Текст книги "Загадочный брак"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zagadochnyy-brak-38756.jpg)
Автор книги: Джоанна Лэнгтон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава 2
Миссис Серрано пришла в сознание только в лимузине. Первым, кого она увидела, был Алекс. Муж нависал над своей беспомощной жертвой так же, как тогда, в комнатке банка, где она упала в обморок. Девушка испуганно отшатнулась, прижалась спиной к дверце и стала нащупывать ручку, не понимая, что они мчались по забитому машинами шоссе.
– Не трогай меня! – в страхе закричала она.
– Ах, какие мы нежные. Просто комок нервов… – Александр лениво развалился на сиденье и с самодовольством разглядывал застывшую в ужасе жену. На губах мужчины играла саркастическая усмешка. Видно, он успокоился и взял себя в руки. – Так где же все-таки свидетельство?
Ногти Кэти впились в ладонь. Боль убедила, что кошмар, начавшийся в душной комнате банка, продолжается.
– Я уже сказала: понятия не имею, о чем идет речь.
– Ну, если ты не знала, то теперь знаешь. Я жду ответа.
– Я не могу поверить, что мой отец был шантажистом…
– Омерзительно, правда? – В его тоне не было не только жалости, но даже простого сочувствия. – Тем не менее твой папочка-профессионал высшей квалификации. Объектами его мерзкой деятельности становились богатые и знаменитые люди. «Скелеты», которые Кристоф вытаскивал из их шкафов, были первоклассными, – бесстрастно продолжал Алекс. – Мастер своего дела, твой отец никогда не выдаивал свои жертвы до конца и, впрочем, никого не довел до такого состояния, чтобы вымогателя попытались убить. Он поджидал подходящий случай, ставил людей в безвыходное положение, заставлял платить достаточно долго, потом снимал жертву с крючка, но оставлял себе свидетельства их грехов-для страховки. Кристоф сколотил огромное состояние…
– Я отказываюсь верить этому, – дрожащим голосом сказала Кэтрин. – Не верю ни единому слову!
– Значит, думаешь, твой папа хранил порнографические фотографии в сейфе банка для собственного удовольствия?
Желудок Кэтрин опять сжался. Девушка склонила ставшую неимоверно тяжелой голову.
– Если уж Кристоф побеспокоился сохранить копию «скелета», найденного в шкафу моей семьи, то оригинал спрятал еще надежнее, – хлестал ее словами муж. – А так как я уже искал документы во всех мыслимых местах и не нашел, вывод ясен: свидетельство у тебя.
– Ничего у меня нет! – Голос Кэтрин срывался, девушка была близка к истерике. В шоковом состоянии они не могла противостоять настойчивости Серрано. Сейчас она отдала бы ему все на свете. Но как отдать то, о чем не имеешь понятия?
– Только попробуй использовать это свидетельство против меня, и я сотру тебя в порошок….
– Ты сумасшедший! – неожиданно всхлипнула Кэтрин.
– До сих пор я был сама доброта и долготерпение. Пять лет я оставался связанным по рукам и ногам… – Алекс помолчал и с горечью продолжил: – Будучи твоим мужем, я находился в безопасности. Я надеялся, рано или поздно ты сбежишь к папочке, но ты даже не пыталась это сделать, и со временем я понял отвратительную правду: ты безумно влюблена в меня…
– Что? – дрожащим голосом перебила Кэтрин.
– Ты одержима мной. Думаешь, я этого не знаю? – Александр смерил жену взглядом, полным презрения. – Любая нормальная женщина уже давно ушла бы и оставила всякую надежду на взаимность… но только не ты! Ты осталась и терпела самые горькие унижения, примерная, до неприличия верная жена, не дающая ни малейшего повода расторгнуть заключенную дьявольскую сделку!
«Верная»? Она готова была разразиться истерическим хохотом. Силы небесные, похоже, он действительно верил в то, что говорил! Алекс считал, что она его любит и именно поэтому не уходит. С языка расстроенной девушки уже готово было сорваться имя Джери, но шестое чувство подсказало, что не стоит усугублять ситуацию.
– Я вовсе не люблю тебя, – произнесла Кэти, призвав на помощь остатки достоинства.
Девушка чувствовала себя так, словно ее вываляли в грязи. Подумать только, все это время этот тип воображал, как его постылая, ненавистная жена умирает от любви к нему!
– Ты что же, высмотрела меня в одном из этих светских журналов? Или сначала увидела во плоти? – продолжал издеваться муж. – А как только увидела, сразу побежала к папочке и заявила: «Хочу вот этого!». – Мужчина говорил совершенно серьезно.
– У тебя что-то с головой?.. – На щеках Кэти выступил лихорадочный румянец.
– Так или иначе, этот разговор должен был состояться. Я ждал пять лет, чтобы все выложить! – тоном, не терпящим возражений, заявил Алекс и оглядел жену темными блестящими глазами. – Знаю только одно: всю грязную работу Кристоф взял на себя. Меня поймали в капкан, как дикое животное…
– Ты и есть животное, позорящее человеческий род! – собравшись с силами, злобно выпалила Кэти. – Потрясающее самомнение!
– О Боже… моя воспитанная жена наконец повысила голос, – протянул Алекс, окидывая девушку горящим взглядом. – Не любишь правду? Она ранит твою гордость? Но меня заарканили очень обдуманно. Впервые попав в ваш дом, я даже не знал, кто такой Кристоф. Меня заманил туда совершенно посторонний человек, предложив обсудить некоторые деловые вопросы. Когда я приехал, твой отец-разумеется, чисто случайно – оказался занят. Но зато была свободна ты-невинная девушка трогательно ухаживала за цветами в оранжерее, одетая во что-то белое и воздушное… В общем, до зубов вооруженная всеми этими девичьими штучками. Боже, как хорошо я это помню!
– Все совсем не так! – яростно запротестовала Кэтрин.
– Любой мужчина, в жилах которого течет горячая кровь, а тем более испанец, не смог бы отвести глаз от этой волшебной картины и обязательно задержался бы, – презрительно продолжил Серрано. – А прелестница со смущенной улыбкой, порозовевшими щечками еще принялась сразу же пожирать меня огромными синими глазами, будто неделю не ела досыта!
– Прекрати сейчас же! – прошептала потерявшая голос несчастная девушка.
Александр смотрел на свою жертву все с той же насмешкой и презрительно кривил рот.
– Потом меня пригласили на обед, и ты играла на пианино, как профессиональный музыкант, и пела ангельским голоском. Не пожалела талантов для несчастного простофили, и о делах в тот день не сказали ни слова. Может, тебе интересно знать, в тот вечер я хотел получить ответ всего на два вопроса, но задать их так и не решился…
– Неужели? – пробормотала Кэти, отрешенно уставившись в пространство. Надо же, событие одно, а воспоминания такие разные…
– Первый-сколько тебе лет. А второй – входит ли в планы папочки оберегать дочку от огромного жестокого мира, раскинувшегося за стенами дома, и от сексуальных посягательств таких охотников, как я. О женитьбе я не помышлял и никогда не стал бы этого делать.
О, как он отвратителен… Девушку затопила горькая обида.
– Так кому пришла в голову идея пригласить меня тогда к обеду?
Кэтрин замерла.
– Я так и думал, – выдохнул Алекс. – Тебе. Ты сказала папаше, что хочешь заполучить меня, и этого было достаточно. Мерзкий шантажист начал копать и откопал нечто, о чем знали всего два человека!
– Что же он откопал? – услышала Кэти свой беспомощный голос.
– Сама знаешь, – огрызнулся муж. – Кристофу было известно, что жить ему осталось недолго. Ясно, шантажист-профессионал не унес мою тайну в могилу, а все рассказал тебе, – с твердой убежденностью в своей правоте заявил Алекс.
– Отец мне ничего не говорил… – пробормотала Кэти.
– Если свидетельство и не у тебя, ты наверняка знаешь, где оно.
Шофер открыл дверь, и девушка буквально вывалилась наружу… С ужасом Кэти оглядела тихую улицу. Хотелось немедленно убежать.
Девушка знала, куда ее привезли: в парижскую квартиру Серрано, где она в полном одиночестве провела столь незабываемую свадебную ночь.
