Читать книгу "Мёртвый Лейтенант. Мёртвые сраму не имут"

Мёртвый лейтенант
Мёртвые сраму не имут
Александр Гущин

Внуку Алёше прадеда историю дед излагает.

Лейтенанту Гущину Александру Федотовичу посвящается

© Александр Гущин, 2016

ISBN 978-5-4474-6672-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Александр Федотович Гущин. 1945 год.

Мёртвый лейтенант

 
Государство Сталина: недовольства нет.
Недоволен, правильный, ну тогда привет:
Отправляйся, умненький, прямиком в ГУЛАГ,
Осознай – при Сталине правит страх!
СССР – страх внутренний, есть и внешний страх,
К западным границам подползает враг,
Гитлер бить стремится, страхом ослеплён:
Сталин к тем границам движет эшелон!
Эшелон военных, с пушками – другой,
Мир, но фронта линия выгнулась дугой.
Направляют русские к западу поток,
Мир, но стаи воронов – курсом на восток.
Красная Армия подползает к Бресту,
Красная разведка называет место,
Дату нападения, с вражьей стороны.
Те подсказки Сталину вовсе не нужны.
Сталин в июле нападать решает,
На недели на две, Гитлер упреждает,
Скоро, скоро грянет страшная война,
Задыхаться станет Сталина страна.
Вопль разведки красной не услышал Сталин,
Умных, непокорных умертвлял в подвале,
Сталин, Тимошенко, Генеральный штаб
Уверяли: Гитлер перед ними слаб.
Танков у нас – тысячи, самолётов много,
Сильному военному ни к чему тревога,
Сталина дивизий сотни три числом,
Гитлер перед нами будет бить челом!
В пятницу в июне, (он в четверг курсант),
Сошёл на Тоцкой станции – лейтенант,
Мой отец был молод, бравый бог войны,
Вышел из вагона к тётке на блины.
Эта тётка Сима и мой дед Федот,
Думали иначе, как и весь народ,
На войну вас гонят, в сорок первый год!
Как война начнётся, ты не лезь вперед!
Плачет тётка Сима, нет слёз у отца,
Вдруг забрали деда, батю молодца,
НКВД в курсе, где кто как протух,
Это, колхозник, панический слух!
Слух народа верный, через день война,
На дороге русских застаёт она,
Застаёт внезапно, как зима весной,
Русским недоумкам холодно порой!
В Киеве бомбили тоцкий эшелон,
Лейтенанту жарко: в Садковцах он,
Наблюдает немцев, чинит пулемёт,
Лейтенант поспешно обживает дот.
Днестр теченьем быстрым немцам путь закрыл,
Пулемётик русский пулями чадил,
Вплавь фашист коварный, вплавь на дот пошёл,
В том местечке Садковцы дальше не прошёл.
Линия здесь Сталина, берег укреплён,
Немец обходит тот укрепрайон!
Нападает с тыла, вместо жизни – тлен:
Русских лейтенантов забирают в плен.
И в плену воюет бодрый лейтенант!
Он победы русской и в плену гарант!
Умирал в концлагере, убегал – ловили,
Технику немецкую пленные губили.
Был расстрелян немцем, жид, вредитель, рус,
У войны народной неприятный вкус.
В гору трупов бросили моего отца.
В теле много лишнего страшного свинца,
Выжил этот бравый, вот какой талант,
Кличку получил он: «Мёртвый Лейтенант»!
Сорок килограммов веса в нем всего,
Способ похудания лучший у него!
И скрипит зубами Мёртвый Лейтенант,
Если не добили, то тогда я франт!
Бомбами союзников сбит оков баварский,
На свободе узники, бегут немцы – сказка!
Прячет Элла Лиммер моего отца,
 

Элла Лиммер. 1940 год.

 
Абверу, Гестапо не до беглеца.
 

Александр Федотович Гущин административный офицер в американском концлагере для русских пленных, освобождённых из немецких концлагерей. 1945 год.

 
В сорок пятом янки бросили отца,
В свой концлагерь добрый, нарастить мясца,
Русским передали, русским он шпион!
В русском концлагере погибает он!
Письма пишет Сталину: – Мало Вам потерь?
Сталин для героев открывает дверь,
Выпустили Мёртвого: счастлив, будь, навек!
На свободу вышли десять человек!
Остальные тысячи мрут в концлагерях,
Восстановлен Мёртвый в гражданских правах,
По Москве гуляет, вовсе не шпион,
Но ещё не знает, что убитый он!
Оскорбляют пленного выраженья устные,
Блюда в ресторане подают невкусные,
У солдат советских ордена, медали,
Офицеру пленному ничего не дали.
Праздник всенародный – сорок пятый год!
Дома лейтенанта ждёт отец Федот,
Тётка Сима счастлива, сколько радости!
От властей пленённый, слышит гадости.
Живёт понемногу, без больших забот,
Молодым – дорога, старикам почёт!
 

15 декабря 2011 года.

Мама, папа, сын.

Мама

 
Жил патриотом я отечества,
Но тоже мог сказать себе,
Мою фамилию, и имя отчество,
Прекрасно знали в КГБ.
Не знал достойный Комитет,
Что отмечаю комитетчиков,
Вёл картотеку много лет,
Психофизических разведчиков.
Незримо, тайно, как в кино,
Чекисты ныне процветают,
Проводят тесты, бац – клеймо!
И люди о клейме не знают.
Господь мне с детства дал талант,
ГБ читать психонакатки,
Я полигоном сорок лет,
Психофизическим был, гадким.
Но картотека вышла – класс!
Как в настоящей разведшколе,
Разведчиком я стал сейчас,
Работаю как прежде, «в поле».
За сорок лет уж сотни три,

...

конец ознакомительного фрагмента