Электронная библиотека » Диана Рейдо » » онлайн чтение - страница 2

Текст книги "Свадебный талисман"


  • Текст добавлен: 28 октября 2013, 01:46


Автор книги: Диана Рейдо


Жанр: Короткие любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +18

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Шрифт:
- 100% +

2

Ощущение было такое, словно после ланча Стейси не переставая пила одну за другой чашку крепкого эспрессо.

Она не могла сомкнуть глаз. Словно и не было тяжелого, насыщенного и утомительного рабочего дня с подведением итогов, балансов, беседой с клиентами, планированием дальнейшей деятельности.

Ничего не менялось от того, что Стейси закрывала глаза. Просто становилось чуть темнее. Голова продолжала оставаться такой же ясной, мысли мерно маршировали вперед, теснились и сменяли друг друга.

Она устало вздохнула. Сегодня в офисе она впервые так ясно почувствовала, насколько ее жизнь отличается от безмятежного, распланированного задолго до всех событий счастья, словно ей показали про это документальный, но яркий фильм.

Тихая радость в глазах будущих молодоженов, и привычно равнодушный голос Кевина в телефонной трубке. Она была вынуждена изображать те чувства, которых уже не испытывала или, что более верно, уже не могла подпитывать односторонне, без всякой надежды на взаимность…

Нельзя, чтобы окружающие догадывались, будто у нее что-то не в порядке. В принципе, до сих пор это удавалось. Кевин тоже не был особо заинтересован в том, чтобы выносить сор из избы. Ну кто, кроме самых близких, полезет дотошно выяснять, что скрывается за внешней благопристойностью союза Армстронгов?

Стейси перевернулась на живот и уткнулась лицом в пахнущую лавандой и свежестью подушку. Она тихонько застонала. Ей так нужно уснуть! Завтра вторник и вряд ли работы будет меньше. А она будет чувствовать разбитость во всем теле и запивать головную боль мятным чаем.

Сон не шел к ней. Вместо легкой дымки невинных снов перед глазами Стейси проносились картины ее далекого прошлого. Того периода, когда все только начиналось…


Тогда Стейси училась в колледже. Была прилежной студенткой, в библиотеку бегала охотнее, чем на свидания. По выходным помогала матери на кухне. Ей нравилось готовить, нравилось, когда семья собиралась за накрытым столом. Лучше всего ей удавалась выпечка – тортики, пирожные. А еще – блюда итальянской кухни. Словно они с семьей были не выходцами из Ирландии, правда уже прочно обосновавшимися в Америке, а потомками итальянцев.

Но факт оставался фактом. Пальчики оближешь – это можно было сказать и про лазанью – как мясную, так и вегетарианскую, – и про нежную острую пиццу с различными начинками, и про тальятелли, которые Стейси готовила с особым усердием.

Стейси и ее подружка по колледжу, шестнадцатилетняя Розалин, сидели на перилах веранды, болтали ногами и доедали последние треугольнички ароматной пиццы с маринованными корнишонами и голландским сыром.

– А пойдем со мной в воскресенье в церковь? – неожиданно предложила Розалин.

– В церковь? – Стейси сделала круглые глаза. – Что я там забыла?

– Зря смеешься. Слушай, разве вы с родителями не ходите в церковь каждый уик-энд?

– Да нет… не приходилось, – протянула Стейси.

– Странно. Вы же вроде тоже католики. Разве нет?

– Католики. Но, знаешь, не замечала, чтобы родители придавали этому какое-то особое значение. Ни мама, ни отчим. Особой набожностью, наверное, наша семья не отличается. Но разве это так плохо? Гораздо важнее, что у нас хорошие отношения в семье и люди уважительно здороваются. Что с мамой, что с Фредериком.

– Тебе виднее, – задумчиво сказала Розалин. – Но мне всегда казалось, что ирландцы должны не отрываться от своих корней, помнить, откуда вышли. Держаться друг за друга…

– Мы никогда не отказывались кому-то помочь, Розалин. Да и земляки к нам заходят запросто, мама в гостеприимстве никому не отказывает.

– Это да.

– И потом, насчет корней… Мне кажется, мы давно уже не ирландцы.

