Текст книги "Дороги колдовства (сборник)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dorogi-koldovstva-sbornik-77187.jpg)
Автор книги: Екатерина Неволина
Жанр: Детская фантастика, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Посещение собора закончилось вовсе не на романтической ноте. Когда орган смолк и слушатели стали расходиться, обнаружилось, что Мишка умудрился заснуть и даже сладко похрапывал.
Мы вернулись в гостиницу, где ждал торжественный рождественский ужин. Признаюсь, я чувствовала себя слишком уставшей и переполненной впечатлениями, чтобы уделить ему достойное внимание, и отправилась спать, едва попробовав замечательную утку с черносливом.
* * *
Я стояла на башне замка, одетая в старинное платье с широкими летящими рукавами. Волосы тоже свободно летели по ветру светло-золотой волной. Я видела себя одновременно и снаружи, и как бы изнутри.
Внизу, на дороге, был рыцарь в темных доспехах и на вороном коне, нетерпеливо перебирающем ногами. Кажется, я провожала рыцаря в дальний путь, но при этом никак не могла вспомнить его лица. Я пыталась разглядеть его, но было слишком далеко, к тому же на всаднике – глухой шлем с когтистой птичьей лапой на макушке.
Была зима, снег лежал на перилах и на открытой площадке у меня под ногами, а снежинки все опускались и опускались, медленно танцуя с легким ветерком. Я захотела поймать одну из них в открытую ладонь, но сделала резкое движение и… проснулась.
Серый предутренний свет проникал в комнату сквозь неплотно задернутые шторы. Я приподнялась на кровати и удивленно огляделась, вспоминая, где нахожусь. На соседней кровати тихо сопела Наташка, должно быть, видя десятый сон, а на тумбочке возле меня лежал рождественский ангел, сделанный из золотисто-коричневого пряного теста. Наверное, подруга принесла его, когда я уже уснула. Я осторожно взяла хрупкую фигурку и улыбнулась. Рига… Рождество… чего еще можно желать?..
Глава 3
Снег на старой площади
А с утра мы уже садились в автобус, покидая город. Несколько дней – до 28 декабря – предстояло провести в Юрмале. Это знаменитый латвийский курорт. Многие приезжают сюда летом, мы попали зимой, однако впечатления от этого оказались не менее яркими. Высокие тонкие сосны, кажущийся нереальным заснеженный пляж и бурное море, темно-серое, как и небо над ним, поразили мое воображение. Мы много гуляли, как в детстве, катались на санях, разглядывали хорошенькие, словно кукольные, домики с черепичными крышами. Дни проходили весело, ночи пролетали быстро – я спала спокойно и, кажется, даже без сновидений. В общем, время пробежало незаметно, и мне было немного жаль покидать уютную Юрмалу. Но и Рига манила к себе – таинственностью и какой-то серьезной торжественностью.
Мы вернулись в ту же гостиницу, заняли прежние номера, а после обеда вновь отправились на прогулку. В день приезда нам удалось посмотреть только маленькую часть города, поэтому сейчас открывали его для себя заново.
Рига – очень романтичный город. По нему хорошо гулять вдвоем, взявшись за руки. Как Наташка и Юра.
Они идут на шаг впереди меня, слишком занятые друг другом и своими впечатлениями, чтобы обращать внимание на что-то еще. И, честно сказать, я их понимаю.
– Давай отстанем! – шепчет, обернувшись ко мне, Наташка.
Ее глаза задорно сверкают, щеки разрумянились от мороза, а из-под белой шапочки выбились темные, с проволочной рыжиной, пряди волос. Она сейчас очень красивая. Этот город идет ей, и я понимаю, почему Юрка смотрит на нее, не отводя взгляда.
Мне бы надо отказаться, но сказка слишком манит к себе, и, не выдержав, я киваю.
Чуть отстать от группы и нырнуть в узкий проход между домами – несложное дело. И вот уже мы втроем идем по незнакомым улицам среди чужих людей. Вернее, не втроем: их двое и я следом. Мы заходим в кафе, витрина которого украшена разноцветными огоньками новогодней гирлянды, берем горячие вафли и кофе латте в высоких бокалах, о которые можно греть озябшие на улице пальцы.
– Хорошо, что мы сюда приехали, – говорит Юрка, заботливо подвигая к Наташке тарелочку с вафлями, политыми темным, густым, сладко пахнущим сиропом.
Наташка смотрит на своего парня счастливыми глазами и кивает.
А я снова чувствую себя одинокой. Даже когда подруга, спохватившись, заводит общий разговор, расспрашивая меня о чем-то.
Выйдя из кафе, Наташка и Юрка пошли рядышком, держась за руки. Они даже сняли перчатки, чтобы чувствовать тепло рук друг друга. И только мои пальцы нещадно мерзли, несмотря на дурацкий утеплитель.
Глядя на идущую впереди пару, я замедлила шаг. Наташка и Юрка не оглянулись. Хорошо… Я остановилась, прильнув щекой к шершавому стволу обмотанного гирляндами дерева, и, словно партизан из засады, наблюдала за их удаляющимися спинами. Они не заметили моего исчезновения. Я знала, что не нужна им. Конечно, через какое-то время они очнутся и даже поорут: «Марина! Марина!» – но мне не нужны жалкие подачки чужого внимания. Резко развернувшись, я пошла прочь.
Узкие улицы были запружены народом. Щелкали фотоаппараты, рассказывали что-то многочисленные гиды. Рига оказалась полным-полна туристов. Затеряться среди них – проще простого. Я и шла от толпы к толпе, прибиваясь то к одной, то к другой экскурсии, ловила обрывки фраз и историй – то на русском, то на английском. По мне скользили чужие равнодушные взгляды. Я была белой вороной на чужом пиршестве, вороной, которую никто не замечал.
Старый собор – тот самый, где мы слушали органную музыку, – вырос передо мной внезапно. Такой огромный и красивый, словно он снился мне. Очередной экскурсовод рассказывал что-то скучающим туристам, но я, не слушая, шагнула вперед. Между камнями, составлявшими стену, темнели глубокие щели, похожие на старые раны. Сами камни были словно обкатаны временем. Не в силах удержаться, я сняла перчатку и приложила ладонь к гладкой поверхности. На минуту мне вдруг показалось, что собор живой и дышит.
Я пошла вдоль стены, очерчивая пальцами свой путь, пока не наткнулась на большую плиту, вмурованную среди прочих камней. На ней был выбит уже почти стершийся, едва различимый, странный крест, напоминающий цветок. Удивительно, но эта плита показалась мне иной, словно бы чужеродной собору. И еще. От нее будто веяло сыростью. Пальцы вдруг обожгло холодом, и я отдернула руку.
Бывает ли у вас странное ощущение, словно на вас смотрят? Так и казалось, что мне в затылок уперся чей-то тяжелый взгляд. И я застыла у стены, боясь даже пошевелиться. Затылок ломило, но оглянуться не было сил.
Ерунда. Расскажи я об этом Наташке, она, конечно, посмеялась бы надо мной и сказала, что во всем виновата моя любовь к чтению и обилие новых впечатлений. Ничего необычного, просто порой я бываю мнительна.
Умом я понимала все это, но рассудок словно отключился, существуя отдельно от меня. Остались только тревога и ожидание. Чего? Я и сама не знала.
– Тебе тоже нравится это место?
Незнакомый мальчишеский голос прозвучал так внезапно, что я, готовая к неожиданностям, испуганно вздрогнула.
Я оглянулась.
На вид ему было, наверное, лет семнадцать. Серое короткое полупальто, светлые джинсы, небрежно повязанный черный шарф, растрепанные светлые волосы и серые колючие глаза… Не похож на туриста. Скорее рижанин, хотя и говорит чисто, без акцента.
– Странное место. Стремное какое-то, – ответила я, продолжая совершенно беззастенчиво разглядывать парня.
– А ты права, – он улыбнулся, и на щеках появились ямочки. Ну точно прибалт – как из старого фильма, который мы с мамой смотрели совсем недавно. – Знаешь, в Средневековье был дикий обычай – те, кто желал возвыситься в Царстве Небесном и пострадать на земле во имя Христа, решались на странный подвиг: велели замуровывать себя в стенах храма и погибали через какое-то время от жажды и голода. Очень мучительная и тяжелая смерть, но люди верили, что после – прямая дорога на небеса, как на скоростном лифте: раз – и уже в раю. Уверен, что в этой стене можно найти не одно такое захоронение. Кстати, места таких погребений помечали особым знаком.
Я тревожно покосилась на странный крест и невольно отступила от стены, едва не налетев на чересчур умного незнакомца.
– Зачем ты меня пугаешь? – спросила я.
– Я не пугаю, я рассказываю. Рига вообще полна тайн. В старом городе, которому уже почти девятьсот лет, каждый камень – это история. Основали Ригу немецкие рыцари, прибывшие сюда во главе с епископом Альбертом.
Услышав про рыцарей, я насторожилась и стала слушать внимательнее.
– Они обманом получили у жителей кусок земли, – продолжал парень, – вообще-то такая легенда есть, скажем, и у греков. Когда гости прибывают к чужим берегам и просят у местных кусок земли размером с бычью шкуру. Местные, конечно, смеются и соглашаются, думая, что могут отдать такую малость чудакам-пришельцам. Но не все так просто. Прибывшие разрезают шкуру на тоненькие-тоненькие ремешки, благодаря чему удается окружить и получить в собственное владение весьма солидный земельный надел. А глупым хозяевам остается только кусать локти.
– Да, здорово, – согласилась я. – И что же после? Неужели обманутые прощают?
– Нет, конечно. Местные жители вели с орденом беспрерывные бои, а рыцарские замки то и дело подвергались нападению. Так случилось, например, и с замком Бауски. Его строительство рыцари поручили очень известному архитектору. Были составлены планы, закипела работа. День ото дня стены становились все выше и выше, и вот в небо уже поднимались прекрасные башни, однако масштаб работ оказался таким грандиозным, что до окончания было далеко. И вот одной безлунной ночью подкрались литы. Случилось так, что оба стоящих на страже воина заснули, и враги беспрепятственно миновали их, поднялись в башню, нашли и жестоко убили мастера, а после сожгли все чертежи – чтобы замок уж точно никогда не был возведен…
Он сделал паузу. Я слушала, позабыв о холоде и, наверное, глупо раскрыв рот.
– Так вот, – таинственно произнес незнакомец, – литы не знали, что в казне ордена меченосцев, так называли себя рыцари, хранились копии всех чертежей, поэтому замок все-таки достроили… Однако судьба его не оказалась счастливой. Его беспрестанно захватывали, жгли, разграбляли, пока не уничтожили ровно через пятьдесят лет. Остались только руины, но есть много свидетелей, уверяющих, будто каждое полнолуние на самой высокой башне замка Бауски появляется человек, укладывающий камни. Это убитый мастер, а оба провинившихся стражника искупают свой грех, подавая ему кирпичи и поднося раствор.
– Бр-р! – сказала я, зябко поводя плечами. – Мрачная история. Но все это – дела давно минувших дней.
– Не скажи, – парень хитро покосился на меня. – Ты вот как учишься?
Не ожидая такого вопроса, я, естественно, растерялась.
– Нормально. В основном четверки-пятерки, но вот почти в конце четверти, как специально, пару по физике схватила. За невыполненное домашнее задание, – зачем-то призналась я.
– Пару, говоришь? – он подмигнул. – А вот в рижских университетах в тот момент, когда в городе начинается строительство новых зданий, резко повышается успеваемость.
Он снова замолчал. Я понимала, что он ожидает от меня вопроса, и собиралась было разочаровать его, но любопытство все-таки взяло верх.
– Ну и почему? Рассказывай!
– А потому, что в старину существовал славный обычай: чтобы здание стояло века, нужно замуровать в основание человека. Последняя такая жертва была принесена… в начале двадцатого века. Тогда как раз строился центральный Рижский рынок, и ректор университета, по совместительству – глава тайного общества, предложил принести в жертву самого нерадивого и бесполезного студента. Такой был выбран. Члены тайного общества заманили беднягу к себе, напоили рижским бальзамом и, приковав к стене подземелья тяжелыми цепями, замуровали. Говорят, жители до сих пор боятся спускаться в разветвленные подземные ходы, находящиеся под рынком, поскольку там частенько появляется призрак бедного юноши, который громко стенает, гремит цепями и жалуется, обещая учиться лучше.
– Врешь! – не выдержала я.
– Конечно же нет. Такая легенда существует.
– Ну тогда ее придумали преподы, чтобы поднять успеваемость! А что, удобно! – догадалась я.
– Не уверен, – незнакомец улыбнулся, и на его щеках снова показались лукавые ямочки.
– А что с рыцарями?
– Они успели хорошо погулять в этих краях, прежде чем орден все же распался. Эпоха его владычества закончилась. Местные земли отошли под власть Польши, затем Швеции, а потом уж и России.
– Откуда ты так много знаешь? – спросила я.
Он пожал плечами.
– Просто мне интересно.
Я хотела спросить его еще о чем-то, но вдруг отчетливо расслышала свое имя.
– Марина! Марина! – кричал кто-то.
На другой стороне площади стояли Наташка и Юрка и отчаянно махали мне руками.
– Это меня, – рассеянно обернулась я к незнакомцу.
– Ну что же, тогда пока!
Он отсалютовал мне рукой и двинулся было прочь, но вдруг обернулся.
– Вспомнил! – воскликнул парень, изрядно удивив меня. – Пока мы болтали, я все пытался сообразить, где мог тебя видеть.
Я презрительно скривила губы: подумаешь, тоже мне – оригинальный способ знакомства. Тем более что вполне можно было без него обойтись: диалог и так шел.
– Ну и где? – спросила я скорее из жалости к его повисшей в морозном воздухе реплике.
– В книге, – ответил он, ничуть не смущаясь нелепости своего ответа.
Я растерялась.
– То есть? Ты шутишь?
– Да нет же. В старинной книге. Она хранится в местном музее. Готов поспорить: в ней есть портрет девушки, похожей на тебя как сестра-близнец, только в одежде века, наверное, пятнадцатого. У тебя не было сестры-близнеца в пятнадцатом веке?
Кровь ударила мне в лицо, заливая щеки багровым румянцем гнева.
– Ты издеваешься?!
– Нет. Не веришь – могу доказать!
Я перевела взгляд на маячивших вдалеке Наташку и Юру. Мы и так задержались. Галина Дмитриевна наверняка уже заметила наше отсутствие и подняла всех на ноги.
– Сейчас не могу, тороплюсь. Где мы с тобой сможем встретиться? – быстро спросила я.
Наташке надоело ждать, она направлялась к нам.
– Давай здесь же. Приметное место, – улыбнулся парень. – Хорошего тебе вечера и приятных впечатлений!
– Подожди, а как тебя зовут?
– Артур, – небрежно бросил он через плечо. И ушел, растворившись в снежной дымке.
Артур – ну точно рижанин…
– Маринка, ты куда делась? Мы тебя уже целый час разыскиваем! – затормошила меня подбежавшая Наташка. – А с кем это ты разговаривала?
– Так, – я махнула рукой, – парень местный. Байки про Ригу рассказывал.
– Симпатичный? – тут же поинтересовалась подруга.
– Не обратила внимания.
Я ответила почти правду. Внешность Артура большого значения не имела, и решить, симпатичный ли он, сложно. Все эти нордические блондины с правильными чертами лица и обаятельными ямочками на щеках – на любителя. Меня такие никогда не волновали. Люблю другой типаж.
– Как это не обратила внимания?! Куда же ты вообще смотрела? – расстроилась Наташка. Присоединившийся к нам Юрка посмотрел на нее с укором. – Вдруг это настоящий сказочный принц?
– Если и принц, то не мой, – ответила я раздраженно. Что-то мне стало казаться, что Наташка мечтает подыскать мне пару, чтобы я не таскалась за ними хвостиком. Ей подойдет любой мало-мальски симпатичный рижанин с ямочками. Вот и пусть забирает себе, мне уж точно не надо.
– Девчонки, пойдемте в гостиницу, а то Галина Дмитриевна уже звонила, интересовалась, где мы, – примирительно сказал Юрка.
Я вытащила из сумки мобильник. Один пропущенный звонок. Странно, я не слышала вызова. Как будто в тени собора стала недосягаемой, хотя это, конечно, опять фантазии – скорее я просто заслушалась рассказчика.
Но пора идти. Не нужно обращаться в Гидрометцентр, чтобы предсказать: сегодня нас ждет буря.
По возвращении нас действительно ждала хорошая выволочка, после которой мы были отправлены сначала под конвоем в столовую, где уже остывал в общем очень даже неплохой ужин а-ля шведский стол, затем – по своим комнатам.
– И что с вами делать, – вздыхала классная. – О чем только вы думаете! Поймите, вы подводите не только себя, но и меня. Пока мы находимся здесь, я за вас отвечаю.
– Извините, Галина Дмитриевна, – серьезно произнес Юра. – Больше не повторится.
Мы с Наташкой молчали. Мне было действительно стыдно. Разумеется, я не хотела никого подводить…
А ночью мне приснился странный сон.
Воздух был сер от густого дыма и обжигал огнем легкие. Каждый вдох давался с трудом. Я продиралась сквозь него, едва переставляя отяжелевшие ноги.
Где-то на горизонте пылал пожар, окрашивая небо в тревожный оранжево-черный. Оранжевое пламя, черный дым. Гул огня, крики людей, лязг металла смешались в один тугой клубок. Все бежали куда-то. Я не понимала, что происходит, но тоже побежала – мимо суматошно мечущихся людей, мимо полуразрушенных зданий, спотыкаясь на выщербленной мостовой.
И вдруг весь этот шум притих, отошел на второй план, и сквозь него донесся громкий перестук копыт.
«Это за мной», – явственно, как и бывает во сне, вдруг поняла я.
Мне стало страшно и захотелось забиться далеко-далеко, в любую щель, лишь бы не попадаться на глаза тому, кто приехал за мной.
Я повернула, бросилась в какой-то проулок, пытаясь укрыться среди низких полуразрушенных домов… Но было поздно. Дробь конской поступи доносилась уже со всех сторон, и в один миг передо мной вдруг возник огромный, вороной, как мрак ночи, конь. Он поднялся на дыбы и забил копытами перед самым моим лицом. Я вскрикнула. Восседающий на коне человек был одет в глухие вороненые доспехи. На его шлеме красовалась когтистая птичья лапа, а лицо скрывало опущенное забрало.
Рыцарь протянул ко мне руку в латной перчатке.
Я отступила и метнулась прочь, но поздно. Сильная рука схватила меня и, подняв, швырнула на седло. Я захлебнулась студеным воздухом и поняла, что не могу дышать от пронзительной боли в груди, и снова закричала.
* * *
– Марина! Марина!
Я чувствовала, как чья-то рука трясет меня за плечо, но боялась открыть глаза.
– Марин, что с тобой?
Понемногу я начинала понимать, что слышу Наташкин голос. Разомкнув плотно закрытые веки, я убедилась, что нахожусь в гостинице, в своей постели, а обеспокоенная подруга стоит надо мной в одной ночной рубашке.
– Это ночной кошмар, – произнесла я не слишком уверенно. В груди еще ощущалась смутная боль, а ноздри, кажется, до сих пор улавливали запах дыма и металла.
– Ты кричала, – пояснила Наташка, усаживаясь на край моей кровати.
Я молча кивнула, все еще пытаясь прийти в себя. Очень странный сон. Очень живой и яркий. Настолько, что даже реальность после него кажется бледной, будто смазанной. Опять рыцарь. Хотя, если подумать, для сегодняшнего сна есть весьма логичное объяснение. Встреченный парень рассказывал мне о рыцарях-тевтонцах, штурмах и ратных подвигах. Очевидно, истории произвели на меня большее впечатление, чем мне самой показалось вначале.
– Мне снилось, что меня похитили, – тихо проговорила я. – Рыцарь в шлеме, украшенном птичьей лапой… Он уже снился мне. Сама не знаю почему, но боюсь его до дрожи.
– Не бойся, это только сон, – успокоила подруга, присаживаясь на кровать рядом со мной. – Мне тоже иногда снятся повторяющиеся кошмары. Один из них – про то, как я застреваю в лифте. Но ничего, пока обходилось…
Я кивнула, и мы помолчали.
– Марин, а как ты думаешь, мы с Юркой друг другу подходим? – Наташка зябко поежилась, устроилась на моей кровати, подтянув к подбородку ноги, обхватила их руками.
Вопрос прозвучал неожиданно. Вот уж о чем не думала сейчас. Хотя лучше уж говорить о Юрке. Вообще о чем угодно, лишь бы позабыть приснившийся кошмар, при одном воспоминании о котором меня начинала бить дрожь.
– Да, конечно, подходите. Это сразу видно, – поспешно ответила я.
И Наташка облегченно вздохнула.
– Ты на меня не обижайся, – продолжала она. – Все так неожиданно закрутилось, я и сама не думала… Помнишь, как мы сидели у костра, а рядом плескались волны озера, и было светло, почти как днем… Я тогда посмотрела на Юрку и поняла, что не видела его до этого времени. Представляешь, мы учились вместе с первого класса, но, чтобы разглядеть человека, потребовалось уехать далеко-далеко от дома! Но я тогда еще не знала, что тоже нравлюсь ему… Я подошла, сказала какой-то пустяк, что-то банальное вроде того, что он хорошо поет, а он вдруг улыбнулся, посмотрел мне в глаза и, взяв за руку, посадил рядом…
Разумеется, я помнила все. Слишком хорошо помнила.
– Счастливая ты, Наташка, – выдохнула я куда-то в подушку.
– Ох, – в голосе подруги опять послышалось беспокойство. – Ты не переживай, Маринка. Ты знаешь, какая ты красивая! Помнишь, как я плакала оттого, что у меня не такие волосы, как у тебя?
Я покосилась на Наташкины волосы – пышные, блестящие и тяжелые – не то что мои, очень тонкие и легкие. Было бы чему завидовать!
– Ты самая лучшая и обязательно встретишь свое счастье. Совсем скоро. Скорее, чем ты думаешь, я тебе обещаю! – неожиданно произнесла подруга.
Я улыбнулась. Иногда мне начинало казаться, что я старше той же Наташки лет, наверное, на десять.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?