Читать книгу "Осколки сердец"

Ее голос стал задумчивым, она разглядывала меня так, словно впервые видела.

– Не знаю, зачем тебе вообще учиться бою холодным оружием, если своей магией ты можешь уложить столько народу.

Я, тщательно подбирая слова, ответил:

– Понимаете, капитан, магия имеет свои пределы. Я не могу долго поддерживать как Облака крови, так и остальные заклинания, да и время на их подготовку и активацию требуется. Кроме того, имеются ограничения по запасам магической энергии и, соответственно, количеству заклинаний, которые я могу сотворить одновременно или в течение некоторого временно€го периода. И мне вовсе не хочется очутиться однажды перед врагом с опустошенным магическим резервом, имея в арсенале лишь посредственное умение обращаться с обычным оружием.

– Ну что ж, хорошо, – понимающе кивнула она и направилась к стойкам с тренировочным оружием. – Осталось тогда выбрать меч тебе по руке.

Мы подошли к этому учебному арсеналу, и она предложила найти такой меч, который я смогу держать на вытянутых руках, лишь немного напрягаясь. Я решил начать «примерку» с самых больших, чудовищных двуручников, даже в стойке выглядевших устрашающе. Первые два я даже поднять смог с трудом, третий и четвертый были полегче, на пятом я остановился. Его я мог держать, не особо напрягаясь.

– Этот, – сказал я, поворачиваясь к Белинде.

– Значит, тренироваться ты будешь с предыдущим, – ответила она. – Бери один из них, я покажу тебе сегодня основные движения.

Мы начали тренировку с азов. Меч был явно тяжеловат. Очень скоро я устал, но старательно делал вид, что все в порядке, поскольку Белинда размахивала своей тяжелой абордажной саблей, как тросточкой. Вскоре, увидев, что меня просто учат тому, как стоять и двигаться, а, стало быть, ничего интересного произойти не может, зрители разошлись, и мы остались одни.

– Достаточно на сегодня, – сказала она, видя, что двуручник уже просто вываливается из моих рук. – Завтра в это же время.

Не помню, как я добрался до кровати. У меня не было сил даже на то, чтобы раздеться. Я рухнул в койку в чем был и мгновенно отключился.

Все последующие дни были похожи на этот с точностью до минуты, разве что демонстрируемые Белиндой приемы иногда различались. Но результат всегда был один и тот же – я доползал до своей палатки и засыпал мертвым сном, настолько выматывающий темп тренировок взяла капитан.

Прошло две недели, и однажды вечером Белинда не пришла на занятия, что меня очень удивило – эльфийка была до жути пунктуальна. Когда я, выждав некоторое время, сам отправился к ее шатру, чтобы узнать, в чем дело, охранники сказали, что прибыл посыльный и Белинда, срочно собравшись, уехала с ним. Так что этим вечером мне пришлось тренироваться одному.

На следующее утро меня разбудил звук горна, трубившего боевую тревогу. Быстро одевшись, я побежал к построению отряда, чтобы занять свое место в конце сотни Гивера. Капитан была уже на месте и посматривала на песочные часы. Прежде чем последние песчинки упали на дно, все наемники выстроились на лагерном плацу.

– Братья, – сказала она, обращаясь ко всем, – вот и пришел конец нашему отдыху. Орки снова вторглись на юг Арама, и завтра все боеспособные части отправляются им навстречу. Мы выдвигаемся сегодня и идем быстрым маршем. Король поставил нашему отряду задачу принять на себя первый удар и удерживать орков до подхода основных сил. По данным следопытов, орков чуть больше двух тысяч, так что серьезных проблем возникнуть не должно. Мы приходим, выбираем удобное место, возводим защитные сооружения и держимся ровно сутки, пока нас не сменят королевские полки.

Белинда обвела нас взглядом и продолжила:

– Десятники, ко мне, всем остальным быть готовыми к выдвижению через час. Разойтись.

Все десятники подошли к Белинде.