– Ты так думаешь? – прищурилась Розалин. – Разве твоя фамилия не О’Нил?

– Да, а фамилия матери О’Рейли, – засмеялась Стейси. – Это уже отчима надо благодарить.

– Не в фамилии дело, если уж на то пошло. Вот попробуй кто-нибудь оскорбить или обидеть твою маму! Думаю, ему мало не покажется.

– Дело не в фамилии, дело, думаю, в характере Фредерика, а совсем не в ирландских корнях.

– Типично ирландская вспыльчивость, – подмигнула Розалин. – Так ты пойдешь со мной в церковь?

– Вот пристала. У тебя столько свободного времени?

– Ну пойдем. Один раз посмотришь, послушаешь службу. Познакомишься с хорошими людьми. Знаешь, поддержка земляков никогда не помешает. В ирландской общине интересные ребята, да и девчонки попадаются. И поддержка Бога не помешает.

Розалин, на удивление, говорила об этом серьезно. Стейси не испытывала особого трепета ни перед церковью, ни перед какими-то высшими силами. Но то ли из любопытства, то ли из солидарности с подружкой пойти она согласилась.


В тот день они с Розалин вырядились, как приличные студентки из колледжа – полосатые гольфики, тщательно заплетенные косы. Так что на первый взгляд им было можно дать даже меньше тех лет, что было на самом деле.

Розалин была серьезной и торжественной. Стейси же все никак не могла проникнуться важностью момента. На ее взгляд, воскресный поход в церковь был развлечением наподобие поездки в Питтсбург – поход в какой-нибудь театр совмещался с обедом в одном из моллов с десятками кафешек.

Но уже в церкви Стейси прониклась духом службы. Служба шла на латыни, Стейси даже не силилась что-то понять. Но внутреннее убранство храма, строгость обстановки, серьезные лица собравшихся произвели на юную студентку довольно сильное впечатление. Как и проповедь, последовавшая за службой. Стейси впервые глубоко задумалась о таких, казалось бы, привычных вещах, которым в жизни придается совсем не такое значение, как должно бы.

В их семье редко говорили о церкви, о вере и о Боге. Стейси не знала, чем это объясняется. Может быть, занятостью матери с отчимом. Может быть, тем, что они были слишком поглощены друг другом. Раньше перед едой мать читала коротенькую молитву, но потом перестала делать и это.

Вернувшись домой, Стейси рассказала матери, что они с Розалин были в церкви. А потом спросила, почему они раньше не водили ее в церковь?

– Водили, – улыбнулась мать, – только ты была маленькой. Наверное, не помнишь.

– А почему перестали ходить?

– Видишь ли, Стейси, есть более важные вещи. Общение с близкими людьми, например. Тепло семейного очага. Совсем не обязательно ходить в церковь, как на работу, чтобы жить по совести, по вере…

– А я считаю, что ходить надо! – с истинно юношеским упрямством заявила Стейси. – Где, как не там, можно почувствовать всю важность веры? Без напоминания о Боге все забывается.

– Стирается под налетом повседневности, – засмеялся Фредерик. – Стейси, бога ради, если ты считаешь, что там есть что-то для тебя, что тебе это нужно и важно, ходи. Мы же не станем тебя в чем-то ограничивать. Тем более у тебя есть единомышленники, Розалин например. Ходи, малышка. Услышишь что-то новое – не забудь сообщить нам.

Родители засмеялись. Стейси, впрочем, не услышала в этом смехе ничего обидного для себя. И продолжала регулярно посещать воскресные службы вместе с подружкой.

Вскоре она приобрела и новых друзей среди прихожан католической церкви. Оказывается, не так уж мало учащихся колледжа серьезно относились к вопросам веры. Стейси как губка впитывала все проповеди, открывая для себя все новые области для размышлений, черпая знания и получая ответы на многие, ранее туманные вопросы…

Жизнь текла без особых проблем и неприятностей. Стейси, не прикладывая каких-то серьезных усилий, заканчивала колледж, имея при этом, правда, не слишком блестящие оценки. Она сама толком не могла разобраться, что же из изучаемых дисциплин привлекает ее больше всего. В ее расписании значились в основном гуманитарные предметы. Спорт она не жаловала, в группе поддержки не выступала, баскетболу в спортзале колледжа предпочитала стрельбу из лука, как самый легкий курс. Физика, химия, математика – все это был не ее конек. Но и литература с историей тоже мало привлекали ее. Вот разве что преподаватель рисования ставил ей высокие баллы, но наличие у Стейси ярко выраженного таланта и он отметить не мог. Время потихоньку шло, и любовные переживания обостренного подросткового периода в колледже тоже не затрагивали Стейси.

С Кевином она познакомилась именно в ирландской общине, на очередной воскресной службе.

Розалин в тот день приболела. Накануне отец возил ее в Даунтаун, в Питтсбург. Там Розалин вдоволь находилась по магазинам, а самое главное, наелась мороженого самых экзотических сортов. Теперь она лежала дома с больным горлом, пила горячий чай и глотала эвкалиптовые леденцы.

Стейси отправилась в церковь одна.

С утра ее посетило какое-то неожиданное вдохновение, и она отутюжила темно-красный строгий костюм: прямую юбку чуть ниже колен и приталенный жакет. Морщась от усердия, подкрутила локоны горячими щипцами. И, пока не видела мама, потихоньку подкрасила губы одной из ее многочисленных помад. В общем, выглядела Стейси хорошо, даже самой было приятно.

Отчим подвез ее до церкви. Войдя внутрь, Стейси по обыкновению села на облюбованную ими с Розалин лавку во втором ряду. Служба еще не началась. Стейси положила рядом маленькую кожаную сумочку с красной шелковой аппликацией, пригладила волосы руками, расправила на коленях юбку.

Церковь понемногу заполнялась народом.

Неожиданно для самой себя Стейси оглушительно чихнула.

По счастью, ей не пришлось лезть в сумку за платком. Сидевший на передней скамье парень лет двадцати обернулся и с приветливым любопытством посмотрел на Стейси.

– Будь здорова, – весело пожелал он.

Стейси смутилась.

– Спасибо.

– Что-то я тебя раньше здесь не видел, – сказал он, внимательно разглядывая ее.

Стейси в свою очередь разглядывала его.

Сначала ей показалось, что перед ней подросток. Однако, приглядевшись внимательнее, она поняла, что он более взрослый и зрелый, чем кажется. Очевидно, в заблуждение вводили его слишком уж озорные, чуть зеленоватые, глаза. А также рыжеватые вихры. Конечно, рыжим его можно было назвать с очень большой натяжкой. Но искорки рыжины в волосах парня проскакивали.

В целом он производил на редкость положительное впечатление. Таким людям Стейси почему-то начинала быстро доверять. Клетчатая рубашка, которой были обтянуты его плечи, добавляла благопристойности его внешнему виду. Но парень был не просто положительным, он располагал к себе каким-то скрытым, не проявляющимся демонстративно обаянием.

– А я тоже тебя раньше тут не видела, – объявила Стейси.

Парень ничуть не смутился.

– Ничего удивительного, – кивнул он. – Раньше меня тут и не было.

– Вот как?

– Переехал сюда с семьей, здесь и буду доучиваться.

– Откуда переехал? Издалека?

– Да не особо. Отцу понадобилось по работе. Говорил, что это ненадолго. Но я еще тогда понял, что легко не отделаюсь. Застряли мы тут основательно.

– А откуда вы приехали?

– Филадельфия.

Стейси присвистнула:

– Тогда понятно, почему для тебя остаться здесь означает застрять… Ну ничего, здесь не так плохо, как кажется на первый взгляд.

– Да мне и не кажется, что здесь плохо, – расхохотался парень. – Кстати, меня зовут Кевин. Кевин Армстронг.

– Стейси О’Нил.

– А ты родилась в Монровиле?

– Да, и мама тоже родилась здесь, нам тут все привычно. А вот муж матери не так давно переехал сюда. Но он из Ирландии, так что ирландские корни и на чужой земле не теряются. Ты ведь тоже имеешь к общине какое-то отношение?

– А ты как думаешь? Иначе что бы я тут делал?

– Ну, не знаю. Меня сюда привела подруга, посещения с родителями даже и вспомнить не могу. Начала бывать тут где-то с год назад и передать не могу, как много мне это дает!

