Электронная библиотека » Г. Зотов » » онлайн чтение - страница 3

Текст книги "Тиргартен"


  • Текст добавлен: 11 декабря 2018, 11:41


Автор книги: Г. Зотов


Жанр: Триллеры, Боевики


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Шрифт:
- 100% +
Глава 3
Музей
(Два километра от Унтер-ден-Линден, 25 апреля 1945 года)

Работа с головой ожидаемо заняла приличное время. К счастью, у меня дома всё профессионально оборудовано – и даже не в подвале, где, если судить по приключенческим романам, полицейские первым делом и ищут, а в замаскированном туннеле внизу – овальном, как большая цистерна. Согласно канонам, как говорится. Да, я прочитал гигантское количество современных детективов и литературы о маньяках: как на немецком, так и на других языках. Мне было важно понять, на чём конкретно несчастные прокололись и попали в руки полиции. Я планирую не повторять их ошибок… как и не собираюсь оправдываться за своё увлечение. Не спорю, я могу быть душевно болен, но искренне сомневаюсь в точности диагноза – в других вещах моё мнимое сумасшествие как-то не проявляется. Большинство «серийников», за редким исключением, были признаны судом и врачебной экспертизой психически нормальными. Полагаю, со мной всё в порядке. Я просто люблю охотиться, обожаю. А с каких пор пристрастие к охоте – умственное отклонение? Тогда поголовно вся знать Европы начиная с античных веков – сборище клинических идиотов. Но… есть ли смысл гоняться по лесу за примитивным животным, столь уступающим тебе в мозговом развитии? Сколько раз я видел – олень вообще не бежит при виде охотника. Стоит на лужайке и пялится, прямо-таки позирует, лучшая мишень. Даже волк или медведь, весьма, казалось бы, неглупые, обладающие предчувствием и силой млекопитающие, – вам отнюдь не ровня. А вот самка человека – да, тут потрясающий азарт. Мужчина так не будет цепляться за жизнь – проверено. Он устанет и сам выйдет тебе навстречу, дабы прекратить мучения. Женщина сопротивляется до последнего – у них, знаете ли, в крови заложен инстинкт продолжения рода. Охота на самок дарит превосходные ощущения. Это всегда первоклассный аттракцион, перенесение себя самого на экран кино, риск, адреналин, экстаз. У меня иногда дрожат руки от возбуждения, когда начинается загон дичи.

Правда, не путайте моё чувство с плотским восторгом.

Поверьте, не ощущаю никакой эрекции, даже намёка на неё нет. Раньше, признаюсь со стыдом, на охоте частенько случалось всякое, включая и мастурбацию, – но все в юношестве совершают ошибки. Время сформировало образ, к которому я шёл всю жизнь. Я не сексуальный маньяк, а обычный, скучный убийца. Сейчас охотничий сезон закончится, и я с удовольствием отдохну – поверьте, не имею ни малейшей потребности убивать ежедневно. Для меня нормально выходить за дичью один раз год, а то и реже. Прежде нередко хулиганил – все эти мальчишеские письма в полицию, дерзкая игра «поймай меня, если сможешь», – а я ведь точно знаю, что меня не поймают. Недостойно для человека моего уровня заниматься подростковой ерундой. Хотя, конечно, и расслабляться тоже нежелательно. В разгаре крупнейшая за историю человечества война. Сегодня ты спокойно прошагал по дороге, где уже ходил тысячу раз, а завтра там ждёт противопехотная мина или неразорвавшийся снаряд. А авианалёты с сотнями бомбардировщиков? А снайперы? Ладно, чего я жалуюсь, как старая дева в борделе. Это же один из элементов, составляющих суть охоты. Должен быть риск, понимаете? Я никогда не одобрял развлечений зажравшихся нуворишей: егеря собирали им в специальный загон близ охотничьего домика диких кабанов, заказчики поднимались на вышку и лениво расстреливали животных из винтовок. Либо из луков, подобно президенту рейхстага и министру авиации Герману Герингу, изображавшему античного патриция. Впрочем, уже сутки как Геринг арестован спецотрядом СС согласно приказу Бормана в Бертехсгадене, снят со всех постов и лишён наград по обвинению в измене фюреру[12]12
  24 апреля 1945 года официальный преемник Адольфа Гитлера – рейхсмаршал Герман Геринг был арестован в своей резиденции. Поводом послужило обращение к Гитлеру, что Геринг берёт на себя полномочия «главы правительства Германии». 5 мая освобождён из-под стражи, 8 мая арестован войсками США. Совершил самоубийство в тюрьме 16 октября 1946 года.


[Закрыть]
.

Да, вот так и проходит мирская слава.

…Отдохнув, я спускаюсь в тайный бункер-«цистерну». Очень удобно, и тут хорошо всё сделано – стены выложены кафелем (легко мыть), огромный резервуар с водой (водопровод уже четыре месяца не работает, но я очень запаслив), утилизация отходов. Я не забираю тушу добычи целиком, однако с головой тоже хлопот не оберёшься. Смерть не делает из дичи красавицу, её надо тщательно вымыть шампунем от «Шварцкопф» и тут же залить медицинским спиртом. Его легко найти. Уж чего-чего, а алкоголь в Берлине льётся рекой – ибо кто же не пьёт, когда на макушку сыплются бомбы? Итак, ледяным «дождиком» смываю запёкшуюся кровь, убираю ненужные лоскуты кожи вокруг шеи, подравниваю ножом – в общем, косметическая работа. После этого голова отправляется плавать в прозрачную стеклянную банку. Конспирация ни к чему, ведь меня всё равно поставят к стенке, найдут ли дичь в стекле или в обычных консервных банках. В бункере оборудована крохотная, всего на шесть метров, уютная комната отдыха. Мой личный частный музей. Там я медитирую перед охотой, пью кофе (сейчас очень трудно достать настоящий бразильский, такой паёк положен только высшим чинам, начиная от генерала вермахта или полковника СС) и веду философские разговоры. В качестве собеседников выступают отрезанные головы. По-моему, это прекрасно. Тебя не перебьют, не влезут с ненужным мнением, не попытаются оспорить сказанное. Стоят на полке в банках, внимают с широко распахнутыми глазами и раскрытым ртом, полным спирта. Ведь разве не красота? Для нас нет запретных тем. Мы с собеседницами обсуждаем секс, состояние современного общества, кинофильмы и музыку. И даже обстановку на Восточном фронте. Ещё один плюс подобных посиделок – никто не позвонит в гестапо, даже если ты позволишь себе капитулянтские настроения и прочие крамольные вещи. Например, рядом со мной живёт пожилой сосед, господин Фридрих Вайсмюллер. Душевный и тёплый человек, непременно раскланиваемся при встречах. Трое взрослых сыновей. Один убит под Минском, другой – во время наступления в Арденнах, третий пропал без вести при штурме кровавыми большевистскими ордами предместья Варшавы. И жена бедолаги Вайсмюллера пару недель назад (понятное дело, будучи не в себе) заикнулась – наверное, не стоило эту войну вообще начинать. Так знаете, он сам вызвал следователя из «гехаймштаатсполицай»: фрау Вайсмюллер арестовали, увезли, и что с ней – неизвестно. Поэтому мы всегда приветствуем друг друга возгласами «Хайль Гитлер!» и выражаем уверенность в скорой победе рейха. Ведь 12 апреля умер гнусный американец Рузвельт, а это, как обещает доктор Геббельс, наверняка повлечёт развал союза еврейских плутократов с Уолл-стрит и еврейских же комиссаров из Кремля. Так в 1761 году внезапная смерть русской императрицы Елизаветы Петровны рассорила коалицию, воевавшую против Пруссии, и спасла от краха королевство Фридриха Великого. Так и здесь – произойдёт чудо, и Великая Германия обязательно устоит.

Доктор Геббельс – гений. Так задурить мозг всем, включая и себя!

Я с нежностью смотрю на первую голову в банке. Ровно три недели назад, 5 апреля 1945 года. Особь девятнадцати лет. Я давно не убиваю молодняк, и рад своей сознательности – опытные охотники презирают беспринципных тварей, выслеживающих медвежат или волчат. Даже если и застрелишь медведицу, мать целого выводка, то сироток следует обязательно отдать в зоопарк либо в цирк. Признаюсь как на исповеди – да, и я начинал с неразборчивой, тупой резни… однако сейчас убийцы младенцев мне омерзительны. Я эволюционировал до правильного, качественного маньяка нового поколения. Самку звали Гудрун – древненорвежское имя, но в рейхе популярно: так именуется старшая дочь Генриха Гиммлера. Сущая прелесть. Лапочка. Натуральная блондинка, голубые глаза, спортсменка – подбирал, чтобы мускулистые ножки, хорошо бегала. Пухлые губы прекрасно сохранились в спирту – кожа, конечно, сморщилась, но ничего. Ей недолго осталось тут плавать, я вскоре перевезу коллекцию трофеев в другое место. Гудрун была великолепна. Даже под дулом пистолета отказалась облачиться в платье с синим верхом и жёлтой юбкой – наряд Белоснежки из диснеевской сказки. Пришлось усыпить бунтарку хлороформом и переодеть самому. А это плохо, дополнительное время. Пятидесятикилограммовая девица – не кукла, ворочать её тяжело даже с качественной, как у меня, подготовкой. И это не последняя проблема. После хлороформа особи скверно восстанавливаются, тяжело соображают: мне необходима резвость газели, а не полёт сонной мухи. О, я зря беспокоился. Гудрун оказалась превосходной бегуньей. Она едва не вырвалась из парка, осталось уже совсем чуть-чуть – еле догнал. Столько силы было в этом дивном грациозном существе: она умудрилась прокусить мне толстую перчатку, почти достала зубами до кожи. А кричала-то как, словно поросёнка режут, – удивляюсь, почему фюрер в рейхсканцелярии не услышал. Вот такие вещи и возвращают тебя к жизни, ты понимаешь, зачем ты пришёл на эту землю из чрева матери… Охотиться и убивать дичь. Со второй прошло проще. Марта. Восемнадцать лет. Я улыбаюсь, еле заметно киваю. Специально заспиртовал так, что уголки её губ приподняты, и голова всегда улыбается мне. Красавица. Не столь строптива, к сожалению. При первой же угрозе заплакала навзрыд: «Пожалуйста, я сделаю всё, что угодно». Ну, конечно, моя дорогая, какие тут сомнения – сделаешь как миленькая. Она разделась догола прямо при мне – думала, я польщусь на её худенькое тельце. Дурочка. Я состоявшийся мужчина. А не зоофил, чтобы возбуждаться при виде дичи. Это у каких-то сопляков при виде освежёванной косули наступает эрекция, я-то уже справился с пороками пубертатного возраста. Вот когда она облачилась в бархатное платье Голубой Феи из «Пиноккио», натянула кое-как на голову парик из синих волос, тут, признаюсь откровенно, залюбовался. В каждом из нас, включая прожжённых циников, может всколыхнуть чувства прелесть природы. Знавал я старых охотников, каковые, узрев красавицу лосиху в двадцати метрах, столбенели, затаив дыхание, опускали ружьё и отпускали животное восвояси. Увы, исключено. Поскольку моё животное опишет внешность охотника, и полиция рейха выйдет на верный след. Я окажусь в роли зверя, а полицейские – охотников: такую игру я не люблю.

Позже довелось убедиться – для второй охоты я выбрал славный экземпляр.

Марта побежала не сразу. Я доставил её на место, развязал и обещал, что всё будет по-честному: если она выберется из леса, пусть считает себя свободной. Всегда держу слово. Когда выходит промашка, тут полностью моя вина. Я ведь не глупый рыболов, бесконечно являющийся к проруби, чтобы вытащить сорвавшуюся с крючка щуку. Да, сперва Марта вела себя по-дурацки. Она умоляла сохранить ей жизнь. Идиотка. Разве я неясно объяснил? Ты уцелеешь, выбирая правильную стратегию – далеко убежишь, надёжно замаскируешься, хорошо спрячешься. Пришлось слегка ткнуть ножом её руку и заорать в лицо, безумно вращая глазами: «Зарежу тебя, сучка!» Вот тут она рванула в чащу – поверила. Убегала отлично. Носилась. Пряталась. Настиг на самом краю Тиргартена. Пара минут – и оказалась бы на дороге. В чём ещё прелесть погони? В парке легко заблудиться, это же настоящий лес, местами прямо джунгли. Днём-то не сориентируешься, а ночью и чёрт ногу сломит – весь Берлин погружается во тьму, тщетно спасаясь от вражеских бомбардировщиков. Тиргартен – самый огромный парк в мире, больше двухсот гектаров. С началом войны власти строжайше запрещали рубить деревья на дрова, регулярно пристраивая в землю новые хрупкие саженцы. При короле Фридрихе Великом диких животных здесь было столько, что они, включая волков и медведей, забредали на улицы прусской столицы… Потому целый район так и назвали – «Зверинец». Я закрываю глаза и слышу, как трубят охотничьи рога, несутся гончие. Авиация союзников разнесла окрестности, Тиргартен обезлюдел. Старинный парк ныне окружают развалины, публика уже не сидит в изящных беседках у прудов, не гуляет по тенистым аллеям. И это мне на руку – идеально для охоты, дичь не дождётся помощи. Когда Марта поняла, что ей не уйти, – упала на колени и сама подставила горло под нож. Умерла без лишних страданий: ведь я же не палач и не изверг.

С ностальгией перевожу взгляд на третью голову.

Эльза. Шатенка с голубыми глазами, саксонский тип. О, это, скажу я вам, была тигрица. Сломала толстую ветку, напала на меня из засады, размахивая, как дубиной, с яростным воем. Целила этим поленом в висок, но промахнулась, иначе не сидеть бы мне сейчас в удобном кресле. Культурная особь, а изрыгала такие проклятья, что гамбургский портовый грузчик покраснеет. Ударила ногой несколько раз, пыталась зубами вцепиться в горло. Да, чудесный экземпляр. Вот бы ещё один такой попался. До полной коллекции осталось совсем чуть-чуть (на этот раз я наметил восемь сувениров – моё счастливое число), и можно навсегда покинуть негостеприимный Берлин. Думаете, пара сувениров – это так просто? Напрасно. Я ведь далеко не всё подряд отбираю, будьте уверены. Каких-то особей приходится отбраковывать уже после охоты – поторопился при обезглавливании, повредил ножом кожу, и всё, трофей следует на помойку. Я предельно аккуратен, но, увы, такое со мной изредка случается. Ещё раз ласкаю взором лицо Эльзы в спирту, перед тем как перевести взгляд на четвёртую банку, и тут в дверь стучат. Достаточно громко – глухо барабанят. Слышу это, даже сидя в тайнике, вот какой грохот. Ну что ж. Я вытаскиваю из кармана вальтер, быстро проверяю, заряжен ли, и с пистолетом в правой руке иду открывать.

…У меня давняя уверенность – внезапные визиты определённо не к добру.

Глава 4
Мультфильм
(Принц-Альбрехт-штрассе, 26 апреля 1945 года)

Бомба упала совсем рядом – из окна были хорошо видны дым и сполохи пламени. С потолка просыпались частицы побелки. Спустя мгновение взрыв повторился. Затем снова. Комната вздрагивала, словно живое существо. Вольф Лютвиц сонно потянулся и стряхнул мелкую, белую, как мука, пыль с разложенных перед ним фотографий. На снимках были запечатлены жертвы Диснея – при жизни и после смерти. Улыбчивые, игривые, симпатичные – против обезглавленных, обескровленных, изломанных «манекенов», валяющихся в грязи парка. Густо облепленных насекомыми и чисто омытых дождём. Из кабинета слева неслись раздражающие звуки, назойливо стучали молотки – секция обороны поспешно устанавливала «колыбель» для пулемёта МГ-42. Радио транслировало бравурные марши, обещая скорую «великую победу». Пулемёт? Да он так, на всякий случай. Вдруг появятся жалкие остатки русских дивизий, чей хребет уже сломлен тевтонской обороной и несокрушимой мощью воинов рейха. Лютвиц с неудовольствием заметил, что пальцы у него дрожат. «Занервничаешь тут. Дисней продолжает убивать, а меня с минуты на минуту поставят к стенке красные. Гауптштурмфюрер явственно представил себе эту стенку – облезшую, с щербинами от пуль, следами засохшей крови и чьих-то мозгов. Впрочем, понятно чьих. С русскими он успел познакомиться в боях на Восточном фронте, когда и получил серьёзное ранение, заставившее вернуться на службу в тишайшие кабинеты «крипо». Никаких иллюзий относительно своего будущего в ближайшую неделю у Вольфа не было.

В дверь постучали – в проёме появилось лицо Хофштерна. Багровые пятна на щеках пылали ещё ярче, чем в Тиргартене: Вилли снова отыскал выпивку.

– Тебе принести шнапс? – шёпотом заговорщика спросил он.

– Поскорее, и лучше смешай его с кофе, – кивнул Вольф. – Мне важно не спать.

– Доставлю в лучшем виде. Подожди минуту.

…Лютвиц низко склонился над столом и вновь вгляделся в фотографии единственным глазом. Убийца обожает американские мультфильмы. Правда, с декабря 1941 года (после официального вступления США в войну против рейха) они запрещены к просмотру, и ленты «прокатывают» только в кабинетах высших бонз империи. Тем не менее он сразу опознал одежду жертв – дочери Вольфа, как и положено детям, обожали диснеевские мультфильмы. Костюмы Белоснежки, Алисы в «стране мультипликации», Голубой Феи – очень качественный пошив, наверняка из театрального реквизита. Опросив театры в Берлине, а заодно уж (наугад) и в Мюнхене, и в Гамбурге, Лютвиц получил весьма предсказуемый ответ – заказов в последние пять лет не было. Никто не шил схожую одежду и в ателье, ибо это обязательно бы запомнилось – посреди тотальной войны, когда все строчат на «зингерах» исключительно военную форму. Откуда Дисней взял платья? Неясно. Впрочем, правила игры меняются по ходу пьесы – Вольф уже упомянул этот терзающий его факт в беседе с Хофштерном. Однажды убийца просто подкараулил жертву (19-летнюю сироту Дагмар Вайгль, работницу кондитерской) у неё дома. Замков любого уровня для Диснея не существует, он вскрывает их с лёгкостью и без следов. Перебрав личный гардероб девушки, убийца нашёл нужного цвета вещи и, когда Дагмар вошла в квартиру, явно угрозами потребовал переодеться. А потом уже гонял свою дичь по всему ночному Тиргартену. Стопроцентно, рассчитывает на испуг и панику. Будь девицы в нормальном состоянии, сориентировались бы, нашли выход к улице, позвали патруль. Это же не глушь непролазная – если долго идти в одну сторону, выйдешь в город. Но куда там. Истерика, страх, тёмный лес и пруды с чёрной водой. За каждым деревом видятся клыки чудовищ.

Одно вот несомненно. Парень свихнулся на мультипликационных фильмах.

«Алиса в стране мультипликации» – серия анимации, нарисованной в 1927 году. Допустим, маньяк видел сказки в четырёх-пятилетнем возрасте. Сколько ему сейчас? 13 лет? Невозможно. Дальше ещё хуже. «Белоснежка и семь гномов» выпущен студией Уолта Диснея в 1937 году. «Пиноккио» (про извращённое дерево с длинным носом) – в 1940 году. Человек, вдохновлённый подобными лентами, физически не мог смотреть их ребёнком. Слабая зацепка – вдруг в детстве он очаровался сказками братьев Гримм, а мультипликационные девушки дали всплеск больной фантазии… сработали, как спусковой крючок? Правда, загадка с жертвой вчерашнего нападения. Покойницу уже опознали – характерное родимое пятно на спине между лопаток. Урсула Рихтер, неделю назад исполнилось 18 лет, член организации «Вера и красота»[13]13
  «Вера и красота» (Glaube und Schönheit) – женское движение в составе гитлерюгенда, куда автоматически зачислялись девушки от 18 до 21 года.


[Закрыть]
, медсестра из лазарета неподалёку от обугленных руин, ранее именуемых Потсдамер-плац. Одета в бледно-голубое платье (точнее, в то, что от него осталось после бешеного бега по лесу), на шее – чёрная лента. Собаки в лесу обнаружили голубую же туфельку – убийца водрузил её на постамент, захватив из кухни погибшей низенькую табуретку. Второй туфли не нашли, как ни искали. Стопроцентно, это Золушка – человек ведь сделал едва ли не миллион намёков, носом их буквально тыкает, тупых легавых. Но тут имеется крупная несостыковка…

«Дисней Студиос» не выпускал мультфильма про Золушку.

На экранах империи прокатывались и «Белоснежка и семь гномов», и «Алиса в стране мультипликации», и «Пиноккио». После запрета американской «масонской» кинопродукции в рейхе, Лютвиц (как, впрочем, и многие другие берлинцы) тайком слушал «Голос Америки»[14]14
  «Голос Америки» была основана именно как антигитлеровская радиостанция после вступления в войну США. Она начала вещание 24 февраля 1942 года.


[Закрыть]
на немецком языке и знал – на студии в США позже рисовали и другие мультфильмы… однако вот на тему Золушки никогда ничего не выходило. И это, по опыту Вольфа, чрезвычайно плохо. Серийный убийца не должен отклоняться от принятой программы – убивать тип женщин, избранный им изначально. Он словно робот, искусственное механическое существо – чётко и послушно следует заранее утверждённым планам. Казнённый в 1925 году на гильотине маньяк Фриц Хаарманн вёл себя весьма предсказуемо. Он находил своих жертв на центральном вокзале Ганновера, подавляющее большинство погибших (примерно 27 человек) являлись бродягами-гомосексуалистами. Способ лишения жизни тоже наличествовал один – перегрызть зубами (да-да, именно так) сонную артерию, выпить кровь, разделать тело и продать (как молодую говядину) в соседние с вокзалом рестораны и кафе – всегда в одни и те же. Фриц ни единого раза не поехал в другие заведения Ганновера, хотя мог «толкнуть» там мясо дороже. Позднее, все эти рестораны закрылись – к ним перестали ходить начитавшиеся газет люди, а прежние клиенты были вне себя от ужаса и омерзения, что годами ели человечину под видом отбивных из телятины. Хаарманн, кстати говоря, не убил ни единой женщины – «ганноверский вампир» считал дам «сосудом порока и сифилиса». В общем, маньяк – существо, до конца верное собственным принципам.

И тут режут Золушку. Персонажа, о котором не снят мультфильм.

Это может означать одну неприятную вещь. У Диснея завёлся подражатель. Не совсем грамотный или же решивший превзойти оригинал и обратиться к «первоисточнику» – детским сказкам братьев Гримм, Шарля Перро и автора «Пиноккио» Карло Коллоди. Поскольку вышли тысячи переизданий, эти истории иллюстрировали десятки художников – каждый нарисовал свою версию Золушки. Такой простор открывается для воображения, вот прямо дух захватывает. В теорию, что серийный убийца внезапно сбился с пути истинного, следователь «крипо» Вольф Лютвиц не верит. Значит, придётся искать двух разных людей. Качественный маньяк обычно убивает, как в театре или кино, – обставив всё реквизитом, тщательно подготовив, позаботившись о зрелищности и красочности места постановки. Подражатель традиционно туп, неряшлив, тороплив и эталонным исполнением не отличается. Подумаешь, туфелька, вот удивил-то, гений. Ловить такого было бы куда легче, но в мирное время – а не в неделю штурма Берлина красными: власть дрожит, как студень на кончике ножа. Хм, а ведь «копия» маньяка могла убить и Дагмар, этим и объясняется отсутствие нужного платья. Час от часу не легче.

В голове Вольфа возникла новая тревожная мысль.

«Вампир» Фриц Хаарманн был внештатным сотрудником полиции. В штатском, но с полицейским значком. Бродяги, уведённые им с вокзала, и подумать не могли, что их склонит к греху, а затем загрызёт ночью полицейский: в Германии все слои населения исторически уважительно относятся к представителям закона. И если бы последняя жертва не была в курсе исчезновения людей на вокзале и не зашлась в крике, когда Хаарманн потащил беднягу к выходу, маньяка ловили бы ещё долго. Среди полицейских тоже хватает психопатов, это следует помнить. Убийца может быть осведомлён и о ходе следствия, и о возможных уликах «крипо», способных привести к разоблачению и аресту. У Диснея особый пропуск, ночные патрули не досматривают его автомобиль. «Шутце» берут под козырёк, жандармы открывают шлагбаумы. Убийцей может оказаться кто угодно. Офицер СС, сотрудник СД, чиновник Трудового фронта, высокопоставленный дипломат из МИДа. Вольф уже сделал запрос в секретный отдел адресного бюро гестапо, ответ обещали прислать сегодня. Столько подозреваемых, что голова разболелась, охота выпить. Где же проклятый Вилли?

…Дверь открылась, и Лютвиц возликовал. Радость оказалась преждевременной.

Не спрашивая разрешения, в кабинет проскользнул оберштурмфюрер Альберт Рауфф – приземистый, средних лет лысый человечек с одутловатым лицом… Из тех, что называют серыми: встретишь такого на улице, внешность забудешь через пять минут. Вольф еле сдержал ругательства – ты только что представлял во рту божественный вкус дешёвого шнапса, а вместо этого в комнате появляется совершенно мерзкая сволочь. Ещё недавно Рауфф числился в подразделении «Мёртвая голова», занимавшемся охраной концлагерей, он принял активное участие в «Мюрфильтельской охоте на зайцев» в прошедшем феврале. Вместе с подчинённым ему отрядом СС без сна и отдыха гонял по лесам сбежавших из концлагеря Маутхаузен русских военнопленных[15]15
  В ночь с 2 на 3 февраля 1945 года из концлагеря Маутхаузен (в Австрии) был совершён побег советских военнопленных, прятались они в лесах. В течение трёх недель их искали СС, гитлерюгенд, а также фольксштурм. 410 человек были убиты, и лишь 11 пленным удалось дожить до Победы.


[Закрыть]
. Смекалка у Альберта работала прекрасно – словно овчарка, он чуял, где искать. Беглецов расстреливали в сараях с сеном для скота, травили до смерти собаками и оставляли замерзать в снегу, фотографируясь рядом с трупами. Рауфф достиг таких великолепных результатов, что его повысили – отправили в Главное управление имперской безопасности (РСХА) в Берлин. Ныне он следователь гестапо по особым делам.

– Хайль Гитлер, – заявил Альберт и плавно выбросил руку – словно уточка плывёт.

– Хайль Гитлер, – довольно скучным эхом отозвался Лютвиц.

Он сразу заметил чёрную папку под локтем у гестаповца.

– У меня для тебя две новости – хорошая и плохая, – оскалился Рауфф.

– Давай хорошую, – пробурчал Лютвиц, продолжая страдать без шнапса.

Оберштурмфюрер ловко, двумя пальцами, вытянул из папки листок бумаги.

– Здесь список лиц, живущих поблизости от Тиргартена и обладающих пропусками, дающими право передвижения через КПП во время комендантского часа. Тот самый, что ты сегодня утром запросил в адресном бюро гестапо через РСХА. В конторе очень интересуются, зачем тебе эти адреса? Наступление русских в полном разгаре…

– Я всё уже объяснил, – Вольф выхватил листок. – Ты помнишь случай Хаарманна? Убийцей может быть и полицейский. Мы в «крипо» перебираем любые версии, помогающие напасть на след Диснея. Давай плохую новость.

На улице сильно грохнуло, истерически закачалась люстра.

Улыбка Рауффа утекла с лица – вроде кто-то смыл акварельную краску.

– Мы получили информацию, что ты распространяешь капитулянтские настроения, – произнёс оберштурмфюрер тихим, театрально зловещим голосом. – Сейчас гестапо ищет этому подтверждение, опрашивая сослуживцев по «крипо», – в данный момент даёт показания Хофштерн. Он отрицает твои заявления на тему возможного проигрыша войны Великой Германией. Обычных штатских, фольксштурмовцев и солдат, согласно приказу Геббельса, за пораженческие разговоры вешают на месте. В отношении тебя, как фронтовика и офицера, мы открываем следствие. Будь готов вскоре побеседовать со мной.

Голова у Лютвица заболела ещё больше. «Господи боже, – подумал он. – Не я один, мы все сошли с ума. И даже не замечаем этого. Самая страшная особенность сумасшедшего – в уверенности, что он нормален. Рауфф будто не слышит грохота за окном».

Он устало кивнул – спорить было бесполезно.

– Делай, что считаешь нужным, – заявил Вольф, глядя в прозрачные глаза Рауффа.

– Благодарю за разрешение, – шутовски поклонился тот. – Расследование в процессе, но мы завершим его в сжатые сроки. Ты будешь либо допрошен, либо арестован в ближайшее время – обвинения серьёзные. До скорой встречи, адмирал Нельсон.

…Лютвиц и бровью не повёл, когда оберштурмфюрер покинул кабинет. Его раздражала тупая шутка гестаповца по поводу чёрной повязки на глазу[16]16
  Адмирал британского флота Горацио Нельсон (1758–1805), как считается, носил чёрную повязку на глазу, хотя это популярный миф. Вот чего у него точно не хватало, так это правой руки, потерянной в 1797 году.


[Закрыть]
, однако грамотнее было сдержаться. Он углубился в чтение листка и вдруг улыбнулся. Надо же. Ему несказанно повезло. В радиусе от двух до пяти километров от Тиргартена не так и много обладателей заветного пропуска.

Всего-навсего пять фамилий.

ХАЙНЦ ВИНТЕРХАЛЬТЕР.

ДИТЕР ВЕНЦЕЛЬ.

ГАНС ЛАУФЕР.

ИОГАНН БАУЭР.

ГЕЛЬМУТ КЁНИГ.

Он не слышал, как вошёл Хофштерн. Лишь когда тот с виноватым видом поставил на стол фляжку со шнапсом, Лютвиц уставился на заместителя красным от бессонницы глазом.

– Запри дверь. Мне нужно поговорить с тобой об очень важном деле…


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации