» » » онлайн чтение - страница 8

Текст книги "Вспомни меня, любовь"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 3 октября 2013, 19:01


Автор книги: Бертрис Смолл


Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Глава 5

Ранней весной 1540 года монастыри Кентербери, Рочестер и Уолтхем наконец перешли во владение короля. Томас Кромвель завершил свою великую миссию по отчуждению монастырских земель. Одновременно в нем перестал нуждаться Генрих Тюдор. Большая часть принадлежавших аббатствам богатств попала прямехонько в королевскую казну, но часть из них распределили между самыми преданными короне дворянами – вернейший способ сделать их еще более преданными своему сюзерену. Теперь они наверняка не станут противодействовать религиозной реформе, поскольку их доход напрямую зависит от ее результатов.

Французский посол Шарль де Марильяк поспешил сообщить своему королю, что Кромвель зашатался и вот-вот рухнет. Однако неожиданно король вдруг пожаловал лорд-канцлеру титул графа Эссекса – такое изощренное издевательство было вполне в его духе.

Когда герцог Норфолк осторожно коснулся в разговоре оказанной Кромвелю милости, король, по-волчьи оскалившись, ответил:

– Я всего лишь избавил бедняжку Крома от страха, Томас. Перепуганный человек не в состоянии ясно мыслить, а как раз сейчас мне необходим острый ум Кромвеля, чтобы окончательно и бесповоротно покончить с этим дурацким мезальянсом, в который он меня и впутал. Так что, думаю, это справедливо, если он же поможет мне освободиться.

– Значит, нет никакой надежды? – спросил герцог.

– На это супружество? – откликнулся король. – Но этот союз всегда был супружеским только на словах. Не потому, что леди Анна плохая – нет, она очень хорошая. Но она мне не жена, никогда ею не была и никогда не будет.

– Но как же быть с герцогом Клевским, милорд? – воскликнул Томас Говард. – Не будет ли он оскорблен тем, что его сестру отвергли и отослали домой? Она, в конце концов, принцесса.

– С леди Анной поступят по справедливости и щедро вознаградят. Тебе не нужно в это вмешиваться, Норфолк. А герцогство ничто против мощи Англии! Пустое место! Но свою службу оно нам сослужило. И Франция, и Священная Римская империя снова ищут союза с нами, – усмехнулся король. – А у меня будет новая английская роза, совсем как моя возлюбленная Джейн, эге, Томас?

– Разве не лучше найти другую принцессу, ваше величество? – вкрадчиво предложил герцог. – Англичанка некоролевского рода нанесет ущерб престижу короны, вы не находите?

– Ущерб престижу? Да ты просто сноб, Томас, и всегда им был. Да любая английская девчонка запросто заткнет за пояс самую распрекрасную заморскую принцессу. Все, больше никаких принцесс! Я хочу женщину из плоти и крови. Чтобы с ней было хорошо в постели. Чтобы она рожала мне детей. И пусть Бог будет моим свидетелем, – воскликнул король, возвышая голос, – у меня она будет!

– Неужели какая-то женщина уже завоевала ваше сердце? – поинтересовался герцог.

Рассмеявшись, король ткнул герцога толстым пальцем под ребро.

– Как всегда, хочешь первым узнать все новости, старый плут? – выдавил он, хохоча до слез. – Так вот, я еще окончательно не решил, и ты не узнаешь об этом раньше, чем об этом узнаю я сам. Это мое последнее слово!

Но герцог Норфолк, как и все остальные придворные, видел, что король делит внимание между его племянницей Кэтрин Говард и Ниссой Уиндхем. Томас Говард переговорил с юной Кэтрин в тот день, когда они с епископом Гардинером беседовали в парке. В штате королевы у герцога была своя осведомительница; от нее он узнал, что его племянница освободится в тот день после полудня, и послал за ней. Когда девушка предстала перед ним, он отметил, что она выглядит особенно привлекательно в бархатном желто-зеленом платье, и сделал ей комплимент.

– Это подарок моей подруги Ниссы Уиндхем. Она говорит, что ей оно не идет, а у нее и без того слишком много платьев. А я думаю, просто она добрая и жалеет меня, видя, как я бедна. Все равно хорошо, когда есть такие друзья, правда, дядя?

