Электронная библиотека » Аманда Маккейб » » онлайн чтение - страница 6

Текст книги "Пугливая герцогиня"


  • Текст добавлен: 27 марта 2014, 04:10


Автор книги: Аманда Маккейб


Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Шрифт:
- 100% +

– Я пришлю приглашение, ваша светлость, – сказала она. Образ будущей Эмили растаял. – Как неожиданно было встретить вас здесь сегодня!

– Мы так рады, что вы уже оправились, – добавила леди Грантон.

Оправился? От чего? На секунду он испугался, что она знает о прошлой ночи.

– Прошу прощения, леди Грантон?

– От происшествия в Гайд-парке, когда вы героически спасли несчастную малышку. И подумать только, моя золовка была свидетельницей этого! Уверена, что тотчас лишилась бы чувств, увидев такое, – продолжала она. – Все мы в бесконечном восхищении, ваша светлость.

– Любой поступил бы так же, леди Грантон, – в очередной раз оправдывался он.

– Вам непременно нужно будет рассказать об этом за ужином, – настойчиво произнесла леди Морби. – А теперь мы оставим вас, не станем мешать заниматься покупками, ваша светлость. Наверняка вы ужасно заняты.

Они попрощались, и Николас уже стал удаляться от них, но легкий ветер донес до него слова леди Грантон. Наклонившись к свекрови и спрятавшись за кружевными зонтиками, она прошептала:

– Как вы думаете, мама, он покупал там кольцо?

Леди Морби оглянулась в его сторону, и ее милое румяное лицо вдруг стало серьезным и напряженным.

– Ах, дорогая моя Эйми, остается лишь надеяться.

Кольцо! Николас помчался прочь, надвигая шляпу на глаза. Черт возьми, видимо, ему следовало купить и его. Но кто мог подумать, что оно может ему понадобиться?

Глава 7

– Je suis, il est, elle est, nous sommes, vous etes.[7]7
  Я есть, он есть, она есть, мы есть, вы есть (фр.; спряжение глагола «быть»).


[Закрыть]
Все верно, мисс Кэрролл? Я не совсем уверена.

Эмили вернулась в реальность, на урок в школе миссис Годдард, слушая, как ее ученица Салли спрягает французские глаголы, и вдруг обнаружила, что все это время она опять покусывала ноготь большого пальца и едва ли слышала хотя бы пару слов из тех, что произнесла Салли. Мыслями она все еще была там, в одной из темных аллей Воксхолла. Она быстро зажала палец в кулаке и одобрительно улыбнулась своей ученице:

– Да, совершенно верно. Вы делаете поразительные успехи, Салли.

Однако Салли сложно было провести. Она пристально посмотрела на Эмили своими карими глазами, опыта и мудрости в которых было гораздо больше, чем полагалось иметь в ее двадцать лет. Когда она впервые пришла в школу миссис Годдард, ее волосы были окрашены в неестественный ярко-рыжий цвет, ее отличал грубый акцент и хриплый голос. Теперь же, обретя натуральные русые локоны, мягкий голос и простые неброские муслиновые платья в качестве ежедневного костюма, она мало чем отличалась от любой уважаемой молодой леди.

Она чрезвычайно старательно и упорно трудилась над собой, чтобы стать лучше, была добра и приветлива с младшими девочками, подавала большие надежды, прослыв лучшей ученицей Эмили. Тем не менее у самой Эмили часто складывалось ощущение, что Салли знает гораздо больше, чем суждено узнать ей самой.

– Вы хорошо себя чувствуете, мисс Эмили?

– Да, да. Немного устала, только и всего.

– Неудивительно, мисс! Уверена, вы бываете на приемах каждый вечер, – сказала Салли, смеясь. – Танцы, карты и тому подобное.

– Лучше бы их и вовсе не было, – проворчала Эмили. – Там такая скука!

– Скука? Не может этого быть, мисс. – Салли задумчиво вертела в руках карандаш. – Разве все эти джентльменские приемы не предназначены помочь вам найти какого-нибудь поклонника?

Эмили не сдержала смеха:

– Точно так же говорит и моя матушка. Вот только пока я не нашла ни одного, так что, видимо, от них не слишком много пользы.

– Мисс Кэрролл! У вас наверняка есть поклонник. И готова поспорить, далеко не один, с вашей-то внешностью. В моем прежнем местечке, у мамочки Логан, вы бы имели большой успех! – Салли тотчас испуганно закрыла ладонью рот, щеки ее залились румянцем. Эмили думала, что ничто не может заставить Салли покраснеть. – Ах, я совсем не это хотела сказать! Простите меня, мисс.

Это рассмешило Эмили еще больше.

– Не за что извиняться, Салли. Но боюсь, на «джентльменских» балах мало одного только милого личика. Нужно обладать хорошим приданым и хоть каким-то умением вести беседу.

– И все-таки неужели нет кого-то, кто нравился бы вам? Хотя бы самую чуточку?

Эмили изучающе взглянула в проницательные глаза Салли. Она так долго искала кого-то, кому могла бы довериться, рассказав о герцоге, женщину, у которой могла бы попросить совета и помощи. Не говорить же об этом с мамой или Эйми. Не могла она обратиться и к Джейн. Как бы ни любила она свою подругу, нужно признать, Джейн чрезмерно эмоционально воспринимала разного рода романтические истории, слыла сплетницей. Кроме того, она вряд ли смогла помочь Эмили советом, поскольку знала ничуть не больше ее.

А Салли знала и никому ни о чем не стала бы рассказывать.

– Могу я спросить вас кое о чем по секрету, Салли? – прошептала Эмили.

– Конечно, мисс Кэрролл. – Салли наклонилась к ней ближе и заговорила, понизив голос: – Я постараюсь помочь вам, чем только смогу. Это наименьшее, что я могу сделать в благодарность за то, что вы сделали для меня.

– Нельзя сказать, что я совсем не осведомлена… ну, вы понимаете. Я кое-то читала и слышала об этом. Меня даже целовали несколько раз, но…

Эмили боялась, что Салли будет смеяться над ней, ведь ее опыт несравненно богаче того, что Эмили вообще будет доступно. Но Салли лишь серьезно смотрела на нее.

– Да, мисс?

– Означает ли это что-то особенное, если мужчина целует женщине… ступню? – прошептала Эмили. – Никогда прежде я не слышала о таком. Должно быть, это как-то странно? – И странно, и необычайно приятно, когда Николас целовал ее ступню и гладил лодыжку. Она по-прежнему не могла думать ни о чем, кроме этого.

Глаза Салли вдруг стали шире.

– Мужчина целовал вам ступни? На балу?

– Нет, не совсем так. – Эмили глубоко вздохнула и рассказала ей всю историю от начала до конца. Впрочем, она опустила некоторые подробности, например, количество выпитого ею пунша и то, что незнакомца она на самом деле узнала. Однако и рассказанного вполне хватило, чтобы ее щеки пылали.

– Бог мой! – громко выдохнув, сказала Салли, и от ее нового изящного акцента не осталось и следа. – То есть он проделывал все это, не зная, кто вы?

Эмили печально кивнула.

– Но он ведь не… не довел дело до конца? – спросила Салли. – Он ни к чему вас не принуждал?

– Нет! Он остановился, как только я попросила об этом, и удостоверился, что я невредимой вернулась к своим друзьям. Он думал, я не видела, как он следил за мной, а я видела.

– Удивительно. Никогда не встречала мужчины, способного на такое. – Взгляд Салли снова стал пронзительным. – Вы вряд ли захотите сказать мне, кто этот человек, не так ли, мисс Кэрролл? Я многое знаю о мужчинах из высшего общества. И многих из них.

– Но я действительно не могу. Не должна, – отозвалась Эмили, хотя соблазн услышать, что говорят простые обитатели Лондона о герцоге такого, о чем она даже не подозревает. А если что-то такое… ужасное, хотела ли она знать об этом?

– Из ваших рассказов можно сделать вывод, что он настоящий джентльмен, мисс, – сказала Салли. – Единственный в своем роде. Не упустите его.

Как она могла упустить или не упустить что-то ей не принадлежащее? И случится ли подобное когда-нибудь?

Покидала миссис Годдард Эмили еще более озадаченная, чем пришла к ней. Теперь она возвращалась в свою, более респектабельную, часть города, Мэри следовала за ней, едва поспевая и боясь потерять Эмили из виду – так быстро она шагала.

