Электронная библиотека » Джордж Мартин » » онлайн чтение - страница 13

Текст книги "Тузы за границей"


  • Текст добавлен: 27 марта 2014, 04:29


Автор книги: Джордж Мартин


Жанр: Научная фантастика, Фантастика


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 13 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Гейл Герстнер-Миллер
Вниз по Нилу

Факелы в храме горели медленно и ровно, время от времени помаргивая, когда кто-нибудь проходил мимо. Их свет озарял лица людей, собравшихся в небольшой комнатушке в стороне от главного зала. Присутствовали все: и те, кто по виду ничем не отличался от обычных людей, и те, кто выглядел не совсем обычно: женщина-кошка, мужчина с головой шакала, обладатели крыльев, крокодильей кожи и птичьих голов.

Заговорил Осирис, зрящий-в даль.

– Крылатая грядет.

– Она – одна из нас?

– Она поможет нам?

– Прямо – нет, – ответствовал Осирис. – Но она хранит в себе то, чему будет дана власть совершать великое. Сейчас нам остается лишь ждать.

– Мы ждали долго, очень долго, – проговорил Анубис-шакал. – Мы сможем подождать еще немного.

Все остальные ответили ему одобрительным бормотанием. И вновь живые боги погрузились в терпеливое ожидание.


Номер луксорского отеля «Винтер Пэлас» превратился в настоящее пекло, хотя утро еще только начиналось. Вентилятор под потолком утомленно перемешивал безжизненный воздух, и пот ручейками стекал по ребрам и груди Соколицы, которая лежала на кровати, опершись на локоть, и смотрела, как Джош Маккой заправляет в камеру новую кассету. Он взглянул на нее и улыбнулся.

– Пора выходить.

Она лениво улыбнулась ему в ответ, легонько обмахивая себя крыльями, которые давали больше прохлады, чем неторопливо вращавшийся вентилятор.

– Как скажешь. – Соколица поднялась, гибко потянулась и взглянула через плечо на Маккоя, который наблюдал за ней. Она прошла мимо него, грациозно уклонившись от его протянутых рук. – Тебе не хватит на сегодня? – поддразнила она, вынимая из шкафа чистую пару джинсов. Потом втиснулась в них, хлопая крыльями, чтобы удержать равновесие. – В этой прачечной их, наверное, в кипятке выстирали. – Она сделала глубокий вдох и рывком застегнула неподатливую «молнию». – Уф.

– Зато смотрится потрясающе, – заметил Маккой.

Он подошел к ней сзади и обнял ее, и кожа у Соколицы пошла мурашками, когда мужчина принялся целовать ее в шею и ласкать грудь, все еще чувствительную после их утренних забав.

– По-моему, ты сказал, что нам пора выходить.

Маккой вздохнул и неохотно отстранился.

– Пора. Мы должны встретиться с остальными через… – он бросил взгляд на свои часы, – через три минуты.

– Очень жаль, – бросила Соколица с шаловливой улыбкой и принялась натягивать топ на узких бретельках. – Думаю, тебе удалось бы уговорить меня проваляться весь день в постели.

– Дела не ждут. – Маккой распахнул двери шкафа в поисках подходящей одежды, пока Соколица натягивала свой топ. – Мне не терпится увидеть, действительно ли эти самопровозглашенные живые боги могут делать все то, что говорят.

Она наблюдала, как он одевается. Его худощавое мускулистое тело восхищало и будило желание. Светловолосый и подтянутый, Маккой был талантливым документалистом и оператором – и изумительным любовником.

– Все взяла? Не забудь шляпу. Солнце печет, даром что зима.

– Все, что нужно, при мне. Идем.

Маккой перевернул табличку «Не беспокоить», все еще висевшую на дверной ручке, другой стороной и запер дверь. В коридоре было тихо и пусто. Тахион, должно быть, услышал их приглушенные шаги, потому что высунул голову из-за двери, когда они проходили мимо его номера.

– Доброе утро, Тахи, – поздоровалась Соколица. – Мы с Джошем, отцом Кальмаром и Хирамом собираемся на дневную церемонию в храме Живых Богов. Хочешь с нами?

– Доброе утро, милая. – Тахион, просто ослепительный в халате из белой парчи, сдержанно кивнул Маккою. – Нет, спасибо. Я увижу все, что мне нужно, на встрече сегодня вечером. Сейчас слишком жарко, чтобы соваться на улицу. – Доктор пристально посмотрел на нее. – Ты здорова? Что-то ты бледная.

– Наверное, и на меня жара плохо действует, – отозвалась Соколица. – Жара, да еще местная еда, вода… Или, скорее, микробы, которые в них живут.

– Не хватало нам только, чтобы ты заболела. – Такисианин нахмурился. – Идем, я быстренько тебя осмотрю. Выясним, что с тобой такое, да и я хоть что-нибудь полезное смогу сделать.

– Нам сейчас не до того. Нас уже ждут…

– Соколица, – перебил ее Маккой с обеспокоенным видом. – Это займет всего несколько минут. Я спущусь и скажу Хираму и отцу Кальмару, что ты задерживаешься. – Женщина заметно заколебалась. – Пожалуйста, – добавил он.

– Ну ладно. – Она улыбнулась ему. – Встретимся внизу.

Маккой кивнул и зашагал по коридору дальше, а Соколица пошла вслед за такисианином в его роскошно обставленный номер. Гостиная у него была просто огромная, и здесь оказалось куда прохладнее, чем в номере, который она делила с Маккоем.

«Хотя сегодня утром нам было бы жарко где угодно».

– Ничего себе, – подытожила она, оглядев пышную обстановку. – Мне, наверное, отвели комнату для прислуги.

– Впечатляет, правда? Особенно мне нравится кровать. – Тахион махнул в сторону роскошного ложа с белым сетчатым балдахином, которое виднелось в открытую дверь спальни. – На нее надо подниматься по ступенькам.

– Да, весело.

Он озорно прищурился.

– Не хочешь попробовать?

– Нет, спасибо. Я с утра уже получила свою порцию утех.

– Соколица, – шутливо упрекнул ее Тахион. – Я просто не понимаю, что ты нашла в этом человеке. – Он вынул из шкафа кожаный саквояж с медицинскими инструментами. – Садись вот сюда, – он похлопал по сиденью плюшевого кресла, – и открывай рот. Скажи «а а а».

– А а а, – послушно повторила Соколица, усевшись.

Доктор заглянул ей в рот.

– Хм, горло с виду симпатичное и вполне здоровое. – Он быстро проверил ей уши и заглянул в глаза. – Вроде все в порядке. Расскажи мне, на что ты жалуешься. – Он вытащил из саквояжа стетоскоп. – Тошнота, рвота, головокружение?

– Тошнота и рвота.

– Когда? После еды?

– Да нет. По-всякому.

– Каждый день?

– Нет. Может, пару раз в неделю.

– Хм. – Он поднял ее рубаху и приложил стетоскоп к ее левой груди. От прикосновения холодной стали к коже женщина вздрогнула. – Прости… сердцебиение сильное и регулярное. И давно тебя рвет?

– Где-то с пару месяцев. Это началось еще до турне. Я думала, это из-за стресса.

Доктор нахмурился.

– Ты два месяца чувствуешь себя плохо и не пришла ко мне? Я же твой врач.

Она смущенно заерзала.

– Тахи, у тебя было столько дел. Мне не хотелось тебя отрывать. Думаю, дело в путешествии, в еде, в другой воде, в других гигиенических стандартах.

– Предоставьте мне ставить диагнозы, юная леди. Ты достаточно спишь или твой новый дружок не дает тебе покоя ни днем ни ночью?

– Я всегда ложусь вовремя.

– Не сомневаюсь, – сухо ответил он. – Но я спрашивал тебя совсем не об этом. Ты высыпаешься?

Соколица вспыхнула.

– Ну разумеется.

Тахион убрал инструменты обратно в саквояж.

– Что у тебя с менструальным циклом? Все в порядке?

– Ну, у меня небольшая задержка, но так уже бывало, хотя я и принимаю противозачаточные таблетки.

– Соколица, попытайся быть поточнее. «Небольшая задержка» – это сколько?

Она закусила губу и слегка взмахнула крыльями.

– Ну… не знаю… наверное, пару месяцев.

– Гм. Пойдем сюда.

Он провел ее в спальню – кондиционер здесь работал на полную мощность, и температура была градусов на двадцать ниже – и жестом указал на кровать.

– Снимай джинсы и ложись.

– Ты уверен, что это медицинский осмотр? – поддразнила она.

– Позвать самую пожилую горничную?

– Не говори глупостей. Я тебе доверяю!

– А зря, – ухмыльнулся Тахион. Соколица сбросила кроссовки и стянула с себя джинсы, и он вскинул бровь. – Ты что, не носишь нижнее белье?

– Никогда. Оно только мешает. Топ тоже снимать?

– Если ты его снимешь, то можешь никогда не выйти из этой комнаты, – пригрозил Тахион.

Она рассмеялась и чмокнула его в щеку.

– Да что здесь такого? Ты тысячу раз меня осматривал.

– В соответствующей обстановке, когда на тебе был халат, а в кабинете присутствовала сестра, – возразил он. – И ни разу еще без одежды, ну… или почти без одежды, – поправился он, – и в моей спальне. – Такисианин бросил ей полотенце. – На, прикройся.

Она принялась оборачивать полотенце вокруг бедер, и Тахион залюбовался ее длинными загорелыми ногами и крепкими ягодицами. Порыв охлажденного воздуха от работающего кондиционера – и вся ее кожа пошла мурашками.

– Только чтобы руки были не холодные, – предупредила Соколица, когда он встал на колени рядом с ней.

– Они будут горячие, как мое сердце, – заверил ее доктор и принялся ощупывать ее живот. – Так больно?

– Нет.

– А так? А вот так?

Женщина покачала головой.

– Не шевелись, – велел он. – Мне понадобится стетоскоп. – На этот раз он погрел его в руке, прежде чем прикоснуться к животу пациентки.

– Расстройство желудка часто случалось?

– Иногда.

Странное выражение промелькнуло на лисьем лице Тахиона, когда он помогал ей подняться с кровати.

– Натягивай джинсы. Я возьму у тебя кровь на анализ, а потом можешь изображать из себя туристку вместе с остальными.

Когда она закончила шнуровать кроссовки, он уже держал в руках шприц. Соколица протянула руку, поморщилась, когда он ловко нащупал вену, смазал кожу спиртом, вколол иглу и набрал в шприц кровь. Как завороженная, она следила за его действиями и вдруг поняла, что от вида крови ей плохо.

– Черт!

Она бросилась в спальню, оставив за собой маленькое облачко перьев, и, нагнувшись над унитазом, извергла в него завтрак, который они с Джошем заказали в номер, а также остатки позднего ужина с шампанским.

Тахион придерживал ее за плечи, пока ее выворачивало, а когда она в изнеможении привалилась к стенке ванны, вытер ей рот мокрым и теплым полотенцем.

– Ну, жива?

– Наверное. – (Он помог ей подняться на ноги.) – Это все кровь. Хотя мне никогда раньше не становилось плохо от вида крови.

– Соколица, думаю, не стоит тебе ехать на эту экскурсию. Тебе сейчас самое место в постели, одной, с чашкой горячего чаю.

– Нет, – запротестовала она. – Со мной все нормально. Это все из-за переездов. Если мне станет плохо, Джош привезет меня обратно в отель.

– Никогда не понимал женщин. – Такисианин удрученно покачал головой. – Предпочесть обычного человека, когда ты могла бы выбрать меня. Иди сюда, я заклею дырку, которую проделал в твоей руке. – Он принялся возиться с марлевым тампоном и пластырем.

Соколица нежно улыбнулась.

– Вы такой милый, доктор, но ваше сердце погребено под прахом прошлого… Похоже, я дозрела до серьезных отношений, но мне кажется, что ты не мог бы дать мне этого.

– А он может?

Она пожала плечами, и ее крылья затрепыхались в такт.

– Надеюсь. Посмотрим.

Взяв с кресла сумочку и шляпу, она направилась к двери.

– Соколица, может, передумаешь?

– Ты о чем? О себе или об экскурсии?

– Об экскурсии, злючка.

– Я прекрасно себя чувствую. Не волнуйся, пожалуйста. Честное слово, за всю мою жизнь никогда еще за меня не волновались столько человек сразу, как в этой поездке.

– Это потому, милая, что под броней своей нью-йоркской славы ты невероятно уязвима и вызываешь желание защитить тебя. – Он распахнул перед ней дверь. – Осторожнее с Маккоем. Я не хочу, чтобы тебе было больно.