Мертвенно-бледная, дрожащая, впереди мужа вошла Кэтрин в вестибюль и направилась к лифту.
– Воспоминания… – с мрачной усмешкой протянул Алекс, читая ее мысли.
Кэтрин четко осознавала, что еще в шоке и утратила способность защищаться. Поэтому не ответила на вызов. Александр подготовился. Он ждал этого дня, предвкушая сладкую месть… Очевидно, так же Серрано ждал смерти ее отца, надеясь на освобождение от ненавистного брака.
– Меня иногда можно заставить что-то сделать силой. Но, как ни печально, в этот список не вошла необходимость делить с тобой ложе, – продолжал упиваться ее унижением Александр. – Кристоф мог принудить меня жениться на тебе, но не в его силах проводить меня в спальню и…
– Замолчи! – истерически выкрикнула Кэтрин; ее крик эхом отдался в тесной кабине лифта.
– Почему ты никогда не рассказывала папочке правду о нашем браке? Только не говори, что Кристоф не мечтал услышать топот маленьких ножек, который сильно укрепил бы твои позиции!
Кэтрин закрыла руками исказившееся лицо, чтобы муж не увидел слез, заструившихся из-под век.
– Пожалуйста, довольно, – прошептала девушка, не стесняясь звучавшей в голосе мольбы.
– Нет, я хочу знать. – Сильные руки грубо схватили ее за плечи. – Все эти годы ты молчала, что твое супружеское ложе пустует. Почему?
Нечеловеческим усилием Кэтрин вырвалась, пробежала через холл огромной квартиры в коридор, который вел к спальням, выбрала комнату в самом конце коридора, захлопнула за собой дверь и заперла на ключ.
Позже, стоя под горячим душем, девушка повторяла снова и снова: «Мой отец-шантажист». Впервые в жизни она чувствовала себя, будто вывалялась в навозе, и не представляла, как ей отмыться. Сегодня Александр своими обличительными речами подорвал все основы, на которых строилась ее жизнь.
О матери, умершей, когда Кэти было четыре года, девушка сохранила лишь смутные воспоминания. Мать выросла в семье какого-то мелкого землевладельца, и родные отреклись от нее, когда мать вышла замуж за Кристофа. Отец никогда не говорил, почему это произошло, и вообще не имел привычки рассказывать о себе.
Сначала у маленькой Кэти сменилось множество нянь; затем последовала вереница закрытых школ. Кристоф постоянно переезжал с места на место. И как бы горячо девочка ни упрашивала отца позволить ей жить с ним вместе, у того всегда находился предлог для отказа. И только в подростковом возрасте Кэти поняла, что отец-очень замкнутый, холодный, бесконечно далекий от нее человек, считающий дочь обузой. И тем не менее Кэтрин знала-Кристоф заботился о ней как ни о ком другом.
Отец гордился красотой дочери, образованием, музыкальными способностями. Как Кэти теперь понимала, все эти ее качества повышали стоимость товара. Кристоф был весьма честолюбив и хотел выдать дочь за богатого и влиятельного человека, стремясь укрепить свои позиции. Всю жизнь ютясь где-то на задворках высшего общества, Кристоф стремился, чтобы пропуск в высший свет получила, по крайней мере, его дочь, которая выросла, не зная, что такое семейный очаг, полностью изолированная от грубой реальности окружающего мира. Кэти с младенчества привыкла быть зависимой от обстоятельств, а потому отчаянно хотела заслужить любовь и одобрение отца.
Как ей могло прийти в голову, что Кристоф вовсе не солидный, честный бизнесмен? Как она могла сообразить, что на обучение и воспитание в частных школах идут грязные деньги? И разве могла Кэтрин догадаться, что отец заставил Алекса жениться на своей единственной дочери с помощью шантажа?
В конце концов девушка узнала жестокую загадку собственного брака, но слишком поздно что-нибудь менять. Прошло пять лет, и исправить случившееся не под силу ни ей, ни Алексу. Неудивительно, что муж презирал ее и верил, будто Кэтрин посвящена в его секрет. «Чтобы защитить мою семью», – сказал Серрано. Как ни странно, Кэти ничуть не стремилась узнать, что стало причиной давления на Алекса.
Свой «скелет в шкафу» Серрано мог бы скрывать вечно. Тем более никого из семьи Алекса Кэти не знала. У мужа была мать и три сестры, с которыми она никогда не встречалась. Кэтрин часто размышляла, не задумываются ли эти женщины, что брак у Алекса какой-то странный. Может, они просили у него объяснений? Скорее всего, Алекс не утруждал себя ответами. Как и Кристоф, мистер Серрано не любил говорить о себе, если только сам не хотел этого.
Интересно, почему муж вообразил, что Кэти любит его? Боже, какое унижение! Мало того что его чуть ли не под дулом пистолета заставили жениться на ней, так этот самец еще и убежден, что даже после пяти лет мучительного пренебрежения, равнодушия и неверности Кэти все еще продолжает любить его! Чертова жена, присосалась как пиявка…
Однако под хлещущими струями ледяного душа Кэтрин вдруг ощутила, как внутри зреет некая неведомая ей самой сила, и даже почувствовала своего рода жалость к Алексу. Тот боялся, что Кэтрин будет шантажировать его даже после смерти отца… отсюда и угрозы, и стремление запугать слабую женщину. Весть о том, что она любит другого и ждет не дождется развода, должна стать для Алекса манной небесной, Божьим даром.
Кэти попусту потратила пять лет жизни… Виной тому стала боязнь лишиться золотой клетки и столкнуться с реальностью. Страх испытать презрение и гнев отца. Опасение, что весть о неудачном браке дочери может буквально убить Кристофа с его слабым сердцем. Все, теперь со страхами покончено…
Тут в дверь громко постучали.
– Открой! – грубо потребовал Александр. Кэтрин приказала себе оглохнуть. На сегодня она по горло сыта Алексом Серрано… и не только на сегодня.
– Кэти! – нетерпеливо рявкнул муж. Серрано не принадлежал к мужчинам, которые с уважением относились к представительницам прекрасного пола, и менял женщин как перчатки. Брюнетки, рыжие, блондинки – этот самец не пренебрегал никем. Обязательным атрибутом всех его женщин были немыслимо длинные ноги, большая грудь и пышные волосы. Кэтрин не обладала такими неоспоримыми достоинствами, и уже давно сознавать это стало сущим мучением-у девушки начисто пропадала уверенность в себе.
Но зато у Кэти оказалось нечто большее, и сделала она это открытие благодаря Джери.
Любимый встряхнул ее жизнь, заставил забыть о комплексе неполноценности, вывел из апатии. А Алекс с первых дней брака только унижал и отталкивал доверчивую и открытую девушку. Почему же Кэти должна чувствовать себя виноватой? Разве не отлились ей грехи Кристофа сторицей?
Кэтрин вышла из-под ледяных струй душа и потянулась за полотенцем, когда дверь затрещала от сильного удара. Не выдержав напора, задвижка вылетела из гнезда, и дверь распахнулась. На пороге стоял Алекс. Его сухощавое, сильное тело напряглось как натянутая струна, в глазах полыхало пламя.
– Зачем ты закрылась? – гневно спросил мужчина.
Девушка прижала полотенце, стараясь прикрыть наготу.
– Ты что, с ума сошел? – Хоть она и была потрясена неожиданным вторжением, это обстоятельство не помешало ей тоже прийти в ярость.
На загорелом лице мужчины блеснули ослепительно белые зубы, но сузившиеся глаза оставались злыми.
– Я беспокоился, не случилось ли чего! Беспокоился? Может, решил, что несчастная жена захочет выпрыгнуть из окна, и поэтому вышиб дверь, как какой-нибудь неандерталец? Впрочем, у неандертальцев, кажется, не было дверей. А ее прыжок из окна доставил бы ему массу хлопот.
Украдкой бросив на мужа недоверчивый взгляд, Кэти, все еще прижимая к себе полотенце, неловко принялась собирать разбросанную одежду.
– Твоя кожа цветом напоминает камелию. Девушка растерянно заморгала и неуверенно выпрямилась. Муж откровенно разглядывал Кэт, и девушка почувствовала себя неловко. Опушенные густыми ресницами черные глаза скользили по девичьему телу, раскрасневшемуся лицу, задержались на пухлых губках, бесстыдно рассматривали холмики едва прикрытых грудей.
– Опусти полотенце, – хрипло сказал мужчина.
Не веря ушам, Кэти задрожала всем телом Александр выжидающе смотрел на жену, очевидно ни минуты не сомневаясь, что полотенце немедленно упадет к ее ногам.
Увидев горящие черные глаза, Кэт показалось будто на нее направили пламя паяльной лампы. Во рту стало сухо, легким не хватало кислорода а где-то в глубине живота начали скручиваться крохотные пружинки. Что-то странное происходило с грудями: они вдруг отяжелели, а похожие на бутоны роз соски затвердели и стали болезненно чувствительными.
– Маленькая, но удивительно пропорциональная, – лениво и певуче прозвучало в напряженной тишине.
Кэти не могла поверить, что это сказано Алексом. Но подсознание шепнуло – нет ничего удивительного. Просто до сих пор девушке не доводилось видеть мужа в таком состоянии. В исходившем от Серрано откровенном сексуальном призыве таилась первобытная, примитивная сила, опасная, завораживающая и влекущая. Как-то муж с поразительной прямотой назвал себя хищником.
– Прошу прощения, но я хотела бы одеться, – без всякого выражения сказала она.
– Ты серьезно? – выдохнул Алекс с таким видом, будто жена вела себя несколько странно.
Кэтрин затрясло от ярости и отвращения. Между ними не было ничего, кроме горечи, обид, ненависти и негодования, но, похоже, Серрано готов переступить через свои чувства ради наслаждений плоти. И все лишь из-за того, что увидел раздетую женщину. Этого достаточно, чтобы разгорелось пламя его вожделения.
– Я хочу одеться, – дрожа от гнева, повторила девушка.
– Ты застенчива, – с видимым удовлетворением произнес Алекс. – И чертовски долго ждала меня.
Тут девушка засмеялась. Она не могла бороться со своим смехом. Истерические ноты звенели в напряженной тишине как звуки бьющегося стекла.
– Перестань…
Одежда посыпалась из трясущихся рук; Кэти отвернулась, скрывая искаженное судорогой лицо. Это настоящая истерика. Девушка была вне себя, оттого что позволила мужу увидеть свой позор, но ничего не могла поделать. Однако она пришла в еще большую ярость, когда ее обхватили сильные руки Алекса.
Александр прижал жену к себе, и та спиной ощутила жар мускулистого тела. Кэти едва могла поверить тому, что пять лет этот мужчина относился к ней как к прокаженной, а теперь, когда она менее всего готова к таким отношениям, распускает руки и трогает ее, будто имеет на это право. Но никакого права у него нет, так пусть не прикасается к ней…
– Наверняка ты и вправду не знаешь, где свидетельство, – примирительно пробормотал муж, склонив темноволосую голову. – Может, Кристоф уничтожил его, а про копию забыл. А возможно, оно хранится у кого-нибудь, как бомба с часовым механизмом, и ждет своего часа…
От этих слов у Кэти по спине пробежали мурашки. Алекс же потихоньку разворачивал жену к себе лицом, а когда столкнулся с упорным сопротивлением, просто-напросто оторвал от пола и крутанул в воздухе. В его сильных руках Кэти чувствовала себя безвольной марионеткой.
Босиком, без туфель, девушка не доставала даже до плеча этому гиганту. Когда Алекс опустил ее на пол, щека Кэти коснулась шелка его рубашки, и у девушки перехватило дыхание. Ноздри раздулись, жадно вдыхая мужской запах – чистый, свежий… горячий. Время остановилось. Все чувства обострились; подрагивание пушистых ресниц выдавало смятение.
– Посмотри на меня… – с нажимом произнес Алекс. Голос звучал очень ласково.
– Отпусти, пожалуйста, – поспешно проговорила девушка, как только обрела дар речи.
С таким же успехом Кэти могла вообще ничего не говорить. Длинные пальцы Алекса приподняли ее подбородок, и девушка волей-неволей взглянула в блестящие черные глаза. И тут же поняла-недавний накал страстей, злоба, гнев временно забыты. Сейчас Алексом руководило более насущное желание – разрядиться от волнений этого дня тем способом, который, как она инстинктивно поняла, стал для ее мужа таким же естественным, как дыхание.
– Алекс… – Собственный голос казался жалким. Хотелось вырваться, но ноги не слушались.
– Давненько я не слышал, как ты называешь меня по имени, – с неприятной интонацией произнес Серрано, пригасив тлевший в глазах огонек длинными ресницами.
– Не надо, – умоляюще прошептала она. Большой палец легко коснулся чувственного изгиба ее нижней губы. Затрепетав от этого прикосновения, Кэтрин попыталась отстраниться, но Алекс, крепко обхватив ее одной рукой, не давал пошевелиться.
Пристально наблюдая за женой, Алекс пальцем раздвинул ее губы и нежно провел внутри рта. Девушка непроизвольно вздрогнула: это было самое изощренное эротическое прикосновение в ее жизни, вызвавшее целую бурю ответных чувств в неискушенном, вероломно предавшем теле.
Муж же забавлялся, играя Кэти как куклой, следя за ее реакциями со смешанным выражением удовлетворения и насмешливой заинтересованности. Девушка поняла это по его глазам, о которых финансовая пресса писала исключительно как о «непроницаемых».
И ее муж отнюдь не собирался ограничиваться невинными ласками. Алекс-искушенный мужчина, очень хорошо знающий, как добиться, чтобы получаемое наслаждение стало максимально полным, и привыкший получать это наслаждение, когда хотелось.
– Я хочу… – Казалось, язык ее стал таким огромным, что не умещался во рту.
– Большего? – Он резко отпустил Кэти в тот момент, когда девушка меньше всего хотела этого. Сам же Алекс остался совершенно невозмутимым. Посмотрев на жену сверху, Серрано одарил ее обжигающей улыбкой. – В следующий раз, детка, когда я прошу, сразу сбрасывай полотенце, – ласково посоветовал он.
Если бы Алекс ее ударил, Кэти сочла бы это менее унизительным, чем подобные слова. Муж вышел из ванной, тихо прикрыв дверь, а побледневшая Кэт осталась стоять, чувствуя противную слабость во всем теле. Она посмела бросить мужу вызов, разозлила его и была раздавлена. Все эти годы Серрано не обращал на жену никакого внимания, и вдруг, ..
Почему именно сейчас? Кэтрин вспомнила слова Алекса, что отец не может принудить его лечь с ней в постель, и сердце девушки болезненно сжалось. Кристоф теперь в могиле. А она оказалась беззащитной… Как бы Алекс ни относился к своей супруге, она была женщиной Похоже, этого простого факта оказалось достаточно, чтобы привлечь внимание Серрано, когда тому захотелось слегка расслабиться и поигран в любовь.
А эти странные ощущения… Все это-расстроенные нервы и последствия сильного шока. поспешно решила девушка. Она вела себя весьма разумно: не сопротивлялась, не спорила. Серрано-испанец с сильно развитым мужским началом. Заговори Кэтрин сейчас о разводе и скажи, что муж ей отвратителен, это могло быть воспринято как объявление войны и побудить Серрано к более решительным действиям.
Нет, для разговора о Джери момент был явно неподходящий.
Начав одеваться, Кэтрин заметила, что руки не слушаются. И неудивительно: в конце концов, муж соизволил заметить, что жена-существо одушевленное… Более того, признал за ней способность доставить ему то удовольствие, которое получал от других представительниц ее пола. Какой же скотиной надо быть, чтобы после долгих пяти лет раздельного проживания посметь приблизиться к ней!
Что бы Алекс ни говорил о том, как она старалась заполучить его, собственные воспоминания Кэти об их первой встрече были совсем другими. До того памятного дня она и слыхом не слыхивала об Александре Серрано. В тот год она заканчивала школу, совершенствуясь в искусстве аранжировки цветов… Курс занятий под названием «Мужчины» стал бы куда полезнее, подумала Кэти с горьким юмором.
Тогда Алекс появился в дверях оранжереи в доме ее отца неожиданно, без приглашения. Очевидно, сначала горничная проводила мистера Серрано в гостиную, где тот должен был дожидаться отца. Наверное, Алекс увидел ее в окно, и, чтобы добраться до нее, ему пришлось проделать немалый путь-покинуть гостиную, пересечь холл, миновать еще одну комнату и зайти в оранжерею через французское окно. Как же он посмел обвинять Кэти, что она нарочно подстроила эту встречу?
Подняв голову от цветов, Кэтрин увидела его потрясенные глаза и… да, да, с первого взгляда влюбилась по уши. Она увлеклась этим мужчиной, как совершенным творением природы. Он напоминал бога, сошедшего к простой смертной с Олимпа, и Кэти почувствовала себя совершенно ошеломленной: колени подогнулись, а разум охватило странное волнение.
– Вы как дыхание весны среди холодного зимнего дня, – патетически произнес Алекс, пожирая глазами юную девушку.
Да, Серрано действительно сказал эти слова. Наверное, где-нибудь вычитал и запомнил на всякий случай. Теперь в это трудно поверить. Секатор выпал из онемевших рук Кэт. Алекс поднял инструмент и неожиданно смутился. Да, определенно смутился, будто одно полушарие мозга приказывало ему немедленно ретироваться, а второе велело оставаться на месте.
Кэтрин не пришло в голову, что незнакомец намеренно искал ее; девушка искренне решила – гость заинтересовался ее цветами. Серрано к месту задавал вопросы и ухитрился скрыть каким – то образом, что еще ни разу в жизни не прикасался к росшему в земле цветку.
Алекс даже сказал, что ее глаза напоминают фиалки. Этот комплимент прозвучал не более ловко, чем первый, и создал у девушки впечатление: при всей импозантной внешности гость почти застенчив. Застенчив? Алекс?
Сколько времени молодые люди провели в оранжерее? Он ничего не сказал о встрече с отцом – похоже, просто забыл о ней, пока горничная, пришедшая позвать Кэти к Кристофу, не всполошилась, застав хозяйку в обществе незнакомого молодого человека.
– Я скажу папе, что вы ждете его, – пообещала Кэти и взлетела по лестнице в кабинет отца.
– Кто он? – напрямик спросила девушка, описав незнакомца словами, заимствованными из тех знойных, душещипательных романов, которыми зачитывалась в ту пору.
– Александр Серрано… – Кристоф холодными прищуренными глазами посмотрел на разгоревшееся лицо дочери.
– Мистер Серрано уже давным-давно здесь, – заверила Кэтрин. – Как ты думаешь, не пригласить ли его к обеду?
– Кажется, этот человек произвел на тебя впечатление.
– Он женат? – не отвечая, спросила девушка.
Алекса пригласили отобедать, и в этом действительно была ее вина. Отец сошел вниз, извинился и вскоре оставил молодых людей наедине, так что все время до обеда Алекс провел с Кэти, расспрашивая ее о школе.
На следующий день Серрано повез Кэти кататься на лошадях, но Кристоф отнесся к их прогулке с подозрением, и Кэтрин показалось: отцовская опека пришлась Алексу не по душе.
– Подозреваю, когда вы вернётесь домой, то подвергнетесь дактилоскопической экспертизе, поэтому я не буду вас целовать, – сухо сказал Серрано. – И сам не знаю, зачем связался с вами. Вы слишком молоды.
Прошла неделя, от Алекса не последовало ни звонка, ни визита, и Кэти очень переживала. С холодным удивлением Кристоф обнаружил причину её горя и бесстрастно посоветовал дочери скрывать свои чувства.
– Серрано может заполучить любую женщину какую захочет, – сказал отец. – Но я хочу видеть его рядом с тобой только в качестве жениха.
– Ты так ему и сказал? – задохнулась Кэтрин.
– Можешь относиться к себе как хочешь, но я знаю тебе цену, – бросил отец тоном, не допускающим возражений. – Я посылал дочь в лучшие школы, чтобы та могла занять подобающее место в любом обществе. Интрижка с Серрано не для тебя. А на большее он не пойдёт, только если это будет сулить ему выгоду.
Александр появился у них в конце второй недели, мрачный и откровенно агрессивный. Снова остался на обед. Кристофер, напротив, пребывал в прекрасном расположении духа, но был весьма сдержан. Он внимательно наблюдал за молодыми людьми, лишь изредка вмешиваясь в разговор.
Два дня спустя Кристоф позвал дочь в кабинет и спокойно сообщил, что у него есть значительное количество акций некоей пароходной компании, в приобретении которых Алекс очень заинтересован.
Я предложил ему эти акции в качестве свадебного подарка. – невозмутимо закончил Кристоф.
Кэтрин испугалась и почувствовала себя глубоко несчастной. Да, она с ума сходила по Алексу, но то, что отец хладнокровно предложил Серрано взятку за брак с дочерью, заставило девушку содрогнуться от унижения.
– Серрано прекрасно понимает такие вещи, – успокоил ее отец. – Я полагаю, ты сама понимаешь, что такой крутой парень, как Александр Серрано, не стал бы и заикаться о свадьбе, если бы эта сделка не стала для него выгодной. Эти акции могли бы стать твоим приданым. Выбор за тобой. Так хочешь ты за него замуж или нет?
Задыхаясь от рыданий, девушка в отчаянии выбежала из комнаты. На следующий день Кристоф без всяких эмоций сообщил дочери о своей болезни сердца. Отец сказал, что не знает, сколько ему осталось, и поэтому он весьма обеспокоен ее будущим. Эта новость сразила Кэти.
Кристоф же превозносил достоинства Серрано. Каким бы суровым тот ни казался, он будет относиться к жене с должным уважением… Такие брачные контракты в Англии и Испании обычное дело… Если она выйдет замуж за Алекса, то будет устроена на всю жизнь и может не бояться за свое будущее…
– Но он не любит меня! – протестовала девушка.
Отец посмотрел на дочь с ледяным презрением.
– Он хочет тебя.
– Не так сильно, как эти проклятые акции, – упрямо прошептала Кэтрин.
– От тебя зависит, во что выльется ваш брак. Я даю тебе возможность выйти замуж за человека, которого ты любишь…
Кэти вернулась к действительности и в отчаянии стиснула руки. Пять лет назад Кристоф мог бы сказать иначе: «Я преподношу тебе Александра Серрано на блюдечке с голубой каемочкой». Девушка содрогнулась от отвращения, презирая себя за наивность. Алекс был приведен к алтарю в наручниках, опутанный цепями шантажа, и даже Кристоф не скрывал, что любовь не имела с этим браком ничего общего. О чем она тогда думала?
В дверь постучали. Вошел слуга и объявил, что обед подан. Кэти вздрогнула: неужели так поздно? Каждый вечер в восемь часов ей звонил Джери. Он знал: Кэти по вечерам всегда дома. Скажет ли ему Прим, что она в Париже? Девушка сняла трубку стоявшего на тумбочке телефона и набрала номер лондонской квартиры Джери. Ответ последовал почти сразу же.
– Где ты, черт возьми? – резко и требовательно вопросил Джери. – Прим сказал, что мистера и миссис Серрано нет дома. Какого черта? Что это значит?
– Нам пришлось улететь в Париж…
– Нам? – перебил ее любимый звенящим от удивления голосом.
– Видишь ли, возникло некоторое затруднение с завещанием Кристофа, и мне пришлось лететь с мужем, – смущенно объяснила Кэти. – Завтра буду дома, дорогой. Я люблю тебя.
– Какое еще затруднение? – Похоже, Джери очень рассердился.
– Ничего особенного. – Кэтрин старалась говорить непринужденно. Она не собиралась выплескивать на Джери всю эту грязь, которую вылил на нее Серрано. По крайней мере, не сейчас, по телефону…
– Ну ладно… Значит, Серрано вывез тебя в свет полюбоваться красотами Парижа? – насмешливо спросил Джери.
– Алекс… вывез меня в свет? Должно быть, ты шутишь. – Кэтрин выдавила смешок, почувствовав облегчение при мысли, что любимый больше не сердится. – Я так скучаю… Ни на минуту не перестаю думать о тебе.
– Завтра еще не скоро, – в сердцах пробурчал разгневанно молодой человек.
– Сама жду не дождусь… Но я больше не могу использовать салон как прикрытие, – неожиданно вспомнила Кэти, лихорадочно соображая, как избавиться от телохранителя, не прибегая к веревке, спущенной из окна спальни.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?