Внезапно подле остановился изысканный экипаж – открытая четырехместная коляска глянцевого черного цвета с золотисто-зеленым гербом на дверце. Кучер остановил пару вороных лошадей, и из коляски показался мужчина. Он наклонился и поприветствовал ее, сняв шляпу. Солнечный свет блеснул в его волосах, и, к своему изумлению, она увидела самого герцога Мэннинга, словно по волшебству появившегося из ее грез.

– Добрый день, леди Эмили. Выбрались за покупками?

– М-м-м… да, ваша светлость, – ответила она, вдруг осознав, что и у нее, и у Мэри пустые руки. – Впрочем, я так и не нашла то, чего хотела. Мы как раз возвращались домой.

– В самом деле? В таком случае могу я предложить вам прокатиться со мной до вашего дома? Пешком идти отсюда достаточно далеко, – отметил он.

Поездка в его экипаже? Рядом с ним? Эмили отнюдь не была уверена, стоит ли. Из происшествия в Воксхолле стало очевидно, что иногда она теряет контроль над своими тайными низменными желаниями. Не то чтобы она могла запрыгнуть на него прямо в открытой коляске у всех на виду, однако…

Что ж, никогда не знаешь, что может случиться. Чем больше времени он проводил с ней, тем больше у него появлялось шансов обнаружить, что именно она была той женщиной в черном парике. А ей очень хотелось сохранить тайну. Однако возможно ли это, если он постоянно находился рядом?

Она оценила путь, который им предстояло проделать. Мэри смотрела на нее умоляющим взором, словно уже больше не могла идти.

Эмили вздохнула. Другого выхода не предвиделось. Значит, ей нужно было быть как можно осторожнее и осмотрительнее. Поездка не продлится вечно.

– Спасибо, ваша светлость. Вы так добры.

Николас незамедлительно распахнул дверцу экипажа, спрыгнул на землю, не дожидаясь кучера, и протянул ей свою сильную руку, помогая подняться.

Мэри устроилась на козлах рядом с кучером, а Эмили тем временем аккуратно расположилась на бархатных подушках. Экипаж был просто замечательным, гораздо красивее и удобнее, чем древняя, вечно грохочущая карета ее родителей.

Пока они плавно ехали вдоль улицы, не ощущалось никакой тряски или толчков, когда же она провела пальцем по бархатной обивке, почти осознала, почему вся ее семья так хочет выдать ее замуж за герцога. У него наверняка немало экипажей, таких как этот. Тем не менее это не повод для столь ответственного шага, как замужество. Эмили украдкой взглянула на Николаса из-под полей своей шляпки и увидела, что он не отрываясь смотрит на нее. Его голубые глаза при свете дня становились еще ярче и притягательнее. Правда, красивое лицо тоже повод, а надо сказать, сказочно прекрасно. И он так хорошо, так восхитительно целовался. Эмили прижала кулаки к приятным бархатным подушкам, стараясь сохранять благоразумие.

– Вы очень добры, ваша светлость, – несмело начала она.

– Я все равно ехал в том направлении, леди Эмили, и было бы крайне невежливо позволить леди идти пешком в такую даль. – Он казался на удивление внимательным. – Это наименьшее, что я могу сделать, учитывая, какую любезность оказала мне сегодня ваша матушка.

Это показалось Эмили тревожным звонком. Герцог встречался с ее мамой?

– Любезность?

– Да, она пригласила меня на ваш званый ужин.

– Званый ужин? – повторила Эмили, чувствуя себя глупым дрессированным попугаем.

Они собирались устраивать ужин? Неужели она настолько поглощена своими переживаниями, что не заметила приготовлений? Или это очередной план действий ее семейства? Николас нахмурился:

– Вы не в курсе происходящего, леди Эмили?

Эмили еще крепче вцепилась в бархатные подушки, чтобы не поддаться желанию грызть свой ноготь или, еще лучше, рвать на себе волосы. Если это действительно какой-то хитроумный план, он ни за что не должен узнать об этом!

– Ах, вы знаете, – нашлась она, – подобного рода встречами и мероприятиями в нашей семье занимаются мои матушка и невестка. Им крайне редко требуется моя помощь, и это хорошо, я очень забывчива. Вне всякого сомнения, вы очень и очень желанный гость на нашем ужине, ваша светлость. Но вы наверняка человек занятой. Мне бы не хотелось, чтобы вы чувствовали себя обязанным посетить нас, если уже приняли до этого какие-то приглашения.

– Вовсе нет. Я бесконечно рад принять именно ваше. Ужин в узком кругу друзей гораздо предпочтительнее после великого множества грандиозных и шумных балов.

«И после множества любовных встреч в Воксхолле?» Чтобы скрыть румянец смущения, Эмили отвернулась и стала смотреть на улицу, которую они проезжали. Впрочем, это оказалось еще хуже, так как все прохожие останавливались и провожали любопытными взглядами экипаж с гербом герцога. Стоило только выглянуть, как все бы увидели, что именно леди Эмили Кэрролл едет с герцогом Мэннингом в его экипаже, и это только подлило бы масла в огонь своднической лихорадки ее матушки.

– Вы жалеете, что сезон балов подходит к концу, ваша светлость? Больше никаких светских раутов и собраний.

– Я с нетерпением жду момента, когда наконец смогу уехать за город. У меня накопилось много дел в имении. А в город при желании или по необходимости всегда можно приехать. И вне зависимости от времени года непременно встретить интересных людей.

– Вы правы. И если вы останетесь здесь, то их внезапно станет гораздо больше.

Николас рассмеялся:

– Еще одна причина остаться за городом. А вы предпочитаете город, леди Эмили?

– Я бы не сказала. Люблю покой и тишину, царящие в деревне, возможность гулять, читать и делать все, что душе угодно.

Хотя как раз в этом году она боялась, что пребывание в деревне в их имении Морби-Парк продлится дольше обычного: родители были разочарованы ее неудавшимся сезоном. И возможно, она уже не сможет вернуться.

Возможно также и то, что это одна из последних ее встреч с герцогом. Холод разочарования при одной только мысли об этом не давал покоя.

– Значит, вы можете спокойно гулять, не опасаясь вмешательства всяких там герцогов, которые не прочь покомандовать и настаивают на том, чтобы отвезти вас домой? – сказал он, игриво улыбаясь.

Эмили пришлось улыбнуться. У нее никогда не получалось долго оставаться серьезной в его присутствии. Слишком уж хорошо рядом с ним.

– Прогулки за городом воспринимаются совсем иначе и, по-моему, гораздо приятнее.

– Так и есть.

– Ваша семья присоединится к вам в поместье?

– В этом году нет. Моя сестра Шарлотта с супругом сейчас в его поместье в Деррингтоне ожидают появления своего малыша, другие же сестры путешествуют со своими мужьями. Мой брат лорд Стивен в скором времени возвращается в собственное имение. Боюсь, будет слишком тихо.

Эмили с трудом представляла его без шумного, жизнелюбивого семейства. Они казались нераздельной его частью. Вот и еще одна причина того, почему их союз крайне неудачная идея.

Экипаж подъехал к ровной площадке у порога ее дома. Сначала ей показалось, что она заметила лицо матушки в одном из окон верхнего этажа, но, похоже, это лишь развеваемая ветром занавеска.

Николас спустился и подал Эмили руку, она на секунду задержала на ней взгляд, колеблясь, стоит ли ее принимать. Очередное доказательство того, как быстро она теряет рассудок от одного лишь его прикосновения.

Уязвленная улыбка коснулась уголка его рта.

– Она не превратится в змею и не ужалит вас, леди Эмили, обещаю.

Осознав всю нелепость ситуации, она приняла его руку и позволила проводить до тротуара. Даже сквозь перчатки она чувствовала силу и жар его прикосновения, которое заставило ее ясно вспомнить ощущение тепла его ладони, скользящей по ее коже.

Она ступила на тротуар, но он все еще держал ее руку.

– Вот видите, – прошептал он ей на ухо, – вполне безопасно.

Однако Эмили не могла с этим согласиться и с трудом проглотила внезапно подступивший к горлу ком.

– Благодарю за поездку в вашем экипаже, ваша светлость, – быстро проговорила она, чтобы не задохнуться на середине фразы. – Буду с нетерпением ждать встречи с вами на нашем… званом ужине.

– Я тоже буду ждать с нетерпением.

