Текст книги "Пламя и лёд"
![](/books_files/covers/thumbs_240/plamya-i-led-82258.jpg)
Автор книги: Иван Беров
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 40 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Глава третья
Ледяная башня
Эльфийский маг стоял среди пустынных равнин белесых сугробов. На полуденном солнце они слепили, как тысяча солнц. Как ему хотелось сбросить с себя одежду и подставить свое измученное тело под жарящие лучи отраженного солнца! Укус монстра, который друид получил в драке за ледяную крепость, не позволял опытному врачевателю забыть о себе. Сначала все плечо ныло и горело, не давая сомкнуть глаз. А потом наступали такие приступы кашля и лихорадки, что Дренигану казалось, будто его сейчас вывернет всего наизнанку. В первый миг друид думал, что он вот-вот умрет, но странная болезнь не спешила вести его на просторы Бастиона Духов. Лайлоф, волшебник из Мейриярда, сказал, что его рана полностью зажила и что он скоро поправится. Конечно, молодой лекарь, использующий магию для лечения, оказался прав – рана действительно закрылась так, что не осталось даже малейшего шрама. Но друид все равно знал, что отрава уже поселилась в его организме, и каков будет итог ее действия – ученому мужу оставалось только догадываться.
– Сейчас тебе станет легче, – молодой маг охотно помогал друиду справляться с недугом.
При повторном сеансе лечения Дрениган только все больше удивлялся возможностям молодого мага.
– У тебя у самого рана на голове, – прошептал друид.
– Это ржавый арбалетный болт угостил, – отшутился маг, – когда я замешкался и упал во время прорыва внутрь крепостной стены.
Таящийся в хрупком человеке магический потенциал просто поражал воображение. Эльфийский маг даже где-то испытывал зависть к мальчишке, иногда считая выбор, сделанный богами, не совсем справедливым. В конце концов он тоже был неплохим магом, а в понимании волшебства ему практически не было равных во всем королевстве. Но изначально судьба распорядилась не в его пользу. Дрениган и магия, казалось, были несовместимы до того дня, пока его не встретил рогатый колдун.
– А в теплой корабельной каюте очень даже было комфортно, – отвлеченно произнес маг, связывая целительные потоки.
Приятные мысли о теплой каюте и странно наступившее спокойствие снежной пустыни отлично успокаивали, а песня зимнего ветра здорово восстанавливала ясность ума, приводя мысли в строгий порядок. Теперь Дрениган не жалел, что добрался до этого места.
– Теперь ты в порядке, – радостно сообщил Лайлоф.
Дрениган грустно усмехнулся, когда очередной свистящий порыв ветра принес ему на лицо белую россыпь снежинок. Такие мягкие, такие пушистые снежные звездочки падали на загорелое лицо, тая на обветренной коже, оставляя при этом влажные следы, которые тут же высыхали.
– Спасибо, – он любил так стоять у себя в лесах, проводя многие часы или просто бродя по заснеженным просторам, изучая природу заснеженных зарослей. Сейчас было самое время для яркого солнца. Оно все также исправно светило своими теплыми лучами. Эльфийскому магу казалось, что уже прошло много времени с тех пор, как отрава монстра поселилась в его организме. Теперь, стоя на этом месте, и наблюдая природу снежных земель, друид явно ощущал, что вместе с новым днем в его тело приходит нечто новое и неизведанное. Единственное, что скрашивало томительные часы ожидания – так это новый образ жизни, которым измененный человек должен был наслаждаться. После того как кровавая бойня во дворе ледяной башни утихла, один из рыцарей приказал собрать оставшихся в живых людей в одно место, чтобы Лайлоф смог оказать им посильную помощь.
Бедняга Лайлоф.
– Как ты выжил?
– Что?
– Как ты выжил? – повторил вопрос друид, подходя к молодому магу.
На измазанном кровью бледном лице проступила тень смущения.
– Не знаю. Мне словно кто-то помогал в этой битве, сообщая о возможных последствиях.
– И кто же это был? – Дренигану стало казаться, что он начинает понимать суть происходящего. Лайлофа кто-то защищал, а иначе он бы здесь не красовался.
«А, может, этот маг сам хочет войти внутрь башни узнать все ее тайны?» – лицо Дренигана на миг перекосилось от злости. – Как же ты выжил?»
– Не знаю…
– А чего же ты здесь так нехотя слоняешься?
– Уж очень хочу попасть внутрь, но для этого нужно оказать помощь всем, кто еще может быть жив.
– Успехов, – почти шепотом пробормотал Дрениган, провожая взглядом щуплую фигурку, шагавшую вдоль стонущих рыцарей.
«Он вошел внутрь башни! Но как?!» – тревожные мысли путались в голове с неимоверной скоростью. Ледяная башня и та сила, остатки которой все еще хранились в мерцавшем льде, манила раненого красотой непознанного и загадочного. Всего за несколько часов он получил такую порцию магических сил, какую не получал от вечнозеленых лесных гигантов за всю жизнь. Это мог дать только новый источник неимоверной силы – источник, сокрытый внутри ледяной башни. И этот источник должен был принадлежать ему. Но магистр Акмальди, оказавший непосредственную помощь в постижении этой новой силы, собирался вот-вот ее уничтожить.
«Такое сокровище обязательно должно быть моим! Моим и больше ничьим!» – собрав все силы воедино, раненый муж поднялся и зашагал в сторону ледяной иглы. Долгожданное могущество было вот-вот у него в руках, оставалось лишь достать его.
– Эй! – это был один из рыцарей, кого Акмальди оставил для помощи раненым. – Куда вы идете?
– Я помогаю раненым, – произнес маг, направляя поток чистой энергии в раненую ногу одного из лежавших на плаще рыцарей.
– Но вам самим нужна помощь.
Маг усмехнулся, вспомнив, как выглядит сейчас его лицо. Все исцарапанное, с обветренными синими губами и подбородком, с белым носом, на котором застыли красные жилы выступивших под кожей сосудов. И завершали картину впалые глаза с розовыми белками и широкими зрачками. Это все боль от ранения и метаморфоз оставила свои следы в живом организме.
– Я замешкался и упал во время первого прорыва внутрь.
– Я тоже из тех, кто отмаршировал почти сутки по снежной пустыне, – гордо сообщил рыцарь. – Так что сам знаю, что всем пришлось пережить. Точно на грани жизни и смерти. Даже не поймешь сразу, что где.
– Вот теперь ты знаешь все о жизни и смерти, – атлетическая фигура Белого Грифона грузно осела на лед, окрашенный горячей красной кровью.
Агент Наблюдателя вытащил тонкое лезвие меча из пронзенного им тела и зашагал дальше. Впрочем, шаг не очень подходил для нужного темпа перемещений: скорость, скорость и скорость – вот что магу сейчас требовалось.
– Акми?
– За мной, – Мальвеус и его небольшой отряд благополучно вошли внутрь ледяной твердыни.
Верный Робар, как всегда, готов был в любой момент прийти на помощь, поэтому шел почти что след в след за своим командиром.
– Внимательно смотрите по сторонам и не смейте разделяться, – негромко отдал приказание магистр, опасаясь, что его могут подслушать многочисленные слуги магини. – Нам нужно добраться до центра башни. Там я смогу активировать заклинание исхода, и эта твердыня начнет разрушаться.
– Не так быстро! – стоявший с краю Белый Грифон так и не успел сообразить, что же именно его сбило с ног.
Точный удар, проведенный булавой прямо по колену, вывел воина из равновесия, а острый штырь, упавший с высокого потолка, с грохотом пробил броню доспеха.
– Карлики, – сплевывая кровь, произнес умирающий.
– К оружию! – прокричал Акмальди, посылая мощную ударную волну в сторону копошащихся в углу теней.
Сквозь шум и грохот до рыцарей донеслись предсмертные крики мелких существ, продолжавших держать треснувшую оборону.
Выпущенные ими из передвижных арбалетов стрелы смогли справиться еще с двумя Белыми Грифонами.
Мальвеус сам, как стрела, прыгнул в сторону перезаряжаемых орудий, и его меч Солнца сразу же сократил численность мелких воинов и их варварских метательных машин. Но и карлики не сдавались.
Напоминавшие двуногих лягушек, эти создания были очень сильны и в бою могли показать настоящие чудеса акробатики, атакуя своими короткими мечами высокого противника.
– Это не то, чего я опасался! – восторженно прокричал Робар Алльгейерон, отражая очередной выпад карликов и тут же нанося собственный удар.
Акмальди успел увидеть перед собой только разрубленные на части тела, падающие в воздухе, когда пелена белого тумана обволокла его с головы до ног.
– Я вижу, твоим людям весело в моих покоях.
Впереди что-то прошелестело. Рыцарь внимательно оглядывался по сторонам, пытаясь найти источник голоса. Висящие по краям окон шелковые занавески медленно заколыхались. Мальвеус уже понял, что сила его доспеха теперь полностью поглощена мощным ликвидатором магии. Теперь он был всего лишь обычным воином в железных доспехах. Меч немного потяжелел, но сильные руки крепко перехватили эфес, поднимая грозное оружие перед собой, готовясь как к защите, так и к нападению. Впереди что-то шевелилось. Рыцарь сделал несколько шагов, продвигаясь внутрь башни. Кто-то его телепортировал в это место и отрезал от силы и все это сделал в тот момент, когда потомки древних ящериц рубились с его людьми. Последними из его людей. Мальвеус решил, что с него вполне хватит.
– Найду – убью! – грозно заявил магистр, обращаясь к сероватому большому шкафу, очевидно служившему вместилищем для парадной одежды.
Сквозь молочную пелену колдовского тумана, окутывавшего детали довольно милой домашней обстановки проступили очертания человеческой фигуры. Белый Грифон напряг зрение, призывая последние остатки своих магических сил на подмогу. К сожалению, его способности сейчас оказались ограничены. Он мог угадать только тоненький расплывчатый силуэт. Мужчина, женщина, эльф, дворф – за странными очертаниями мог скрываться кто угодно. Наконец нервы рыцаря не выдержали, и он спросил неведомого хозяина башни:
– Зачем ты остался здесь? – с нажимом спросил рыцарь.
– Потому что я была вынуждена это сделать.
– Почему? Тебя ведь никто не заставлял. – Глупая фраза вылетела из уст Белого Грифона, но и ответ его собеседника тоже был непростым.
– Я вынуждена была остаться здесь после карательных рейдов против приспешников Драйга.
– Вынуждена? – Рыцарь даже задержал дыхание, когда внезапная догадка пронзила его спутавшиеся мысли, но было уже поздно – хозяйка крепости сама назвала себя.
– Вижу, ты смущен моей внешностью, Мальвеус Акмальди. Ведь я – женщина.
– Шедире?
И словно в подтверждение его слов путавший все дым растаял так, как будто его и не было вовсе. Мальвеусу теперь открылось пространство хорошо обставленной комнаты. На каждом столе лежало по красивой кружевной скатерти аквамаринового цвета, а спинки стульев и крышки больших сундуков были украшены тонкими салфетками овальной формы. Как это он сразу не заметил в этой донельзя домашней обстановке влияние женской руки?! А посреди комнаты стоял до боли знакомый женский силуэт. Она осталась все такой же прекрасной и красивой, как и в тот раз, когда он впервые увидел ее. Белоснежные волосы, уложенные на небольшой голове в форму короны, все так же ласкали его взгляд, бело-голубоватая кожа, отлично контрастирующая с синим платьем, все так же источала великую жизненную силу, а в глазах – больших, немного раскосых, с широкими зрачками чистейшего изумрудного цвета, по-прежнему играли огоньки азарта и страсти. Мальвеус явно не ожидал увидеть здесь свою мечту, казавшуюся давно потерянной, и медленно опустил оружие.
– Вижу, ты все еще думаешь, что видишь сейчас не меня, а один из мороков? – Женщина игриво засмеялась, заметив смущение своего бывшего кавалера. – Ты так и будешь стоять или, может быть, присядешь?
Если бы он не был закаленным в боях воином, его ноги с удовольствием бы выполнили просьбу красивой женщины, но Акмальди был прежде всего рыцарем, поэтому, словно во сне, он произнес:
– Мои люди умирают.
– Уже нет. – Шедире не спеша подошла к одному из стульев и осторожно, стараясь не повредить платье, присела. – Когда я окончательно поняла, кого судьба занесла в мои покои, мои воины почти сразу же отстали от твоих рыцарей.