– Так у тебя тут друзья?

– Ну разумеется. Друзья, подруги. Тебя ведь тоже кто-то привел или ты сам пришел?

– В прошлый раз был тут с отцом. Но он сказал, что хорошенького понемножку. Отметился – и будет. А мама вообще не ходок в такие места.

– А ты что же?

– Мне тут понравилось, вот и пришел снова.

– Ну, скоро и у тебя тут друзья появятся.

– Надеюсь, что уже появляются.

Стейси улыбнулась.

Началась служба.

Сразу после службы Стейси окликнули другие девушки. Она подошла к ним, завязалась оживленная болтовня. Обсудили последние события в колледже. Потом решили завтра обязательно навестить Розалин, если, конечно, больное горло не позволит ей появиться в колледже. Стейси заболталась и напрочь забыла о своем новом знакомом.

Однако, выходя из церкви, она столкнулась с Кевином – оказывается, они шли в толпе бок о бок.

– А вот и снова я, – подмигнул ей Кевин.

Стейси почему-то покраснела.

– Едешь домой?

– Да, конечно.

– Может, подбросить тебя? – неожиданно предложил Кевин и позвенел связкой ключей.

Стейси кивнула. Ей совсем не хотелось жд

Они вышли из церкви и перешли через дорогу. Там у обочины был припаркована подержанная «тойота» темно-синего цвета.

Кевин открыл дверцу перед Стейси.

– Залезай!

Стейси послушно залезла, устроилась поудобнее на сиденье и пристегнулась.

Кевин открыл дверцу со стороны водительского места и тоже сел. Повернул ключи зажигания…

– Послушай, – повернулся он с улыбкой к Стейси. – Сегодня выходной. Ты так сильно торопишься домой?

Стейси прикинула: с семьей она уже успела пообщаться с утра за завтраком. К Розалин они все равно не пойдут до завтра. Нужно довязать акриловый шарф, к которому она планировала прикрепить большие искусственные жемчужины, но это вполне может подождать…

– Пожалуй, не очень… – сказала она. – А что?

– Да вот я подумал – может, нам с тобой куда-нибудь прокатиться?

– Прокатиться? – переспросила Стейси.

– Посидеть где-нибудь. Может, заглянуть в кино. Правда, до такой дыры, как Монровиль, все новинки доходят с запозданием, – засмеялся он.

– Неправда, – оскорбленно возразила Стейси.

– Да ладно. Я же шучу. Не обижайся. Но, согласись, тут и правда негусто с развлечениями. Если захочется нормально поиграть в боулинг, посидеть в кафешке над чашкой-другой горячего шоколада, посмотреть пару фильмов, для этого в идеале нужно ехать в Питтсбург. В центр.

– Ну да, в Даунтаун, – кивнула Стейси. – Но все же и тут есть неплохие места.

– Вот и покажи мне их, Стейси, а? Или тебе жалко? А может, тебе лень?

– Да погоди ты! Я ведь даже тебе еще не ответила, – засмеялась Стейси. – Послушай, может быть, мы просто доедем до одного из парков и прогуляемся там?

Кевин озадаченно посмотрел на улицу.

– Не знаю, – протянул он. – Оно, конечно, и можно бы… Но, боюсь, сегодня там прохладно. А я не захватил свою кожаную куртку. Ехал ведь на машине и не планировал где-то гулять. Дом – машина – церковь – машина. Давай лучше посидим где-нибудь? Должен же я, в конце концов, побывать хотя бы в одном стоящем местечке Монровиля.

– Поехали, – решилась Стейси.

– Указывай дорогу.

Место, куда они приехали, было, может быть, и не особенно модным, но Стейси любила бывать там со своей семьей и захаживала туда с подружками.

Там подавали капучино, горячий шоколад, кофе покрепче, к нему – довольно вкусное мороженое. В меню было перечислено большое количество салатов, гренки с сыром, с чесноком и другими приправами. Почти домашняя кухня, простая уютная обстановка, абажуры из плетеной соломки, словно нехотя рассеивавшие полумрак. Круглые столики на витых ножках, стулья с высокими спинками. А в середине небольшого зала – камин. Больше всего Стейси любила сидеть именно у камина.

Камин хозяева заведения жгли даже летом. Кроме, конечно, удушливой жары, когда в офисах горожан не спасали самые мощные кондиционеры.

Стейси любила негромкий треск поленьев, ровный жар, исходящий из камина, пляшущие по дереву язычки пламени. Сквозь высокий бокал с глинтвейном огонь камина казался драгоценным камнем, рубином или гранатом…

Хозяева так и назвали свое кафе – «Каминный зал».

– Ух ты! Никогда не бывал здесь раньше, – воскликнул Кевин, заходя внутрь и озираясь.

– Еще бы! Откуда тебе знать про это замечательное место? Это ведь не Питтсбург, разве тут может быть что-то действительно хорошее? – поддразнила его Стейси.

Мартин, один из самых обходительных официантов, принес им два меню в папках из тонкой темно-зеленой кожи.

И тут Стейси осенило: это же свидание! Самое настоящее свидание. Пусть незапланированное, спонтанное и неожиданное – но свидание!

Раньше с ней такого не происходило.

Иногда ей случалось заинтересоваться каким-нибудь симпатичным мальчиком из колледжа, но парни такого типажа редко обращали на нее внимание.

Очевидно, они считали ее слишком домашней. Славной, милой, но для них неинтересной и малопривлекательной.

Те же немногочисленные ботаники, что делали попытки заговаривать со Стейси, не интересовали саму Стейси.

А тут она впервые на свидании, в одном из любимых кафе, наедине с симпатичным парнем. Он уже совсем взрослый: своя машина, правда подержанная и наверняка отданная ему отцом. Какая-то неизвестная, яркая жизнь в Филадельфии, оставшаяся у него за плечами.

Стейси еще раз внимательно посмотрела на Кевина и решила, что он очень даже ничего! И он определенно ей нравится.

К тому же они оба выходцы из ирландской общины. Вот и еще одна точка соприкосновения: совместные службы.

Все это вихрем проносилось в голове Стейси, пока ее руки открывали меню, а палец скользил по строчкам. Хотя меню Стейси знала наизусть.

– Я буду цитрусовый микс, – наконец объявил Кевин ожидающему официанту, – круассан с грибами, салат «Цезарь» и… шоколадное пирожное. А ты, Стейси? Определилась?

Мартин подмигнул ей.

– Она знает это меню наизусть, – ласково сказал он. – Да, девочка? Тебе как обычно? Глинтвейн, грибной салат, вишневый штрудель с мороженым?

Стейси кивнула.

– И еще, Мартин, принеси мне, пожалуйста, земляничный мусс, – попросила она.

Она хотела вкусить удовольствия от посещения «Каминного зала» по максимуму.

Мартин снова подмигнул ей и удалился.

Закуски и напитки принесли очень быстро.

– Предлагаю выпить за знакомство, – сказал Кевин и поднял свой стакан с оранжевой смесью из лимона, грейпфрута и апельсина.

Стейси чокнулась с ним и поспешила сделать глоток глинтвейна, пока ароматная жидкость не остыла.

– Ну, Стейси, – сказал Кевин, отправляя в рот первую ложку салата, – расскажи мне, чем ты планируешь заниматься в жизни, помимо посещения воскресных служб.

Стейси смутилась. Но нужно было поддерживать непринужденную беседу.

– Вообще-то я еще не определилась.

– Как не определилась? Сколько тебе лет?

– Уже семнадцать.

– Вот видишь! Что там показывают тесты по профориентации?

– Да ничего особенного. – Стейси махнула рукой. – У меня ни к чему нет каких-то особенных склонностей. Половина предметов дается плохо, половина нравится, но не настолько сильно, чтобы сделать это будущей профессией.

– Ну а хобби у тебя какие-нибудь есть? В свободное от учебы время чем занимаешься?

– Гуляю с подругами… слушаем музыку, смотрим какие-нибудь комедии. Собираемся у кого-нибудь дома, печем пироги и тортики. Могу еще вязать, я, кстати, вяжу красивые шарфы, кофточки.

– Да из тебя же выйдет идеальная жена! – Кевин неожиданно залился смехом.

Стейси покраснела.

– А что такого? – возразила она, не дожидаясь, пока краска сойдет с лица. – Чем плохо?

– Шучу, конечно. Ничем. Ну а если взять хотя бы твои шарфы? По-моему, это повод заинтересоваться дизайном. Дизайнеры неплохо зарабатывают, когда раскручиваются.

– Для этого нужны какие-то особые идеи, креативный подход. Творчество… – Стейси пожала плечами. Я не выдумываю ничего такого. Просто копирую модели из журналов.

– Как скажешь. Наверное, тебе виднее.

– А сам ты? Чем планируешь заниматься? Намерен застрять здесь и провести всю оставшуюся жизнь в Монровиле?

– Я еще не определился. Во-первых, мы здесь недолго. Всего несколько недель. Может быть, мне тут и понравится. От добра добра не ищут… Освоюсь, тогда и подумаю.

– А хобби, увлечения? На чем думаешь специализироваться?

– Компьютеры интересны.

– Программирование, новые разработки?

– Нет, попроще. Мне интересно с ними возиться, отладка, программы и все такое. Может, удастся пристроиться в фирму отца, попробовать там свои силы. У них как раз работают с крупными партиями компьютеров, комплектующих. Я еще не думал над этим серьезно. Как тебе штрудель?

– Если честно, то просто божественный.

– Замечательно. А ты смотрела последний фильм с Мэттом Деймоном? – оживился Кевин, и разговор как-то сам собой перешел с профессиональных тем на общечеловеческие…

3

Стейси перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку.

Интересно, который час?

Ей все еще не удавалось заснуть.

Прошлое подступило к ней так близко, что, казалось, все это происходило с ней только вчера.

Когда же все пошло не так?

Может, все с самого начала было не так, как нужно? А Стейси просто видела лишь то, что хотела видеть…

Картины продолжали мелькать перед глазами. Она не могла отвязаться от воспоминаний. Они словно сами собой раскладывались по полочкам, рисовали общую картину, требовали, чтобы Стейси на них посмотрела, чтобы обратила внимание на то или иное событие…


Кевин очень быстро вписался в их компанию, посещавшую воскресные службы.

Казалось, у него такая же потребность узнавать что-то новое о вере, проникаться духом и атмосферой церкви, проводить больше времени со своими единомышленниками.

Постепенно сложился небольшой кружок – Стейси, Кевин, Розалин и ее новый молодой человек, которого подруга как-то затащила на службу и он начал время от времени присоединяться к их воскресным походам то ли из вежливости, то ли из любопытства, то ли просто за компанию.

После службы ребята обычно отправлялись куда-нибудь, чтобы продолжить общение. Расставаться не хотелось, свободное время было, и они ехали полакомиться мороженым в какую-нибудь из местных кафешек или выбирали ближайший киносеанс. Могли просто бродить по парку до его закрытия, кормить белок, играть в серсо.

Кевин чаще других настаивал на поездках в Питтсбург.

– Мы уже облазали весь Монровиль, – недовольно бурчал он. – Попробуй выдумать здесь какое-нибудь развлечение, вспомнить место, которое еще не наскучило.

– Ну конечно, Питтсбург – центр мира! – с насмешкой подхватывала Розалин.

– Да нет, вовсе не центр. Но там хотя бы из десяти фильмов можно выбрать ближайший сеанс. И, не вылезая из одного развлекательного центра, поиграть в боулинг, бильярд и игровые автоматы.

– Только игровых автоматов нам не хватало. При наличии компьютера можно весь день не вылезать из игрушек и в другой город ехать не придется…

– Еще чего не хватало, целый день играть, – сердилась Стейси.

Впрочем, через какое-то время поездки в Питтсбург стали все более редкими. То ли Кевин пресытился и этим набором развлечений, то ли больше времени стала занимать учеба и подработки…

Чаще всего они просто выбирались на загородную трассу с тем, чтобы неспешно прокатиться, слушая музыку. Они останавливались где-нибудь на обочине, чтобы понаблюдать закат, разрывали пакеты с чипсами и орешками, запивали их колой и наблюдали, как краснеющее солнце медленно садится, подминая собой верхушки деревьев.

Со времени знакомства Кевина и Стейси прошло уже немало месяцев. И Стейси уже довольно часто задумывалась над этим. Она не могла понять их отношений. Была ли это только дружба или нечто большее? Когда они встречались вчетвером, тут все было ясно – веселое времяпрепровождение в компании. А когда они с Кевином оставались наедине? Отправлялись на прогулку, или он объяснял ей что-то из программы колледжа, или же они вместе смотрели какой-нибудь новый фильм на утреннем сеансе. Стейси не могла понять, есть ли у Кевина по отношению к ней что-то большее, чем просто хорошее приятельское чувство. Да, тогда она не могла понять, что ему с ней просто удобно… Или не могла понять. Потому что про себя-то она точно знала – она уже давно влюблена в Кевина.

Да, наверное ему было приятно общаться со Стейси. У них всегда находились общие темы для разговоров – учеба, планы на будущее, просмотренные совместно фильмы, их друзья и знакомые, погода, католическая религия…

Она была милой симпатичной девушкой, внимательной и заботливой, она старалась сделать так, чтобы окружающим было комфортно и тепло рядом с ней. Какой смысл Кевину было отказываться от такого общения?

Но он не предпринимал никаких попыток, чтобы ее завоевать. Неожиданные сюрпризы, небольшие подарки, по-настоящему романтические вылазки или спонтанные мероприятия, о которых частенько рассказывала Розалин, – все это отсутствовало в отношениях Кевина и Стейси напрочь. Да ее и не нужно было завоевывать, она постоянно была рядом с ним, когда только это было возможно. Но он и не делал никаких шагов навстречу. Если что-то складывалось, то это происходило само собой, без каких-либо значительных усилий, без ярких поступков с его стороны.

А Стейси было хорошо уже потому, что он принимал и ее внимание, и ее отношение, и готовность заботиться о нем.

Однажды она принесла ему на день рождения подарок. Она долго и тщательно выбирала его, а потом упаковку и очень радовалась, представляя себе радость Кевина.

На тот момент Стейси уже работала. Ей удалось найти место ассистентки директора в совсем маленькой фирмочке по продажам электронных компонентов. После колледжа она так и не решила, чем ей хочется заниматься больше всего, чему она готова себя посвятить.

Она не особенно унывала по этому поводу: значит, она создана для семьи, она ничуть не будет возражать против возможности посвятить себя Кевину… то есть семье. Которая, безусловно, у нее когда-нибудь будет.

Поэтому к имеющейся работе она слишком серьезно не относилась, хотя и старалась выполнять все поручения без нареканий. Эта деятельность, не доставлявшая ей настоящего удовольствия, все же не была особенно обременительной, приносила ей доход. Должность ассистентки даже позволяла ей, находясь на рабочем месте, какую-то часть времени заниматься своими делами…

И заработать ей удалось на довольно неплохой подарок Кевину. Это был маленький наладонный компьютер, одна из последних моделей.

После того как Стейси торжественно преподнесла подарок Кевину, он озадаченно уставился сначала на коробку, потом вдруг засмеялся.

– Ты чего? – Стейси округлила глаза.

Кевин все смеялся и смеялся, потом махнул рукой, пытаясь успокоиться.

– Мишки… эти мишки на оберточной бумаге!

– Тебе не нравится? – огорчилась Стейси. – Я хотела… что-то теплое… Она чуть не сказала «нежное».

– Ладно, ерунда, проехали. Забудь. – И снова фыркнул.

Стейси, уже почти оскорбленная, попросила:

– Открой, посмотри.

– Ну да, конечно. – Кевин извлек из оберточной бумаги подарок, скомкал бумагу и небрежно отбросил ее в сторону.

– Ого! Ух ты!

– Что ты сделал?! – неожиданно даже для себя закричала Стейси.

– А в чем дело?

– Открытка… Там же, в упаковке, была еще и открытка!

– Да? Жаль… – нахмурился Кевин. – Ну ладно, главное ведь то, что у меня в руках.

Стейси замолчала с расстроенным видом. Она с такой любовью выбирала эту открытку… и старалась, сочиняла текст. Ее мишек и банты он счел глупостью и девчачьей прихотью. Она угодила ему с подарком, но он даже из уважения к ней и к ее чувствам не стал сдерживать смех.

– Подумаешь, – пожала плечами Розалин, утешая Стейси, которая все-таки укрылась в ванной, чтобы чуточку всплакнуть. – А ты чего ждала? Мужчины, они все такие… Не до сантиментов, главное – техника и всяческий тюнинг.

– О, да ты философ.

– Правда. Не забивай голову и не переживай. Ему же понравился подарок?

– Еще бы этот подарок ему не понравился…

– Ну и все. Забудь. Если плакать по каждому из таких вот ничтожных поводов, то можно выплакать все глаза. Пойдем, там, кажется, уже скоро должны начать пунш разливать. – Розалин потянула подругу за руку.

Стейси потом еще немного дулась. Но у Кевина был такой вид, словно ничего не произошло.

Если бы я была по-настоящему ему небезразлична, то он нашел бы способ все-таки сказать, что ему приятен весь подарок, а не отдельные его части, и прочитать скомканную открытку, думала потом Стейси.

Шло время. События шли своим чередом.

Вся их компания где-то уже работала. Кевин стал заместителем администратора в небольшом магазинчике по продаже музыкальных дисков, фильмов и компьютерных игр. Частенько он брал работу на дом, то есть прослушивал какую-то музыку, но чаще смотрел фильмы. Он говорил, что ему нужно быть в курсе новинок. А больше всего времени он посвящал осваиванию новых компьютерных игрушек. Похоже, реальность не очень-то его интересовала. Или была не такой захватывающей, чтобы к ней стоило проявлять интерес… В окружающей реальности было двое-трое друзей из колледжа, знакомая компания из ирландской общины, Стейси, которую Кевин воспринимал как нечто привычное и должное.

После работы они иногда встречались, сидели в каком-нибудь пабе, или шли в кино, или сидели у кого-то дома и смотрели видео. Все реже были поездки по загородной трассе и наблюдения за закатами, все меньше было желания выбираться хотя бы в Питтсбург и исследовать его центр…

Все привыкли видеть Стейси рядом с Кевином. По правде говоря, девушки не вешались Кевину на шею. А у него то ли не было желания, то ли способностей как-то привлечь внимание понравившейся ему девушки. Никто не знал, испытывает ли он интерес к кому-либо, помимо Стейси.

Но некоторые удивлялись интересу Стейси к этому парню. По сути дела, в нем не было ничего примечательного. Внешность чуть ярче заурядной, немного специфическое чувство юмора, в некоторых случаях понятное лишь ему одному. Любовь к компьютеру и тяга к просиживанию за ним часами…

Но для Стейси он был самым лучшим, неповторимым. И она не была в этом виновата.

Иногда она задумывалась, есть ли у Кевина, кроме нее, по-настоящему близкие люди. И не могла найти ответ на этот вопрос. Она предпочитала думать, что ее герой замкнут и держится неким особняком потому, что не каждому удается найти подход к его тонкой и разборчивой натуре.

Ей было невдомек, что Кевин по-настоящему не близок даже со своей собственной семьей. Хотя сам он считал себя преданным сыном, но это его мнение не имело никакого отношения к действительности. Ему просто нравилось так думать. Но одних мыслей мало для того, чтобы желания реализовывались. Даже желание быть преданным сыном.

Однажды, в очередной день рождения Кевина – ему исполнялся двадцать один год, – Стейси пришла в их двухэтажный небольшой коттедж пораньше, чтобы поздравить его первой (не считая, конечно, родителей). Кроме того, она хотела еще помочь матери Кевина с угощением.

Стейси припарковала свой маленький «фольксваген», подаренный ей отчимом, у коттеджа Армстронгов. Напоследок взглянула на себя в зеркальце. Пришлось поправить блеск на губах, а вот с тушью и подводкой все было в порядке. Стейси все чаще предпочитала делать нейтральный макияж и даже ногти покрывала только прозрачным лаком. Кевин не любил яркое, броское, ему не нравилось, когда Стейси слишком уж выделялась из толпы. Когда-то Стейси только начала делать первые неуверенные шаги по направлению к более необычному имиджу, но реакция Кевина отбила у нее всякую охоту к дальнейшим экспериментам. Не сказать, чтобы Стейси сильно это расстроило. Впрочем, небольшой осадок у нее остался.

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации