Текст книги "Серебро и пламя. Книга 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/serebro-i-plamya-kniga-2-222922.jpg)
Автор книги: Екатерина Полянская
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Кто бы знал, что в не открывшемся еще отеле окажется так неспокойно?
Я ускорила шаг, опасаясь, как бы мой ледяной кронс никого не убил.
– Договорились. Я пришлю свои идеи, а через два месяца встретимся в Герне и все обсудим.
Мужчины пожали друг другу руки.
Убивать тут явно никто никого не собирался.
Я подошла ближе… а потом непроизвольно поступила как Мериэль. То есть попыталась спрятаться за Эрихарда.
Ох уж эта моя восприимчивость!
Один удар сердца. Такой сильный, будто меня стукнули по голове.
И все встало на свои места…
– А вот и ты. – Жених выловил меня из-за спины и продемонстрировал собеседнику. – Моя невеста, Ллана. Знакомься, это Лиалек Хеннингсен.
О…
Тот самый?!
Бизнесмен, миллионер, разработчик сотен технических достижений, меценат. Я фотографировала его в числе прочих журналистов, когда он запускал в одном университете программу, помогающую талантливым парням и девушкам из необеспеченных семей попробовать воплотить в жизнь свои проекты. А потом он пропал из поля зрения прессы… Вроде бы его невеста оказалась в коме, и больше года он провел у ее постели. Даже не знаю, чем там все кончилось. В смысле, выжила она или… Хотя раз бегает тут в своем синем сарафане и треплет мне нервы, то точно выжила.
– Рад встрече, – улыбнулся самый молодой миллионер Станьеля за какой-то там год и дернулся подать мне руку, но вовремя передумал.
Видимо, Эрихард успел его предупредить.
Я вспомнила, как это должна делать кронс-тьера, и вежливо улыбнулась.
– Вроде он нормальный, – заметила я, когда Хеннингсен нас покинул, а мы поднимались в номер.
– Оказывается, выбираться из Тенерры полезно хотя бы с точки зрения нужных знакомств, – поделился Эрихард открытием, которое сделал без меня.
В номере я вцепилась в планшет.
«Лиалек Хеннингсен, личная жизнь».
Так и есть, всего одна невеста. Силь Этзе… серьезно пострадала во время испытаний новой модели гоночного слоттерса. А он, несмотря на толпы красавиц, которые жаждали воспользоваться моментом, почти не покидал ее больничной палаты.
Девушка вроде бы та же.
Тогда почему они так ругаются, что от их эмоций меня начинает мутить?
– Снежность, тебе не говорили, что лезть в чужие тайны нехорошо? – насмешливо поинтересовался Эрихард, заглядывая в планшет через мое плечо.
– Нет.
– Оно и видно.
Следующий день отличился сразу двумя событиями. Ну, не беря в расчет съемки и знакомство с архитектором, по чьему проекту был построен отель. Последним я, конечно, была обязана Эрихарду, который как магнитом притягивал к себе других влиятельных людей. И это притом, что они понятия не имели, кто перед ними! Кронс представлялся аристократом с Тенерры, одним из многих.
Так вот. Мы как раз вернулись в номер и я готовила пленки к отправке в лабораторию, когда планшет издал жизнеутверждающий звук. А через минуту Эрихард сообщил:
– Тут пишут, что твои статьи о Тенерре приняли.
Вопль восторга, наверное, был слышен в Грее.
Я висла у него на шее, смеялась и чувствовала себя совершенно счастливой.
Хоть бы и дальше все шло вот так… Потому что лучше невозможно!
Пятнадцать минут спустя Эрихард ушел в душ, а я как раз заканчивала подписывать последний конверт, чтобы уже сегодня отправить, когда снизу донесся недовольный голос:
– Это была месть, да?
Синий сарафан.
Ладно, сегодня серебристая пижама.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты в буквальном смысле сбила меня с ног. Понятия не имела, что можно опьянеть от чьей-то радости.
Я тоже.
Надо будет обсудить вновь открывшиеся способности с Флэей.
– Понимаешь теперь, каково мне было? – спросила меланхолично, поглядывая на нее сверху вниз.
– Пожалуй… да. Извини за вчерашнее. Иногда я веду себя не по правилам.
С ней было удивительно легко говорить. Как… с воображаемым собеседником, чистым листом бумаги или со своим отражением в зеркале. Странно так. Я совсем не смущалась, не репетировала мысленно каждую фразу и не мечтала спрятаться.
– Проехали. – Махнула рукой. – Меня зовут Ллана.
– Силь, – представилась невеста Хеннингсена и сразу же запнулась… а потом вообще передумала: – То есть Исантия. Иса.
Однако.
– Но мы уже собираемся, так что мне пора.
Когда она пропала из виду, я еще какое-то время провожала ее невидящим взглядом.
Обычно приятно обнаружить, что не только у тебя запутанная личная жизнь. И не личная тоже. Но сейчас приятно мне точно не было, а было как-то не по себе.
Глава 5. Стылые Пустоши
Путешествие через Намарр прошло без потрясений и оказалось захватывающим. В первый момент я всерьез заподозрила, что перед глазами Тенерра, таким серебристым все выглядело. Но здесь не было той бережно хранимой старины, которая так восхищала в моем новом доме. Только протыкающие небо небоскребы, серые улицы и серебристые искусственные растения. Все эффектно, но мертво.
Я поснимала немного, но пальцы не чесались. И салат с искусственно сгенерированными морепродуктами показался пресным. Зато, безусловно, полезным и не несущим вреда ничему живому, как уверял буклет.
Эрихард же откровенно наслаждался. Больше свободой и своим статусом инкогнито, чем самим Намарром, на самом деле. Но его восторг отзывался покалыванием внутри меня, а блеск в глазах и широченную улыбку он сдерживал, без конца напоминая себе, что тенерский аристократ, тем более кронс, должен быть холоден как лед.
Горячий лед, как шутила я.
Впрочем, на тот момент самого красивого мы еще не видели.
Эрихард арендовал еще один слоттерс. Зачем? Понятия не имею. Пока он сам не захочет, из него объяснений клещами не вытащишь.
Пересечь измерение быстро существовал лишь один способ. Слоттерсы цеплялись к длинному составу, и он перемещался по скоростной железной дороге, проходящей над Намарром. От скорости закладывало уши. Ощущения были, как на Безумных Горках. Но какие оттуда открывались виды!
Сумасшествие.
Небо… Зачем я только съела тот невкусный салат?!
– Снежность, ты как, жива?
Он издевается?!
– Лучше придуши меня, – простонала, всем своим видом демонстрируя, как мне плохо, ужасно… и вообще, больше никогда я не повторю подобной ошибки!
– Увы, я слишком люблю тебя, – отшутился кронс.
И страдальческим вздохом его не проймешь.
Тем более что у него на меня оказались планы:
– Сможешь вести слоттерс?
– Наверное…
Что там вести, достаточно просто включить автопилот и контролировать его немного.
– Отлично.
– А ты? – От ощущения переворачивающихся внутренностей я не сразу вспомнила, что средств передвижения у нас с некоторых пор два. – Стой, почему мы должны лететь раздельно?!
– Поддельные документы пройдут и этот контроль, но чем ближе к Тенерре, тем меньше оэни дает маскировки, – посвятил меня в некоторые тонкости конспирации жених. – Стоит нам вылететь из перехода, меня узнают.
– Как же ты попадешь домой?
Идей не было. Даже абсурдных.
– Через нелегальные переходы, – невозмутимо пояснил Эрихард.
Нас как раз слегка подкинуло. От шока я не удержала равновесие и стукнулась лбом о приборную панель.
Ай-й!
– Ллана, осторожно!
Будешь тут осторожной, когда так шокируют!
– Это безопасно? – Я тронула лоб и тихо порадовалась, что не разбила его в кровь. – Эй, убери это непроницаемое лицо! И не смей мне врать!
Ледяной поморщился. Тот факт, что я так запросто раскусила попытку заговорить мне зубы, явно вызывал у него досаду.
– Запрещенный прорыв пространства не может быть безопасным, – все же признал он. – Если честно, я удивлен, что при своей деятельности ты не знала про такой способ.
– Я всегда соблюдаю законы.
– Вот и умница.
Мое внимание опять старались увести в сторону. Мягкий тон… восхищенный взгляд на что-то за окном. Ну-ну. Хорошая попытка. Вот только виды меня перестали интересовать еще несколько минут назад.
– Темные стекла? Какая-нибудь иллюзия? – Еще не погибла надежда найти чуть менее незаконный вариант. – Хочешь, я спрячу тебя в багажнике и для отвлечения внимания устрою скандал на выходе из перехода?
Последнее стало бы для меня настоящим подвигом, и Эрихард, конечно, это оценил, но все же вынужден был покачать головой.
– Снежность, ты ведь знаешь, какими пронырливыми могут быть журналисты. А мы с тобой теперь едва ли не самая сладкая цель в Тенерре.
Засада.
И как в этом жить?
– Отлично. – Я злилась больше на ситуацию, но фыркнула на того, кто оказался в пределах досягаемости. – Тогда я лечу с тобой!
– Что?!
Такого кульбита он от меня точно не ожидал.
– Если уж рисковать, то вместе, – пояснила свою позицию.
– Даже не думай!
– Даже не спорь! – Во-о-от! Я тоже так умею. Но пока только с ним. – Если мы вместе, то вместе во всем. И в радостях, и в опасностях. Если же нет, я прямо сейчас разворачиваюсь и лечу домой.
Клянусь камерой, про себя он ругался. Такими выражениями, которых я даже не слышала. И с такими эмоциями, которые могли бы меня смести, если бы он не сдерживался. Зато обошлось без банальностей вроде «ты не сделаешь этого». Слишком хорошо он меня знает.
Но молчит что-то долго.
Я не продумывала свою речь заранее, не репетировала ее в голове… и сейчас у меня перехватило дыхание.
Блин. А ведь так хорошо держалась…
– Ладно. – Эрихард сказал это за секунду до того, как я бы зашлась в первом приступе кашля. – Ты из меня веревки вьешь.
Выдохнула.
Приступ, похоже, отменяется.
Ох-х…
Горло неприятно саднило, и потребовалось немного времени, чтобы справиться с голосом.
– Прости. Я больше не буду так делать.
– Конечно будешь, – усмехнулся он, глядя на меня с любимой дымкой.
– Нечасто.
Очередная истина, которую я вынесла из отношений: веревки получится вить, лишь пока он сам это позволяет.
Ладно.
Я честно не собираюсь этим пользоваться в будущем.
Если только при крайней необходимости…
…Отцепившись от состава на одной из остановок, мы сдали лишний слоттерс. Эрихард продолжал прожигать меня осуждающим взглядом, а я скрывала улыбку. С кем-то другим так бы точно не получилось. Но с ним я сильнее.
До наступления темноты бродили по шумному серебристому городу, зашли поесть, оба не получили совершенно никакого удовольствия от местной пресной еды, и оба же решили, что не так плоха Тенерра. Я постепенно привыкала, что теперь она будет моим домом.
Документы придется менять.
Надеюсь, никто не запретит мне летать на съемки…
К условленному времени мы пришли в место, где мой совершенно не законопослушный кронс договорился встретиться с магами, которые и организовывали нелегальные прорывы.
– Бессовестный. – Я все еще пыталась перестать чувствовать себя преступницей.
Зато у жениха такой проблемы, похоже, не имелось.
– Почему это?
– Ты же должен следить, чтобы законы соблюдались, а ты…
– Вот именно, – бесцеремонно перебил он. – Я придумываю правила. Соблюдают их все остальные.
Я закатила глаза.
Это просто что-то.
– Знаешь, я тут подумал… – Он заговорщицки понизил голос: – Впервые мне почти нравится быть кронсом.
Мы сидели за столиком в баре. В злачном баре с минимумом света, орущей музыкой, воздухом, провонявшим потом и алкоголем, и весьма сомнительным контингентом. Руки липли к пластиковой столешнице, поэтому я не только остереглась второй раз ее касаться, но и обработала ладони антисептиком. И, конечно, даже не подумала попробовать подозрительный напиток из мутного стакана.
Пфе. Не подозревала, что подобные места существуют.
Восприимчивость подсказывала, что нужных магов тут ждем не одни мы. Как минимум от четверых присутствующих я улавливала тягучую нервозность. Еще меня мутило от скачущей перед глазами подсветки, вызывала отвращение извивающаяся на сцене полуголая девица и…
– Это он. Пошли.
Маг, способный нам помочь, работал здесь кем-то вроде администратора. То есть носил форму и имел совершенно не внушающий доверия вид. Случится чудо, если мы не попадемся, и еще большее, если в итоге доберемся до Тенерры, а не застрянем в переходе и не выпадем в какое-нибудь опасное измерение.
Дыхание сперло.
Впрочем, в этом с одинаковой вероятностью можно было винить местную атмосферу.
Эрихард успокаивающе сжал мою ладонь.
Я с усилием сглотнула.
Темная лестница вниз, сопящее дыхание за спиной, под ногами что-то хрустнуло… со скрипом открылась дверь. И вот подвал уже наводил на мысли о магии. Я ощущала ее кожей – покалывание, даже царапанье. И воздух стал неприятно сухим. Наступать старалась осторожно, чтобы не задеть светящиеся линии на полу. Руку Эрихарда сжала, кажется, как никогда в жизни.
Свечи. Здесь горели настоящие свечи. Их пламя подрагивало, трепетало и иногда пригибалось, будто дул ветер, но я не чувствовала ни малейшего движения воздуха.
Только общее напряжение и страх.
Боялись не все. Эрихард, к примеру, был спокоен, лишь немного нетерпелив.
Огонь меня отвлек, заставил благополучно прослушать, когда обсуждали условия. Да я и так понимала, что плата уже внесена и маг ни за какие последствия ответственности не несет.
Первым шел мужчина в очках. Он сам вызвался, дергался больше всех и без конца повторял, что очень спешит.
Алая вспышка резанула глаза.
Когда же зрение восстановилось, в подвале оказалось на одного человека меньше. Вот и все.
Это совсем не походило на переход.
– Удачно. – Понятия не имею, как маг это понял, но я почувствовала, что он правдив и даже горд собой. Еще флегматично прикидывает, на что потратит заработанные сегодня деньги. И хочет поскорее закончить здесь. – Следующий. Эй, кукла, хватит на меня пялиться, не то тридцать процентов за шоу накину!
Он мне?!
Сердце попыталось перестать биться.
Наверное, я бы грохнулась в обморок, если бы не Эрихард. Да, с такими нервами только и рисковать… Однако он стоял рядом, и уж у него-то проблем с нервами не было. Хватило одного взгляда на предприимчивого мага – такого взгляда, от которого бы сквозняки в страхе расползлись по углам – и парень надолго закашлялся, подавившись воздухом. Так-то лучше.
– Сможешь переправить двоих за один раз? – деловым тоном спросил Эрихард, будто только что здесь вообще ничего не произошло.
– Обижаешь! – выпятил грудь маг. – Становитесь на узор.
Мы сделали несколько шагов вперед.
– Не то чтобы я возражаю, но что в общем-то не обделенный мозгами парень делает в трущобах? – А Эрихард еще и вопросы под руку уже творящему что-то магу взялся задавать.
– Наслаждается жизнью, – заржал тот. – Знал бы препод, который меня отчислил, подавился бы от зависти дипломом!
Кажется, у кронса инкогнито сформировалось какое-то деловое предложение… Но именно в это время полыхнуло красным!
А-а!
Блин.
Это больно.
Вру. «Больно» – это когда зуб лечат без обезболивающего, когда огромные ожоги от солнца болят, когда идешь босиком по ледяной лестнице, а потом отогреваешь потрескавшиеся и зудящие ступни… Я достаточно знала о боли. Но это был какой-то новый уровень. И не то чтобы меня не предупреждали. Эрихард раз десять повторил, пока еще пытался меня переубедить, что будет опасно для свободы и жизни, неприятно… и что-то там еще.
Интересное у него понимание неприятного.
Меня будто разорвало.
После чего дополнительно содрало кожу с каждого кусочка.
Вместо крика получился какой-то бульк. Дыхание исчезло. На секунду я даже заподозрила, что умерла. И точно на некоторое время потеряла сознание.
– Удачненько, – обрадовался где-то очень далеко ушлый маг.
Измененный эмпатией слух уже не помог мне разобрать, как он подзывает следующего.
Тихо.
Больше не так погано.
Кажется, снова дышу.
Узнаю этот холод…
– Снежность, подъем. – Не успела толком прочувствовать, что выжила, как меня вздернули на ноги. – Валяться в снегу не самая лучшая идея.
Ага.
Точно.
С губ сорвалось облачко пара.
Такой лютый холод я помнила лишь в одном месте.
Прорыв прошел по плану. Мы точно в Тенерре!
Но вот где именно?
Вопрос интересный, но не прошло и секунды, как он перестал меня волновать. Все произошло неимоверно быстро, я не успела толком понять, что к чему. Холод ощутимо усилился, пронзил тело ледяными иглами, заморозил рвущийся возглас на губах. Ох-х… Вот по этому я совершенно не скучала!
Эрихард, похоже, тоже.
Он заметно напрягся и, кажется, все-таки выругался.
Видимость вокруг сильно испортилась из-за тумана, тем более густого из-за тысяч крошечных снежинок, которые кружил ветер. Они жалили щеки и кололи глаза. И полностью лишали возможности прикинуть, куда двигаться дальше.
Повторив уже озвученную только что оценку ситуации, Эрихард вскинул руки. Предполагаю, то, что он творил, должно было расчистить нам дорогу. Но… даже я, лишенная магического зрения, увидела созданный им щит. Тускло-серый и будто изъеденный молью. Совершенно безжизненный. Конечно, он ничем не мог нам помочь.
Неверие, почти страх и нарастающая боль, которые я уловила от Эрихарда, обжигали сильнее любого холода.
Предчувствие…
А вот это уже мое!
Небо, пожалуйста!..
Реагировало на просьбы оно, увы, не так часто.
Выплеск получился такой силы, что меня отшвырнуло в сторону. Где-то далеко послышался грохот. Шмякнувшись в снег, толстым слоем покрывающий все вокруг, я какое-то время ждала, что меня засыплет с головой, но Тенерра лишь мстительно швырнула колкую пригоршню мне в лицо.
Все вроде бы. Слух еще улавливал грохот и гул, но я чувствовала себя в безопасности. Страдала лишь видимость. И раздражение нарастало с каждой минутой. Не так я представляла себе возвращение «домой»!
На ощупь нашла в нескольких шагах от себя Эри-харда.
– Осторожно, – шевельнул побелевшими губами он.
От него искрило. Крошечные вспышки просачивались сквозь одежду и разрывались синеватыми молниями. Красиво и… жутко. При этом сам кронс напоминал ледяную статую, а его губы прямо на моих глазах покрылись тонким слоем инея.
Блин.
Паника заставила задохнуться.
Взорвалась огненным фейерверком в голове.
Не зря, вот не зря я вообще не хотела сюда возвращаться! Никогда не хотела ни титулов, ни магии, ни богатства. Мне нужен был только сам Эрихард. А сейчас… Смотреть, как его корежит, было невыносимо.
Два месяца назад я бы сжалась рядом в снегу и скулила от беспомощности.
Но сейчас…
Мать их ледяную бабушку!
Отложим истерику на потом.
В конце концов, я уже делала это раньше. Один раз.
Уговаривала себя мысленно, а в это время тело действовало. Даже не заметила, как оказалась сидящей у жениха на груди. Он дернулся и скрипнул зубами, видимо, пытаясь сдержать магию, но меня все равно кольнуло ледяными «молниями». Больно, но не смертельно. Тенерра скоро икать начнет от этой моей фразы, но: бывало и хуже. Намного.
Так, Лланка, соберись! Надо вспомнить, как мы вышли из этой ситуации в прошлый раз, и повторить.
Ничего сложного.
Получилось однажды, получится и сейчас.
Все это время я с силой растирала ему грудь.
– Расслабься. – Аж запыхалась от усердия. – Не сдерживайся. Совсем.
– Не могу. – Он шипел сквозь зубы с огромным трудом.
Боится разнести тут все… хотя лично я не уверена, что тут есть что разносить.
– Ты мне доверяешь? – Риторический вопрос подкрепила упрямым взглядом.
Минута внутренних борений.
Потом он начал понемногу отпускать контроль.
Не все сразу.
Медленно.
Одновременно его пальцы стальной хваткой сжались на моих бедрах.
Я перевела дыхание.
Подавшись вперед, поцеловала его в губы. Слизывая иней, растворяя корочку из морозных узоров. Почувствовала, как Эрихард подо мной вздрогнул, но не остановилась. Если интуиция не подводит, то… Вот сейчас. Еще секундочку… Есть! Оэни с такой силой прожгла плечо, что впору было прикидывать, чем стану мазать ожог. Магия хлынула сквозь меня – и ослепительным морозным сиянием устремилась вверх. Следом пришло облегчение.
– Прости, – сипло выговорил Эрихард. – Я чуть все не испортил.
Я все еще сидела на нем, и мы оба слегка подрагивали.
Оэни саднила, будто в том месте содрали кожу.
Должна заметить, с каждым разом у нас получается все лучше. Но на чувство триумфа совершенно не осталось сил.
– Почему произошел выплеск? – Так, надо бы как-то сползти с него.
– Тенерра решила наказать меня за нарушение правил. – Эрихард оказался слишком вымотан, чтобы искать более безобидные объяснения. – Я с этим потом разберусь.
Мое перемещение точно не было грациозным. Ох-х. Такое чувство, что тело стало деревянным. Но не холодно. Почти совсем.
Сжимая зубы, чтобы не застонать, Эрихард тоже сел.
– Надо выбираться отсюда. – Он встал, пошатнулся, но устоял. Правда, выглядел ожившим трупом, хоть уже и без инея на губах. – Иначе замерзнем.
Что-то внутреннее подсказывало, что сейчас ему холоднее, чем мне. Я-то холод едва-едва ощущала. Поэтому заставить себя подняться оказалось трудно. Инстинкт самосохранения упорно не хотел включаться.
– Где мы?
– В Пустошах.
Могла бы и догадаться – кругом, насколько хватало зрения, лежал чистейший снег и больше не было вообще ничего. Ладно, еще был кратер, растопленный в том месте, где мы недавно валялись. Это в результате выброса силы получилось. Там под ногами даже виднелась земля. Но в остальном…
Инстинкт самосохранения проснулся и принялся биться в истерике.
Какие здесь расстояния?
Реально вообще добраться пешком?
Хоть куда-нибудь?!
– Туда. – Мой истинный тенерец еще как-то умудрялся ориентироваться в снежной пустыне.
Но поскользнулся через три шага.
Выругался с ненавистью.
– Обопрись на меня. – Я вцепилась в его руку, пытаясь переместить ее к себе не то на плечо, не то на локоть. И в ответ на его возмущенный взгляд, заверила: – Я сильнее, чем выгляжу.
Выброс ослабил его больше, чем меня. К тому же он не собирался наваливаться на меня всем весом, ему просто требовалась опора для устойчивости. А я привыкла таскать тяжелую камеру, рюкзак и полные карманы всего полезного во время съемок. И на местной ледяной корке почти не скользила.
Вот так. Идем.
Медленно, но идем.
Ладони, правда, начало тихонько щипать. Потом щипать сильнее. И болезненно жечь. Что с ними что-то не так, я обнаружила за минуту до появления симптомов, когда оставила на светло-сером рукаве Эрихарда кровавый развод.
Ох. Ледышку им всем в…
Лучше бы я не смотрела.
Я-то верила, что Тенерра больше не принесет мне боли… Но сейчас противный голосок дурного предчувствия шепнул, что это только начало. Или у кого-то мнительность разыгралась от стресса и переутомления.
Определиться не успела. Далекий гул сменился ревом, и уже он стремительно приближался, пока не ворвался в снежную реальность… э-э-э… огромным слоттерсом на огромных колесах, к которым были приделаны еще и неизвестные мне плоские приспособления. Ничего себе!
– Эй, вы целы? – проорал, перекрикивая вновь поднявшийся ветер, мужчина с водительского сиденья. – Что вы тут делаете?
Захотелось верещать на всю округу от радости.
Нас сейчас спасут!
– Кронс Эрихард Талайский, – отчеканил мой спутник… так и не скажешь, что ему плохо. – Моя невеста пострадала, ей нужен врач. Или хотя бы бинты и связь. Часто у вас случаются такие вот выплески?
– Бывает иногда, это же Пустоши, – пояснил водитель. Мы уже забирались внутрь. – Но сегодня будто вообще ни с чего… Обычно я их заранее чувствую.
Сижу. Даже можно на мягкую спинку откинуться.
Гораздо лучше, чем идти куда-то на подгибающихся ногах.
Только в глазах плывет от боли и, кажется, температура поднимается.
Я повернула ладони так, чтобы Эрихард их не видел. Почему-то не хотелось, чтобы он смотрел. И так я вечно то трясусь, то в слезах, то задыхаюсь. До определенного предела это мило и взывает к инстинкту защитника. Но не хотелось бы, чтобы предел этому в ближайшем будущем наступил.
Прикрыв глаза, я слушала, о чем говорят мужчины. Так выяснилось, что нашел нас местный арлорд – Инай Гринерд. И кронс уже пообещал ему помощь в каком-то деле и принял приглашение на завтрашний праздник. Еще я запомнила, что чуть раньше мы не утонули в снегу с головой по той причине, что арлорды контролируют его количество в своих уделах. Именно поэтому им нельзя покидать эти уделы. Как кронсу Тенерру, ага.
Наши дела удалось представить природной активностью. А мы вроде как попали сюда по своим очень важным и секретным делам. Эри не так сказал, он сослался на немного вышедший из-под контроля снежный вихрь и испорченное свидание, но… видимо, кронсам простые житейские радости не полагаются, потому что местный арлорд не поверил. Он почему-то решил, что новый кронс нагрянул в нему с проверкой. Но вроде бы скрывать ему было нечего, я не почувствовала никакого страха, так, легкое раздражение.
– Добро пожаловать в Гринерд! – объявил хозяин, распахивая перед нами двери.
Дальше не помню. Боль победила.
Первым почувствовала холодок на руках. Приятно так… И ничуточки не больно. Потом слух уловил ворчание:
– Что же вы не бережете свою тьеру? Бедняжке магией руки чуть не сожгло. А она эмпат, могла безотчетно абстрагироваться от боли и усугубить ситуацию. Разве так можно? – Доктор, похоже, был старше нас с кронсом и арлордом вместе взятых и поэтому считал себя вправе стыдить безответственных «подростков».
Главное, что помог.
Правда помог, я чувствую.
И поведал, что я, оказывается, умею закрываться от боли. Не полностью и ненадолго, как выяснилось.
– Закончили? – В голосе Эрихарда трещали те самые молнии, о которые я не так давно поранилась. – Я везу ее в Редстаун. В больницу.
– Полегче, молодой человек! – прикрикнул на него врач. Смелый он, однако! – Все, что могли, вы уже сделали. Теперь не мешайте мне работать, а ей – отдыхать.
– Тьер Фелзз, хочу вам напомнить, что перед нами кронс, – вклинился хозяин замка.
– Вот когда побудет кронсом столько, сколько я людей лечу, и сделает хоть что-то полезное, тогда и напомнишь, – проворчал старик. – А пока не утруждайтесь.
Рукам стало туго. Наверное, их перевязали.
Я разлепила глаза, глубоко вздохнула и подавила зевок.
– Ллана! – Эрихард тут же опустился на корточки рядом с кроватью.
А я… увидела толстым слоем намотанные бинты, заляпанные чем-то желтым и розовым, и почувствовала себя совсем не тьерой. Не кронс-тьерой точно. Вот почему со мной вечно так?
– Не смотри, – прошептала и попыталась спрятать руки под одеялом, но шевелиться получалось с большим трудом, и с таким простым действием я без посторонней помощи не справилась.
– Глупенькая. – На красивом лице не было и тени улыбки. – Больше никогда так меня не пугай!
Для посторонних зрелище выглядело правдоподобно и логично. Ну а я… нет, в искренности жениха не сомневалась. Но он же знает, что у меня не было выбора. И, наверное, я сделаю это еще не раз.
– Останутся ожоги? – Это я уже доктору. – А… чувствительность не пропадет? Пальцы еле шевелятся.
А мне ими, между прочим, еще снимать, но об этом промолчала, не желая травить себе душу.
– Потому что во избежание совершенно ненужной деятельности с вашей стороны, девушка, я наложил еще и статичную магическую повязку, – чинно склонил голову набок пожилой… да что там, очень старый мужчина в голубом халате поверх белых твидовых брюк и белого же свитера. – Следы я постараюсь убрать, но если не получится, в городских клиниках есть разные немагические способы. С чувствительностью все должно быть в порядке, потому что лишить ее эмпата практически невозможно.
Отлегло.
Фотографировать я смогу, а остальное… Ожоги меня волновали лишь с той точки зрения, что ледяной кронс-тьере они как бы не полагаются. А мне болезненно хотелось соответствовать этому статусу. Соответствовать Эрихарду.
Лечение длилось еще некоторое время, параллельно велись разговоры, из которых я узнавала весьма любопытные подробности. Мне нужно это все знать, нужно понимать и научиться жить в этом, раз уж теперь Тенерра станет моим домом. Но отвлечься от зрелища на звучащие рядом слова было непросто…
Пальцы врача светились уютным зеленоватым светом. Он успокаивал, снимал боль и появившееся позже почти нестерпимое зудящее чувство, внушал ощущение безопасности. Пожалуй, я могла бы еще поспать… Так, стоп. Никаких спать! Слушать и запоминать!
Как я усвоила за эти минуты, столица с окрестностями и Пустоши – это немного разная Тенерра. Здесь магия сильнее, а морозы более жестоки. А жажду власти заменяет ответственность. Потому что стоит арлорду оступиться, в следующую минуту его округа может уже просто не быть. Не быть его семьи. И десятков людей, за жизни которых он отвечает. Поэтому арлорды из Пустошей не учатся в Стали и не проходят испытания Снежного круга.
…Доктор Фелзз проворчал что-то про упертую девчонку, когда я в очередной раз с усилием заставила себя открыть глаза.
А я подумала, что действительно придется учиться. Много и старательно. Потому что кронс-тьера, пусть в ее голове все и забито фотосъемками и историями про необычные уголки со всех смежных миров, должна знать, почему в Пустошах лечение, не подкрепленное магией, не работает. И еще много всякого. А еще свободно изъясняться на тенерском. Без переводчика.
Достичь последнего будет труднее всего.
Привыкнуть к взбесившемуся ритму жизни оказалось удивительно легко. Или дело в напитанных магией лекарствах, которые мне дали? Но проснулась я рано как никогда. Шести еще не было. В просторной комнате царила темнота.
Полежала немного.
Уснуть больше не получилось, зато как раз застала момент, когда над телом Эрихарда засияли серебристые искры. Много-много. И так ярко! Через минуту все прошло, будто меня посетила галлюцинация. Я села и улыбнулась. Прислушалась к его размеренному дыханию. Так и есть, его магия восстановилась.
Вот и хорошо.
А то я уже начала бояться, что мы потеряли благоволение Тенерры.
Осторожно встала и на цыпочках подошла к окну. Немного сдвинула тяжелую старомодную портьеру, впуская сквозь окно прохладный лунный свет. С темного неба сияли и подмигивали звезды. Волшебно, наверное, видеть их каждую ночь. В большом городе звездами просто из окна не полюбуешься.
Ладони до сих пор оставались в бинтах, и схватиться за камеру ни единого шанса не было. С другой стороны, ничто не мешало лицезреть прекрасное. Это занятие настолько поглотило меня… что когда по бедру, сдвигая вверх рубашку, которая служила мне вместо ночнушки, скользнула мужская рука, я чуть не заорала с испуга.
С ума сошел – так пугать?!
Возмутиться вслух не успела. Потому что Эрихард опустился на колени и с каким-то надломом прошептал:
– Ллана…
Что?
Я опустила взгляд, проверяя, что он там гладит.
Блин.
На светлой коже даже при скудном свете луны выделялись черно-синие следы от его хватки. Еще то зрелище.
– Чувствую себя полным уродом. – Кронс прижался к темному пятну губами.
– Я знаю, что ничего плохого нарочно ты бы мне не сделал. – Я неловко дернулась в попытке вывернуться, а то этот кот тенерский уже вовсю терся о пострадавшее место щекой… и это было куда интимнее, чем если бы он меня откровенно лапал. И коленки всерьез пытались превратиться в желе. – Все, пусти меня! Мне надо… в ванную.
Сердце колотилось так, будто я пробежала половину Пустошей, удирая от него.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?