Она всмотрелась в его лицо, пытаясь обнаружить возможные признаки сарказма. Хотя бы малейший намек на то, что он знал, кто на самом деле был в Воксхолле, и теперь просто играл с нею. Он улыбнулся ей в ответ, сама учтивость, как и всегда.

Казалось, теперь она должна была почувствовать себя увереннее, не переживать по поводу своей позорной тайны, но почему-то не получалось. Напротив, она нервничала, мучаясь неопределенностью более, чем когда-либо. Эта незначительная, но такая тягостная тревога лишала покоя.

Парадная дверь распахнулась, и на мгновение Эмили даже испугалась, думая, что это ее матушка спешит пригласить герцога на чай. Но это оказался дворецкий. Несмотря на то что никто из ее надоедливых родственников не выглядывал из-за его спины, она точно знала, они где-то поблизости и наблюдают за ними.

– Еще раз спасибо, ваша светлость, – торопливо проговорила она. – Всего доброго.

– Всего хорошего, леди Эмили. – Он взглянул на нее так, словно хотел сказать что-то еще, но Эмили уже убегала вверх по ступенькам, чтобы спрятаться пусть в сомнительной, но безопасности собственного дома. Только когда дверь за ней захлопнулась и отъехал экипаж, она наконец расслабилась и почти рухнула за стоявший поблизости туалетный столик.

– Я должна быть счастлива, – прошептала она.

Ей достало сил быть рядом и не броситься на него, находясь во власти собственных желаний, не зардеться румянцем от смущения. Оказывается, она могла при необходимости хранить секреты. Все позади, и она даже пережила первую, после того маленького неожиданного свидания, встречу с герцогом.

Тогда отчего же она чувствовала себя такой жалкой дурочкой?

– Эмили, дорогая, вот ты где! – произнесла леди Морби нараспев.

Эмили подняла глаза и увидела, что матушка в спешке поднимается к ней с сияющей улыбкой и развевающимися ленточками чепца.

– Вижу, нет необходимости спрашивать, удачно ли ты прошлась.

Эмили отвернулась от нее к зеркалу, висевшему над столиком. Избегая встречи со своим собственным отражением, она стала развязывать ленточки шляпки, стягивать перчатки с рук. Тонкая лайковая кожа, казалось, все еще хранила его аромат.

– Я и в самом деле хорошо прошлась, правда, того, что нужно, не нашла.

– Но ведь тебе не пришлось возвращаться домой пешком, моя хитрая девочка, – заметила мать величественно. – Никогда не думала, что увижу, как моя дочь возвращается домой в экипаже герцога! Надеюсь, леди Верней, что живет на той стороне улицы, это видела. Она так хвасталась помолвкой своей дочери с простым виконтом.

– Мама, эта поездка длилась не более десяти минут, мы сидели в открытой коляске, окруженные слугами, в частности Мэри, – возразила Эмили. – И никакого намека на помолвку или роман. – Она развернулась и стремительно удалилась в гостиную, где слуги готовились подавать чай у камина.

Матушка поторопилась вслед за ней:

– И все-таки это хороший знак. Тебе следовало пригласить его на чай. Твой отец, как обычно, в библиотеке, но думаю, он был бы рад поприветствовать герцога.

– Я подумала, званого ужина с него достаточно, – сказала Эмили, усаживаясь в своем кресле. – Мама, почему вы не сказали мне, что мы устраиваем званый ужин?

Мать села напротив Эмили все с тем же выводящим из себя выражением удовлетворения на лице, которое тщетно пыталась скрыть.

– Мы решили устроить его буквально в последнюю минуту. Такой легкий экспромт, чтобы попрощаться с друзьями, прежде чем отправиться в заточение в деревню.

– Вы придумали этот экспромт, когда встретили герцога и устроили ему засаду прямо возле магазина?

– Вовсе нет! Эмили, честно говоря, ты становишься довольно циничной и подозрительной. Тебе это совсем не к лицу, к тому же от этого появляются морщины.

Она заглянула в свою шкатулку для шитья и извлекла оттуда перевязанную стопку бумаг.

– Мы с Эйми думали над меню. Как ты считаешь, герцогу понравится ягненок под соусом с мятой и розмарином? Кажется, он с удовольствием ел нечто подобное в Вельбурне прошлым летом, хотя теперь уже точно не помню. Десерты мы, конечно, закажем у Гантера. В домашнем приготовлении хороши простые блюда, но никак не всевозможные пудинги. Кроме того, я не уверена в выборе цветов. Может быть, светло-красные розы? Тебе подойдет розовый, Эмили. Правда, в этом сезоне в моде лилии.

Эмили вздохнула и почти залпом выпила чашку крепкого чая. Сейчас ей требовалось подкрепление в любом виде, матушку уже не остановить, во всяком случае теперь, когда она заговорила о лилиях. Она с улыбкой слушала маму, понимая, что ее семейство нуждается в серьезной помощи.

Глава 8

Вне всякого сомнения, бал у леди Арнольд по традиции был последним грандиозным событием сезона, после которого часть светского общества разъедется из душного летнего Лондона по своим загородным имениям, а часть отправится путешествовать на континент. Таким образом, последний шанс надеть свои изысканные наряды, прежде чем они выйдут из моды, и услышать последние горячие сплетни и новости, прежде чем те утратят свою актуальность. У леди Арнольд был самый просторный зал для танцев во всем Лондоне, за исключением поместья Мэннинг-Хаус, и она всегда украшала его цветами, приглашала самый лучший оркестр и вносила в список гостей только самых достойных. Любой, кто имел хоть малейший шанс попасть туда, делал для этого все возможное. Даже Эмили, которая, к сожалению, не нашла там подходящих пальм, за которыми можно спрятаться. Очевидно, пальмы вышли из моды. Вместо них леди Арнольд украсила бальный зал гирляндами из плюща, переплетенного с белыми розами и золотыми и белыми лентами, драпированными кружевом. Это выглядело мило и даже красиво, но совершенно не годилось в качестве укрытия.

Эмили сидела на одном из маленьких белых стульев, обитых парчой, что стояли плотным рядом вдоль стен, окруженная оставшимися без кавалера девицами и их опытными компаньонками. Быть может, отчасти она надеялась, что в белом муслиновом платье ей удастся слиться с белоснежной обивкой стульев.

Впрочем, как оказалось, в этом не было особой необходимости. Джейн и Эйми уже танцевали, мистер Рейберн еще не прибыл, отец и брат играли в карты, матушка порхала где-то по залу со своими подругами, а потому очень немногие заговаривали с Эмили, при этом многие исподтишка посматривали на нее и перешептывались. Похоже, история с ее поездкой с герцогом в его экипаже уже довольно широко распространилась и в совокупности с инцидентом в парке грозила стать очень пикантной сплетней. Она, конечно, отлично понимала, что так и случится.

Герцогу, скорее всего, безразлично. Он, так же как и вся его семья, привык к скандалам и похуже. Эмили же воспринимала все это крайне болезненно. Она ерзала на своем стуле в волнении, то открывая, то закрывая кружевной веер. Пыталась наблюдать за танцующими, кружащимся калейдоскопом разноцветных нарядов и сияющих драгоценностей, старалась хоть как-то отвлечься и подумать о чем-то другом. Она украдкой взглянула на богато украшенные часы, висевшие на дальней стене, и обнаружила, что находится здесь менее часа. А ее мама и Эйми ни за что не покинут бала раньше часа или двух пополуночи.

Эмили снова с шумом распахнула веер и энергично махала им прямо перед своим лицом. Почему она не взяла с собой книгу? Ей нужно было разработать планы уроков для ее учениц у миссис Годдард. До отъ езда Эмили из Лондона оставалось совсем немного времени, и им предстояло остаться без нее на несколько месяцев.

Танец закончился, и партнер Эйми занял пустующее место возле Эмили.

– Луд, сколько же здесь собралось гостей! Я едва дышу! – воскликнула Эйми. – К окончанию вечера от моих туфель ничего не останется.

– Где Роб? Он не собирается танцевать сегодня? – поинтересовалась Эмили.

Эйми, зашуршав, открыла свой веер.

– Ты же знаешь, как он ведет себя на подобных собраниях. Вечно болтает с кем-то о политике и совершенно не позволяет себе расслабиться и повеселиться. Думаю, он в комнате для карточной игры, с вашим отцом. Кроме того, мужья, как правило, не танцуют со своими женами, по крайней мере не больше одного танца.

Эмили обмахивалась веером все сильнее, так как все больше людей проходило мимо них, бросая на нее любопытные взгляды. Эйми взяла ее за руку, чтобы прекратить эти нервные движения.

– Эмили, дорогая, ты испортишь свою прическу, и это после всех моих стараний, – сказала Эйми.

Она и в самом деле провозилась с ней целый час, прежде чем выйти из дома, прогнала Мэри и лично завивала локоны Эмили, скрепляя их ленточками, приговаривая при этом, что той стоит больше следить за модой. Она вплела розовые бутоны и жемчужные нити в ее прекрасные светлые волосы.

– Это не имеет смысла, Эйми. Здесь нет того, кого ты так надеялась впечатлить моим безупречным стилем.

Эйми нахмурилась, даже не пытаясь отрицать правоты Эмили.

– Где же он может быть? Никто не пропускает балов леди Арнольд. Это жизненно важно для общественной деятельности.

– Быть может, для герцога это не так жизненно необходимо?

– Нет, именно жизненно необходимо! Смотри, разве это не сам Веллингтон вон там? Потому-то герцогу Мэннингу так нужна герцогиня, которая станет тщательно следить за всеми его встречами и мероприятиями.

– И ты считаешь, что я – лучшая кандидатура? Представления не имею, как это – быть герцогиней.

Эйми цыкнула на Эмили, поправляя ее прическу:

– Конечно, могла бы. Ты себя недооцениваешь, сестренка. Ты дочь графа, причем очаровательная, хотя и такая тихая. Знаешь как вести хозяйство и как вращаться в обществе, хотя и предпочитаешь этого не делать. А всему, чего ты еще не знаешь, совсем не трудно научиться.

– Интересно, не существует ли, случайно, инструкции, обучающей быть герцогиней, в книжной лавке Хэтчардс?

Эйми засмеялась:

– Если бы была, мне еще давно стоило бы освоить ее! Серьезно, Эм, для тебя и для всех нас это действительно превосходный шанс. Роб смог бы приобрести гораздо большее влияние в политических кругах, будь у него соответствующий покровитель, который мог бы помочь ему, а твои родители заслужили достойного и комфортного отдыха, после стольких лет трудов. Тебе же необходимо обзавестись собственным домом, пока еще не поздно.

А пока этого не произойдет, она так и будет бременем для Эйми и Роба, вывод напрашивался сам собой, хотя она не высказалась вслух. Эмили понимала, что это правда до последнего слова.

– Эм, я думаю, ты должна… – начала Эйми, но ее неожиданно перебили.

– Добрый вечер, леди, – учтиво прозвучал чей-то глубокий мужественный голос. – Позвольте заметить, вы обе очаровательны сегодня. Самые восхитительные на этом балу.

Эмили обернулась и увидела прямо перед собой мистера Рейберна. Они не встречались с тех драматических событий в Гайд-парке, хотя он присылал ей цветы. Она полагала, что сплетни о ней и герцоге несколько отпугнут его, ан нет, вот он, само обаяние, кланяется и приветливо улыбается, будто ничто не прерывало его и без того непостоянных ухаживаний.

Насколько проще была бы жизнь, если бы она испытывала к мистеру Рейберну то, что чувствовала к герцогу. Но жизнь зачастую не так проста, как хотелось бы. Он вызывал в ней очень смешанные чувства.

Эйми рассердилась, что ее перебили, но тут же скрыла это, любезно улыбнувшись.

– Мистер Рейберн! Вот уже несколько дней от вас никаких известий.

– К сожалению, был вынужден покинуть город на некоторое время, леди Грантон, но я просто обязан был успеть в срок к балу леди Арнольд. Это мой последний шанс в сезоне вымолить у леди Эмили хотя бы один танец, если она будет так добра ко мне. – Он не сводил глаз с ее лица, что несколько смущало, будто он пытался прочесть ее мысли.

– Вы очень любезны, мистер Рейберн, – сказала Эмили, – но я сегодня не настроена танцевать.

– Эмили, я думаю, практика тебе не помешает, – вмешалась Эйми, – к тому же мистер Рейберн прав, это последний бал сезона…

– Его светлость герцог Мэннинг, – вдруг объявил дворецкий леди Арнольд.

Двери зала распахнулись, и наконец появился сам герцог. На нем был простой, безупречно скроенный камзол темно-синего бархата, цвет которого чрезвычайно подходил к его глазам, и вышитый золотом жилет цвета слоновой кости, переливавшийся в мерцании свечей. Казалось, все освещение зала сконцентрировалось вдруг на нем, оставляя в тени все прочее.

Взгляд его скользил по присутствующим и остановился на Эмили. Она смутилась и не успела отвести глаза или хотя бы скрыть свои эмоции. Душевное волнение, внезапно охватившее ее при виде герцога, и страх – все это, без сомнения, легко читалось на ее лице. Она ощутила головокружение.

Но вот уже леди Арнольд заторопилась к нему, и его тотчас окружила целая толпа. Эмили отчаянно сжала в ладони веер.

– Возможно, разумно с твоей стороны отказаться от танцев, Эмили, – быстро произнесла Эйми. – Я, кажется, порвала подол во время последней кадрили. Ты не пройдешься со мной до дамской комнаты, чтобы помочь починить его? Вы позволите, мистер Рейберн?

Он помрачнел, и Эмили заметила, как рука его дрогнула. Но он лишь кивнул и сказал:

– Конечно. Возможно, потом мы сможем совершить тур вокруг зала, леди Эмили.

Эмили торопливо закивала и побежала за Эйми, которая уже тянула ее за руку. Невестка тащила ее сквозь плотную толпу, оглядываясь по сторонам в поисках герцога.

– Эйми! – прошептала Эмили. – Ты была чрезвычайно груба по отношению к мистеру Рейберну.

– Ах, бедняжка, – тоже шепотом отвечала Эйми, – мистер Рейберн не обладает ни титулом, ни состоянием. Одно дело, когда он просто оказывал тебе знаки внимания, но теперь…

Эмили оглянулась на мистера Рейберна, который все еще смотрел им вслед, хотя они уже почти окончательно скрылись в толпе. Теперь рядом с ним стояла Джейн и говорила что-то ему на ухо.

– Ах, ваша светлость! – внезапно воскликнула Эйми.

Эмили резко повернула голову и прямо перед собой увидела Николаса. Леди Арнольд наблюдала за ними с самодовольной ухмылкой, но Эмили этого даже не замечала. Она видела только его.

Эйми резко потянула ее за руку, и они обе склонились в реверансе.

– Леди Грантон, леди Эмили, – сказал он, – очень приятно снова видеть вас.

Обменявшись любезностями и обсудив погоду и бал, леди Арнольд отправилась встречать новых гостей, и Эйми, как того боялась Эмили, решила использовать эту возможность.

– Ваша светлость, Эмили только что жаловалась на духоту в зале, она плохо себя чувствует. – Невестка была сама забота. – Мы как раз направлялись глотнуть свежего воздуха, но мне нужно подшить разорванный подол.

Эмили постаралась высвободить руку и возразить ей, но Эйми лишь усилила хватку.

– Если леди Эмили нехорошо, я буду счастлив сопроводить ее на террасу, – ответствовал Николас, – мне тоже не по душе подобное столпотворение.

– Ваша светлость, в этом нет необходимости… – начала было Эмили, но Эйми прервала ее, в очередной раз ущипнув. Она была чрезвычайно сильной, несмотря на внешнюю хрупкость.

– Вы так добры, ваша светлость! – обрадовалась Эйми. – Я присоединюсь к вам буквально через мгновение.

Она умчалась, почти танцуя, а Николас протянул руку Эмили, выжидательно глядя на нее. Эмили огляделась, но пути к отступлению не было. Казалось, все вокруг смотрели на нее и ждали, что же она сделает.

Она приняла его руку и позволила сопроводить к приоткрытым дверям террасы. Ей казалось, что он чувствовал себя запутавшимся в ловушке всех этих махинаций со стороны ее семейства, она и сама слишком хорошо знала подобное ощущение. Тем не менее он не обнаруживал никаких признаков негодования, даже намека на то, что хотел бы оставить ее при первой же возможности. Продолжал держать ее за руку, учтиво и непринужденно ведя разговор, будто даже не обращал внимания на ее невнятные немногословные ответы.

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 3 Оценок: 1
Популярные книги за неделю


Рекомендации