» » » онлайн чтение - страница 6

Текст книги "Переводчик"

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 30 ноября 2018, 20:40


Автор книги: Алексей Суконкин


Жанр: Боевики: Прочее, Боевики


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Шрифт:
- 100% +

– Иди, спи.

Боец быстро докурил сигарету и завалился на топчан. Когда Олег вошел в палатку, срочник уже спал. Радист с завистью посмотрел на спящего солдата и отвернулся. Олег придвинулся к Глебу:

– Я вот не понимаю… – начал он.

– Чего? – спросил Глеб.

– Армия долбит чеченов вот уже полгода, а кроме Радуева никого еще не поймали. Если наш штаб знает, что в Сельментаузене появилась новая могила, то уж о присутствии там какого-нибудь полевого командира, узнали бы подавно…

– А что, собственно, не понятно?

– Непонятно почему всю чеченскую верхушку до сих пор не перестреляли?

– Это не так просто. Разведка, считай – мы, можем дать любую информацию, но вот реализовать мы можем далеко не всю. А иногда у нас просто нет приказа…

– А самим?

– Что самим?

– Ну, выйти в горы и провернуть ликвидацию… – Олег удивился таким дотошным вопросам как будто ничего не понимающего Иванова. – Как?

– Милый мой, Уголовный Кодекс еще никто не отменил и, насколько мне известно, в этом Кодексе существует статья за преднамеренное убийство. Эта война, вторая, более-менее нормально еще идет, а вот когда я был здесь пять лет назад, в первую войну, то тогда выполнив какую-нибудь операцию мы вполне могли сесть за решетку, повернись колесико в голове руководства не в ту сторону…

– Ну и ну!

– Вот так.

– Неужели все так запущено? – Олег улыбнулся краешком рта, хотя понимал, что улыбаться сейчас было не вполне уместно…

– Хуже, чем ты себе представляешь.

Олег понял, что от капитана ничего сейчас не добьется, и оставил его в покое. Радист принял доклад Лунина. Артель сработала нормально…

Под утро Олег пошел проверить караул. На этот раз поднимать бодрствующую смену он не стал. Он понимал, что имеет право приказать, и все встанут, но он так же понимал, что люди устали и буквально валятся с ног от постоянного недосыпа.

– Как? – спросил он у Мишина.

– Нормально, – пожал плечами Володя.

– Пастухи не появлялись?

Олег почувствовал, что вопрос не соизмерим с личными возможностями и авторитетом и понял, что вопрос был задан явно в пустоту…

– Не появлялись, – спустя пару мгновений ответил Володя.

Понимая прекрасно момент, Мишин снова улегся на нары и отвернулся к стене. Он знал, что Олег не будет его третировать.

Олег записал в постовую ведомость результат проверки караула и снова вышел на мороз. Он вдруг подумал, что бойцы, видевшие в начале ночи его стычку из-за спящей смены, сделают вывод, будто он, лейтенант Нартов, поддался прессингу Мишина и потому не стал поднимать их сейчас. Что в свою очередь может продемонстрировать не способность Нартова руководить личным составом и что в дальнейшем его можно будет просто посылать…

Олег понял, что получилось не очень хорошо, но опять уже ничего сейчас не исправишь… к тому же Володя наверняка рассказал своим бойцам как Олега тошнило на трупы боевиков. А это авторитета никак прибавить не могло.

Олег разозлился сам на себя. Когда он вошел в палатку, Иванов разговаривал по рации с Луниным.

– Ну и зачем было его брать? – говорил Глеб в тангенту. – Вот сейчас нам с ним мороки…

Увидев вошедшего Олега, Иванов поспешил закончить разговор, и отключился.

– В карауле все в порядке? – спросил Глеб Олега.

Нартов кивнул.

– У Лунина тоже все хорошо. Возвращаются.

– Слава Богу, – Олег опустился на стул. Посмотрел на часы. Скоро начнет светать.

Вскоре в палатку вошел офицер из второй роты, который должен был руководить колонной, назначенной для проведения эвакуации группы. Иванов вышел с ним из палатки. Вскоре послышались урчания моторов, и колонна ушла встречать разведчиков. С колонной ушла единственная бронированная машина отряда – БМП-2, которая досталась разведчикам после того, как пехотинцы бросили ее, заглохшую в горах…

В половину шестого Олег поднял посыльного и отправил его заготовить дров. Еще минут через десять в палатку вошел Романов.

– Где ответственный за вывод групп? – спросил Романов.

– Колонну провожает, – отозвался Олег.

– Как Лунин?

– Нормально, – Олег пожал плечами. Он еще не имел специальных знаний, чтобы можно было судить о результативности выхода разведки. Он знал лишь одно: группа жива и возвращается домой. А это уже хорошо.

Романов сел за стол и несколько минут просматривал записи в журнале радиста. Потом он развернул на столе карту и начал водить по ней пальцем.

– Они сейчас должны быть здесь. Ждут колонну.

Олег подсел и всмотрелся в карту. Он уже более или менее понимал в топографических знаках, и вполне мог представить, где сейчас сидит группа в ожидании эвакуации.

– Юрий Борисович, а я буду ходить на боевые задачи? – тихо спросил Олег.

– С чего ты взял? – Романов повернулся к переводчику.

– Я же понимаю, что вы ничего просто так не делаете, а раз приказали мне не стричь бороду, значит, у вас есть задумка.

– Задумка есть, но ты не подготовлен для боевой работы.

В этот момент вошел Иванов, и встал у порога. Он слышал последнюю фразу командира отряда.

– А что я должен уметь? – спросил Олег.

– Представь ситуацию: – в разговор вмешался Иванов, – Ты идешь в группе, и вдруг на тебя выходит одинокий пастух. Пастуху семьдесят лет. Этот человек в жизни никого не обидел. После того, как группа пройдет дальше, он побежит к первому же полевому командиру и расскажет ему о тебе. Через час группу обложат со всех сторон. Еще через час группа перестанет существовать. Как не допустить гибель группы?

Романов посмотрел в глаза Нартову:

– Да, как бы ты поступил в подобной ситуации? Это ключевой момент подготовки разведчика к действиям в тылу противника.

– Лечь в круговую оборону, – предположил Нартов.

– У тебя мало сил, не поможет, – сказал Романов.

– Ну, я не знаю. Может связать пастуха, и спрятать его где-нибудь? – предположил Олег.

– Развяжется, – жестко ответил Иванов.

– Взять его с собой?

– Он откажется идти. Скажет, мол, ноги больны, да стар стал. А нести его – только скорость движения снизится. Ну, так что?

Олег уже понял, что от него ждут, и медлил. Но офицеры тоже молчали. Они хотели, чтобы Олег сам озвучил правильный выход из ситуации. Командир отряда и командир роты в упор смотрели на молодого офицера.

– Его надо убить? – спросил Олег.

– Верно, – кивнул Романов. – Зачет сдал…

– Но ведь он ничего плохого не сделал группе?

– Не сделал, пока не дошел до ближайшего полевого командира. Когда дойдет, уже будет поздно думать о плохом или хорошем, – сказал, усмехнувшись, Иванов.

Олег молчал. Он знал, что это так должно быть для сохранения скрытности группы в тылу враждебно настроенного населения и возможной близости баз боевиков. Но знать и понимать – это совершенно разные вещи.

– А что нужно делать с пленным, которого разведывательная группа захватила в тылу противника, допросила, и тот перестал представлять для разведки интерес?

– Что, его тоже нужно убить? – спросил Олег.

Глеб усмехнулся:

– В наших руководящих документах сказано прямо: «…пленный, после проведенного первичного допроса, направляется к вышестоящему командованию…».

Подполковник откинулся на спинку стула и махнул радисту, чтобы тот покинул палатку. Когда тот вышел, Романов сказал:

– Есть у меня одна задумка. Если ее реализовать, то мы будем брать боевиков и схроны с оружием голыми руками. Для тебя в этой операции отводится первая роль.

В этот момент Олег шмыгнул носом и Романов увидел перед собой не лейтенанта, которому он решил доверить особо важное задание, а простого мальчишку, который только-только начал входить в самостоятельную жизнь. Подполковнику вдруг захотелось отменить задуманное, отбросить все наработки по этому делу, но Олег жадными глазами смотрел на своего командира и Романов решился:

– Тебе придется сыграть роль араба. Возможно, тебе придется убивать людей. Ты готов к этому?

– Думаю, что я не хуже всех остальных офицеров спецназа, – с пафосом сказал Олег. – Не боги горшки обжигают.

– Это ты так думаешь. Но с тобой все же надо провести определенную психологическую работу. Ты многого еще боишься. Ты много чего еще не умеешь делать. А без определенных навыков задача для тебя будет просто невыполнима.

– Что я должен уметь? – прямо спросил Олег.

– Ты должен уметь контролировать себя. Ты должен уметь не бояться смотреть в глаза смерти. Это я воспитываю у своих бойцов в период учебы на базе бригады, и они многого достигли. Но ты не проходил спецподготовку, и поэтому сейчас я не знаю, на что ты способен и насколько ты смел. То, что тебя рвало на трупы, не есть хорошо. Это надо исправить. Трупов ты еще увидишь много. Будь готов к этому. И еще будь готов убить человека. Любого. Ты меня понял? Или скажи сразу, и я отправлю тебя обратно в бригаду.

– Не надо в бригаду, – быстро сказал Олег, сам не зная почему.

– Тогда… – Романов покачался на стуле, и снова откинулся на спинку: – Тебя тошнило потому, что у тебя богатая фантазия. Ты просто представил себя не месте убитого. А так делать не надо. На войне остаются в здравом уме либо только совершенно тупые люди, которые не могут осознать, что они делают, либо люди очень умные, полностью отдающие себе отчет в том, что они делают, которые уверены в своей правоте. Как мне кажется, ты – человек умный. В жизни разбираешься не плохо. Так что решай.

Романов встал, показывая этим, что разговор закончен.

Олег посмотрел на время. Пора было поднимать отряд. Нартов нажал кнопку и над расположением отряда взвыл гудок. Начался новый день войны.

Романов ушел, а спустя пару минут, в палатку заглянул начальник медицинской службы капитан Кириллов.

– Разведка вернулась? – спросил он.

– Нет еще, – отозвался Олег.

– Я не помешаю? – спросил Саша, намекая на то, чтобы остаться в теплой палатке, а не ждать группу на морозе.

– Располагайся… – махнул Олег рукой.

Кириллов присел на лавку, и спросил:

– Ты оклемался?

– Да. – Олег заполнял журнал дежурства, и мало обращал внимания на Сашу.

Закончив заполнять журнал, Олег повернулся к Саше:

– Товарищ капитан, а как вот вы, врачи, привыкаете к трупам?

– В институте нас с первого курса водили в морг. Там на первом вскрытии полгруппы в обморок упало. Я так долго смеялся…

– А сейчас страшно?

– Труп для меня примерно как для тебя разобранный автомобиль, или открытая книга.

– А если труп разворочен?

– А если автомобиль разворочен, или книга разорвана? Тебе от этого становится плохо? – отозвался Кириллов вопросом на вопрос.

– Понятно.

Олег улыбнулся. В душе у него немного полегчало.

Вскоре все вышли встречать разведку. Колонна проехала ворота, развернулась на поле перед жилыми палатками, и вплотную подошла к палатке штаба. Разведчики спешились и построились. Олег встретил тяжелые, усталые и обозленные взгляды вернувшихся разведчиков…

Романов принял доклад Лунина, а потом махнул Олегу рукой. Нартов подошел.

– Поступаете в распоряжение капитана Иванова. Все его приказания выполнять неукоснительно. Ясно?

– Так точно, – отозвался Олег, пока не понимая, к чему это идет.

Иванов хлопнул Олега по плечу:

– Возьми у разведчика автомат и садись в «двушку».

Ближайший разведчик снял с плеча АКМС и протянул его лейтенанту. Потом вынул из разгрузочного жилета пару автоматных магазинов, которые Олег рассовал по карманам.

– На машину! – приказал Иванов, тоже вооружившись.

Нартов, Иванов, Лунин и подошедший с видеокамерой в руке Шумов, запрыгнули на БМП-2, и боевая машина пехоты тронулась. Вскоре они выехали за пределы базы.

– Мы куда? – спросил Олег.

– Сейчас узнаешь. Здесь не далеко… – пространно отозвался Глеб.

БМП проехала мимо того места, где ночью сидели двое неизвестных, по которым стрелял из снайперской винтовки лейтенант Мишин. За кустами и бугорком никого не было. Олег снова ощутил в груди холодок от осознания того, что ночью, здесь, на его глазах чуть не произошло убийство.

Машина остановилась на опушке леса. Шумов и Иванов спрыгнули на землю и осмотрелись. Тихое и холодное утро только начинало побеждать ночь. Где-то далеко, видимо в Махкеты лаяли собаки. Со стороны Сельментаузена крикнула птица.

– Вытаскивай! – махнул майор рукой Лунину.

Дима спрыгнул с брони и, открыв заднюю дверцу, вытащил из десантного отделения, связанного по рукам, парня лет двадцати. Тот задергался, но Лунин с силой дал ему несколько раз по ребрам и чеченец затих. Он стоял и дико озирался по сторонам. Чем-то он был неуловимо похож на гордого волка-борза, обитающего в местных горах. На парне был надет потрепанный спортивный костюм и камуфлированная натовская куртка. Под глазом красовался большой синяк. Видимо разведчики уже постарались.

– Нартов, сюда! – скомандовал Иванов.

Олег спрыгнул с машины и подошел к Иванову.

Капитан спросил:

– Разговор не забыл?

Олег помотал головой.

Шумов тем временем подошел к чеченцу и спросил как его фамилия.

– Хамхоев, – отозвался нохча.

– Как зовут?

– Дукус.

– Все сходится, – усмехнулся Иванов.

– Что же ты, Дукус Хамхоев, в российском государстве живешь, а по российским законам жить не хочешь? – спросил Шумов.

Чеченец непонимающе посмотрел на начальника штаба. Выдержав паузу, Иванов громко сказал Олегу:

– Убей чеченца.

– Зачем? – спросил Олег.

– Так велит наставление по специальной разведке. Я же тебе зачитывал это положение.

– Товарищ капитан, вы мне прочитали, что пленного нужно доставлять вышестоящему командованию. Зачем же его убивать?

– Хорошо, – Иванов пожал плечами и подошел к чеченцу. Спросил: – Кто твой командир?

– У меня нет командира. Я не боевик… – отозвался горец.

– Вот только этого мне здесь говорить не нужно, – усмехнулся Глеб. – Тебя взяли с оружием в руках в лагере боевиков. Так что о твоей принадлежности у нас сомнений нет… ну, так кто твой командир?

Парень молчал. Подошедший Лунин с силой ударил его ногой в солнечное сплетение, и тот повалился на землю.

– Вставай, сука! – Дмитрий ухватил чеченца за шиворот, и поднял на ноги.

Олег зажмурился. Ему было непривычно смотреть, как здоровые и сильные мужики бьют связанного, беззащитного парня.

– Кто руководит твоими действиями? – спросил Иванов.

– Моими действиями руководит Аллах, – тихо отозвался чеченец. – Аллах все видит.

Глеб с видом победителя повернулся к Олегу:

– Слышал? Аллах им руководит. Выходит, мы должны отправить его к Аллаху. В наставлении всё правильно написано – доставляется в вышестоящему командованию…

– А почему я?

– Потому что я так хочу. Ты же офицер спецназа. Ты должен быть готов сделать это.

– Я не нанимался работать палачом, – испуганно ответил Олег.

– Я тебе говорил, что способность убить человека, в том числе и совершенно невиновного – ключ к подготовке бойца спецназа! Так что вперед… – Иванов указал рукой на чеченца. – Убей его.

Парень дико озирался, смотрел по сторонам, будто ища на стороне помощь. Но помощи ему ждать было не откуда…

Нартов почувствовал, как забилась в висках кровь. Ему стало совсем не по себе. Иванов сказал:

– Начнем с простого. Ударь его.

Олег подошел к связанному парню. Он чувствовал, как кровь била по вискам с оглушительным хлопаньем. Это было не с ним, это было не реально, это все только сон!

– Чего ты ждешь? Бей. Этот боевик убил много наших солдат. А ты жалеешь его! Бей!

Олег нехотя пнул парня ногой в живот.

– Сильнее! – приказал Иванов. – Посмотри, он просто смеется над тобой. Пойми, Олег, здесь, на Кавказе, уважают только силу. Он думает, что ты не жалеешь его, а просто боишься. Поверь, он просто насмехается над тобой…

Олег ударил сильнее. Парень что-то лопотал по-чеченски. По-русски он попросил не убивать его.

– Я не боевик, – начал выть он. – Я не убивал ваших солдат.

– Ага! – усмехнулся Шумов. – Прорезался голос разума!

– А кто ты? – спросил Иванов. – Скажешь, что ты мирный житель?

– Да. Я здесь живу. В Сельментаузене!

– Ты боевик. Ты мочил наших десантников под Улус-Кертом! Я знаю это точно! На тебя есть оперативная информация.

Парень опустил голову. Видимо, он понял, что все его слова будут звучать в пустоту…

Иванов с размаха ударил чеченца по почкам, и тот захлебнулся от боли. Глеб повернулся к Нартову:

– Кончай его. Быстрее.

– Я не могу. Зачем его убивать?

– Не убивайте меня! – снова заговорил чеченец. – За что вы меня убиваете? Что я вам такого сделал?

– За то, что ты чеченец. За то, что из-за таких как ты мне приходится быть здесь, в этой долбаной Ичкерии, за то, что вместо жены у меня спальник, за то, что я теряю здесь свое здоровье, а иногда и своих друзей! – на одном дыхании выкрикнул Иванов.

Олег подумал, что войной в основном движет чувство мести. Эта мысль закрепилась в его сознании, и он сам себе пообещал когда-нибудь додумать её, втиснуть её в рамки своей философии и общепринятых норм морали…

Иванов подхватил парня за связанные руки и поволок к кустам. Дукус понял, что для него все закончилось, и протяжно завыл. Он извивался, но против крепких рук капитана ничего сделать не мог. Шумов и Лунин бросились на помощь. Лунин крикнул высунувшемуся из люка механику-водителю:

– А ну, закройся! И не выглядывай!

Тот спустился в БМП и закрыл над головой люк.

Шумов приставил парня к дереву и ладонью уперся в лицо.

– Стой и не дергайся!

Олег молча смотрел на происходящее и ничего не мог понять. Все так закрутилось…

– Ну? Чего ты стоишь как истукан? – Иванов хлопнул Олега по спине: – Стреляй в него.

Олег покачал головой.

– Я не буду его убивать…

– Что-о? – по блатному спросил Иванов. – Ты отказываешься стрелять?

– Я не буду его убивать, – тихо повторил Олег. – Нет такого закона!

– А они вспоминали про закон, когда мочили здесь роту десанта? А? – вдруг заорал Глеб прямо в лицо лейтенанта.

Олег отступил на шаг:

– Но я не подписывался кого-то убивать…

– Может, ты еще и присягу не давал?

– Присягу давал.

– Выполняйте приказ, товарищ лейтенант!

Олег помотал головой. Вспомнились слова Романова, что скоро ему придется привыкнуть к трупам. Вот, значит, что они означали…

В этот момент Нартов думать уже не мог. Ему больше всего на свете вдруг захотелось каким-нибудь волшебным способом оказаться у себя дома на мягком диване и забыть про войну, про чеченца, про спецназ. Как дома было хорошо! Сидел на диване, ничего этого не видел, и видеть не хотел…

– Ну, – требовательно сказал Шумов. – Живее!

– Давай! – сказал Глеб. – Нажми спуск. Все через это прошли, и ты пройдешь…

– Зачем? – спросил Олег, глядя на Иванова стеклянными глазами.

– Ты мне уже надоел, – Глеб подошел ближе и ударил Олега кулаком в лоб.

Олег отлетел к БМП и ударился о фальшборт.

– Давай! Стреляй! Потом лучше будет! Поверь.

– Нет, я не буду… – Олег растерянно помотал головой. Автомат жег ему руки, и единственным желанием сейчас было отбросить автомат в сторону.

– Эх ты! – сказал Иванов, и, вырвав из рук Нартова автомат, быстро прицелился в голову пленника и дал короткую очередь.

Автомат оглушительно выстрелил прямо над ухом Нартова, и Олег шарахнулся к борту боевой машины пехоты, ударился спиной о фальшборт, сполз на землю и закрыл глаза. Ему совершенно не хотелось смотреть на то, что осталось от чеченца, которому в голову попала автоматная очередь…

– Ну и что ты развалился? – строго спросил Шумов, а потом резко рявкнул: – Встать, лейтенант!

