Читать книгу "Страх: Осознание и принятие нестабильности жизни"
Автор книги: Бхагаван Раджниш (Ошо)
Жанр: Личностный рост, Книги по психологии
Возрастные ограничения: 16+
сообщить о неприемлемом содержимом
Так много дел, так мало времени
Иногда я осознаю, что во мне много тревоги, связанной со временем. Я слышал, как ты говоришь, что осознание времени порождает фрустрацию… но мне интересно: есть ли в нас что-то вроде страха перед временем?
Это и есть единственный страх – страх перед временем. Страх смерти – это тоже страх времени, потому что смерть останавливает всё время. Никто на самом деле не боится смерти – как ты можешь бояться того, чего не знаешь? Как можно бояться абсолютно незнакомого, чуждого, непостижимого?
Страх может существовать только по отношению к тому, что уже известно. Нет, когда ты говоришь: «Я боюсь смерти», – на самом деле ты боишься не смерти. Ты не знаешь, что это. Кто знает? Может быть, смерть лучше, чем жизнь.
Страх – не в смерти. Страх – во времени.
В Индии у нас есть одно и то же слово для обоих понятий. Мы называем время кала – и смерть мы тоже называем кала. У нас один термин для обозначения и смерти, и времени. И это значимо. Слово кала действительно наполнено смыслом, потому что время – это и есть смерть, а смерть – не что иное, как время.
Проходящее время означает, что проходит жизнь. И вот тогда поднимается страх.
На Западе этот страх особенно сильный – он стал почти хроническим. На Востоке он не так силён. Причина в том, что Восток верит: жизнь продолжается снова и снова, вечно. Смерть – не конец. Эта жизнь – не единственная. До неё были тысячи и тысячи других, и после неё тоже будут тысячи и тысячи. Никуда спешить не надо.
Вот почему Восток выглядит ленивым: нет спешки. Поэтому на Востоке нет и строгого ощущения времени. Кто-то говорит: «Я приду ровно в пять» – и не появляется. Он не чувствует никакой ответственности по отношению ко времени. А ты ждёшь, и ждёшь, и ждёшь, и вот он приходит – на четыре, пять часов позже. И говорит: «А что такого? Ну и что?»
С западной точки зрения времени очень мало, потому что и христианство, и иудаизм верят в одну-единственную жизнь. Именно это создаёт тревогу. Только одна жизнь. Семьдесят лет максимум. Треть из них уходит на сон – если ты проживёшь шестьдесят лет, двадцать из них ты проспишь. Из оставшихся сорока ещё двадцать уйдёт на образование, на подготовку, на то и это. Остаётся двадцать лет, а там работа, заботы, семья, брак, развод. И если ты действительно подсчитаешь – времени на жизнь нет вообще.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!