Читать книгу "Параллели"

Глава 5. План Стражей

Заместитель Главы князь Арбатский собрал Стражей на совет. Кирилл Маратович откинулся в кресле, разглядывая схему, расползающуюся по живому ватману. Символы пересекались, текли по поверхности бумаги, подчиняясь невидимой воле хозяина.

Арбатский выглядел собранным и уверенным в себе. Дорогой костюм обтягивал спортивное тело чуть больше, чем нужно, волосы были уложены идеально. За внешним спокойствием угадывалась настороженность – он привык держать ситуацию под контролем и не терпел неожиданностей. Всё в его поведении выдавало персону, для которой власть и порядок – не просто цель, а естественная часть жизни.

Граф Владислав Тенебрис устроился у окна, небрежно вертя в пальцах золотую ручку. Его рассеянный взгляд был только маской: маг редко упускал хоть одну деталь происходящего. Янтарные глаза мерцали, когда он цеплялся за чьи-то чужие мысли; камень в серьге – тёмно-красный, как капля крови, – начинал светиться сильнее именно в такие моменты.

На вид граф казался полноватым, ничем не примечательным человеком, и если хотел – исчезал среди окружающих, но мог и наоборот, вдруг притянуть взгляды одним жестом. Он мгновенно схватывал настроение в комнате и подстраивался под каждого, кто находился рядом. Это искусство маскировки стало неотъемлемой частью не только его магии, но и самого образа жизни, выдавая редкий дар ментальной мимикрии.

Княгиня Екатерина Вяземская сидела идеально прямо, с королевской уверенностью на лице. Чёрное платье красиво облегало её высокую фигуру. В ней ощущалась внутренняя сила – отражение многих лет тренировок и опыта. Екатерина напоминала пантеру, готовую к броску, но внешне была спокойна; только чуть поднятая бровь выдавала, как её задевает то, что сейчас происходит.

На ватмане вспыхивали геометрические узоры, лёгкая магическая рябь проходила по воздуху, и вся тройка, словно забыв обо всём, следила за танцем линий.

– Где стажёр? – прервал тишину Кирилл.

Екатерина не изменила позу, только чуть заметно повела плечом.

– На плантациях, дежурит.

В это время символы над ватманом вырвались в воздух, разгораясь всё сильнее, масштабы схемы росли – и по кабинету прошёл лёгкий озноб.

– С Володаром было проще, – нехотя бросил Кирилл Маратович. – Жаль, что покинул нас. Теперь вот стажёр-недоучка. Кто его сюда пристроил – загадка.

Владислав, не отрывая взгляда от узоров, лениво добавил:

– Мальчишка одарён. Мерлиор его обучал, – и указав на знаки, добавил: – Схема подойдёт.

– Меня не устраивает этот план, – отрезала Екатерина. – Это слишком простой план против Древней.

Кирилл улыбнулся, но глаза остались ледяными.

– В чём суть возражения?

– В ней четверть крови Первопроходца. У меня одна тридцать вторая – этого хватает, чтобы свернуть привычный порядок. А у Мираны куда больше.

– Ну вы сравнили, Екатерина Николаевна! Она ничего не знает о своей силе, Дар спит.

– Пока! – возразила Екатерина. – Любой стресс, или влюбится – и побегут трещины пробуждения.

Арбатский сжал пальцы в кулак.

– Я потому и настаиваю на возвращении во Второй слой. Уберём парня – того самого, триггер пробуждения. Варианта пробуждения без него нет: весь анализ хроник говорит о единственном исходе. Нет парня – не пробудится Дар, не выйдет за пределы обыденной жизни.

Граф коротко глянул на князя:

– Можно рассмотреть альтернативу.

В ответ вся комната, казалось, налилась напряжением. Каждый здесь надеялся на свою долю победы и боялся проиграть.

– Пусть будет два плана, – устало согласился Арбатский. – Но без борьбы между собой. Ошибка – слишком высокая цена. Мы балансируем на острие.

Он замолчал, будто давая собравшимся время на осмысление. Светлые линии на ватмане мерцали.

– Тут у нас осложнение. Хранитель, – произнёс князь, выдержал паузу и добавил: – Феоктиста.

Граф и княгиня переглянулись.

– Феоктиста… Белозёрская? Магиня шестого уровня из высших? Та, что ушла за Завесу? – Екатерина даже слегка понизила голос.

– Да, – коротко кивнул Кирилл. – Она здесь и перенесла подопечную к нам без остаточного вреда.

Владислав задумался, теребя серьгу: камень поблёк, а потом ярко вспыхнул.

– Феоктиста и раньше была сложнейшим противником… а теперь, обладая доступом Завесы и высшими кодами…

Арбатский задержал на каждом из них взгляд, в котором читалась ирония.

– Граф, займитесь альтернативным сценарием. Екатерина, перепроверьте все архивы: вдруг пробуждение возможно иными способами. Перекопайте хроники Шестимирья и Семимирья.

Он провёл рукой по ватману: линии исчезли в глубине, только остаточный блеск магии остался в воздухе.

– Феоктисту возьму на себя, – бросил князь. – Попробую выиграть время до перемещения. Главное – убедить её, что девочке безопаснее во Втором слое.

– Поторопимся, – усмехнулся Арбатский, и голос его стал азартнее. – Испытаем удачу: если получится, не только пройдём проверку сверху, но и, возможно, получим бессмертие. Может, кто-то займёт место Милорда – кто знает? Говорят, он метит в Шестимирье.

Глаза графа и княгини загорелись особым светом. Князь надавил на слабое место. Стать бессмертным хотел каждый Страж. Обладал этим даром только Милорд. Все остальные оставались частично бессмертными, имея лишь способность к омоложению.

Настоящая вечность – умение восстановить тело даже из атома – вот о чём они все мечтали. Новость об освобождении поста Главы Пятимирья взбудоражила графа и княгиню настолько, что у графа сменилось выражение лица, оно стало заинтересованным. А Екатерина покрылась румянцем, выдавшим её истинные желания.

Глава 6. Рассказ Феоктисты

– Значит, этот мир – параллельный. Я поняла, – Мирана сидела напротив Феоктисты в тесной ванной. Отодвинув тёткины чулки, свисавшие с верёвки под потолком и падавшие прямо на лицо, она продолжила: – Мир другой, я поняла. Но ведь в этом мире должна быть другая я. Очевидно же, что тётя Лида живёт с другой Миркой! Той, которая работает в новостях и любит этого доктора Алика. Куда делась та Мирана? Она на моё место переместилась?

– Всё сложнее, чем в кино. Мы находимся в Пятимирье, – Феоктиста взмахнула рукой и начала рисовать прямо в воздухе. Движения оставляли в пространстве светящийся след, как от диодной лампочки. – Пятимирье – один из семи эонов нашей Вселенной. Эон – это объединение нескольких миров в одну систему.

Мирана заворожённо смотрела на то, как прямо в воздухе из ничего возникают светящиеся схемы и рисунки. Уставшее сознание уже не удивлялось.

– Люди населяют от Третьего до Пятого эона, а начиная с Шестого живут уже только высшие существа. Но нас с тобой интересует вот этот эон, – Феоктиста нарисовала пятиконечную звезду. – Вот он – Пятимирье, где мы находимся.

Мирана задумчиво посмотрела на схему.

– Ну допустим, так выглядит Пятимирье. А Четырёхмирье? Четыре луча звезды, да? Трёхмирье – три? А что там?

– Там миры, похожие на наши, только проще, примитивнее. Там люди только начали развиваться. В Трёхмирье первобытно-общинный строй, начиная с каменного века, на всех трёх слоях разные эры. В Четырёхмирье уже поинтереснее: античность, феодалы, средневековье есть, четыре слоя.

Феоктиста нарисовала на каждом луче пятиконечной звезды по кружочку.

– Вот, смотри – каждый кружок на каждом из лучей звёздочки – слой. Ты это назвала параллельным миром, их пять. Ты пришла отсюда – со Второго слоя. Как видишь, тут есть ещё три кружочка. Мы сейчас на Первом слое, он же Технический.

– Поэтому он такой серый? – догадалась Мирана.

– Да. Но это не основное его отличие. Технический слой населён ботами. Здесь нет людей.

– Как это нет, когда есть! – фыркнула Мирана.

– Это программы. Ну, как компьютерный код, понимаешь?

– Да что вы голову мне морочите! Вон тётя Лида на кухне посуду моет! – рассердилась Мирана. – Как это нет?!

Феоктиста открыла дверь.

– Пойдём, – позвала она девушку за собой.

Мирана осторожно вышла из ванны. Не зная, чего ожидать, она только глубоко дышала и пыталась вытянуть себя из неясной тревоги.

Феоктиста вошла на кухню и встала совсем рядом с тётей Лидой, которая обваливала котлеты в сухарях и напевала что-то весёлое. Пахло разогретым на плите подсолнечным маслом и сырым мясом. Кот тёрся о ноги тётки и урчал. Хранительница в переливающемся плаще выглядела на кухне так же неуместно, как если бы там вдруг возникла королева Англии в парадной короне. Мирана несколько секунд ошалело взирала на гостью, пытаясь предугадать реакцию тётки, затем вспомнила, что Феоктиста невидимка. Тётя Лида посмотрела сквозь неё на Мирану. Зато кот насторожился.

– Мирка! Уже проголодалась? Ты ж вареников миску навернула, – гоготнула тётя Лида, – ну ты даёшь, я от тебя не ожида… – в этот момент Феоктиста щёлкнула пальцами у лица тётки, и та застыла, как на фотографии.

Мирана опешила.

– Эй, что вы делаете?! Бросьте свои гипнотические штучки. Немедленно верните ей нормальное состояние! – она бросилась к тётке и стала её тормошить. – Тётя Лида! Тётя Лида!

Кот зашипел, шерсть поднялась дыбом.

Феоктиста провела рукой по плащу, собрала блестящую пыль и сдула ту на тётю Лиду. Кот сиганул было в сторону, но повис прямо в воздухе. Мирана разинула рот, подивившись отсутствию силы тяжести, но дальше произошло нечто такое, что заставило её забыть о физике.

Переливчатая пыль, попав на тётю Лиду, начала её преобразовывать, и вместо знакомой Миране с детства женщины в халате появились буквы, цифры, цвета и неизвестные символы. Они перемещались в пространстве, удерживая форму человека, но…человеком не были! То же самое произошло с котом. А затем распространилось на всю комнату, и та замерцала компьютерными символами.

Мирана, не веря глазам, подошла ближе и ткнула пальцем туда, где секунду назад стояла тётя Лида. Символы зажужжали, дрогнули, образ завибрировал.

– Прямо как в «Матрице»!

– Аккуратнее, – предостерегла Феоктиста, – нарушишь коды. То, что ты сейчас видишь, – это цифровой аватар человека. Бот, программный код. Шаблон личности. Он программируется от рождения до смерти, у него есть чёткая судьба, от которой он никогда не отклонится.

– А я? – голос Мираны задрожал, на лбу выступила испарина. – …я тоже бот?

– Успокойся, ты живая. Видишь, во всех этих кружках, – перед Феоктистой вновь загорелась в воздухе звезда с шариками на краях, – в каждом из этих кружков живёт бот-шаблон твоей личности, и только в одном ты – живая Душа. В остальных – разные Мираны, но неживые, программные. Разные обстоятельства, разные судьбы могут проживаться в других мирах, но в целом это один характер, внешность, наклонности. Вот смотри, твои боты-шаблоны существуют здесь, здесь, здесь и здесь, – Феоктиста показала пальцем на кружки. – А вот тут, где мы сейчас, на Техническом слое, – ты живая. Только живой человек способен переместиться между мирами, да и то не каждый. Когда ты жила на Втором слое, дома, на остальных работали боты-шаблоны. Как только ты переместилась сюда, на Втором слое в твоём теле включился программный бот.

– Что?! Так там никто не догадывается, что я исчезла? – с ужасом вскрикнула Мирана. – Меня даже не потеряли?!

Феоктиста вздохнула.

– Да, девочка моя, это тяжело осознавать. Но твоя мама сейчас счастлива и довольна дочерью. Ты чётко следуешь программе бота-дочери. С ботами вообще проще.

– А мама?! – голос сорвался на сип.

– Успокойся. Мама живая.

Мирана с облегчением выдохнула:

– Но этот бот – она же думает, что человек? Маму любит? На работу ходит, ест, про отпуск мечтает?

– Конечно. Так и задумано.

– Тогда в чём разница, не пойму.

– Разница в том, что бот не способен к развитию. В нём живого Духа нет. Он просто следует программе, и всё. Эмоции есть, а Духа нет. Живёт там Мирана, у неё программа – писать статьи в журнал «Максим», ездить на море летом и выплатить ипотеку. Ну, может, мечтает о новой шубке. И всё. Никуда не стремится особо.

Мирана закусила губу.

– Вы сейчас в точности описали мою жизнь. И о шубке я мечтаю, да. Ну да, моя жизнь скучна, но ведь все так живут. Куда-то стремиться у меня просто времени нет. Выдохнуть не успеваю.

– Родиться живой – ещё не значит ею стать. Многие живые так и спят всю жизнь, по сути, ничем не отличаясь от ботов, – пожала плечами Феоктиста. – Разница между ботом и живым в том, что живой может изменить судьбу. А у бота программа. Ты должна была скоро пробудиться там, на Втором. И тогда бы жизнь твоя изменилась кардинально. Активатором пробуждения стал бы мужчина по имени Александр. Если бы он тебя поцеловал, сработала бы программа активации и ты…

– Стоп! Я ещё про ботов не уяснила, а тут ещё пробуждение, поцелуи спящей принцессы! Как мне вернуться домой?

– Есть силы, которые не хотят, чтобы ты вернулась и пробудилась. И есть силы, которые как раз этого и хотят. За тебя идёт борьба.

– Выходит, я пешка в чьей-то чужой игре? И даже не знаю об этом, – возмутилась Мирана, у которой при мысли о потере контроля над ситуацией и тем более над собственной судьбой прокатился по спине колючий холодок. Больше всего на свете она боялась неизвестности.

– У тебя есть все шансы. Давай попробуем вернуть тебя домой.

Глава 7. Битва магов

Феоктиста замолчала, сложив руки на груди и устремив взгляд в пустоту. Тишина затянулась, её нарушали лишь лёгкие периодические всполохи света на голографических образах, висящих в воздухе, плащ откликался на каждый всплеск. Проекции тёти Лиды и кота тихо потрескивали.

– Должно получиться, – произнесла наконец Феоктиста. – Трудно. Но я попробую.

Женщина извлекла из плаща старый кристалл в стальной современной оправе с кнопками.

– Это Инфинитум, твой билет домой, – сказала она, – древний артефакт, очень ценный. Я могу воспользоваться им только дважды, и один раз я уже применила его, когда помогла тебе переместиться сюда без повреждений.

– Без повреждений? – насторожилась Мирана.

– Если бы я не вмешалась, ты бы сошла с ума и осталась здесь навсегда. Этого они и добивались.

– Да что за люди такие?! Что им от меня надо?!

– Это не люди. Нам надо торопиться, Стражи близко.

Феоктиста шагнула вперёд, поднеся кристалл к сердцу Мираны, и нажала комбинацию кнопок, произнесла заклинание. Девушка почувствовала лёгкое тепло от Инфинитума. Ей показалось, что всё её существо устремилось внутрь камня.

– Закрой глаза и сосредоточься на воспоминаниях о доме, – сказала Феоктиста, рассыпая мелкий сверкающий песок вокруг Мираны. – Думай о месте, где ты хочешь оказаться. Представь его до мельчайших подробностей.

Мирана последовала совету: в воображении всплыла их с мамой квартира с цветастым ковром на полу гостиной, хрустальная люстра, раскидавшая радужных зайчиков по стенам, новенькая мебель, за которую Мирана только что выплатила кредит, звуки соседского пианино, которым пытался подражать попугайчик Федя в новенькой блестящей клетке у окна, аромат кофе с корицей. Она увидела себя и маму, сидящих за столом. Блаженно улыбнулась.

Внезапно пространство вокруг неё стало закручиваться с бешеной скоростью. Свет замигал. Раздался треск, словно молния ударила в дерево, и Мирана ощутила, как кристалл втягивает её, словно в воронку.

Но едва Феоктиста произнесла последние строки заклинания, предназначенные для окончательного открытия портала, распахнулась дверь и в комнату ворвались Стражи.

Незнакомая женщина с поистине королевской выправкой мощным кошачьим прыжком возникла перед Феоктистой, подняла руки, и воздух заполнился резонирующим шёпотом тысяч голосов, разом заговоривших на неизвестном языке. Задребезжали, загудели вокруг символы, рассыпаясь в золотую пыль. Мирана с ужасом увидела, как рассы́пался образ тёти Лиды, а за ней и кота, следом шёпот начал пожирать мебель и стены, оставляя зияющую чёрную пустоту.

Феоктиста от неожиданности на секунду потеряла контроль над кристаллом, и потоки энергии сбились в сторону от Мираны.

Мужчина в абсурдно дорогом костюме замахал руками, как будто плыл через волны, и поток энергии начал меняться, трансформируясь под его влиянием. Светлые всполохи беспорядочно заметались по комнате, окружая Феоктисту с Мираной.

Хранительница закричала: «Остановитесь!» Но третий Страж поймал её взгляд. Серьга в его ухе ярко замерцала. Феоктиста на мгновение замерла, пошатнулась. Мирана верила – с каждым из них по отдельности её Хранительница справилась бы без проблем, но необходимость держать внимание на кристалле и трое противников отнимали почти все силы. Женщина выронила кристалл.

Инфинитум заблестел красным, потоки магии хаотично разошлись и попадали в виде серебряно-красных шаров. Феоктиста отражала атаку Стража с серьгой и, когда ей удавалось на доли секунды освободиться, кидала огненные стрелы в остальных. Но не могла справиться с натиском троицы.

Мирану отбросило в угол, откуда она с ужасом и в то же время восхищением наблюдала за битвой магов. Как в кино! Пахло бенгальскими огнями и озоном. До неё долетали брызги энергии, иногда прожигая одежду. Но Мирана не имела воли, чтобы сдвинуться с места. Зрелище завораживало. «Если выживу – обязательно напишу об этом», – некстати подумала девушка, жмурясь от ярких вспышек и дрожа от страха. Как же жалко, что нет телефона под рукой, чтобы снять! Удивилась внутри, что может в такой момент думать о работе.

– Держать периметр! – закричал Страж в костюме. – Где стажёр! Стажёр!!! Нашей силы не хватит надолго!

В тот же миг в квартире из ниоткуда возник парень лет двадцати пяти, длинный, худой, неряшливо одетый очкарик с торчащей в стороны гривой огненных волос.

Кажется, он обладал уникальной суперспособностью – умением управлять временем.

Тот, кого назвали стажёром, остановил все процессы в комнате. Замедлилось всё и внутри магического круга. Мирана услышала гулкие медленные звуки – обрывки фраз, увидела, как расплываются в пространстве воронки и молнии, как медленно, очень медленно начинают двигаться маги и Феоктиста. И как стремительно, солнечным зайчиком, мелькнул рыжий. Через секунду время вернулось в своё течение, а Инфинитум и плащ Феоктисты уже держал стажёр.

Феоктиста резко ослабла и осела на пол. Она потеряла связь с Мираной, чей образ начал мерцать и исчезать в вихре яркого света. Мирана удивлённо, совсем без страха, даже с любопытством наблюдала, как свет поглощает её.

Наступила полная тишина, а затем произошёл оглушительный всплеск, как будто рассыпалось огромное стекло.

Мирана исчезла, на её месте остался силуэт, испещрённый кодами и символами.

***

– Она жива, – прошептала Феоктиста, – я чувствую.

Её тело стало прозрачным, мерцало, как сломанная лампочка.

– Разумеется, жива, я вас умоляю, графиня, не надо драматизировать. Что мы, звери? – усмехнулся князь Арбатский. – Вы поступили неосмотрительно, соединив свою силу с Энигмой, – князь с трепетом ощупывал переливчатый плащ, который отобрал у стажёра. – Откуда у вас такой артефакт? Хранителям такой не положен.

– Что вы сделали с девочкой?

– Мы отправили её туда, где ей будет хорошо.

– Домой? – не веря услышанному, прошептала Хранительница. – Я должна находиться рядом, мне не хватит силы перейти, почти вся сила осталась в плаще.

– О нет, Феоктиста, меня вы не проведёте, – засмеялся Арбатский, – плащ вы не получите.

В этот момент раздался лёгкий щелчок и в комнате возник Мирон Альбертович.

– Чем вы тут занимаетесь!? – его лицо побелело от гнева.

– Если вы о Летягиной, то мы отправили её на Второй, – весело отозвался Арбатский.

– Вы проверили каналы?!

Князь замер. Во взгляде Вяземской мелькнула усмешка. Владислав и стажёр переглянулись. Князь Арбатский начал что-то быстро писать в пространстве, замелькали коды, цифры, символы. По мере их появления Арбатский бледнел всё сильнее.

Феоктиста широко раскрыла глаза и прошептала:

– Где она?!

– Приветствую вас, графиня, – насмешливо и с напряжением в голосе произнёс Милорд, – давно не виделись. Два века минуло. Выглядите неважно. Эта прозрачность и мерцание вам не к лицу. В теле вы мне нравились больше.

– Что вы сделали с Мираной?!

– Феоктиста, во имя нашего прошлого ты могла бы хотя бы поздороваться, – прорычал Мирон, взглянув на коды Арбатского. – Мои нерадивые служащие забросили твою подопечную на Третий слой. Переместить тебя туда не могу, ты знаешь закон. Вижу, ты отдала все силы Энигме. Но это твой выбор. Энигма и Инфинитум останутся здесь вместе с твоей магией. Артефакты верну владельцу. А ты уж сама восстанавливайся, как умеешь. Могу отправить за Завесу.

– Хорошо, – прошептала обессилевшая Феоктиста, – я вернусь за Завесу.

Через полчаса на месте битвы не осталось и намёка на сражение. Блёклая Тётя Лида жарила бледные котлеты, а невзрачная Мирана сидела за столом и пила чай с серыми крекерами. Всё это казалось им нормальной жизнью.