– А хотелось бы тебе, дитя мое, никогда больше не беспокоиться о том, достаточно ли у тебя платьев? – спросил в ответ ее дядюшка. – Хотелось бы тебе иметь любые красивые наряды и драгоценности, какие только можно представить?

Голубые глаза девушки удивленно расширились.

– Не понимаю вас, дядя, – пролепетала она.

– Я задумал выдать тебя замуж, Кэтрин. Но прежде всего ты должна поклясться мне, что ни с кем, понимаешь, ни с кем, в том числе с твоей подругой Ниссой, не будешь обсуждать то, что я скажу тебе. Обещаешь мне? – Его холодные глаза, казалось, сверлили ее.

Кэтрин уверенно кивнула, ее возбуждение нарастало с каждой секундой – ведь Томас Говард был почти так же могуществен, как сам король.

– Я надеюсь на тебя, Кэтрин, – сказал герцог. – Это должно остаться между нами, в строжайшем секрете. Если ты выдашь его, это может стоить тебе головы. Понимаешь меня? – Он не сводил с девушки взгляда.

Ее хорошенький ротик округлился от изумленного «О-о!», но затем она уверила:

– Я сделаю все так, как вы скажете, дядя, и никто не будет знать о нашей беседе. Что это за брак вы мне предлагаете?

– А как бы ты отнеслась к тому, чтобы стать королевой Англии, Кэтрин? – спросил он ее в лоб. – Подумай, девочка! Королевой!

– Значит, я должна стать женой короля? – медленно проговорила Кэтрин Говард. – Но у него уже есть жена. Как же это может быть, дядя?

– Леди Анна скоро уже не будет королевой, – сообщил племяннице Томас Говард и, заметив на лице девушки ужас, поспешил успокоить: – Ничего плохого с ней не сделают, клянусь тебе, просто король собирается аннулировать брак. Ты ведь знаешь, да и все знают, что он так и не решился фактически осуществить брачный союз с этой женщиной. Но Англии нужны новые законные наследники, а королю – молодая жена, которая сможет родить их. Он поглядывает на тебя, Кэтрин, с большой симпатией. Мне кажется, ты – та самая женщина, которая могла бы осчастливить его. А что ты об этом думаешь?

Она надолго задумалась, не в силах справиться со множеством нахлынувших мыслей. Генрих Тюдор достаточно стар, чтобы быть ее отцом. Он тучен и непривлекателен, при одной мысли о его прикосновениях ей делается дурно, ведь она утонченная натура и любит все красивое и изящное. От его больной ноги воняет гноем, но… Но он – король Англии! А каковы ее шансы на удачное замужество? Она – одна из шестерых детей, старшая из трех дочерей, круглая сирота. Она полностью зависит от щедрости своего всемогущего родственника, а он известен своей скупостью и ни за что не даст за ней хорошего приданого. А никакой богач не женится на бесприданнице, какие бы там могучие связи она ни имела. Монастырь? Нет, спасибо, это не выход. Что же остается? Она может стать чьей-то любовницей или… Да есть ли у нее на самом деле выбор?

– Я боюсь, дядя, – честно призналась герцогу Кэтрин.

– Чего? – неприятно поразился он. – Ведь ты же – Говард, Кэтрин!

– Моя кузина Анна Болейн тоже была Говард, и ей отрубили голову. Король легко разочаровывается, и только королева Джейн устраивала его во всех отношениях. Не знаю только, долго бы это продолжалось, останься она в живых, или со временем и она бы ему надоела? Его величество был женат четыре раза. Одна из его жен умерла, с другой он развелся, третью казнил – и вот теперь хочет объявить брак с четвертой недействительным. Вы спрашиваете, хочу ли я иметь красивые платья и украшения? О, конечно, хочу, отвечаю я. Но долго ли смогу я наслаждаться ими, прежде чем король не отыщет повода избавиться и от меня тоже, дядя? Вот чего я боюсь.

И тут Томас Говард сделал то, чего не делал почти никогда. Смягчив выражение лица, он обнял племянницу и привлек к себе:

– Если ты будешь вести себя в точности так, как я скажу, Кэтрин, то никогда не надоешь королю и он не захочет от тебя избавиться. Здесь многое поставлено на карту, дитя мое; речь не только о том, чтобы подыскать королю хорошую жену. Король, хотя он и католик по воспитанию, позволяет лютеранству все глубже и глубже распространяться по Англии. За этим, конечно, стоит архиепископ Кранмер. Мы должны прекратить это. Поэтому королю нужно найти жену, которая следовала бы старым традициям и которая… слушалась бы советов людей постарше и поумнее, чем она сама. Уже решено, Кэтрин, что ты подходишь для этой роли, и наша задача облегчается тем, что король выказывает тебе неприкрытое расположение! – Резким движением сбросив руки с ее худеньких плеч, герцог отстранил девушку от себя и потребовал: – Еще раз спрашиваю тебя, племянница, хочешь ли ты быть королевой?

– Да, дядя, – тихо произнесла она то, что он хотел от нее услышать. А что еще оставалось? Могущественные, властные мужчины вершили свои непонятные для нее дела, а она всего лишь беспомощная девушка. По крайней мере король умен, он любит музыку, как и она, и, когда больная нога его не беспокоит, он прекрасно танцует. Она должна всецело сосредоточиться на положительных моментах. Может быть, если она научится ухаживать за его ногой и облегчать страдания, Генрих по-настоящему привяжется к ней. Значит, ей нужно побороть брезгливость.

– Я доволен тобой, Кэтрин, – промолвил герцог Норфолк. – Я научу тебя, как вести себя с королем. Ты должна казаться беспомощной и беззащитной, всегда быть веселой и кокетливой. И на людях, и наедине смотри ему в рот и ссылайся на его суждения – это ему польстит. Но самое главное, дитя мое, не позволяй королю дать волю его желаниям до тех пор, пока он не наденет на твой палец обручальное кольцо. Если он сможет получить от тебя то, чего ему хочется, без этого кольца – ты такая же пропащая девка, как любая, которая позволит смазливому парню затащить себя в темный уголок. Понимаешь меня? Безобидные поцелуи, мимолетные объятия – но ничего большего, Кэтрин, ничего, даже если он будет умолять, требовать и сердиться. В таких случаях начинай плакать и напоминай королю, что ты – добродетельная девушка. Твое целомудрие – единственное, что ты можешь принести ему в приданое.

– Хорошо, дядя, – послушно ответила Кэтрин, – я буду делать все, как вы говорите. Руководите мной. Я буду слепо повиноваться вам, даю слово!

– В таком случае я открою тебе еще один секрет, – сказал герцог. – Леди Рочфорд – моя осведомительница. Ты тоже можешь доверять ей, но только отчасти. Она несчастная женщина, Кэтрин. Ее гнетет вина в смерти ее мужа Джорджа Болейна. Ее преданность мне объясняется тем, что я тайком помогал ей после его смерти, в то время как Болейны лишили ее всего и ее собственная семья тоже отказалась от нее. Что касается Ниссы Уиндхем, дитя мое, тебе нужно немедленно порвать свою дружбу с ней.

– Нет, дядя, я не хочу! Она – первая настоящая подруга в моей жизни! К тому же, если я вдруг порву с ней, другие захотят узнать почему, ведь в последнее время мы так сблизились. Конечно, всем это покажется странным.

– Может быть, ты и права, Кэтрин, – согласился герцог, приятно удивленный ее рассудительностью. До сих пор он не считал ее сообразительной, но, впрочем, на то она и Говард. – Ну что ж, хорошо, девочка, можешь продолжать дружить с леди Уиндхем. Да, так будет даже лучше. В этом случае никто до конца и не узнает, на ком из вас король остановил свой выбор. Но запомни, девочка, ты не должна говорить своей подруге ни слова о наших планах. Ты хорошо поняла? Никаких хихиканий и перешептываний по ночам.

– Я все поняла, дядя. Я ведь не дурочка, – заявила Кэтрин. – Если вы всерьез хотите привлечь ко мне внимание короля, нужно помочь вам расчистить дорожку.

И снова герцог приятно удивился, в чем честно ей и признался. Девочка оказалась не так уж глупа, как он думал раньше. Определенно, у нее есть пусть небольшой, но острый ум. Правда, его несколько тревожила ее добросердечность. Это может послужить помехой их планам. Впрочем, решил он, время исправит этот недостаток.

Удовлетворенный достигнутыми за день результатами, герцог отпустил племянницу.

Одну из Говардов он уже посадил на английский трон. И если бы она прислушивалась к нему, то сидела бы на нем до сих пор. Но госпожа Анна оказалась чересчур упрямой и своевольной. И вот теперь, как ни странно, судьба дает ему второй шанс править из-за спины королевы. Эта девчонка не должна подвести его. Его семья поднимется так высоко, как еще никогда не поднималась, и скоро станет самой могущественной во всей Англии. Сеймуры должны вновь уйти в тень, откуда они когда-то выползли. Если Кэтрин родит королю нового сына, кто знает, как дело обернется?


Оставаясь неизменно почтительным с королевой, король, однако, открыто ухаживал за двумя молодыми женщинами. Одна, Кэтрин Говард, не сводя с него томного взора, хихикала и улыбалась; но вторая, Нисса Уиндхем, вела себя более осмотрительно. Она сама не была еще вполне уверена, что означает внимание короля. Его открытое благоволение к ней могло объясняться давней привязанностью к ее матери. Конечно, ничего другого и быть не может. Но бросаемые исподтишка взгляды и перешептывания придворных заставляли Ниссу нервничать. Даже ее тетка встревожилась.

– Боже мой, Оуэн, – прошептала Блисс мужу как-то раз, наблюдая, как король учит Ниссу стрелять из лука, – не может же он в самом деле питать к ней романтические чувства. Это ужасно! Она еще ребенок!

– Значит, даже твои амбиции имеют предел, – ответил ее муж.

– Ох, Оуэн, не серди меня! Это совсем не то, что с Блейз, – сказала Блисс. – Это совершенно другое дело!

– Да, король хотел Блейз только в качестве любовницы – жена у него уже была. Сейчас у него тоже есть жена, но это совсем другая жена, и он рассматривает нашу племянницу как кандидатку на роль следующей королевы. Что ж, Тони вообще не хотел, чтобы она ехала сюда. Если бы ты с такой готовностью не выразила желание присмотреть за ней, она не попала бы в это опасное и затруднительное положение, – безжалостно напомнил жене граф Марвуд. Ему случалось слышать утверждения, что холодность Ниссы гораздо сильнее действует на короля, чем очаровательное заигрывание малютки Говард. Он не знал, было ли в этих разговорах хоть сколько-нибудь правды, но не осмелился пересказать их жене.

– Ах, Оуэн, что же нам делать? – с отчаянием в голосе произнесла Блисс.

– Ничего мы сделать не можем, моя дорогая. По крайней мере сейчас. Все во власти короля, и я боюсь, он присматривает для себя новый лакомый кусочек. Может быть, он все-таки отдаст предпочтение леди Говард.

– Нисса гораздо красивее! – не выдержала Блисс, а ее супруг расхохотался так, что у него заныли щеки.

– Мадам, – сказал он ей, отсмеявшись, – по-моему, вы сошли с ума.

Услышав голос короля, они обернулись. Ласково улыбаясь, король наклонился и, к их изумлению, поцеловал Ниссу в щеку.

– Прекрасно, моя дикая роза, очень хорошо! Какая она меткая, джентльмены, не правда ли? Настоящая Диана, богиня охоты, разве нет?

Спутники короля поторопились тут же выразить согласие.

– Наверное, я никогда не научусь стрелять так же хорошо, как Нисса, – вздохнула Кэтрин Говард, улыбаясь и поглядывая на короля снизу вверх. – Боюсь, ваше величество, у меня на это не хватит ума.

– Ни на минуту не могу в это поверить, – галантно заявил Генрих Тюдор. – Позвольте мне поучить вас стрельбе из лука, Кэт. Думаю, если вы захотите, освоите любое дело. Вы, моя дорогая, роза без шипов. – Король повернулся к пажу. – Лук и колчан для госпожи Говард!

В очередной раз двор был поставлен в тупик: которая же из двух? Генрих Тюдор явно наслаждался, держа придворных в недоумении. Приближался срок расторжения его брака с Анной Клевской, и король, по всей видимости, намеревался весьма приятно провести лето.

Епископ Уинчестерский срочно разыскал герцога Норфолка.

– Мы не можем допустить, чтобы он выбрал леди Уиндхем! – нервно заявил Стивен Гардинер. – Как только он освободится от Анны Клевской, кто угодно может завладеть им. Мы должны действовать немедленно и закрепить позиции вашей племянницы.

– Ну да, – согласился герцог Норфолк, – он сейчас как молодой жеребец, резвящийся среди молодых кобылиц. Мы должны приковать его внимание к Кэтрин, и только к Кэтрин.

– И как же вы этого добьетесь? – поинтересовался епископ.

– Дискредитировав госпожу Уиндхем в глазах короля, – ответил герцог.

– Но госпожа Уиндхем добродетельна во всех отношениях, – усомнился епископ. – Даже я не смог найти ничего, что хоть как-то бы ее компрометировало. Вокруг ее имени нет никаких сплетен, она ни разу не позволила никому из мужчин приблизиться к ней. Ее манеры и поведение безупречны, а ее преданность королеве общеизвестна. Как представляется, она – настоящая леди.

– Хорошо, но что, по-вашему, скажет король, если обнаружит ее обнаженной в постели молодого мужчины, тоже обнаженного, мой дорогой епископ? – спросил с улыбкой герцог. – Внешность порой бывает так обманчива.

– Господь с вами, милорд, уж не собираетесь ли вы испортить репутацию этой девушки? Она приехала ко двору, чтобы сделать хорошую партию. Если вы пойдете на такую подлость, ее доброе имя будет уничтожено и ни один порядочный мужчина на ней не женится. Я отказываюсь принимать в этом участие!

– Успокойтесь, Стивен, – произнес герцог. – Я могу дискредитировать ее и одновременно выдать замуж так удачно, что даже ее семья придет в восторг, уверяю вас. Чтобы не тревожить вашу чувствительную совесть, я вам ничего больше не скажу, но клянусь, что никакого вреда этой девчонке не принесу. Просто я должен отвлечь от нее короля, а единственный способ достичь этого – скомпрометировать ее. Генрих Тюдор не любит подбирать остатки после других мужчин. Он сам отдаст распоряжение о свадьбе госпожи Уиндхем, вот увидите. Вы можете мне доверять.

Епископ не произнес ни слова в ответ, но про себя поду-мал, что доверять в таком деле Томасу Говарду – все равно что доверить лисе ключи от курятника. Но, решил епископ, помешать герцогу он не может, да и что значит судьба одной девушки по сравнению с тем, что лежит на другой чаше весов, – с их планами восстановления консервативной и ортодоксальной церкви во всем блеске вековых традиций.

Герцог Норфолк наблюдал за удалявшейся фигурой епископа. Экая у него болезненная совесть, размышлял герцог. На самом деле его совершенно не волнует, что там станется с этой девчонкой Уиндхем, лишь бы это не отразилось на его положении. О, конечно, ему не хочется участвовать в том, что он считает богопротивным и аморальным делом; но он совсем не прочь воспользоваться плодами этого греха, если его совершат другие. Придя к такому заключению, Томас Говард начал высматривать среди придворных нужного ему человека. Обнаружив наконец того, кого он искал, герцог велел своему пажу:

– Пойди скажи графу Марчу, что я хочу поговорить с ним. Пусть придет ко мне в комнату.

Говард медленно направился к дворцу и прошел в свои личные апартаменты. Едва герцог появился, слуга протянул ему кубок с вином. Принимая его, Норфолк распорядился:

– Сейчас придет граф Марч. Проводи его ко мне в спальню и позаботься, чтобы нас не беспокоили.

Герцог пришел в уединенную комнату, предназначенную для приватных бесед, и устроился в кресле у очага. Огонь ярко горел – хоть и стоял апрель, но день выдался холодным. К тому же Томас Говард постоянно мерз и, невзирая на скупость, всегда приказывал поддерживать огонь в своих помещениях. Тяжело вздохнув, он отпил глоток вина. В этом году ему исполнялось шестьдесят семь лет, и он начал уставать от необходимости постоянно следить за благополучием огромной семьи. Но, увы, трудно ожидать, что его сын сумеет справиться с этим так же, как он. Генри – поэт, а не тактик. Ладно, по крайней мере ему есть кому передать имя Говардов.

«Я дал жизнь четверым, – думал герцог, – и двое уже мертвы. Какие-то стариковские мысли…» Он еще раз отпил из кубка. Когда он впервые стал отцом, ему исполнилось всего пятнадцать, и какую же шумиху вызвало появление на свет его внебрачной дочери Мэри-Элизабет! Ее мать Бесс, его дальняя родственница, сирота, умерла в родах. Бесс было всего только четырнадцать, но она успела стать одним из его самых близких друзей. Ее смерть заставила его измениться. Больше уже никому не отдавал и не раскрывал он своего сердца. Его дочь росла при нем, в семье, а со временем он нашел для нее хорошую партию. Она вышла замуж в двадцать лет, как раз в тот год, когда родился и умер его первый законный сын от Анны Йоркской.

А ведь как нелегко было найти мужа для Мэри-Элизабет Говард! Но поскольку род его был богат и могуществен, к тому же он официально признал девушку своей дочерью, жених все-таки нашелся. Генри де Винтер, граф Марч, был весьма честолюбив; женитьба на девушке из рода Говардов, пусть даже незаконнорожденной, открывала перед ним возможности, о которых до этого он не мог и мечтать.

Его семья никогда не принадлежала к высшей знати. Жили они в достатке, но богатыми их нельзя было назвать. Генри де Винтер, к собственному удивлению искренне полюбил свою жену. Тем глубже была его скорбь, когда два года спустя после свадьбы она умерла во время родов. Генри не стал жениться вторично и оказался в затруднительном положении, не зная, как воспитывать оставшегося после смерти жены сына. На его счастье, все заботы взял на себя его тесть.

Первая жена Томаса Говарда, Анна Йоркская, умерла в 1513 году. Спустя три года он женился на леди Элизабет Стаффорд, и на следующий год родился их сын Генри. В 1520 году родилась дочь. Его жена настаивала, чтобы ее тоже назвали Мэри, и герцог не стал спорить. Мэри-Элизабет уже почти десять лет не было на свете, да и какая в самом деле разница? Однако он так и не смог простить жене такой бесчувственности: ведь она знала о его старшей дочери, сын которой, его внук, рос у них в доме.

Раздался стук в дверь, и в комнату вошел Вариан де Винтер, граф Марч.

– Добрый день, дедушка, – сказал он. – Какой новый заговор вы тут замышляете?

– Налей себе вина, – сердито отозвался старик, – и сядь вот здесь, напротив. Вариан, мне нужна твоя помощь в одном деле.

Вариан де Винтер вопросительно приподнял бровь. Его дед всегда держал превосходный винный погреб и научил внука ценить хорошее вино. По-видимому, сейчас он случайно попал в точку: старик что-то задумал. Понюхав вино, Вариан довольно улыбнулся и отпил глоток. Усевшись в указанное ему кресло, он произнес:

– Отлично, милорд, я весь внимание.

«У него мои черты лица и мои глаза, – подумал герцог, разглядывая внука, – но все остальное он взял у де Винтера. Как жаль, ведь по уму он чистый Говард».

– Земля, которая входила в приданое твоей матери, – начал герцог…

– Земля, которую вы почему-то забыли передать моему отцу? – уточнил граф. – Как же, я слышал о ней.

– Хочешь, я отпишу ее тебе?

– Какова цена, милорд? – мягко поинтересовался Вариан.

– Разве обязательно должна быть какая-то цена, Вариан? – обиженно спросил внука герцог.

– Разве вы не помните первый урок, который преподали мне, дедушка? Вы сказали: то, что можешь получить бесплатно, ничего не стоит. За все желаемое надо платить, все имеет свою цену.

Томас Говард рассмеялся:

– Ты хорошо выучил урок, Вариан; уж во всяком случае лучше, чем твой дядя Генри. Что ж, договорились, и здесь есть цена, но сначала я должен узнать: не связан ли ты обещанием с какой-нибудь женщиной?

– Нет, – отвечал заинтригованный граф. – Но зачем вам это?

– Я задумал женить тебя, но только это связано с некоторым риском. Вот почему я хочу передать тебе землю твоей матери – как плату за этот риск. Девушка, о которой я веду речь, владеет обширными участками неподалеку от твоей земли, фактически по другую сторону реки.

– И что же вы хотите, чтобы я сделал, дедушка?

– Я хочу, чтобы твоя кузина Кэтрин стала следующей королевой Англии, – спокойно ответил герцог. Глаза его внука лишь немного расширились от удивления, но он не произнес ни слова, и герцог продолжал: – С недавнего времени король ее очень отличает. Его брак с фламандской кобылой скоро будет аннулирован. Когда это свершится, его невестой должна стать Кэтрин Говард. Есть только одно небольшое препятствие.

– Леди Нисса Уиндхем, – кивнул граф. – Я слушаю те же разговоры, что и вы, дедушка. Король мечется между этими двумя девушками, как шестнадцатилетний юнец. Нисса Уиндхем имеет ровно столько же шансов стать королевой Англии, сколько моя кузина Кэтрин, не так ли? Как это король ее прозвал? Моя дикая роза? Позвольте заметить, дедушка, у этой розы есть шипы. Эта молодая леди очень строгих правил и весьма преданна королеве.

– А твою кузину Кэт король называет розой без шипов, – сказал герцог. – Мы должны позаботиться, чтобы король выбрал самую нежную из двух английских роз, то есть Кэтрин. Нисса Уиндхем должна лишиться расположения короля. У меня на этот счет есть план.

– В этом я не сомневался, – с иронией заметил граф.

– Если бы король вдруг обнаружил Ниссу Уиндхем в постели с другим мужчиной, то тут же бы в ней разочаровался. Такое открытие сделало бы невозможной женитьбу на ней, и поле боя осталось бы за нашей маленькой Кэтрин. Как видишь, все очень просто, Вариан.

– Да, за исключением одной детали: король может так далеко зайти в своем разочаровании, что захочет снести голову удачливого соперника долой с плеч. Надеюсь, вы не предлагаете, чтобы этим соперником оказался я?

– Это именно то, что я предлагаю. Но тебе нечего беспокоиться за свою жизнь, мой мальчик. В глазах всего света король – женатый мужчина. Конечно, он может иметь любовницу, но эта любовница не должна быть незамужней молодой девицей знатного рода. Так что мы наблюдаем, как он ищет расположения этих двух девиц, несмотря на свой статус мужа, но пока закрываем на это глаза и помалкиваем. Вот если бы ты осмелился хотя бы намекнуть, что он строит девицам глазки под носом у жены, тогда твоей голове грозила бы реальная опасность. Король в чем-то до смешного щепетилен. Он искренне считает себя высоконравственным и добропорядочным. Поэтому он не задумываясь вступит в связь с замужней женщиной, но никогда не станет совращать девицу. В глазах Генриха Тюдора и Кэтрин Говард, и Нисса Уиндхем – его романтический идеал, воплощение невинности. Обе они одинаково годятся ему в невесты, но он должен выбрать одну. Я всего лишь хочу помочь ему принять решение. То есть, если он обнаружит, что Нисса Уиндхем не соответствует его идеалу, его выбор, разумеется, падет на Кэтрин, – продолжал герцог. – Что до Ниссы Уиндхем, семья направила ее сюда на поиски мужа. Естественно, король будет настаивать, чтобы ты женился на ней, коль скоро ты ее обесчестил. Я поддержу его решение и принесу свои извинения за твое поведение. Король получит в жены Кэтрин, а ты – хорошенькую и богатую наследницу. Ее семье тоже не на что будет обижаться: свой грех ты загладишь женитьбой, а их дочь станет графиней Марч.

– А если я все-таки откажусь, дедушка? Все это не так просто, как вы пытаетесь изобразить, – упорствовал граф. – Король, как вы хорошо знаете, вспыльчив и непредсказуем. Он может сгноить нас обоих – и меня, и девушку – в Тауэре.

– Если ты откажешься, мне придется найти другого мужчину, чтобы он сделал это. Так ты отказываешь мне, Вариан? До сих пор такого не случалось. Я всегда знал, что могу на тебя положиться, – сказал герцог.

– Вот именно, дедушка. До сих пор я послушно выполнял ваши приказания, хотя порой чувствовал, что вы требуете чересчур многого. Как, например, в тот раз, когда мой дядя, а ваш сын Генри, соблазнил дочь одного из ваших фермеров, ту самую, что повесилась, узнав, что она беременна, а мой дядя от нее отказался. Девушка никому не назвала имени своего любовника, известно было только, что он герцогского рода. Вы просили, чтобы я взял вину на себя, и я сделал это. В отличие от Генри я понимал, что наследник Норфолков должен быть человеком с незапятнанной репутацией. Вы меня искренне благодарили, дедушка, но когда слухи об этой истории распространились, от меня стали прятать девушек из порядочных семейств. Мне тридцать лет, и я не могу найти невесту, равную мне по рождению, чтобы продолжить свой род. И вот теперь вы просите меня положить голову на плаху ради того, чтобы эта маленькая дурочка Кэтрин не упустила своего шанса стать королевой. Разве одной королевы из рода Говардов не достаточно?

– Если ты сделаешь это для меня, Вариан, то получишь невесту не только равную тебе по знатности, но и принадлежащую к семье, славящейся своим здоровым потомством. Не отказывай мне! Я предпочел бы, чтобы этот приз достался тебе, а не другому. Девчонка прехорошенькая да к тому же богатая.

Вариан де Винтер неуверенно покачал головой. Он ни минуты не сомневался, что его дед поступит так, как говорит: если Вариан откажется помочь ему в этом деле, он найдет другого, более сговорчивого. Вариан подумал о Ниссе Уиндхем и вспомнил, как танцевал с ней несколько месяцев назад. Девушка не только хороша собой, в ней чувствуются и ум, и душа. Он хотел поухаживать за ней, но понял, что ничего не выйдет, как только рядом с ними возник ее дядюшка и отозвал Ниссу. Да и в следующий раз Нисса решительно отвергла его. Но разве не пообещал он себе, что когда-нибудь все-таки добьется ее?

После того зимнего вечера он видел ее всего несколько раз: в Большом зале, в церкви, на прогулке. Больше он ни разу не рискнул приблизиться к ней, хотя уже с первой встречи она завладела его сердцем. И вот теперь его дед предлагает чудовищный план, цель которого – скомпрометировать эту девушку в глазах короля. Ради того, чтобы его кузина Кэтрин могла стать очередной невестой Генриха Тюдора.

Если все же он откажется быть послушным орудием в руках герцога, кто будет выбран для его замены? И станет ли тот, другой, хорошо обращаться с девушкой? Как это дико и жестоко: заставить ничего не подозревающую девушку выйти замуж за какого-то незнакомца, да так, что ее семья не осмелится даже слово сказать против. Мысль о том, что другой мужчина, а не он, будет обладать ею, заставила вскипеть его кровь. Но такие мысли лучше держать при себе. Так или иначе Нисса Уиндхем будет принесена в жертву амбициям Говардов. Поэтому ему остается только одно.

– Должен ли я взять ее силой? – обратился граф к деду.

– О нет, – ответил тот. – Девушку усыпят и перенесут к тебе в постель, Вариан. Вас обнаружат лежащими бок о бок. Что бы она ни говорила в свое оправдание, ей никто не поверит. Ее вина ни у кого не вызовет сомнений. Король оскорбится в лучших чувствах. Ее семья придет в ужас. Я буду расстроен больше всех и стану настаивать, чтобы ты женился на ней немедленно, пока не вспыхнул скандал. Король не сможет отказать, поскольку речь идет о репутации девушки. Не может же он признать, что сам заинтересован в одной из фрейлин своей жены?

– Дай Бог, чтобы вы не ошиблись на этот счет, дедушка, – сдался граф Марч. – Я считаю ваш план в отношении Кэтрин безумным, а то, что вы хотите сделать с Ниссой Уиндхем, весьма скверным. Мне стыдно, что я буду в этом участвовать, но я не могу позволить, чтобы эта девушка стала жертвой какого-нибудь негодяя.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 2 Оценок: 4
Популярные книги за неделю

Рекомендации