставил много долгов, и я, будучи человеком чести, взвалил эту тяжкую ношу на свои плечи. Тем не менее я полагаю себя способным в будущем приумножить состояние Селесты, ибо после отставки собираюсь поселиться в Эбилине, быстро растущем и богатеющем городе, основанном в таком месте, куда гуртовщики гонят с запада стада скота для продажи и где сходятся железные дороги, по которым этот скот отправляют на восток. Я намерен построить отель и…»

– Этого вполне довольно, – сказал маркиз.

Он был весьма позабавлен. Стало быть, Джарман Бэллард хочет жениться на Селесте для того, чтобы получить большое приданое! Что ж, сего предприимчивого молодого человека ждет неприятный сюрприз, потому что размеры приданого будут очень скромными: дочь маркиза уже сама по себе достаточное сокровище. Впрочем, какое ему, Антуану де Манка, до этого дело? После того как Селеста покинет Францию, он никогда ее больше не увидит.

Сэм еще раз просмотрела письмо, чтобы найти то место, где Джарман говорил, что скоро напишет о точной дате приезда Селесты в Америку. Значит, у Селесты еще есть время – может быть, месяц, может быть, больше. Но хватит ли ей этого времени, чтобы уговорить отца не отсылать ее?

Сэм решилась прощупать почву:

– Но вы же не хотите, чтобы ваша единственная дочь жила так далеко от вас, не правда ли? Не могли бы вы написать этому человеку, что не станете соблюдать уговор? В конце концов сами вы ни о чем ни с кем не договаривались, и…

– Вы говорите чепуху. Речь идет о чести семьи. Я никогда не нарушу данного моим дедом слова, и Селеста прекрасно это знает. К тому же, – он плотоядно посмотрел на Сэм, – у меня останется еще одна дочь. Правда, мне становится все труднее смотреть на вас как на дочь, Сэмара. – И его пальцы поползли по простыне, подбираясь к ней все ближе и ближе.

– Прекратите!

Сэм отодвинулась, чувствуя неодолимое отвращение и страх. Значит, ее подозрения оказались справедливыми и воображение здесь ни при чем – у маркиза действительно были бесчестные намерения. Что же ей теперь делать?

На его губах играла самодовольная улыбка.

– Пожалуй, вам следует быть со мною поласковее, моя дорогая. Подумайте о том, что с вами случится, когда Селеста уедет в Америку. Вы не сможете вернуться к вашей прежней жизни на улице и снова выдавать себя за юношу. Боюсь, что такая прелестная молодая женщина, как вы, не сможет выжить в одиночку.

– Но я же поеду вместе с Селестой! – выпалила застигнутая врасплох Сэм.

– О нет, я этого не допущу.

Сердце Сэм бешено заколотилось.

– Вы должны отправить меня с ней! Необходимо, чтобы вашу дочь кто-то сопровождал…

– Не волнуйтесь, у Селесты будет спутница, но только не вы. Расстаться с вами – это было бы для меня весьма прискорбно. Видите ли, Сэмара, теперь, когда вы превратились в красивую молодую женщину, у меня возникли кое-какие планы. Когда я обучу вас всему тому, что нужно, мне станут завидовать самые богатые люди мира. Они готовы будут заплатить любую цену за вашу благосклонность, но вы будете принадлежать только мне и…

– Нет, – хрипло прошептала Сэм. Маркиз издал тихий смешок.

– Но, моя дорогая, у вас нет выбора. – Его пальцы обхватили и слегка сжали ее шею: это была ласка и вместе с тем предупреждение – на случай, если бы Сэм пришло в голову закричать. – И пожалуйста, не вздумайте сообщать о моих замыслах Селесте, ибо тогда мне придется сказать ей, что я поймал вас на воровстве. Она сильно разочаруется, узнав, что вы совсем не изменились, и ужасно огорчится, когда вас посадят в тюрьму Сен-Лазар. Знаете, что это за место? – продолжал он под ее ошеломленным, полным ужаса взглядом. – Туда отправляют проституток, у которых нашли сифилис. Если вы, моя дорогая Сэмара, не хотите провести там остаток жизни, вам следует принять мое предложение позаботиться о вас, когда Селесты здесь не будет.

Он убрал руку с ее шеи и, гладя ее по щеке, прошептал:

– А теперь спите, Сэмара, и больше ни о чем не тревожьтесь. Вы по-прежнему будете жить как принцесса, моя дорогая, ибо вы и есть принцесса, прекрасная принцесса.

Сэм сжалась от отвращения, когда маркиз наклонился и его лицо стало приближаться к ней. Если он ее поцелует, она закричит и будет отбиваться изо всех сил, чего бы ей это ни стоило!

Внезапно в ночной тишине повернулась дверная ручка, раздался тихий стук, а затем голос Селесты:

– Сэм! Сэм, открой!

Маркиз вскочил на ноги.

– Сэм, ты не спишь? Впусти меня. Мне надо с тобой поговорить.

Антуан де Манка схватил Сэм за плечи и встряхнул.

– Помните: ни слова! Она скоро уедет, и тогда мы возобновим наш разговор.

…И он бесшумно исчез в ночи, выйдя через открытые двери террасы.

Селеста была слишком взволнована, чтобы заметить состояние, в котором находилась ее подруга.

– Я умирала, от желания рассказать тебе о моем свидании с Жаком. Это было чудесно! Усевшись рядом, она обхватила руками поджатые, к груди колени и восторженно взвизгнула: – Я так люблю его, Сэм! Он говорит, что мы можем вздохнуть свободнее, поскольку отец даже не заговаривает о Джармане. Теперь надо только, придумать, как заставить отца не противиться, нашим чувствам. Разумеется, для этого потребуется какой-то срок, но у нас в запасе много времени, и…

Селеста продолжала мечтать вслух, не замечая, что Сэм еле сдерживает слезы, молча молясь за них обоих.

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


Популярные книги за неделю

Рекомендации