Она поцеловала его на прощание, крылья задели косяк, и перья облачком полетели на пол.

– Проклятье! – Соколица наклонилась и подобрала одно. – Что-то в последнее время их выпадает слишком много.

– Правда? – Тахион, казалось, заинтересовался. – Не беспокойся. Горничная все уберет.

– Ладно. Пока. Развлекайся с анализами.

Глаза у Тахиона, когда он провожал взглядом грациозную фигурку Соколицы, были встревоженные. Он закрыл дверь, сжимая в пальцах ее перышко.

– Не нравится мне все это, – сказал он вслух, проводя пером по подбородку. – Совсем не нравится.


Соколица заметила Маккоя в фойе гостиницы – он разговаривал с плотным смуглым мужчиной в белой униформе, два его спутника стояли неподалеку.

Хирам Уорчестер, старый верный друг Соколицы, был облачен в один из своих сшитых на заказ летних костюмов, но одежда висела на нем мешком, как будто Хирам потерял какую-то часть из своих трехсот с лишком фунтов. Наверное, напряженный график путешествия сказывался и на нем тоже. Но рядом с отцом Кальмаром, бессменным пастырем Церкви Иисуса Христа, Джокера, Хирам казался почти тростинкой. Святой отец был ростом со среднего мужчину и толщиной с двоих. Лицо у него было круглое и серое, глаза скрывались за мигательными перепонками, а вокруг рта свисали щупальца, похожие на постоянно копошащиеся усы. Конечно, он напоминал одного из лавкрафтовских Обитателей Бездны, но на самом деле был куда более милым.

– Соколица, – сказал Маккой. – Это мистер Ахмед. Он из туристической полиции. Мистер Ахмед, это Соколица.

– Очень приятно, – сказал гид, склоняясь над ее рукой.

Соколица улыбнулась в ответ и поприветствовала Хирама и священника. Потом обернулась к Джошу, который пристально смотрел на нее.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил Джош. – У тебя неважный вид. Тахион там что, целую кварту крови из тебя выкачал?

– Ну что ты. Я прекрасно себя чувствую, – сказала она, вместе с Ахмедом и прочими направляясь к ожидавшему их лимузину.

«Если я все время буду это повторять, – добавила она про себя, – может быть, мне даже удастся самой в это поверить».


– Ну, что теперь? – спросила Соколица, когда они все остановились перед будкой охраны, сделанной из стекла и металла. Внутри сидели двое до зубов вооруженных полицейских, а сама будка находилась рядом с высокой стеной, окружавшей островок пустыни площадью несколько акров, который представлял собой храм Живых Богов. Поверх побеленной стены тянулись несколько рядов колючей проволоки, периметр патрулировали люди в синей форме с пулеметами. Белая стена на фоне сверкающего песка и ярко-синего египетского неба казалась ослепительной.

– Это все из-за секты Hyp, – пояснил Ахмед, указывая на вереницу туристов, ожидавших своей очереди войти на территорию храма. – Мы установили два детектора, один для обнаружения металла, второй – нитратов. Эти фанатики твердо намерены уничтожить храм. Они уже совершили несколько серьезных нападений, но пока что их всегда удавалось остановить прежде, чем они успевали нанести большой урон.

– Что это за секта Hyp? – поинтересовался отец Кальмар.

– Они последователи Нура аль-Аллы, лжепророка, задумавшего объединить все исламские секты под своим началом, – пояснил Ахмед. – Он решил, что Аллаху угодно уничтожение всех, кого изуродовал вирус дикой карты, поэтому храм Живых Богов стал одной из мишеней его последователей.

– Нам что, придется стоять в очереди наравне с туристами? – капризно вопросил Хирам. – Мы ведь находимся здесь по особому приглашению.

– Нет-нет, мистер Уорчестер, – поспешно заверил Ахмед. – Ворота для почетных гостей там. Вам не придется ждать. Сюда, пожалуйста.

Они потянулись за Ахмедом, и Маккой прошептал Соколице:

– Мне никогда еще не доводилось проходить через вход для почетных гостей, только через вход для прессы.

– Держись за меня, – пошутила она. – Я покажу тебе множество мест, где ты никогда не бывал.

У входа для почетных гостей тоже имелись детекторы. Затем они прошли сквозь металлические ворота под пристальными взглядами сотрудников службы безопасности, облаченных в голубые одеяния, которые носили последователи Живых Богов; сумочку Соколицы и камеру Маккоя досмотрели весьма тщательно.

Когда Маккой получил свою аппаратуру обратно, к ним приблизился немолодой мужчина. Невысокого роста, дочерна загорелый, сероглазый, седоволосый и с роскошной белой бородой, которая ярко контрастировала с его струящимися голубыми одеждами, он так и лучился здоровьем.

– Меня зовут Опет Кемель, – возвестил он. Голос у него был низкий и мелодичный, и он отлично знал, как им пользоваться, чтобы добиться внимания и уважения. – Я – верховный жрец храма Живых Богов. Мы очень рады, что вы смогли почтить нас своим присутствием. – Он перевел взгляд с отца Кальмара на Соколицу, затем на Хирама и Маккоя и снова на Соколицу. – Да, мои чада будут довольны, что вы посетили нас.

– Не возражаете, если мы будем снимать церемонию? – уточнил оператор.

– Отнюдь. – Он радушно простер руки. – Идемте, я провожу вас на лучшие места.

– Не могли бы вы немного рассказать об истории храма? – попросил отец Кальмар.

– С радостью, – отозвался Кемель, шагая впереди. – Эпидемия дикой карты, разразившаяся в тысяча девятьсот сорок восьмом году, вызвала множество «мутаций» – так, если не ошибаюсь, их называют, – среди которых были прославленный Наср-аль-Хазиз, Хоф и другие великие герои прошлого. В то время многие мужчины из Луксора работали в доках Порт-Саида и были поражены вирусом. Некоторые передали его своим детям и внукам. Подлинный смысл этих мутаций открылся мне примерно десять лет назад, когда я увидел, как маленький мальчик заставил облака пролиться долгожданным дождем над полем своего отца. Я понял, что он – воплощение Мина, древнего бога урожая, и его появление – предвестник возрождения древней религии. Тогда я был археологом и только что обнаружил совершенно сохранный храмовый комплекс, – он указал себе под ноги, – прямо под площадкой, на которой мы сейчас стоим. Я убедил Мина в его предназначении и нашел других таких же, как мы: Осириса, человека, который был объявлен мертвым, но вернулся к жизни и обрел способность видеть будущее, Анубиса, Таурт, Тота… С годами все они собрались в храме, чтобы слушать молитвы, которые возносят им верующие, и творить чудеса.

– Какие именно чудеса? – поинтересовалась Соколица.

– Самые разные. К примеру, если женщине, которая носит дитя, приходится туго, она молится Таурт, покровительнице беременных и рожениц. Таурт обещает ей, что все будет хорошо, и она действительно благополучно разрешается от бремени. Тот улаживает споры, ему ведомо, кто говорит правду, а кто лжет. Мин, как я уже говорил, может вызвать дождь. Осирис видит будущее.

– Ясно. – Утверждения верховного жреца казались вполне правдоподобными, ведь Соколица знала, какими способностями вирус может награждать людей. – И сколько их, этих богов?

– Наверное, двадцать пять. Некоторые на самом деле ничего не умеют, – доверительным тоном сообщил Кемель. – Вы называете таких джокерами. Однако они похожи на древних богов – например, у Бает тело покрыто мехом и есть когти – и дают большое утешение людям, которые приходят к ним с молитвой. Но вы сейчас сами все увидите. Церемония начнется с минуты на минуту.

Жрец провел их мимо групп туристов, фотографировавшихся на фоне изваяний богов, и лотков, с которых продавали всякую всячину – от кодаковских пленок, брелоков и кока-колы до имитаций древних украшений и статуэток богов. Они прошли сквозь узкий проем в стене, сложенной из глыб известняка на одном уровне впритык к склону утеса, и спустились по выщербленным каменным ступеням. В строении, освещенном электрическими фонарями, похожими на моргающие факелы, царила прохлада. Лестничные пролеты украшали великолепные резные барельефы со сценами повседневной жизни Древнего Египта, изображениями зверей, птиц, богов и богинь.

– Реставраторы совершили настоящее чудо! – воскликнула Соколица, восхищенная первозданной красотой рельефов, мимо которых они проходили.

– Вообще-то, – улыбнулся Кемель, – здесь все осталось в том виде, в каком я нашел его двадцать лет назад. Мы, разумеется, добавили кое-какие современные удобства, например электричество.

Они вошли в просторное помещение, что-то вроде амфитеатра со сценой, обращенной к рядам каменных скамей. Вдоль стен тянулись стеклянные витрины, где были выставлены предметы, которые, как объяснил их гид, обнаружили в храме. Маккой методично заснял их все до единого, посвятив несколько минут деревянным статуям, таким ярким, как будто краска на них высохла только вчера; бусам, ожерельям и нагрудникам из лазурита, изумрудов и золота; чашам, выточенным из полупрозрачного алебастра; сосудам для притираний, которым искусные мастера придали форму зверей; украшенным великолепной инкрустацией крохотным ларчикам, доскам для настольных игр… Перед ними были выставлены непревзойденные сокровища погибшей цивилизации – цивилизации, которую, как показалось Соколице, Опет Кемель с его храмом Живых Богов пытается возродить.

– Ну вот мы и пришли.

Кемель указал на несколько скамей перед самой сценой амфитеатра, затем слегка поклонился и покинул своих гостей.

Вскоре амфитеатр заполнился людьми. Огни померкли, в зале наступила тишина. Сцену осветил луч прожектора, негромко заиграла музыка, столь же древняя и таинственная, как и сам храм, и потянулась процессия живых богов. Первым появился Осирис, бог смерти и возрождения, со своей супругой Исидой. Следом шел Хани с золотым знаменем. Тот, ибисоголовый судия, вел своего ручного павиана. Шу и Тефнут, брат с сестрой, бог и богиня воздуха, плыли над полом. Себек, обладатель темной чешуйчатой крокодильей кожи и длинного рыла, следовал за ними. Голову Хатор, великой матери, венчали коровьи рога. Бает, богиня-кошка, ступала мягко, ее лицо и тело покрывал рыжеватый мех, из пальцев торчали длинные когти. Мин с виду казался совершенно обычным человеком, если бы не маленькое облачко, которое висело над его головой и следовало за ним повсюду, куда бы он ни пошел, словно послушный щенок. Бэс, карлик с красивым лицом, кувыркался и ходил на руках. У Анубиса, бога царства мертвых, была голова шакала. У Гора – соколиные крылья…

Они все шли и шли, один за другим медленно пересекали сцену и усаживались на позолоченные троны, и их представляли публике на английском, французском и арабском языках.

После представления боги начали демонстрировать свои способности. Шу и Тефнут парили в воздухе, играя в пятнашки с облачком Мина… когда вдруг оглушительная стрельба прервала эту идиллию и запертые в амфитеатре зрители в ужасе закричали. Сотни туристов вскочили со своих мест и заметались, словно перепуганное стадо. Многие бросились к задним дверям, и очень скоро лестницы запрудили охваченные паникой кричащие люди. Маккой при первых же звуках выстрелов повалил Соколицу на пол и прикрыл ее своим телом, затем потащил к одному из толстых, украшенных искусной резьбой каменных столбов, возвышавшихся по обе стороны от сцены.

– Ты цела? – выдохнул он, выглядывая из-за колонны туда, где царило всеобщее смятение. Его камера стрекотала не переставая.

– Угу. Что это?

– Трое с пулеметами. Похоже, они стреляют не в людей, а в стены.

Мимо колонны просвистела пуля. Послышался звон бьющегося стекла: террористы колотили витрины, заполненные бесценными экспонатами, и уродовали покрытые прекрасной резьбой стены пулеметными очередями.

Живые боги бросились наутек при первых же звуках стрельбы. На сцене остался лишь один из них, тот, кого назвали Мином. В тот миг, когда Соколица выглянула из-за колонны, туча, появившаяся из ниоткуда, повисла над головами террористов. Из нее хлынули потоки дождя, и нападавшие, оскальзываясь и теряя равновесие на мокром каменном полу, бросились врассыпную в попытке укрыться от бешеного ливня. Соколица, рывшаяся в сумочке в поисках своих металлических когтей, заметила Хирама Уорчестера – он стоял в одиночестве, и на лице у него было выражение крайнего сосредоточения. Один из нападавших испуганно вскрикнул: пулемет выскользнул у него из рук и упал на ногу. Он с воплем повалился на пол, из раздробленной ступни брызнула кровь. Хирам вперил взгляд во второго террориста; к этому времени Соколица натянула свои перчатки.

– Я попытаюсь подняться над ними, – сказала она Маккою.

– Будь осторожна, – попросил он, не переставая снимать все происходящее.

Она сжала пальцы, облаченные в кожаные перчатки, каждый палец которых оканчивался острым как бритва титановым когтем. Ее крылья подрагивали в предвкушении, пока она брала разбег, затем оглушительно забились, и она бросилась вперед и взвилась в воздух…

…чтобы со всего размаху рухнуть на пол.

Она приземлилась на четвереньки, ободрав ладони о шершавые камни и так сильно ударившись левым коленом, что оно занемело после первого приступа ошеломляюще острой боли.

Соколица долго не могла поверить в то, что случилось. Она ничком лежала на полу, слушая, как свистят вокруг пули, потом поднялась и вновь с силой забила крыльями. Но ничего не произошло. Взлететь она не могла. Женщина стояла посреди зала, не замечая бушующего вокруг оружейного огня, и пыталась понять, что происходит, что с ней не так.

– Соколица, ложись! – заорал Маккой.

Третий террорист прицелился в нее, выкрикивая что-то бессвязное. Внезапно его лицо исказилось от ужаса, и он взмыл под потолок. Пулемет выскользнул у него из руки и камнем полетел на пол. Хирам, казалось, тут же потерял к нему всякий интерес, и бандит рухнул с высоты тридцати футов вниз, в руки подоспевших охранников, которые уже повалили на пол оставшихся террористов. В зал ворвался Кемель с искаженным от ужаса лицом.

– Благодарение милосердным, вы не ранены! – воскликнул он, бросившись к Соколице, которая все еще не могла прийти в себя после того, что с ней произошло.

– Да, – согласилась она отрешенно, оглядывая стены зала. – Взгляните только, что они натворили!

Маленькая деревянная статуэтка, инкрустированная позолотой, кусочками фаянса и драгоценными камнями, разбитая в щепки, лежала у ног женщины. Она наклонилась и бережно подобрала обломки, но хрупкое дерево рассыпалось от ее прикосновения, и в руках у нее осталась кучка позолоченной шелухи и драгоценных камней.

– Пролежать в земле столько времени, и все ради того, чтобы быть уничтоженной этими безумцами… – негромко прошептала крылатая красавица.

– Что поделаешь, – пожал плечами Кемель. – Стены можно отреставрировать, а в витрины положить новые экспонаты.

– Кто были эти люди? – спросил отец Кальмар, невозмутимо отряхивая сутану от пыли.

– Члены секты Hyp. – Жрец плюнул на пол. – Фанатики!

К ним подбежал Маккой с камерой через плечо.

– Я же велел тебе быть осторожней, – упрекнул он Соколицу. – Хорошенькие же у тебя понятия об осторожности – стоять столбом посреди зала, когда всякие идиоты палят из автоматов! Слава богу, Хирам следил за этим парнем.

– Я знаю, – сказала Соколица, – но все задумывалось совсем не так. Я пыталась подняться в воздух, но у меня ничего не вышло. Со мной никогда еще не было ничего подобного. Странно. – Она отбросила прядь волос со лба, вид у нее был встревоженный. – Не понимаю, что произошло.

В зале все еще царила сумятица. Если бы террористы стреляли по людям, а не по символам древней религии, жертвы могли бы исчисляться сотнями, однако все ограничилось несколькими десятками туристов, которые угодили под шальную пулю или пострадали, когда пытались спастись. Охранники храма старались помочь раненым, но их было столько – лежащих ничком на каменных скамьях, плачущих, кричащих, истекающих кровью…

Соколица отвернулась от Маккоя и всех остальных, почувствовав накатившую на нее тошноту, но в желудке у нее было пусто. Любовник придерживал ее за плечи, пока ее сотрясали бесплодные спазмы. Когда ее перестало выворачивать, она благодарно прижалась к нему. Мужчина ласково погладил ее по руке.

– Давай-ка отвезем тебя к доктору Тахиону.

Когда они ехали обратно в отель, Маккой обнял ее и привлек к себе.

– Все будет хорошо, – утешал он ее. – Скорее всего, ты просто устала.

– А вдруг нет? Вдруг у меня что-нибудь по-настоящему серьезное? Вдруг, – ее голос упал до панического шепота, – я никогда больше не смогу летать?

Она уткнулась лицом Маккою в плечо, он принялся гладить ее по длинным каштановым волосам, все остальные смотрели на нее с молчаливым сочувствием.

– Все будет хорошо, Соколица. Честное слово.


– Гм, этого и следовало ожидать, – заявил Тахион, когда Соколица, то и дело вытирая слезы, рассказала ему обо всем, что с ней случилось.

– То есть как? – Джош Маккой удивленно вскинул брови. – Что с ней такое?

Такисианин холодно посмотрел на него.

– Это довольно личный вопрос, который женщина обсуждает со своим врачом наедине. Поэтому…

– Все, что касается Соколицы, касается и меня тоже.

– Что, совсем все? – Взгляд Тахиона был откровенно враждебным.

– Все в порядке, Джош. – Соколица обняла его.

– Если тебе так хочется. – Маккой двинулся к двери. – Я буду ждать тебя в баре.

Тахион закрыл за ним дверь.

– А теперь сядь и вытри слезы. С тобой не происходит ничего страшного, честное слово. Перья у тебя выпадают из-за гормональных изменений. Мозг определил твое состояние и заблокировал твою силу в качестве защитной меры.

– Состояние? Защитная мера? Да что со мной такое?

Соколица примостилась на краешке дивана. Тахион присел рядом с ней и накрыл ее холодные руки своими.

– Ничего особенного. – Его сиреневые глаза в упор взглянули в ее синие. – Ты беременна.

– Что?! – Соколица упала на подушки. – Но это невозможно! Как я могла забеременеть? Я всю жизнь принимаю таблетки! – Она снова выпрямилась. – Что скажут на Эн-би-си? Интересно, в моем контракте это предусмотрено?

– Советую тебе прекратить принимать твои таблетки и все прочие препараты, и алкоголь тоже. Ты ведь хочешь, чтобы твой ребенок родился здоровым и счастливым?

– Тахи, это нелепо. Я не могла забеременеть! Ты уверен?

– Совершенно. И, судя по всему, ты сейчас где-то на четвертом месяце. – Он кивнул в сторону двери. – Как твой любовник смотрит на перспективу стать отцом?

– Джош тут ни при чем. Мы с ним вместе всего пару недель. – Она вдруг ахнула. – О боже!

– В чем дело? – спросил Тахион с тревогой в голосе и во взгляде.

Соколица вскочила с дивана и принялась расхаживать по комнате, рассеянно помахивая крыльями.

– Доктор, что будет с ребенком, если оба его родители – носители дикой карты? Мать – джокер, отец – туз, примерно в таком роде?

Она остановилась у мраморной каминной полки и принялась нервно переставлять пыльные безделушки, украшавшие ее.

– А что? – подозрительно спросил Тахион. – Если отец ребенка не Маккой, кто тогда? Какой-то туз?

– Да.

– Кто?

Вздохнув, она оставила фигурки в покое.

– Думаю, это не имеет никакого значения. Я никогда больше его не увижу. Это была всего одна ночь. – Женщина улыбнулась своим воспоминаниям. – Но какая!

Тахиону внезапно вспомнился ужин в «Козырных тузах» в День дикой карты. Соколица ушла из ресторана с…

– Фортунато! – ахнул он. – Фортунато – отец твоего ребенка? Ты легла в постель с этим… с этим сутенером? У тебя что, ни на грош нет вкуса? Со мной ты спать не захотела, а с ним – пожалуйста!

Он прекратил кричать и сделал несколько глубоких вдохов. Потом подошел к бару и плеснул себе бренди. Соколица изумленно смотрела на него.

– Я не могу в это поверить. – Тахион одним глотком осушил почти весь бокал. – Я мог бы предложить тебе неизмеримо больше.

«Ну да, еще одну победную зарубку на ножке кровати. С другой стороны, возможно, я и для Фортунато значила ничуть не больше».

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 1.5 Оценок: 4
Популярные книги за неделю


Рекомендации