Текст книги "Огненный шар. Книга 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ognennyy-shar-kniga-2-79763.jpg)
Автор книги: Геннадий Эсса
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 9
Наконец они дождались, когда разрешили выйти на улицу. Жан взял Лизу за руку и по лестничному маршу повел наверх.
Дождь кончился, и тучи развеял ветерок, который тут же обдал и их лица.
В душном помещении, да еще с покойниками, Жан старался сдерживать даже свое дыхание, а сейчас вдохнул свежий воздух полной грудью, и у него закружилась голова. Он схватил Лизу за плечо и пошатнулся.
– Что с тобой? – спросила она и остановилась.
Он взглянул на дом, в котором они провели все это время, пытаясь запомнить его, и с трудом улыбнулся.
– Ничего, все нормально.
– Ты такой бледный, – заметила Лиза.
– Еще бы. Я не переношу мертвецов, – признался Жан.
– Их тут полгорода. Мне уже пришлось их повидать.
Жан огляделся по сторонам.
– Идем к твоим родственникам на эту Морскую улицу, – сказал он подавленным голосом.
– Ты еще вернешься сюда, как договаривался? – спросила Лиза.
– Не знаю. Идем пока отсюда. Надо до утра еще определиться. Не замерзать же нам здесь, на улице.
Он обхватил Лизу руками, приподнял ее, закружился.
– Ты сумасшедший, – завизжала она, обхватив его за шею. – Опусти немедленно, уронишь.
– Тебя – никогда. Я ведь тебя люблю.
– Дурачок, отпусти, люди смотрят.
– Пусть смотрят. Мне все равно.
Они быстро зашагали к Невскому проспекту, и вот уже та самая Малая Морская…
– Не забыла адрес? – спросил Жан.
– Я его и не знала. Этот дом я всегда найду по памяти. Помнишь этот угол, где вы с Ником меняли у старушек вещи на хлеб еще в семнадцатом году?
– Разве здесь?
– Да. Значит, забыл. А вот и дом, идем под эту арку.
Они вошли во внутренний дворик. В углу была огромная куча мусора, и множество крыс бегали вокруг.
Лиза остановилась как вкопанная.
– Боишься?
– Я их терпеть не могу, – сказала она. – Говорят, они и на людей бросаются, когда голодные. Смотри, какие у них глаза злые.
Жан подхватил ее на руки и внес в темную парадную. Они поднялись по лестнице и остановились напротив дверей квартиры.
– Это здесь, – тихо сказала Лиза и постучала. – Я так давно здесь не была.
– Не стучи, – остановил ее Жан. – Видишь, дверь забита на гвозди и опечатана. Такое впечатление, что здесь давно уже никто не живет.
Лиза растерянно посмотрела на Жана.
– Что будем делать? – У девушки совсем упало настроение.
Жан постучал в соседнюю дверь.
– Кто там, – раздался тихий старческий голос.
– Мы хотели узнать, что с вашими соседями? Я их родственница, – сказала Лиза.
Щелкнул замок, и выглянула пожилая худая женщина.
– Здравствуйте. Скажите, где жильцы из этой квартиры? – спросил уже Жан.
– А вы-то кто будете?
– Мы родственники. Хотели их навестить, но дверь опечатана.
Женщина в длинном старом халате вышла на площадку, внимательно всмотрелась в лица молодых людей.
– В этой квартире никто не живет. Хозяина убило при обстреле, а жена его и девчонка еще месяц назад умерли от голода, – стала объяснять женщина. – Квартиру заколотили, а ключи у старшего по дому. Зря вы пришли. Вы здесь уже никого не найдете, молодые люди.
Лизе стало плохо от услышанного. Она прислонилась к стене и замерла.
– Как же так? – удивился Жан.
– А вот так, молодой человек, война никого не щадит, – женщина направилась к своей квартире.
– Где этот старший живет? Нам к нему надо.
– В соседней парадной, на первом этаже. Старичок, Петр Николаевич.
– Он сейчас дома?
– Где ему еще быть? Он без ноги, поэтому никуда и не ходит. Вы его застанете, идите. Он вам все подробно расскажет.
Жан взял Лизу за руку.
– Спасибо, – сказал он. – Идем к этому Петру Николаевичу.
Старик сразу открыл дверь.
– Я Зотова Елизавета, – представилась девушка. – Хотела узнать о своих родственниках.
Петр Николаевич снял очки и вздохнул.
– Умерли ваши все, – сказал он. – А этот молодой человек кто?
– Это мой брат.
– Умерли, дочка, и я квартиру забил, чтобы кто попало не лазал. Сейчас, знаете, кого только нет.
– Мы можем пожить там некоторое время? – спросил Жан.
– Так как ваша фамилия? – еще раз переспросил старичок.
– Зотовы.
Он исчез за дверями и вскоре снова появился.
– Вот ключи, – сказал он. – А гвозди там маленькие, дерните посильнее и откроете.
Лиза взяла ключи.
– Спасибо вам, – сказала она. – Когда покинем квартиру, принесем ключи обратно.
– С Богом, ребята.
Жан с Лизой поспешили открывать дверь.
– Ну, что, сестра? – улыбнулся Жан, – поживем еще и в этих временах?
– Поживем, брат, только я тебя умоляю, не суйся ни в какие дела и под пули тоже.
Жан со всей силы рванул дверную ручку, и дверь открылась. Снова выглянула соседка.
– Дома старик? – спросила она.
– Да, вот ключи дал, – Лиза показала ключи, чтобы она ничего плохого не подумала.
Они вошли в темный коридор, и Жан постепенно стал узнавать это помещение. Коридор был совершенно пуст. В комнате посередине стояла буржуйка с трубой в форточку. Рядом стол с двумя стульями и старый диван.
– Я открою окно, надо проветрить, – сказал он.
Лиза прошла в спальню.
– Жан, смотри, та же старая большая кровать, – крикнула Лиза.
Жан вошел в спальню.
– А где все остальное?
– Вон в углу свернуто.
– Тогда живем, – улыбнулся он и стал раскладывать на кровати матрац. – Есть простынь?
Лиза заглянула в шкаф.
– Что-то есть, – сказала она и выложила, что было из постельного белья, на кровать. – Я сама постелю. Тут так холодно.
– Там в углу я видел немного дров, – сказал Жан.
Он нашел спички и разжег буржуйку, сырые дрова еле разгорались, и они уселись рядом, чтобы согреться.
– Наверное, нельзя жечь огонь в квартире, – тихо сказала Лиза. – Дым вон какой валит из трубы. Это опасно.
– Плевать. Раз она здесь стоит, значит, ею пользовались. Надо что-то о еде подумать. К этой подруге из бомбоубежища только завтра идти. Ты наведи порядок, а я схожу, может, что и раздобуду.
Жан вышел на улицу и осмотрелся. Куда идти, он не знал.
Лиза принесла воды, поставила чайник на горячую плиту, нашла на кухне даже заварку, засыпала в чайник и подошла к окну, которое выходило во двор.
Она с тревогой смотрела на большую кучу мусора, где бегало множество крыс, и на арку, из которой вышел Жан.
Только часа через три Жан вернулся домой, и Лиза бросилась ему на шею.
– Ну что так долго? Я за тебя волновалась, – сказала она, целуя его лицо.
– Пока военных нашел, вот дали полбуханки хлеба и немного сахара, – он выложил из пакета все на стол.
– У нас дрова кончились, – сказала Лиза.
– Сейчас будут. – Жан направился снова к выходу.
– Ты куда? Опять долго тебя не будет? Я с тобой.
– Там же крысы, а ты их боишься. Вода у нас еще есть?
– Я уже второй раз чайник кипячу, чтобы чай попить.
– Помыться хотелось бы, – мечтательно произнес Жан.
Лиза заглянула в душевую.
– Воды нет. Стоят пустые два ведра.
– Давай их сюда. Пойду воду искать.
– За дровами куда пойдешь?
– На помойку. Там я видел доски. Наломаем – будут дрова.
– Смотри, осторожно, там эти гадкие крысы.
– Они меня не тронут. У них еще есть там, что жрать.
На этот раз Жан вернулся быстро. Он принес целую охапку сломанных досок и с шумом вывалил у печки.
– Молодец, с тобой не пропадешь, – сказала Лиза, не скрывая восторга.
– Внизу, во дворе колонка есть, я видел, там люди воду брали. Сейчас принесу, я очередь там занял. – Жан снова вышел из квартиры.
Они уселись за стол, Лиза разлила горячий чай, а Жан нарезал хлеб.
– А завтра что будем?
– Надо до завтра еще дожить, – ответил Жан. – Там, у твоих бывших родственников, ничего не осталось?
– Нашла немного крупы и рис. Завтра сварю что-нибудь.
Они пили чай с сахаром, ели хлеб и молча смотрели друг на друга.
– Никогда бы не мог представить, что твоя тетушка нас сюда зашлет, – признался, после долгого молчания, Жан. – Одни горячие точки. Петербург мы с тобой строили, революцию свершили, теперь повоюем немного… Что возьмешь: старая женщина с больным воображением. Нет чтоб куда-нибудь в будущее отправить. Все в какую-то историю засылает.
– Я и этому рада, лишь бы быть только с тобой, – улыбалась Лиза.
– Дай бог ей здоровья, чтобы не померла, иначе оставаться нам здесь до самой победы.
– Это сколько? Когда победа будет?
– Через пять лет, в 1945-ом, весной.
Лиза даже вздрогнула, но сразу взяла себя в руки.
– Нет, тетушка не умрет. Она вечная.
– Ничего вечного нет. Даже мумии рассыпаются от времени.
– Она же не мумия, а живой человек, – обиделась Лиза.
– Тем более.
– Ей уже сколько лет? – Лиза стала подчитывать на пальцах.
– Почти триста без малого, – опередил ее Жан. – Она от сквозняка уже рассыпаться должна.
– Ну, Жанчик, не болтай, – попросила Лиза. – Ты согрелся? Я постель уже застелила. Раздевайся и иди мыться, там уже вода нагрелась. А я выстираю твои вещи и, пока горит печка, они быстро высохнут. Там полотенце я повесила. Душ не работает, так что мойся и воду бери прямо из ведра, она теплая.
– А ты?
– Там хватит и мне.
– Давай я сам свои вещи постираю, – сказал Жан, снимая с себя куртку, джинсы и рубашку. – У тебя есть вещи грязные?
– Нет, ты не беспокойся, – сказала Лиза, выставляя мокрую обувь Жана у буржуйки.
Жан разделся, сам постирал свои вещи и вынес в комнату.
– Бесстыдник, – покраснела Лиза, увидев его голого.
– Куда вешать?
– Давай, я сама. Надо, чтобы к утру они высохли.
– Нечего дома сидеть. Не на курорте. Мне еще в отряде надо появиться у Кировского завода. Неудобно как-то получается, скажут – сбежал или еще чего, дезертиром назовут.
– Я с тобой.
– Вот завтра все и решим.
Лиза развешивала вещи, а сама не отрывала от Жана глаз.
– Ты все такой же, – заметила она.
– Какой – такой же?
– Прекрасный! – она подошла к Жану, обняла за талию и прижалась лицом к его груди. – Ты такой горячий.
– Я всегда такой, – прошептал он и стал раздевать Лизу. – Пойдем мыться вместе. Я без тебя не могу.
Лиза помогла ему себя раздеть, и они ушли в душевую.
Жан обливал теплой водой себя и свою подружку, нежно лаская руками ее тело.
– Нет, ты точно сумасшедший, – шептала она.
– А каким мне еще быть? Представляешь, с петровских времен сразу в семнадцатый год, а потом на войну, да еще куда? – в блокадный Ленинград… Это уже слишком! У любого крыша съедет. Надо будет попросить твою тетку, пока жива, чтоб еще в два места нас отправила.
– Это куда еще?
– В мое время, а потом в будущее.
– Тогда точно крышу снесет, – засмеялась Лиза.
Жан обхватил ее бедра и стал целовать ее животик.
– Ты тоже такая горячая, – заметил он, прикасаясь своим язычком к мягким волосикам на лобке. – Я просто от тебя схожу с ума. Ты такая сладкая.
Жан стал ее вытирать полотенцем, потом обтерся сам и, подхватив на руки, понес в спальню.
– Сейчас сколько времени? – спросила она.
– Не знаю. Я сам уже устал и хочу отдохнуть. Как проснемся – значит уже утро. О, как ты тут постелила!
Жан положил Лизу на кровать и прикрыл стареньким широким пледом.
– А ты?
– И я, – он шмыгнул к ней в кровать, и она приняла его в свои объятия.
– Миленький мой мальчик. Я так ждала с тобой встречи! – Теперь уже Лиза не давала ему покоя. Она склонилась над ним и, не переставая, награждала его поцелуями. – Как я ненавижу свою тетку, – призналась неожиданно Лиза.
Жан открыл глаза.
– Почему?
– Потому что она нас постоянно разлучает, и мы оба знаем, что никогда не будем вместе.
– Надо с ней поговорить, – решительно сказал Жан, прикасаясь своим язычком к груди Лизы.
– Поговори, поговори. Я уже с ней тысячу раз говорила, но она бессильна осуществить наши желания. Зачем же она нас так мучает?
Жан заметил грусть в глазах девушки. Его руки прижимали к себе тело милой подружки, и она не находила себе места от их прикосновений, чувствуя под собой твердое, большое и знакомое сокровище своего любимого человека.
Глава 10
Под утро кто-то усердно стучал в стену, и Жан открыл глаза. К его плечу прижалась и крепко спала Лиза.
Жан настороженно прислушался – стучали от соседей: то ли забивали гвозди в стену, то ли что-то долбили. Настойчивый стук повторился уже в другой стороне стены, и Жан начинал нервничать. Он прикрыл Лизу пледом, встал и подошел к окну.
Во дворе, в куче мусора, рылось несколько детей. Они разгребали мусор в разные стороны, стараясь найти какие-то одежды, выброшенные жильцами, или отходы от продуктов, но кроме сломанных рам и бочек, сваленных в огромную кучу, ничего не обнаруживали. Он с жалостью посмотрел на детей, которым было не больше десяти лет, прислушался снова к стуку в стену и вышел в гостиную.
Жан разжег буржуйку, накидал в нее последние дрова и присел рядом, вытянул к ней руки. Доски быстро разгорелись, затрещали, и комната наполнилась теплом. Он открыл дверь в спальную, чтобы теплый воздух проникал туда, и вернулся к Лизе. Только он улегся, как снова за стеной раздался стук, и вот уже Лиза открыла глаза. Она мило улыбнулась и потянула Жана к себе.
– Это кто? – сонным голосом спросила Лиза.
– Черт его знает. Этот стук меня разбудил еще полчаса назад, – сказал Жан и встал на кровати, сам стал стучать кулаком в стену. – Ты, олень безрогий, можешь это делать днем? – крикнул он в надежде, что его там кто-то услышит.
Лиза лежала на подушке и смеялась, созерцая снизу его голое тело.
– Что, услышали? – спросила она и обняла его за ногу. – Может, кому-то совсем плохо?
– Так не гвозди же в стену забивать, – возразил Жан. – Вообще с ума посходили.
Он посмотрел на Лизу сверху и тоже улыбнулся.
– Этот олень, как ты говоришь, тебя не слышит.
– Заметь, безрогий, – добавил Жан.
Теперь в другой стороне раздался стук, и Жан опустился на кровать.
– Позже пойду, разберусь. Нет никакого покоя.
– А может, сейчас уже утро. Смотри, светлеет.
Она повалила молодого человека на кровать и прижала к себе.
– Сколько я здесь, в Ленинграде, нахожусь – все как во сне, – признался Жан.
– Я же твой сон.
– Ты – нет… Ты здесь, и я тебя обнимаю. Ты не можешь быть моим сном, – шептал Жан, стараясь пощекотать язычком ее ушко. – Сейчас будет тепло. Я последние дрова закинул. Утром еще схожу, иначе замерзнем здесь с тобой.
– Я тебе не дам замерзнуть, – в ответ шептала Лиза.
Она обхватила Жана за талию и перевернула на себя.
– Конечно, я с тобой не замерзну, – смотрел ей в глаза и шептал Жан. – Это однозначно.
Он провел язычком по ее горячим губам и коснулся им ее белых ровных зубов. Лиза обняла его за шею, и их губы соединились.
Жан снова почувствовал, как огромное желание толкает его снова слиться с ней не только губами, но и телами.
– Я люблю тебя, – шептала Лиза, не отрывая от него своего взгляда. – Я чувствую твое тепло, как бьется твое сердце. Мне кажется, что у меня с тобой один ритм его биения.
– Они сейчас выскочат.
– Пусть выскакивают, мы их потом соберем и обменяемся, чтобы ты был во мне, а я в тебе.
– Я согласен. Это будет здорово! Ты знаешь, у меня есть огромное желание видеть тебя там, у себя, в моем времени. Ты не представляешь, что я тебе там устрою. Тебе очень понравится. Посмотришь, как все у нас там, в будущем.
– Ты мне и так эту ночь устроил великолепно. Я все вспомнила с самого первого нашего знакомства. А ты помнишь?
В ответ Жан поцеловал Лизу.
– С тех пор, как все это произошло, я просто изменилась. Я поняла все прелести жизни и всегда ждала только тебя. Мне никто и никогда теперь не будет нужен. Ты понимаешь это? Вот ты у меня есть, и все, мне хватит на всю мою жизнь. Я постоянно хочу видеть только тебя, твои глаза, твои прекрасные волосы, твои губы, нос… – Она гладила Жана по спине, и ее руки дрожали. – Как только я тебя вижу, то просто теряю рассудок. Мне всегда хочется больше и больше быть с тобой, чтобы ты был во мне вечно. Я, наверное, какие-то извращения говорю? Прости, но я так хочу. Хочу ощущать в себе только тебя. Не знаю, что мне еще тебе наговорить. Может, это все и глупости, но они от души, от сердца.
Жан почувствовал, как рука Лизы коснулась его мужского достоинства, поглаживала его, нежно сжимая своей маленькой ладошкой, и медленно направила в себя.
Жан закрыл глаза и погрузился в ее теплое гнездышко.
За стеной, как специально, давая им закончить свое дело, никто не стучал.
Спустя полчаса снова возобновился стук, но уже где-то снизу.
– Да этому оленю рога, видно, давно поотшибали и без моего участия, теперь бы ему ноги вырвать вместе с яйцами, чтобы у него никогда не было таких уродов-наследников, как он сам.
– Жанчик, ну что ты сердишься? – успокаивала Лиза. – Может, у людей дела?
– Какие могут быть дела, война кругом, а он в эту стену долбится?
– А ты? А мы?
– Что я? Что мы?
– Война, а мы тут…
– Ну и что? Мы же живые люди. Не бегать же по очереди в душевую, чтобы сам на сам удовлетворять себя.
– Вот понесло, – Лиза снова его обняла. – Успокойся.
Жан вытянулся на кровати поверх пледа, и Лиза положила свою голову ему на грудь.
– Все, мое терпение кончилось. – Он приподнялся на локтях, поцеловал ее в одну, потом в другую молоденькие упругие груди. – Знать бы, сколько сейчас времени. У Клавдии Петровны часов не было?
– Были когда-то, с кукушкой. Ты их должен был помнить. Эта кукушка тебя тогда перепугала.
– Да ладно? Я не помню.
– Мы сидели и пили чай, когда она стала куковать. Ты тогда замер и уставился на Клавдию Петровну. Потом спросил, точно ли она может предсказать, сколько еще лет тебе осталось прожить. Вспомнил? Все тогда рассмеялись, а Клавдия Петровна сказала, что если посчитать, сколько она за день прокукует, то люди столько просто не проживут.
– А Люсия Петровна? Ей уже почти триста лет. Что ей дятел настучал?
– Жан, ты неисправимый, – смеялась Лиза, обнимая своего мальчика. – Люсия Петровна – это совсем другое дело. Ты хочешь столько прожить?
– Как она, нет. Мне лет семьдесят хватит. А ты живи вечно. Такие красавицы, как ты, должны вечно жить.
– Мне тоже хватит столько, сколько и тебе. Ни к чему мне без тебя. Ты не представляешь, что для меня значишь. Я тебя люблю, такого сумасшедшего и хорошего.
Неожиданно кто-то постучал в двери. Стук был громкий и настойчивый.
Жан подскочил в постели.
– Где мои плавки? – закричал он. – Я сейчас этому черту рога поотшибаю.
– Лежи, – успокоила Лиза. – Я сама пойду. Может, тот старичок пришел, чтобы узнать, как мы устроились.
Она принесла Жану высохшие над буржуйкой вещи, надела его рубашку, которая оказалась почти до колен, и направилась в коридор.
Жан поспешил тоже одеться и вышел следом за ней.
Лиза прислушалась, приложив ухо к двери, но неожиданно громкий стук повторился, и она шарахнулась в сторону.
– Иди в комнату, я открою, – сказал Жан. – Кого принесло в такой ранний час? – раздраженно спросил Жан.
– Зотовы здесь живут? – спросил женский голос.
Жан взглянул на Лизу.
– Тебе ничего не кажется? – шепотом спросил он.
Лиза пожала плечами.
– Может, ходят, документы проверяют?
– Вам кого?
– Зотовы здесь проживают? – теперь уже раздался мужской голос.
Жан щелкнул замком и открыл дверь.
– Здесь проживают! – радостно воскликнул он, и на его шее повисла девушка.
Перепуганная Лиза прижалась к стене и не могла понять, что происходит.
– Ин! – закричал Жан, обхватив ее обеими руками. – Заходи! Зотовы здесь проживают. А ты чего застрял? Не ожидал?
– Ты когда-нибудь бываешь в штанах? – засмеялся радостный Ник.
– Лиза, принимай гостей.
Обрадованная Лиза запрыгала и захлопала в ладоши.
– Господи, откуда вы взялись? – воскликнула она, обнимая Ника и Ин.
– Проходите, – пригласил Жан. – Тут с утра какой-то лось все в стену стучался: я думал, что уж это он приперся к дверям.
Лиза усадила дорогих гостей к столу. Радости ее не было предела.
– Жанчик, иди оденься. Я чай поставлю, – сказала Лиза и забегала по гостиной.
– Ничего себе устроились, – заметил Ник. – Двухкомнатная квартира, печка. Все условия для жизни.
– Если не считать войны за окном, – сказала Ин.
– Это точно, – согласился Жан. – Всю ночь было тихо. Никакой бомбежки. Нам повезло, да и вам тоже. Вы откуда?
– Мы думали, что нас занесло куда-то в другое место, – стала объяснять Ин. – А оказались опять в Петрограде.
– В Ленинграде, – поправил Жан.
– Ну, да, теперь в Ленинграде. Не успеваю названия запоминать.
– Как вы?
– Долго рассказывать, – ответил Ник.
– А что тут рассказывать, – сказала Ин. – Появились, и всё, как и вы.
– Это тетушка подсуетилась. Стара стала, вот и кинула нас в самое пекло, – стал объяснять Жан. – Спасибо ей, что еще не на Курскую дугу, под танки. Бегали бы сейчас от их гусениц где-нибудь по полю…
– Клавдия Петровна умерла, – сообщила Лиза. – Родственники потом здесь жили, тоже умерли.
Ник поставил рюкзак на стол.
– Мы знали, где вас искать, – сказал он, – только здесь. Ин сразу сказала, что вы можете быть только на Малой Морской улице. Вот мы сюда и двинули.
Ин взглянула на счастливые лица Лизы и Жана.
– Я вижу, что у вас все прекрасно. Вы не изменились за это время. И отношения, так понимаю, у вас продолжаются. Мы просто рады за вас.
– Я думаю, и у вас тоже все очень неплохо. Вы же теперь вместе, – заметила Лиза.
– Чего стоишь? – спросил Ник Жана. – Взрывай! Еда приехала.
Жан открыл рюкзак и стал выкладывать на стол консервы, хлеб, обнаружил даже фляжку и колбасу.
– Это вы оттуда прихватили? – спросил он. – Из нашего времени?
– Нет, это Ник решил проблему еще там, у немцев. Видите – все не наше. Оказывается, Ник знает немецкий язык.
– А здесь что? Вода? – спросила Лиза.
– Водка там, – догадался Жан. – Стали бы они у немцев воду добывать.
– Не вода и не водка, а спирт. – Ник открыл фляжку и дал понюхать Жану.
– Будем гулять! Пить за победу, – торжествовал Жан. – Быстрее бы все только кончилось.
– Быстро все не кончится, – сказала Ин. – Пока сюда к вам шли, столько мертвых видели. Кто у дома прислонился и уже мертвый, кто прямо на дороге лежит. Машины не успевают собирать. Ужас какой-то. Голодные люди… Жалко до боли их.
– А во дворе и в парадной крысы такие огромные, как мутанты, скоро от голода на людей будут бросаться, – заметил Ник.
– Ничего, пусть пока гуляют, – спокойно сказал Жан, открывая консервы. – Мы их потом съедим.
– Каким он был, таким и остался, – заметила Ин. – Повзрослел только. Жанчик, тебе сколько уже лет?
– Что, выгляжу плохо? – спросил он.
– Ты выглядишь великолепно, ты не меняешься.
– Некогда мне меняться, – ответил Жан. – Лиза не дает.
– Болтунишка, – улыбнулась Лиза и прижалась к своему молодому человеку. – У вас как все складывается?
Ин взглянула на Ника.
– У нас все тоже очень хорошо, – уверенно ответил Ник. – Правда, милая?
Жан сделал удивленное лицо, а Ин ему в ответ показала язык.
– Вот так, господа пришельцы!
– Я тут насчет обороны города с одной подругой говорил, сказал Жан. – У них отряды есть, паек получают. Сегодня надо будет к ним идти, иначе будем валяться вдоль дороги вместе с остальными.
– И мы с вами, – обрадовалась Ин.
– Теперь, конечно, – тут же согласился Жан. – Но мне надо еще в отряд к Кировскому заводу попасть. Бойцы, с которыми я пробирался сюда, остались там и защищают город. Я так неожиданно ушел, что просто не хочу, чтобы меня считали дезертиром.
– Когда эта Люсия соизволит нас отсюда забрать? – спросила Ин. – Главное, чтобы не забыла.
– Не забудет, – заверил Жан. – Берлин брать нам точно не придется, хотя и не мешало бы. Времени просто нет. У меня экзамены в этом году выпускные.
– Ну ты и малолетка, – улыбнулся Ник.
– Никакой он не малолетка, – вступилась Лиза. – Он довольно взрослый парень.
– Судя по его делам – да, – Ин хлопнула тихонько Жана ладошкой по попке.
– У вас как? – спросил Жан и разложил вилки.
– Рюмки давай, – Ник обнял Ин. – У нас лучше всех!
– У нас тоже. – Жан расставил рюмки, и Ник разлил спирт. – Вы представляете, кровать еще та старинная сохранилась.
– Не может быть? – удивился Ник.
– Точно, иди, посмотри.
Ник встал и заглянул в соседнюю комнату.
– Да, эта кровать пустой не бывает, – заметил он.
– Там уже кто-то ночевал.
– Никогда не отгадаешь, кто, – смеялся Жан, поднимая рюмку.
– Никогда, – согласился Ник. – А нам место найдется?
Жан взглянул на смущенную Лизу.
– Забыли, как все помещались? Еще и место свободное оставалось, – напомнил Жан и добавил: – С вашей стороны оставалось.
– Почему с нашей? – удивилась Ин.
– Потому что вы друг на друге постоянно лежали и такой скрип шел с вашей половины, что свечки тухли.
– Ну, Жанчик, хватит, – попросила Лиза.
– А, помню, – воскликнул Ник. – Были такие случаи. Помню еще, что с вашей половины кто-то чмякал почти всю ночь.
– Значит, поместимся, – сделал заключение Жан. – Ну, что, за победу! Я такой тост даже запивать не буду, – сказал Жан и обнял Лизу. – За долгожданную победу!
Они еще долго сидели за столом, вспоминая прошлое, и мечтали быстрее покинуть это адское время.
– Я еще повоюю здесь, – твердо заявил Жан. – Пусть история этот факт и не заметит, но очень хочется что-то сделать такое, чтобы долго помнили и с той и с этой стороны линии фронта.
В спальне снова раздался стук в стену. Жан прикрыл туда дверь.
– Например, этому козлу рога поотшибать, – продолжил Жан. – Сейчас еще одну выпью и схожу, разберусь.
– Смотри, чтобы тобой эти чертовы крысы не закусили, – предупредила Ин.
– Жан, никуда не ходи, – запретила Лиза. – Я тебя не пущу.
– Он так и будет стучать весь день, а потом всю ночь. Я так не смогу.
– Я с ним схожу, – вызвался Ник.
– Не беспокойся, мы быстро – туда и обратно, – сказал Жан. – Заодно и досок принесем, скоро наша печка совсем остынет.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?