Текст книги "Пятый магистр"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pyatyy-magistr-76008.jpg)
Автор книги: Игорь Конычев
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Игорь Конычев
Пятый магистр
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
Глава 1
– Клянусь бородой моего прадедушки, Фаргред! – выкрикнул коренастый рыжебородый дворф, хозяин таверны «Хмельной берсерк», и отхлебнул практически половину пива из внушительной кружки.
Его заведение пользовалось весьма дурной славой и имело лишь ограниченный круг постоянных посетителей. Таверна располагалась в далеко не самом благополучном квартале столицы Империи. Приземистое двухэтажное здание было обнесено высоким забором, более похожим на стену форта и имевшим вполне соответствующие ему ворота. Внутри таверна выглядела так же угрюмо и воинственно, как и снаружи: стены сплошь увешаны различным оружием. Здесь и тяжелые, покрытые рунами молоты дворфов, и широкие, грубой ковки, мечи орков, и топоры, столь любимые жителями северных земель, и прямые имперские клинки. Оружия было превеликое множество, но все оно отличалось простотой и удобством. Любой понимающий в воинском искусстве сразу мог понять, что это оружие создано для битвы, а не для красоты. Далеко не новые, грубо сколоченные столы и стулья также не отличались особым изяществом и роскошью, словно отражая жесткий характер владельца таверны.
– Какой идиот только додумался взять тебя в паладины? – Дворф сокрушенно покачал косматой головой и, влив в себя остатки хмельного напитка, икнул, поставил опустевшую кружку на край стола, где уже стояли семь ее пустых подруг, и посмотрел на своего собеседника. Как и все представители его народа, дворф был отнюдь не высокого роста, но очень широк в плечах и телосложение имел могучее.
Сидевший напротив него человек поднял на собеседника слегка затуманенный пивом взгляд, рассеянно почесал небритый подбородок и хриплым, проникновенным голосом ответил:
– Это был Ульв, старина; неужто ты забыл? – Говоривший был больше всего похож на наемника: темные, слегка выгоревшие на солнце волосы собраны сзади в короткий хвост, длинный шрам тянулся от середины лба через левый глаз и заканчивался на щеке, еще один, почти незаметный из-за давно не бритой щетины, тянулся от правого уголка рта почти что до уха; когда-то перебитый орлиный нос был слегка кривым, в уголках серых глаз залегли морщинки, ухмылка, периодически проскальзывающая на обветренном и загорелом лице, напоминала волчий оскал.
– Забудешь тут такое; вы, люди, все сплошь странные, и боги у вас такие же, то ли дело у нас… – Обладатель рыжей бороды мечтательно вздохнул. – Эй, Мила! Принеси мне и моему гостю еще пива! И жратвы! – Дворф на секунду задумался. – И еще пива! И нечего тут ходить, виляя бедрами! Перед тобой же паладин! Неужто ты думаешь соблазнить слугу Света и защитника справедливости? – Он с сомнением посмотрел на собеседника, который стремительно старался догнать его по количеству выпитого. – Хотя кого я обманываю – он только этого и ждет. Так о чем это я? А! – Коренастый бородач хлопнул огромной ладонью, больше похожей на медвежью лапу, по столу так, что кружки подпрыгнули, и одна из них упала на пол. – Наверняка ваш Светлый Ульв был не в себе или просто решил пошутить. Иначе я не могу объяснить то, что Светлый бог снизошел до совета паладинов и потребовал принять тебя в орден!
– Драг, мне было тогда всего четырнадцать лет, – задумчиво проговорил Фаргред, неотрывно глядя на несущую пиво девушку, – и я…
– И ты только и делал, что учинял драки, задирал девчонкам юбки и сквернословил, как… – дворф на секунду задумался, – как твой папаша, да сохранит Ульв его бессмертную душу!
– Отец всегда был для меня примером к подражанию, – ответил паладин, с улыбкой подмигивая служанке.
– О да! И ты перенял от него все самое лучшее! – хохотнул Драг. – Умение махать мечом, вливать в себя бочки пива и вина, охмурять всех баб без разбору, влезать в неприятности и богохульствовать! Отец бы тобой гордился!
– Надеюсь, что ты прав, друг. – Паладин ущипнул проходившую мимо Милу пониже спины, за что был удостоен притворно сердитого взгляда.
– Клянусь шестым пальцем моего прапрадеда! Еще раз тронешь мою дочь – и я встану! Встану… и сам выпорю ее, чтобы не позорила отца и не заставляла его самого и почетного гостя умирать от жажды! – Борода дворфа встопорщилась, и глаза гневно сверкнули.
– Я выигрываю у тебя пять поединков из семи, старик! – Мила поставила на стол бочонок пива. – Когда ты наконец признаешь, что слишком стар для того, чтобы угрожать мне? – Молодая широкоплечая дворфийка скрестила довольно мускулистые руки на груди и сурово посмотрела на отца.
– Ишь ты! Кого я вырастил?! – Дворф посмотрел на Фаргреда. – Не будь я столь ленив и так сильно занят, я бы показал тебе, кто тут старик, мелкая ты соплячка!
– И что бы ты сделал? Забросал бы меня песком, что из тебя сыплется? – хохотнула Мила.
– Ах ты! Ну… ТЫ! ТЫ ВООБЩЕ! Вот сейчас я как… – Дворф начал подниматься из-за стола.
– Хватит-хватит, Драг, – примиряюще сказал паладин, – все мы знаем, что ты так же могуч, как и раньше. – Он с укором глянул на Милу.
– Иди и принеси нам мяса, женщина! – Дворф раздумал вставать и, сурово глядя на дочь, добавил: – И иди нормально: Ред, конечно, тот еще похотливый кобель, но он все же не дворф, чтобы польститься на тебя!
– Ха! Не стоит недооценивать меня, Драг! Что может быть лучше справной дворфийки? – хитро подмигнул Фаргред собеседнику.
– Это мои слова, безбородый! – Дворф потянулся за бочонком. – Это вы, люди, ничего не понимаете в красоте! Ваши женщины больше похожи на тощих цапель! Даже подержаться не за что! Вот моя жена была бабой что надо! Я ее не мог не то что поднять, даже от земли оторвать был не в силах! – Дворф тяжело вздохнул. – Но мы отвлеклись от темы. – Он налил кружку и передал ее гостю. – Вот скажи мне, разве может паладин пить наравне с дворфом, не пропускать ни одной юбки, ругаться за целую артель сапожников и драться подобно берсерку?
Фаргред с удовольствием отхлебнул из кружки, вытер губы тыльной стороной ладони и, слегка подбоченившись, заявил:
– Разве хорошее пиво, красивые женщины, правдивые речи и славная битва могут помешать служению Свету?
Драг на секунду задумался, потом, переварив услышанное, громогласно расхохотался:
– Ха! Вот это речи настоящего дворфа! За это стоит выпить, клянусь выбитым зубом моей бабушки! – Дворф поднял свою кружку. – Славная была старушенция, мир ее праху! Ты бы ей понравился, несмотря на то что человек, да еще и паладин!
Так, за душевными беседами, они просидели несколько часов; за окнами стало смеркаться, и в трактир начали заходить посетители, которых, к слову, не пустили бы ни в одно приличное заведение. Среди них были и заросшие бородами суровые дворфы, увешанные различным оружием, и наемники из клана «Волчья стая», который состоял сплошь из безумных берсерков и отборных головорезов, и пара покрытых ритуальными шрамами орков (большинство из орков были врагами Империи, но несколько кланов когда-то присягнули на верность императору и теперь являлись полноправными ее жителями), и несколько представительниц древнейшей профессии, лениво ходивших между столами, и четверо рыжих северян, с ног до головы покрытых татуировками, и типы вороватой наружности – зал быстро заполнялся самым разношерстным сбродом.
– За время моего отсутствия твое заведение не потеряло популярности, старый друг. – Фаргред потянулся за новой кружкой.
– А то как же! – Хозяин трактира откусил солидный кусок от жареной бараньей ноги и добавил с набитым ртом: – Только вот благородных лордов, кроме тебя, тут не бывает, а с этих, – он обвел рукой зал, – много не возьмешь.
– У вас, дворфов, принято ворчать всегда, – улыбаясь, сказал паладин. – Если бы дела у тебя не шли в гору, то тут бы не было новых служанок и твои ребята не стали бы расширять зал.
– Все-то ты видишь, глазастый больно! – насупился Драг.
Паладин хотел что-то сказать, но его внимание привлекли две фигуры в золотых плащах ордена Зари, вошедшие в трактир.
– Я что-то должен тебе за лестные отзывы о моем заведении? – Дворф тоже заметил вошедших.
– Вроде как нет; по крайней мере, мне так кажется. – Фаргред с интересом наблюдал за братьями по ордену.
Тем временем вошедший первым паладин откинул капюшон, быстрым движением заправил длинные, золотистые волосы за остроконечные уши. Он бегло окинул зал взглядом и, заметив Фаргреда, уверенно пошел к его столу. Вторая фигура на секунду замешкалась, но потом нерешительно двинулась следом.
– Тьфу! – Дворф сплюнул на пол. – Только эльфийских зануд мне не хватало!
Тем временем эльф подошел к столу. Он был высок и строен, с правильными чертами лица и чистым, звонким голосом:
– Приветствую вас, лорд Фаргред, и вас, достопочтенный дворф; позволите ли вы присесть за стол? – Взгляд зеленых глаз вопросительно скользил от человека к дворфу.
Фаргред посмотрел на друга – хозяин трактира пожал широкими плечами.
– Садись, Рин. И оставь уже эти эльфийские любезности. – Паладин приветливо улыбнулся.
– Благодарю. Однако я был бы очень признателен, если бы вы называли меня полным именем, лорд. – Эльф присел на краешек скамьи.
– Вот ведь эльфы, понапридумывали себе таких имен, что даже если и запомнишь, то точно язык сломаешь, пока выговоришь, – проворчал дворф. – Лишь бы поставить приличных людей в затруднительное положение…
Эльф хотел что-то ответить, но Фаргред опередил его:
– Будет тебе, Риннелерионен, – сказал паладин и, игнорируя все еще ворчавшего друга, продолжил: – Мы знаем друг друга не первый год, и обычно ты не против, когда к тебе так обращаются. Не иначе как ты пришел по какому-то важному делу. Хотя я не представляю, что могло тебя заставить прийти сюда.
Драг снова заворчал что-то про «всяких там остроухих заморышей, которые, видите ли, гнушаются посещать его, без сомнения, великолепное заведение, достойное не только лордов, но и самого императора», но вмешиваться в беседу не стал.
– Вы… ты прав, Фаргред, дело действительно серьезное. – Эльф посмотрел человеку в глаза. – Мы знакомы давно, и поэтому я скажу прямо – магистры решили, что ты должен взять себе ученика.
Хозяин трактира поперхнулся пивом, а Фаргред не донес кружку до рта. За столом повисло неловкое молчание.
– Это вон та девчонка, что ль, будет его ученицей? – Драг кивнул в сторону стоящей рядом со столом стройной фигуры в плаще. – Ваши магистры совсем сбрендили, раз решили дать этому прохиндею в ученики девку!
– Достопочтенный Драг, – эльф сделал вид, что не расслышал столь нелестных слов о магистрах своего ордена, – вам не о чем беспокоиться, так как это не девушка.
– Не девушка? – Дворф, подозрительно прищурившись, уставился на фигуру в плаще. – Неужто в орден приняли еще одного остроухого?! Да… тогда я еще больше беспокоюсь: порядочному мужику к вашему племени вообще спиной поворачиваться нельзя. Знаю я все про вас! Вон эльфийки на вас даже не смотрят, убегают с ваших городов да женихов среди других народов ищут! А ты тут своего дружка решил пристроить к Реду? Да я тебя щас своими руками! – Гневно сверкая глазами, дворф стал подниматься из-за стола.
Эльф изменился в лице, но не потерял самообладания. Он лишь положил руку на эфес меча, вопросительно посмотрев на человека.
– Хватит, Драг, я, конечно, рад что ты печешься за мою… э-э-э… спину, но я и сам могу постоять за себя. – Фаргред хлопнул почти вставшего дворфа по плечу с такой силой, что тот вынужден был опуститься на скамью. Паладин перевел взгляд на эльфа и продолжил: – И правда, в орден очень редко принимают эльфов, вас ведь всего пятеро, считая тебя.
– Это не эльф, это сын лорда Бладвина де Гоша, чьи владения расположены практически на северной границе, Рональд. – Риннелерионен все еще пристально наблюдал за дворфом, но руку с меча все таки убрал и сделал жест фигуре в плаще. Парень откинул капюшон с головы и приблизился; поднял взгляд и с любопытством стал рассматривать Фаргреда. Тот тоже смотрел на своего новоявленного ученика: большие голубые глаза, светлые волосы до плеч, узкие губы, острый подбородок, бледная кожа: на вид мальчишке было лет пятнадцать.
– СЫН?! – Дворф вытаращился на парня, как будто это был его собственный ребенок, о существовании которого он узнал только сейчас. – Вот ОН?! – Рыжебородый ткнул толстым коротким пальцем в юношу. – Да как такой задохлик…
– Тихо-тихо, друг, – поспешил прервать дворфа Фаргред, видя, как густо покраснел Рональд. – Ученик, значит… – Паладин перевел задумчивый взгляд серых глаз на эльфа. – Я так понимаю, что этот вопрос уже решен нашими благородными магистрами и мое согласие не требуется?
– Увы, даже если вы против – магистры большинством голосов уже поддержали эту идею. Если вам интересно – ученики теперь есть у всех магистров ордена. – Эльф внимательно посмотрел на человека. – Лорд Драуг, о вас не было известий больше года, так что если у вас есть еще какие-нибудь вопросы, то лучше вам задать их остальным магистрам лично – совет собирается послезавтра утром.
– Что ж… – задумчиво произнес Фаргред. – Я не смею тебя больше задерживать, Рин, если ты, конечно, не хочешь выпить с нами.
– Э-э-э… – Эльф, ожидавший, что магистр, знаменитый своим склочным характером, начнет противиться и отказываться от ученика, был явно удивлен столь быстрым разрешением проблемы. – Благодарю, но нет. Если вы не против, я должен отправиться обратно в обитель ордена и сообщить о вашем решении.
– Я не возражаю. – Магистр кивнул эльфу. Тот быстро встал, попрощался и быстрым шагом направился к выходу из трактира.
– Ишь, того и гляди – бегом побежит, – недовольно сказал Драг, потом глянул на юношу, все еще стоявшего у стола, и крикнул: – Мила! Неси нам еще бочонок пива… Нет! Клянусь мифриловым горшком нашего императора – два! Два бочонка! И жратвы, да побольше, тут надо бы кое-кого откормить.
– Значит, Рональд де Гош, – Фаргред встал и оказался на голову выше парня. – Я лорд Фаргред Драуг, магистр ордена Зари, а это, – он кивнул на дворфа, – Драг из клана «Пьяных медведей», он хозяин этой чудесной таверны.
– Рад знакомству! – Дворф подошел к парню и стиснул его узкую ладонь своей огромной лапой, после чего хлопнул того по спине так, что бедолага чуть не упал. – Да садись ты, что как не родной! – Дворф подтолкнул обескураженного таким напором парня к столу, а сам направился к двери на кухню, засучивая рукава. – Располагайся, – приобернувшись, на ходу сказал он, – я сейчас надаю по заднице одной ленивой соплячке – и вернусь.
– И я т-т-тоже рад… – неуверенно промямлил Рональд, но остался стоять.
– Если ты не сядешь, то старик, вернувшись, посадит тебя сам. – Фаргред занял свое прежнее место.
– А? Да, сейчас-сейчас… – Парень засуетился, чуть не споткнулся, наступив на полу плаща, зацепился ножнами о скамью и едва не упал.
– Не спеши.
– Но ведь он же вернется, и, если я не сяду, он… сейчас… – Неуклюже поправив дорогие ножны и скомкав плащ, юноша наконец сел.
– Не нервничай, паладину не пристало так себя вести. Мы должны сохранять спокойствие в любой ситуации, – наставительно произнес Фаргред.
– Да, магистр. – Рональд посмотрел на своего нового учителя и хотел было что-то сказать, но тут из-за двери на кухню послышались шум и приглушенная толстыми стенами ругань.
– Старина Драг ведет воспитательные беседы со своей ненаглядной дочуркой, – пояснил паладин.
– А это нормально?
– Вполне.
– Лорд Фаргред, а можно задать вам вопрос? – нерешительно спросил юноша.
– Естественно, я же теперь твой наставник, так что ты можешь на меня рассчитывать, – кивнул магистр.
Получив одобрение учителя, Рональд откашлялся, открыл рот, запнулся, потом задумался и, наконец решившись, выдал скороговоркой:
– Пристало ли благородному лорду, магистру ордена паладинов, чьим долгом является служение Свету и защита добродетелей, сидеть в таком злачном месте, наполненном неизвестно кем… – Молодой паладин запнулся, увидев улыбку наставника.
– Хорошо, что у тебя такое понимание долга паладина, но еще лучше то, что Драг не слышал твоих слов, иначе я вряд ли смог… спасти тебя… по крайней мере, вовремя, – назидательно начал Фаргред. – О долге, добродетелях и служении Свету, да и о понимании добра и зла, мы поговорим позже. Ты ведь признаешь меня своим наставником? – Магистр дождался робкого кивка Рональда. – А значит, расслабься и доверься своему наставнику. Сегодня мы отмечаем мое возвращение и заодно появление у меня ученика. Кстати, вот и еще один участник празднества.
Рональд обернулся и увидел слегка помятого, но весьма довольного рыжебородого дворфа, несущего под мышкой немаленький бочонок. Драг поставил свою ношу на стол и с улыбкой сказал:
– Дочка вся в мать, такой же скверный характер и такая же тяжелая рука. Еду сейчас принесут, а пока начнем… – Он запнулся, окинув взглядом обилие пустых кружек на столе, и добавил: – Ну кое-кто начнет, а мы продолжим. – С этими словами он взял самую, на его взгляд, чистую кружку, наполнил ее хмельным напитком из принесенной бочки и поставил напротив Рональда. Затем наполнил еще две – одну протянул Фаргреду, другую оставил себе. После чего, откашлявшись, сказал: – Выпьем же за то, чтобы из Рональда вышел толк! – С этими словами он в два глотка опорожнил кружку, и друг последовал его примеру, а юный паладин, приоткрыв рот, неотрывно смотрел на стоящее перед ним пиво.
Почувствовав на себе два вопросительных взгляда, он неуверенно произнес:
– А это мне?
– А тут есть еще один Рональд, который только что стал учеником магистра? – Дворф сурово посмотрел на юношу.
– Э-э-э… и мне надо это выпить? – смутился парень еще больше.
– Что-то не так? – спросил ученика магистр.
– Не совсем… – Парень опустил взгляд, потом с надеждой посмотрел на дворфа. – А можно мне воды или молока?
Глаза хозяина заведения широко открылись и стали совершенно круглыми, а сам он застыл подобно изваянию. Потом один глаз прищурился, а другой начал подергиваться; дворф медленно повернулся к магистру.
– Фаргред, – голос Драга был тихим и спокойным, – я, конечно, понимаю что в ордене тебя, мягко говоря, недолюбливают, но чтоб подсовывать каких-то неполноценных и тщедушных мальцов в ученики – это перебор.
– Я… – Рональд запнулся, посмотрел на человека и дворфа. – Я нормальный! – С этими словами он схватил кружку и, запрокинув голову, принялся жадно пить. После того как кружка опустела, он аккуратно поставил ее на стол и посмотрел на учителя.
– О! – Дворф, молча наблюдавший за происходящим, будто ожил. – Кажись, я погорячился, и из заморыша, может, что-то и получится! – С этими словами он снова разлил всем пива.
– Еще надо пить? – Теперь глаза округлил Рональд.
– Сколько тебе лет, парень? – нахмурившись, спросил Драг.
– Восемнадцать, – осторожно ответил юноша.
– ВОСЕМНАДЦАТЬ! – Рыжебородый аж привстал. – Восемнадцать, а ты просил воды или молока? – Дворф сплюнул. – Может, ты еще грудничок и мне сбегать за твоей мамашей? Клянусь левой пяткой моего отца! Заткнись и пей, пока я не рассердился! – Борода Драга угрожающе встопорщилась, и вид он принял весьма воинственный, но еще большее впечатление на Рональда произвел огромный кулак дворфа, который его обладатель поднес к носу юноши.
Парень про себя отметил, что внушительный кулак закрывает ему почти весь обзор, и это открытие не принесло ему особой радости.
– Со стариком лучше не ссориться, – услышал юноша голос наставника, – тем более он вряд ли будет уважать тебя, если ты не проявишь себя как следует.
Рональд вздохнул и сказал, надеясь, что окружающие не заметят, как дрожит его голос:
– Что ж, праздновать так праздновать.
– ХА! – Хозяин таверны снова хлопнул молодого паладина по спине так, что тот едва не ударился лбом о столешницу. – Клянусь молотом моего деда! Мы еще сделаем из тебя достойного дворфа! То есть человека!
Вливая в себя очередную порцию пива, молодой паладин подумал, что понятие «достойный человек» у дворфов, скорее всего, несколько иное, нежели у него самого.
Дальнейшие события слились для Рональда в один большой клубок, из которого его не привыкшее к хмелю сознание с трудом выхватывало небольшие куски реальности, после чего снова вовлекало юношу в стремительный круговорот: вот они сталкивают свои кружки, вот дворф снова наливает пиво, вот крепкая низкорослая девушка, смутно кого-то напоминающая юному паладину, приносит поднос с жареным ягненком, вот они снова пьют, вот Драг, приобняв Рональда за плечи, доверительно говорит ему что-то, но юноша может разобрать лишь «дочь», «будешь», «хороший зять», «клянусь» и «где еще пиво?». Потом дворф начинает громко звать какую-то Милу и угрожать ей суровой расправой.
– Я… сам… принесу! – Язык парня отчаянно заплетался, и слова давались ему с явным трудом.
Рональд встал и решительно направился к стойке, за которой стоял крепкий дворф, чем-то напоминающий хозяина заведения. Парень попытался сфокусировать на нем взгляд и, оступившись, чуть было не упал на стол к угрюмым северянам. Пробормотав нечто вроде извинений и легонько хлопнув по огромному плечу варвара своей узкой ладонью, юноша продолжил свое продвижение к стойке. Но тут он неожиданно для себя понял, что забыл, зачем он вообще встал из-за стола. «Нужно вернуться и спросить», – подумал он. Это почему-то показалась Рональду очень важным, и он, стремительно развернувшись на пятках, сделал шаг… по крайней мере, юному паладину казалось, что он делает шаг вперед. Неожиданно под его ногой оказался не пол, а собственный плащ. Уже падая, парень увидел возмущенные голубые глаза северян, на чей стол он стремительно опускался, раздался звук упавших кружек, а паладин, открыв глаза, осознал, что лицо его находится в каком-то непонятном вареве. В ноздри ударил резкий запах чеснока, парень резко выпрямился, но, не рассчитав силы рывка, снова наступил на злополучный плащ и рухнул спиной на пьющего пиво наемника. Затем чьи-то крепкие руки поставили его на ноги и сильно толкнули в сторону… во что точно он врезался, Рональд понял не сразу, сначала ему показалось, будто это была стена. Но когда способность видеть вернулась к паладину, первым увиденным им оказались сапоги из грубой кожи, и тут он понял, что стоит на четвереньках. Изо всех сил стараясь не шататься, молодой человек поднялся на ноги и встретился взглядом с маленькими, красными глазами орка, который, тихо рыча, заносил руку для удара. Шириной плеч и мускулатурой орки не уступали дворфам, однако ростом были выше среднего человека. Молодой человек, несмотря на тщетность своих усилий, хотел все-таки извиниться. Он уже открыл рот для этого, как вдруг его сильно качнуло в сторону. Желудок, не справлявшийся с таким количеством выпитого, решил взбунтоваться против своего владельца и его нового образа жизни. Подавив рвотные позывы, Рональд уже готов был сказать, что очень сожалеет и все возместит. Он даже произнес «Мне оче…», но увы: то ли у судьбы были другие планы, то ли боги решили позабавиться от души: желудок парня все же не оправдал возложенных на него надежд, и юноша согнулся практически пополам. Сплюнул, вытер губы тыльной стороной ладони и, в очередной раз открыв глаза, обнаружил, что сапоги из грубой кожи уже не такие чистые, какими были несколько мгновений назад. Потом откуда-то со стороны он услышал знакомый голос, полный безумной радости: «А заморыш-то знает толк в развлечениях!» – и пустой бочонок, пролетевший над головой Рональда, врезался в зеленую, клыкастую морду орка…
То, что все произошедшее с ним не было сном, Рональд понял сразу, как только открыл глаза. Голова нестерпимо болела, а конечности словно превратились в камень. Парень попытался вспомнить детали недавних событий, но ничего, кроме непонятных обрывков, ему в голову не приходило; лишь огромный кулак, стремительно приближающийся к его лицу.
Юноша с трудом сел и огляделся, пытаясь понять, где он оказался: небольшая, но опрятная комнатка с окном, выходящим на улицу; кроме кровати, на которой он сидел, тут имелись лишь небольшой стол и пара стульев да массивный старый шкаф в углу. На столе – тазик, полотенце и кружка. Медленно встав и посмотрев в мутное окно, молодой человек неожиданно осознал, что солнце практически село за горизонт.
«Совет собирается послезавтра утром», – эхом в больной голове прозвучали вспомнившиеся слова Риннелерионена.
Рональд с трудом подавил желание сломя голову нестись в обитель ордена. Он подошел к столу, попил воды и умылся, ведь негоже ученику магистра ходить по городу с заспанным лицом да нечесаной головой. За дверью оказался длинный коридор, который оканчивался широкой деревянной лестницей, ведущей в общую залу. В ноздри ударил резкий запах пива, и Рональд поморщился. Спускаясь, парень увидел хозяина таверны, который точно так же, как и вчера, сидел за столом с его учителем. Так как магистр сидел спиной к лестнице, то дворф увидел Рональда первым.
– А! Вот наш новоиспеченный гроза трактирных пьянчуг и сокрушитель орков! – хохотнул Драг.
– Как самочувствие, Рональд? – спросил, обернувшись, Фаргред. Несмотря на количество выпитого вчера, магистр выглядел довольно бодро.
– Все хорошо, – юноша кивнул, – вот только голова раскалывается.
– Ред полночи хлопотал вокруг тебя. Скажи спасибо, что болит только голова, – назидательно сказал дворф, – не используй он целительную магию паладинов, ты бы сейчас хромал, шепелявил и был бы не совсем в своем уме.
– Спасибо… – рассеянно поблагодарил учителя парень. – А что, собственно говоря, случилось?
– Ничего особенного, – магистр улыбнулся, – но думаю, теперь тебя будут считать своим в этой таверне.
– Да! Клянусь оторванным ухом моей кузины, ты славно держался, парень! – Драг подвинул Рональду кружку. – Но все-таки против северян тебе выступать еще рановато.
– Ничего, все приходит, нужно лишь усердие и время. – В голосе магистра не слышалось иронии.
Юноша взял предложенную дворфом кружку и, понюхав, поморщился.
– А чего ты ожидал? Если хочешь, чтобы голова перестала болеть, – пей. – Рыжебородый, прищурившись, посмотрел на парня. – Вчера тебе вроде нравилось.
– Да… наверное… – Рональд с надеждой посмотрел на учителя. – А можно убрать боль так же, как вы исцелили мои раны?
– Можно, – улыбнулся учитель, – но я не буду этого делать. Это твой первый урок, ученик: за все приходится платить. Я исцелил твои раны, но пил вчера ты сам, так что впредь думай о последствиях.
– Хорошо, магистр. – Юноша тяжело вздохнул и приложился к кружке. Боль потихоньку начала отступать. Парню захотелось выйти на улицу и подставить лицо прохладному вечернему ветру. – Магистр! – Рональд бухнул кружкой по столу. – Нас же завтра утром ждут в обители! Мы не опоздаем?
– Рональд, – не спеша проговорил учитель и отхлебнул из своей кружки, – ты помнишь, что ты не только паладин, ученик магистра, но и сын лорда?
– Д-да… – Не понимая, куда клонит Фаргред, парень кивнул.
– Тогда запомни еще одну простую истину – и можешь считать, что получил еще один урок. Знатный человек никогда не опаздывает – он приходит в удобное для него время.
Они вышли из таверны, когда на улицу уже спустилась тьма, окутав своим нежным бархатным покрывалом весь Хагенрок. Столица Империи – огромный город, поделенный на несколько кварталов, каждый из которых отличался от остальных не только архитектурой, но и жителями. В Хагенроке можно было встретить многих представителей различных рас: от загадочных темных эльфов до всюду сующих свой нос гномов.
В центре города возвышался великолепный императорский дворец, огороженный неприступной крепостной стеной. Его высокие шпили, горделиво устремленные к небу, были видны практически из любой точки Хагенрока.
В соседнем квартале располагалась академия магии, именно поэтому он так и назывался – квартал волшебников. В нем стояли в основном дома магов и их учеников. Хотя и те и другие предпочитали проводить все свое время за магическими книгами, в необъятных библиотеках академии. Ослепительно-белая башня магов была, пожалуй, единственным строением Хагенрока, превосходящим по высоте шпили императорского дворца. И в отличие от них башню было видно при любой погоде, будь то проливной дождь, метель или густой туман.
– Магистр, могу я задать вопрос? – первым начал беседу Рональд, когда они неспешно ехали на лошадях к обители ордена, которая находилась практически в центре столицы Империи. По небу лениво плыли тучи, ветер был едва ощутимым, но прохладным, накрапывал легкий дождь, и в воздухе пахло ранней осенью. Серые высокие дома провожали всадников безразличным взглядом ярких окон, а эхо далеко разносило стук лошадиных копыт.
– Не надо постоянно спрашивать разрешения. Ты можешь задавать интересующие тебя вопросы, когда захочешь. – Лицо Фаргреда скрывал темный капюшон, но Рональд готов был поспорить, что учитель снова улыбается своей загадочной и немного хищной улыбкой.
Паладин погладил гриву своего огромного иссиня-черного жеребца, который больше был похож на демона, нежели на рыцарского скакуна, к тому же имел вполне соответствующее своему внешнему виду имя – Гром.
– Если мы едем в обитель, почему вы так одеты?
Из-под темного капюшона раздалось пренебрежительное хмыканье, после чего Фаргред ответил:
– Так неподобающе своему титулу? Считаешь, что магистры должны ходить в сияющих доспехах и алых плащах, а благородным лордам пристало одеваться так, словно они свалились с радуги или решили посетить ежегодный мужской эльфийский фестиваль? – Паладин посмотрел на небо, подставив лицо каплям дождя. – Я люблю удобную одежду. Пусть многие люди и судят по внешнему виду, главное для мужчины – это поступки. Так говорил мне отец, а ему – дед.
– А вы всегда так ходите?
– Нет, на какой-нибудь торжественный прием я, естественно, в таком виде не пойду. Да и без доспехов много не навоюешь, но, так как ни приемы, ни войны нам в ближайшее время не грозят, я могу себе позволить ходить в том, что мне нравится.
– Но почему вы не носите хотя бы плащ магистра? – не унимался Рональд.
Учитель повернулся к нему, и юноша на мгновение заметил блеск его глаз в темноте.
– Я не люблю привлекать к себе излишнее внимание, когда можно обойтись и без него. Можешь быть спокоен – тебе не придется стыдиться своего наставника… по крайней мере, за его манеру одеваться. Ты ведь знаешь магистра Энберна? Наверняка, как и все юные паладины, хочешь быть похожим на него?
Юноша кивнул. Лорд Энберн Форенор, четвертый магистр ордена Зари, для парня являлся эталоном, образцом того, каким должен быть настоящий паладин: высокий, голубоглазый, с длинными светлыми волосами, широкоплечий и всегда уверенный в себе. В своих сияющих доспехах он наводил ужас на врагов Империи и вызывал благоговейный трепет у всех, кто видел его. В глубине души Рональд даже пожалел, что попал в ученики не к нему. Он бросил косой взгляд на магистра, едущего рядом. О лорде Фаргреде Драуге ходило множество сплетен и слухов, один страшнее другого: утверждали, что он безжалостный убийца, дебошир, смутьян, еретик, чернокнижник и питается исключительно младенцами, хотя на ужин предпочитает девственниц. Многие возмущались, что такой, как он, занимает место магистра, но в лицо лорду Драугу никто ничего такого не говорил… уже не говорил. Однако слухи распускала в основном знать, а солдаты и горожане считали Фаргреда чуть ли не воплощением Светлого Ульва: принимавший участие во многих войнах, он всегда был на острие атаки и никогда не прятался за спинами солдат, не гнушался сидеть с ними за одним костром, смеяться вместе с ними, скорбеть с ними, жить как они… Рональд посмотрел на фигуру в плаще, справа от него: что он знал о своем учителе? Лишь то, что говорили слухи.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?