Текст книги "Россия, умытая кровью. Самая страшная русская трагедия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/rossiya-umytaya-krovyu-samaya-strashnaya-russkaya-tragediya-46903.jpg)
Автор книги: Андрей Буровский
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Глава 2
Зачем им была нужна Гражданская война?
Зачем же РСДРП(б) раздувала гражданскую вой-ну? В чем ее цель?
В том, чтобы построить во всем мире утопическое общество: коммунизм.
Самим коммунистам тут виделась не утопия, а глубочайшая закономерность.
По Карлу Марксу, все человечество проходит одни и те же этапы развития: рабовладельческий строй, феодальный, капиталистический. В каждом строе есть свои два главных класса: эксплуататоры и эксплуатируемые. В рабовладельческом строе это рабы и рабовладельцы. При феодализме это крестьяне и помещики. При капитализме это рабочие и буржуазия-капиталисты.
Даже непримиримые террористы эсеры могут себе представить нормальные деловые отношения без классовой борьбы; даже меньшевики могут планировать сотрудничество, а не войну, – но никак не большевики.
Для большевиков отношения эксплуататоров и эксплуатируемых передаются «умным» словом «антагонистические». Что значит – непримиримые в принципе. Что бы ни происходило в области производства и вообще в мире – помещик и крестьянин, предприниматель и рабочий не смогут найти общего языка. Никогда. Между ними неизбежна бескомпромиссная борьба, война на уничтожение. Другие отношения невозможны. У Маркса и Ленина все это написано предельно ясно и открыто.
Эксплуататорские классы не могут отдать и никогда не отдадут ни власть, ни собственность добровольно, с ними придется воевать. В этом большевиков убеждал опыт Франции 1848 и 1871 годов.
Когда коммунисты победят классового врага и захватят власть – это еще не конец! Необходимо будет установить диктатуру пролетариата – то есть государственную диктатуру тех, кто захватил власть, партии коммунистов. Установить диктатуру и давить, давить, давить эксплуататорские классы! «Уничтожить как класс» – то есть заставить забыть самих себя, перековаться до полной неузнаваемости, до превращения в победителей. А кто не сможет или не захочет – истребить.
Государство диктатуры пролетариата постепенно само по себе отомрет, потому что все будут очень идейные. Ни государство, ни вообще никакое насилие им не будет нужно, сами все будут делать. Коммунизм – будет совершенно замечательный строй, при котором не будет эксплуатации человека человеком, не станет государства и системы принуждения, все будут очень идейными, каждый будет работать по своим способностям, и каждому будет даваться по его потребностям.
Между прочим, я нисколько не шучу! Весь этот бред вполне серьезно утверждался Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом в их основном сочинении «Манифест коммунистической партии»[7]7
Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии. М.: Политиздат, 1980.
[Закрыть].
Но сам собой коммунизм не настанет. Партия пролетариата, единомышленники в Марксе, должны захватить власть и утвердить государство диктатуры пролетариата. Путь к коммунизму ведет исключительно через жестокую гражданскую войну.
Защитники большевиков чаще всего ссылаются на то, что, мол, «все были такими же». К этому самому частому и самому лживому аргументу мы еще вернемся не раз – очень уж часто он звучит. Пока давайте отметим: в программах НИ ОДНОЙ ДРУГОЙ партии, кроме партии большевиков, нет идей антагонистических противоречий, неизбежности классовой борьбы, войны между классами, диктатуры. Нет. Не только у кадетов – таких идей нет у эсеров и анархистов. Нет у меньшевиков и польских социал-демократов. Нет. А у большевиков эти идеи есть. И потому давайте не будем заливисто врать, что «все были такими».
Любая партия, вообще любая политическая сила может оказаться в состоянии гражданской войны с противниками. Но далеко не всякая партия ПЛАНИРУЕТ гражданскую войну и закономерно готовится к истреблению целых общественных классов.
Карл Маркс планировал гражданскую войну в Европе и пропагандировал диктатуру пролетариата.
Утверждая право своей партии на власть, В.И. Ленин писал: «Марксизм как единственно правильную революционную теорию Россия поистине выстрадала полувековой историей неслыханных мук и жертв, невиданного революционного героизма, невероятной энергии и беззаветности исканий, обучения, испытания на практике, разочарований, проверки, сопоставления опыта Европы»[8]8
Ленин В.И. Собр. соч. 4-е изд. Т. 41. М.: Политиздат, 1952. С. 8.
[Закрыть].
А придя к власти, предстояло еще разрушать существующее общество и строить выдуманное в кабинетах утопистов «коммунистическое» общество, о котором ровно ничего не известно.
Путаница в названиях
Большевики, состоявшие в Российской социал-демократической рабочей партии, РСДРП, называли себя двумя словами – «большевиками» и «коммунистами». Первое название увековечено в названии партии – полагалось в скобках указывать, что это партия большевиков. Вот так: Российская социал-демократическая рабочая партия (большевиков), РСДРП(б).
Коммунистами называли себя не только большевики, но и левые эсеры, и анархисты. Ведь коммуна – это не что иное, как реалия жизни в европейском городе; квартал, ячейка городского хозяйства, у которого есть право на самоуправление. И только. Другой вопрос, что члены всех остальных партий называли себя коммунистами реже и менее последовательно. Они никогда не делали его официальным.
Но члены РСДРП(б), коммунисты-большевики, с самого начала использовали оба слова для самоназвания. В «Апрельских тезисах» 1917 года Ленин предлагал принять официальное название «Коммунистическая партия», чтобы отмежеваться от всей остальной социал-демократии. Об этом писал и американский коммунист Дин Рид: «…приняли название «коммунистическая партия», чтобы отделить себя от предавших революцию партий»[9]9
Рид Д. Десять дней, которые потрясли мир. М.: Политиздат, 1956. С. 6.
[Закрыть].
Оба названия вовсе не противоречат друг другу: ведь «большевики» – это, так сказать, название организационное, показывает место этих ребят в РСДРП. А коммунисты – ах, это, братцы, о другом, о том, что же было для них идеалом и что они хотели строить. Это название сущностное, потому что большевики хотели строить чудное бесклассовое общество, оно называлось «коммунизм».
![](i_001.jpg)
![](i_002.jpg)
Сейчас люди, стремящиеся любой ценой обелить преступников, организовавших Гражданскую войну, пытаются играть на этом двойном названии. У разных авторов разные выдумки. У одних получается, что коммунисты хорошие, приличные. А это большевики плохие и ничего общего с «правильными» коммунистами не имеют.
У других получается наоборот: что это коммунисты – люди плохие, одно слово – европейцы. Это большевики хорошие: народные, национальные.
Так вот, пусть кто как хочет, так и резвится по части названий. Я же констатирую факт: называли себя эти ребята и так и так. Привычней их называть большевиками, но и коммунисты – не ошибочное название. Сойдет.
Это все я разъясняю на тот случай, если кто-то начнет жевать мочалку про то, что сказанное Буровским – это, мол, про коммунистов, а большевики как раз хорошие, к ним сказанное не относится. Внесем полную ясность: относится.
Так вот, в 1917 году в России была только одна политическая сила, которая раздувала гражданскую войну – это РСДРП(б), коммунисты-большевики.
Только эта сила начертала на своих знаменах путь к гражданской войне, и она делала все необходимое, чтобы этот кошмар состоялся.
Еще летом и осенью 1917 года все россияне, кроме большевиков, договариваются. Гражданской войны не хочется никому. Но для большевиков гражданская война – не провал их политики, не скверный побочный эффект, а неизбежная и желательная часть их программы. Большевики пишут о гражданской войне открыто и четко, называя вещи вполне своими именами. Никаких неясностей!
Глава 3
Когда началась Гражданская война?
Первые попытки
Первые попытки захватить власть большевики предприняли еще 9 июня 1917 года. Они призвали «народные массы» выйти на демонстрацию с лозунгом «Вся власть Советам!». Большевики планировали 10 июня выйти большой демонстрацией к Мариинскому дворцу – там заседало Временное правительство. Предполагалось вызвать министров из здания для «общения с народом», а специальные группы людей должны были орать и свистеть, выражая «народный гнев» и подогревая толпу.
При благоприятном развитии событий предполагалось тут же арестовать Временное правительство. Конечно, «столица должна была немедленно на это отреагировать. И в зависимости от этой реакции ЦК большевиков… должен был объявить себя властью»[10]10
Суханов Н.Н. Записки о революции. Книга первая. Мартовский переворот 23 февраля – 2 марта 1917 года. Париж, 1934. С. 41.
[Закрыть].
А если начнется сопротивление? Временное правительство арестовано, а идут манифестации с требованием «отпустить!». Что, если верные правительству военные части выступят в защиту правительства с оружием в руках? Такое сопротивление предполагалось «подавить силой большевистских полков и орудий»[11]11
Там же.
[Закрыть].
Вот она и гражданская война… Уже улыбается улыбкой «Веселого Роджера».
На этот раз устроить бойню не удалось: оказалось, все решительно против планов большевиков.
Меньшевик Церетели писал: «Ни у кого из нас нет сомнений, что мы стояли перед возможностью кровавых столкновений на улицах Петрограда, подготовлявшихся большевистской партией, чтобы в случае недостаточного отпора со стороны демократии захватить власть и установить свою диктатуру. Нет никакого сомнения, что большевики держат в готовности свои силы, чтобы при более благоприятных условиях предпринять новую авантюру»[12]12
Церетели И. Кризис власти. М.: Центрополиграф. 2008.
[Закрыть].
И верно!
Демонстрация 18 июня 1917 года прошла под лозунгами большевиков: «Долой десять министров-капиталистов!», «Долой войну!», «Вся власть Советам!». На их фоне полностью терялись плакаты «Полная поддержка Временному правительству!».
Реально это был вотум недоверия коалиционному правительству, и от отставки его спасло только одно: 19 июня началось наступление на фронте. Все внимание было приковано к наступлению, в Петрограде прошли демонстрации под лозунгами: «Война до победного конца!»
2 июля 1917 года опять выступили солдаты Петроградского гарнизона: они узнали, что 1-й пулеметный полк, а потом и другие полки собираются расформировать и маршевыми ротами отправить на фронт. Армия в очередной раз показала, что хочет чего угодно, только не воевать: солдаты уже 2 июля устроили несколько митингов, требуя от Временного правительства «прекратить насилия над революционными войсками».
3 июля по всему Петрограду шли митинги и демонстрации вооруженных людей: солдат и Красной гвардии. В ответ на приказ сдать оружие на склад солдаты постановили (на митинге): оружие не сдавать, а использовать его, чтобы заставить правительство никого не отправлять на фронт.
Командующий Петроградским военным округом генерал П.А. Половцев развесил объявления, запрещающие любые вооруженные демонстрации и выступления. Он предлагал войскам сохранять дисциплину и «приступить к восстановлению порядка». Он договорился с представителями офицерских организаций, выступавших против большевиков и тем самым против развала фронта и перехода «войны империалистической в войну гражданскую».
Члены этих организаций засели на верхних этажах и чердаках зданий на предполагаемом пути «мирной демонстрации», приготовили пулеметные гнезда.
С утра 4 июля улицы начали заполняться «мирными демонстрантами» – все почему-то с винтовками и, как правило, уже навеселе. По официальным данным того времени, на улицы вышло до 300 тысяч человек. Советские историки сообщали о 500 тысячах.
Около полудня в разных частях города началась стрельба: на Васильевском острове, на Суворовском проспекте, на Каменноостровском, но особенно интенсивно – на Невском, у Садовой и Литейного. Стрельбу открыли засевшие на чердаках офицеры. «Мирные демонстранты» отвечали из винтовок и привезенных на автомобилях пулеметов.
Конные разъезды юнкеров, казаков, павловцев остались верными правительству и пытались сдержать «демонстрацию». По ним открывали огонь из револьверов и винтовок, всадники огрызались огнем.
Страшнее всего пальба была на Невском, там, по официальным данным, погибло 56 человек и было ранено 650. Цифры очень примерные, потому что не учитывались ни потери офицеров, ни трупы случайных прохожих. «Революционный народ» считал только «своих».
Правительство официально назвало события 3–4 июля «заговором большевиков с целью вооруженного захвата власти».
Поход генерала Корнилова на Петроград 28–31 августа 1917 года: еще несколько десятков покойников.
События в Петрограде 24–26 октября 1917 года… Стрельба из пушек по Зимнему дворцу, захват всего города, арест правительства.
Поход на Петроград командира 3-го конного корпуса П.Н. Краснова (он уже однажды шел на Петроград в составе армии Корнилова).
Восстание юнкеров в Петрограде 28–29 октября 1917 года. Юнкера ожидали Краснова. Они захватили Госбанк, гостиницу «Астория» и телефонный узел. На этом их силы иссякли. Уже днем 29 октября юнкеров отбили и изолировали в окруженных зданиях военных училищ. По зданиям стреляли из пушек и пулеметов. Юнкерам предложили сдаться и обещали распустить по домам. Юнкера поверили. Большевики перестреляли сдавшихся юнкеров – было убито до 800 человек. Мало кому из них было больше 19 лет.
30 октября на Пулковских высотах армии встретились: около 700 казаков Краснова, больше 10 тысяч солдат Петроградского гарнизона, балтийских моряков, красногвардейцев. К вечеру Корнилов начал отступать на Гатчину. Удивляет не это, а удивляет, что при десятикратном превосходстве большевики так долго с ним возились.
На 27 октября – 3 ноября 1917 года приходится «московская неделя».
27 октября 1917 года московский ВРК сделал то же, что и питерский: захватил Кремль и объявил все остальные власти, кроме самого себя, низложенными. Тогда городская Дума, опираясь на юнкеров, студентов и кадет, создает «Комитет общественной безопасности» (КОБ) и объявляет, что принимает на себя власть в городе.
Юнкера и казаки сами осадили занявших Кремль большевиков, и те 28 октября сдались, не найдя поддержки у гарнизона. Но очаг большевистского восстания был сохранен. 29 октября ВРК выпускает воззвание «К оружию» и переходит в наступление. Два дня идут уличные бои, а с 12 часов 30 октября начинается артиллерийский обстрел Московского Кремля.
Луначарский, узнав об обстреле Кремля, плакал и кричал, что не может этого вынести, «такое разрушение истории и традиции, что жертв тысячи, борьба ожесточается до звериной злобы». И – достойный интеллигентский вывод: «Вынести этого я не могу. Моя мера переполнена. Остановить этот ужас я бессилен»[13]13
Рид Д. Десять дней, которые потрясли мир. С. 58.
[Закрыть]. И подал в отставку из большевистского правительства.
2 ноября, «видя, как Кремль превращается в руины, КОБ запросил условия ВРК для перемирия»[14]14
Малинин Н. Вступление // Камчатский Н. (Н.А. Анисимов) Расстрел Московского Кремля. М.: Столица, 1995. С. 9.
[Закрыть].
В пять часов вечера 2 ноября В.М. Смирнов, П.Г. Смидович со стороны ВРК и В.Руднев, Сорокин и Студенецкий со стороны КОБ подписали перемирие.
Число жертв «московской недели» называют очень разное: от «до тысячи человек»[15]15
Скобов А.В. История России. 1917–1940. СПБ: Иван Федоров, 2001.
[Закрыть] до очень точных цифр: «Белые потеряли убитыми 55, красные – 238 человек»[16]16
Мельгунов С.П. Как большевики захватили власть. Париж, 1953.
[Закрыть].
Думаю, первая цифра ближе к истине: многие свидетели описывали гибель большого числа мирных жителей, особенно из тех, кто неосторожно появлялся на улицах. Порой большевистские командиры и комиссары командовали примерно так: «А, вон еще люди… Огонь!»[17]17
Камчатский Н. (Н.А. Анисимов). Расстрел Московского Кремля. С. 41.
[Закрыть]
Разве это не Гражданская война?
Первая Гражданская война
Да! Несомненно, Гражданская война началась еще в июне 1917 года.
К сентябрю 1917 года Гражданская война полыхает уже на полную катушку. Красное знамя реет над вооруженными «пролетариями» Петрограда. Офицеры Корнилова, зная историю Франции, открыто называют себя «белыми».
Белыми были лилии на гербе королей Франции. Белыми называли себя монархисты Франции в 1789 году.
Красным был фригийский колпак – символ свободы. Красными называли себя левые, в первую очередь якобинцы, все в том же 1789 году.
Вот Красная гвардия движется навстречу Корнилову… Что это, если не эпизод Гражданской войны? Классика – белые против красных.
К декабрю 1917 года счет ее прямых жертв перевалил за десяток тысяч человек.
Даже сейчас, разумеется, можно избежать ее развития. До июля 1917 года это можно было сделать и мирным путем… В июле и тем более в сентябре 1917-го можно было действовать только самыми решительными средствами!
Но приди к власти генерал Корнилов, установись в стране жесткая «диктатура порядка» – и огоньки Гражданской войны не слились бы в единый страшный пожар. Да, пришлось бы ввести диктатуру, расстреливать агитаторов и отправлять на фронт тех, кто митингует вместо того, чтобы работать. Да, пришлось бы наводить порядок самыми крутыми мерами, чтобы остановить сползание страны в пропасть.
Наверняка это совершенно не понравилось бы прекраснодушным интеллигентикам. Умные дураки стонали бы об ужасах диктатуры и осуждали казарменную тупость офицеров Корнилова. Они не подавали бы руки тем, кто вешал бы коммунистов, печатали бы истерические статьи про ужасы «корниловщины». А Корнилов, скорее всего, стоически терпел бы и продолжал делать за интеллигентиков грязную работу, подвергаясь печатным издевательствам и унижениям. Истеричные «гуманисты» устраивали бы истерики на паперти церквей, в которых стоит службу Корнилов. Невротичные гимназистки пили бы мышьяк уже не от несчастной любви, а от сострадания к судьбам России.
В современных учебниках тоже писалось бы об ужасах «корниловщины», а школьникам предлагались бы сочинения на тему: «Почему лично я против диктатуры».
Но! Но при этом повороте событий перспектива была бы – свободная демократичная Россия. Та самая, в которой «корниловщину» и вообще диктатуру полагалось бы ритуально презирать. А главное, войди Корнилов в Петроград – и счет жертв нашей Гражданской войны шел бы не на десятки миллионов, а на десятки тысяч жертв. Потому что железная рука военной диктатуры могла задавить ту единственную политическую силу, которая сознательно раскачивала маховик Гражданской войны.
Сегодня мы изучали бы историю Гражданской войны именно как историю этих нескольких месяцев 1917 года. Историки гадали бы – целых десять тысяч человек погибли или «всего» пять тысяч?
В реальной же истории эта первая Гражданская война оказалась только прологом ко второй – несравненно более ужасной.
Так когда же?!
В коммунистическую эпоху старались привязать историю России к удобной схеме. Якобы страна чуть ли не мирно приняла «справедливую» Советскую власть. Это уже потом, почти через год Советской власти, начались «мятежи» и «контрреволюция». Это весной 1918 года «установление Советской власти в ряде районов и городов, где против Советов выступили контреволюц. силы, оно приняло характер гражданской войны»[18]18
Большая Советская Энциклопедия. Третье издание. М.: Советская энциклопедия, 1972. Статья «Гражданская война 1918–1920». С. 223.
[Закрыть].
Правда, в том же самом справочнике и даже в той же самой статье утверждалось: сразу после октября 1917 года мировая буржуазия и Временное правительство велели «командующим войсками фронтов и внутр. воен. округов и атаманам казачьих войск начать воен. действия против Сов. власти»[19]19
Там же.
[Закрыть].
Так когда же началось? В ноябре 1917-го или весной 1918 года?
И с каких событий началось?
В разное время и разные историки в СССР предлагали такие даты начала Гражданской войны. В 1930-е порой называли конец 1917 года: время начала Белого движения. Назывались три даты:
1. 25–26 октября 1917 года, когда донской атаман Каледин объявил о непризнании Советской власти.
2. 15 ноября 1917 года – главнокомандующий при Временном правительстве генерал Алексеев объявил набор в Добровольческую армию.
3. 19 декабря, когда создается руководство Добровольческой армии.
Позже коммунистам очень не хотелось говорить о Гражданской войне как о внутреннем русском деле. Они старались привязать Гражданскую войну к внешним событиям, чтобы в ее начале «виноваты» были иностранцы. Поэтому назывались даты:
1. «Мятеж белочехов» – 25 мая 1918 года.
2. «Начало иностранной интервенции». Тут две возможные даты:
– 9 марта 1918 года, когда с английского крейсера «Глория» высадился первый десант в Мурманске;
– 2 августа, когда высадился десант в Архангельске.
Предпочтение отдавали обычно первой дате. Август 1918-го – это, очевидно, очень уж поздно…
Но мы уже видели, кто и зачем организовывал Гражданскую войну. Фактически она разгорается уже с июня 1917 года. Новый виток Гражданской войны не имеет никакого отношения ни к «иностранной интервенции», ни к «мятежу белочехов». Эти события произошли много позже раскола россиян и начала войны между ними. Отделение Всевеликого Войска Донского от Советов и начало Добровольческого движения – это тоже реакция на более ранние события.
Начало той Гражданской войны, которую мы изучаем, положили три других важнейших события:
1. Провозглашение большевиками самих себя единственной властью в России (26 октября 1917 года или 3 января 1918 года).
2. Разгон Учредительного собрания 4 января 1918 года.
3. Создание Всероссийской Чрезвычайной Комиссии (ВЧК) – 7 декабря 1917 года.
Провозглашение себя властью
Провозглашение себя властью состоялось на II Всероссийском съезде рабочих и солдатских депутатов. Съезд открылся 25 октября 1917 года, в 22 часа 40 минут, в Смольном дворце. Под утро 26 октября съезд принял написанное Лениным обращение «Рабочим, солдатам и крестьянам». В обращении заявлялось о переходе всей власти ко II съезду Советов, а на местах – к Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов.
Съезд утвердил список «Временного рабочего и крестьянского правительства» – Совет народных комиссаров – СНК, или совнарком. Заметьте – и у большевиков «Временное правительство». Временное – до Учредительного собрания.
Ленин стал его председателем, Троцкий – наркомом иностранных дел, А.И. Рыков – внутренних дел, А.В. Луначарский – просвещения, А.Г. Шляпников – труда, П.П. Милютин – земледелия, В.П. Ногин – торговли и промышленности, И.И. Скворцов-Степанов – финансов, И.В. Сталин – по делам национальностей.
В СНК вошли только большевики – левые эсеры отказались войти в правительство без других социалистических партий.
Утвержден и новый ВЦИК – главный постоянно действующий орган государственной власти между съездами.
3 января 1918 года большевистский Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет принял «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа». Декларация провозгласила Россию государством диктатуры пролетариата в форме Советов. Советам и только Советам должна была принадлежать вся власть в центре и на местах.
Тем самым появилось новое правительство России. Оно требовало признания и подчинения.
Но 90 % населения России заведомо не признавало этого правительства.
Первые декреты
Уже утром 26 октября делегаты без обсуждения приняли по докладу Ленина Декрет о мире и Декрет о земле.
Декрет о мире провозглашал выход России из Первой мировой войны и «мир без аннексий и контрибуций». То есть нарушение Россией ее союзнических обязательств и отказ и от воинской славы участников Великой войны, и от любых результатов победы в этой войне.
Этот Декрет был неприемлем для 200 тысяч офицеров Русской армии и для огромного числа ее солдат.
Этим Декретом большевики создали для себя армию в сотни тысяч вооруженных и подготовленных врагов.
Декрет о земле предусматривал «полную национализацию» всей земли в России. Нет, не только помещичьей земли! А всей земли. Земля принадлежала государству, и только государству. А уже государство отдавало землю в «вечную безвозмездную аренду крестьянству».
С точки зрения политики: эта программа украдена у левых эсеров. С той разницей, что эсеры хотели провести свою программу через парламент, а помещичьи земли по их программе государство должно было выкупить.
С точки зрения экономики: поддерживались те, кто производил меньше всего хлеба и вел самое примитивное хозяйство во всей России.
С точки зрения общественных отношений: поддерживались крестьяне, не вышедшие из общин. И народы, не знавшие частной собственности, например чукчи на побережье Ледовитого океана, горцы Кавказа, горные таджики на Памире, эвенки в Сибири.
С точки зрения законов: в 1917 году землей владели больше 25 миллионов людей. Кто огромным имением, кто землей, которую сам же и обрабатывал, кто участком для дачи. Но все это были собственники. Все они лишились своего законного достояния.
С точки зрения организации Гражданской войны: Декрет просто вынуждал собственников бороться с теми, кто эту собственность отнимал. А тем, кто мог получить даром чужую землю, – великий соблазн. С одной стороны – как не взять? А с другой – если возьмешь, то делаешься соучастником беззакония. И будешь вынужден защищать взятое от законного владельца. Опять – Гражданская война…
Декреты об упразднении сословий, отмене званий, различий, орденов и знаков отличия, Декрет об отделении Церкви от государства и школы от Церкви не только создавали миллионную армию врагов. Они показывали, насколько серьезно большевики готовы ломать все, что было дорого миллионам людей.
Огромному числу людей навязывалась Гражданская война.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?