– Не понравился мне приказ, ребята, – тихо сказала она. – Внутреннее чувство подсказывает, что король втягивает нас в какую-то нехорошую историю. У всех наемных отрядов послезавтра срок расчета за очередной месяц службы, а нас вместо кассы отправляют на войну с орками. Причем следопытов, которые якобы их видели, нам не показали. Мол, они измучены и ранены. Никому из командиров это не понравилось, ведь после выплат мы могли распрощаться с королем и отправляться на все четыре стороны. А тут вдруг приказ о немедленном выступлении. Все, что от меня сейчас услышали, – держите при себе, пока что подчиненных не посвящать. Определимся по обстановке.

Через час мы выступили, разведка и капитан на лошадях, все остальные быстрым пешим маршем. К вечеру добрались до указанного Белиндой места и остановились. Лагерь лучше всего было устроить на длинном пологом холме, посреди небольшой долины. Оттуда можно было при необходимости отступить в лес, а с флангов к нему незаметно не подобраться. Приказав солдатам рыть ров и вкапывать частокол, Белинда с разведчиками уехала вперед.

Я попал в команду землекопов. Занятие было для меня непривычным, но я делал все, что мне говорили. Ведь чем дольше этот отряд протянет на войне, тем большему я успею научиться.

Когда ров уже почти опоясывал весь холм, а частокол огораживал чуть больше половины лагеря, мы увидели, что передовой дозор во главе с капитаном галопом несется обратно. Лошади были в мыле, а сами всадники выглядели встревоженными.

– Фрист, докапывайте ров, перекрывайте все проходы. Алор, твои ребята пусть рубят как можно больше леса. Гивер, всеми уже имеющимися бревнами закрывайте южное направление. Альст – твои пусть зарядят арбалеты и в полной готовности – на стену. Поторапливайтесь, у нас не более получаса, орки идут. Каин, ко мне!

Все эти команды капитан прокричала чуть ли не на одном дыхании и, спрыгнув с лошади, помчалась через ров в лагерь.

Я, бросив работу, побежал за ней, впервые видя ее такой взволнованной. Белинда остановилась за рвом и, повернувшись ко мне, сказала:

– Разведка не соврала, орков действительно идет около двух тысяч, в основном молодняк. Скажи мне, ты можешь убить хотя бы часть из них?

– Не знаю, капитан, я еще ни разу не сталкивался с орками. Понятия не имею, как на них действует магия вампиров, и действует ли вообще, – честно ответил я. – Думаю, лучше мне первому вступить в бой, так я буду знать, что мне от них ожидать. Встану на их пути, по максимуму установив Облака крови, посмотрю на результат, а если что пойдет не так – отступлю в крепость.

Она внимательно посмотрела на меня, что-то прикидывая.

– Хорошо, попробуем сделать так, как ты говоришь. Ты успеешь вернуться в лагерь после своей магии?

– Это мы тоже скоро узнаем, – сказал я, улыбнувшись.

– Хорошо, иди, выбирай место и готовься. Мы тебя прикроем, на случай, если магия не сработает и орки кинутся за тобой, – сказала она, не отреагировав на мою улыбку.

Когда она ушла, я начал планировать бой. Наилучшим вариантом казалось поставить перед собой шесть Облаков в линию, закачав в них столько силы, сколько позволит резерв энергии. Время их активности установить небольшим, чтобы после попадания в них орков они успели высосать кровь, преобразовать ее в магическую энергию и сразу вернуться ко мне. Долго их держать не было смысла, ставку следовало делать на силу заклинания. Броню Повелителя я решил не надевать, поскольку для Облаков требовалась вся моя энергия. В резерве я собирался оставить только кристалл-накопитель.

«Если орки попадутся в ловушку, то я полностью восполню свой резерв, а если нет, то придется возвращаться в лагерь, используя энергию кристалла на создание и поддержание Брони Повелителя», – резонно решил я.

Пока я обдумывал детали, в моем поле зрения Поглотителя появилось множество серых аур. Ставить Облака было еще рано. Я подумал, можно ли сделать привязку заклинаний друг к другу, чтобы поставить все шесть Облаков одновременно. Мысль была интересной, но сейчас экспериментировать не хотелось, поэтому я решил отложить реализацию этой идеи на потом.

Когда орки подъехали ближе, то увидели и лагерь на холме, и меня, одиноко стоящего на их пути. В тот день нам повезло дважды. Первый раз в том, что наступающий отряд состоял только из молодых орков, впервые вышедших в набег, и второй – что с ними не было шаманов.

Увидев меня и лагерь за моей спиной, бесшабашные подростки, приехавшие за ушами людей, чтобы хвастаться дома, потрясая ими во время посиделок, не раздумывая, бросились вперед. Каждый хотел быть первым, кто убьет человека и получит вожделенный трофей.

Я немного скорректировал свой первоначальный план и выставил в линию пять Облаков, а шестое решил приберечь про запас и установить потом, перед отступлением в лагерь.

Закончив активацию заклинаний, я около минуты наблюдал за накатывающейся на меня лавиной орков, а затем развернулся и побежал, поставив за собой шестое Облако. Увидев, что жертва пытается улизнуть от них, орки, заулюлюкав, прибавили шагу, и первые сотни дружно влетели в Облачное заклинание. Я этого не видел, но по раздавшимся сзади крикам стало понятно, что ловушка сработала. К сожалению, лавина орков неслась слишком широким фронтом, поэтому туда попали только три сотни бойцов, остальные же спокойно пробежали слева и справа от смертельной преграды.

Но положительный эффект от сработавших Облаков не ограничился только мгновенно умерщвленными тремястами орками. При виде того, как их товарищи внезапно упали на землю и замерли, все орки сбавили шаг. Они сообразили, что загадочный человек, в одиночку стоявший перед ними, оказался магом и подстроил какую-то ловушку. Но, поскольку все в отряде были подростками, то жажда расквитаться пересилила осторожность. Орки рванули за мной, и около пятидесяти первых, вырвавшихся из общего отряда, влетели в шестое Облако, умерев так же быстро, как и предыдущие три сотни.

Остальные наконец поняли, что действовать опрометчиво нельзя, так как они только теряют воинов, и решили отступить, забрав с собой тела всех погибших. При этом они старательно избегали мест, где висели кровавые облака, хотя те внезапно окрасились синеватым цветом и исчезли.

Я тем временем спокойно дошел до лагеря и был поднят на стену, удостоившись сотен удивленных взглядов. Еще бы, один вампир, не получив ни царапины, уничтожил три с половиной сотни орков – это было просто невероятно. Я, не обращая ни на кого внимания, прошел к своему боевому посту, назначенному мне Гивером, и, заняв позицию, принялся наблюдать за орками. Сила, полученная от их крови, просто переполняла меня, заставляя ерзать на месте от нетерпения, ведь даже кристалл-поглотитель был заполнен под завязку.

Орки, довольно долго просовещавшись, пошли на повторный штурм. Но на этот раз поступили умнее, выбрав кандидатов на смерть и заставив их идти впереди всех остальных жиденькой цепочкой.

«Быстро учатся», – хмыкнул я.

Расстояние от передовой цепи до основных сил было небольшим, и я никак не сумел бы втиснуть свои Облака между ними. Обнаружив, что смертоносной магии больше нет и никто не гибнет, орки испустили воинственный клич, потрясая ятаганами, а потом принялись орать что-то нечленораздельное, но явно злобное, тыча оружием в сторону нашего лагеря.

– Они кричат о том, что тебя ждет, вампир, за смерть их братьев, – сказал мой сосед по месту на стене.

Я безразлично пожал плечами. Меня это мало волновало.

Тем временем орки подошли на расстояние арбалетного выстрела, и самые меткие из солдат выстрелили, убив и ранив около десятка. Орков это подстегнуло, и они быстрым шагом, но по-прежнему позади цепочки смертников, пошли на приступ. Щелчки арбалетов стали раздаваться все чаще и чаще, выбивая из рядов орков то одного, то другого бойца. Подойдя вплотную ко рву, они закидали его связками валежника и бросились в атаку, там, где частокол был не достроен.

Мне пришла мысль поставить несколько концентрированных Облаков в месте прорыва, где сейчас сражались бойцы нашего отряда. Подбежав к Гиверу, я изложил ему свой план, и он сказал:

– Действуй, я отдам необходимые распоряжения. Думаю, Белинда возражать не будет.

Мой план был прост: воины, как бы отступая под натиском, очищают проход, и орки кидаются в него. Чуть в глубине я ставлю полукругом такие же Облака, какими встречал их в поле, и когда они в них угодят, на позицию выходят наши арбалетчики и добивают тех, кто не умер.

Зрелище отступающих людей, как я и предполагал, распалило орков, и они с воем и рычанием всей толпой ринулись в проход. Первые ряды, сделав не более полудюжины шагов, влетели в ловушки. Бежавшие за ними, наученные прошлым опытом, попытались отступить, но у них не вышло из-за напора соплеменников из задних рядов. Образовалась плотная толпа, в которой передние не желали двигаться дальше из-за самоубийственности подобного шага, а задние напирали на них, так как не имели понятия о происходящем. И тут на убойные позиции вышли наши арбалетчики. Первый их ряд опустился на колено, прогудели тетивы, и ливень болтов буквально смел тех орков, которые пытались не попасть в Облака крови. Сразу же за этим дал залп второй ряд, а третий в это время перезаряжал арбалеты первых. В таком месиве ни один выстрел не пропал даром, мощные болты пробивали тела орков навылет, нередко вслед за тем вонзаясь в стоящих позади. Это стало последней каплей, и оставшиеся в живых орки ударились в бегство.

Правда, продолжалось отступление недолго. За два полета стрелы от нашего лагеря их командиры навели порядок. Орки принялись обустраивать стоянку.

Белинда воевала уже давно. Со смертью дочерей она бросила все и вместе с Изиргилом присоединилась к одному из наемных отрядов. С того дня прошло много лет, наемники участвовали во множестве сражений, но еще никогда действия отряда не были такими результативными, как сегодня. Ужасные Облака вампира мало того что не давали сквозь них прорваться, так еще и убивали всякого, кто имел несчастье угодить в заклинания. За сегодняшний день они не потеряли ни одного бойца, имели всего десяток легкораненых, и это при том, что уничтожили около тысячи орков. Казалось бы, можно только порадоваться тому, что вампир на их стороне, но его тайна стала ее постоянной головной болью. Этот его взгляд, которым он меряет всех, кто оказывается рядом с ним… Однажды она уже видела такой… Когда вышла посмотреть на партию людей, привезенных в Алондруин, и столкнулась с одним из придворных магов, занимавшихся выращиванием Поглотителей Сознания.

Его взгляд, брошенный на привезенных людей, был таким же, как тот, каким вампир смотрел на всех вокруг себя.

«Тогда он сказал правду про свою клятву, хоть и не до конца», – вспоминая разговор в шатре, думала она.

Белинда немного покраснела при воспоминании о том, как пыталась вызвать его на откровенность давно забытым способом… И с чего это ей взбрело в голову, что вампир будет откровеннее, если она предстанет перед ним одетой как женщина, а не как капитан? Хотя стоит признать, что ее план не совсем не удался. Все же кое-что о намерениях вампира узнать удалось. Хотя бы то, что ему нужна война, чтобы проводить свои магические эксперименты. Собственно, для этого он и вступил в отряд.

При мысли о том, что кто-то может желать воевать только для осуществления своих магических экспериментов, у опытного командира отряда, имевшего на счету не одно совершенное собственноручно убийство, по спине побежали мурашки.

«Я боюсь того, в кого он может превратиться», – внезапно четко поняла она и вздрогнула от этой мысли.

Она, участвовавшая сначала в войнах против вампиров, а теперь командующая одним из самых известных отрядов наемников, – боится того, кем может вскоре стать этот вампир! Белинда вспомнила свое общение с ним и вдруг осознала, что, несмотря на взрослый внешний вид Каина, было такое ощущение, что она разговаривала с подростком. Она прекрасно помнила, как вели себя старые вампиры: не замечали никого, кто был ниже их по статусу, цедили слова, даже не глядя на собеседника, а уж улыбающимися их не видел никто и никогда. Каин же, несмотря на замкнутость, был лишен всех этих черт.

«Он подросток! – сообразила эльфийка. – Жестокий, обозлившийся на весь мир подросток, который дал себе какую-то клятву и сейчас идет к ней, переступая через горы трупов.

А ведь он и через нас переступит, – так же ясно поняла она. – Как только мы станем ему не нужны, он просто переступит через трупы бойцов отряда и, глядя только вперед, пойдет к своей цели».

Белинда никак не могла понять, что же это за цель может быть у вампира, если тот согласен воевать вместе с эльфами и подчиняться командам эльфов. Насколько она помнила, такого за вампирами никогда не наблюдалось. Те немногие, что приходили прежде наниматься в отряд, при сообщении о том, что в его составе есть эльфы, презрительно кривили губы и уходили к другим. Каину же было все равно, кто его окружает, ему вообще было наплевать на все, кроме его цели. Даже после сегодняшнего боя, когда отношение к нему в отряде стало меняться в лучшую сторону, он не сделал и шага навстречу поздравлявшим его товарищам. Очень многие из тех, кто пострадал во время испытания Каина, говорили, что и от вампира может быть польза, и готовы были выпить с ним мировую. Но тот даже не заметил приглашающих жестов Гивера, зовущего его присоединиться к общему столу. Вместо этого вампир с несколькими легкоранеными таскал трупы орков, которые были убиты в проходе, для того чтобы опять и опять тренироваться. Закончив свои жуткие опыты, он, не замечая никого и ни на кого не глядя, уселся возле костра, опять же индивидуального.

Белинда смотрела на него, и от отражающихся в его черных глазах искр ей становилось не по себе.

«Наверное, какую-то очередную пакость задумывает. Чего доброго, еще предложит напасть на орков этой ночью», – подумала она, и тут же, словно в ответ на ее мысли, вампир поднялся и подошел к ней:

– Капитан, можно с вами поговорить?

Белинда от такого совпадения просто опешила, поэтому решила пошутить:

– Ну рассказывай, чего ты там придумал. Хочешь убить сегодня ночью еще больше орков?

Глаза вампира сначала расширились, но затем он спокойно спросил:

– Я настолько предсказуем, капитан?

Белинда невольно улыбнулась:

– Если обещаешь после этой заварушки поужинать со мной, то скажу.

Он неожиданно легко – наверное, даже для самого себя – согласился, а затем продолжил:

– Капитан, мне нужна помощь тех, кто может беззвучно снимать часовых. Хочу незаметно приблизиться к лагерю орков, на сотню шагов. Тогда, пожалуй, смогу устроить им вечную ночь.

Белинда задумалась. Ночную вылазку она планировала и без предложения вампира, но сейчас, видя, что он очень уверен в своем плане, решила сыграть по его правилам. Получив одобрение, радостный вампир отправился к сотникам.

«Что же мне с ним делать? – вернулась капитан к собственным мыслям. – Оставить все как есть не получится».

Она не хотела очутиться на месте сегодняшних орков, а в том, что вампир способен устроить бойню, – не сомневалась. Белинда после сегодняшнего боя полностью уверилась в том, что если Каин сочтет, что отряд стоит на пути к достижению его цели, то будет бой, и закончится он массовой гибелью ее наемников.

«Надо постараться узнать о нем все, что только возможно, – решила она. – Буду тренировать его и постараюсь сблизиться. Просто необходимо узнать, что за клятву он дал. Исходя из этого, можно будет планировать, как поступить с ним дальше».

Я обрадовался тому, что капитан так быстро согласилась на мое предложение, да еще и будущий совместный ужин поднимал настроение. Мне это было на руку, можно было невзначай расспросить и об эльфийском королевстве и его столице. Ведь вскоре мне придется отправиться туда в поисках Ал’лилель.

«Стоит сблизиться с Белиндой, – подумал я, – она идеальный вариант на роль моего осведомителя, тем более что сама просит о встрече».

С этими мыслями я подошел к сотникам и передал им свою просьбу, а также распоряжение Белинды. Они заинтересовались планом и быстро устроили совещание, пригласив нужных мне умельцев. Ими оказались четверо невысоких молчаливых эльфов. Обсудив все детали плана, мы решили, что эльфы расчистят дорогу к становищу орков и вернутся за мной.

Я лежал в траве и, дожидаясь эльфов, прикидывал, как можно поставить нужное количество Облаков с помощью одного заклинания. Даже попытался воспроизвести данную конструкцию из рун у себя в голове, но все получилось слишком громоздко и шатко. Следовало идти другим путем. Вот только я пока не знал, каким именно.

Я едва не уснул, и когда передо мной появилось лицо эльфа, пришлось протереть глаза. Тот, хмурясь, знаками показал следовать за ним, и мы поползли к лагерю. Вскоре я увидел множество костров и спящих возле них орков. Костры располагались довольно далеко друг от друга, и я понял, что мой план дает сбой – установить столько Облаков мне было не под силу. Поставить же пять-шесть заклинаний означало разбудить весь лагерь сразу же после того, как хоть одно из них сработает. Надо было срочно что-то придумывать, тем более что сопровождавшие меня эльфы уже энергично показывали на луну, напоминая о времени.

«Интересно, а что будет, если я не укажу руну ветра в стабилизирующих заклинание факторах?» – пришла ко мне случайная мысль, когда я ощутил дуновение.

Решив сначала проверить мысль подальше от лагеря орков, я знаками показал эльфам, чтобы они не двигались, а сам отполз в сторону и поставил Облако без одной стабилизирующей руны. Заклинание сработало, это я увидел по появившейся ауре, а когда ветер подул на него, оно медленно поплыло. От радости я чуть не вскрикнул. Предположение сработало!

Оставалось надеяться, что, когда я поставлю Облака в стане орков, ветер не будет часто менять свое направление. Приблизительно прикинув скорость, с которой ветер передвигал мое экспериментальное Облако, я начал создавать заклинания поодаль от лагеря, чтобы у нас было время скрыться отсюда. Проблему подпитки заклинаний я решил старым, испытанным методом, когда оставлял копию своей ауры в замке. Выжав досуха все резервы, я прикрепил энергетические сгустки подпитки к четырем поставленным Облакам, установив их так, чтобы жгуты не оборвались из-за дальности, когда Облака будут плавать по лагерю, но отцепились, когда Облака выйдут за границу лагеря с другой его стороны. В плане рациональности использования магической энергии моя конструкция была ужасно расточительной. Не имея понятия о том, сколько впитает в себя каждое Облако за время прохождения территории орочьей ночевки, я просто поделил свой магический резерв на четыре части и оставил их на подпитке.

Следовало также учесть вероятность того, что вся эта хрупкая конструкция, которую я собрал впервые, вообще не сработает. Слишком уж от многих факторов она зависела: мог измениться ветер, потеряться контроль за заклинаниями, иссякнуть энергия подпитки и прочее, и прочее. Но, так как других вариантов у меня все равно не было, пришлось – к собственному недовольству – рисковать и положиться на удачу. Уползая назад с эльфами, я обдумывал, что и как нужно сделать, чтобы конструкция стала более устойчивой и менее энергозатратной.

В лагере нас уже ждали сотники. Едва увидев, что мы вернулись, они подошли и вопросительно на меня посмотрели.

– Сделал все, что смог, остается только дождаться результата, – ответил я на невысказанный вопрос.

Из-за терзающего меня беспокойства, сработают или нет мои Облака, заснуть мне не удавалось. Но, даже напрягая зрение Поглотителя, я не мог разглядеть ауры орков с такого расстояния. Полной неожиданностью для меня стало то, что, подобно водопаду, в меня хлынули струи магической энергии, погружая с головой в водоворот бушующей силы. Мои опустошенные магические резервы наполнились так, что стало казаться – еще секунда, и я разорвусь от переполнявшей меня энергии. Вскоре даже кристалл-накопитель оказался полностью заполнен, а поток даже не ослаб. Чтобы хоть как-то сбросить излишки, я поставил далеко за нашим лагерем огромное Облако с такой концентрацией, что сразу же почувствовал, как отток энергии компенсирует приток ее в меня.

«Нужно будет купить мощные кристаллы-накопители, – сделал я себе еще одну пометку, – а то у меня две крайности в последнее время: либо совсем пустой, либо энергию девать некуда».

Когда наконец энергия перестала прибывать, я убрал высасывающее Облако.

«Интересно, сколько же орков умерло? – подивился я, уже засыпая. – Никогда столько энергии за один раз не чувствовал».

Проснулся я оттого, что меня кто-то тряс за рукав и торопливо говорил:

– Каин! Проснись! Да просыпайся же!

Открыв глаза, я увидел улыбающегося сотника. Поскольку такие понятия, как «улыбка» и «Гивер», были несовместимы, я решил, что это продолжение сна, и снова закрыл глаза.

– Сейчас вылью на тебя холодную воду, – пообещал мне Гивер из сна, но я не обратил на него никакого внимания, ведь во сне холодная вода не страшна.

Только когда на меня обрушился поток воды, я вскочил, начав крыть всяких тупых эльфов, которые незваными заявляются в сны порядочных вампиров, да к тому же обливают их водой.

– Да не сон я, дубина, – сказал продолжавший ухмыляться Гивер. – Срочно вставай и беги к капитану, она приказала доставить тебя к себе еще десять минут назад.

Я понял, что это серьезно. Капитан ждать не умела, и провинившийся вполне мог подвергнуться веселому наказанию, например в виде копания рва вокруг лагеря на достаточную, по ее мнению, глубину. Быстро приведя одежду в порядок и пару раз плеснув себе в лицо водой из стоящей рядом с палаткой бочки, я на рысях устремился к палатке капитана. Всю дорогу до нее меня сопровождали приязненные взгляды солдат, и я начал беспокоиться: улыбающийся Гивер, доброжелательные солдаты…

«Теперь только похвалившего меня капитана не хватает, – недоуменно подумал я, смотря по сторонам, – а то, несмотря на ледяной душ, придется подумать, что я по-прежнему сплю».

Капитан стояла возле своей палатки и выслушивала доклад одного из тех эльфов, которые были со мной ночью на вылазке. Заметив меня, она жестом прервала эльфа и, улыбнувшись, сказала:

– Каин, ты просто молодец!

От ее слов мои дурные предчувствия просто взвыли.

«Точно, сплю», – подумал я.

Не видя никакой реакции на свои слова, Белинда удивленно спросила:

– Ты чего, Каин? Или ты с самого начала знал, что все так и будет?

– Будет что? – недоуменно переспросил я.

– То, что случилось этой ночью. Как ты умудрился уничтожить семь сотен орков, будучи уже у нас в лагере?

Я присвистнул. Семь сотен – на такой результат я даже не надеялся.

– Мне нужно осмотреть место, – ответил я. – Тогда смогу рассказать, что произошло. Ничего подобного я не предполагал.

Пока мы шли к лагерю орков, я принялся выпытывать у своих ночных компаньонов обстоятельства произошедшего. И вот что они мне рассказали.

Рано утром часовые обнаружили странное шевеление в лагере орков. Об этом было доложено капитану, и та послала их проверить, что происходит. Подобравшись поближе, они увидели, что семь сотен орков лежат обескровленные возле своих костров, а оставшиеся три сотни удирают без оглядки, бросив все пожитки.

Добравшись до лагеря, я собственными глазами увидел то, в чем меня убеждали эльфы. Войдя на территорию стана, я принялся изучать трупы, не понимая, как мои четыре – хоть и сильно концентрированные – Облака могли причинить такой урон неприятелю. Подсказку я нашел у костров, которые почти прогорели, но все же кое-где светились еще не остывшими углями. Рассматривая обескровленные тела возле одного из них, я почувствовал слабое дуновение теплого воздуха в спину. Удивленно повернувшись, я ничего, кроме костра, не увидел, но, подойдя поближе, явственно ощутил, как от него тянет теплым воздушным потоком. Обойдя почти все костры, я обнаружил, что там творится то же самое. Обратив внимание на то, что возле каждого костра валяются странного вида мешочки, от которых ощутимо веяло магией, я развязал один из них и вытряхнул содержимое на землю. Этим содержимым оказались пучки неизвестной мне травы, пропитанной непонятным плетением. Было похоже на то, что кто-то, так же, как и я недавно, вложил в траву небольшие сгустки энергии, которые подпитывали какое-то заклинание.

Продолжая эксперимент, я кинул несколько травинок в костер, и сразу же почувствовал, как в лицо задул теплый ветерок. «А-а-а!» – едва не вырвалось у меня, когда я понял смысл этого действия, осмотревшись и сообразив, чего вокруг не хватает. Над теми трупами орков, которые лежали вдалеке от костров, вились многочисленные мухи и слепни, а вот рядом с тлеющими кострами не было ни единой из этих крылатых тварей. Было похоже на то, что эту траву орки использовали для борьбы с ночными кровососами. Заклинание вместе с теплым воздухом отпугивало их от спящих.

«Выходит, орки сами виноваты в своей смерти», – хмыкнул я про себя, а затем рассмеялся вслух, вспомнив, как переживал вчера за результат опыта.

Услышав смех, ко мне подошли эльфы. Я рассказал им принцип опыта и то, из чего я исходил, когда плел всю вчерашнюю конструкцию. Тогда я рассчитывал, что Облака, гонимые ветром от одного конца лагеря к другому, убьют по пути столько орков, сколько смогут зацепить. А из-за этой травы, с помощью которой орки отгоняли летающих паразитов, мои Облака путешествовали от костра к костру по всему лагерю, убивая всех на своем пути. На их вопрос, как же уцелели все остальные, я предположил, что выжившие орки либо не использовали траву, либо же она у них закончилась.

Выслушав объяснения, они тоже рассмеялись, и мы, довольные, вернулись в лагерь. Они разошлись по своим сотням рассказывать новости сослуживцам, а я отправился доложиться капитану.

Выслушав мои объяснения, Белинда улыбнулась.

– Это моя первая операция, завершившаяся подобным головокружительным успехом, – сказала она. – Еще ни разу отряд не обходился без серьезных потерь, столкнувшись с орками, да еще и настолько превосходящими нас числом, – и все это только благодаря тебе!

Я пожал плечами:

– Капитан, ваша благодарность ни к чему. Вы знаете, для чего я это сделал. Зачем ненужные слова?

На следующее утро разведчики доложили, что к нам движется обещанное подкрепление. Каково же было удивление командиров других отрядов наемников, когда они узнали о том, что орки разбиты, а оставшиеся в живых три сотни бежали. Вначале они не поверили словам Белинды, но после показанных трупов, удивленно качая головами, выслушали наш подробный рассказ. И все равно то, что ее пятьсот мечей разбили отряд орков в две тысячи ятаганов, было выше их понимания.

Узнав же о том, что и пострадавших у нас всего десяток, они стали требовать от Белинды, чтобы она перестала морочить им головы и честно призналась, кто еще из наемников помогал ей в битве. Устав их убеждать, она махнула рукой и отдала приказ сворачивать лагерь и выступать назад.