» » » онлайн чтение - страница 14

Текст книги "Криптия"


  • Текст добавлен: 10 января 2020, 12:00


Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

Автор книги: Наталья Резанова


Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 14 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 21 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Варинхарий всегда мог уповать скорее на ловкость, чем на силу, но в сегодняшнем бою было не до демонстрации фехтовального искусства. Он рубил, как мог, не слишком заботился о точности ударов, главное было не попасть под клинок самому.

Саки привычно прикрывал господина. Может, умом он не блистал, но что без драки не спастись – всяко соображал.

Эти люди были опасны. Даже в небольшом количестве. И, как раньше, нападавшие не собирались помирать, если можно взять добычу иначе. Степняки рассыпались, уходя от мечей… но лишь для того, чтоб удобнее было стрелять.

Первым, кто получил стрелу, был Клиах, спешно рванувшийся навстречу замаячившему просвету. Он рухнул с коня, увлекая вцепившуюся в его пояс Нунну. Вторым – Огай, который и без того еле держался в седле – рана давала о себе знать.

Лошади беглецов – не такие злые, как у кочевников, а те, что из гостиничного хозяйства, и вовсе смирные – забесились. Крики, звон оружия, запах дыма пугали их до безумия. Они метались, сбрасывая неумелых седоков и топча тех, кто выбрались из пролома на своих двоих. А стрелы продолжали лететь со всех сторон, и Гордиан согнулся от боли в пробитом плече и, почти уткнувшись лицом в лошадиную гриву, осознал – прорыв не удался.

А отступать им некуда.

Палисад с той стороны наверняка занялся, сейчас запылает и гостиница. Лучше уж умереть под стрелами степняков, чем быть сожженными заживо.

Только…

Огонь бежит по земле, заставляя привычных ко всему степных коней вскидываться на дыбы с отчаянным ржанием, поднимается, дышит в лицо невыносимым жаром. Откуда он здесь? Каким образом пал успел сюда дойти?

Гордиан бессмысленно оглядывается, ожидая увидеть охваченную пламенем гостиницу, но та стоит как стояла. А это все ветер, ветер, ставший вихрем, несущий пламя. Гордиан повидал в жизни многое, но огненный смерч, пляшущий над землей, видит впервые.

Гостиница в пламенном кольце, но сама не тронута, и беглецы, не задаваясь вопросом, как такое возможно, устремились под защиту привычных стен, которые совсем недавно спешили покинуть. Сначала женщины и те, кто не принимал участие в схватке, затем прочие. Гордиан не сразу замечает, что из живых защитников гостиницы в поле остался он один.

Степняки напуганы столь необычным явлением, но меньше, чем можно ожидать, они не бежали, но лишь отступили и прекратили стрелять. Зачем понапрасну тратить стрелы – их унес бы смерч, как сейчас сносил он в сторону их голоса – пронзительные, визгливые, выкрикивающие непонятные слова.

И Гордиану Эльго тоже надо было отступать. Вот он рвался вперед, чтоб не попасть в огонь, а теперь огонь впереди… Он слишком устал, чтоб оценить усмешку судьбы. Рванул стрелу из плеча, и повернул назад, к пролому.

Остальные снова сбились во дворе гостиницы. Варинхарий пробился туда первым, затем бросил взгляд на подтянувшихся. Дуча рыдала в голос – то ли по Нунне, оставшейся там, в поле, то ли по себе. У Ланассы сил на слезы не было. Она молча опустилась на землю. Прибрел Азат, за ним, что удивительно – Шуас, ничто мерзавца не берет, а ведь ему и лошади не дали. Подъехали всадники. Не все. Варинхарий видел судьбу Клиаха и Огая, Боболона, кажется, стоптала лошадь… кого еще не хватает?

Он щурился, слезы застилали зрение. Не горе от гибели товарищей было тому виной, но дым, выедавший глазницы и терзавший гортань. Однако даже сквозь дым и пелену слез было видно, что гостиница окружена двойной стеной. Ветер, яростный ветер, раздувая пламя, одновременно не давал ему приблизиться к палисаду. Люди опытные, много странствовавшие, видели, как смерч расходится волнами, все расширяясь, от сердца бури. Правда, те, кто видел подобное, редко оставались в живых.

Здесь сердце смерча располагалось на крыше гостиницы. Там, где стоял один человек – запрокинув голову и нацелив в беспросветное небо свой единственный глаз.

Дорога в пустоши

– Господин Гупта, мне крайне неловко вас обременять.

Говоря это, доктор Керавн был не вполне искренен. А вернее, не искренен совсем. Что такое неловкость, ему пришлось позабыть еще в юности, во время учебы. Он быстро понял, что лекарю в работе способность испытывать это чувство будет только мешать. И если к концу процесса обучения остатки еще оставались, дальнейшая жизнь, мотавшая доктора по разным пределам Союзной империи, избавила его от так называемой «неловкости» окончательно.

Но Максену Гупте вовсе не обязательно об этом знать. Да и не заботят его переживания доктора. Однако следует соблюдать правила игры, и Гупта их соблюдает. Вот сейчас подъехал, осведомился, не испытывает ли доктор каких-либо неудобств.

И все же – для чего ему нужен доктор – не считая, разумеется, необходимости держать под присмотром вражеского шпиона? Будь Гупта на службе у жреческой коллегии… но сейчас не прежние времена, охота на чародеев прекратилась – главным образом потому, что на имперских землях исчезли сами чародеи. Отчасти поэтому консул Монграна и решил прибегнуть к помощи магии в деле возрождения Димна. До войны он бы на такое не решился. Хотя до войны и Димн возрождать было ни к чему.

Но с чего все началось? С реформ Дагды Благочестивого? До того, говорят, полковой чародей был в армии столь же обычен, как полковой жрец, а уж о таком феномене, как придворные маги, вовсе не умолчишь. Хотя придворные маги и поныне имеются, только в других государствах.

Но значит ли это, что до запрета на чародейство магия в империи процветала?

Впрочем, надо определиться. Точнее, разделить магию как явление и людей, которые сделали из этого явления профессию. Безусловно, магия, как явление, больше связана с природой, а не с людьми – такой вывод следовал из множества прочитанных Керавном книг. В Михале магия неотрывна от тамошних дремучих лесов, мрачных гор и полноводных рек – и всего, что в тех лесах, горах и реках водится. И кто будет отрицать, что шаманская магия идет от безграничных пространств Великой Степи? А империя… что империя? Со времен, когда история стала записываться, она считалась самой цивилизованной и культурной страной мира. Возделанные земли – пашни, сады и виноградники, оживленные города с многочисленным населением, благополучно чувствующим себя за прочными стенами укреплений, а еще дороги, акведуки, шахты – вот что такое империя, и эти ее особенности неуклонно распространяются на новые земли. И все это плохо сочетается с тем первобытным хаосом, что порождает магическую силу и создание ее.

Но даже самые что ни есть окультуренные земли обрываются у кромки прибоя. Море остается прибежищем тех самых магических тварей по сию пору. Или хотя бы хранит память об этих тварях. Случайно ли Керавн не далее как пару дней назад вспоминал моряков и их побасенки о драконах, кракенах, гигантских тридакнах и прочих чудовищах, обитающих под толщей вод?

И что характерно, даже в золотые свои времена империя не претендовала на статус сильной морской державы. Флот, конечно, был и приморские гарнизоны, но скорее ради обороны и безопасности торговли.

Должно признать, что традиции империи задолго до реформ были чужды магии. Но что было до того? Каким образом расчищались территории для этих самых пахотных земель и укрепленных городов? Кто повывел чудовищ, предшествовавших людям в обитаемом мире?

Герои – так повествуют мифы и эпические поэмы. Убийцы драконов, сокрушители монстров, ударами палиц пролагавшие русла рек, движением богатырских плеч перемещавшие горы и вообще совершавшие такие деяния, что поневоле задаешься вопросом – отличались ли они от чудовищ, с коими боролись?

Династия Рароу, первая из правивших, – утверждают официальные историки. Потомки богов (что вряд ли), предки нынешней правящей династии (а это вполне может быть). Им приписывают, в сущности, те же деяния, что и героям – избиение чудовищ, основание городов, распашку земель, постройку мостов и дамб. Но только деяния свои, как нам сообщают, творили они не силой меча, а силой закона. И это во многих случаях похоже на правду. Ибо добиться порядка в государстве могла лишь централизованная власть, опирающаяся, помимо прочего, и на закон. Но вот чтобы, как описано в некоторых книгах, император Ао издал указ, по которому чудовища, опустошавшие край, пошли и утопились в море, и они пошли и утопились, ибо ослушаться императорского указа невозможно? Считайте меня злостным скептиком, но позволю себе усомниться.

– О чем вы задумались, господин Керавн?

Ах да, он же говорил с Максеном Гуптой. И как-то упустил из внимания предыдущие слова драконария.

– Я говорил, что вы меня не стесните.

– А я размышлял о деяниях дома Рароу, – ответил Керавн, нисколько не погрешив против истины.

– Предмет достойный. – Гупта произнес это без тени усмешки. – Но что в нем такого, что заставило вас забыть о насущном?

Они ехали по дороге, тянущейся вдоль побережья. Все так, как замыслил Керавн, и пока что слишком рано сворачивать, и можно пользоваться покровительством Гупты. Единственное, что беспокоит, – покровительство может стать слишком обременительным.

– Первые императоры, – сказал Керавн, – славны тем, что претворили хаос, господствовавший на земле, в порядок. Излишне самоуверенно уподоблять себя этим легендарным государям, но не предстоит ли нам сделать то же самое?

– Недурно сказано. Каждый человек, верно служащий престолу, должен способствовать установлению порядка тем или иным способом. А противники – может, они не отличаются такой мощью, как древние драконы и демоны, зато их больше. И кто знает, с кем из них мы встретимся?

Тронув поводья, драконарий поехал вперед.

Что это было – насмешка? Или предупреждение? Что ж, пока он оставил Керавна в покое, и тот мог вернуться к своим размышлениям.

Так или иначе, властители победили чудовищ. Причем изображение одного из них поместили на своем гербе. Недаром служба в армии называется «службой под знаменем дракона», а драконарием первоначально именовался армейский чин, ответственный за сохранность этого знамени, – не так ли, Максен Гупта?

Итак, согласно эпосу и историческим книгам, победу одержали меч и закон, ставьте в каком угодно порядке. А на самом деле?

В Димне вам всякий расскажет историю, как в стародавние времена чародеи спасли город, призвав виверн на головы гернийцев. Но есть и истории другого рода. Там чародеи не повелевают чудовищами, а противостоят им. И что, если заслуга в очищении земель будущей Союзной империи принадлежит не столько героям и государям, сколько чародеям? Признавать это не очень-то приятно. Однако не зря же существовали пресловутые придворные маги. Нет, здесь не было, как в Михале, где магия, власть и религия порой оказывались неотделимы друг от друга, а основатели королевства – Астарени и Лиадан – сами были чародеями. Про Нимр, который якобы находится под прямым покровительством божественных сил, и насколько это соответствует правде, мы сейчас вспоминать не будем. Но до поры до времени власть в Союзной империи без чародеев обходиться не могла. А это обидно и оскорбительно. И вдобавок внушает опасения. Взять ту же историю про призыв виверн. А ну как найдется такой злокозненный чародей, который натравит чудовищ не на врагов своего господина, а на самого господина?

По счастью для императоров, чародеи истощали силы, враждуя между собой, погружаясь в пустопорожние исследования и бессмысленные интриги.

И когда стало ясно, что власть достаточно крепка и может просуществовать без их поддержки, на чародеев была объявлена охота. Говорят, они все же попытались объединиться, вопреки своим исконным привычкам и обычаям. Но было поздно.

Все в мире движется по спирали: сперва чародеи изничтожают чудовищ, потом правители изничтожают чародеев, каков будет следующий виток?

Чародеи в этих краях уничтожены. Но магия жива.

Место драконария рядом с доктором занял Тимо. Керавн кивнул ему приветственно. Он не давал охраннику никаких указаний. Но солдаты сопровождения не чинились, разговаривая с тертым мужиком, который, оказывается, не раз бывал в тех краях, куда они направлялись. Они могли узнать от Тимо кое-что полезное. И наоборот, Тимо мог вызнать нечто полезное у них. Не обязательно намеренно. Даже лучше будет, если он сделает это не нарочно.

– Вроде и правда про переговоры, – сообщил Тимо. – Но притом опасаются, что без шороху не обойдется.

– От михальцев? С какой стати им устраивать драку вдали от своего королевства, где подкрепления не дождаться? Да еще с имперскими солдатами.

– Нет, не от михальцев они беды ждут. Недавно ж война была, и они в сторону степняков посматривают. А то бы не отправили столько солдат с посланником-то.

– Это больше похоже на правду. Рисэй сейчас зол.

– А они не только от Рисэя подлостей ждут. Говорят, как Рисэя в степь отогнали, так у него беспременно с владычными драка будет, клочья во все стороны полетят, никому мало не покажется. Может, нам пока лучше армейских держаться? Чем Привратник не шутит…

– Может быть. – В любом случае Керавн не планировал отрываться от отряда немедленно. И стоит понаблюдать, как обернутся дела. – Они ничего не говорили, куда идем?

Вряд ли Гупта в подробностях обрисовал своим подчиненным цель похода, но должен был как-то обрисовать, куда они направляются.

– Чего-то поминали про долину Вассапа. Это еще седмицу хода, если без всяких приключений. А если ползти с обозом, и на полмесяца растянется.

– И чем так приметна долина эта, что ты ее помнишь?

– А бывал я там с хозяином, вон с братом его, – Тимо кивнул в сторону сгорбившегося в седле Раи. – Там озерцо, что от родников, холмы ее от ветра прикрывают, поэтому мирные кланы туда сперва овец на выгон пускали, а потом торговать стали приходить. Даже вроде как поселение образовалось. Сейчас-то уж нет ничего, в войну наверняка разнесли там все. Но место многим памятное.

– Ярмарка?

– Наподобие. До настоящих ярмарок этому торжищу как до Лунных островов пешком. Но приезжал народ. Даже гернийцы были, хоть они и не шибко любят в пустоши залезать. Но там кой-что дешевле можно было взять, чем в Димне, через посредников, вот они туда и тащились.

– А михальцы?

– Ну, эти везде без мыла влезут. Опять же, им по владычным землям проход свободный. Но уж больно далеко от Михаля, невыгодно на такое торжище ехать. Так что не помню, чтоб из самого Михаля купцы прибывали. Вот поселенцы – это да, их же в Степи теперь немалым числом.

Про поселенцев Керавн знал и раньше. В конце концов Латрон был живым доказательством присутствия михальцев в Степи. Но сейчас мысли Керавна были не о безбашенном ученике. Итак, Гупта, похоже, не солгал, дав понять, что едет на переговоры с михальцами. Наверняка представитель противоположной стороны знает о долине Вассапа от своих соплеменников, перебравшихся в Степь. Но Тимо упомянул также и гернийцев. Гернийцы могли проделать большую часть пути только морем, иначе бы их торговля со степняками обошлась бы слишком дорого и потеряла всякий смысл. То есть, если долина в нескольких днях пути от побережья, значит, где-то там есть удобная для стоянки кораблей бухта. Ничего криминального в этом нет, однако ж приходит на ум – не появятся ли в этой игре и другие участники? Мы вроде как исключили территориальные интересы Герне в здешних землях. Но вот ударить по империи, чужими причем руками…

И это бы пояснило, что здесь делает офицер, носящий имя выморочного рода, и почему, Привратник его побери, он прицепился к Керавну. Так что можно всех подозревать, и армейская разведка действует. И ведь не скажешь же ему в лицо: «Господин драконарий, я не гернийский засланец, точно так же, как не михальский, меня интересует совсем другое». Не поверит ведь, работа у него такая – не доверять. На привале, как закончит с текущими делами разбираться, наверняка опять начнет выспрашивать-допрашивать.

Привал на сей раз выпал с меньшими удобствами, чем накануне. Никакого тебе постоялого двора, ни рыбацкой деревушки. Разбили лагерь. Раи заикнулся было насчет того, чтобы поставить палатку (таковая в багаже имелась на случай непогоды в пути), Тимо, занятый лошадьми, хмыкнул: «Ты, что ли, ставить будешь?», и ученик доктора стушевался. Нет, если б кругом не было такого количества людей, он принял бы участие в этом действе, и даже сумел бы выговорить Тимо, что это не его обязанность. А сейчас, выказав на глазах у всех свое неумение, он непременно станет посмешищем.

Кто был доволен, так это Тимо. Выяснилось, что Гупта распорядился поставить их на довольствие, а значит, не придется расходовать провиант. Может, драконарий и самозванец, кто его знает, но в целом мужик неплохой.

Неплохой Гупта объявился у костра экспедиции, когда проверил посты.

– Как, уважаемый Керавн, не обижают вас мои люди? А то бывают иногда среди солдат проявления хамства по отношению к ученому сословию.

– Если бы вы хоть немного прожили в Димне, драконарий, доброжелатели наверняка довели бы до вашего сведения, что я и есть наибольший хам во всем городе. Впрочем, если у вас есть желание побеседовать – присаживайтесь.

– Отчего же нет? – Драконарий сел у костра. – Вы, как я вижу, немало путешествовали, доктор.

– С чего вы так решили?

– Хорошо переносите дорогу, да еще в преддверии осени, когда люди и помоложе вас ноют и жалуются, – он кинул красноречивый взгляд на Раи.

– Верно. Путешествовал. И по разным уделам империи, и в южных странах бывал… и в Михале, если это вас интересует. В Герне, Нанне и на Ируате не был, плохо качку переношу.

– Это простительная слабость.

– Разрешите в свою очередь задать вопрос. Что, в общих чертах, будет обсуждаться на переговорах? Разумеется, я не прошу вас разглашать тайну…

Тимо зыркнул из-под бровей. Доктор опять нарывается. Хотя он шибко грамотный, ему виднее…

– Можно и не нарушать, – спокойно отвечает драконарий. – Будет, помимо прочего, поднят вопрос о безопасности прежних территорий, из-за войны остававшихся в небрежении. Так сказать, о восстановлении прежних границ.

– Кочевники уничтожили цепь пограничных крепостей и оборонительные валы, – кивнул доктор. – После этого сложно утверждать, где проходят границы. Да, конечно, это вопрос принципиальный. Но, полагаю, решать его следует не с михальцами, а с Владыкой Степи.

– Вы забыли о Шенане.

Вот любопытно, драконарий сам помянул Шенан. Там, где в бою пал последний истинный Гупта. Ловушка? А мы осторожно обойдем ее.

– Нет, не забыл. Я помню, что Шенан был первым городом, уничтоженным кочевниками, – и мы, юноша, как-то с консулом это обсуждали, мысленно добавил Керавн.

– …а Димн – последним. Не странно ли, что Димн давно восстановлен, а на месте, где стоял Шенан, до сих пор царит запустение?

– Этому есть несколько объяснений. Первое – то, что Шенан был именно первым из павших городов. Доселе в истории империи ничего подобного не случалось. Потрясение от случившегося было таким сильным, что жители империи не хотели возвращаться на это проклятое место и даже вспоминать о нем. Ко времени падения Димна сдалось или было захвачено немало городов, и разорение его, конечно, было событием горестным, но не выходящим из ряда вон. Это объяснение, так сказать, умственное. А вот вам экономическое: Димн расположен удобнее и, с точки зрения морской торговли, выгоднее. Поэтому восстановить его было легче. И третье объяснение, военно-политическое, отнюдь не противоречащее предыдущим – благополучие Шенана, как форпоста Союзной империи, зиждилось именно на существовании пограничных крепостей, обеспечивавших безопасность и граждан, и приезжих купцов. Не стало крепостей – нет и безопасности.

– Вы прекрасно все изложили, сразу видно, что посещали столичную школу риторики. И причины назвали верно. Но пришла пора вернуть утерянное. И теперь я отвечу на замечание, почему разговор об этом пойдет не с Владыкой. Ему, в сущности, безразлично, есть там город или нет. Нынешние степные кланы, за редким исключением, предпочитают не воевать, а жить скотоводством, и их образ жизни не предполагает того, что они будут цепляться за определенный кусок земли. Иное дело михальцы. Если они где-то осели, они будут строиться. И если допустить их присутствие на исконно имперских территориях, земля может быть для нас потеряна.

– Пожалуй. Но михальцы, получившие от Владыки разрешение на то, чтоб селиться, строиться и возделывать землю, вполне могут считать эту землю своей. И просто так уйти не захотят. Нет, вряд ли они так глупы, чтоб спорить с империей силой оружия: у поселенцев не хватит сил, и сомнительно, чтобы король стал посылать сюда войска. Но они наверняка захотят получить что-то взамен оставляемых земель. Я не спрашиваю вас, что. – Керавн сделал движение открытой ладонью, будто нечто отодвигал от себя.

– Можете спрашивать сколько угодно, мне это все равно неизвестно. Но отчасти для того, чтоб это выяснить, и нужны переговоры.

– Тоже верно. Хотя, насколько я знаю михальцев, они скорее всего запросят торговых привилегий на подвластных империи территориях – в Батне, например, или в Дробе.

– Это уж не мне решать.

– Разумеется, я понимаю, что вы человек военный, а не торговый. Но и для военных там обширное поле деятельности. Обеспечение безопасности потребует многих сил и затрат. Как от угроз из Степи, так и с моря.

– С моря? Вы на Герне намекаете? Они сейчас не в том состоянии, чтоб нападать на империю.

– Я не знаю, как обстоят дела в Герне. Как уже было сказано, я там никогда не был, и их историю и традиции не изучал. Но, сдается мне, они в любом случае не заинтересованы, чтоб империя и Михаль договорились полюбовно.

– Все возможно. Возможно и Владыка Степи не будет спокойно смотреть на происходящее. Он стар и многоопытен. Но я не собираюсь загадывать наперед. Я не жрец и не чародей, чтоб пытаться заглядывать в будущее. Тем более что магия в империи запрещена.

– Эх, господа хорошие, да что вы все о делах да о делах! – вклинился Тимо. – Успеете еще, когда на сходку свою приедете. Где, доктор, та настоечка у вас, от простуды? Сейчас бы хорошо пошла.

Будь он подчиненным Гупты, такое вопиющее нарушение субординации ему бы даром не прошло. Но Тимо был штатским и к тому же находился в подчинении у Керавна.

– Если мы на каждом привале лечиться будем, придется на ближайшем постоялом дворе новым лекарством запасаться. – Керавн без особой радости извлек остатки горячительного.

Раи бы тоже не отказался выпить. После ужина (горячей гороховой похлебки, приправленной салом и луком) он немного согрелся, но ветер все равно пробирал, и теплый плащ не спасал. А ведь лето еще, почитай, не кончилось, что же дальше-то будет? Но ему никто не предложил. Тимо, мужчина безродный, пьет с господином офицером, а Раи никто в упор не видит. Вот уж, когда они, как доктор сказал, сызнова вино покупать будут, Раи припомнит, на чьи это деньги! А пока что он копил обиду, угнездившись в спальнике за спиной у Керавна.

Вообще-то целенаправленно обижать Раи никто не собирался. Про него просто забыли. Да и то – молод еще, а настойка крепкая. Мало ее, правда. Они прикончили весь запасец, хотя драконарий был еще не в том возрасте, когда беспокоятся о болях в суставах. Да и холодно было только с точки зрения Раи. Разве что ветер действительно не унимался. Что делать, близость моря сказывается.

И на теме разговора – тоже.

– А что до вашего отношения к Герне, – продолжал Гупта, – тут, надо полагать, сказалось ваше проживание в Димне.

– Да, Герне и Димн – извечные соперники.

– Вернее, Герне соперничает с морскими портами империи, каковым является Димн, – уточнил драконарий. – И Димну повезло. До войны дальше на побережье был еще один порт, который, при благоприятном развитии событий, мог бы соперничать с Димном как торговый город. Он назывался Алейра, и во время войны был брошен жителями.

– Алейра? – переспросил Тимо. – Это вы про Лейр, что ли? Есть такая рыбачья деревня в глубине бухты, не знаю уж, пожгли ее по нынешним временам или нет.

– Лейр? Вот, значит, как Алейра теперь называется. Что ж, заедем туда по пути, может, припасы пополним. А теперь – спокойной ночи, доктор. Я должен удостовериться, что в лагере все в порядке.

– В бухте, говоришь, – сказал Керавн, когда драконарий отошел. – И что они там исключительно рыболовством промышляют?

– Ну не совсем. Туда всякие корабли заходили, чтоб разгрузиться, если кто желает торговать беспошлинно. Оно, конечно, и опасно. Береговой охраны там нет, Похитители на суше промышляют, а на море пираты. Однако и среди купцов тоже отчаянные бывают… Не мог же я это при имперском офицере брякнуть.

Возможно, именно там находят пристанище гернийские корабли, подумал Керавн. И не исключено, что драконарий намерен попутно это расследовать. А поскольку к Керавну он относится с подозрением, то отрицает, будто гернийцы имеют какое-то касательство к его предприятию.

На самом деле, пора спать. На сегодня доктор выяснил, что хотел. Хотя что-то в разговоре его царапнуло, оставив некую тревогу, и он не мог вспомнить, что.

И только когда дрема уже окутывала мозг, как тело окутывалось шерстяным плащом, купленным Кандакией, он спросил себя – а откуда Гупта знает, что он посещал столичную школу риторики? Или вовсе не знает, а это просто словесная фигура, воздающее должное моему красноречию? Да, скорее всего так. Гупта вполне может быть самозванцем и ловцом шпионов, но таких подробностей моей биографии ему знать неоткуда. Не занятие это для армейской разведки.

Дорога не всегда шла вдоль береговой линии, ибо не всегда рельеф берега это позволял. Но и совсем от моря тоже не удалялась. Все-таки проложена она была в мирные времена, когда селений было не в пример больше, чем до войны (это самое «до войны» теперь встречалось в разговорах так часто, что неясно было, какая война имеется в виду – великая или недавняя). А селения здесь питались от моря. Не пахотой и не скотоводством.

Странно было видеть мрачные скалы и каменистый недружелюбный берег и вспоминать гостеприимный Димн с его живописной лагуной. Хотя, если подумать, Димн, «гнездо виверн», не всегда был гостеприимен. Да и гости не всегда того заслуживали. А что до контрастов, то, говорят, на Ируате они еще более очевидны. Северная оконечность острова – суровая гористая местность, безлюдная и бесплодная, южная – богатая, цветущая и плодородная. И украшает ее священный город Нимр, куда от основания не ступала нога захватчика. Об этом повествуют и солидные тома, читанные Керавном в тиши храмовых библиотек, и моряки, с которыми он сиживал в портовых тавернах. И ученые труды, и матросские байки были едины во мнении: Нимр хранит священное сокровище, ниспосланное городу богами. Никто, кроме тамошнего жречества, этого сокровища, именуемого Сердцем Нимра, никогда не видел, и ученые убедительно выдумывали, что оно собой представляет. Морякам, в сущности, было все равно, что это такое – застывшее пламя, сохранившее в себе энергию предначального хаоса, павшая с лика Творца кровавая капля или просто большой драгоценный камень. Важно было другое – Сердце дает своим избранникам силу предвидеть все, что злоумышляется против священного города, а значит и принять упреждающие меры. Оттого-то Нимр никогда и не был завоеван.

Максен Гупта, однако, оказался в данном вопросе изрядным скептиком. Когда Керавн упомянул Нимр и его защиту, драконарий лишь усмехнулся.

– У тамошнего жречества очень хорошо поставлена разведывательная служба. Это и есть секрет пресловутой неуязвимости города. А так называемые «избранники» всего лишь марионеткижрецов действующие и говорящие под влиянием дурманных зелий и курений.

– Надо полагать, вы знаете, о чем говорите. Хотя я не ожидал, что коренной имперец выкажет такое вольнодумство по отношению к священнослужителям.

– Верования Нимра не признают пантеон нашей государственной религии единственным. Хотя и не отрицают его существования. То есть, по большому счету, являются еретическими, и проявлять по отношению к ним недоверие не только можно, но и должно.

– Отлично сказано… а вы сами-то были в Нимре?

– Я на службе в армии. Что кавалеристу делать на корабле?

Они посмеялись, хотя ответ был нарочито двусмыслен.

Разговор происходил в пути, и теперь Керавн уже знал, где будет следующая остановка. На дороге им встретились конские барышники, поспешающие в Димн к осенней ярмарке, и от них Гупта узнал, что селение Лейр во время военных действий, как ни странно, не пострадало. И это притом, что люди Рисэя подходили к Димну гораздо плотнее. Кое-кто мог бы прояснить, в чем дело, но Латрона здесь нет, а Тимо в военных действиях не участвовал, охранял благополучие торгового дома Сафран.

Как бы то ни было и что там ни намеревается разузнать Гупта, все же приятно будет переночевать в постели и погреться у очага. При всей неприхотливости и привычке к смене обстановки, возраст дает о себе знать.

Но это будет не сегодня и не завтра. Пока что дорога как раз сделала петлю в сторону пустошей. Ибо берег был здесь именно таков, что спуститься к воде не представлялось возможным. То есть человек пеший и не боящийся сломать ноги, а заодно и шею, мог бы слезть по каменистому обрыву, но для всадников спуск был никак невозможен.

Чем дальше от берега, тем ближе к угодьям Похитителей. Сейчас их отогнали отсюда, но Гупта отнюдь не выказывал беспечности. Сколь бы безопасной ни выглядела дорога, он высылал вперед разведчиков и регулярно выслушивал их донесения. И когда один из них подъехал к драконарию с весьма встревоженным видом, у Керавна были живейшие основания ждать близких неприятностей. Но Гупта, хоть и нахмурился, слушая сообщение, не отдал приказа своим солдатам перестраиваться в боевой порядок или отступать. Он колебался, и Керавн был уверен, что Гупта не стал бы вести себя подобным образом, если б отряду что-то угрожало. И все же происходило нечто, заслуживающее внимания.

Гупта кликнул Вальдере, битого жизнью унтер-офицера, выслужившегося из рядовых, и они принялись о чем-то переговариваться. Керавн не мог более сдержать любопытства и направился к ним, а следом – Тимо, он же тоже был не слепой и не глухой.

– Осмелюсь спросить, драконарий, – что-то случилось?

Господа военные мигом прервали свое совещание. Вальдере явно был готов рыкнуть «Не твое дело, костоправ!» – но Гупта успел раньше.

– Доктор, вам приходилось когда-нибудь видеть морское сражение?

– Нет, я же говорил, что…

Гупта не дал ему закончить:

– Ну вот, сейчас вам представится возможность исправить пробел в образовании. Если не поленитесь проследовать с нами к берегу.

Он развернул коня и поехал в указанном направлении.

– Ты слышал что-нибудь? – обернулся доктор к Тимо.

– Вроде дозорные на скалы влезли, чтоб окрестность осмотреть. В пустошах ничего не заметили, а вот в море…

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 3.7 Оценок: 3
Популярные книги за неделю

Рекомендации