Текст книги "Скорпион"
![](/books_files/covers/thumbs_240/skorpion-88510.jpg)
Автор книги: Евгений Гаглоев
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
В конце послания сияла маленькая золотая фигурка, похожая на крылатого дракона. Присмотревшись, Катерина поняла, что это грифон – мифическое крылатое существо, о которых она читала в детстве, с туловищем льва и головой орла.
– Вот такое известие, – подытожил Магистр. – Насчет зеркал он прав, мы соблюдаем крайнюю осторожность. А насчет всего остального…
– Кто доставил это послание? – спросил Влад.
– Его принес ястреб, – ответил Магистр. – Он выронил его передо мной, когда я гулял в лесу, и тут же улетел. Когда-то мы переписывались с Корнелиусом и доставляли письма именно таким способом. Поэтому я не сомневаюсь, что амальграмму послал именно он.
– Или тот, кому хорошо известно об этом способе, – произнес Алекс.
– Я не исключаю такую возможность, – кивнул Магистр, соглашаясь. – Дело довольно рискованное, но и проигнорировать это послание мы не можем. Я хочу, чтобы Катерина отправилась в Столицу, но под твоей охраной, Влад. Сам я отправиться не могу, дела требуют моего присутствия здесь. Но в тебе я уверен. Ты сможешь на месте все осторожно разведать и в случае чего – защитить Катерину.
– Башня Золотых Грифонов издревле принадлежала роду Корнелиуса, – сказал Влад. – Но она пустовала много лет. Странно, что он решил вдруг вернуться в родовое гнездо.
– Поэтому я и хочу, чтобы ты отправился туда. Нужно выяснить, не ловушка ли это. Если же это и правда Корнелиус, его помощь может оказаться неоценимой. В его мудрости и прозорливости я никогда не сомневался. А мы до сих пор почти ничего не знаем о планах Темнейшего. Как он собирается вырваться из Зерцалии и какую участь он готовит Катерине.
– Я бы тоже хотела это знать, – робко произнесла девушка.
– Я готов сопровождать тебя, – взглянул на нее Влад. – Путь предстоит дальний. На корабле в Столицу не попасть, ее воздушное пространство находится под пристальным наблюдением полиции и гвардии Императора. Они пропускают только пассажирские и военные корабли, у которых есть специальное разрешение. Через зеркальные порталы тоже не получится: все они отслеживаются магами императорского дворца. Придется ехать на поезде!
– Я поеду с вами! – тут же заявил Алекс. – Завод доппельгангеров Повелителя Кукол находится неподалеку от Столицы, а мы знаем, что моего отца держат именно там. Как и Маргариту!
– И я поеду, – сказал Игорь. – Я не оставлю вас одних.
– Я тоже, – тихо проговорил Кай. – В таком опасном предприятии вам пригодятся мои крылья.
– Мы проникнем на завод? – с надеждой спросила Катерина у Влада. – Освободим мою маму и отца Алекса?
Называть его отца дядей у нее пока язык не поворачивался.
– Разведать обстановку мы постараемся, но не будем лезть на рожон! – сразу предупредил ребят Влад. – Мы просто узнаем, что творится в Столице и на заводе доппельгангеров. Постараемся выяснить все о Башне Золотых Грифонов и ее нынешних обитателях. Но мы не станем вламываться в замок Повелителя Кукол и освобождать пленников! Его охраняет целая армия киноцефалов! Таким небольшим отрядом нам с ними не справиться!
– Но мы должны попытаться! – возразила Катерина. – Их нельзя оставлять в плену! Они и так слишком долго были во власти Повелителя! Проберемся на завод тайно…
– Да киноцефалы нас к нему на пушечный выстрел не подпустят! – оборвал ее Влад. – Ты не представляешь, какое у них чутье! Они сразу заподозрят неладное!
– И что теперь? Сдаться?!
– Мы спасем их, будьте в этом уверены, – заверил ребят Магистр. – Но не сейчас. Сейчас для вас важнее Корнелиус! А за безопасность Маргариты и Дмитрия Грановских я бы сейчас не опасался. Созерцатели слишком ценны для Повелителя Кукол, чтобы он плохо с ними обращался. Они пленники, но не рабы. Их кровь нужна для его демонических кукол! Без нее они не смогут проходить в другие миры.
Катерина даже никогда не задумывалась о фамилии своей матери. Ну конечно! Маргарита Грановская! Алекс носил ту же фамилию.
– Влад, приготовь все необходимое для поездки, – попросил Магистр. – В дороге вам нужно будет соблюдать крайнюю осторожность. Прятать оружие под одеждой, стараясь не вызывать абсолютно никаких подозрений, так что заранее запаситесь просторными плащами.
– Не беспокойтесь, я все сделаю, – пообещал Влад и поднялся с пола.
– Хорошо, что вас будет пятеро. Оптимальный вариант, – сказал Магистр. – Небольшая группа не привлечет внимания полиции. Собирайтесь в дорогу, друзья. Воздушный корабль доставит вас в окрестности ближайшего города, там вы сядете на поезд и отправитесь в Столицу.
Ребята согласно кивнули и направились к выходу.
– Наши родители, – шепнула Катерина Алексу. – Мы же не оставим их в беде?
– Конечно нет! – пообещал ей парень. – Разберемся на месте. А пока нам лучше выполнять приказы Влада. Но я рад, что мы снова отправляемся в путь. Сидеть долго на одном месте – это не по мне.
– Магистр обещал, что позволит нам с тобой вернуться на Землю, – вспомнила Катерина. Она печально вздохнула. – Похоже, он совершенно об этом забыл.
– Ничего страшного. – Алекс шутливо толкнул ее в плечо. – Мы сделаем это, как только прибудем в Столицу! Зеркала там на каждом шагу! И там это будет не так опасно, как здесь.
Катерина сразу воспряла духом. Алекс никогда не унывал, и это его качество всегда ей нравилось. Она уже предвкушала встречу с друзьями и Матвеем, ну а пока ей действительно нужно начинать собираться в дорогу.
![](i_009.jpg)
Глава пятая
Я ЛЮБЛЮ ТРУДНОСТИ
![](i_010.jpg)
Феофания скрывалась в небольшом одноэтажном домике на окраине Санкт-Эринбурга. Когда-то он принадлежал семье Сухоруковых, но вот уже много лет пустовал, поэтому лучшего места для временного убежища было не найти. Дом стоял неподалеку от залива, его окружал высокий деревянный забор и буйно разросшийся сад. Впрочем, деревья давно высохли и на фоне заснеженного участка выглядели довольно зловеще. Высохшие, заскорузлые ветки упирались в крышу здания, а сидевшие на них вороны время от времени принимались истошно каркать.
– Настоящее жилище ведьмы! – отметил Никита, когда они с Матвеем подошли к строению.
Матвей не мог с этим не согласиться. Запыленные окна, покосившиеся от времени ставни, почерневшие стены – дом действительно производил удручающее впечатление. Они вошли во двор, пересекли заснеженную лужайку и поднялись на широкую террасу. Матвей постучал в хлипкую дверь. Доски пола натужно скрипели под их ногами. Навес над террасой, казалось, того и гляди обрушится на головы.
Над дверью виднелся странный символ, похожий на перевернутую пятиконечную звезду. Он выглядел совсем свежим, словно его нанесли не так давно. Похожие символы были и на наружных стенах дома, почти через каждые полметра. Что и говорить, Феофания позаботилась о своей безопасности!
Матвей вдруг почувствовал, как волосы на голове зашевелились. Символы не пускали его точно так же, как это было и в особняке Сухоруковых.
Дверь приоткрылась, но не полностью. Изнутри ее держала прочная цепочка. В образовавшуюся щель выглянула Феофания. Узнав ребят, она отошла в сторону, сняла цепочку и только тогда открыла дверь.
– Быстро добрались, – сказала она. – За вами никто не следил?
– Нет, – уверенно заявил Матвей. Всю дорогу они с Никитой оглядывались, проверяя, не следят ли за ними шпионы из Клуба Калиостро.
– Хорошо, – кивнула женщина. – У меня дурные предчувствия.
– Почему? – спросил Никита.
– Кажется, меня недавно кто-то преследовал. Они держались на расстоянии, но я все равно что-то почувствовала. Придется менять убежище.
– У меня дурные предчувствия вообще стали постоянными, – заметил Никита, входя в дом.
Матвей не мог последовать за ним. Феофания вопросительно на него взглянула, затем, сообразив, кивнула и вышла на террасу.
– Мои знаки работают, – довольно улыбнулась она. Потом подняла руку и стерла символ над дверью.
Теперь Матвей смог войти, но в самом доме ему было не по себе. Похоже, стены были покрыты защитными символами не только снаружи, но и изнутри. Когда он вошел, гадалка тут же снова нарисовала знак над дверью. Матвей понял, что теперь не сможет выйти, пока она не позволит ему это сделать.
Феофания закрыла за ними дверь, для надежности заперев ее еще и на цепочку.
Матвей и Никита прошли в тесную гостиную.
В доме было всего две комнаты и кухня. В углах под потолком на сквозняке трепыхались клочья паутины, со стен свешивались полосы пожелтевших обоев. В центре комнаты стоял круглый стол, покрытый белой скатертью, и по всей его поверхности были разложены открытые книги в потемневших кожаных переплетах. По-видимому, Феофания изучала их уже несколько дней. Матвей не знал, откуда у нее эти оккультные фолианты, но догадывался, что лучше не спрашивать. Феофания была довольно скрытной и не очень-то любила распространяться о своих делах.
В углу комнаты работал старенький телевизор. На экране красавица-репортерша по имени Лидия Белохвостикова брала интервью у княгини Щергиной! Рядом стоял заплывший жиром граф Орлов и во весь рот довольно улыбался.
«Дворянское собрание всегда готово оказать любую спонсорскую поддержку, – просияла улыбкой на камеру Щергина. – Наш новый благотворительный проект – сбор средств на ремонт и открытие нашего знаменитого луна-парка, который закрыт уже долгие годы! Надеюсь, нам удастся восстановить это место отдыха, любимое не одним поколением жителей Санкт-Эринбурга…»
– А они не только оккультизмом занимаются, – отметил Никита.
– Пускают пыль в глаза, – махнула рукой Феофания. – Они никогда ничего не делают просто так. Если Клуб Калиостро решил прибрать к рукам старый луна-парк, значит, он им для чего-то понадобился. Боюсь даже подумать, для чего именно! – И она выключила телевизор.
– Вам уже удалось что-то найти? – спросил Никита, усаживаясь на скрипучий деревянный стул с высокой спинкой.
– В том-то и дело, что ничего, – вздохнув, призналась Феофания. – Я изучила все летописи странных событий этого города, но не нашла даже упоминаний о черных зеркалах. Эти книги – дневники магов и чернокнижников, живших когда-то в Санкт-Эринбурге. Но ни в одной из них нет того, что нам нужно. У Сухорукова когда-то была целая библиотека оккультных книг, но все они исчезли незадолго до произошедшего с ним несчастного случая. Много бы я дала, чтобы заглянуть в те записи! Князь знал о Трианоне. У него наверняка имелась информация, которая нам сейчас так необходима.
Она небрежно откинула назад свои длинные волосы и стянула их в хвост на затылке. Матвей подошел к столу.
– Ничего не нашли… Зачем же вы пригласили нас? – с недоумением спросил он.
– Читая эти записи, я вдруг вспомнила об одном способе… Есть одна возможность узнать, кто именно скрывает сейчас последнее зеркало, – проговорила Феофания. – Выяснить, кто является его хранителем. На эту мысль меня натолкнула вот эта запись из аудиодневников Сухорукова.
Она вытащила из кармана пиджака небольшой диктофон и включила его. Раздался знакомый ребятам старческий скрипучий голос. Они уже слышали его несколько недель назад, когда старый князь, обернувшийся гигантским пауком, пытался убить их обоих.
«Последнее окно в другую вселенную, – невнятно бормотал Сухоруков на записи. – Портал в ад! Уничтожить его невозможно, значит, следует скрыть навсегда. Я терпеть не могу этого типа, но не могу не признать, что он настоящий мастер своего дела. Связываться с ним лично мне не с руки, но вот Минерву он обязательно послушает… В память о тех счастливых деньках, что они пережили в прошлом. Решено! Прибегну к ее помощи, ведь только она сумеет его уговорить!»
На этом запись оборвалась. Матвей удивленно взглянул на Феофанию.
– Артем что-то упоминал об этом, – вспомнил он. – Он ведь тоже прослушал все записи Сухорукова. Но он тогда ничего не понял.
– Равно как и мы сейчас, – добавил Никита. – Речь идет о Минерве и еще каком-то типе. Кто они такие?!
– О, это очень интересная деталь, – улыбнулась Феофания. – Князь Сухоруков обожал театр, особенно он любил оперу, классические произведения. Насчет «типа» у меня нет даже догадок, но Минервой он называл женщину, в которую был когда-то влюблен. Вам она тоже знакома.
– Неужели? – удивился Матвей.
– Речь идет о Евдокии Державиной.
До Матвея не сразу дошел смысл ее слов. Но когда он понял, о ком именно говорит Феофания, даже рот открыл от изумления.
– Я что-то пропустил? – заинтересовался Никита.
– Старуха Державина?! – Матвей не верил своим ушам. – Бабка Катерины, которая пыталась убить Алекса стеклянным ножом?! Эта старая ведьма?!
– Не забывайте, что на вас напала не сама Евдокия, а доппельгангер, выдававший себя за нее, – поправила его Феофания.
– Но по рассказам Аглаи, сама Евдокия тоже была той еще штучкой! – не унимался Матвей. – Она отравляла жизнь всех, кто был рядом! Строила козни и плела интриги, надеясь разрушить брак Аглаи и отца Катерины. Неудивительно, что ее никто не любил!
– Имей уважение к тем, кого сейчас уже нет рядом с нами, – серьезно произнесла женщина. – Когда-то и они были молоды и беспечны. Они влюблялись, страдали, совершали ошибки… Жили полной жизнью, как и нынешняя молодежь. Но они сделали неправильный выбор, и теперь никого из них нет в живых. Евдокия стала жертвой выходцев из Зерцалии, а князь Сухоруков превратился в ужасное чудовище и был убит зеркальной ведьмой… Всем им можно только посочувствовать.
Матвей притих. В словах Феофании был определенный смысл.
– Евдокия в молодости была очень красивой женщиной, – продолжала Феофания. – Своенравной, необузданной, с тяжелым характером. Но ее всегда окружали толпы поклонников. Сухоруков любил ее, преклонялся перед ней. Немудрено, что он поделился с ней своим секретом и попросил о помощи. Думаю, что теперь только Евдокия сможет раскрыть нам эту тайну.
Брови Никиты изумленно взлетели вверх. Он выглядел таким потрясенным, что Матвей едва не рассмеялся. Но не стал, потому что и сам бы удивлен не меньше Легостаева.
– Но ведь она мертва, – заметил он. – Погибла, когда ее заменили двойником.
– Для нас это не станет серьезным препятствием, – ответила Феофания. – Не случайно я считалась одним из лучших медиумов в этом городе. Общаться с мертвыми… В моей семье это частенько практиковали.
– Вы хотите вызвать ее дух и расспросить его о зеркале?! – удивленно проговорил Никита.
– Именно это я и собираюсь сделать! – заявила Феофания. – И вы поможете мне!
– Но почему именно ее?! – изумился Матвей. – Почему не самого Сухорукова?
– Перед смертью тот окончательно озлобился и лишился рассудка. Он не станет помогать нам. А вот Евдокия – другое дело. Мы никогда не были с ней врагами. Так отчего ей отказывать нам в помощи?
– Потому что она ненавидела Катерину – ответил Матвей. – Терпеть не могла Аглаю, а теперь явно не рада, что все мы живем… – Он осекся. – Жили в ее доме!
– Попытка не пытка, – развела руками Феофания. – Мы постараемся разговорить ее. Но, как я уже сказала, без вашей помощи мне не обойтись.
– Чем же мы можем помочь? – спросил Никита.
– Чтобы вызвать дух, нужен очень мощный артефакт, который сможет сфокусировать энергию и не дать призраку испариться. Когда-то я использовала особый хрустальный шар, но вы разбили его, когда заявились в мою оккультную лавку.
– Вы сами виноваты! – тут же ответил Матвей. – Сначала опоили нас какой-то дрянью, а затем ваш приятель попытался убить нас скипетром!
– Теперь Анатолий тоже погиб, – печально произнесла Феофания. – Не будем ворошить прошлое, мы тоже совершили немало ошибок. Как бы то ни было, моего шара больше нет. И мне нужен другой артефакт, сравнимый по мощности с ним. А таких в этом городе днем с огнем не сыскать. Я знаю лишь одно устройство, которое может быть нам полезно. Это Диоптра баронессы Гольданской.
– Той ужасной женщины с фарфоровой маской на лице? – нахмурился Матвей.
– Верно. Баронесса – член Клуба Калиостро и является нашим злейшим врагом. Но нам нужна ее Диоптра, чтобы выяснить, где спрятано третье зеркало Трианона. Ничего другого не остается. Мы должны проникнуть в ее дом и выкрасть это устройство. И в этом деле без вашей помощи мне не обойтись.
– Вы знаете, где она живет? – спросил Никита.
– Богатый особняк за городом, – ответила Феофания. – Роскошное имение, которое охраняют несколько нанятых ею головорезов. Дело предстоит трудное.
– Я люблю трудности! – широко улыбнулся Легостаев, и в свете лампы блеснули его острые клычки.
– Нам нужно разработать план. Трудность состоит в том, что баронесса практически не покидает своего имения. Она жутко изуродована и не любит показываться на людях. Исключение делает лишь для собраний Клуба Калиостро. Я попытаюсь раздобыть чертежи ее особняка, а потом мы с вами обсудим детали. Сделать все нужно в самое ближайшее время, чтобы члены Клуба нас не опередили. И еще один момент! Мне нужна какая-то вещь Евдокии Державиной. Чтобы установить связь с призраком. В вашем доме можно что-то раздобыть?
– Наверняка, – немного подумав, ответил Матвей. – Аглая сожгла большую часть личных вещей старухи, но они, несомненно, принадлежали доппельгангеру и вызывали у всех нас лишь дрожь и отвращение. Но если порыться на чердаке, можно найти что-то принадлежавшее и самой старухе Державиной.
В этот момент в дверь дома громко постучали. Матвей и Никита быстро переглянулись, Феофания нахмурилась.
– Я никого не жду, – тихо сообщила она. – Не нравится мне все это.
– Не открывайте, – предостерег ее Легостаев.
– Дверь настолько хлипкая, что ее можно вышибить одним хорошим ударом. Так что лучше посмотреть, кого там принесло, – ответила женщина.
Феофания взяла в руку скипетр Макропулоса – мощное оружие чернокнижников, стоявшее в углу комнаты, – и направилась к двери.
– Будьте готовы ко всему, – шепнула она ребятам, открыла дверь, да так и замерла.
На пороге стояла Гертруда Волховская.
Зеркальная ведьма была в облегающем красном костюме из блестящей кожи, в высоких сапогах на каблуках. На руках были длинные перчатки. На плечи Волховской была наброшена роскошная шуба из черного меха, поверх которой вдоль спины рассыпались ее золотистые волосы.
– Привет, гадалка! – хищно улыбнулась Гертруда.
– Здравствуй, ведьма, – спокойно ответила Феофания.
– Милый у тебя домишко! Я бы вошла, но вот твои обереги… – Волховская презрительно взглянула на символы над дверью и стенах. – Не слишком ты гостеприимная хозяйка!
– Я рада далеко не всякому гостю.
– Это и заметно. Ну хватит любезностей! – со злостью сказала ведьма. – Где ты прячешь зеркало, которое вы так подло умыкнули с кладбища?! Разве ты еще не поняла, что грядущего уже не остановить?! Все ваши жалкие попытки противостоять нам обречены на неудачу!
– Зеркало тебе не найти, – произнесла Феофания. – А что до наших попыток, как ты сама выразилась, нам же удалось умыкнуть артефакт у тебя из-под носа!
Гертруда недовольно нахмурилась.
– Легко бравировать, когда находишься под защитой своих проклятых оберегов, старуха! Но ты же не думаешь, что сможешь скрываться от меня вечно? Я найду способ достать тебя!
– Считаешь, что меня защищают лишь обереги? – холодно спросила Феофания. И вдруг шагнула через порог навстречу ведьме.
![](i_011.jpg)
Глава шестая
СТАЛЬ И СТЕКЛО
![](i_012.jpg)
Скипетр Макропулоса с громким щелчком раздвинулся в руках гадалки и превратился в некое подобие гарпуна. Серебряное острие почти коснулось лица Гертруды, и зеркальная ведьма испуганно отшатнулась, едва не свалившись с террасы. Но она тут же пришла в себя и взмахнула рукой: доски пола с треском вылетели из пазов и, высоко взлетев, понеслись в сторону Феофании. Но она отбила их скипетром и, замахнувшись для удара, ринулась на Гертруду. Ведьма ловко перехватила скипетр и попыталась вырвать его из рук Феофании. Та сжала руку в кулак и нанесла ей мощный удар по лицу. Но Гертруда лишь хихикнула, а вот Феофания вскрикнула от боли, казалось, что ее рука со всего размаху врезалась в каменную статую.
Матвей и Никита бросились на помощь гадалке, но в этот момент оконное стекло позади них с грохотом взорвалось.
В комнату ворвался Бест, держа в руках точно такой же скипетр, следом за ним в окно прыгнули еще двое мужчин в черной форменной одежде – охранники из имения дворянского собрания.
– Старые знакомые! – усмехнулся Бест, и из его скипетра выдвинулся клинок. – Пора положить конец нашим встречам!
Матвей, ухватившись рукой за край стола, резко поднял его и швырнул в сторону Иннокентия и его людей. Стол, как гигантский снаряд, понесся вперед, и лежащие на нем книги разлетелись в разные стороны.
Бест ударил по летящему столу скипетром, раздался громкий треск, и ветхий стол разлетелся в щепки. Ребята не успели опомниться, как Бест оказался между ними. Раскрутив в руках скипетр, он нанес удар Никите, и тот отлетел к стене. Бест резко повернулся к Матвею и вонзил клинок ему в живот. Раздался скрежет металла по стеклу, и Матвей громко вскрикнул. Острый клинок не причинил ему вреда, но сплав серебра и стали обжег, словно это был горячий расплавленный металл.
Фокусник довольно усмехнулся, замахнулся жезлом и нанес удар Матвею в челюсть. Тот рухнул на колени.
Охранники быстро подскочили к Никите и с двух сторон схватили его. Оборотень издал упреждающий рык. Матвей, сжав кулаки, вскочил на ноги, но Бест уже приставил острие скипетра к горлу Никиты. Послышалось тихое шипение, и тот вскрикнул от боли. Посеребренный клинок обжигал и его!
– Еще один шаг – и я снесу ему голову! – пообещал Бест. – К тебе это тоже относится, старуха!
Это было адресовано уже Феофании. Гадалка вошла в прихожую и послушно замерла. Гертруда на террасе завопила от ярости.
– Я не могу войти в эту проклятую развалюху! – крикнула она. – Может, кто-нибудь избавит меня от ее оберегов?!
– Эй, ты! – крикнул Бест Феофании. – Сделай, как она говорит!
– И не подумаю, – поджав губы, отрезала гадалка. – Иначе нам всем несдобровать.
– Убери свои метки! – рявкнула Гертруда.
– Или попрощайтесь с мальчишкой! – Бест еще сильнее кольнул клинком Никиту в горло.
– Мальчик может и сам за себя постоять, – возразила Феофания. – А вот нам совершенно не нужны неприятности, Иннокентий. Проваливайте отсюда, пока целы. Тогда никто не пострадает.
Бест злорадно расхохотался.
– Мы пришли за зеркалом, старуха! Неужели ты думаешь, что мы уйдем, не получив то, что нам нужно?
– Зеркала здесь нет.
– Где же оно?!
– Где ты его прячешь?! – прокричала Гертруда. – Вам не уйти, глупцы, так что отвечайте!
Феофания молча вынула из кармана куртки небольшой пистолет и направила его на Беста.
– Всегда держу его на крайний случай, – с усмешкой сказала она.
– У тебя не хватит духа выстрелить! – усмехнулся Бест.
– Плохо ты меня знаешь.
– Ты дружила с моим отцом!
– Дружила?! – Феофания брезгливо скривила рот. – О, нет. Я лишь многие годы терпела его безумные выходки и выслушивала бредовые идеи!
– Возможно, мы могли бы договориться, – вкрадчиво заговорил фокусник, убирая скипетр. – Ведь можно обойтись и без кровопролития. Отдайте нам зеркало и можете убираться на все четыре стороны. Вам не одолеть нас.
– А может, я хочу попытаться, – возразила Феофания, – остановить вас, пока вы не привели в наш мир нечто такое, чему здесь не место. Вы хотите стать всесильными, Бест. Но с этой силой в наш мир ворвутся подобные ей! – Она кивнула в сторону Гертруды. – И все вы навеки станете их рабами!
– Не слушай ее! – разозлилась зеркальная ведьма. – Не рабами, а представителями новой власти! Избранными, наместниками, которые будут править этим миром!
Феофания встретилась взглядом с Никитой и едва заметно ему кивнула. Матвей тоже внутренне собрался.
Юный оборотень резко пригнулся к полу, сделал стойку на руках и тут же резко ударил ногами в разные стороны. Охранники, не ожидавшие такого подвоха, разлетелись. Один врезался в стену, второй перевалился через низкий подоконник и исчез за окном.
– Бежим! – крикнула Феофания.
Матвей плечом ударил Беста и сбил его с ног. Никита взмыл к потолку и острыми когтями разодрал защитный символ над окном. Теперь путь для Матвея был свободен. Втроем они выбрались через окно и припустились к грузовичку Феофании, припаркованному неподалеку от дома.
– Нет! – выкрикнула Гертруда.
Позади вдруг раздался выстрел, и Феофания громко вскрикнула.
Матвей увидел рядом с домом машину Беста и его людей, за рулем сидел Артур – начальник службы безопасности Клуба Калиостро. Тот тоже их заметил и изменился в лице.
– Быстро в грузовик! – скомандовала Феофания.
Но тут дверца черного автомобиля открылась, и из него вылез Артур. В руках у него был дробовик.
Феофания нырнула в кабину и включила двигатель. Матвей и Никита едва успели усесться рядом, как Артур вскинул дробовик и выстрелил. Заряд картечи изрешетил дорожный знак рядом с грузовиком. Феофания резко нажала на педаль газа, машина сорвалась с места и помчалась прямо на Артура. Тот громко выругался и, отскочив в сторону, начал перезаряжать дробовик.
– Сзади! – крикнул Никита.
Феофания напряженно взглянула в зеркало заднего вида.
По заснеженной лужайке быстро бежала Гертруда, полы ее шубы развевались у нее за спиной. Ведьма вскинула руку: искореженный дорожный знак с силой выбросило из земли, и он полетел вслед за грузовиком.
Феофания выкрутила руль, и машина резко вильнула в сторону, а стойка дорожного знака врезалась в окно ближайшего дома и разнесла его вдребезги.
Бест, не выпуская из рук скипетр, и двое охранников бежали за Гертрудой. Иннокентий оказался хорошим бегуном. Он обогнал ведьму, поравнялся с грузовиком и прыгнул в его низенький кузов. Скипетр раздвинулся в его руке, Бест размахнулся и вонзил его в заднее окошко кабины. Клинок прошел между Матвеем и Феофанией.
Бест выдернул скипетр и собрался ударить еще раз, но Феофания резко свернула к обочине. Иннокентий вылетел из кузова и тяжело рухнул в сугроб. Гертруда, потрясая кулаками, что-то истошно закричала. Феофания нажала на педаль газа до упора, и вскоре преследователи остались позади.
Некоторое время они ехали молча. Феофания, не отрываясь, смотрела на дорогу, а Матвей и Никита то и дело оглядывались назад, опасаясь погони. Однако их никто не преследовал. Видимо, Гертруда, Бест и охранники решили обшарить каждый уголок в доме, надеясь отыскать черное зеркало.
Через несколько минут Феофания припарковала грузовик на стоянке крупного супермаркета. Вокруг сновали люди, увешанные пакетами с покупками, мимо то и дело проезжали машины.
Гадалка выпустила руль, ее руки заметно дрожали. Она расстегнула куртку и распахнула ее.
Никита потянул носом воздух и с изумлением вытаращил глаза.
– Вы ранены! – воскликнул он.
– Они подстрелили меня, – кивнула Феофания.
Из раны на ее плече, видимо, сочилась кровь, и в этом месте на свитере быстро расплывалось темное пятно.
– Вам нужно в больницу, – обеспокоенно сказал Матвей.
– Только врачей нам и не хватало, – возразила женщина. – Пуля прошла навылет. Нужно лишь обработать рану, а это я и сама могу сделать. Если мы заявимся в больницу с огнестрельным ранением, там тут же вызовут полицию!
– Но вы истечете кровью! – сказал Никита.
– Я бывала и не в таких переделках! – резко ответила Феофания.
Она приподняла свитер и оголила плечо. Затем вытащила из бардачка аптечку и отыскала в ней ватные тампоны. Смочив один спиртом из небольшого пузырька, она приложила его к ране и сморщилась от боли.
– Вы уверены, что вам не нужен врач? – спросил Матвей.
– У меня есть нужные знакомые, они помогут, не задавая лишних вопросов! Я сейчас же отправлюсь к ним. Однако мои опасения подтвердились! Они нашли нас.
– Интересно, как они на нас вышли? – недоумевал Никита.
– Может, все-таки проследили за нами? – предположил Матвей. – Мы старались не высовываться, постоянно осматривались…
– Нет, дело не в вас, – покачала головой Феофания. – Недавно я ходила на могилу Анатолия. Наверняка они поджидали меня на кладбище… Но я не могла не навестить старого друга. Мы столько пережили вместе, пока он не пал от лап Сухорукова… – Она печально вздохнула. – Ну да ничего. Мы оторвались, и это главное. У нас есть дела поважнее. Сейчас я поеду к одному приятелю и попытаюсь раздобыть схему расположения комнат в особняке Гольданской. Постараемся вычислить, где находится тайник, в котором она прячет Диоптру. А ваша задача – найти что-то из вещей Евдокии Державиной. Вечером созвонимся и обсудим дальнейший план действий.
– А Бест тем временем не найдет зеркало с кладбища? – спросил Матвей.
– Не думаю, – усмехнулась Феофания. – Я спрятала его в надежном месте.
– Как вы себя чувствуете? – нахмурился Матвей.
– Со мной все в порядке, не беспокойтесь!
– Но вы не можете вести машину в таком состоянии!
– Не говори глупостей?! – вскипела Феофания. – Небольшая царапина – только и всего! К тому же тут недалеко.
– Мы поедем с вами!
– Проваливайте из машины, пока я не рассердилась! – с недовольством сказала она. – Меньше всего я нуждаюсь в чьей-то опеке!
Они попрощались, и обескураженные Никита и Матвей вышли из машины, а Феофания снова включила двигатель. Вскоре она уже скрылась за поворотом.
– Какая суровая дамочка, однако! – сказал Никита.
– Она очень сильная, – с уважением произнес Матвей. – Но иногда даже самые сильные нуждаются в заботе. И участии.
– Ну, она была непреклонна, когда мы предлагали свою помощь.
– Лишь бы все обошлось.
– Думаю, с ней все будет в порядке, если она сама так уверена в этом. Ты сейчас домой? – спросил Легостаев.
– Домой?! – Матвей горько усмехнулся. – Особняк Державиных был мне домом, но с тех пор, как все это случилось, я не могу его так называть. Катерина исчезла, Аглая и Прохор теперь стоят в виде статуй в подвале Клуба Калиостро, а всех моих друзей грузят в полицейские фургоны, словно какие-то манекены… Когда я был там в последний раз, в особняке царил жуткий разгром, оставшийся после сражения Двуликого и деда Матвея. А ты говоришь «дом»…
– Я тебе сочувствую, – с грустью произнес Никита. – Но никогда не нужно отчаиваться. Все наладится, вот увидишь! Я всегда верю в лучший исход.
– Надеюсь, что ты прав. – Матвей расправил плечи и попытался улыбнуться. – Но я схожу туда. Поищу вещи старухи Державиной. Пойдешь со мной?
– Извини, сейчас не могу. – Никита показал Воронину на часы. – Мне на тренировку нужно! Если снова опоздаю, Михаил Федорович меня убьет!
– Ты еще и на тренировки ходишь? – удивился Матвей. – Для чего?
– А как же иначе? Вся школа видит, что на физкультуре я показываю отличные результаты. Оборотни куда сильнее и ловчее обычных людей. Вот и приходится ходить на легкую атлетику, чтобы никто не удивлялся моим способностям.
– И никто ничего не подозревает? Ты же можешь стену кулаком проломить!
– Мне приходится сдерживаться в присутствии других ребят, – улыбнулся Никита. – Ладно, увидимся!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?