Текст книги "Невеста из Уайтчепела. Том 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nevesta-iz-uaytchepela-tom-2-202135.jpg)
Автор книги: Анна Лакманова
Жанр: Исторические любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Адрес…– Эмили не знала даже адреса. Она, вообще, ничего не знала. Она знала только одно. Мысль о том, что у Джеймса может быть другая – мучительна и жестока. Он всегда был с ней одной, всегда был верен ей. Вернее, скорее всего, был верен…Хотя разве можно это проверить?! Сколько мужей попадается на измене? Не так уж много. Жен, живущих в неведении, значительно больше. Но она все же уверена, что Джеймс всегда оставался ей предан. И в те моменты, когда уезжал по каким-то делам. Да, она уверена в их прошлом. Но может ли она быть уверена в их будущем? Как, вообще, можно быть уверенной в ком-то?! Да она даже за себя не может поручиться! Нет, за себя она, конечно, может ручаться. Она не позволит себе ничего лишнего, если и захочет этого. А она не хочет! Но за него…За Джеймса…Разве она может что-то гарантировать…Мужчины ужели отличаются особой стойкостью? Кстати, сколько они с ним уже не виделись? И все эти сложности из-за нее одной…А на другой чаше весов – юная баронесса с превосходной родословной. Выбирай ее! И все проблемы сразу закончатся! И более того, получишь всякие поощрения!
– Эмми, я жду…– напомнила Мэри, увидев, что собеседница задумалась.
– Да, конечно, адрес…– Эмили развернулась в ту сторону, куда ушел Роберт. Он стоял вполоборота и курил. Обозревая пустынную улицу, чтобы не пропустить ничего важного. Словно хищник на охоте. Словно сокол в небе. Он даже сейчас собран. И чувствует себя уверенно. Кажется, он всегда готов к встречи с врагом. – Я сейчас, Мэри…Спрошу адрес…Я сама теперь не могу запомнить и трех цифр…– Эмили поспешила к Роберту только с одной мыслью. Баронесса! Прелестная баронесса. Или она сама. Никому неизвестная Эмили Блэйд. «Торговка с рынка»! Постоялица «психушки», которая, как она сама выразилась секундой назад, не в состоянии запомнить трех цифр. Разве кому-то нужны больные жены? Да к тому же те, от которых одни проблемы! Джеймс хороший, он всегда был добр и терпелив. Он не может предать и бросить. Но почему же тогда у нее такое чувство, что он уже забыл о ней? Что ее нет в его расчетах…Что не сегодня так завтра он согласится вычеркнуть ее из своей жизни и памяти. Как дурной сон! Ведь он любил ее лишь для себя самого, когда от него не требовалось никаких жертв. Нет, он не из тех, кто сбросился бы с обрыва, получив отказ от любимой. Он бы пошел на рынок и нашел себе другую! Как бы там ни было, он прагматичен. И, если уж на то пошло, он бы не выбрал ее, если бы на другой чаше весов было все остальное. Он бы не поставил ее выше всего прочего. И не поставит. Она лишь дополнение к его жизни. Но не вся его жизнь. Именно поэтому их брак оказался тайным.
Спотыкаясь, Эмили шла к Роберту. Мэри не стала ожидать в одиночестве, а проследовала за Эмили и также установилась напротив полицейского.
– Роберт, Мэри спрашивает адрес квартиры, – вздохнула Эмили, которая теперь уже думала только о Джеймсе.
– А я не знаю адреса, – пожал плечами Роберт, оглядев Мэри почти также, как она его при их знакомстве. Симпатии между ними явно не возникало.
– Мистер инспектор не знает адреса?! – Мэри манерно приоткрыла рот, недоверчиво оглядев Роберта. – Кто только работает в нашей полиции…Эмма, как же так?!
– Что? – Эмили прислонила ладонь ко лбу. Ей теперь было не адреса. – Мэри…Это дом с мансардой напротив часовни святого Люка…Рядом пристроен пентхаус с односкатной крышей…Там, кажется, пекарня…Оттуда всегда такой аромат хлеба…
Когда Роберт и Эмили подошли к дому, последняя была мрачнее тучи. После встречи с Мэри она была уже не просто расстроенной, а и вовсе озлобленной. Она шла по улице уверенно, больше ничего не опасаясь и не чувствуя усталости. Ну разумеется…Чего ей теперь опасаться, когда вся ее жизнь идет под откос! Да если бы ей сейчас попался маньяк, она бы собственными руками, голыми руками, открутила бы ему голову!
– Осторожнее, тут ступеньки, – напомнил Роберт. В подъезде было темно, предостережение казалось своевременным.
– Я помню, – угрюмо отозвалась Эмили. И тут же запнулась о подол, чуть не грохнувшись.
– Ну что же вы…Осторожнее…– Роберт поймал Эмили, удержав ее за талию. Вероятно, он ожидал именно такого сюжета. Что бы она там ни говорила, никто не отменял женской бестолковости. Было бы удивительно, если бы она не свалилась в темноте, запутавшись в юбках.
– Роберт…– руки Эмили будто сами обняли его. Она прижалась к нему щекой, чувствуя соленые слезы на своих губах. И вот она уже рыдает, вздрагивая и всхлипывая. Ей обидно и больно. Словно то плохое, о чем она думала всю обратную дорогу, уже содеялось. Вот именно, еще ничего не произошло, но чувство такое, что все пропало! Джеймс бросил ее и больше не любит! Если он, вообще, когда-то любил ее!
– Что случилось? – Роберт тоже обнял Эмили, выражая, видимо, сочувствие. А она даже не могла вымолвить ни слова. Ей было обидно, и она просто плакала. – Что вам сказала эта Мэри? – Роберт понял, что перемена настроения Эмили связана с какими-то новостями от подруги графа. Эмили была задумчива на прогулке. Но не настолько, чтоб плакать. А сейчас она рыдает так, словно кто-то умер. – Пойдемте в дом, – предложил Роберт.
Плакать посреди подъезда – не самая лучшая мысль. Но Эмили не могла сдвинуться с места. Не могла оторвать свою щеку от груди Роберта. Его жилет уже промок от ее слез. Да, она не хочет уходить отсюда. Здесь темно и можно рыдать сколько угодно. Ведь все равно не видно ее заплаканного лица. И не нужно ничего пояснять.
В этот момент дверь одной из квартирок отворилась, и на пороге возникла шумная компания. Молодые люди выходили в коридор, собираясь на улицу. Их провожала какая-то бабка, которая, разумеется, не могла воздержаться от комментариев.
– Обнимайтесь в другом месте! Дайте людям пройти! – закряхтела старуха недовольно. А Эмили вконец расстроилась. Ведь они не обнимаются! А рыдают и грустят!
– Пойдемте в дом, – на сей раз Роберт взял Эмили за руку и пошел вперед, ведя ее за собой.
Вскоре они были уже на своем этаже. Роберт зажег светильник. А Эмили все еще плакала, хотя и не так безутешно, как прежде. Слезы лились по щекам, но ее лицо ничего не выражало. Словно плакала статуя.
– Ну что с вами произошло? – Роберт протянул Эмили носовой платок.
– Я не могу рассказать, – кое-как выдавила из себя Эмили наконец.
– Джеймс здоров?
– Да…– Эмили не могла сейчас ничего обсуждать. Ей было тяжело даже думать обо всем об этом. И ей хотелось сейчас только одного. – Роберт, прошу, увидься поскорее со своим комиссаром. Я хочу, чтобы все закончилось. Закончи все это как-то.
Глава 6. Еще одно звено
На следующий день погода выдалась пасмурной. Обычное состояние для этой поры. Дождь лил до самого вечера. Комиссар полиции Генрих Корапт шел под зонтиком по узкой дорожке. Он жил недалеко, так что ему не требовался извозчик. Впрочем, собственный экипаж у него имелся. Положение и состояние позволяло держать собственный. Но он любил прогуляться после работы пешком. Сидя в кресле весь день, он уставал больше, чем если б ему пришлось бегать по городу.
Комиссар перешагнул очередную лужу и чуть не наткнулся на какого-то молодого человека, идущего ему навстречу. Генрих Корапт уже собирался обогнуть препятствие, как услышал приветствие.
– Комиссар…– поздоровался молодой человек.
Линзы пенсне вспотели. Комиссар не сразу узнал в поздоровавшемся с ним человеке своего мятежного подчиненного.
– Кент? – комиссар поправил пружину пенсне, сжимающую его нос. – Вот так сюрприз. Искали, искали…Сам пришел…
– Мы можем поговорить? – без лишних речей Роберт приступил к главному.
– Да уж! Нам есть о чем поговорить! Ты в розыске, инспектор! – комиссар вновь дотронулся до переносицы пенсне, изготовленной из черепахового панциря.
– У меня есть объяснения. Дело касается Потрошителя, – коротко пояснил Роберт.
– Я так и думал…Что ж…В таком случае завтра придешь ко мне домой…– начал комиссар.
– Комиссар. Сегодня. Я вас очень прошу. Сейчас. Это не займет слишком много вашего времени, – пообещал Роберт. – Дело не ждет.
– Наглец…– протянул комиссар. Да, он сам, комиссар – величина столь значительная, что в его присутствии большинство подчиненных теряет дар речи. Ну кроме этого…Этот полицейский, Роберт Кент, удивителен тем, что никогда не подмазывается к важным персонам, но при этом всегда вежлив и почтителен. На фоне всех льстецов он смотрится выгодно. Хотя льстецы пойдут дальше…А этот никогда не сделает карьеру. Вот он уже и не смеет появиться на службе. – Может быть, ты объяснишь, зачем сломал доктору Пэйну нос? – комиссар двинулся вдоль по улице. – Подобная выходка не красит того, кто должен защищать!
Роберт и комиссар зашли в первый же более или менее приличный паб, попавшийся им по пути. Взяли отдельный кабинет, чтобы никто не помешал их беседе.
– Все, что ты поведал, весьма занятно, – после рассказа Роберта комиссар снял пенсне и потер покрасневшие глаза. – Высокопоставленный дворянин, девушка с рынка, тайная свадьба…Приют для душевнобольных…Поместье…Камин…Маньяк…Я должен в это поверить?! Если сие и есть так, то каковы будут доказательства?
– У нас имеется свидетель. Даже два. Эмили Блэйд и Джон Смит. А поместье…Я собственными глазами все это видел, – объяснял Роберт, пока комиссар разглядывал фото жертв, нахмурив лоб.
– Что видел? Маски на камине? А если это просто совпадение? Ты вообще много в жизни видел замков благородных дворянских семей?!
– Разумеется, нам предстоит все проверить. Но, как бы там ни было, свидетельница узнала маньяка, когда тот шел рядом с ее мужем…Я вам рассказывал, что стало с ней после…– напомнил Роберт сцену задержания Эмили.
– Дворянское поместье…Ты пробрался туда нелегально. Преступил закон, – подчеркнул комиссар, которого более всего волновали бюрократические вопросы.
– С разрешения хозяйки. И ради общего блага…– пожал плечами Роберт. – Если бы я этого не сделал, то у меня не было бы и догадок о том, кем может оказаться маньяк…
– «Хозяйки»…– усмехнулся комиссар. – Неужели я должен поверить в то, что благородный дворянин женился на девке с рынка?! – комиссар взял стакан и плеснул в него воды из графина, в котором плавал лимон. – Такого не происходит в наши дни. Не происходит даже тогда, когда имеются преимущества от таких союзов! Потому что мы здесь, в Англии, не допускаем подобного безумия! Принц женится на принцессе, садовник на кухарке, извозчик на цветочнице! Никак иначе!
– Джеймс иностранец…– подчеркнул Роберт.
– Да с чего ты это взял?! Опять ее россказни?!
– У него присутствует акцент, – Роберт не стал вести лирических бесед на тему Эмили и Джеймса и перевел разговор сразу на главное. – По большому счету, нам нужен лишь ордер на арест скульптора. И разрешение на официальный обыск поместья…
– На основании чего? – комиссар заложил руку за руку. – На основании фантазий этой безродной девки? Если окажется, что вы ошибаетесь…Это будет скандал! Скульптор, которому доверяют подобное поместье, уж наверное, не последний человек. Не какой-то рабочий с рудников! Нужен такт и неопровержимые улики. И даже после этого еще не факт, что…– комиссар замахал рукой в знак того, что, видимо, закон одинаков не для всех.
– Если я не ошибаюсь, то улики скоро будут. И да, я уверен, – утвердил Роберт.
– Уверен он! – хмыкнул комиссар. – Кент, я много раз предупреждал всех своих подчиненных. Мужчину может погубить только женщина. Или он сам! Что у тебя с ней? С этой «женой» того дворянина?
– Ничего личного, комиссар, – ответил Роберт без смущений. – Предположительно, она единственный свидетель по делу. И я всего лишь хотел, чтобы мы не лишились ее ценных показаний.
– Не темни, Кент…Почему ты прислушиваешься к ней?! Если она попросит залезть в королевский замок, ты тоже это сделаешь?! – гундел Генрих Корапт.
– Нет, комиссар, – Роберт понимал, что бесполезно объяснять что-либо человеку старой закалки. Он все равно найдет происходящему примитивное объяснение, подходящее под его мировоззрение.
– Инспектор, включи разум. Не позволяй женщине запутать себя! – наставлял старый солдат.
– Не позволю, комиссар, – для порядка пообещал Роберт.
– Ладно, – комиссар ударил ладонью по столу так, что все стаканы на нем разом подпрыгнули. – Будь по-твоему! Я подумаю, как все устроить.
– Времени очень мало. Маньяк может еще кого-нибудь убить. А нашу свидетельницу могут вернуть обратно в клинику, – напомнил Роберт. – Для начала нужно поскорее найти скульптора, занятого в поместье, и сопоставить его с господином, изображенным на портрете…
– Ты меня торопишь? – комиссар обозрел Роберта строгим взором. – Одно то, что я тебя не задерживаю, уже для тебя много. Ты понял?
– Понял, комиссар.
– Я сделаю все, что смогу…– после раздумий пообещал комиссар. – В данный момент над делом Потрошителя трудится не один человек. Но когда оно будет раскрыто и убийца окажется на скамье подсудимых – я постараюсь вернуть тебя на службу.
– Очень признателен, комиссар…– поблагодарил Роберт.
– Кстати…Ты не живешь дома. К тебе приходили, когда ты не явился на службу…– комиссар раскрыл свою папку и достал оттуда ежедневник в переплете темно-серой кожи. – По какому адресу я смогу тебя найти теперь? Запиши-ка мне сюда…– комиссар придвинул Роберту свой ежедневник.
****
Эмили и Филл пили кофе с кремовыми плюшками, посыпанными тертым сыром. Филл попутно собирал сандвичи – это было единственное, что возможно приготовить, не спускаясь в общую кухню. Помимо стряпной, на нижнем этаже имелась прачечная и котельная, где всегда толпился народ.
– Филл, почему ты не пошел на встречу к комиссару вместе с Робертом? – Эмили уже волновалась, так как Роберт задерживался.
– Роб сказал мне идти сюда к тебе, – Филл шинковал овощи, иногда отвлекаясь на плюшки и кофе. Вот и сейчас он сделал очередной глоток. – Как тебе кофе? – поинтересовался Филл. – Я всегда беру его в одном и том же месте! Вкус сносный! Хотя подозреваю, что немного цикория в него все-таки добавили! Качественные продукты теперь сыскать непросто!
– Кофе вкусный, – подтвердила Эмили, которая не удержалась и тоже выпила крошечную чашечку вопреки рекомендациям доктора. – Филл, я в ситуации…– вздохнула Эмили.
– В какой? Уже все готово, осталось только сходить за кипятком. А Роба все нет, – Филл взял с полки чайник и всыпал туда заварку. – Ну же. Что за ситуация? Или положение?!
– Ситуация, Филл, а не положение, – Эмили разглядела шутку, но ей все равно было невесело. – Я так устала. И хочу домой. Когда все закончится, я бы хотела уехать к тетушке. Но я не смогу этого сделать, конечно…
– Джеймсу будет скучно в маленькой деревушке в стареньком домишке твоей ворчливой тетушки!
– Я могла бы уехать и одна…– вздохнула Эмили.
– Что это еще за новости, Эм? – Филл даже перестал отрывать от стебелька листочки мяты, которые собирался забросить следом за заваркой в чайник. – Моя жена выращивает всю зелень на окне. Это так удобно. «Уехать и одна»?! Что опять тебе не так?
– Видишь ли…Я не совсем уверена, что мы с Джеймсом можем и должны быть вместе…– Эмили начинала понимать, почему браки, подобные ее, запрещены.
– «Не совсем уверена»?! – выпучил глаза Филл. Пока он глядел на Эмили, листики мяты слетели со стола, задетые неожиданным дуновением ветерка. – Черт…Придется начинать все заново…
– Да, я начну все заново…– Эмили уныло опустила глаза в пол.
– Я имел в виду мяту! – заулыбался Филл. – Верно говорят, что женщины самые странные создания в мире. Всегда им всего мало! У тебя благородный дворянин с поместьем! Что еще тебе нужно?!
– Мне нужен любящий муж, Филл…– вздохнула Эмили. – О котором буду заботиться я сама, а не слуги…Я хочу детей. Свой собственный дом. И я не хочу всю жизнь прятаться от кого-то. Не хочу постоянно чувствовать себя лишней в жизни Джеймса. На меня смотрят как на диво. Меня обсуждают. Обо мне говорят гадости. И в итоге я вообще оказалась в лечебнице для душевнобольных! Я не этого хотела, Филл. Не этого!
– Я уверен, что все можно как-то устроить…– пожал плечами Филл. – Может быть, вы уедете куда-то…Где потише…Например, в Шотландию…И там начнете новую жизнь. Это все легко сделать, когда есть деньги.
– Ты, правда, веришь, что Джеймс откажется от всего и станет мирным фермером только для того, чтоб меня никто не трогал?! – Эмили понимала, что жизнь Джеймса никогда не изменится. Он – это поместья, путешествия, дворцовые интриги, знаменитые знакомые.
– Эм, возможно, он представит тебя обществу…Когда придет время, я имею в виду, – пояснил Филл, видя, что она хочет возразить. – И тогда вам не придется бежать…Из какой бы семьи он ни был, неравный брак нежелателен, но не смертелен.
– Он не представит меня никому…– покачала головой Эмили. – Посмотри, что произошло, когда просто разнесся слух, что в его жизни есть я…А даже если он и представит меня…Что будет со мной после? Меня отравят?! Зарежут? Или как еще покусятся на мою жизнь! – разозлилась Эмили. Неужели она такова, что из-за брака с ней Джеймса готовы до конца жизни посадить под замок, а ее саму поскорее сжить со свету!
– Откуда вообще такие сведения? – поинтересовался Филл.
– Мэри. Мэри все рассказала…И теперь, зная как все обстоит, я хочу уехать. Не к тетушке, конечно…– вздохнула Эмили расстроенно. После того как она покинула тот дом, ей нет возврата и туда. Ведь теперь ее доброе имя уже не такое и доброе. Брак с Джеймсом – это лирика. В остатке все куда мрачнее. Она вернется не женой дворянина, а женщиной, которую все будут считать обычной содержанкой. А большего позора для общества со строгими нравами и не помыслить! – Я могу уехать в любой город, ведь, по сути, меня ничто не держит здесь…
– Мне кажется, ты пожалеешь о таком решении…– призадумался Филл. – К тому же для твоего поступка нужна смелость. Ты готова вот так просто взять и отказаться от всего, что у тебя теперь есть?! Я не могу вообразить, какого еще мужа после Джеймса тебе можно желать! Если уж волшебный принц тебя не устраивает…
– Ты ничего не понял, Филл, – покачала головой Эмили.
– Нет, я приблизительно понял…– Филл покончил с любимой готовкой и теперь шарил по карманам в поисках портсигара. – Ты побывала в золотой клетке, Эм. И ты от нее устала. Но будет следующая клетка. Только уже не золотая…Будут и другие проблемы. Скорее всего, нехватка денег. Знаешь, мы с женой еле сводим концы с концами. Хотя оба работаем. В этом городе всем не хватает на жизнь, если только они не родовитые особы. Пятилетние дети из нищих семей весь день работают в темных шахтах, открывая и закрывая двери. Их беременные матери – катают тяжеленные телеги. И никому до этого нет дела. Потому что они бедняки. Бедность – это неприятно. Но бедность после богатства вдвойне неприятна. К тому же, кто бы что ни говорил, ты замужняя дама. И твой муж – не какой-то бедный пьяница, а благородный дворянин! У тебя все превосходно.
– Филл, как это пошло сводить все к деньгам и статусу! – Эмили знала, что слова Филла ей повторит каждый. Ведь все такие умные! Одна она – дура! Попробовали бы они все оказаться в ее шкуре! – Пойми же. Джеймс не любит меня так, как бы мне того хотелось! Ради меня он не откажется от своей привычной жизни. Ради меня он не пойдет на жертвы или опасности.
– Но он женился на тебе, – напомнил Филл. – И это был смелый поступок!
– Он сделал это потому, что такова его прихоть…Боюсь, Филл, он не любит меня…Не любит.
– Приехали! – заулыбался Филл. – Чего он такого содеял, что ты взялась утверждать подобное?!
– Я чувствую это, Филл, – вздохнула Эмили огорченно. – И ощущаю это уже давно. Он был влюблен. А может, это называется иначе. Увлечением. Возможно, от скуки. Возможно, ему так было удобно. Я не чувствую в нем пылкости. Ради меня он не сбросится со скалы!
– Послушай, Эм. Мы женаты с мой женой уже семь лет, – Филл подошел к окошку и закурил сигару. – И знаешь, я сейчас тоже уже не так пылок, как прежде! Но я люблю ее. Хотя и не твержу ей об этом и не сбрасываюсь со скалы в подтверждение своих чувств! Ты хочешь романтики. Но она проходит. Ты не сможешь менять мужа каждый раз, как исчезает очарование первых встреч.
– Ты говоришь правильные вещи, Филл. Но ты не понимаешь меня…– Эмили перевела взор на сигары, оставленные Филлом на подоконнике. Ей вдруг неодолимо захотелось закурить. Как в старые добрые времена. Хотя не такие уж они были добрые. Но почему тогда она столь часто вспоминает о них?
– Так скажи, что тебя тревожит, помимо этих подозрений! – предложил Филл, запивая затяжку остатками кофе. – Мое мнение таково…Ты всегда подозреваешь Джеймса в чем-то. То в том, что он племянник маньяка. То в том, что он тебя не любит. Ты каждый раз будешь его в чем-то обвинять?!
– Филл, этому есть простое объяснение…– Эмили потянулась к сигарам.
В этот момент раздался стук в дверь. Эмили не стала пояснять свою мысль вслух. Вероятно, это знак. Знак, что лучше промолчать. Хотя она уже знает ответ. Сейчас она почти уверена в том, почему всегда и во всем подозревает Джеймса. Почему она готова прибить его при малейшей оплошности. Почему ее так многое в нем раздражает, хотя на самом деле он неплох. Может быть, это она сама его не любит? И никогда не любила?!
– Наверное, это Роб! – затушив сигару, Филл поспешил вслед за Эмили в коридор.
Дверь открылась. На пороге стоял Роберт. Он был промокшим, но, кажется, довольным.
– Ну что?! – в один голос произнесли Эмили и Филл.
– Все хорошо. Дайте отдышаться сперва, – Роберт снял с себя пиджак и стряхнул с него капли дождя.
– Я схожу в кухню за кипятком…– Эмили решила, что нужно поспешить с ужином.
Филл разбирал старый отчет на листы. Эмили заваривала чай, переливая напиток из чашки в чайник и обратно. Роберт сидел за столом и рассказывал, как все прошло.
– Старик не подкачал! – Филл был рад, что все прошло удачно. – Тебя точно никто не видел с ним?!
– Нет, я был осторожен…
– Робби, выпей это. Ты ведь замерз, – Эмили протянула Роберту чашку горячего чая.
– Спасибо…– Роберт устало улыбнулся.
– Филл, где твои сандвичи! – торопила Эмили повара, у которого все было давно готово, остались лишь последние штрихи. – Что ты там копаешься! Дай я сама сделаю!
– Я сам! Ты кладешь слишком мало соуса! – Филл хотел завершить блюдо лично. – Какой план действий предложил комиссар?
– Он сказал, что, прежде всего, нам нужно выяснить имя скульптора и его адрес. Ты же понимаешь, что старик не будет сам этим заниматься…
– Да, мы все сделаем, а он соберет лавры, – Филл установил на стол деревянную доску с сандвичами. – Ему было бы проще все это организовать!
– Мне уже все равно, кто будет собирать лавры. Главное, чтобы все поскорее закончилось, – признался Роберт.
– Вижу, что вы уже устали от меня…– пошутила Эмили.
– Ну что опять за глупости, – Роберт потянулся.
– Ну и как узнать имя архитектора? – нахмурилась Эмили.
– Скульптора…
– А если их вообще несколько работало в поместье? – пугалась Эмили трудной задаче. – А если он там не работал, а продал готовую работу? А если он какой-нибудь иностранец! Как тогда мы разузнаем о нем!
– Боюсь, тебе придется снова атаковать поместье, Роб, – хихикнул Филл.
– Думаю, что на сей раз проще встретиться с управляющим Джеймса…– призадумался Роберт. – У него наверняка есть все данные. Кто и когда занимался этим поместьем…Эмма…– Роберт оглядел сосредоточенную Эмили, застывшую у окошка. – Вы знаете, где мы можем найти управляющего?
– Нет…Я не знаю…– пожала плечами Эмили. Она на редкость пустоголовая особа. Она прожила столько времени с Джеймсом, но не знает ничего, что касается его дел. И свои собственные дела она вела плохо. У нее в итоге нет ни личных денег, ни жилья. Хотя Джеймс мог бы обеспечить ее и тем, и другим. Для него это ерунда. – Но он всегда приходит в поместье по понедельникам и четвергам…Выдать жалование слугам и прочее…– единственное, что вспомнила Эмили.
– Выследим его! – предложил Филл. – Когда пойдем?
– Завтра вечером, раз уж четверг, – решил Роберт.
– Я с вами! – как всегда, предложила Эмили.
– Это исключено. Мы пойдем как официальные лица, – объяснил Роберт.
– Да, но официальное лицо теперь только Филл! – возразила Эмили.
– Но управляющий-то этого не знает!..– усмехнулся Роберт.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?