Рыцарь от злости грохнул свой меч об пол, яростно сверкая глазами.
– Глупая женщина! – зло прокричал он. – Почему ты не сделала этого раньше?!
– Ах, какой умник нашелся! – Шедире притворно надула губки. – Посреди ночи ворвался с толпой орущих солдат в мой дом, перебил мох слуг, разрушил половину моего двора, а когда ему щелкнули по ушам, то стал, видите ли, проявлять недовольство.
Мальвеус сделал быстрый шаг навстречу хозяйке.
– Между прочим, мои солдаты и я пришли с миром.
Женщина взяла в рот несколько виноградин из стоящей рядом вазы с фруктами, а потом перебила рыцаря:
– С миром? – Акмальди сделал недовольную гримасу, явно понимая, о чем пойдет речь.
– С миром? – повторила хозяйка башни. – Ты привел с собой сотни отборных солдат Бастиона Духов…
– Только не начинай, пожалуйста, – негромко проговорил рыцарь, но женщину было не остановить:
– …затем ты, вращая своим чудовищным мечом, прорезал в моей стене целый тоннель, ворвался внутрь и, не разбираясь в ситуации, принялся все ломать и рубить направо и налево. Это ты первый обнажил оружие и призвал свою магию Солнца. А теперь после всех своих подвигов ты хочешь от меня извинений за то, что мои охранники дали по носу твоим железным панцирям.
– Погибло много моих людей!
– Ты и твои дружки варварски ворвались в мой дом и уничтожили почти всех моих слуг!
– У нас был приказ – дойти до твоей крепости и попасть внутрь! – гневно прокричал рыцарь.
– Неужели для такого сильного человека слишком трудно догадаться постучать в двери? – Шедире ехидно улыбнулась. – Похоже, у вас, в Бастионе Духов, это явно не принято, а все, кто ходит друг к другу в гости, обязательно ломают чужие стены и лезут в драку.
Тут уж деваться было некуда. Воин только сейчас сообразил, что у такой хозяйки, как Шедире, в ледяной стене обязательно должны были быть ворота.
Так вот почему ему была знакома эта башня – шесть лет назад, во время одного из проверочных рейдов армии Бастиона Духов, магистру Белых Грифонов уже приходилось видеть подобную геометрию башни. Это произошло в мире ламбирдов. Как раз сам лорд возглавлял тогда штурм и через пару часов рубки сквозь железо и лед смог достать прятавшегося там мага. Им оказалась прекрасная женщина – представитель чужой расы, но Мальвеуса это не остановило тогда, не останавливало и сейчас.
– Но почему именно скелеты и зомби, дорогая? – Он уже забыл о произошедшем сражении и его рука, освободившись от перчатки, почти дотронулась до ее худенькой ладошки.
– А кто, по-твоему, способен еще жить в этой ледяной пустыне, да еще на таком морозе? Любой человек, орк, эльф или гном здесь тут же превратится в лед. А мне нужны слуги.
Мальвеус понимал, что попал под гипноз, но у него не было сил, чтобы тягаться в умении магии с такой волшебницей ламбирдов, как Шедире.
– Убей ведьму! – прокричал голос Наблюдателя в его голове.
Акмальди инстинктивно повиновался приказу, тут же подняв оружие. К нему сразу же вернулись силы, а чужая воля, сковывавшая мысли и тело, начала отступать.
В одном стремительном прыжке Акмальди оказался возле магини, и верный меч Солнца провел аккуратную горизонтальную линию на теле дамы в районе талии.
Мальвеус мог поклясться, что слышал звуки раздираемых мышц и материи, но смотрящая игривым взглядом фигура лишь громко рассмеялась, а затем растаяла в воздухе.
– Я так и знал, что это был обман! – почти со слезами на глазах прокричал Мальвеус, все еще вспоминая моменты, проведенные в объятиях прекрасной женщины из другого мира. Быть может, тогда он был не до конца с ней честен, и она все эти годы желала ему отомстить, но магистр все равно ее любил, потому что других для Мальвеуса не существовало.
– А вот я всегда знала, что все рыцари – идиоты!
– Нет, я с этим утверждением не согласен, – гордо ответил Мальвеус, когда почувствовал, что чья-то рука схватила его за спинную пластину доспеха и со всей силы впечатала в стоящий в стороне буфетный шкаф.
