Читать книгу "Любимая девочка хозяина"

ГЛАВА 4

Еще два года спустя …

Кристина

Дел с утра накопилось невпроворот, ещё и экзамены на носу. Уверена русский точно завалю, не клеится с ним с самого детства. Подрываюсь с подушки, удрученно смотря в окно. Конец мая, жаркие дни не прекращают нас радовать. Зато мне привычнее шагать по хрустящим хлопьям снега. Ускорено застилаю постель, торопясь на кухню.

– Говорю же все заботы доверяй прислуге!

– Лара, мне правда несложно. Угощайтесь. Салат с лососем и свежевыжатый апельсиновый сок! – накрыла на стол, встретившись взглядом, полным тревоги.

– Жаль, что не мама. Всё жду не дождусь услышать, – грустно ковырялась она вилкой в тарелке.

– Извините. Боюсь предать светлую память родителей. Я тут подумала, могу переехать к подруге. У неё всё равно комната пустует, – искала отговорку, самой давалась тяжело данная тема разговора.

– Кристина, боже упаси! Чем обидели тебя? И не смей. Запомни, ты член нашей семьи, – разволновалась дама, которая вложила столько сил в моё воспитание.

– Думал после отъезда недоноска в штаты, все конфликты исчерпались, – зашёл хозяин дома на кухню, где стоял потрясающий аромат.

– Представляешь, решила бросить нас! Говорит, съеду! А ну-ка прочитай ей лекцию, – коснулась она руки мужа.

– Кто же отпустит? Кристина, мы разве чужие?

– Дело не в этом. На работу нужно устроиться. Неудобно на вашей шее сидеть, – поведала им о своих планах, вызвав всплеск эмоций.

– Вот, Лар, послушай девочке всего шестнадцать лет. А она уже о будущем думает. Нет, когда до нашего оболтуса дойдёт? На прошлой неделе охранники нашли в ночном клубе. Разумеется, невменяемым. Поехал учиться называется. Как он займёт пост компании, если у него на уме один секс! – упомянул парня, отравлявшего мою жизнь.

Настолько испорченного, наглого, слов не подобрать. Вздохнула с облегчением, когда его отослали в Нью-Йорк. Конечно, закончились мучения, нескончаемые уборки после вечеринок. Он постоянно принуждал, используя шантаж.

– Погоди. Мальчик ещё не нагулялся. Остепенится, оправдает наши надежды. Гриша, не срывай на нём зло, хотя бы на годовщину. Лучше встреть его в аэропорту! – огорчила данным заявлением, моментально испарился кислород.

– А разве Марат приезжает? – у меня затряслись коленки.

– Да, послезавтра. Рада?

– Очень, – процедила сквозь зубы. Ведь боялась его, как огня.

– Прям скучали. Избалованный щенок, – нелестно выразился в адрес сына.

– Что придираешься к нему? Марат, просто любвеобильный.

– Всегда ищешь ему оправдания. А этот кобель… – прервался Григорий. – Кристина, закрой уши. Трахнул всех студенток на факультете.

– Простите. В школу тороплюсь… – чуть не подавилась кофе, да уж новость высший класс.

Лишь на свежем воздухе пришла в чувства. Для начала настроюсь на занятия. Но вру самой себе, точно не получится. И на уроках, сидела похлеще зомби. Бедный учитель распинался зря.

– Да, не трясись. Просто избегай его весь вечер. Но если честно, я бы сама поработала прислугой. Речь о Марате. Брутальном красавчике с коварной улыбкой!

– Легко говорить, избегай! Он сын хозяев. Всё, не напоминай про мой кошмар. Одни издевки терпела, – с неохотой записывала я за преподавателем.

– Крис, не преувеличивай. Устрашаешь, будто садист.

– Послушала бы хоть раз манеру разговора. А этот прищур глаз, они ледяные. Напоминающие айсберг, – старалась я конспектировать быстро. Зато подруга Вера не особо погружалась в учёбу.

– Какой плохой парень. Жуть. Признайся, ведь мечтала о нём? – вытащила она из сумки пилочку для ногтей.

– Рассмешила. Я не похожа на дурех, которым он пудрит мозги!

– Лгунья, Крис. Сходишь по нему с ума. Стоит произнести имя, краснеешь, – утомила скучной беседой, но нас прервали. Кто-то с задней парты позвал. Незаметно обернулась, где одноклассник передал чайную розу с открыткой.

– Я вам не посыльный. На тесте дашь списать, – бурчал под нос.

– Спасибо, Дим. Выручу, конечно, – отчаянно прочла я послание, засияв, как весеннее солнышко.

Ты самая красивая девушка на свете. От одной улыбки перестаю дышать.

– Принц на белом коне. С двенадцати лет записками закидывает. Точно по уши влюблён, – сделала вывод подруга, а мне стало теплее.

– Денис, всего лишь мой друг.

– Заметила. Не увиливай, вы даже уроки вместе делаете. Точнее больше он. Повезло, иметь в поклонниках такого рыцаря. Счастливица! – всё не унималась болтунья.

Но в вечной суете, пропитанной интригами и хлопотами, забывала о покойных родителях. Раньше весь уикенд проводила у них на могиле, обсуждая несправедливую жизнь, с которой довелось столкнуться глупенькой девочке.

– Сейчас больше интересует другой вопрос. Покупка старого дома.

– Решила вернуть ваше семейное гнездышко? Сколько лет копила? – стала она серьёзной.

– Пять. Но попросить больше язык не поворачивается, – закрыла я тетрадь, ожидая звонка.

– Ну даёшь. Они же миллионеры, чего им стоит? – возмутилась лучшая подружка.

– Итак, воспитывали в роскоши. Ещё денег клянчить? Устроюсь на лето, ещё отложу.

– Мученица, ты Крис, такой козырь в руках. Совесть совестью, но подумай о себе, – не разделила мою точку зрения, уже спешили в коридор, где окружили другие одноклассники.

– На дискотеку пойдёте? Там для девушек вход сегодня бесплатный!

– Без меня. С генеральной уборкой надо помочь. У Лары с Григорием годовщина свадьбы… – объяснила я остальным, поднимаясь в библиотеку.

***

Как не отговаривала домработница, мытье полов взяла на себя. Не считаю это трудоемкой работой.

– Умница какая! Всё блестит и пахнет. Слушай, не отнесешь постельное бельё в спальню Марата? – обратилась с просьбой.

– С удовольствием. Заодно пообедаешь. Она на третьем этаже. Правильно? Всегда путаю, редко здесь бывает.

– Да, всё верно. Не нарадуюсь тобой. Не девушка, а золото, – присела уставшей за стол.

Фух… Предстоял визит в адское логово развратника. Спокойно. Досчитав до пяти, распахнула дверь. Пока не случилось ничего ужасного. Всё скромно и со вкусом. Но необъятная кровать пугает своим размером… Черт дёрнул забраться на неё и попрыгать.

Так утомилась, что не заметила и случайно задремала.

Проклятие! Вот с такими мыслями раскрыла глаза, услышав на лестнице знакомый голос. Пока думала, где спрятаться ворвался он.

– Кто разрешал сюда входить, животное? – надвигается, будто хищник на охоте…

– Я… Я… – отхожу назад. Блин, обещала не заикаться в его присутствии… Боже, что сейчас будет???

Кристина

От растерянности опрокинула урну с бумажками. Когда волнуюсь жутко неуклюжая. Настолько испепеляющий взгляд, не собраться с мыслями.

– Занималась уборкой, – планировала сбежать, но отреагировал очень быстро.

– Неужто всю пыль сожрала? Мочой угостить? Не стесняйся, запить же надо! – приступил к своим изощренным играм.

– Обойдусь! С приездом, Марат! – коснулась ручки, но надвигающаяся тень сзади пугало до трясучки.

