Читать книгу "Предатель. Ты не знаешь о сыне"

17.

Я стеснялась, но Архип смог сделать так, что я доверилась ему и расслабилась.

Я даже спасовала в самый ответственный момент, но ласка и страсть моего юного мужчины победила.

Сама не заметила, как его руки оказались на моих джинсах и стали нетерпеливо расстегивать пуговицу.

Неосознанно ухватила его за руку и крепко сжала. Распахнула глаза и встретилась с его напряжённым взглядом.

– Ты… Ты передумала? – перевёл дыхание парень. Он сгорал от страсти, но чутко прислушивался к любой реакции моего тела. – Не хочешь? Я, наверное, тороплюсь.

– Нет, я… Я просто боюсь, – ответила я честно.

– Это нормально для первого раза, – сказал он, усаживаясь рядом и отпуская меня.

Несмотря на то, что ему было сложно нажать на тормоза, он готов был забить на себя и руководствовался не своими желаниями, а моими. – Но я постараюсь сделать всё так, чтобы больно было меньше, чем хорошо. Или ты не готова?

– Не знаю… – покачала я головой.

– Ты не хочешь?

Я посмотрела на него. Он сейчас перестанет меня целовать и вот так гладить, как раньше? Нет, вот этого я точно не хочу. Пусть продолжает.

– Хочу, – ответила я, расстёгивая застёжку бюстгальтера сама и вынимая руки из лямок. Глаза Архипа снова загорелись.

– Что ты делаешь со мной, Снежинка…

– Поцелуй меня, – попросила я и снова закрыла глаза. Так мне менее страшно… Хотя я почему-то верила Архипу, что он сделает мой первый раз поистине волшебным…

И он сделал. Нежные ласки и осторожные действия Архипа расслабили меня.

Я стала взрослой.

– Я люблю тебя, – шептала я сквозь слёзы, потому что этот момент был настолько чувственный и пронзительный, что я не могла себя сдерживать.

– И я люблю тебя, Снежинка, – шептал он в ответ, зацеловывая снова и снова мои губы, которые уже и без того нещадно болели…

– Я не смогу без тебя, – плакала я. – Меня больше не существует отдельно от тебя.

– И я не смог, – сказал он и погладил меня по спутанным от подушек волосам. – И не хочу без тебя.

– Что будет дальше?

– Не знаю.

– Они придут за тобой.

– Я буду бороться за нас до конца.

– Думаешь, тебе дадут шанс?

– Я попытаюсь.

– Спасибо, – это всё, что я могла сказать на его попытку спасти нас.

Знала, что она не увенчается успехом, но я была рада знать, что Архип хотя бы имел желание быть вместе, и всё равно была ему безумно благодарна.

За эти часы нежности и любви. За чувство, что я любима и нужна. За эту попытку, которая была нужна нам обоим…

Мы любили друг друга пока за окном не забрезжил рассвет, только тогда, обессиленные, мы уснули в объятиях друг друга.

Однако идиллия продлилась недолго… Ранним утром у Архипа зазвонил телефон и прервал наш сладкий сон.

– Да, – сел он на кровати и принял звонок. – Да. Неважно где. Я сказал вам, мама, что я не вернусь. Родите себе другого сына и продайте его. Динка подождет, она ещё молодая. Ну что “Архип”? Я хочу жить своей жизнью, а не по вашей указке. Что “подожди”, мам? Как? Когда? Ты серьёзно? Да, я понял. Конечно, сейчас приеду. Не брошу я тебя, не рыдай. Жди.

– Блин, – закрыл он лицо руками когда повесил трубку.

Я обеспокоенно смотрела на него, сев в кровати и нервно закусив нижнюю губу. Я ждала, что он мне скажет.

– У отца инфаркт, – повернулся он ко мне. – Он в реанимации. Я должен вернуться домой.

18.

Архип оставил мне деньги на оплату квартиры и продукты и уехал. Он пропал на несколько дней. Отвечал в сети сухо и коротко. Не звонил. Я решила, что ему просто плохо и покорно ждала его обратно.

Он сказал, что всё это правда – отец в самом деле угодил с инфарктом в реанимацию, где врачи боролись за его жизнь. Ему провели операцию и сейчас он будет проходить реабилитацию, но пока Архип поддерживает маму и остаётся с ней рядом. Я, конечно, прекрасно его понимала, но мне очень не хватало общения с ним да и ощущение, что всё как-то не так, меня не покидало.

Я ждала его целых пять дней. Почти не ела, плохо спала, потому что уснуть не могла и временами просто проваливалась в сон уже от усталости. Ходила как робот в магазин и что-то готовила. А потом оно пропадало и я еду почти всю выбрасывала. Но я всё надеялась, что вот-вот дверь откроется, и я встречу его с обедом.

Когда шёл шестой день, в дверь наконец позвонили.

Я глянула в глазок и сердце бешено застучало – Архип! Он вернулся ко мне… Боже, какое облегчение! Я так боялась, что его обратно просто не отпустят.

Открыла дверь и едва он вошёл в квартиру, как тут же я повисла на его шее, но…

Архип был хмурым, он лишь мягко приобнял меня в ответ и проигнорировал мой поцелуй…

– Привет, – сказала я, слегка отстранившись от него и с тревогой вглядываясь в его лицо. – Что-то случилось?

– Привет, – ответил он. Архип был серьёзен и собран, и что-то с ним точно было не так. Как будто он изменился и повзрослел лет на десять. – Нет. То есть да, но не с папой. С ним всё стабильно, слава богу.

Я не стала сейчас акцентировать своё внимание, что такая сухая встреча после разлуки меня задела. Он успокоится и всё наладится… Может быть, мама что-то сказала ему такое, что он теперь сам переживает.

Он снял куртку, разулся и прошёл в комнату.

– Будешь обедать? – спросила я, готовая нестись накрывать на стол. У меня как раз подошёл суп, остывал теперь на плите.

– Нет, – ответил он и сел на диван. Он указал рукой на место возле себя. – Сядь, Крис. Нам надо поговорить.

Я послушно села возле него. Понятное дело, что надо. Просто бегать и прятаться мы не можем, нужно что-то решать. И я чувствовала, что сегодня Архип пришёл с каким-то решением.

– Я тебе должен кое в чем признаться… – замялся Архип. – В Москву с тобой мы не поедем.

– Понятно… – глухо отозвалась я.

Конечно, я расстроилась, что наши планы летят в никуда. Мы так долго планировали этот отъезд… И у Архипа есть веские причины. Мать с отцом всё равно своего бы добились, но то, что он сказал мне, выбило почву из-под ног.

– Я…женюсь.

– В…смысле? – опешила я.

Вообще-то, я думала, что у нас отношения. Мы столько прошли вместе, собирались уезжать. Я провела с ним ночь, свою первую ночь в жизни… А он сказал, что женится? Нет, не может быть… Я не так что-то поняла…

Умоляю, любимый, скажи, что я просто не расслышала…

– Я женюсь на Динке, – говорил хмурый Архип, а я просто не могла поверить в то, что слышу. – Понял, что люблю её.

Мою сводную сестру и бывшую девушку? Любит?

Какой ужас… В ушах так и звенело от нервов. Адреналин гонял кровь по венам со страшной силой.

– Я тебе изменил. С ней.

Я просто в шоке смотрела на него и не знала, что говорить. Мне было так больно, что я не знала, как просто выдерживала эту боль.

– Прости, глупо так все вышло… – улыбнулся парень, который должен был стать моим мужем, но выбрал бывшую. – Все было супер. Возьми, это… Если решишь поехать одна. Извини. Мне пора.

Он встал из-за стола, положил передо мной конверт и просто ушёл.

У меня не было сил бежать за ним, останавливать, хотя хотелось.

Я тупо смотрела, как он уходит.

Дрожащими руками открыла конверт, когда оцепенение спало с меня, надеясь, что там найду письмо от него, где он объясняет мне, что это за цирк только что был и просит прощения, но… Там были деньги. Всего лишь деньги. Вот как он оценил нашу с ним любовь.

Я думала, что хуже уже быть не может, но к вечеру объявился ещё один гость, уже незваный… В глазке двери я увидела Владимира.

19.

– Открой, – сказал он мне, словно ощутив, что я решила не открывать и собиралась отойти от двери. – У меня есть ключ.

Я почувствовала, как волосы на голове зашевелились. Медленно обернулась к двери.

Откуда у него ключ? Архип дал ему ключ от квартиры? Зачем?

Может, Владимир блефует? Раз у него есть ключ, то пусть и открывает сам. А я его пускать не собираюсь. Я ему вовсе не рада. Мне с ним говорить не о чем, и более того – я его просто-напросто боюсь.

Я отошла от двери, прошла в комнату и села на диван с ногами. Положила голову на колени. Что же за жизнь у меня такая? Неужели он сейчас так просто зайдёт сюда и возьмёт все, что ему хочется? Что я ему сделаю-то? Я совсем одна, совсем одна…

Спустя минуты три в коридоре действительно раздался щелчок замка – Владимир открыл дверь и вошёл.

Я как в тумане слушала его глухие шаги по коридору и залу до меня сквозь биение бешеного сердца. Так страшно мне ещё никогда наверное не было. Я понимала, что ничему ему не смогу сделать, а потому просто оцепенела и смотрела, как мужчина приближается ко мне.

– Ну, здравствуй, – сказал он, глядя на меня сверху вниз, словно я уже его поверженная рабыня. – Что ж ты мне так не рада, что даже дверь не открыла?

Он сел на диван, оставив между нами расстояние. Я ничего не могла ответить. Меня колотило, а язык словно прилип к нёбу.

– Может, я с добрыми вестями?

– С добрыми вестями в закрытую дверь? – тихо спросила я, неимоверным усилием заставив голос вернуться ко мне.

Мужчина тихо рассмеялся.

– В уме и потрясающем сарказме тебе нет равных, – ответил он.

Я молчала и ждала, что он скажет дальше. Или сделает…

Но Владимир оставался на месте.

– Откуда у вас ключи?

– Архип дал.

– Зачем?

– Поговорим о нём позже. Ты знаешь, а я ведь в самом деле с хорошими новостями.

Я повернула голову на него. Хорошие новости для него совсем необязательно будут являться таковыми и для меня.

– Я думал над твоими словами, и… Ты знаешь, посчитал, что всё-таки был не прав.

– О чём вы? – спросила я свои колени. Пересекаться с зелёными глазами мужа моей покойной матери не хотелось.

– О квартире, конечно, – лениво отозвался он и почесал подбородок рукой с огромным золотым перстнем. – Всё же несправедливо не отдать то, что было твоим. Поэтому…

Он взял в руки папку, что принёс с собой. Раскрыл её и вынул оттуда документы. Протянул их мне.

Я машинально взяла листы, поднесла их к глазам и вчиталась в строчки.

Это было право на собственность двухкомнатной квартиры в Санкт-Петербурге. На моё имя… Надо же, он вернул мне жильё, да не в нашем городе, а в Питере… Впрочем, это как раз попытка избавиться от меня, но это уже неважно. Я как раз сама планировала уезжать.

Неожиданно. Но теперь он мне не кажется уже столь мерзким… Хотя, не факт, что это не очередная какая-то игра.

Немного напоминало анекдот про козу.

Один мужик устал, что его семья постоянно жаловалась: тесно, жарко, неудобно.

И тогда он привёл к дом козу и сказал, что теперь она будет жить с ними.

Несколько дней всё семейство сходило с ума, потому что стало ещё теснее, жарче и ещё более душно.

А потом мужик увёл козу в сарай. Семейство вздохнуло с облегчением – теперь-то им и не тесно, и не жарко, и не душно! А всего лишь всё вернулось на своё место.

Вот и со мной, кажется, произошло тоже самое. Просто вышла коза – точнее, Владимир отдал мне то, что брал у меня.

– Спасибо, – подняла я глаза на него. – Неожиданно. Тут всё заполнено верно? Юридически.

– Ждёшь подвоха? Зря. Его тут нет, – хмыкнул он.

Жду, конечно. Ведь хороших поступков от господина не дождаться особо.

– Просто вы оформляли каким-то образом квартиру на меня без меня. Это смущает и наводит на мысли, всё ли чисто в подобной сделке. Не явятся ли родственники, кому реально принадлежит квартира по этому адресу?

– Брось, Кристин, – посмотрел на меня мужчина. – Никакого обмана нет. Если кто-то нарисуется – позвони мне и я его выпру. Телефон мой у тебя остался. Он не менялся. Зачем мне разыгрывать этот цирк перед тобой? Я всего лишь отдаю с процентами то, что взял у тебя и…Нины. Оформить всё без тебя для меня не было проблемой. Проверь паспортные данные, они должны совпадать.

Я еще раз прошла глазами по строчкам.

– Всё верно.

– А ты сомневалась? Вот ключи.

Владимир выложил на стол и связку ключей, которая должна была принадлежать квартире в Питере. И не лень ему было заниматься этим ради меня.

– А теперь давай поговорим… Ты подумала о моём предложении?

20.

– Вы действительно полагали, что мой ответ может поменяться? – спросила я. – Или документы на квартиру у меня теперь заберёте за непослушание?

– Нет, – хмыкнул Владимир. По его лицу пробежала тень недовольства. – Забирать я ничего у тебя не стану, и вообще никакого насилия с моей стороны не будет – перестань уже трястись, Кристина. Просто мне хотелось бы, чтобы ты понимала последствия своего решения.

– То есть вы мне всё-таки угрожаете, но без насилия? Интересно.

– Где я тебя угрожал, девочка? Не выдумывай опять отсебятину.

– Ну а какие могут быть последствия? О чём вы говорите?

– О твоей жизни, – ответил Владимир. – Взрослой жизни, где уже никто твои проблемы решать не станет.

– С этим я как-нибудь разберусь.

– Тебе придётся тяжело работать, потому что образования у тебя нет. Таким, как ты, только унитазы мыть и доверяют – это правда жизни. Тебе надо учиться. А ты не сможешь, потому что надо что-то есть. А работу тебе хорошую никто не даст, потому что ты не училась нормально. Понимаешь? Замкнутый круг.

– Ничего страшного, – ответила я. – Помою, значит, полы. Надо с чего-то начинать.

– Тебе не хватит этих денег даже на месяц.

– Справлюсь как-нибудь. Я никогда не была принцессой, и мама учителем в школе тоже не так уж много получила.

– Ну и как долго ты собираешься мыть полы без образования? Всю жизнь?

– Пойду на вечернее отделение учиться.

– Ты думаешь, это так легко? Совмещать.

– Не думаю, конечно, – посмотрела я на него. – Я не столь наивна, и не идиотка. Но лучше так, чем… Лечь в постель с кем-то против воли.

Владимир вздохнул, правильно оценив шпильку от меня в его сторону.

– Ну да, логичнее раздвинуть ноги перед тем, кто тебя просто использовал и бросил. Бесплатно, зато по большой любви. Правда же?

Я опустила глаза. Он знал, конечно, куда бить. И сделал больно… Намеренно. За отказ.

– Я всё понимаю, ты девчонка молодая, горячая. Хотела погулять – я дал тебе такую возможность. Попробовала молодого и того, кого сама хотела? Ну и как тебе послевкусие, когда он тебя просто бросил, м?

– У меня…нет никакого желания говорить с вами об этом.

Одолжение он мне сделал, старый хрыч.

Может, и зря сделал. Помешай бы он нам раньше, может, и не было бы сейчас так больно. Он меня уступил Архипу, чтобы дать ему… использовать меня и бросить? Чтобы я, вроде как, сама увидела лицо “любимого”?

В таком случае интриган Владимир ничуть не лучше этого предателя.

Что за козлы вокруг меня собрались…

Владимир тихо рассмеялся.

– Жизнь прожить – не поле перейти, не так ли? – спросил он. – Теперь ты сама видишь цену его любви. Всё это лишь красивые слова и флюиды в голове. А я тебе предлагаю поддержку в учёбе, и в жизни, и… Поверь, я умею доставить удовольствие девушке не хуже молодого сопляка. Ну, да, испортил он тебя немного, но я готов с этим смириться, ведь иначе ты бы не поняла, что на самом деле не стоит так размениваться по мелочам. Нужно уметь расставлять приоритеты и делать…верный выбор.

Я встала на ноги и подошла к окну. Повернулась к нему спиной. На самом деле я была игрушкой для них обоих, и никто из них не лучше. Но предложение Владимира просто мерзкое – меня так и передёрнуло при словах, что он меня не хуже приласкает… Архипа я хотя бы хотела.

– Я больше не желаю об этом говорить. Пожалуйста, уходите. Вы можете продолжать меня унижать, но всё равно ничего не добьётесь.

– Кристин…

– Я сказала, уходите! – отрезала я. Откуда только смелость и твёрдость взялись. А потому что больше некому за меня постоять, кроме как самой. Вот и приходится быть смелой и твёрдой. – Ключи оставьте на столе. Завтра я их отдам хозяйке квартиры.

– Поедешь прямо завтра?

– Да.

– Точно решила?

– Точно.

– И насчет нас? – он подошёл ближе и склонился надо мной.

– Никаких “нас”! – посмотрела я в его глаза. – Никогда.

– Ну и дура, – выплюнул он мне в лицо. – С голоду же сдохнешь.

– Значит, судьба у меня такая.

– Стерва малолетняя.

– Извращнец престарелый.

Владимир с наслаждением наградил меня ещё парой эпитетов и в самом деле ушёл.

А меня ещё долго била дрожь после всего, случившегося со мной…

***

– Так, ну… Вроде ничего не забыла.

Я еще раз проверила сумку в коридоре.

Уже через час я буду на вокзале до Питера. Вчера мне удалось выкупить последний билет на сегодняшний поезд. Забывать ничего нельзя – у меня и так мало вещей, чтобы их лишиться.

– Что ж… – глянула я на наручные часы и встала с сумки, после проверки которой, я уселась на неё же – “на дорожку” посидеть. – Пора. Прощай… Город. Прощай квартира, где я стала взрослой. Прощай… Архип.

Деньги, что он мне дал, и документы на квартиру от Владимира, я забрала.

Пусть мне и было крайне мерзко это делать – принимать помощь от тех, кто меня обидел, но мне надо было как-то выживать, а значит, гордости тут не место.

Настал мой час – новый рассвет моей новой жизни…

Я закрыла дверь ключом после того, как вынесла сумку в подъезд, а затем стала спускаться с ней, не обернувшись ни разу.

21.

– Хорошая квартира, – оглянулась я вокруг себя.

Я стояла посреди просторного зала с высокими потолками в своей новой квартире.

Адрес нашёл таксист, ключ к замку подошёл, и я без препятствий оказалась тут.

Это приятно, когда прямо с поезда, в незнакомом тебе городе, есть куда ехать.

В целом всё не так уж плохо. Жилье имеется, деньги мне оставил Архип – их хватит надолго, если с работой не заладится, и если жить скромно и распоряжаться экономно этими деньгами. Хоть что-то сделал для меня, придурок.

Теперь я ненавидела его ещё более отчаянно, чем после ситуации с бассейном ещё в школе… Потому что он мне сделал так больно, так унизил меня как девушку, что никто хуже бы уже не сделал…

Если только Макс. Его, кстати, осудили условно – папочка его всё же отмазал. Но очень надеюсь, что та ситуация в подсобке кафе, в котором я работала, хоть чему-то его научила.

Но Макс всегда был гадом и мажором, от него хорошего я и не ждала, но такой нож в спину от Архипа…

Он ведь уезжал от меня с полной уверенностью, что мы поедем с ним в Москву и будем там пытаться выжить дальше. Я думала, он станет мне стеной, мы поженимся и я наконец не буду одна, но… Вернулся словно бы совсем другой человек, не мой Архип. Его словно подменили и прислали ко мне его злого брата-близнеца, цель которого и была унизить меня и сделать так больно, чтобы я возненавидела его навсегда и даже не искала встреч, не лелеяла глупую надежду.

И я не лелеяла. Я молилась небесам лишь об одном – просила помочь мне его забыть. Его руки, губы, синие глаза, его фальшивые слова и то подкупающее ощущение покоя рядом с ним.

Я лишь мечтала переболеть этим, перестать плакать и снова встать на ноги после жуткой депрессии.

Несколько дней после приезда я просто лежала, почти не вставая, и смотрела в стенку.

Мне не хотелось ни есть, ни пить, ни спать. Как будто то, что я уехала и теперь он не знает, где меня искать, стало окончательной точкой для нас с Архипом. Как будто там, в снятой им квартире, я всё ещё надеялась, что он вернётся. Мне было больно там находиться после нашей с ним ночи, но я словно бы намеренно тянула свой уход оттуда. Ведь, если я ушла бы, Архип не смог бы узнать, где меня искать.

Наверное, это очень глупые мысли. Он и так меня, скорее всего, и не искал.

Он же сам сказал: любит Динку, выбрал её. Так чего ждать?

Но разве неразумному сердцу, которое верило и надеялось до последнего, пока поезд от моего родного города до Питера не тронулся с места, это можно объяснить?

Когда пришло понимание, что последние ниточки между мной и тем, кому я отдала всю себя, разорваны, на меня навалилась боль с новой силой…

Звонок в дверь в один из дней заставил меня вздрогнуть.

Кто бы это мог быть? Никто меня ведь не знает тут.

Но меня словно гнала интуиция пойти и посмотреть в глазок.

На площадке я увидела немолодую, но приятную на вид женщину.

– Кто там?

– Соседка. Милая, у тебя всё в порядке? – заговорила она со мной через дверь. – Я просто заметила, как ты три дня никуда не ходила и приехала одна. Тебе не плохо, случаем? Тревожно стало что-то мне.

Поддавшись какому-то непонятному чувству, я распахнула дверь.

– Ой-ёй… – пробормотала женщина, окинув меня взглядом. – Болеешь всё же. Давай врача вызову?

– Не надо, – ответила я и сама услышала, что мой голос звучит очень слабо. Выглядела я тоже, скорее всего, не самым лучшим образом. В душе с дня приезда не была… Не до того было.

– Как не надо? Девочка, ты себя в зеркало видела? Что с тобой? Если ты больна, так давай врача позовём.

– Я не больна… – ответила я так же тускло. – Меня просто разбили.

Женщина вздохнула.

– Слушай, я тут пирог испекла… Может, я принесу тебе кусочек? Расскажешь, чего там у тебя случилось.

Пирог? В животе заурчало. Сколько же дней я не ела? Пирог хочу.

– А с чем пирог? – спросила я.

– С клубникой.

– Обожаю.

– Ну вот и хорошо. Сейчас приду, погоди.

Соседка оказалась через стенку со мной. Она быстро прихватила с собой пирог на большом блюде и внесла его на мою кухню, скинув тапочки в коридоре.

– Ну, давай знакомиться, – повернулась она ко мне. – Я Люба. Можешь звать меня просто по имени.