– Нравится?! – сквозь шум разбитой посуды и грохот разрушаемой мебели Акмальди слышал злобные нотки в голосе его бывшей возлюбленной.
«Нет», – хотел честно сознаться Акмальди, но челюсть от ударов очень сильно болела.
– Я никогда не была твоей собственностью, а тем более – женщиной! – еще один мощный удар сотряс все его тело. На этот раз кто-то сильно врезал ему по спине. Кости затрещали так, что все тело, казалось, вот-вот запоет. Похоже, его избранница явно было расстроена.
– Зачем я осталась? – гневу Шедире не было предела. – Чтобы вернуть тебе должок за то, что ты взял меня в плен во время одного из своих карательных рейдов по приказу Бастиона Духов.
«Но я думал, что….» – все кости разом начали трещать, когда Мальвеус хотел ухватиться за выпавший из рук меч. Что-то очень сильно сдавило горло, вызывая спазматический кашель, но рыцарь все еще был жив.
– Невероятно! Тебя, оказывается, кто-то защищает! – магиня аж взвизгнула от злости, когда вопреки всем ее усилиям Акмальди сумел вздохнуть.
Белому Грифону все же хватило магической концентрации, чтобы понять, как окружающая обстановка начала меняться: залы стали более просторными, а зеркальные поверхности со множеством покрывающих их многогранников заставляли законы геометрии отступать от реальности. Казалось, что все вокруг движется. Эдакий плавающий интерьер вокруг застывшего героя.
– Кто же это, если не секрет? – телепатическая сила волшебницы вздернула рыцаря над полом, заставив ноги Мальвеуса болтаться в воздухе, как у тряпичной куклы.
Очнувшись от приступов головокружения, магистр вспомнил, что его бывшая возлюбленная ищет тайного союзника рыцарей.
«А я не так уж и слаб, как говорил наблюдающий!» – проводник был очень доволен тем, что уровень его волшебства сравним с уровнем такой магини, как Шедире. Яркий синий свет резко бил в глаза. Мальвеус прищурился и увидел рядом с собой высокую резную колонну в форме гигантского стебля.
– Родон… – еле-еле вымолвил магистр, чем вызвал взрыв чистого хохота.
Рыцарю было хорошо видно, как по прозрачным холодным каналам энергетического столба мелькают чистые лучи белой и темно-синей энергии.
«Вот оно – сердце башни!» – Рыцарь попытался встать на ноги и начал осуществлять задуманный план. Рядом смеялась Шедире, вспоминая ответ Мальвеуса.
– Кто? Еще раз!
– Родон!
В голове рыцаря сложные элементы магической мозаики уже начали собирать свой сложный узор.
«Родон! Помоги мне!» – прошептал Мальвеус, держа свою часть плана под контролем.
– Ну, конечно, – ответила Шедире, послав стокилограммовое тело магистра через весь зал.
Измазанный белый доспех магистра причудливо переливался яркими отблесками в светящихся сине-голубым светом стенах помещения, когда, повинуясь воле магини, Мальвеусу пришлось пролететь через длинный зал. Изменяющийся угол обзора и постоянно переходящие от темного к светлому оттенки цвета создали незабываемый зрительный эффект, Мальвеусу даже показалось, что он на миг потерял зрение.
– Как экситон в бездефектном кристалле, – с видом знатока прокомментировала Шедире, медленно приближаясь к лежащему магистру.
– В тебе есть частичка нашей магии, – добавила волшебница, подарив рыцарю крепкий удар под дых.
Тонкая ножка женщины, прикрытая лишь прозрачной материей чулка и лакированной туфлей, казалось бы, должна была пострадать от удара, но вышло наоборот: прочный панцирь магистра прогнулся внутрь под тяжестью сильнейшего удара в живот. Несомненно, Шедире использовала магию, даже когда просто злилась или была в гневе.
– Этот неумеха Банг перед смертью передал свою силу своему агенту, служившему проводником силы Драйга в этот мир!
– Кто такой этот Банг? – сплевывая кровь, выдавил из себя Мальвеус, пытаясь понять, куда он попал.
– Какая наглость с его стороны! – Шедире теперь уже была не в синем платье, а сумела переодеться в белые одежды.
«Банг зря передал кому-то свою силу», – понял рыцарь, пытаясь найти ответы сразу на несколько вопросов.
– В твоем войске с самого начала был предатель, – со смехом обронила Шедире, взирая на своего бывшего кавалера сверху вниз. – И не пытайся догадаться, кто это был, – не угадаешь.
«Предатель», – это слово эхом зазвучало в голове магистра, когда он вспомнил щуплую фигурку лекаря, сумевшего выжить во время атаки на ледяную башню.
– И твой антигерой здесь, в этой башне, – произнесла Шедире.
– Реликвия почти на месте, хозяйка, – доложил карлик, войдя в покои волшебницы.
– Похоже, пора и мне уходить, – произнесла магиня, пытаясь определить возможный источник магической угрозы. – С предателем ты расправишься сам, твоя армия превратилась в гору трупов, а опасный артефакт попадет в руки ламбирдов, и уже никто не сможет возродить кошмарного короля мертвецов.
«Убью лично»! – твердо решил Акмальди, вспоминая всех рыцарей из его ордена, отдавших жизнь за эту победу. Меч Солнца сам впрыгнул к нему в руку, а слова заклинания уже слетали с губ.
– Ого! – изумилась Шедире. – Да ты все еще рвешься в бой?!
– Прости, но тебе отсюда никогда не уйти! – почти что прорычал Мальвеус, понимая, что сейчас он поставит на карту все, что у него осталось.
Она была для него сейчас так близка. Ее алые губы, от которых шел едва уловимый аромат цветущих роз, сейчас лукаво улыбались. А всегда живые приветливые глаза бросали на него призывный взгляд:
– Быстро же ты забыл свою возлюбленную, дорогой.
– Опомнись! Когда-то ты была счастлива со мной!
На лице волшебницы отразились эмоции злобы и гнева.
– Я была твоей жалкой наложницей! – вскричала Шедире. – Ты уделял мне столько же внимания, сколько уличной девке, вертящей своими прелестями на потеху глупым богатеям, чьи этические нормы запрещают им брать то, что нравится, на всю жизнь, а слишком тугой кошелек позволяет поставить их титул выше миллионов других человеческих жизней!
Даже сейчас она была прекрасна. Глаза. Эти большие бездонные глубины тайн и неземной красоты не могли оставить удалого рыцаря равнодушным.
– Но я любил тебя, – ответил Мальвеус, понимая всю глупость этих слов сейчас.
Шедире засмеялась:
– Ну, конечно! Ты был так в меня влюблен, что бросил меня в той полузамерзшей заставе, стоило только твоему брату напомнить тебе о кодексе Бастиона Духов и дурацком правиле – бросать использованные трофеи на поле боя.
– Потому что Эверхард – король этих земель и один из посланников Бастиона Духов на землях Лаударума, – Акмальди пожалел об этих словах оправдания только тогда, когда уже произнес их.
– Вот поэтому я и хотела лично увидеть твою гордую физиономию, уверенно произносящую эти слова, – победоносно произнесла волшебница.
– Что ж, – Акмальди уже мог опоздать с разрушением ледяной башни, но он понял, что Шедире не была врагом Лаударуму. Скорее она мстила лишь ему одному. – Только вот причем здесь были четыре тысячи его лучших рыцарей? Извини, если хочешь.
– Нет, Мальви, не хочу.
– Мы можем забыть глупые обиды прошлого и начать все заново, – предложил Белый Грифон.
– Нет, дорогой! – Шедире задумалась. – Ты можешь делать, что хочешь, но я уже получила все, что хотела.
– Значит, – Мальвеус похолодел от ужаса охватившей его догадки, – в Лаударуме действительно похоронен свергнутый король мира мертвых?
– Пополнять свое образование никогда не поздно, – изрекла Шедире. – Но теперь тело Драйга слегка уменьшилось в объеме.
– Неужели вы определили место захоронения так точно?
– Именно, дорогой Мальви, именно.
– Прости, но моя жизнь стоит того, чтобы король мертвецов Драйг спал в своей могиле еще тысячи лет, – твердо ответил магистр, направляя в сторону волшебницы свой меч.
Десяток карликов выступили перед своей хозяйкой, держа наготове метательные топоры и короткие мечи с расплюснутыми кончиками лезвий.
– Акми! – Робар, верный собрат по ордену, как нельзя кстати возник в дверном проеме, разрубив массивную дверь. Его метательные кинжалы точно попали в цель, поразив троих защитников магини точно в горло. – Лорд, мы должны поторопиться: Сайрусу может потребоваться наша помощь.
– Сайрус? – Магиня удивилась, что ее магическое чутье не подсказывало местонахождение некоего рыцаря Сайруса.
Магистр своим нутром почувствовал, как внимание Шедире на секунду отвлеклось от его персоны. Для магии время слишком малое, а вот для броска кинжала – вполне хватит.
Мелкий телохранитель магини смог выпрыгнуть как раз в тот миг, когда его хозяйке уже грозила угроза. Острие вошло точно в середину узкого белого лба; карлик, получив смертельное ранение, упал на блестящий пол мертвым.
Робар ударил плечом. Трое карликов тут же были отброшены от грозного воина, и потом в дело вступила магия. Шедире, верная своей природе женщины-чародейки, смогла скрыть от рыцарей истинный облик одного из ее воинов. Повинуясь инстинкту, рыцарь пригнулся, пропуская полупрозрачный клинок у себя над головой и, не дожидаясь, пока враг опомнится, Робар нанес рубящий удар снизу вверх, разрубая тело невидимого бойца от паха до плеча.
Шедире слишком поздно поняла свою ошибку – рыцари уже действовали сообща. А ее некогда ненавистный Мальвеус был не самым опасным противником. Робар раскрыл ее зачарованного воина и смог одним ударом расправиться с ним, а теперь его меч Солнца мог в одно касание перерезать ее горло. Только вот последнее в планы Шедире никак не входило. Робар вообще не фигурировал в ее предполагаемом разговоре с Акмальди. Конечно, магине жаль было терять башню, но жизнь была дороже. Хотя волшебница ламбирдов была не из тех, кто заранее признавал поражение.
Одно лишь заклинание из арсенала магов воздуха – и бравый сержант рыцарей отлетел на пять метров назад.
– Акми! – Робар слишком поздно понял, что дела пошли не так, как они того хотели.
Обстановка вокруг Мальвеуса и Шедире стремительно начала меняться. Белый туман вдруг, откуда ни возьмись, окутал весь зал. Где-то кричал Робар. Акмальди видел, что маневр верного друга привел к смерти какого-то зачарованного монстра, но это его уже не волновало – последний кусочек магической мозаики встал на место, и Мальвеус уже произносил нужное слово заклинания исхода.
Все вокруг задрожало, и раздался оглушительный треск – ледяная башня разрушалась. И у Акмальди еще оставался меч. Меч, который двигался. Двигался в сторону ускользающей Шедире. Слова «прости и прощай» уже слетали с его губ, когда перед острым сверкающим лезвием появилась еще одна пара глаз.
Ребенок!
Робар увидел, как между магиней и Акмальди откуда-то появился маленький мальчик.
Повинуясь сердцу, сержант перехватил свой верный меч и выбросил оружие, точно копье, в полоску лезвия меча магистра.
– Фанатик долга! – произнесла Шедире, заметив на лице своего бывшего любовника изумление.
Лицо, как две капли воды похожее на него самого, но только юного и молодого, смотрело на Белого Грифона. В широких изумрудных зрачках читалось удивление, а маленькие ручки сильнее сжали платье волшебницы.
– Это… это…
– Твой сын – Никсалорд Летаврус! – громко произнеся имя своего сына в лицо Акмальди, магиня ламбирдов не стала размениваться на приветствия. Все, что она хотела получить – она получила. Оставалось только спокойно уйти из этого мира в родные для нее края. А подлец, чуть не поднявший на своего сына меч, заслуживал хорошего урока. «Кулак ветра» подходил для этого лучше некуда. Магистр ордена, потеряв контроль над ситуацией, пропустил последний удар Шедире. Броня Бастиона духов выдержала удар, не дав трещин и вмятин, а вот сам Мальвеус не смог устоять на ногах: его отбросило назад, а потом все его тело сотряс сильнейший шоковый удар. Что-то очень сильное пронзило все тело магистра. Словно какая-то невидимая игла прошла через кожу, ткань, ребра и добралась до сердца.
Робар видел, как его командир получает самый серьезный отпор за всю эту кампанию. Магиня не стала его жалеть. Она уже с силой направила на Акмальди удар своей магии, впечатав тело рыцаря в энергетический барьер. «Но откуда этот барьер взялся?» Робар сам был в зоне телепортации и находился от Шедире на достаточном расстоянии, чтобы пережить магическую атаку, но его никак этот барьер не задел.
Он прекрасно видел перед собой эту ледяную массу. Такую хрупкую на вид и такую прекрасную в своем строении. Полупрозрачные стенки и переливающиеся всполохи силы, снующие вверх-вниз… Да, вот чего он хотел – познать эту мощь, прикоснуться к ней и почувствовать источник силы. Да, он его видел как на ладони. Кровь убитых им только что жертв и приобретенные от башни навыки показывали ему, что яркий горящий столб силы, питающей ледяную башню, находится недалеко от него. Нужно только попасть внутрь.
Еще теплый, не замерзший человек, визжащий от боли и страха, мог сослужить последнюю службу.
– За короля! – сильная рука мага одним движением подняла тело раненого и со всей силы прислонила его к ледяной стене.
Покрываясь кровавой оледенелой коркой, несчастный быстро врастал в ледяную толщу, проплавляя остатками своей жизни защищающую башню магию.
Прочитав нужное заклинание, маг быстро оказался внутри сине-серых покоев.
Блестящие, холодные и гладкие стены встретили чужака своим вечным спокойствием. Подобно ледяной пустыне они также спали в вечном сне, томительно ожидая своей смерти, сулившей долгожданное пробуждение. Что-то шаркало рядом с ним, а в стороне слышался тихий лязг обнажаемого оружия.
– Похоже, защитник все же бросил не всех своих мертвецов на защиту крепости.
– Замри! – команда, прозвучавшая в адрес белому лицу, возымела эффект отчасти благодаря магическому символу, проступившему на лбу мага.
– Кто сейчас обороняет главный зал?
– Хозяйка, – произнес мертвец, точно выговаривая бескровными губами каждую букву.
– А где покои Азинелиуса?
– На втором уровне телепортации.
– Акмальди уничтожает башню! А вы должны помешать его рыцарям сделать это!
– Слушаюсь! – сверкая своими черными швами на бледно-белых спинах, охранявшие башню мертвецы поспешили выполнить полученный приказ.
Маг довольно улыбнулся, провожая взглядом мощные спины сшитых из отслуживших свое кусков плоти существ. Наделенные толикой разума и частичкой изначального духа, эти выходцы из мира мертвых были отличными солдатами и, в отличие от поднятых из могил полуразвалившихся зомби и скелетов, не демонстрировали животного поведения и постоянного чувства голода и агрессии. Где-то в отголосках памяти всплыла информация о том, что подобное существо может полностью обрести утерянную жизнь и восстановить душу, пройдя череду сложных ритуалов, называемых степенью очищения.
– Да! – ему было очень приятно опробовать свои умения, полученные от башни, внутри ледяных покоев.
Всего пара секунд потребовалась магу для активации перехода в интересующее его место.
Знакомая по воспоминаниям Банга комната встретила его полюбившимся интерьером. Здесь все было на своих местах: роскошные ковры, лакированный деревянный пол, мебель из редчайших пород дерева и высокие книжные шкафы с собраниями трудов по демонологии, магии вызова и реинкарнации – все это магу было почти родным. Родным, поскольку картинки из его памяти могли рассказать о каждом из этих предметов много интересных подробностей. Почти, потому что маг сам оказался в этом месте впервые в жизни. Он пока что лишь аккумулировал полученные им знания. Вот и большой крепкий стол, стоящий, как монолит, на шести толстых ножках. Выполненные в форме волчьих лап деревянные подпорки периодически совершали движения вверх-вниз, подражая движениям натуральных конечностей, отчего тяжелая крышка надрывно скрипела. Имевшая форму прекрасного женского тела верхняя часть стола удерживала яркий хрустальный шар, от которого расходился пучок тончайших блестящих нитей. Маг знал, что эти нити таят в себе мощную магию, позволяя наблюдателю вызывать любого из связанного договором раба.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?