– Рановато сбегаешь, поросячья рожа. Носки мои простирни. Своими гнилыми ручонками! – специально издевался.

– Ты серьёзно? Прошли те времена, чтобы исполняла приказы, – нашла смелость ему возразить.

– Смотрю, разбаловали. Что ж, напомню, кто здесь хозяин, малявка. Советую меня не злить, или пожалеешь.

– Воспользуйся стиральной машинкой, – не успела огрызнуться, уже развернул к себе, сокращая расстояние между нашими губами.

– Я повторяю в сотый раз, облезлая кошка. Постирай их, или завтра за шиворот вышвырнут. Слушайся господина, нищая дура, для тебя лично консервы с плесенью привёз, – унижает, испытывая лавину удовольствия.

– Спорим не выставят? Быстрее одному плебею чемодан соберут.

– То есть мы понабрались дерзости?! Ничего. Вправлю извилины. Помнишь, как убирала блевотину за друзьями? Спала, рядом с кошачьим лотком? Криси обнаглела. Её рыло нужно ткнуть в дерьмо, – продолжает шептать, вводя будто в гипноз. Возможно, провалилась сквозь землю от страха, если бы Лара не оказалась поблизости.

– Сынок, почему не позвонил?

– Плешивому животному повезло. Если через час мои носки не будут благоухать. Детка, ты пожалеешь. Щекастенькая, – небрежно провел пальцем по моим губам. Словно ощутила разряд электрического тока.

Вовремя скрылся за дверью, даже два дня вместе покажутся адом. У своенравного гада есть огромное влияние. Бешено колотится пульс, дрожь до сих пор не испарилась. Бес с хищной улыбкой, мерзкой, выворачивающей наизнанку.

За обедом старалась молчать, игнорируя его физиономию.

– Тухловато. Хоть бы на Мальдивы укатили. Чего подслушиваешь, голодранка? Туда блохастых не берут, – забрасывал гнилыми комментариями, нам сложно делить общее пространство.

– Не обижай Кристину. Имей хоть капельку уважения, – сделала ему мать замечание.

– Наоборот соскучился по ночам, когда обжора грабила холодильник. Сладкая песнь для ушей, – лицемерно высказался он.

– Уже разорил фирму, сопляк? – послышался голос Григория.

– Батяня, привет. Аккуратнее с нервами, фаллос в штанах сдохнет. Матери придётся жигало нанимать, – затевал скандал.

– Я не позволю сорить деньгами. Займёшь кресло, как миленький.

– Обязательно. Кому если не мне чпокать сотрудниц?! С годовщиной, предки! Ну и где в этот раз мусорник? Интересуюсь для Криси. Вон слюнки уже текут по отбросам. Терпи, крошка. Не захлебнись, – облизнул нижнюю губы, приковывая внимание.

– На даче. Обойдешься на побережье яйца греть. Топор в зубы и дрова рубить. Мачо хренов, лишь бока отлеживает, – выругался мужчина, у них были очень напряжённые отношения.

– Осторожно. Вдруг целочек деревенских совращу. Ариведерчи, меня чика ждёт, – бросил салфетку на стол. Хамство у него в крови, а поганых, отталкивающих манер ещё больше.

Решила просто не попадаться на глаза. Через каких – то пару дней вернётся в Америку, и весь мой страх улетучится. В глубине души, я боялась Марата. Хотя не так. Чертовски боялась. Это обжигающее дыхание в мой затылок, шёпот, действующий как гипноз. Можно перечислять до бесконечности. Еле настроилась на написание сочинения, не ожидая увидеть одного гостя. Как раз сидела на террасе вдали от высших слоев общества.

– Розы для очаровательной Кристины, – вручил букет одноклассник, обескуражив своим поступком.

– Денис, они чудесны. Радуешь меня каждый день.

– Всему виной сердце. Его пробила стрела! Грустишь, красотка? Зря, уже выполнил домашнее задание, – с нескрываемой заботой заявил он, а сам положил тетрадь на стол.

– С ума сойти. Пять листов. И даже почерк мой! Вот скажи, как тебе удаётся быть настолько идеальным? – листала страницы, пребывая в восторге.

– Что не сделаешь ради любимой девушки, – озадачил последними словами, улыбка моментально спала с лица.

– Надеюсь, несерьёзно? Мы же лучшие друзья, – чуть покраснела.

– Ну, да приятели. Кристин, слепая или прикидываешься? Я по уши влюблён в тебя. Целых два года тружусь как пчёлка, выполняя домашку. И всё ради твоего внимания, – сливал душу, нервно расхаживая по террасе.

– Извини, что заставила страдать. Мне правда, очень жаль.

– Опять расстроилась. Мало ли ляпнул какую чепуху. Потерплю до твоего совершеннолетия! Тогда согласишься стать моей? – нежно коснулся щеки.

– Денис, очень сложно вот так ответить. Позволь подумать, – выдала серьёзным тоном.

– Я буду ждать, сколько потребуется. Знай, всегда можешь на меня рассчитывать. Замёрзла? Куртку накинь. Рыжая чудачка! – заботливо поцеловал в лоб. С ним очень тепло и уютно, забываю про все невзгоды.

Так увлеклись душещипательными беседами, что уже наступила полночь. Зевнула, едва не отрубившись, на ступеньках. Вот бы оказаться в тёплой и уютной постели. Но всему пришёл конец, стоило столкнуться с ожесточённым бесом.

– Нагулялась, крошка? Знаешь, тут случайно наткнулся на коробку. Кажется, это твоё? – выдал с тщеславием Марат.

– Отдай! Я сказала, верни, сейчас же.

– Какой голосок прорезался. Смотрю рыжая беспризорница забыла, как слушаться хозяина, – вытащил оттуда купюру, и надменно скомкал. – Воруешь у нас? В глаза смотреть!

– Мне их дали твои родители! Не имеешь права трогать.

– Заблуждаешься. Я всё могу. Заставить спать рядом с кошачьими фекалиями, приказать другим бомжам нассать на твоё лицо. А ещё лишить халявной жратвы. И пойдёт, грубиянка Криси, на панель, – бросил купюру в разожженный камин.

– Что наделал? Я же коплю каждую копейку. Оборотень!

– Это всего лишь бумажки, которые ты не заслужила.

– Марат, нет! Марат! – пробовала остановить, но он оказался сильнее, властнее. И самое ужасное мы были на даче одни.

– Хочешь получить обратно свою вонючую коробку?

– Да!

– Не слышу, подзаборная мразь? – впился пальцами в затылок.

– Да, пожалуйста, отдай, – чуть не пустила слезу, и здесь его губы коснулись мочки уха. Еле устояла на ногах.

– Всё в твоих руках, детка, – щёлкнул пальцами и тут же появился незнакомый брюнет. – Поцелуйся с ним.

– С ума сошёл? Нет!

– Тогда сожгу твоё барахло. Ну же… – перешёл на угрозы, и дальше…

ГЛАВА 5

Кристина

Надеялся сломить, приручить как животное. Но отнюдь не собираюсь исполнять его прихоть. Всему есть предел. Вспыхнула от ярости и со всей дури влепила пощёчину. Боже, какую чудовищную ошибку совершила. Глаза Марата становятся острее кинжала, готовые пронзить насквозь, умертвить.

Брюнет шокировано смотрит на нас, и после сбегает, словно крыса с тонущего корабля. А он тем временем отбрасывает коробку в сторону, и надвигается опаснее свирепого монстра. Пячусь назад, не теряя с ним зрительного контакта. Мне чертовски страшно, неизвестно на что способен аморальный негодяй. Прислоняет к стене и со всей силы сдавливает скулы. Дыхание, пропитанное табачным дымом заставляет нервно закашлять.

– Что страшно, дешёвка? Проданная мразь!

– Перестань, оскорблять. Думаешь не сумею за себя постоять?

– Интересно как? Запомни, поплатишься за эту пощёчину. Чего вылупилась? Заставлю дерьмо убирать голыми руками, – дерзко шепчет, заставляя покрыться мурашками.

– Не заставишь! Я не слуга. Твои родители любят меня.

– Слово то какое? Любят. Всего лишь домашнее животное, игрушка богачей! – нахально смеётся, проявляя ту ещё власть.

– Нет, это не так! У меня есть душа!

– Ещё заплачь. Завтра выкину словно потрепанную куклу. А знаешь, почему? Ненавижу нищих, брезгую тварями пропахшими отходами! Извиняйся за пощёчину! – всё также сдавливает скулы.

– Мало получил!

– Извиняйся, или вмажу по роже! – перешёл на угрозы, от которых становилось жутковато.

– Смелее. Ударь! – уставилась в серо-зеленые глаза, казавшимися необычайно красивыми. Сложно наглядеться. Они напоминают бездонное озеро, хочу ещё.

– Не вынуждай, малявка! Думаешь дрогнет рука? – в гневе он ещё привлекательнее. Напрочь лишилась рассудка.

Замахнулся, но вскоре замер, также рассматривая с презрением. В эту минуту в дом возвращаются его родители, счастливые после прогулки.

– Марат, что здесь происходит?

– Глянь, он привязался к невинной девочке. Я со столбом разговариваю? – грубо высказался Григорий, снимая пиджак.

– Вы поссорились, сынок? – теперь забеспокоилась дама. Представляю, как выглядели со стороны. На ходу придумала ложь, захотелось разрешить нелепую ситуацию.

– Я разбила вазу и Марат помог собрать осколки, – покраснела от стыда, даже участился пульс.

– Мелочь какая. И не вздумай переживать. Всего лишь вещь. Кристина, с тобой точно всё в порядке? – уточнили они вдвоём.

– Да, нужно на свежий воздух, – выбежала, как угорелая, хватаясь за щёки. Они горели огнём. А сладкая дрожь по всему телу так не ускользала. Страшно туда вернуться и снова окунуться в омут серых огоньков.

Пробыла на террасе часа два, пока не продрогла. Вела себя, как мышка, стараясь не создавать шум. И лишь под дверью комнаты для гостей нашла коробку с шокирующей надписью.

Моя Криси

От волнения раскрыла её, обнаружив купюры с деньгами. Лихорадочно касаюсь банкнот, вспоминаю нашу грандиозную ссору. Интересно, чтобы случилось, если бы не пришли родители?

Ворочалась всю ночь, испытывая угрызения совести. И на утро с большой неохотой поднялась с постели. А мы ещё договаривались с Верой сделать фотосессию в лесу, одно из моих увлечений. Люблю сохранять снимки.

– Вот тебе и тихоня. Влепила Марату пощёчину?

– Не ори на всю округу. Вдруг услышат. Сама не своя после случившегося. Возможно, он подшутил насчёт того поцелуя с девицей. А я сразу распускать руки! – искренне с ней поделилась.

– Но не ударил же в ответ. Значит, сжалился. Да, перестань. Он же парень, пожалуй выбросил всё из головы. Сфоткай рядом с сосной. Не сомневаюсь в твоем таланте! – позировала перед фотоаппаратом.

Провели время с пользой, и на дачу возвращалась будто на крыльях, став свидетелем грандиозного скандала.

– Только попробуй её продать! На совершеннолетие подарил!

– На кого тон повышаешь, слюнтяй?

– Гриша, ну чего взъелся?

– Это единственный способ подействовать на обнаглевшего говнюка. За ум браться не хочет, дорогих игрушек больше не увидит! – отказался идти с Маратом на контакт.

– Диктатор хренов! – ударил кулаком по столу, показывая агрессию.

– Поговори ещё так с отцом, лишу всего! А то ожирел смотрю. Вот так и надо было воспитывать, и не потакать. Лара, не вздумай вставить слово. Я уже всё решил. Зато урок нашему подлецу будет.

Женщина вскоре молча вышла из кабинета оставив нас одних.

– Я могу вас о чём-то попросить? – произношу с неким волнением в голосе.

– Заступаться пришла, Кристин? Зря, упертый я, – просматривал важные бумаги.

– Отдайте автомобиль Марата мне.

– Зачем? Не дело разъезжать юной девушке без водителя. Всё, даже не проси. Трясусь за безопасность! – грозно выдал он, но не устоял перед улыбкой.

– Пожалуйста, обещаю сдать на права!

– Ох, не верю. Наверняка, что-то задумала. Запомни только ради тебя. Мы с женой всегда о такой дочери мечтали!

– Спасибо! – завизжала от счастья, будто выиграла в лотерею.

Всё не решалась вручить ключи Марату, мучившему пульт от телевизора. Но осторожно подкралась сзади, положив их на диван.

– Украла? Не подлизывайся. Мы враги. И я твой хозяин!

– Знаю, просто хотелось сделать тебе приятное. Не бери в голову. Удачного дня, – поторопилась из гостиной, не заметив, что он последовал за мной. Развернул к себе да так, что наши носы соприкоснулись.

– Криси мечтает со мной подружиться. Ведь так? – провёл нежно пальцем по шее.

– Вовсе нет. Просто стало совестно за ту оплеуху, – едва не застонала, и здесь он коварно приблизил губы.

– Не скромничай. Я тоже умею благодарить девочек, зажатых до невозможности.

– Марат, что ты делаешь? – ощутила мандраж, когда он наклонился и…

Честно, рассчитывала на нежное касание губами. Но когда он протянул брикет с мороженым, буквально выкатила глаза.

– Пломбир???

– Что радости полные штаны, малявка! Угощайся. И заметь не просрочка! Чего замерла? – уставился, не понимая столь удивленной реакции.

– Нет, просто ожидала другого, – вот идиотка произнесла вслух.

– Любопытно чего? Хм. Дай угадаю, беспризорный кошак. Наверное, поцелуя!

– Вовсе нет!

– Вовсе, да! Это желание прочитал по твоим глазам. Уверен, зелёная сопля ни с кем не сосалась. Печально, конечно, но зря губы раскатала. Я с малолетками не вожусь. Тем более рыжими! – надменно щёлкнул по носу, не терпелось швырнуть пломбир в лицо …

– И чем же мой цвет волос настолько отвратительный?

– Похож на ржавчину. Осталось взять маркер и нарисовать конопушки на роже. Беги лопать мороженое, Криси. А то вдруг передумаю и заставлю грызть обёртку возле мусорного бака… Блохашка! – непременно скрылся, самое отвратительное, я реально думала о поцелуе. Всё просто Марат очень плохо на меня влияет. Раньше искала лишь одни недостатки, а сейчас пытаюсь наладить с ним общение.

К полудню отправилась с Верой по магазинам, но я особо не вслушивалась в её рассказ. Внимание привлекли до боли знакомые люди.

– Нет, он в наглую полез целоваться!

– Вер, давай уйдём. Здесь дорогущие ценники, – искала я любой предлог, лишь бы скрыться.

– А как же новая коллекция от Армани?

– Возьми каталог, закажем в интернете! – специально подгоняла, чувствуя тревогу.

– Кристин, ау! Что за муха укусила? Увидела призрака? Покупать вещи в слепую жутко неудобно. Дай хоть примерю одно платье! – настаивала, слишком увлеклась шоппингом.

– Нам на дополнительные по химии через час. Зачем портить отношения с учителем накануне теста? – вся я разнервничалась.

– Спокойно. Объясни нормально, что случилось? Ведь речь не в нём!

– Просто выйдем на улицу! Быстрее! – насильно взяла её за руку, шокируя своим поведением посетителей.

Успели оторваться от надвигающихся тварей. Вспомнили про существование. Просто выбросить их из памяти и забыть, как страшный сон.

Но, увы, после двухчасовых занятий, дойти до автобусной остановки мне не дали.

– Помогите! Нет, не трогайте!

– Что же орёшь, рыжуха? Забыла, как избивали и заставляли на водку побираться? В машину её, Глеб! Глянь цацки какие дорогие. Сама жирует с богачами, а с нами шиш поделится! – в наглую затолкнули в салон.

Марат

Засиделись с приятелями в баре, обсуждая первоклассных кисок. И уж никак не надеялся увидеть дома кислое лицо матери.

– Чего расстроенная такая?

– Кристина задерживается.

– А!!! Рыжий кошак вырвался на свободу?! Наверное, в помойке консервы жрёт, – ответил с тем ещё сарказмом.

– Марат, хоть раз можешь быть серьёзным? Запомни, уже наконец, она нам не посторонний человек.

– Всё избавь от розовых соплей. Никуда ваше домашнее животное не денется. Погуляет и на запах еды придёт, – вытащил смартфон из заднего кармана.

– Тебе не понять.

– Нет, ну чего паникуешь? Девке шестнадцать лет. Встретилась с подружками, задержались. Я в её годы… Только и зажимал кисок по подъездам! – взбесился до ужаса.

– Ладно. Там лазанья в холодильнике. Поешь сам. Отца на конференцию вызвали, – устремилась она вверх по лестнице.

Взглянул на часы, поздновато. Пусть не надеется, ни при каких условиях не буду искать.

Кристина

Приковали наручниками к батарее, их излюбленный метод издеваться. Будто вернулась в прежние времена.

– Я в последний раз предупреждаю, шавка настырная. Звони, или ударим, как следует.

– Нет, ни рубля не получите. Они святые люди!

– Глеб, а ну дай ей промеж глаз. Гадина какая. Сама у миллионеров живёт, и с нами не хочет делиться. Звони, и попроси два миллиона,– держала та злыдня за волосы, и здесь её пьяный муженек нанёс удар в грудную клетку. Так всегда бывало, когда приносила мало заработанных денег с вокзала.

– Хоть убейте, не заставите. Мамочка! – сплюнула кровяной сгусток, находясь снова в аду из которого когда-то сбежала. Хотя судьба сама предоставила билет в дом Алмазовых.

– Смотри, играет на публику. Думала сюсюкать с тобой будем? Моя подруга шалава, всё унижалась Кристиночку не бросайте. Конечно, не бросим. Пока до цента не ограбим. Ну что ещё по морде? – только собралась ударить, дверь вышибли ногой. Смутно вглядываюсь в силуэт, ужасаясь. Это был Марат.

– Чего надобно?

– Так за картошечкой приехал. Понравилась жуть! – ни на шаг не останавливался, вселяя надежду на спасение.

– Стой, где стоишь!

– Зассал, алкашня? Вам кто разрешал на девчонку руку поднимать? Я спрашиваю, кто права дал? – буквально двумя ударами вырубил довольно мускулистого Глеба, а хамка жена от испуга сбежала.

Трясусь, словно заяц, когда он освободил запястья.

– Что нагулялась, мымра? Глянь губы разбиты! Если ещё раз хоть на шаг от дома нашего отойдешь, ошейник выдам, – вытирает кровь, рассматривая с заботой.

– Марат… Боже, они хотели меня убить!

– Не трясись, больше никто не обидит, – нежно обработал рану.

– Уже вижу… Одной левой уложил, – с опаской взглянула на обездвиженное тело.

– Ещё бы. Чемпион мира по карате. В тринадцать лет выиграл турнир. Варежку захлопни, а то мухи залетят! – не упустил возможность вымолвить с сарказмом.

– Чемпион?

– Хочешь об этом поговорить, мелюзга? Я во всём лучший. А вот ты сейчас получишь подзатыльник, за то что рисковала жизнью! – с грубостью выдал он.

– Не надо подзатыльника!

– Испугалась? В следующий раз ремня дам. – взял на руки и властно прошептал в губы.

– Почему это?

– Потому что Криси только моя…