Олег подскочил на ноги, и к своему удивлению увидел, что чеченец стоит живой. Над его головой кора дерева была разбита пулями. Иванов только имитировал расстрел.

Лунин ухватил чеченца за подбородок, повернул его голову к себе:

– Что, Дукус, отпустить тебя? Или все же привалить прямо здесь? Смотри, твое село не так далеко. Вот будем умора, когда твой труп здесь найдут!

– А ведь война скоро кончится, – добавил Иванов. – Все будут строить новую, мирную жизнь. А твои останки в это время будут гнить под землей…

– Нет, – в шоке чеченец помотал головой.

– А знаешь, что надо для того, чтобы я оставил тебе жизнь? – спросил Шумов.

– Что? – спросил Хамхоев.

– Я хочу от тебя знать о боевиках всё. Фамилии командиров. Количество личного состава. Схроны с оружием и боеприпасами. Явки. Замыслы. Противоречия между командирами. Если я буду получать от тебя эту информацию, тогда живи. Согласен?

Иванов мгновенно вскинул автомат на уровень глаз и практически упер срез ствола в переносицу Дукуса. Ствол автомата источал запах пороха, который в данное время ассоциировался только с запахом смерти. Это не могло не повлиять на горца.

– Я согласен, – быстро кивнул Хамхоев. – Согласен! Согласен!

– Сейчас ты можешь наговорить мне всего, что только придет в твою головенку. А как только мы тебя отпустим, ты мгновенно про нас забудешь… – сказал Шумов.

– Я сделаю все, что скажете, – глухо отозвался парень.

– Знаешь, я тебе почему-то верю, – кивнул Шумов. – Но я все же подстрахуюсь немного. Говори в камеру: я – Дукус Хамхоев, добровольно соглашаюсь сотрудничать с главным разведуправлением…

Шумов начал снимать на видео.

– Я, Дукус Хамхоев, добровольно соглашаюсь сотрудничать с главным разведуправлением…

Шумов выключил видеокамеру. Этого было достаточно.

– Вот так, Дукус. Теперь, если ты попытаешься меня хоть в чем-то обмануть, эту запись увидит весь твой тейп. Как ты думаешь, они похвалят тебя за это? Станут больше уважать твою семью и весь твой род?

Чеченец посмотрел на Шумова глазами, налитыми ненавистью. Дукус был похож на жалкого, перепуганного, поджавшего хвост шакала. Сейчас он ничем не напоминал гордого борза.

– Если ты что-то узнаешь, то приходишь на это место и ставишь ветку вот в этот пень. Это будет служить сигналом. После этого мы организуем зачистку деревни, и дома разговариваем с тобой. Так тебя никто не раскроет, потому что говорить мы будем с очень многими. Первые пять докладов бесплатно, потом ты будешь за результативные доклады получать деньги. Если по твоей наводке наши люди попадут в засаду, или подорвутся на мине, о твоем добровольном сотрудничестве узнает вся твоя деревня, весь твой тейп и вся Ичкерия. Последствия тебе известны. Свои же тебя и грохнут. Всё усвоил?

Чеченец кивнул.

– Сейчас есть что сказать о боевиках?

– Я слышал, что в Сельментаузене в разных домах лежат на излечении раненные ваххабиты. Где именно, я не знаю. Когда ваши входят в село, раненых спускают в подвалы.

– Понял. Если информация подтвердится, считай, что первый доклад тебе засчитан… а теперь проваливай!

Чеченец подскочил и быстро направился в чащу леса, с каждым шагом ускоряя движение.

– Да, еще один момент! – вослед крикнул Шумов, – разница между докладами не более двух суток!

Чеченец кивнул.

– Поехали, – махнул рукой Шумов.

Офицеры забрались на броню. Лунин постучал каблуком по крышке люка:

– Трогай!

Люк открылся. Высунулась голова механика-водителя. БМП захлопала выхлопом двигателя, дернулась и с места в карьер рванула в направлении базы отряда.

– Ну что, киллер? – спросил Иванов. – Как настроение?

– Да уроды вы все… – грубо отозвался Олег и отвернулся.

Иванов громко рассмеялся.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации