154 800 произведений, 42 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 7

Текст книги "Темный ангел"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 28 октября 2013, 15:56


Автор книги: Лиза Смит


Жанр: Ужасы и Мистика


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

Глава 12

– Да, – сказала Джиллиан просто. Ее сердце забилось сильнее, но не от предвкушения приключений, а от страха. Ангел выглядел очень таинственным.

Он принял позу «смотрящего в пространство» и спросил:

– У тебя никогда не возникало чувства, что ты на самом деле не знаешь реальности?

– Постоянно, – заявила Джиллиан, – с того момента, как я встретилась с тобой. Он усмехнулся.

– Я имею в виду, до этого. Тебе не доводилось слышать о безутешной тоске, которая есть в каждом из нас. О стремлении вернуться в нашу собственную далекую страну и пережить то, чего мы никогда не испытывали. Все мы жаждем однажды перелететь зияющую пропасть между этой и другой реальностью... и слиться с мирозданием, от которого мы чувствуем себя оторванными...

Пораженная Джиллиан резко выпрямилась.

– О да! Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь сказал лучше... о пропасти... Постоянно чувствуешь, что есть еще что-то там, куда ты не можешь войти. Я думала, это мир знаменитостей... но нет... ничего общего...

– Ты чувствуешь, что в мироздании сокрыта тайна и тебе хочется заглянуть в нее?

– Да, да, да! – Она смотрела на него с обожанием. – Ты говоришь о колдовском мире, правда? И я всегда чувствовала присутствие в мире тайны. Значит, это правда. Значит, для меня существует другая реальность...

– Нет, – Ангел поморщился, – на самом деле все чувствуют приблизительно одно и то же. И ничего это не значит.

Джиллиан расстроилась:

– Как же так?

– Для других. Для других нет никакого тайного мира. Что же касается тебя... нет, это не то, о чем ты думаешь, и вовсе это не более высокая реальность астральных планов. Все столь же реально, как вон те носки. Столь же реально, как Мелусин из магазина в Вудбридже. И это тот мир, которому ты предназначена. Мир, где тебе откроется суть вещей.

Сердце Джиллиан бешено колотилось.

– Где это?

– Это – Царство Ночи.


Серо-голубые тени скользили по холмам. Джиллиан вела машину сквозь сумерки, направляясь в непроглядную тьму на востоке.

– Объясни еще раз, – попросила она вслух, хотя и не могла видеть Ангела. Вместо него над правым сиденьем дрожал то ли воздух, то ли легкий туман. – Ты говоришь, там не только колдуны?

– Далеко не только. Колдуны – лишь одна семья; а там будут все создания ночи. Все существа, о которых тебя учили думать как о сказочных героях.

– Они реальны? Они живут рядом с людьми...! и раньше жили?

– Да. Понимаешь, все это просто. Внешне они совсем как люди – во всяком случае, на первый взгляд. Ровно настолько, насколько и ты выглядишь как человек.

– Но я-то человек. Я хочу сказать, по большей части, да? Моя прабабушка – колдунья, но она вышла замуж за человека, и моя бабушка, и мама. Итак, получается, что моя колдовская кровь... разбавленная.

– Для них это неважно. Ты можешь поклясться своей колдовской кровью. А твоя сила вне сомнения. Доверься мне, и они с радостью примут тебя.

– Кроме того, у меня есть ты. Ведь обычные люди не имеют собственных невидимых покровителей?

– Ну... – Перелетев на заднее сиденье, Ангел стал постепенно оформляться в живое существо, и, насколько она смогла разглядеть его лицо, он нахмурился. – Дело в том, что тебе нельзя рассказывать обо мне. Не спрашивай почему, мне не велено объяснять. Но я буду с тобой, как всегда. Я подскажу, что говорить. Не волнуйся, ты отлично справишься.

Джиллиан и не волновалась. С затаенным восторгом она чувствовала, как погружается в сказку. Весь мир казался ей волшебным и неведомым.

Даже снег выглядел иначе – голубым и светящимся изнутри. Дорога бежала по полям, а на севере за холмами на небе появилось серебряное сияние – вставала огромная полная луна, заливая весь мир тревожным светом.

Оставляя обычный мир позади, Джиллиан летела все быстрее и быстрее в зачарованное место, дальше и дальше в сказку, где могло произойти все, абсолютно все.

Она не удивилась бы, заведи ее Ангел на заснеженную поляну поискать волшебное колечко. Но он сказал:

– Поверни здесь.

И они выехали на главную дорогу, которая вела на дальнюю окраину города.

– Где мы?

– Это Стэрбек. Местечко, где в стене есть маленький проход на ту сторону. Туда-то мы и едем. Остановись здесь.

«Здесь» оказалось неописуемым зданием, видимо построенным в викторианском стиле. Оно давно обветшало в напрасном ожидании ремонта.

Джиллиан вышла из машины и посмотрела на отражение лунного света в окнах. Здание могло бы служить сторожкой. Оно стояло в стороне от жилого района, тоже темного и тихого. Налетел сильный порыв ветра. Джиллиан вздрогнула от холода.

Не похоже, чтобы в доме кто-нибудь был.

Иди к двери. – Голос Ангела привычно успокаивал ее.

На двери никакой вывески, ничего, что бы указывало, что это общественное место. Темное стекло над дверью слабо осветилось изнутри. На стекле смутно проступил рисунок – цветок. Черный ирис.

«Черный ирис» – название клуба. Это клуб...

Ангела прервал взрыв. Так сначала почудилось Джиллиан. В первое мгновение она не поняла, что это было: огромная черная тень шумно налетела на нее, и она едва не свалилась с крыльца. Потом до нее дошло, что этот грохот был лаем. Чудовищных размеров цепная собака рычала и скалилась, стараясь дотянуться до нее.

Я займусь псом. – Голос Ангела стал страшен, и мгновение спустя Джиллиан ощутила теплую волну в воздухе. Собака как подкошенная упала на месте и закатила глаза.

У подъезда вновь наступила мертвая тишина. Джиллиан стояла, тяжело дыша от резкого прилива адреналина. Перед тем как она смогла что-либо произнести, у нее за спиной скрипнула дверь.

Дверь приоткрылась, и высунулась чья-то голова...

Джиллиан не смогла разглядеть лица, заметила лишь, что глаза дико сверкнули.

– Ты кто? – злобно спросил низкий тягучий голос. – Что тебе надо?

Джиллиан повторила шепот Ангела:

– Я Джиллиан из клана Харман и хочу войти. Здесь холодно.

– Харман?

– Я Хранительница Очага, дочь Элвайзы, и, если ты не впустишь меня, глупый волк-оборотень, я поступлю с тобой так же, как с твоим двоюродным братцем вон там. – Она указала пальцем в перчатке на скрюченную собаку.

Волк-оборотень? Ангел, разве оборотни действительно бывают?

Все сказочные создания реальны. Я тебе говорил.

Джиллиан показалось, что ее засасывает какой-то ирреальный мир. Словно во сне, она продолжала делать все, что говорил Ангел, хотя от тяжелого предчувствия засосало под ложечкой.

Дверь медленно открылась. Джиллиан шагнула в прихожую, и дверь сама собой захлопнулась у нее за спиной со странным звуком окончательного приговора.

– Я не узнал тебя, – проворчал оборотень. – Думал, шатается тут всякий сброд.

– Ты прощен, – милостиво ответила Джиллиан и махнула перчатками в направлении, подсказанном Ангелом. – Вниз по ступеням?

Он кивнул, и она последовала за ним к двери, которая вела на лестницу. Едва открыв дверь, Джиллиан услышала музыку.

Она спускалась, с каждым шагом чувствуя себя все более... неземным существом. Полуподвальное помещение находилось глубже, чем обычно, и было просторнее. Внизу пред ней предстал совершенно иной мир.

Здесь совсем не было окон, да и света было не больше, чем наверху. Старинный зал, холодный каменный пол со стертым рисунком, в воздухе запах плесени и сырости. Однако в зале царило оживление. Кто-то сидел на стульях, расставленных вдоль стен и вокруг карточного стола в дальнем конце зала. Кто-то стоял перед старомодными кегельбанами и толпился возле стойки бара.

Джиллиан направилась к бару. Она чувствовала, что за каждым ее шагом следит множество глаз.

«Я слишком маленькая и слишком юная», – думала она, забираясь на один из высоких стульев у стойки. Она небрежно опустила локти на стойку и постаралась успокоиться.

Бармен повернулся к ней. Это был парень лет двадцати. Он шагнул к Джиллиан, и при взгляде на его лицо она испытала шок.

В нем было что-то... неправильное. Не то чтобы парень был настолько уродлив, что мог вызвать суматоху, войдя в автобус. Джиллиан не увидела даже, а, скорее, почувствовала в нем патологию благодаря своим новым чувственным возможностям. Но у нее возникло ясное впечатление, что лицо неправильное, обезображенное мрачными мыслями, на фоне которых интриги Тани выглядели, как залитый солнцем сад.

Джиллиан не смогла сдержать отвращения. И парень из бара заметил это.

– Ты новенькая, – сказал он, становясь все мрачнее, и она поняла, что он наслаждается ее страхом. – Откуда ты?

– Я Харман, – ответила она настолько спокойно, насколько смогла. – И ты прав – я новенькая.

Хорошо, детка. Не позволяй ему запугать тебя. Теперь ты должна показать им, кто ты на самом деле...

Подожди, Ангел, подожди! Дай мне прийти в себя.

Джиллиан и правда совсем потеряла самообладание. Чувство леденящего ужаса росло с той самой минуты, как она вошла, и стало невыносимым. Это место – она поискала эпитеты – нецелое, поврежденное, страшное.

Она заметила и еще кое-что. Раньше у нее не было возможности рассмотреть в полутьме другие лица – она видела только блеск глаз и случайные всполохи белозубых улыбок. Но теперь эти «люди» подошли ближе и обступили ее. Это напомнило ей передачу про акул, которые плавают будто бы бесцельно, но на самом деле собираются все вместе вокруг жертвы. Они столпились у нее за спиной – со всех сторон ее окружали темные фигуры. Джиллиан оглянулась и отчетливо увидела их лица.

Холодные, мрачные, порочные. Нет, не просто порочные – дьявольские. Эти существа могли бы совершить любое преступление и наслаждаться им. Глаза их блестели... не просто блестели... светились... как глаза животных ночью. Они сладко заулыбались, и Джиллиан увидела зубы. Длинные острые волчьи зубы... клыки...

«Все сказочные существа...»

Ее охватила настоящая паника. И в тот же миг она почувствовала, что кто-то схватил ее за плечи.

– Почему бы нам не прогуляться вместе?

Затем все смешалось. Кажется, Ангел что-то кричал, но Джиллиан не могла слышать его из-за громких ударов сердца. Сильные руки сдавили ее, понемногу отталкивая от бара. Заговорщически усмехаясь, существа с дьявольскими лицами расступились.

– Развлекись с ней на славу! – крикнул кто-то им вслед.

Джиллиан быстро потащили вверх по лестнице, вон из темного здания. Распахнулась входная дверь, холодный воздух отрезвил ее, сознание прояснилось. Она постаралась высвободиться из зажавшей ее плечи в тиски железной хватки. Но безуспешно.

Джиллиан очутилась на заснеженной улице. Улица была пуста.

– Это твоя машина?

Руки на мгновение ослабили хватку. Она отчаянно дернулась и обернулась.

Вокруг нее разливался по сугробам призрачный лунный свет, придавая снегу вид белого шелка. И тени на нем выглядели как темные пятна на сверкающем ковре.

Тот, кто вытащил ее сюда из подвала, оказался парнем на вид лишь несколькими годами старше ее. Высокий и элегантный, со светлыми пепельными волосами и слегка раскосыми глазами. Что-то в его манере держаться напомнило ей обманчивую лень животных. Но лицо его не было столь же порочным, как у других. Застывшее, суровое, возможно, несколько пугающее, но не дьявольское.

– Теперь вот что, – заговорил он быстро и отрывисто, и голос его тоже не показался ей дьявольским, – я не знаю, кто ты и как тебе удалось войти туда, но тебе лучше немедленно вернуться домой. Кто бы ты ни была, но ты не Харман.

– Откуда ты знаешь? – вырвалось у Джиллиан до того, как Ангел смог подсказать ей, что отвечать.

– Харман – моя родня. Я – Эш Редферн. Ты ведь даже не знаешь, что это значит, так? Если бы ты была Харман, то знала бы. Между нашими семьями есть родственные связи.

Ты Харман. И ты колдунья! – звенел в ушах голос Ангела. – Скажи ему! Скажи ему!

Пепельный блондин продолжал:

– Они бы сожрали тебя живьем, если бы узнали это наверняка. Они не настолько... терпимы к людям, как я. И вот тебе мой совет: залезай в машину, уезжай и никогда больше не возвращайся сюда. И никому никогда не говори об этом месте.

Ты потерянная колдунья! Ты не человек. Скажи ему!

– А почему ты стал таким терпимым к людям? – Джиллиан рассматривала его. Глаза... наверное, изначально были янтарного цвета, как у Штеффи, но теперь стали изумрудно-зелеными.

Он как-то странно посмотрел на нее. Потом улыбнулся. Это была ленивая улыбка, внутри которой затаилась душераздирающая боль.

– Прошлым летом я встретил девушку, – сказал он тихо. Видимо, это, по его мнению, должно было объяснить Джиллиан все.

Затем он кивнул на ее машину.

– Уезжай отсюда и никогда не возвращайся. Я просто проходил мимо. В следующий раз меня может и не оказаться рядом, чтобы спасти тебя.

Не садись в машину! Не уезжай! Скажи ему, что ты колдунья, что ты принадлежишь к Полуночному Кругу. Не уезжай!

Впервые Джиллиан решительно не послушалась приказаний Ангела. Она открыла машину трясущимися руками, прыгнула на сиденье и в последний раз оглянулась на парня. Эш – надо же!

– Спасибо, Эш!

– Пока! – Он помахал рукой вслед отъезжающей машине.

Немедленно вернись обратно! Ты принадлежишь их миру. Ты одна из них. Они не могут отпустить тебя. Развернись и возвращайся!

– Ангел, прекрати! – сказала она громко. – Я не могу. Ты что, не видишь? Я не могу. Они ужасны. Они – порождение дьявола.

Теперь, когда она осталась одна, началась реакция. Она вдруг разревелась, сотрясаясь всем телом. Безудержные рыдания душили ее.

– Нет, они не порождение дьявола! – возразил Ангел, светясь на заднем сиденье, и в его голосе прозвучало непривычное волнение. – Они могущественные...

– Нет, они дьявольские. Они охотились на меня. Я видела их глаза! – Джиллиан впала в истерику. – Зачем ты привел меня туда? Ты ведь даже не позволил мне поговорить с Мелусин! Мелусин не такая, как эти.

Она вся дрожала. Машину занесло, и она едва смогла выровнять ее. В одно мгновение все вокруг стало чужим и страшным, она ехала по бесконечной, пустынной дороге, и была ночь, и за ней на сиденье сидело бесплотное существо.

Она больше не знала, кто он на самом деле. Она лишь понимала, что никакой он не ангел. Логическая альтернатива сразу возникла в голове. Она была одна невесть где рядом с демоном...

– Джиллиан, прекрати!

– Кто ты? Кто ты в действительности? Кто ты?!

– Что ты имеешь в виду? Ты знаешь, кто я.

– Нет, я не знаю! – закричала она. – Я ничего о тебе не знаю! Зачем ты привел меня туда? Почему ты хотел, чтобы они растерзали меня? Почему?

– Джиллиан, останови машину. Останови маиши-ну!

Он говорил таким командным, не терпящим возражений, приказным тоном, что она послушалась и остановилась. Она не могла удержать рыданий, отпустила руль и ничего не видела из-за слез. Когда машина остановилась, она почувствовала, что теряет сознание.

– Посмотри на меня. Вытри лицо и посмотри на меня.

Через минуту она кое-как справилась с истерикой и взглянула на Ангела. Он весь сиял и светился. Свет исходил из каждой клеточки его тела: от золотых нитей волос, от классически прекрасного лица, от совершенных линий фигуры. Теперь и он успокоился. Лицо приобрело возвышенное выражение, безмятежность которого нарушало лишь искреннее беспокойство за нее.

– Мне очень жаль, – сказал он, – что все это так тебя испугало. Новые впечатления иногда отталкивают только потому, что они непривычные. Но мы не будем говорить сейчас об этом, – поспешно добавил он, так как Джиллиан всхлипнула. – Важно только одно – что я не хотел причинить тебе зла.

И его глаза засияли еще сильнее – чистым синим пламенем.

Джиллиан вздохнула:

– Ноты...

– Я никогда не смогу причинить тебе зла, Джиллиан. Потому что у нас с тобой одна, общая душа.

Он произнес эти слова так, будто сделал величайшее открытие. И хотя Джиллиан представления не имела, что все это значит, она почувствовала странное волнение и почти нежность.

– Что это значит?

– Такое иногда случается с людьми, которые входят в Царство Ночи. Каждому дана только одна большая любовь. И когда ты встречаешь эту любовь, ты ее узнаешь. Мы принадлежим друг другу, и ничто не может нас разлучить.

Он говорил правду. Каждое слово отдавалось эхом в сердце Джиллиан, словно пробуждая древнюю память предков. Он говорил о том, что знали их праотцы.

Ее слезы высохли. Она больше не плакала. Но очень устала и измучилась.

– Но если это так... – Она не смела договорить.

– Сейчас не надо ни о чем волноваться, – утешал ее Ангел. – Мы обо всем поговорим позже. Я все тебе объясню. Я просто хотел, чтобы ты знала, что я никогда не причиню тебе зла. Я люблю тебя, Джиллиан. Разве ты не видишь?

– Да, – прошептала Джиллиан. Она была как в тумане. Ей не хотелось думать, не хотелось понимать, о чем говорил Ангел.

Ей хотелось домой.

– Успокойся, я помогу тебе вести машину, – сказал Ангел. – Ни о чем не беспокойся. Все будет хорошо.

Глава 13

На следующий день Джиллиан постаралась сосредоточиться на обыденных вещах.

Она торопилась в школу, чувствуя, что за ночь совсем не отдохнула (что с ней было? ночной кошмар?) и что ей необходимо развлечься. В школе она весь день была слишком деятельна, весела и болтлива. Она то и дело собирала вокруг себя большую компанию, болтая о рождественских праздниках, вечеринках и фотографиях для школьной газеты.

Ну, вот ей и полегчало. Ангел вел себя тактично и помалкивал. Сегодня все ребята в школе были взбудоражены, ведь до каникул всего два дня. И к полудню Джиллиан была уже в приподнятом настроении.

– До Рождества всего пять дней, а у меня нет елки! Надо бы вытащить маму на елочный базар и купить елочку.

– Не надо ничего покупать, – улыбнулся Дэвид. – Я знаю одно место – поехали! Там красиво и елки можно брать совершенно бесплатно. – Он заговорщически подмигнул.

– Я подгоню мамин пикап, – обрадовалась Джиллиан. – Туда влезет большое дерево, – я люблю высокие елки.

Дома они с мамой торопливо заворачивали подарки и вытирали пыль с рождественских гирлянд из пластмассовых цветочков. И им было не до разговоров про колдовские родственные связи.

После ужина в самом замечательном расположении духа она заехала за Дэвидом. Он выглядел несколько подавленным, но Джиллиан была не в настроении задавать вопросы. Она без умолку болтала о вечеринке, которую Штеффи Локхарт устраивала в пятницу вечером.

Путь был долгим, и тема про вечеринку у Штеффи совсем иссякла, когда Дэвид наконец изрек:

– Кажется, где-то здесь.

– Хорошо! Мне подойдет одна из тех елок, – пошутила Джиллиан, показывая на шестифутовые ели вдоль шоссе.

Дэвид натянуто улыбнулся:

– Здесь есть и поменьше, в глубине.

Их было так много, что Джиллиан замучилась, выбирая. В конце концов она остановилась на елочке с красивым силуэтом, похожей на стройную леди, приподнявшую свои юбки. Срубленная Дэвидом ель источала великолепный хвойный аромат, когда они вдвоем тащили ее волоком в машину.

– Ах, я обожаю этот запах и даже не жалею, что моим перчаткам пришел конец, – восторгалась Джиллиан.

Дэвид молчал. Он молча обвязал ель, положил ее в багажник и закрыл его. Молча сел в машину рядом с Джиллиан.

Нет, она не могла больше этого терпеть. У нее засосало под ложечкой.

– Что случилось? Ты ни слова не обронил за весь вечер.

– Извини. – Он вздохнул и отвернулся к окну. – Я считал, что... я думал о Тане. Джиллиан прищурилась:

– О Тане? Мне пора ревновать?

– Нет, я хотел сказать – о ее руке.

У Джиллиан кольнуло сердце, и все вокруг навсегда переменилось. В гнетущей тишине ее следующий вопрос прозвучал фальшиво:

– А что с ее рукой?

– Ты не слышала? Я думал, ты слышала по телефону. Сегодня днем ее забрали в больницу.

– О боже!

– Дело плохо. Та болезнь, что врачи приняли за сыпь, приводит к отмиранию тканей... каким-то образом... знаешь, эти бактерии пожирают плоть...

Джиллиан открыла рот, но не смогла издать ни звука. Дорога впереди совсем потемнела.

– Кори сказал, что к ней никого не пускают. Рука у нее раздулась и стала в три раза толще обычного. Ее разрезали от плеча до кончиков пальцев и поставили дренажные трубки. Врачи боятся, что придется ампутировать палец...

– Прекрати! – У Джиллиан вырвался сдавленный крик.

Дэвид бросил в ее сторону быстрый взгляд.

– Извини...

– Нет! Не говори ничего! – Она рефлексивно продолжала вести машину, почти не воспринимая внешний мир. Все внимание было сосредоточено на драме, развернувшейся внутри ее сознания.

Ангел! Ты слышал?! Что происходит?

Конечно, я все слышал. – Он цедил слова медленно и задумчиво.

Ну? Это правда? Да?

Знаешь, давай поговорим об этом позже. Хорошо, детка ? Давай подождем...

Нет! С тобой всегда так: «подождем» или «поговорим об этом позже». Я хочу знать немедленно: это правда?

Что «правда»?

Таня действительно так тяжело больна?

У нее просто инфекция. Стрептококковая пиодермия. Ты же сама наслала на нее эту болезнь.

Так ты признаешься, что это правда?! Да, это правда. Я сделала это своими заклинаниями. Я наслала на нее бактерии, которые поедают мышечную ткань.

Мысли скакали дико, бессвязно, и Джиллиан не совсем понимала, о чем говорит.

Джиллиан, пойми, мы должны были удержать ее, чтобы она не вредила Дэвиду. Мы вынуждены были это сделать.

Нет! Нет! Нет! Ты же знал, я не хотела причинять Тане зло.

Джиллиан впадала в истерику – странную немую истерику. Она смутно осознавала, что все еще ведет машину и мимо проносятся изгороди, деревья. Ее тело продолжало вести машину, все сильнее давя на газ, но сама она словно перенеслась в другую реальность.

Ты лгал мне. Ты сказал, с ней все в порядке. Почему ты так поступил?

Спокойно, Стрекоза...

Не называй меня так! Как ты можешь просто... просто сидеть здесь... и не волноваться? Что ты за личность?

И тогда... Ангел вдруг изменился. Он не возмущался и не оправдывался – гораздо хуже. Его голос зазвучал спокойнее. Мелодичнее. Приятнее.

Я лишь распределяю судьбы. Этим и занимаются ангелы, как известно.

Ледяной ужас охватил Джиллиан: он ненормальный!

– О боже! – вырвалось у нее неожиданно громко. Дэвид вздрогнул.

– Эй! Ты в порядке?

Но она вряд ли что-нибудь слышала. Джиллиан с лихорадочным напряжением продолжала телепатический бой.

Я больше не знаю, кто ты. Но только не ангел!

Джиллиан, послушай. Мы не должны ссориться. Я люблю тебя...

Тогда говори, как вылечить Таню.

Молчание.

Я и сама узнаю. Я поеду к Мелусин...

Нет!

Тогда скажи мне. Или вылечи Таню, если, конечно, ты ангел!

Пауза. И затем:

Джиллиан, у меня появилась идея. Можно сделать, чтобы Дэвид полюбил тебя сильнее.

О чем ты говоришь?

Ему нужен «околосмертный» опыт. Тогда он сможет по-настоящему понимать тебя. Нам надо сделать так, чтобы он умер.

Перед глазами у Джиллиан поплыл туман. Она знала, что подъезжает к Сомерсет, и уже узнавала улицы, но вдруг словно на нее упала серая пелена и посыпались искры.

– Джиллиан!

Она почувствовала, как чья-то рука – реальная рука – схватилась за руль и выровняла машину.

– Что с тобой? Давай лучше я поведу?

– Все хорошо. – Зрение вернулось. Домой, быстрее домой... она должна как можно скорее достать ту самую коробку из-под туфель и как-нибудь снять с Тани заклинание. Домой... в безопасное место...

Но нет, для нее нигде нет безопасного места.

В ушах опять раздался мягкий вкрадчивый голос:

Разве ты не понимаешь? Дэвид не станет похожим на тебя до тех пор, пока не побывает, как и ты на том свете. Нам надо, чтобы он умер...

– Нет! – услышала она свой крик. – Прекрати говорить со мной! Уходи!

Дэвид вздрогнул.

– Джиллиан...

Я не хочу ранить тебя, Джиллиан. Только его. И он вернется – обещаю. Он, возможно, станет немного другим. Но он будет по-настоящему любить тебя.

Другим... тело Дэвида. Ангел хочет захватить тело Дэвида! Как только Дэвид покинет свое тело, в нем поселится Ангел...

Они приближались к дому. Но она никак не могла отделаться от голоса. Как можно освободиться от того, что находится в твоей собственной голове? Она не могла заставить его заткнуться...

Отпусти руль, Джиллиан. Позволь мне вести машину за тебя. Я люблю тебя, Джиллиан.

«Нет!» Ее пальцы до боли впились в кожаную обмотку руля. Тяжело дыша, она отрывисто проговорила:

– Дэвид! Веди машину. Я не могу...

Успокойся, Джиллиан. Ты не пострадаешь. Я обещаю.

Ей никак не удавалось отпустить руль. Голос будто заполнил все ее тело, окутал мышцы. Она уже не могла убрать ногу с педали газа.

– Джиллиан, тормози! – отчаянно кричал Дэвид. – Смотри куда едешь!

Это займет одну секунду...

Реальность превратилась для Джиллиан в старое кино. Черно-белое мерцание. И с каждым новым кадром телефонная будка впереди становилась все больше и больше. Все происходило, как в замедленной съемке, но с очевидной неизбежностью. О, как медленно неслись они в сторону будки, в которую должны были врезаться... правой дверью, где сидел Дэвид.

Нет! Ангел, я возненавижу тебя навеки... – закричала она про себя, и последнее слово отозвалось бесконечным эхом в ее сознании. Время остановилось.

Удар и чернота.


– Мне можно его увидеть?

– Еще нет, дорогая. – Мама быстро передвинула стул поближе к кровати, стоявшей в приемном покое «Скорой помощи». – Не сегодня, может быть...

– Я должна!

– Джиллиан, он без сознания. Он даже не узнает, что ты была у него.

– Я должна видеть его. – Джиллиан почувствовала, что у нее снова начинается истерика, и сжала зубы. Не надо ей никаких уколов. Медсестра сказала, что сделает ей укол, когда она начала было кричать и плакать.

Прошло несколько часов с той минуты, как подъехали машины с мигалками, открыли двери пикапа и достали ее. Дэвида тоже вытащили. Но в то время как она совсем не пострадала («Чудо! Ни царапинки!» – сказал врач ее маме), Дэвид был без сознания. И он все еще не пришел в себя.

Приемное отделение «Скорой помощи» было холодным, и подогретые одеяла, в которые ее заворачивали, совсем не помогали. Джиллиан трясло. Пальцы онемели.

– Папа уже летит домой, – сказала мама, поглаживая ее руку, – Он взял билет на первый же рейс. Ты увидишь его завтра утром.

Джиллиан бил озноб.

– Это та же больница, куда положили Таню Джан? Нет, не спрашивай никого. Я ничего не хочу знать. – Она зажала руки под мышками. – Мне так холодно…

… И одиноко. Она больше не слышала вкрадчивого голоса. И это было хорошо, потому что – Господи! – меньше всего она хотела общения с Ангелом... или тем, кто называл себя так. Но странно, после столь долгого присутствия в ее сознании он пропал... и она не знает, где он может ее подстерегать. Он может слушать ее мысли прямо сейчас...

– Я возьму другое одеяло, – сказала мама и направилась к шкафу с подогревом, который показала ей нянечка. – Если ты ляжешь, то, может быть, тебе удастся немного поспать, дорогая.

– Я не могу спать! Я должна видеть Дэвида!

– Родная моя, я же говорю – ты не сможешь увидеть его сегодня.

– Ты сказала, я не должна его видеть. Ты не сказала, я не увижу. Ты сказала – возможно!

Джиллиан срывалась на крик и ничего не могла с этим поделать. Слезы застилали глаза и катились по щекам. Напрасно она пыталась сдержать их.

Вбежала медсестра. Задернула белую занавеску вокруг кровати.

– Ничего-ничего. Это естественно, – успокоила она маму, потом строго сказала Джиллиан: – Ну-ка облокотись на подушки и лежи тихонько. Немного пощиплет. Но это поможет тебе успокоиться.

Джиллиан почувствовала укол и жжение. Спустя минуту все вокруг поплыло и глаза ее закрылись.


Она проснулась в собственной постели.

Было утро. Солнечный свет падал в окно.

Прошлой ночью... она с трудом вспомнила, как их соседка, госпожа Билер, на своей машине привезла ее из больницы домой. Она вспомнила, как ее пронесли наверх по лестнице, раздели и уложили в кровать. И потом – так замечательно, – она надолго куда-то провалилась и ни о чем не думала.

Джиллиан проснулась отдохнувшей, с ясной головой. Не успев даже скинуть одеяло, она уже точно знала, что надо делать.

Она бросила взгляд на старый будильник на ночном столике и ужаснулась: без двадцати пяти час! Неудивительно, что она выспалась.

Проворно, стараясь не шуметь, она натянула джинсы и свитер. Никакой косметики. Махнула расческой по волосам. Замерла, прислушалась. Не только к дому, но и к себе. К собственному внутреннему миру.

Мертвая тишина. Ничто не шевельнулось. Разумеется, это ни о чем еще не говорит.

Джиллиан опустилась на колени и вытащила коробку из-под кровати. Восковые куклы были ярко раскрашены красным и зеленым – чудовищная пародия на новогодние игрушки. Ее первым порывом при взгляде на ядовито-зеленый воск было избавиться от него: отломать у одной куклы руку, а у другой – голову.

Но что при этом произойдет с Таней и Ким – даже трудно себе представить. Она заставила себя принести мочалку из ванной, намочила ее и осторожно стерла люминесцентно-зеленую пудру.

Она плакала. Надо сосредоточиться, как и во время заклинания, – увидеть Танину руку, увидеть, что она заживает и Таня выздоравливает.

– А теперь, – прошептала она, – приди ко мне, сила слов Гекаты. Это – не я, кто произносит их, это – не я, кто повторяет их, это – Геката произносит их, это – Геката повторяет их.

Когда пудра была стерта, она уложила кукол обратно в коробку. Потом порылась в столе в поисках маленькой с розовыми цветочками записной книжки.

Вот. Номер мобильного телефона Дэрил Новак.

Она быстро набрала его и закрыла глаза. Ответь. Ответь. Ответь!

– Алло, – раздался в трубке ленивый голос. Глаза Джиллиан тут же открылись.

– Дэрил, это Джиллиан. Помоги мне, пожалуйста. Прямо сейчас. Я ничего не могу объяснять...

– Джиллиан, с тобой все в порядке? Мы все за тебя волновались.

– Я в порядке, но я не могу говорить. Найди Эми Новик. Срочно! У нее сейчас... – Джиллиан судорожно вспоминала расписание, – ...ага, химия. Пусть приедет на перекресток Хазел и Эплбатер и ждет меня там.

– Ты хочешь, чтобы она сбежала с урока?

– Да, и немедленно. Скажи ей, я знаю, что прошу слишком много, но мне это необходимо. Это действительно очень важно.

Она ждала вопросов. Но вместо этого Дэрил только сказала:

– Не волнуйся, я найду ее.

– Спасибо, Дэрил. Ты спасаешь жизнь.

Джиллиан повесила трубку. Схватила лыжную куртку и, сунув под мышку коробку из-под туфель, тихонько пошла вниз по ступеням.

Она слышала голоса на кухне. Низкий голос – папин. Ей очень захотелось подбежать к отцу. Но что сделают ее родители, когда увидят ее? Они снова уложат ее в постель, укутают в одеяло, оставят дома. Они не поймут, что ей надо торопиться.

Конечно, не могло быть и речи о том, чтобы сказать им правду. Это приведет лишь к еще одному уколу. И очень может быть – к клинике для умалишенных, куда однажды отправили ее маму. Все подумают, что у нее это наследственное.

Она незаметно проскользнула к входной двери, тихонько открыла ее и выскочила на улицу.

Ночью шел дождь, а к утру подморозило. Во дворе на ветвях орешника льдинки висели, как капли росы.

Джиллиан втянула голову в плечи и побежала по улице. Она надеялась, что ее никто не заметит, но ей все время казалось, что из-за кустарника и из каждой тени ее преследуют чьи-то взгляды.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации