Читать книгу "За каменной стеной"

Глава 6. Объект взят под охрану

Костя

Вопреки выносливости, которая была моей гордостью, я не дотянул до города ангелов без остановок. Почти бессонная ночь рядом с Леной догнала меня в пути и заставила свернуть в городишко Тафт. Я взял номер в первом попавшемся мотеле и свалился в кровать. Проспав, как бревно, без сновидений, я встал с солнцем и продолжил путь.

Лос-Анджелес еще не запарился жарой и пробками. Я смог без проблем добраться до дома Кирилла Салманова. Меня не удивляло, что Алан назначил встречу именно там. При этом сам Кирилл с семьей был сейчас в Сан-Фра, но для друзей двери домов Салманова были открыты всегда. Меня тоже допустили в этот круг, что немного напрягало, но больше радовало. С доверием приходила и ответственность, плюс взаимные услуги. Как семья, где все друг другу рады, все друг другу помогают.

Моя стратегия одиночки противилась такой концепции, но я старался жить нормально, по-человечески. Мой терапевт была бы довольна.

Остановившись у ворот, я взглянул на часы. Рановато, конечно, Алан вряд ли ждал меня раньше девяти, но просил звонить, как только прибуду. Я набрал его.

– Костя, – проговорил Стерн хрипловато сонным голосом.

– Да, Алан Львович. Я приехал. Наверное, еще рано. Могу прокатиться за кофе, пока…

– Ты где? – перебил он мои церемониальные речи. – Уже в Лос-Фелис?

– У ворот стою.

– Ну и заезжай.

Повинуясь приказу Алана, ворота поехали в сторону. Я тоже не стал сопротивляться и направил машину во двор.

Пока я загонял авто в гараж, Алан вышел, чтобы встретить меня. Вопреки ожиданиям он не выглядел сонно помятым. Также я не смог не удивиться, как круто Алан выглядит в принципе. Ему было немало лет, но он следил за питанием и физической формой. Показалось, что он похож на отца Лены, которого я видел вчера. Калифорния. Все здесь либо жирные, либо помешаны на ЗОЖ. Другого я не встречал.

– Доброго, Костя. Рад, что ты так рано, – поприветствовал меня Стерн, протягивая руку. – Успеем все обсудить, пока моя дочь сладко спит до обеда. Проходи.

Конечно, я прошел. Дом Салманова был мне знаком. Правда, на кухне я не был ни разу. Алан указал в сторону островка, поясняя.

– Я отпустил помощников, так что готовим сами. Ты завтракал?

– Я бы выпил кофе.

– Ты завтракал? – повторил Стерн настойчиво.

– Нет, Алан Львович, но…

– Никаких «но», Костя. Никогда не пей кофе натощак. Вредно.

С другим человеком я бы, скорее всего, поспорил или махнул бы рукой на весь вред. Но Алан Стерн выглядел слишком охренительно, чтобы пропускать его науку мимо ушей.

– Яйца и тосты?

– Хорошо, – уговорился я, усаживаясь за стойку на высокий стул.

Предлагать свои услуги показалось неуместно. Я знал, что Алан откажется на правах хозяина. Однажды так уже поступил со мной Салманов. Больше я не рыпался.

Алан ловко разбил яйца и отправил в тостер нарезанный хлеб. Я наблюдал за его манипуляциями, отмечая, что движения Стерна четкие, выверенные, ни разу не рассеянные. Кажется, я никогда больше не буду пить кофе до завтрака.

– Ты готов вылететь сегодня ночью? – спросил Алан. – Ваши билеты оформлены.

Забавно. Как же я не буду готов, если билеты оформлены?

– Готов, конечно, – подтвердил я. – Но хотелось бы знать, в чем заключается моя работа.

– Твоя работа – моя дочь. Она должна добраться до Алтая в целости и сохранности. Там Алексия встретится с Лизой Громовой.

– Жена президента?

– Да.

– Они знакомы?

– Да, с детства. Думаю, Лиза будет рада ее видеть, а потом поделится этой радостью и с Андреем. Ты сможешь пообщаться с ним неофициально. Громов мужик отходчивый, уверен, он разрешит тебе вернуться.

– А если нет? – представил я отрицательный сценарий.

– Вряд ли он запретит тебе выезд. Питер, граница, Рига, Европа. Но я не верю, Кость. Твое дело отшумело. Никаких адекватных причин оставаться за границей для тебя нет.

– Возможно, Громов их найдет.

– Громов нормальный мужик. Он завелся из-за шума, который вы навели с Маратом, но сейчас те дела давно забыты. Его больше интересует моя дочь.

– А с ней какие проблемы?

Алан вздохнул. Тостер звякнул, и хлеб выскочил. Стерн взял паузу, чтобы поставить на стол еду и подать мне приборы.

Он сам отрезал кусок яичницы, отправил в рот, прожевал. Только после этого посвятил меня в подробности.

– Видишь ли, Костя. Моя дочь – очень умная, талантливая девушка. Но вляпалась здесь в Штатах в очень некрасивую историю. Ей лучше покинуть страну как можно скорее. Россия – самая безопасная территория для Алекс в данный момент. Андрей не выдаст ее, даже если Штаты будут требовать экстрадиции.

Я ел и слушал Алана. Из его уст история дочери без каких-то подробностей смахивала на завязку к шпионскому боевику. Мне было в принципе плевать на государственные интересы Америки, да и России. У меня был только один принцип.

– Алан, без обид, но я обязан спросить….

– Спрашивай, – великодушно разрешил Стерн, макая кусок тоста в жидкий желток.

– Она убила кого-то?

Алан поперхнулся. Мне пришлось встать и похлопать его по спине.

– Спасибо, – проговорил он, вытирая слезы и глотнув воды. – Нет, она никого не убила. Конечно, нет.

– Это хорошо. Тогда без проблем.

Я сел на место и вернулся к еде.

– Серьезно? – удивился Алан, положив приборы. – Это все, что ты хотел знать?

– Все, – подтвердил я.

– Не уточнишь подробности ее проблем?

– Нет. Единственное, что меня бы остановило – умышленное убийство и попытка скрыться от правосудия.

– Интересные принципы, учитывая…

– Что я сам убивал? – уточнил я, стараясь звучать прозаически.

Алан кивнул.

– Такая работа была, Алан Львович. Я этим не горжусь и не стремлюсь возвращаться.

– Но сопроводить мою дочь ты сможешь.

Он не спрашивал, но я предпочел подтвердить.

– Смогу. Все навыки при мне. Надеюсь, не придется их применять.

– Я тоже. Но готовым нужно быть ко всему. Алексия участвовала в создании очень перспективной компании. Она лично занималась разработками, но в итоге они не добились нужных результатов. При этом инвестиции были туда направлены огромные. Ее свидетельство в суде может многих отправить в тюрьму. Люди становятся отчаянными, когда дела приобретают подобный оборот. Я отправлю тебе досье на всех, кто важен.

Я кивнул. Мы спокойно доели завтрак, и Стерн приготовил кофе. Я знал, что все остальные подробности он расскажет мне в присутствии дочери, поэтому вопросов не задавал.

Алан налил нам кофе. Со второго этажа послышались голоса.

– Сонные сони проснулись. Еще до обеда, -усмехнулся Алан.

Я развернулся на стуле и готовился познакомиться с подопечной. Судя по тому, как описал ее Алан, я готовился увидеть кого-то типа Софьи Ковалевской. В очках, несимпатичную, возможно, полную, скорее всего, в асексуальных шмотках, какие любят феминистки Калифорнии.

Но уже через минуту я понял, как сильно ошибался. Со второго этажа спускалась стройная блондинка. Короткие шорты, бесконечные ноги, свободная майка-алкоголичка с глубоким вырезом. Неуловимо знакомая фигура. Через секунду – чертовски знакомая. Я вздрогнул и автоматически крутнулся на стуле обратно, чтобы уставиться в стол.

Наверное, впервые в жизни понятия не имел, что делать, и пытался хоть на миг отсрочить невероятно неловкую ситуацию. Хуже неловкости была моя полная дезориентация. Я моментально вспомнил, что отец Лены застал нас в спальне.

Ну ладно, он не застал, но весьма бесцеремонно вторгся. Ее отцом точно был не Алан, а Марк. Я запомнил его имя. Черт знает зачем. На всякий случай.

И одновременно Лена не могла быть дочерью Алана, ведь он просил меня позаботиться об Алексии.

Полагая, что моя вчерашняя соседка и любовница никак не может быть подопечной, я развернулся и решил приветствовать ее, разбираясь по ходу.

– Лена, – проговорил я. – Доброе утро.

Она встала посреди гостиной на месте, словно вместо моих слов ее поразил удар молнии.

– Лена? – переспросил Алан, и я повернулся к нему снова.

Голова начала кружиться.

Все окончательно запуталось, когда вслед за Леной со второго этажа спустился тот самый Марк, ее отец.

– Алан, это негуманно – варить кофе так, что воняет на весь дом. Я не могу спать, – болтал пижон в алых сегодня шортах и темно-зеленой майке.

Он тоже заметил меня и остановился рядом с Леной. Кажется, мой вид имеет стандартный радиус поражения в этом доме. Правда, онемением Марк не страдал. Наоборот, он лихо заломил бровь и спросил:

– А что тут делает твой повелитель гондонов, Лешик?

– Лешик? – переспросил я, начиная косеть от кучи имен.

– Алексия, – поправил Алан у меня за спиной. – Что еще за повелитель, Марк?

– Поверь, ты не захочешь знать подробностей.

– Верю и не хочу, но обязан.

– Нет, пап. Пожалуйста, не надо, – вскрикнула то ли Лена, то ли Лешик, то ли Алексия, то ли чёрт знает кто.

Я окончательно потерял логику и контроль. Спрыгнув со стула, я уставился на Алана, потом на Марка и на Лену. Черт! Она была похожа на Стерна. Чертовски похожа, правда, черты лица мягче, но при это мимика явно заимствована у Марка.

Не выдержав, я потребовал ответа.

– Как, черт подери, тебя зовут?

Девушка прикусила губу. За нее ответил Алан, который вышел из-за стойки и встал рядом с Марком. Он как будто пытался защитить ее. От меня? Ну приехали.

– Алексия Стерн, – проговорил Алан четко.

Алексия кивнула, подтверждая. Я сунул руку в волосы и потянул, желая отодрать скальп и засунуть всю эту абсурдную информацию в голову без помех. Может, так легче дойдет?

Скальп не поддался. Пришлось разбираться по старинке.

– А кто из них твой отец?

– Оба, – проговорила Алексия очень тихо и отчаянно краснея.

Я продолжил косеть от таких заявлений. Логика давно покинула этот дом, а следом я отпустил субординацию и отключил фильтры. Или оно само все отпало. Пожалуй, впервые в жизни я позволил себе столь не толерантное поведение.

– Я давно не смотрю телек и порядком отстал от новостей. Просветите, когда педерасты научились размножаться естественным способом? Я слышал об усыновлении, но вы же ужасно похожи…

Я указал на Алексию и Алана.

Марк сложил руки на груди и сжал губы. Его плечи подозрительно подрагивали.

– Эко? Суррогатная мать? – продолжал я строить предположения.

– Они не геи, Костя, – фыркнула Алексия и сложила руки совсем, как Марк. – Просто два мужа моей матери. Все просто.

– Просто? – уточнил я. – Серьезно?

– Ничего тут нет простого, – вклинился Алан. – Но мы так существуем, Константин. Давно и вполне успешно.

– Если я скажу, что ты до кучи мой дядька, парня удар хватит, – заржал Марк, теряя выдержку.

Алексия наступила ему на ногу.

– Боже, что ты за человек?

– Отличный я человек!

– Молчи, Марк.

Удар меня не хватил, но глаза почти упали на пол. Так сильно я их выпучил. Правда, взял себя в руки и постарался не зацикливаться на ебанических семейных узах Стернов. В эти подробности я точно не хотел быть посвященным, но кто ж меня спрашивал…

Девушка пришла в себя раньше, чем я. Алексия-Лена перевела глаза на Алана и спросила:

– Пап, зачем он здесь?

– Возможно, чтобы закрепить твое гетеро? – предположил Марк раньше всех.

Алексия отдавила ему вторую ногу, и уже Алан попросил:

– Марк, ради всего святого…

– Ради колы и влажных салфеток? – уточнил пижон, сникнув. – Ладно-ладно. Молчу. Какие вы скучные.

Он прошёл через гостиную и налил себе кофе. Алан закатил глаза, но замечания, как мне, не сделал. Видимо, в Марке было столько собственного яда, что кофеин натощак никак не мог ему навредить.

– Он твой охранник и спутник до Алтая, Лекси, – сообщил Алан, переводя взгляд с племянника на дочь.

– Он? – уточнила девушка, очень невоспитанно ткнув в меня пальцем.

Как будто здесь был кто-то еще похожий на охранника. Марк в своих шортах тянул разве что на бродячего циркача.

– Это невозможно. Я не хочу! – тут же заявила Алексия, повышая голос.

Я был с ней согласен. Одно дело охранять тихую заучку, которая будет ниже травы, и совсем другое вот эту леди-занозу. Не исключено, что мне самому захочется ее убить еще до посадки в самолет.

Правда, протестовать могла только Алексия. У меня не было выбора. Разве что послать Стернов и попытаться существовать в Штатах без поддержки русского сообщества до конца своих дней. Он, очевидно, наступит скоро, потому что я уже давно готов вздернуться даже с поддержкой Казаевых, Салманова и Стернов. Так что придется потерпеть Алексию и выполнить задание, чтобы получить шанс вернуться домой.

Я выдохнул, смиряясь со своей участью и стараясь не стонать.

Алексия не страдала скромностью, как я уже знал. От нее смирения и принятия ждать не стоит.

Я не ошибся.

– Я с этим типом никуда не поеду.

Если язвительность барышня переняла от Марка, то упрямство ей точно досталось по наследству от Алана. Жаль не досталось аристократического спокойствия, с которым Алан заявил:

– Ты не поедешь, а полетишь. Все инструкции пути будут у Константина. Тебе нужно только подчиняться.

– Подчиняться! – она фыркнула совершенно некрасиво, но при этом оставалась привлекательной. – А еще чего, пап?

– Не доводить его до белого каления, не отклоняться от маршрута, не задавать лишних вопросов. Костя добрый друг Казаевых. Мы хоть и безбожно его эксплуатируем, но при этом несем ответственность и не имеем права злоупотреблять.

Алан скривил губы.

– Но насколько я понимаю, вы уже, видимо, злоупотребили всем, чем могли.

– И пренебрегли тоже всем, – вставил Марк из-за моей спины. – Слава богу, хоть помнили про защиту. Наверное, Костя помнил. Лекси со своей подружкой, скорее всего, забыла, что на член нужно что-то натягивать.

– Папааааа, – заныла Алексия. – Нет, я не могу с ним лететь.

– Сочувствую, детка, но придется.

– Да, секс не повод для знакомства, а вот договоренности Алана – очень даже, – опять доставал всех своими бестолковыми замечаниями Марк.

С одной стороны, он ужасно раздражал, но одновременно разряжал обстановку. Я перестал надеяться, что Алексии удастся меня уволить. Раз Алан все спланировал, так и будет.

Старший Стерн подтвердил мою теорию.

– Это решено. Ты летишь с Костей ночным рейсом. Ваши места рядом. Никуда не ходишь без него.

– Даже пописать? – уточнила Алексия.

– Даже, – подтвердил Алан. – Он ждет тебя под дверью и выламывает ее, если ты не подаешь признаков жизни дольше минуты.

Алексия застонала, но Алан продолжал невозмутимо.

– Все инструкции о пути следования у Кости. Не смей пытаться изменить этот план, Алекс.

– А если попытаюсь? – Она дерзко вздернула нос.

– Я вызову спецназ или Клима. Кто из них тебя одолеет быстрее?

– Тогда уж лучше с ним, – огрызнулась, но уже беззубо моя подопечная. – Даже он лучше Клима.

– Вот и умница.

– Нет, я дура, пап. Объясни мне, бога ради, зачем эти игры с телохранителем и сопровождением? Кого мне бояться в России? От кого защищать?

– От самой себя, милая. Особенно после твоих подвигов на крыше.

Алексия выглянула из-за моего плеча, чтобы пронзить Марка взглядом.

– Ты ему сказал?

– Не мог молчать, родная, – повинился Марк. – Алан намного лучше сможет организовать твою безопасность.

– Вот это вот, ты полагаешь, лучшее?

Она брезгливо кивнула головой в мою сторону.

– Он грубый, бесцеремонный, наглый и абсолютный сексист.

– А еще здоровый, как Шварц в лучшие годы, – добавил Марк. – Нормальный парень. Чо ты, Лекси…

– Чо? Да ничо!

Она всплеснула руками и умчалась, не сказав нам ни слова больше.

Алан снова вздохнул, но весьма спокойно вернулся за стойку, налил себе еще кофе.

– Неожиданно, что вы знакомы, но тем лучше, – внезапно очень толерантно проговорил Стерн. – И хорошо, что она ушла. Лучше подробности я объясню только при Марке. Итак, твои обязанности, Костя.

Алан перечислил все опции возможного поведения и особенно меры, которые я должен предпринять, чтобы сохранить наше инкогнито и обеспечить безопасность. Многое в инструкциях Алана вытекало из моих собственных проблемных отношений с родиной. Один крюк через Париж и Вильнюс чего стоил…

Я поморщился, заранее представляя, как Алексия будет ругаться при пересадке. Что будет, когда дело дойдет до пересечения границы на авто, я и представлять не хотел.

– Вы уверены, что я должен сопровождать ее? – спросил я после всех подробностей и еще одного прекрасного кофе, который сварил Алан.

Мужчины переглянулись и кивнули почти синхронно. Я попытался не представлять, где они достигли такого взаимопонимания. Марка ни капли не волновало, что я спал с Алексой. Алана, похоже, немного коробило, но он держал себя в руках и даже выдавил из себя терпимость.

– В тебе мы уверены, Костя. Надеюсь, ваше досрочное знакомство не повлияет на твои навыки.

– Разумеется, нет, – отбил я железно.

Как же я ошибался.

Глава 7. В путь

Алекс

Марк и Алан не оставили мне права выбора. Скажем честно, я сама себе не оставила такого права. Но любимые папочки усугубили ситуацию до самой крайней точки. Точки моего кипения.

Надо же было переспать именно с тем мужиком, которому Алан решил поручить доставку моего туловища до Алтая. Как будто мне восемь, и я не умею водить машину, читать по-русски, вести себя прилично.

Ладно, с последним у меня всегда были проблемы. Хромосома Стернов, которая отвечает за авантюризм, досталась и мне. Ее доминантным носителем был Марк. И хотя я не являлась его дочерью физиологически, но та самая дурь просочилась через родство с Аланом. С самого детства я старалась быть хорошей на фоне своего придурочного братца. Клим познавал мир через хаос и разрушение. Мне нравилось быть его антиподом, но в душе я ужасно завидовала свободе чудить и вытворять.

Перебесись я в пубертате, не полезла бы на крышу, чтобы написать на вертолётной площадке «Фейк». Не помчалась бы в наш дом, чтобы избавиться от комбинезона, не переспала бы с Костей и не охренела бы, встретив его через день в Лос-Анджелесе.

Мне точно не зашла бы идея Алана о телохранителе. Меня бы раздражало неведение по части маршрута. Я точно не оценила бы ультиматум отцов. Летишь с Костей – и точка.

Зато во мне бы осталось немного уважения и милосердия к самому бодигарду.

Сама во всем виновата, знаю. Сама поперлась на крышу, сама приехала в коттедж, сама залезла в его постель, сама кончала, как пулемет.

Все сама. Самолично я сейчас хотела и придушить Костю, который невозмутимо ехал рядом со мной в такси и смотрел вперед в одну точку. Не двигался, не говорил, не дышал. Чертов терминатор из будущего.

Такого задушить не так просто. Наверное, мне не удастся даже обхватить руками его шею.

Попыталась вспомнить, как держалась за его шею, и не смогла. Вот за плечи точно держалась. Они здоровые. Да и шея мощная.

Черт! Не стоит вспоминать все его здоровые органы.

Хватит того, что у меня до сих пор приятно саднило между ног после марафона безудержного секса.

Провести с ним рядом несколько дней будет невыносимо. Я обязана избавиться от почетного караула чем раньше, тем лучше.

– Сколько? – спросила я, решив не тратить время и нервы даром.

– Еще нет восьми. Успеваем, не переживай, – ответил Костя, моментально превращаясь в почти нормального человека.

– Я не про время.

– А про что?

Он повернул голову, взглянул с интересом впервые с тех пор, как узнал моё настоящее имя и про двух отцов.

– Сколько они тебе заплатили?

Костя расплылся в улыбке, которой позавидовал бы чеширский котяра из волшебного леса.

Блин, неужели так много?

– Военная тайна, – ответил мой охранник.

– Сколько, Костя?

– Если скажу, мне придется тебя убить, – проговорил он, не прекращая улыбаться.

– Десять тысяч? Двадцать?

– Алексия, не гадай.

– Я дам больше в любом случае.

– За что?

Он вроде бы поддерживал разговор, который я сама начала, но вопросы задавал так, словно допрашивал.

– Мы вместе долетим до Парижа, а там ты испаришься. Алан и Марк не узнают. Они тебе наверняка заплатили вперед. Я отдам столько же сверху, если ты растворишься в толпе туристов, пойдешь смотреть Эйфелеву башню или в Лувр. Ты был в Лувре?

Костя вздохнул, явно издеваясь надо мной.

– Очень заманчиво, Алексия, но нет.

– Не был в Лувре? Вот и зря. Отличный повод побывать, – косила я под настырную дурочку.

– Нет, – тихо ответил Костя.

Я не собиралась сдаваться.

– Ты до сих пор не назвал цену. Можешь прибавить сверху. У меня счет в европейском банке, проблем не будет.

– Проблем у тебя навалом, дорогая, – прицепился он к словам в моем стиле.

– Так избавь меня хотя бы от самого себя. Сколько?

– Боюсь, дело не в деньгах.

– Серьезно? А в чем тогда?

Улыбка стала не такой широкой. Уголки губ чуть опустились, но оставили на лице моего персонального зануды загадочное веселье. Отчаянно хотелось отлупить его по щекам за эту наглую морду, но я держалась.

– Боюсь, дело не в деньгах, Алексия. Не смогу исполнить твою просьбу. Она кардинально расходится с моими инструкциями.

– В этих инструкциях прописано, что ты будешь звать меня полным именем всю дорогу?

– Нет.

– Тогда прекрати.

– Что именно?

– Звать меня Алексией.

– Это ведь твое имя. Разве нет?

– А твое имя зануда?

– Нет.

Я зарычала от его нудных ответов и нежелания пойти мне навстречу. Усугубляя мое раздражение, Костя поправил манжет рубашки и проговорил:

– Не стоит пытаться избавиться от меня, Алексия. Я буду действовать согласно инструкциям, которые мне передал Алан. Только так.

– Со мной лучше договориться, – попыталась пригрозить я.

– Со мной тоже. Я все знаю о тебе…

– Ты ни черта не знаешь, Костя! – вскрикнула я, окончательно теряя терпение.

Охранник-скала неожиданно согласился, не теряя спокойствия.

– Окей. Возможно, я не все о тебе знаю, но владею исчерпывающей информацией. Характер, привычки, образование, номер паспорта: русского и заграна, – он хитро прищурился и добавил. – Количество родинок на попке и несколько особенно чувствительных мест.

Я бы вцепилась ему в лицо, но при таксисте пришлось отказать себе в этом удовольствии. Пыхтя, как паровоз, я сжала кулаки и уговаривала себя.

Убью козла позже. А лучше удеру. Вот приземлимся в Париже, посмотрим, как он запоет. Но до Парижа я точно сотру ухмылочку с его рожи. Будь проклят день, когда я залезла в постель к этому засранцу.

До аэропорта мы ехали молча. Костя не переставал улыбаться. Я не переставала представлять его в синяках и крови. Но как в плохом телевизоре мои садистские фантазии мелькали и пропадали. Их вытесняли мысли о крепком теле и горячих губах на моей коже. Я мечтала, как буду бить его по губам, стараясь стереть ухмылку, но потом сразу целовала, кусала и сдирала одежду.

Стараясь вернуть злость обратно, я снова сжимала кулаки и представляла…

– Приехали, Алексия. Выходим, – сообщил Костя.

Я вздрогнула, посмотрела в окно. Оказывается, машина стояла на парковке аэропорта.

Костя первый покинул салон и собирался достать вещи, но его опередил водитель. Мой охранник качнулся на пятках и вместо багажника открыл мою дверь, подал руку.

Я взглянула на него снизу, как бы спрашивая: «Серьезно?».

Он не реагировал, сохраняя непроницаемое выражение и не убирая руку. Можно было бы поступить совсем по-детски глупо и выйти с другой стороны, но я не стала. Вложив свои пальцы в его огромную лапищу, я сразу ощутила приятное тепло, которое буквально через мгновение превратилось в череду видений.

Его рука на моей груди. Большая, но нежная. Пальцы сдавливают соски, зубами прикусывает мочку уха, что-то шепчет горячее и пошлое. Я прижимаюсь спиной к его груди, обожая чувствовать себя маленькой и хрупкой, как за каменной стеной, в его объятиях.

– Алексия, – холодный тон вернул меня из обжигающего ада. – Все в порядке?

Нет.

– Да, – соврала я.

– Я отпускаю машину.

– Конечно.

– Ты держишь мою руку. Если это необходимо… – начал Костя.

Я тут же выдрала свою ладонь из его, стараясь унять неровное дыхание.

– Нет такой необходимости, – быстро отказалась я.

– Что ж, тогда пойдем.

Он взял наши чемоданы и покатил в сторону входа. Я потопала за ним, пытаясь прийти в себя. Получалось скверно. Сил хватало только поспевать за Костей. Он широко шагал к стойке регистрации. Я почти бежала, но не жаловалась.

Пока мы мчались, я решила, что нужно как можно раньше избавиться от почетного караула. Если не получится сбежать или договориться, он должен сам захотеть потерять меня в толпе.