Читать книгу "Школьная сплетница"

4 серия

Алиса

♬ Папин Олимпос – День, когда мы встретились с тобой

– Тебе не обязательно нести меня на руках, – тихо шепчу я. В горле пересохло, а тело горит в тех местах, где я чувствую пальцы Кайла. – Я тяжелая!

– Ты тяжелая? Косметичка Кайлз весит больше. – Он смотрит мне в глаза и ухмыляется, а я ощущаю, как лишь сильнее полыхают мои щеки. – Эй, сделай растерянный вид и расслабься, Айси.

Опустив взгляд на надпись «Los Angeles» на моем свитшоте яичного оттенка, я считаю каждую секунду, желая, как можно скорее оказаться в медпункте. От Кайла пахнет цитрусом и бергамотом. Я делаю еще вдох и, кажется, различаю неуловимый запах газировки. Свежий и легкий аромат слегка щекочет ноздри, и я тру нос костяшками пальцев, чтобы не чихнуть прямо на парня.

– Боже мой, что случилось? – испуганно спрашивает Татьяна Евстафьевна, наш школьный врач. – Клади ее сюда, Кайл!

– Я в порядке, – тихо мямлю я, наигранно шмыгая носом и растерянно бегая глазами по кабинету.

– Что случилось? – Она осматривает меня со всех сторон, останавливая взгляд на разодранных колготках. С этим нам помогла Лисицкая, которая острыми кончиками ногтей оставила небольшие, но заметные затяжки.

– Она упала в обморок.

– Ты не ударялась головой, милая? – Врач берет все необходимое с полки и, наклонившись ко мне, приподнимает веки, светя фонариком и рассматривая мои зрачки.

– Кайл успел поймать меня, – поджимаю губы я. – Только коленки поцарапала.

– Рассказывай все по порядку.

– Я не завтракала и немножко переживала из-за годовых оценок. Наверное, из-за этого, – пожимаю плечами, нервно молясь, чтобы она не почуяла подвох и не раскрыла наше вранье. – Резко захотелось пить, в горле пересохло. А потом голова закружилась, и перед глазами потемнело.

Кивнув, она показывает мне пальцы.

– Сколько видишь?

– Два, – честно отвечаю я.

– Измерим давление, и я позвоню твоим родителям.

– Маме, пожалуйста. Папа на важной встрече, его нельзя отвлекать. – На самом деле, если отец станет задавать мне вопросы, я расколюсь, даже не начав разговор.

Она одаривает меня улыбкой, фиксируя на руке рукав тонометра.

– Постарайся больше не нервничать и не пропускать завтрак.

– Сегодня впервые. С утра немного тошнило, и я даже чай не попила, – виновато болтаю, переводя взгляд на Кайла, который стоит немного в стороне, уперевшись локтем в дверной проем.

– А вы, молодой человек, можете вернуться на урок, – обращается она к нему.

– Я побуду с ней. Не переживайте, мне не нужно освобождение.

Шумно вздохнув, Татьяна Евстафьевна смотрит на показатели, высветившиеся на экране аппарата.

– Чуть-чуть понижено, а сердцебиение слишком быстрое, но это не страшно. Нужно съесть что-то сладкое или выпить теплый чай, а еще как следует успокоиться и отдохнуть. Школьные оценки не то, из-за чего стоит гробить свое здоровье.

Кивнув, я сажусь, спуская ноги с кушетки и достаю из кармана телефон.

– Можешь включить громкую связь, – говорит она мне, складывая все по местам, а затем стягивает с рук перчатки и выбрасывает их в мусорное ведро.

Набрав номер и включив громкую связь, как и попросила Татьяна Евстафьевна, слушаю гудки, которые сменяются быстрым голосом мамы:

– Ангел, у меня операция. Что-то случилось?

– Да-а, мам, – медлю я, ощущая жжение в груди от вранья, которое собираюсь выдать за правду. – Мне стало нехорошо и я упала в обморок.

– Господи! Ты в порядке?

– Да, все хорошо, я в медпункте. Тут с тобой хотят поговорить.

– Здравствуйте, я школьный врач, меня зовут Татьяна Евстафьевна. С вашей дочерью все хорошо, но я бы посоветовала вам забрать ее домой, чтобы обеспечить покой.

– Здравствуйте, я мама Алисы, Дарья Николаевна, но можно просто Даша. У меня нет возможности ее забрать, – взволнованно говорит она. – У меня еще три операции и несколько важных пушистых пациентов после шести.

– Не проблема, тетя Даша, я могу ее завезти, – вклинивается в разговор Кайл. – Если, конечно, вы не против.

– Кайл, как хорошо, что ты рядом! Я буду очень благодарна, – облегченно выдыхает она. – Вы сможете отпустить Алису с Кайлом под мою ответственность?

– Да, конечно, я передам Алисе справку, которую нужно будет подписать.

– Без проблем. Она принесет вам ее по возвращении в школу, Татьяна Евстафьевна.

– Договорились, Дарья Николаевна.

– Ангел, мне пора, – быстро говорит мама. – Увидимся вечером, ладно?

– Хорошо, мам, – отвечаю я и сбрасываю звонок.

– Мы можем идти? – спрашивает Кайл. – У меня есть шоколад и сладкий чай в машине. Я о ней позабочусь.

– Подождите в коридоре несколько минут, я напишу справку.

Мы с Кайлом вместе выходим из кабинета и садимся на кушетку у входа.

– Дыши, Айс, – шепчет он мне на ухо и берет за руку, от чего, как мне кажется, я действительно могу потерять сознание.

«Дыши, Айс», – повторяю мысленно его фразу и делаю глубокий вдох.

5 серия

Алиса

♬ Тринадцать карат – вопреки

– Приехали, – тихо говорю я, чтобы не отвлекать Кайла от разговора с отцом.

Он тормозит у моего дома, а когда я тянусь за своим рюкзаком, выставляет указательный палец вперед.

– I'll call you back, Dad. I have to go[2]2
  Я перезвоню тебе, пап. Мне нужно идти (англ).


[Закрыть].

Из динамика звучит короткое «ok», и Кайл сбрасывает звонок, поворачиваясь ко мне.

– Извини, обычно он звонит в другое время.

Мы не успели сесть в машину, как Кайлу позвонил отец. Он разговаривал с ним всю дорогу, и даже несмотря на то что я отлично знаю английский, часть их диалога я так и не смогла разобрать. Кажется, отец настаивал, чтобы Кайл прилетел не только на лето, а остался в Рочестере, чтобы закончить школу и поступить в университет.

Английский не такой уж и легкий, как может показаться на первый взгляд. В нем есть много непонятных для нас словечек и сокращений, которым никогда не научат в школе. О чем я? Мой репетитор по английскому прожила пять лет во Флориде, а я занимаюсь у нее уже три года. Но даже с таким раскладом я еле разобрала их диалог. Да и ко всему прочему, отец Кайла лениво проглатывает окончания и коверкает слова, как истинный англичанин. Думаю, даже Кайл иногда понимает его с трудом.

– Ничего, – улыбаюсь я. – Все в порядке. Спасибо, что подвез.

Я тянусь к ручке двери, собираясь завершить прощание шаблонным: «увидимся в школе», но Кайл протягивает руку и накрывает мои пальцы своими. Снова.

– Я должен узнать про Котова.

Сглотнув моментально образовавшуюся в горле сухость, я одергиваю руку, сжимая пальцами торчащие из разодранных колготок колени.

– Он приставал к тебе?

Я чувствую прошибающий взгляд Кайла на своем лице и боюсь пошевелиться, чтобы не подать ему какой-нибудь неподходящий знак.

– Это важно, Айс, – добавляет он, чтобы дожать меня.

Сделав глубокий вдох, борюсь с эмоциями. Демон, устроившийся на моем плече, поправляет мне волосы и шепчет: «соври», а ангел с укором смотрит и медленно мотает головой.

Мне не стоит говорить правду, но я не смогу соврать. Не Кайлу.

– Он поцеловал меня, но я ударила его и убежала, – повернувшись к Риду, я замечаю, как он еле заметно поджимает губы, словно пряча истинные чувства, прямо как я. – Как думаешь, это Котов написал пост?

– Не знаю, – ледяным тоном отвечает Кайл. – Он говорил тебе что-то еще?

Задумавшись, пожимаю плечами и поправляю заколку на волосах, чтобы занять руки и не показать, как я нервничаю на самом деле.

– Сказал, что вся школа узнает, какая я.

Кивнув, Кайл смотрит сквозь меня.

– Второй урок вот-вот закончится. Мне нужно вернуться в школу. – На его губах появляется странная, будто наигранная улыбка. – Ты справишься?

– Да, – слегка улыбаюсь в ответ. – Моя квартира на первом этаже, так что… – замолчав, я фальшиво хихикаю и протягиваю дрожащие пальцы к ручке двери. – Эм… Ну… Увидимся в школе, Кайл?

– Увидимся, Айси.

Я выхожу из машины и не успеваю даже до конца захлопнуть дверцу, как она уже срывается с места, наполняя тихий двор разъяренным ревом.

Кажется, рассказывать Кайлу такие подробности нашей перепалки с Котовым на вечеринке было большой ошибкой.

Ты тупица, Алис!

6 серия

Кайл

♬ Папин Олимпос – Школа

Я не помню, как доехал до чертовой школы, как написал Дену, что скоро буду, и даже то, как шел к кабинету 11 «Б». Но когда я открываю дверь без стука и не нахожу глазами Котова, с меня словно слетает маска разъяренного зверя, и мир вместо кричащего и агрессивного становится нормальным.

– Рид, ты ошибся кабинетом? Ваш класс в соседнем.

Мотнув головой на Таисию Рихардовну, которая как всегда пучит глаза и поправляет вязаный светло-серый пуловер, я спокойно выдыхаю. Ее залитая лаком пышная челка от стука ногой слегка поддергивается, и это вызывает непроизвольную улыбку.

– I'm sorry.

Я шагаю спиной и скрываюсь за дверью до того, как она напомнит мне, что я в России и должен говорить на русском.

Чертов Котов. Я настолько разозлился, когда Алиса сказала мне про поцелуй, что даже забыл про скоростной режим, которого нужно придерживаться на дороге. Мама будет злиться, когда придут очередные штрафы.

Звучит оглушающий звонок с урока, и я в последний момент успеваю отойти от двери, прежде чем оттуда вырывается дикий 11 «Б».

– Приветик, Кайл, – улыбается Таня Капустина, прижимаясь спиной к стене возле кабинета. Ее красные волосы собраны в странные улитки и волнистыми прядями спадают на лицо. Она накручивает одну из них на палец, облизывая красные губы, и вычерчивает красным ногтем что-то на моей груди. – Ты не меня ли искал?

– Ты Котов?

Каждый раз, когда эта помешанная на роковом цвете девушка лезет ко мне, я чувствую себя так же, как и рядом с Рейчел. Странно и растерянно. Мне не нравится ее внимание.

– Что? – громко смеется она, кокетливо опуская взгляд на свои, черт бы побрал, красные туфли, а затем возвращает взгляд на меня.

– Oh my God, Капустина, свали, – вовремя подходит Кайли и грубо сбивает руку прилипалы с моей груди. – Не хватало, чтобы мой брат заразился от тебя этой мерзкой Скитлзтрянкой!

– Идиотка, – шикает жалкая копия Шерил Блоссом и наконец-то отступает, догоняя подружек. Сестру Котова и еще одну, имя которой я так и не запомнил. В школе их называют Трикс, что расшифровывается, как «трио стерв с фамилией на букву К».

– Нью-Йорк, – зовет Ден, и я оборачиваюсь на его голос. – Тебе бы свалить, пока Антон не вышла из класса, – предупреждает он, кивая на конец коридора в сторону лестницы, которая ведет к тайной комнате.

Я показываю большой палец и следую за ним и Андреем Быковым, по дороге пожимая ему руку в знак приветствия. За нами также идут Эл, Фокс, моя сестра и Илья Барсуков, который всегда тусуется с девчонками.

Мы молча преодолеваем коридор, два лестничных пролета и, убедившись, что никто не следит, скрываемся за дверью той самой подсобки, которую используем в качестве укрытия.

Когда мы оказываемся внутри, Ден даже не успевает повернуть ключ в замке, как Кайлз начинает орать:

– Jesus! Чертова gossip girl!

– Где Алиса? – плюхнувшись на маты, спрашивает Эл. – С ней все в порядке?

– Да, я отвез ее домой.

– Она рассказала тебе что-то о Коте? – интересуется Ден, сбросив рюкзак на пол. – На перемене я подходил к Назарову, и он сказал, что Котова сегодня не будет на уроках.

– Уверен, что он не пришел, потому что был слишком занят созданием этой тупой хрени, – подключается Бык.

– Думаете, это Котов? – смеется Барсуков. – Он тупой, как угол! Не поверю, что он умеет создавать каналы. Разве что скролить видео и тыкать лайки с закрытыми глазами.

– Мне все еще кажется, что это девчонка.

– Ден, я тебе уже говорила, что это может быть кто угодно, – закатывает глаза Эл. – Может, он специально так пишет, чтобы подумали на других!

– Он приставал к Айси на вечеринке, – неожиданно выпаливаю я и все тут же замолкают, смотря на меня как на появившееся из неоткуда приведение.

– Приставал в смысле… в прямом? – Саша Лисицкая хлопает глазами, и, чтобы снова не взорваться от нахлынувших эмоций, я внимательно рассматриваю ее большие подкрученные ресницы, на кончиках которых отсвечивает розовый свет неона. – Ненавижу их кошачье семейство! Придурковатые, – злится она, складывая руки на груди, и отказывается от банки колы, которую ей пытается впихнуть Бык.

– Айс не рассказала подробно, но я знаю, что она звонила маме из туалета и туда зашел Котов, – я сжимаю челюсть, когда понимаю, что должен произнести вслух то, что сделал этот ублюдок. – Он поцеловал ее, а она ударила его и убежала.

– Котов покойник, – подбрасывая вверх пыльный и немного спущенный баскетбольный мяч, говорит Ден.

– Это все, что она рассказала? – спрашивает Фокс.

– Почти. Он угрожал, что расскажет всей школе, кто она такая на самом деле.

– А вот это уже заявочка, – машет указательным пальцем сестра. – Нам стоит кастрировать его!

– Кайли, – смеется Барсуков, за что получает в лицо подушкой-попкорном от разозлившейся Алены. – Смирнова, за что?

– Не смешно, Илья!

– Ты видела ее выражение лица? Она мысленно уже отрезала ему яйца и забросила в баскетбольное кольцо! Я с этого посмеялся.

– Кайли права, – поддерживает мою сестру Саша. – Кто позволил ему распускать руки, еще и болтать? Я удивлена, что Леднева врезала ему. Она такая тихая обычно, даже не верится.

Все молчаливо переглядываются и кивают в подтверждение.

– Нужно узнать у Макса, придет ли этот придурок на тренировку, – Ден достает из кармана телефон и, что-то быстро напечатав, убирает его обратно.

– Обычно он не прогуливает тренировки, – вклинивается в разговор Бык, который с первой секунды, как мы оказались здесь, сел на полу и уставился в планшет. – Но какой план?

Я смотрю на девчонок и именно в этот момент звенит звонок. Эл поднимается с матов и направляется к двери, бросая на Дена короткий вопросительный взгляд.

– Вы не пойдете на урок?

– Останемся здесь, – отвечает ей он. – Нужно подумать, что мы будем делать с этой сплетницей и Котовым. Или сплетницей Котовым.

Эл кивает ему и, быстро открыв дверь, осматривается по сторонам, прежде чем выйти.

Когда остаемся только мы втроем, Андрей вытягивает ноги вперед и достает из кармана электронку, делая несколько затяжек и выпуская дымных медуз вверх. Воздух сразу наполняется запахом химического зеленого яблока, и я морщусь.

– Не кури здесь, придурок. Может сработать пожарка, – злится Ден.

– Я нервничаю, – хмурится он, продолжая залипать в экран планшета. – Что если мы следующие?

– Тебе есть что скрывать? – спрашиваю я, на что он лишь пожимает плечами.

– Дену есть что.

Переведя взгляд на Дениса, я замечаю, как он концентрируется на мяче, зажатом между ладонями. Я не знаю, о чем говорит Бык, но судя по тому, что Ден задумчиво молчит, кажется, он прав.

– В любом случае, я собираюсь надрать задницу Котову, – предупреждаю их я. – Айси попросила не лезть в это, но черта с два я останусь в стороне и позволю ему спокойно жить после того, что он сделал.

– А ты настроен серьезно, – улыбается Бык. – Не понимаю, че ты резину целый год тянешь. Ты тоже нравишься Ледневой. Каждый в школе это знает, даже Антон.

– Тяну резину? – вскидываю бровь я.

– Это значит «тупишь», Америка, – расплываясь в улыбке поясняет он.

– Летом я уеду к отцу. Он настаивает, чтобы я остался и доучился там.

– Шутишь? – вклинивается Ден. – Прости, бро, но мы не отпустим тебя. Одиннадцатый класс без твоего невъезжающего выражения лица, когда ты не понимаешь фразочек Антона, – полный отстой.

– Я не собираюсь оставаться, вернусь после каникул, – подмигиваю я Денису. – Как я без вас? В Нью-Йорке все такие скучные и лицемерные. Другое дело Россия: никто не улыбается наигранно, все ходят с недовольными минами. Романтика! – С моих губ срывается смешок.

– Ну допустим, – откашливается Бык и делает еще одну затяжку, из-за чего в него летит баскетбольный мяч, от которого он в последний момент успевает увернуться. – Даже если ты уедешь после окончания школы. Че теперь, не встречаться с девчонкой, которая нравится? – Он убирает планшет в рюкзак и уже вовсю пялится на меня как на глупого ребенка. – А может, Алиса согласится с тобой в Америку улететь? Не, не думал? У нее по всем предметам пятерки. Она с легкостью поступит в ваш этот Брауни!

– Браун, идиот, – смеюсь я, и мое веселье подхватывает Ден.

– Брауни, Браун. Какая ваще разница? Ты понял, о чем я.

– Я бы хотел, чтобы Айси полетела со мной.

– То-то же, Нью-Йорк, – стучит он пальцем по виску. – Если будешь буксовать, останешься без Ледневой. Она миленькая, ее быстро украдут, пока ты булки мнешь.

– Буксовать? Мять булки? – снова приподнимаю бровь я.

– «Тупить», – ухмыляется Ден.

– Этот ваш русский и тысяча фраз, означающих одно тоже…

– Как будто у вас не так, – закатывает глаза Бык. – Видал я ваш английский в аду. А еще: To be, to do, to have, – паясничает он, протягивая нудным голосом нашей учительницы по английскому, вызывая улыбку на моем лице. – В отличии от Ледневой, меня никто не увезет в Америку, и мне эти знания нахрен не сдались.

– Может, Кайлз? – шучу я.

– Очень остроумно, Рид! Так себе ты брат, если думаешь, что я отличная партия для твоей сестренки.

– Она тоже не подарок. Вспомни ее прыжок в бассейн со второго этажа во время вечеринки.

– Кайл прав, – кивает Ден. – Ты по сравнению с его сестрой безобидный псих. Нужно иметь стальные нервы, чтобы быть рядом с такой поехавшей девчонкой.

– Кстати, как думаете, эта сплетница была среди нас на вечеринке или ей кто-то доносит?

Мы все на мгновение замолкаем, проваливаясь в мысли. Я включаю телевизор и приставку, бросая один из джойстиков Дену, а он с легкостью ловит его, приземляясь рядом со мной на матрасы.

– Черт его знает. Но я надеюсь, мы узнаем, кто это, до того, как выйдет еще какая-нибудь хрень, – говорит Денис, параллельно выбирая команду за которую будет играть.

– Ты прав, – добавляет Бык. – Нужно быть внимательнее к одноклассникам. Все-таки на вечеринке мы держались все вместе.

– И не «тупить», – подшучиваю я, чтобы немного разрядить атмосферу, и у меня получается, потому что парни начинают смеяться.

– Я не думаю, что это кто-то из наших, – уставившись на неоновый светильник, говорит Ден. – Хотя я уже вообще ничему не удивлюсь.

7 серия

Алиса

♬ навздохе – мелатонин

После того как Кайл привез меня домой, я не нашла ничего интереснее, чем весь день патрулировать по квартире, преследуя свою кошку Физику. Мы ходили от миски к когтеточке, от когтеточки к лотку и обратно на кухню к миске, в мою комнату на кровать, а потом все по новой. Я буквально не могла найти себе места, представляя, что Кайл решит разобраться с Котовым и между ними завяжется драка. Но судя по тому, что телефон молчал, а в школьном чате не было подозрительной активности, вчера все было тихо. Не знаю, может, Кайл послушал меня и не стал разбираться с Котовым, или Котов, как обычно, отсутствовал в школе.

Вечером с работы вернулись мама и отец. Я сделала вид, что уже сплю, и никто из них не стал доставать меня расспросами о моем состоянии. Но вот сегодня… Я выслушала целую лекцию о том, что должна быть внимательна к себе и своему здоровью. Не знаю, какой рак на горе свистнул, но отец приказал мне оставаться дома.

– Может, отложишь ненадолго телефон и сделаем оливье? Сегодня мне на смену к десяти, – поверх чашки с кофе улыбается мама.

Папа уже уехал на работу, а мы все еще лениво сидим на кухне в лучах раннего, но теплого солнышка, пока по телевизору идут наши любимые «Экстрасенсы».

– Давай. – Заблокировав телефон, я убираю его в карман. – Все же интереснее, чем торчать дома без дела в будний день.

– В твои годы я обожала прогуливать школу. Ты неправильная, – хихикает мама.

– Папа бы с тобой поспорил.

Потрепав меня за волосы, она достает из холодильника горошек, банку соленых огурцов, которую передала бабушка на прошлой неделе, и мою любимую докторскую колбасу. А затем протягивает мне доску и нож.

– Порежь четыре огурца и колбасу кубиками, а я пока поставлю вариться яйца, картошку и морковь.

– Будет сделано, – улыбаюсь я, начиная с нарезки колбасы и поглядывая на экран телевизора, чтобы не пропустить, как Влад Череватый проходит испытание. – Мам?

– М?

– Я знаю, что вы познакомились с папой в школьные годы, но не слышала ничего о том, как именно это было.

Тем временем в телевизоре Влад расхаживает по дому и грубо матерится: это вызывает у меня тихий смешок.

– Ох, Ангел, – шумно выдыхает мама, тщательно вымывая овощи, прежде чем положить их в кастрюлю и поставить на огонь. – Меня отправили на олимпиаду по химии в гимназию твоего отца. Мы столкнулись у входа после окончания, когда я уже собиралась идти домой.

– Он остановил тебя, чтобы познакомиться? – нетерпеливо перебиваю.

– Чтобы сказать, что у меня развязался шнурок, – смеется она. – А потом мы с подружками после уроков, стали часто гулять у его гимназии и…

– Вы встретились? – не выдерживая, снова перебиваю я, и мама хмурит брови, складывая руки на груди. В нашей семье не принято перебивать. – Извини, мам, я на эмоциях. Так интересно!