Читать книгу "Про то, как враг народов войну выигрывал"

172

И уж, ясное дело, что куда только, без тени сомнения, было бы исключительно ведь весьма значительно лучше, кабы все это и впрямь бы происходило как-никак сколь еще поболее весьма вот организованнее и нисколько этак явно совсем не спонтанно…

Поскольку именно в том и был бы, собственно, разом вполне заключен истинный здравый смысл, как и самая та и впрямь этак истинно насущная до чего же попросту чисто безвременная необходимость.

Не до амбиций на суровой войне, их нужно бы вполне как-никак оставить для шумных парадов и блистательных смотров, да и разве что на один тот еще самый крайний, экстренный случай…

Ну, а в целом, раз сама собой возникла на редкость так прямая и острая необходимость в том-то весьма незамедлительном отступлении, то вот никак не иначе, а именно ее и надо бы со вполне трезвой головой и принимать во внимание да и сколь соответствующе обстановке более чем безотлагательно затем и действовать.

А, кроме того, еще и иметь до чего только весьма четкие стратегические планы как раз-таки на этот ныне наиболее уж донельзя важнейший счет!

В своем конечном итоге, отступление – то вовсе так никакая не трусость!

И это именно тупой трусостью на войне и может только ведь, и объясняться весьма как-никак полностью надежное прикрытие исключительно поспешного отступления всех тех, кто, мутной мыслью кипя, на топографическую карту тупо воззрившись, хотел всею силой своего серого невежества враз и с песней сходу одолеть ту иссиня черную смертоносную вражью силищу…

И уж наиболее заглавным постулатом всей борьбы с ней для кое-кого явно была та самая исключительно так всепоглощающая сплоченность масс, всею мощью вставших на борьбу за весь монолит СССР и его псевдонародную пролетарскую (от сохи) власть.

Правда, весь тот великий народ в чьем-то ведь вовсе до чего как-никак более чем совсем этак на редкость бесподобно скудном понимании был разве что той одной коммунистической партией, и ее наиболее наилучшие кадры и вправду следовало более чем до чего еще исступленно и самоотверженно защищать буквально любой ценой.

И как раз эти-то находящиеся вечно под градусом горе-вояки всенепременно пожелали весьма уж на редкость исключительно так надежно, словно тем еще байковым одеялом, от всякого того лютого врага всенепременно вот прикрыться чьими-то более чем явственно совсем чужими им солдатскими жизнями…

Правда может, и не все они там были именно таковыми, да только тон всему тогда задавали именно эти гражданские неучи с партбилетами в оттопыренном кармане.

И это как раз-таки именно они все как следует до чего еще более чем односторонне и подготовили…

Так что никто в том 1941 и думать не думал границы отчизны своей защищать, и планов вполне возможной последующей обороны ни у кого из них попросту и отродясь и близко уж явно тогда вовсе-то совсем не имелось.

173

Но нет с самого и впрямь-таки до чего еще вовсе ведь внезапного и вероломного начала каких-либо как-никак исключительно так весьма на редкость конкретных военных действий все тогда было с точностью сколь наглядно именно что вовсе-то совсем практически наоборот.

Прибывавшие на границу войска никаких траншей не рыли, новых полос препятствий совершенно так не возводили, а еще и разбирали и демонтировали все те некогда задолго до этого возведенные старые.

То есть делались тогда вещи исключительно противоположные всякому здравому уму, кабы советский режим на деле, а не на одних только праздных и ничего не значащих словах действительно бы пекся о мире, да и вправду более чем верно стремился, как следует подготовиться к той весьма серьезной и деятельной обороне своих рубежей.

Причем провокацией подобные вещи могут назвать разве что те, кто того вообще совершенно этак попросту никак вовсе же не понимает…

А именно, что явная слабость, как правило, неизменно провоцирует куда поболее, нежели чем откровенная сила, и не одних тех разве что простых хулиганов, но и всевозможных политических авантюристов.

Оборона никак не может быть провокацией, ею и впрямь еще способно оказаться одно лишь то самое тайное сосредоточение войск как можно поближе к государственной границе…

174

Но, может быть, любое насилие надо бы молча стерпеть, подставив вторую щеку, после того как тебя с размаху и не впервой огрели по первой, чтобы, не дай Бог, не спровоцировать хулигана на какие-либо более серьезные воинственные действия?

Однако всякий знающий человек про то уж полностью сведает: – пассивность, она зачастую наоборот лютую злобу, еще лишь разве что поболее весьма этак во всем значительнее растравляет.

Ну, а если кремлевские заправилы сталинской эпохи про нечто подобное ничего и близко не ведали, тогда что?

То вот именно тогда все вышеизложенное само по себе и близко совсем не оставляет совершенно никакого места для каких-либо в том вполне серьезных сомнений…

Надо же, как оно вдруг исключительно так само собой до чего еще внезапно разом тогда оказывается: – Советским Союзом целых 70 лет правили одни лишь серые личности, нисколько никак не способные даже и на более чем элементарно взвешенные умозаключения.

И это первое, что вообще довольно-таки сразу приходит автору на ум, попросту ведь исходя из того, как это именно падали (словно спелые яблоки и груши) к ногам Гитлера страны западной и восточной Европы.

А раз все это было именно так, а никак вовсе не иначе, то дело ясное – линию обороны всенепременно следовало, как можно поскорее максимально во всем укреплять, а никак не наоборот.

А если во имя того вовсе уж и близко совсем ничего не делалось, то чего это вообще еще, собственно, значит?

Тупые увальни в древнем Кремле почти так на целый век весело и делово тогда окапались?

И как бы все то и впрямь было на редкость более чем изумительно здорово, будь нечто подобное и впрямь самой этак вовсе как-никак до чего неотъемлемой частью всей той некогда действительно более чем вдоволь имевшейся донельзя так чисто до чего приземленной действительности…

Поскольку при всяком том подобного рода раскладе вовсе никак оно совсем тогда не иначе, а тот самый отъявленный негодяй Джугашвили свалился бы со своего пролетарского трона, даже и, не докурив, сколь еще привольно усевшись на нем, и ту самую как-никак наиболее первую свою трубку.

175

Однако коли необходимо с непомерно большой и до чего совсем внезапно нахлынувшей горечью более чем безвременно возвратиться к неотъемлемо объективным историческим реалиям, то поневоле тогда придется совсем безотрадно признать именно тот элементарный и незыблемый факт – Советским Союзом правили деловые и очень умные люди, прекрасно разбирающиеся во всех хитросплетениях политических интриг.

Именно что всегдашне верно держать нос по ветру и было их наиболее, основным великим талантом.

Хотя надо бы при всем том и впрямь до чего еще совсем уж объективно разом признать, что те самые первичные деятели революции действительно вполне конкретно желали своей стране всего того лишь истинно так светлого и удивительно наилучшего.

Да только вот уж, беда так беда, были они на редкость безутешно во всем ограничены довольно-то узкими пределами как-никак до чего еще демонически близорукого и крайне этак отчаянно невежественного скудоумия, идиотской внутренней политикой сколь ответственно основанной на откровенно ложных доктринах злосчастного марксизма.

То есть это само зеркало реальной действительности в те дикие времена вкривь и вкось донельзя ведь было как-никак исковеркано праздными догмами совершенно этак безжизненно «верного» государственного обустройства.

176

И это именно та беспримерно вездесущая коммунистическая идеология, с которой большевики подчас уж были разве что всецело вынуждены, собственно, так во всем до чего еще безнадежно считаться, и создавала те непомерно великие трудности, с коими исключительно же хорошо и было на деле знакомо все то сегодняшнее старшее поколение.

И сколь еще немыслимо туго им всем порой приходилось, когда они, тяня тяжелейшую лямку их и впрямь-таки вовсе уж совсем нелегкого правления, по временам на редкость бессильно пытались до чего незамедлительно вытянуть страну из трясины самого ведь чудовищно глубочайшего экономического застоя.

Их и пожалеть было бы явно так как-никак вовсе так нисколько не грех, кабы, конечно, не великие страдания безмерно им безлико подвластного сколь до чего еще донельзя совсем несчастливого народа…

А все это исключительно потому, что несусветная и аморфно дурацкая идеологическая тягомотина попросту и близко не давала им ни малейшей возможности поставить во всех нужных местах те светлые головы, что дружно взявшись за дело, постепенно приподняли бы экономику на вполне приемлемый, как и действительно должный всякому развитому государству жизненный уровень.

177

Правда, тогда бы довольно-то сразу и произошло то исключительно ведь вовсе незамедлительное отлучение от самого кормила власти всех тех возле него столь бессмысленно совсем уж осоловевши засевших безграмотных тупиц именно что в упор невидяще смотрящих на все чудовищные реалии своего века, как раз-таки тем полностью безразличным взглядом – маринованного судака.

Хотя нет, они были очень так даже порою умны, однако, как одна та волчья стая, коллективным умом, а для разумного и не злокозненного (во всяком экономическом смысле) управления современным государством в самом на то еще обязательном порядке неизменно должна была существовать самая полноценная и вполне однозначно же истинно здоровая конкуренция.

Однако марксизм саму подобную возможность всеми силами напыщенного духа отъявленно душит, а как раз потому советское государство и было буквально во всем совершенно ведь никак попросту именно что не рентабельно.

И все это было так, а не иначе, причем разве что только в связи с тем, что некогда сколь еще всласть царствовавшая над всеми самыми разными аспектами жизни коммунистическая идеология, как раз-таки и являлась самой широчайшей во всей истории мира удавкой на шее экономического развития СССР, как невероятно могучей страны.

А между тем, в тех еще довольно старых имперских планах было не одно лишь более чем самое же безусловное удержание под пятой российского престола Польши и Финляндии, но и присоединение к ней Персии и части северной Индии, дабы российская держава смогла получить вполне так достойный выход к Индийскому океану.

И вот кабы никак вовсе совсем не прижился в России тот до чего еще крайне так отвратительно перезрелый интернационал-социализм, то уж всем этим планам сколь еще непреложно и должно было со временем, явно ведь, как-никак вполне обязательно сбыться.

178

Однако вновь с тем еще самым как-никак более чем превеликим прискорбием разом вернемся к многострадальным и многотрудным временам той наиболее уж великой всеобщей и всеобъемлющей нашей беды.

И как то было до сих самых пор, довольно-таки подробно описано выше, и близко, никак неизвестно, уж какому это вообще количеству всевозможных интриг наш бренный мир и впрямь-то был сколь всецело на редкость обязан появлению на мизансцене немецкой политической власти – отъявленного кровопийцы Гитлера.

Однако ведь при всем том вполне же ясно лишь то одно: – марионетка эта оказалась до чего и впрямь крайне деятельно весьма своенравной и своевольной.

Не нашим, не вашим.

Западные державы при этом хотели бы радостно и по-свойски до чего еще разом задушить германскими руками Советскую Россию.

Целью же Сталина было до чего еще четко и славно использовать Адольфа Гитлера в точности в том ключе, как он до того на редкость верно пускал в дело человека-отмычку Ежова, Ягоду и других, находясь при этом в самых широких пределах именно что своей извечно ведь совсем так удивительно сонной державы.

А впрочем, она и по сей день живет, под его незримой глазами – сатанинской тенью.

179

Сталин знал каждый закуток в его большом хозяйском доме…

Однако же, выйдя «за ворота своей вотчины», он явно несколько уж совсем так подрастерялся, как и тот мужик, впервые вышедший за околицу родного села, а тут, значится, и выползло лихо, до тех самых пор где-то довольно мирно дремавшее тихо.

А все, потому что Сталин вовсе-то беспочвенно думал, что Гитлер набедокурит разве что там, где ему, то будет сподручно, да и по силам, а на него самого он ни в жизнь не попрет, поскольку одна темная сила всегда остро чувствует другую и вполне умеет ее, как надо, ценить и уважать.

А, кроме того, Гитлер довольно во многом только-то и являлся тем еще спесивым дураком, и буквально все его военные успехи и территориальные приобретения выражали собой силу и мужество его армии, а также все, это сколь наглядно собою олицетворяло и весьма достойной крепкости ум его мудрых политических и военных соратников.

И все-таки та безнадежно явственная природная ограниченность нацистского диктатора как-никак несла в себе весьма многозначительные довольно яркие преимущества, раз создавала она в нем собственную, полностью обособленную от всякой обычной, чудовищно брутальную логику, наскоро оправдывающую неописуемые зверства, до сей поры, крайне редко встречавшиеся за всю доселе описанную в анналах – человеческую историю.

180

И ведь все это явно касалось разве что одних тех чисто внешних идеологических аспектов, а вовсе-то никак не всего того, что, так или иначе, было сопряженно со всем тем всецело же полностью конкретным восприятием самых различных до чего еще чисто как-никак практических сторон исключительно вот раздольно широкой общественной жизни.

Однако нужно бы обязательно при всем том принять во внимание и то, что политические авантюристы свое собственное поле деятельности всенепременно вспахивают довольно умелым плугом, оставляя другие сферы общественной жизни людям вполне ведь профессионально в них сколь еще полноценно сведущим, а потому и досконально уж верно в них буднично разбирающихся.

Вот и Сталин был точно тем (хотя и намного более преуспевшим) политическим авантюристом!

Он вполне однозначно все логическим путем достаточно так верно просчитал, кроме, конечно, чисто военных аспектов, а они между тем тоже имеют, самое что ни на есть критически важнейшее значение.

181

Поскольку буквально во всех делах строго военных Сталин смыслил, куда только явно весьма ведь поменее, нежели чем тот самый наиболее последний в истории России император.

Однако именно благодаря всей той сколь этак неизменно совсем уж подобострастно более чем до чего еще беспрестанно так и льнущей к трону его величия лести, мнил он себя вполне дальновидным и исключительно зрелым стратегом.

Да и вообще, Сталин именно что изначально разве что только и посчитал себя в точности тем же всесильным царем из фактически той самой когорты, что когда-либо были всегда еще до него, собственно, веками-то прежде.

Он даже военную форму носил, во всем подражая Николаю Второму.

И вот, всячески продолжая давнюю традицию русских самодержцев, он и вправду как-никак вполне верно рассчитывал прийти опосля, как то в стародавние добрые времена до него – это делали другие «жандармы Европы», дабы навеки затем все и вся «освободить» от того нового, никак неразумно покусившегося на всякий ее суверенитет дьявольского нацистского супостата.

182

При этом он исключительно всерьез веско и делово явно ведь как-никак тогда полагал, что на тех еще самых всецело же законных основаниях ее и вправду на редкость вдоль и поперек изрешеченного пулями бравого освободителя, вытеснившего собой того и близко доселе вовсе-то и невиданного жуткого тирана…

Он и впрямь ныне как-никак имеет самое полное и законное право прибрать к рукам весь европейский континент, гордо подняв над ним свой серпасто-клыкастый красный флаг.

Да, то и было бы именно так, да вот незадача – Гитлер в те самые явно распоследние оставшиеся ему год-полтора до абсолютно же неминуемого своего грядущего поражения вдруг все-таки сумел уяснить, что советские танки очень-то скоро почти беспрепятственно сколь невозмутимо и смело всею армадой сходу попрут на столицу Третьего рейха, Берлин.

После полного и самого как-никак более чем исключительно так донельзя бесповоротного захвата Румынии то ведь и было бы сделать вовсе не столь уж действительно трудно!

Причем пришел Гитлер к подобным выводам, вполне очевидно, что и близко никак явно не сам, а ему о том самым исключительно настоятельным образом нашептали и насоветовали его-то лишь разве что до чего тонкой булавкой ко всем, тем тонкостям нацисткой идеологии, именно что издали же пришпиленные военные «генерал-адъютанты».

Без той нефти, что в те времена можно было вполне успешно добыть в одном лишь румынском месторождении Плоешти, то было бы Сталину сделать вовсе так нисколько совсем уж не затруднительно.

Синтетического бензина нацистской Германии надолго бы вовсе этак ни в жизнь никак не хватило…

183

Гитлер довольно быстро еще в начале 40-х годов минувшего века полностью разом то осознал, что его именно с ходу весьма нагло и на редкость коварно попросту уж разом собираются нокаутировать – топливным кризисом…

Именно захват Бессарабии и разрушил его хрустально чистую веру, в ту какую-либо принципиально устраивающую обе стороны всякую еще возможность – попросту, как есть чисто этак полюбовно и бескровно поделить с бандитом Кобой все те, на всем Европейском материке, безусловно, весьма вот тесно лишь разве что острыми краями соприкасающиеся сферы политического влияния.

А ведь Гитлер со Сталиным ссориться и близко поначалу совсем этак вовсе явственно не желал, поскольку он и вправду мог бы с ним сколь еще искренне наполовину дружить…

Это вот разве что тех самых западных своих спонсоров он со временем попросту разом взял да и послал к такой-то матери.

Понял он, что они еще обязательно всею мощью сходу ударят ему прямо так в его совсем уж вовсе нисколько неприкрытую спину, когда он до чего еще опрометчиво по самые уши непролазно увязнет, ввязавшись в серьезную войну в России.

Нет, попросту и близко никак нельзя было немцам оставлять у себя позади тех «друзей», что только лишь весьма ведь надменно так поджидали удобного случая, чтобы хитро и исподтишка на них именно что с тыла затем разом напасть.

Да и старые раны былой войны еще совсем же отчаянно ныли и требовали возмездия за всю ту пролитую кровь и безмерное унижение всей национальной немецкой гордости.

Да и без того чисто уж в связи со всеми теми до чего еще взвешенными расчетами холодного политического ума, нисколько не было в Гитлере даже и грамма веры в тех лишь разве что совсем этак недавних противников – Англию и Францию.

Поскольку, в конце-то концов, даже и тот глуповатый фюрер более чем окончательно, для себя уяснил, во имя чего это предназначались все те огромные средства, что он истинно вот заслуженно получил именно так ради самого как-никак до чего еще бескомпромиссного уничтожения очага коммунистической заразы (Советской России) нечистыми и нечестивыми немецкими руками.

Причем сколь, несомненно, заранее было полностью этак до конца уж более чем полноценно понятно, какая это именно участь и вправду, затем до чего безрадостно так ожидала того самого победителя, что на всем вот скаку разом сразил бы вождя бесславно пораженных вирусом большевизма наций.

Слепое рвение тогдашнего канцлера Германии в деле неимоверно доблестного уничтожения того, кто всем своим рябым и щербатым ликом всецело-то олицетворял истый оплот, крайне ведь дико же ненавистного всему тому довоенному западному миру большевистского тоталитарного нароста…

Нет уж, посредством чего-либо подобного никаких дивидендов Германии было и близко этак вовсе-то, затем совсем не сыскать.

Поскольку она, как-никак сколь непременно осталась бы фактически с носом, а еще и была бы полностью этак единодушно всеми объявлена отъявленно же преступным государством, никак не единожды покушавшимся на суверенитет всей старушки Европы.

184

Все это вполне уразумев (и скорее всего, никак не самостоятельно), Гитлер никак уж вовсе не торопился выполнять все то им наспех наобещанное, а именно и вправду всеми силами до чего безудержно и безнадежно осатанело разом так нападать на совершенно ему поначалу почти искренне безразличную Советскую Россию…

С нею ему лично ранее повоевать, нисколько не довелось…

А именно потому, как и по ряду некоторых иных причин, с нею еще раз о том повторимся – он вполне мог бы жить бок о бок, искренне так более чем дружелюбно же по соседству.

Англию и Францию наспех обделав совсем под орех, поставив над ними некие марионеточные правительства, а что до его благодарности, то ее-то не было и в помине, поскольку в их на широкую ногу поставленной помощи не было и признака какого-либо альтруизма (ничего подобного в политике попросту и близко никак не бывает).

Однако дело положительно же приобрело именно таковой оборот, что, судя по всему, свой в доску сосед вероломно вознамерился дать со всего размаху ледорубом по голове, не просто ведь так профессиональные военные разом все вдруг всполошились…

185

Ефрейтор Гитлер, свято умел чтить и уважать мнение профессиональных военных, по крайней мере, до тех самых пор, пока он не начал для самого уж себя как-никак донельзя абсурдно и вправду до чего еще сколь безнадежно проигрывать ту самую войну.

Такой как он недочеловек мог действовать вполне полноценно и вправду продуманно, лишь разве что только пока никак как следует, не начинало более чем до чего еще отчаянно со всех ведь боков всячески припекать.

А его соперник за мировое господство товарищ Сталин был вот всецело вылеплен из точно того же теста.

Оба они были, в сущности, вполне полноценно одинаковы и попросту во время той войны им и вправду пришлось как-никак, в конце-то концов, поменяться ролями.

Но кое-кому действительно кажется, что Сталин то ли беспечно во всем доверился Гитлеру, то ли совсем уж отчаянно его беспрестанно боялся…

А из всего того сам этак собой и следует тот вполне закономерный вывод: Сталин и близко не мог вот истинно сам до чего еще внезапно напасть на нацистскую Германию.

А между тем все это разве что как-никак сколь еще немыслимо так исключительно подлые враки!

Поскольку с чего это вдруг непонятно зачем Сталину явно уж в то время совсем ведь безрассудно понадобилось разом так собирать почти всю свою военную авиацию на приграничных с германской границей аэродромах?

Может быть, все это было до чего еще на редкость безответственно проделано какими-либо совсем этак не в меру чрезмерно расторопными и неразумными низшими чинами в погонах, а главному сатрапу попросту разве что позабыли обо всем этом безобразии, действительно вовремя как-никак еще доложить?

186

А ведь, действительно, далеко не каждый самолет в Советском Союзе в те черно-мглистые времена чудовищно сумрачного правления гения всех времен и народов и впрямь-то до чего ежечасно перемещался с места на место по одному лишь прямому указу из самого же Кремля.

Однако подобного рода массовая переброска военной техники могла произойти исключительно разве что по единоличному приказу отца и мучителя всех народов.

97 процентов военной авиации всех трех европейских военных округов, уничтоженной еще до взлета в первый же день войны, – факт попросту невозможный для всякого вполне разумного объяснения, кроме как если она была вполне ведь централизованно сосредоточена в самой непосредственной близости от вероятного удара, пока предполагаемого (или будто бы и нет) противника.

Причем все эти самолеты, как правило, стояли именно что впритык друг к другу на взлетных полосах аэродромов.

И тут вот не так чтобы совсем уж давно попалась в интернете автору статья, где немецкий летчик говорит про 8000 тысяч советских самолетов, из которых они 4000 тысячи успели сбить.

Причем их, наверное, было, куда еще только значительно больше, но в основном их не сбили, а на земле один за другим почти так беспрепятственно разбомбили на всех тех и впрямь близлежащих к границе с Германией новых аэродромах.

187

Да только в СССР настоящую и крайне горькую правду говорить было сущим преступлением до чего и впрямь вполне ведь всецело уж до чего полновесно приравниваемым к зверскому убийству.

А как раз потому за единственно верную истину, тогда как есть и признавались разве что две трети потерь на земле, однако это в точности та наглая советская ложь, как и невообразимо криводушные сталинские 7 миллионов безвременно погибших, которые были признаны таковыми еще в те голодные и злосчастные первые послевоенные годы.

Причем надо бы всем тут никак нисколько не лишний раз снова и снова сколь еще строго напомнить, что та самая Советская власть более чем неизменно оставалась именно той властью, что вовсе-то никогда ничего плохого ни в едином своем бесслезном глазу и близко вот совершенно вовсе не признавала.

Истинно на редкость весьма плачевное положение дел во всем том СССР было принято вовсе ведь не открывать буквально-то никому действительно как-никак всецело же постороннему…

А как раз-таки потому уже после окончания войны в те славные времена на редкость апофеозно маститых «ристалищ» по перекройке и безмерно ответственной перетасовке давно некогда былых реалий – черным по белому и было безапелляционно записано, что каких-то, мол, 800 самолетов у нас было уничтожено на земле, ну а четыреста – в воздухе.

Да только чего это, граждане, уж ни с того ни с сего еще ведь буквально-то сходу, без года неделя, оно фактически разом совсем так наглядно оно и вправду на деле выходит?

Откуда это как среди ночи здрасте тут вообще еще появились те самые две полностью круглые цифры?

А между тем истинно так однозначно более чем верно сделать подобного рода совсем этак никак не приблизительный подсчет можно было разве что лишь во время довольно-то широких военных учений, да только никак не должно было ничему подобному, собственно, еще случиться в течение всех тех реальных и до чего несусветно кровопролитных военных действий.

Это вот разве что коли оно все на одной той так и шуршащей на ветру белой бумаге и можно будет этакую чисто условную расстановочку, недолго-то думая, сколь до чего метко и верно тогда уж создать.

Весьма властно и ответственно выверив, чего это у нас будет, как есть чисто символически уничтожено, ну а в условиях тех истинно настоящих, а не сугубо разве что мнимых сражений ничего подобного тому совершенно этак никак вовсе не происходит.

Особенно не единожды, ладно бы разок-другой за всю войну круглое число взяло да, словно прыщик, само собой до чего ненароком бы выскочило, однако поделенное на редкость столь округло количество уничтоженных в самом том еще начале войны самолетов…

Нет уж, подобного рода информация попросту нисколько не выдерживает абсолютно никакой весьма существенной критики, да только в старые «добрые» времена бескрайне ославившей себя диктатуры ее и быть-то никак вообще не могло.

Ну, а сегодня появились кое-какие «некруглые» уточнения, хотя и они не более чем следствие новых времен, но не хоть сколько-то существенного отклонения от все той же весьма многозначительно выверенной самим седым временем как-никак и впрямь исконной большевистской тактики в точно том виде, как и прежде, беспардонно морочить всем нам голову.

И ведь до сих самых пор этак уж и было принято весьма и весьма более чем искусно скрывать одну из наиболее решающих ролей всего того государства советского в том самом на редкость как-никак безумно и кроваво подлом развязывании наиболее страшной и жестокой войны за всю историю человеческой цивилизации.

188

Большевики оказались разбиты в самом еще начале своего необычайно грозного пути, а как раз оттого и пришлось им до чего уж долго еще идти по отчаянно кровавому пути к той долгожданной, но только лишь разве что совсем явно частичной своей победе…

Но, однако, вот все это никак не для кого-то уж совсем этак строптиво гордящегося всею своей, пусть даже и совсем ведь ныне былой советской страной.

А между тем страшный удар был тогда нанесен никак не по мирно спящей стране, а по стране, что сама вот готовилась к мощнейшему своему удару.

Именно в момент развертывания сил вся армия и находится в позиции максимально уязвимой для грозного и внезапного нападения, если, конечно, буквально все не было сделано так, что тот противник никакого подвоха вовсе-то совсем никак и не ожидал.

Ну а если все рухнуло в одночасье, то тогда держи карман шире…

Не только ничего чужого толком не захватишь, но и своего нисколько не отстоишь.

И то самое абсолютное господство немецкой авиации в воздухе, это что как-либо было и впрямь-таки вполне всамделишно связано именно с тем вовсе не в меру над всем главенствующим обстоятельством, что в Советском Союзе на момент 1941 года пока уж и близко еще тогда совсем ведь не наступила великая эра воздухоплавания?

Ладно бы как в Первую мировую… ну не было, скажем, у русской армии своих (не трофейных) минометов!..

А тут чего-то именно, что совсем оно попросту нисколько не так!

Куда это все наши военные самолеты сами собой разом тогда подевались?

Почему это их первой волной бомбардировок всех почти до единого, словно корова языком слизала?

Летать на новых машинах совсем этак явно еще не умели?

Старая самолетная брехня!

189

Да и различного рода пустые отговорки того, значит, самого вовсе уж немощного типа, чего-то совсем ведь беспардонно всем нам про то верещащие, что летчиков, мол, опытных было тогда явно так отнюдь нисколько немного, раз их выпускали по принципу взлет-посадка…

Нет, вот все это ныне совершенно и близко далее не прокатывает, причем ни по взлетной полосе, ни по чьим-то широко расставленным ушам.

Поскольку то прямо скажем, истинно гробокопательное явление началось разве что лишь с конца 1939 года, ну а до этого подобного рода дел никто и нигде и близко-то попросту никогда вовсе так совсем не устраивал.

Слишком так неимоверно много было в то время разом понастроено всяческих новых самолетов, а их кому-либо пилотировать еще ведь на деле действительно надо было?

Однако все эти новенькие, лишь разве что вчера с конвейера сошедшие машины были буквально-то сразу истреблены прямо на взлетной полосе, уж совсем так никак вовсе не в меру многочисленных приграничных аэродромов…

190

И при этом сколь, то вполне вероятно, что автору отнюдь не все до самого так конца вполне достоверно известно о той самой до чего еще давно навеки отгремевшей войне, однако не все ли едино, поскольку так и остается полностью неопровержимым и естественным, тот весьма щекотливый и довольно существенный факт…

И уж именно тот, что неимоверно громовым гласом взывает к небесам, моля их услышать о том, что советский мифический эпос попросту многотомно создал для нас образ исключительно иной войны, нежели чем была та, что некогда и вправду имела место в той простой, а не одним желтым мелком мазанной трафаретно-плакатной действительности.