Текст книги "Оккультист. Книга 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/okkultist-kniga-2-213817.jpg)
Автор книги: Иван Снежный
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 6. Подземелья и драконы
Я сидел в машине, щелкал радио и настраивался на промышленный шпионаж с внедрением. Получалось плохо. Как вообще можно подготовиться к подобному? Обвешаться оружием с головы до ног? Так я не слишком умелый стрелок. Хорошо бы заранее прочесть биографию Наташи, но в кейсе не было документов о ее прошлом. Довольно логично: зачем таскать с собой то, что знаешь сам? Без верной информации слишком легко напортачить. С Фондом не стоит шутить.
Дело осложнялось тем, что я никогда не видел Наташу вне роли полевого агента. Как она вела себя с начальством, помыкала ли подчиненными, шутила с докторами или флиртовала с охраной? Не зная подобных мелочей, очень легко раскрыть себя. Поймав наконец на радиоприемнике приличную музыку, я откинулся в кресле. Саундтрек из голливудского вестерна хорошо подходил к ситуации.
Первая часть плана прошла как по маслу. Забрав старенький Ниссан от Антикафе, я нашел базу по координатам. Фонд размешался в ветхом здании, закрытом сеткой реконструкции. Для Санкт-Петербурга такие места не редкость, даже в центре хватает рассыпающихся развалюх, принадлежащих непонятно кому. Очередная заброшка мало кого заинтересует. Несмотря на двухметровый бетонный забор с колючей проволокой и крупный вагончик охраны. Мне как бывшему прорабу бросилась в глаза слишком чистая дорога перед проходной. На реальной стройке там всегда размазана земля с колес грузовиков. Но в целом организовано все очень достоверно.
Изредка на территорию заезжали легковушки, но чаще заходили пешеходы. Под усилившимся дождем они надевали капюшоны, отчего становились похожи на служителей забытой секты. Ерунда, конечно, но из меня не скоро выветрится привычка видеть мистику в бытовых мелочах. Заскочить вместе с группой не получится: через КПП люди проходили по одному, терпеливо ожидая своей очереди. Мой автомобиль охрана увидит впервые, так что больше шансов проскочить пешком. Уже почти стемнело, когда я решился попробовать. Разумеется, не штурмовать нахрапом, а воспользоваться своим преимуществом.
– Добрый вечер, мэм, – голос агента в телефонной трубке звучал с хрипотцой. Простудился, что ли?
– Локки, ты мне нужен. Напротив базы припаркован старый ниссан. У тебя две минуты.
Судя по координатам на планшете, мужчина находился в квартале отсюда, это четыре минуты спокойного шага. Но прерывистое дыхание в трубке подсказало, что агент уже перешел на бег.
– Слушаюсь, мэм!
Есть в безусловном подчинении какая-то самобытная красота. Особенно когда подчиняются тебе. Откинув спинку кресла, я принялся листать скупые строчки, касающиеся Локки. Подробности хранились в личном деле на бумаге, но скудной информации в планшете хватало, чтобы понять: я имею дело далеко не с рядовым бойцом. Третий ранг допуска, почти максимальный, с самого начала карьеры. Причем опыт полевых операций небольшой. Хотя и без этих мелочей агент крайне необычный. Даже ближайшие соратники не знали, что Наташа – Куратор, а Локки был в курсе.
Мужчина успел в срок. Плюхнувшись на сиденье, он смахнул капли дождя с волос и преданно уставился на мою грудь.
– Как дела с больницей?
Он ответил не сразу, завороженно наблюдая за тонкой тканью блузки. Лифчик я предусмотрительно оставил дома. Все еще неясно, в чем секрет ее магнетизма, но это не мешает использовать эффект. Неужели я тоже так себя вел в присутствии Наташи?
– Сложно, – наконец насмотрелся агент. – Это определенно наше дело, но аномалия завязана на место. Подвал, если точнее.
Неоновый рекламный щит осветил машину, и я заметил в волосах Локки седые пряди, которых раньше не было.
– Там опасно?
– Сложно судить, – снова повторил агент. – По сути, это просто темная лестница. Бесконечные ступени, ведущие вниз. И постоянный детский плач.
Звучит тревожно, но не смертельно. Вряд ли мы сможем перенести подземную часть здания. Придется забаррикадировать вход. Залить бетоном будет проще всего.
– Послушайте, мэм, зачем мы все это делаем? Первые стычки с тварями взбодрили меня, но я видел слишком многое. Такое, с чем не совладать пушками и огнем. Хочу сказать… у всего же есть цель, верно? Доктора выглядят так уверенно, когда отдают приказы. Какой план? Сверхзадача?
Хотел бы я сам это знать. Пока все операции похожи на хаотичное метание между аномалиями. Попытки закрыть течь на тонущем корабле. Доктора ведут собственные исследования и могут знать чуть больше, но с Андерсеном мне лучше не встречаться. Любой человек, близко знавший Наташу, быстро раскусит меня. Однако вслух я сказал другое. То, что не раз слышал сам.
– К сожалению, твоего уровня допуска недостаточно.
Похоже, это немного успокоило мужчину. Придумавший ранги – гений. Они превращали происходящий ужас в компьютерную игру. Казалось еще чуть-чуть, пара успешных операций, и во всем разберешься. Вот только до разгадки никто не доживал. Агенты погибали или сходили с дистанции, как осторожный Хворост. Вне зависимости от ранга, они были расходным материалом. Теми самыми мешками с песком, которыми мы затыкали течь. Не уверен, что это правильно, но Фонд стремится к эффективности, а не к милосердию. Судя по скупой истории статусов в планшете, Локки сейчас на этапе построения карьеры. В отличие от меня, его никогда не понижали в ранге.
– С Жабой все прошло нормально?
– Помещен на третий этаж, в усиленную камеру. Физическая мощь и вес – единственные его преимущества. Бывало и хуже.
Сильно сомневаюсь, что это все, на что бродяга способен. Обрубки крыльев выглядели внушительно. Агент уставился вперед и чуть правее, вспоминая что-то неприятное. Пора переходить к делу, пока мужчина окончательно не расстроился.
– Локки, мне нужна помощь. Расскажи, как проникнуть на базу, – я мог бы преподать это десятком разных способов, но прямой показался лучше всего.
Агент прищурился и взъерошил волосы.
– Это проверка? Вам достаточно попросить охрану на входе. Код для нулевого уровня допуска открывает любые двери.
– Дело не в этом. Расскажи мне, как все выглядит с твоей стороны. Случайный прохожий может проскочить КПП?
– Исключено. Новые протоколы безопасности, которые вы ввели, почти идеальны. Прежде всего, лифт…
Уничтожение прошлой базы явно пошло Фонду на пользу. Я внимательно слушал и радовался, что мне хватило ума сразу не соваться к проходной. Пароли и охранники – меньшие из проблем. Если заранее не знать куда идти, можно выдать себя. Локки, как оказалось, дружил с начальником службы безопасности и даже метил ему в помощники.
– …Особенно защитные пластины! Поместить ваш кабинет на шестом уровне слишком опрометчиво. Да, так ближе всего к лабораториям, но опаснее, если случится инцидент. Обязательно нужна внешняя зона для исследований, полигон под открытым небом.
Так, это уже планы и домыслы, значит, основные вещи сказаны.
– Спасибо за сотрудничество. Опиши свои предложения в отчете. На сегодня можешь отдыхать.
– Слушаюсь, мэм!
Локки вышел под дождь, а я на всякий случай записал номер агента в сотовый. Чувствую, он еще не раз мне понадобится. Пустота от отсутствия магии стала нестерпимой. Я едва дождался, когда мужчина скроется за углом и практически побежал к проходной.
Холодные капли дождя стекали за шиворот, слегка раздражая. Вообще все вокруг вызывало неприятие. Стоя на пороге мистической организации по изучению таинственного, я ощущал лишь пустоту. Казалось, все, чего я добивался до этого момента, просто стерто. Меня поддерживала простая мысль: волшебство не могло исчезнуть бесследно. Я слишком яростно тренировался и рисковал, чтобы настолько бездарно все потерять. Меня посвятили в волшебники, в конце-то концов! Искрящимся мечом в темном лесу и истинное имя дали. Я заслужил магию! Захватившая меня злость заставила скрипнуть зубами и сжать свободную от кейса руку в кулак. Наверняка рассек бы ладонь и сломал пару ногтей, если бы не укоротил их после ванной. Выровняв дыхание, я вернул себе обычную отстраненность. Нужно найти Черного и не подставиться Фонду в процессе, остальное не важно. На самом деле я злился из-за другого: нельзя потерять то, чем по-настоящему не владел. Моя сила всегда была заемной и, видимо, пора открыть новый счет.
Толкнув дверь бытовки, я попал в закрытое помещение, разделенное толстым прозрачным стеклом на две секции. Проход на другую сторону охраняли несколько вооруженных бойцов в камуфляже, а за стеклом сидела старушка неприятной наружности.
– Мир – темное место, – равнодушно протянула она, перекладывая бумаги.
– Кто защитит мир от темноты? – Пока все идет в точности, как описывал Локки.
Охранники расступились, освобождая проход, но мне туда нельзя. Это ловушка. Уверенно повернув налево, я нажал незаметную маленькую кнопку, вызывая лифт.
– Цель визита?
А вот это не совсем по плану, импровизирует старушка. Я не обязан отчитываться перед обычной вахтершей, у нее минимальный допуск. Люди на КПП умирали поразительно часто. Никого серьезного во внешнюю охрану не ставили.
– Доктор Андерсен у себя? Мне нужно передать ему одну опасную вещичку. Нет, если вы против, оставлю это здесь. – Я достал из кейса высушенную кисть и медленно положил на пол. – Передайте, чтобы ее срочно опустили в азот. Оживление начнется минут через десять.
Несмотря на то, что в артефакте не было магической силы, выглядел он действительно устрашающе: почерневшие пальцы, засохшая кожа на фалангах, выцветшая паутинка татуировок. Ближний ко мне охранник сильно побледнел. Не годится мужчина для такой работы, нервы слишком расшатаны. Грохот раскрывающегося лифта заставил его схватиться за кобуру.
– Проходите, – процедила старушка, вернувшись к бумагам. – Удачных вам исследований.
Забрав пустышку с пола, я помахал ею в воздухе. От чего впечатлительного охранника почти вырвало.
– И вам приятного вечера!
Двери лифта с шумом закрылись, отсекая зловредную старушку, и я поехал. Причем кнопок не было, оставалось надеяться, что Локки не обманул. Иначе я приеду в личную камеру пыток.
Долгий спуск на грузовом лифте завершился резкой остановкой, и я вышел на минус третьем этаже. Хотя по ощущениям преодолел как минимум пятьдесят пролетов. Место представляло собой широкий коридор серебряного цвета. Материал стен и пола выглядел настолько футуристично, что казалось – я на космическом корабле. И все же меня не оставляла мысль: этого недостаточно. Ева права, реальный оккультизм – проблема властей или международных ассоциаций с бесконечным бюджетом. Понимая, что стоит на кону, правительства должны не жалеть ничего: Фонду нужны лучшие умы, ресурсы, сильнейшие бойцы, поддержка общественности. Что толку в этой секретности, если каждый день гибнут люди? Оборона от объектов должна совершенствоваться ежедневно, а не после наших провалов.
Систему охраны кардинально поменяли. Вместо карточек повсюду стояли сканеры сетчатки и отпечатков пальцев, объединенные в единую сложную сеть. Мои параметры пока что подходили к каждому замку. Однако стоит совершить ошибку, и я окажусь заблокированным в любой части комплекса. Двери камеры для объектов внушали уважение, а в основных коридорах постоянно встречались двойные стены с магнитными замками. Никто больше не сможет повторить наш с Гаитянцем забег по базе.
Найти Жабодемона не составило труда: гулкие удары от его камеры разносились до самого лифта. Охраны возле двери не было, и я мысленно поаплодировал такому решению. Для наблюдения вполне достаточно видео, ни к чему рисковать живыми людьми. Все равно что размахивать перед медведем свежим бифштексом.
– Бродяга, ты меня слышишь? Старик?
За дверью ворочалось тяжелое тело. Вот что мне стоило спросить его имя? Сейчас все было бы гораздо проще. Приоткрыв щель для просовывания еды, я в очередной раз удивился габаритам существа. Еще немного, и бродяга вымахает в настоящего великана. В эпоху огнестрельного оружия это скорее минус, чем плюс. Разумеется, если каркас костяного доспеха не способен выдержать прямое попадание танкового снаряда. Я уже ни в чем не уверен. Монстр бесновался в дальнем углу, кроша стену. Когти не оставляли следов на серебристом материале, но существо продолжало стараться. Бродяга резко отупел, или не способен сдержать свою ярость. Даже не знаю, что хуже.
– Грааа-рвуу!
Смотровую щель закрыл ярко-желтый зрачок, в котором не осталось ничего человеческого. Я отшатнулся, плюхнувшись на пятую точку. Пять метров одним прыжком с места? Да ему на олимпиаду надо! Не ожидал такой прыти. Подсознательно несуразная махина казалась медленной и неповоротливой.
– По-человечески сказать можешь?
– Рарх!
По всей видимости, уже нет. Заметно выросшие клыки серьезно разворотили челюсть. Положение осложнялось следящим за мной глазком камеры. Не знаю, установлена ли прослушка в коридоре, но напрямую сказать старику о Микрозаймах и передаче леденца я не мог. А больше ничего нас не связывало. К тому же внешне я теперь совершенно другой человек. Сейчас бы прочесть его мысли, найти точки для соприкосновения. Даже с Веселым Роджером получилось наладить своеобразный контакт. А как поступить с агрессивным Жабом-переростком? Кормить его, дрессировать? От перебора вариантов меня отвлек возбужденный голос:
– Наташенька? Какая чудесная встреча! Вы уже неделю не отвечаете на мои запросы. Можно подумать, ахах, вы меня игнорируете! Нонсенс!
В коридоре стоял доктор в белом халате с растрепанными волосами. Больше всего он походил на безумного ученого. Вот только мужчина не занимался косплеем, а был им на самом деле. Он галантно подал мне руку, помогая подняться с пола и я опять остро пожалел о нехватке дара. Сейчас бы уже знал все его мысли наперед.
– Итак, что вы решили?
– Да я, собственно…
– Не спешите, этим утром у нас случился прорыв, озарение! Я хочу, чтобы вы увидели своими глазами, пойдемте. Взгляните пока на последние два эксперимента, это феноменально!
Всунув мне в руки пухлую папку с надписью «0342 Джентльмен в записи», доктор почти силой потащил меня по коридору. Украдкой я открыл первую страницу папки, чтобы выяснить, с чем придется иметь дело. Когда мы добрались до лифта, читать стало гораздо легче.
Доктор нажал на поручень несколько раз, и кабина двинулась вниз, но бояться было нечего. Аномалия числилась «безопасной» и содержалась в обычной картонной коробке. Я вернулся к описанию: «Объект состоит из девяноста семи (97) стандартных видеокассет VHS. Они пронумерованы и имеют характерный символ, напоминающий (данные удалены). Магнитная лента каждого носителя информации полностью записана на двести сорок (240) минут. Воспроизведение кассеты происходит по-разному в зависимости от того, смотрели ли ее ранее.
Если воспроизводится непросмотренная кассета, начинается видео. На экране отображается богато убранная комната, в центре которой стоит кресло. В кресле сидит белый мужчина (0342-1) примерно сорока лет от роду. 0342-1 реагирует на действия зрителя и общается с ним. 0342-1 отвечает на все заданные вопросы, может видеть находящееся вне пределов экрана, и рад возможности вести споры и обсуждения со „зрителями“.
При воспроизведении ранее просмотренной кассеты, повторяется то же, что происходило на экране в первый раз. 0342-1 не реагирует на действия зрителей, а его поведение не отличается от того, что было в прошлый раз. Однажды воспроизведенная кассета навсегда сохраняет видеоряд вне зависимости от того, кто ее смотрит. Единственным способом взаимодействия с 0342-1 является воспроизведение непросмотренной кассеты. Учитывая количество кассет, (включая уже просмотренные) продолжительность жизни 0342-1 составляет 388 часов или чуть больше 16 дней (примечание Д-ра Франца: набор кассет не собран, существуют еще как минимум три носителя, известно, что они полностью просмотрены)».
Давненько я не держал в руках видеокассет. Последний завод закрыл производство в две тысячи шестнадцатом, а исчезли магнитные носители еще в двухтысячные. Оказались полностью вытеснены DVD-дисками и флешками. Лифт продолжал спуск, показывая минус пятый этаж. Мне оставалось надеяться, что мы не достигнем центра земли и мой коллега перестанет ныть о недостатке финансирования. Спасали только записи:
«0342-1 осведомлен о природе своего существования. Он знает, что его показывают на экране или мониторе, может достоверно определить тип, размер и цветовой охват устройства, по которому его показывают. На прямые вопросы о своей природе 0342-1 предпочитает отвечать уклончиво, вступая со зрителем в спор или дискуссию. Неизвестно, является ли это утаиванием информации со стороны 0342-1, или же он не знает ее сам. 0342-1 не испытывает видимого беспокойства насчет своей короткой жизни как по внешним признакам, так и по собственным утверждениям.
Память 0342-1 общая для всех кассет. При просмотре зрителем одной непросмотренной кассеты и последующем переключении на другую, 0342-1 узнает зрителя и напомнит о прошлой беседе».
Дальше начиналось самое интересное: стенограммы интервью и описания опытов. К сожалению, лифт остановился, а читать на ходу жутко неудобно. Закрыв дело, я заметил, что доктор говорит об объекте.
– …Слишком сосредоточились на носителе информации. Ставили на паузу, ускоряли и замедляли. Удивительнее всего, что Джентльмен знает, когда его пытаются копировать и не позволяет этого сделать. – Доктор в нетерпении потер руки и ускорил шаг. – Мой ассистент предположил, что кассеты записаны заранее. Мы взяли наугад из глубины коробки. Так объект похвалил нас за изобретательность! Он умеет чувствовать номер!
Мне не нравился внешний вид ученого. Учащенное сердцебиение, круги под глазами. Если я хоть в чем-то разбирался, так это в навязчивых состояниях. Мужчина явно одержим секретом кассет. Остается только понять, нормальная это реакция или влияние аномалии.
– Франц, вы давно спали? – У меня не было сомнений, что многочисленные заметки на полях писал он. Других докторов к исследованию «Джентльмена в записи» не привлекали.
– Что, сон? Неважно. Так или иначе, мы полностью опровергли идею с заранее записанными кассетами с помощью генератора случайных чисел. Мое исследование направлено не на носитель информации, а на сам объект. Все получилось! Мы подошли очень близко. Пусть не к разгадке, но к практическому использованию!
Миновав широкие двери, мы оказались в небольшом кабинете, забитом приборами и бумагами. Три зеркальные стены открывали вид на одинаково обставленные комнаты: телевизор с видеомагнитофоном и стул напротив. В каждом помещении находился один живой наблюдатель. Я сразу понял задумку. Еще до того, как Франц включил динамик из правой комнаты. Спокойный голос с экрана телевизора вещал:
– Предположим, я из будущего. И у меня в руках записи, которые вы так скрупулезно ведете.
– И все это ради шутки? Глупости! – женщина на стуле носила оранжевый комбинезон узника.
– Воспринимайте это как гипотезу, которую надо опровергнуть.
Доктор щелкнул переключателем, и из помещения в центре донесся знакомый голос.
– Беседа в первой комнате интереснее. Ваша коллега не верит в мое пришествие из будущего, а вы?
Бородатый мужчина на стуле равнодушно пожал плечами. Ему явно было скучно. Выходит, Джентльмен знает, что происходит с другой частью в режиме реального времени. Его можно использовать как средство связи, но мне не нравилась идея телефона с самосознанием. Я жестом остановил доктора, собирающегося нажать на следующий тумблер.
– Достаточно. Сколько у нас чистых кассет?
– Технически они все уже записаны, но я понял, о чем вы. Около сорока.
Меньше половины, пора заканчивать этот балаган. Для полевых операций использовать объект слишком расточительно.
– Обратная связь есть? – Франц кивнул. – Включите мне правую комнату.
– Меня слышно?
Женщина развернула экран к стеклу. Как и указывалось в бумагах, на нем отображалась богато обставленная гостиная с камином. Даже вычурная, на мой вкус. Причем вещи в ней могли принадлежать как современному любителю старины, так и жителю викторианской Англии. На краешке роскошного кресла сидел 0342-1.
– Не только слышно, но и отлично видно, прекрасное дитя. Что вы думаете о нашей небольшой игре?
Дитя? Занятное обращение, Наташа не слишком молода. Красива, но точно не юна.
– Полагаю, вы морочите моим людям голову. Стоит приказать сжечь пару кассет.
Мужчина на экране безразлично пожал плечами.
– Ваше право. Но что если это предусмотрено заранее? И когда все записи кончатся, станет ясно: разгадка именно на этих сожженных кассетах. Сможете ли вы спать спокойно?
Все понятно, в такую игру можно играть вдвоем. Я развернулся к Францу.
– Отстраняю вас от экспериментов с триста сорок вторым и предписываю пройти курс у психотерапевта.
Человечек на экране не унимался:
– За что вы так с бедным доктором? Он делал все возможное. Моя тайна – крепкий орешек. И я все еще и не услышал вашу версию моего существования. Вас определенно заинтересует символ. Позвольте…
Нажав на тумблеры одновременно, я эхом зазвучал во всех комнатах одновременно.
– Любые эксперименты с триста сорок вторым прекращены по распоряжению Куратора. Телевизоры выключить, кассеты запечатать на особое хранение.
– Какое разочарование. Я вас запомнил, девушка. Без меня вы никогда не узнаете… – успел сказать мужчина на записи с левого экрана, прежде чем его выключили.
Бросив папку с делом на стол, я вышел в коридор. Не прошло и пяти секунд, как меня догнал доктор. На него было больно смотреть, я будто лишил ребенка любимой игрушки.
– Почему, Наташа? Одновременный диалог – это прорыв! Можно сдвинуть экраны в одну комнату, устроить диалог и понять одна сущность на записи, или разные. Выделите мне финансирование на стресс-тест, и это изменит все! Мы близки как никогда!
– К чему, Франц? Вы хотели мой ответ – я его дала. У нас на носу апокалипсис, непонятно что творится в Питере, а вы тут играетесь с безвредной магнитной пленкой? Придите уже в себя и займитесь полезными вещами.
– Какими? – доктор в ярости повысил голос.
Я развернулся на каблуках и ткнул пальцем в его грудь.
– Например, пять тысяч шестьсот шестьдесят четвертым.
Еле выговорил длинное числительное. Поначалу цифры наверняка были удобны, пока количество объектов не перевалило за десятки тысяч. Стоит их чем-то заменить, но простого решения я не вижу. Голова идет кругом от понимания, что при любом новшестве придется перелопачивать весь каталог.
– Жабий Принц? Видел отчет по захвату. Мое мнение: обычный монстр. Физика, укрепленные мышцы, бесконтрольное желание жрать людскую плоть и прочее. Что в нем интересного?
Сам не веря, что творю, я достал леденцы и нашел среди них черный.
– Держите, док. Это то, после чего он стал таким. Разговорите монстра, разрешаю любые способы, – краем глаза я уловил яростный взгляд из тени и слегка улыбнулся. – Пытайте, если необходимо. Можете вскрыть и разобрать на органы. Мне нужны подробности.
– Артефакт в единственном экземпляре? – Франц проводил взглядом пакет с конфетами, исчезающий в кейсе.
– Да, – уверенно соврал я. – Остальные леденцы пустышка. Сами понимаете, уничтожать и использовать этот нельзя. Действуйте крайне осторожно.
Мужчина облизал пересохшие губы и спрятал черную карамель в платок. Буду считать это согласием. Посмотрим, так ли хорош научный подход в магических делах.
– Вы не пойдете к себе?
Доктор кивнул на широкую дверь с надписью «Куратор», мимо которой мы проходили.
– Я хотел. – Замешкавшись, снова запутался в родах. – Не ваше дело, Франц, занимайтесь исследованием. Сообщите, как только выясните что-нибудь. Это действительно важно.
В отличие от Локки, ученый заметил оговорку, но смолчал и пошел к лифту. Глядя ему вслед, я подумал, что неплохо бы прикончить доктора. Чисто в целях конспирации. Правда, этим я раскрою себя еще сильнее. Да и, похоже, он ценный кадр.
Прежде чем закрылся лифт за Францем, я подошел к тени, из которой почувствовал пристальное внимание. Возле стены стоял нескладный лысеющий мужик с объемистым брюшком и с ненавистью рассматривал меня. Если бы не старинный черный сюртук, я бы не узнал бывшего учителя. Помахав ему рукой, я развернулся в противоположном направлении и пошел к кабинету. Пусть злится, это полезно. В ярости он болтает много лишнего.
Сканер отпечатков обычно куда сложнее обойти, чем механический замок. Если ты не в теле начальника, разумеется. В определенном смысле мне повезло, что новая охрана настолько полагается на техногаджеты. Правда, немного боязно, что будет со всеми этими супер-задвижками без электричества. Надеюсь, у нас достаточно резервных генераторов на всю махину Фонда.
Возле двери стоял внушительный ящик для бумажных писем, доверху заваленный корреспонденцией. И сдается мне, сюда попадают не рекламные буклеты и бесплатная районная газета. Срочно нужна секретарша. Или секретут, секретарь? Кто-нибудь, занимающийся делом, а не краснеющий при виде моей груди. Доктор Франц, кстати, держался хорошо. Но старик вряд ли подойдет на эту должность. Локки тоже. Может, подтянуть сюда Цоев? Когда вживусь в роль, разумеется. И устраню всех, кто близко знал Наташу раньше.
Прежде чем дверь захлопнулась, Черный человек тихой тенью скользнул в кабинет. Позер, мог бы запросто проскочить сквозь стену. Учитель по-прежнему молчал, а я старательно не замечал его. Мы оба отчаянно нуждались друг в друге, но никто не хотел первым делать шаг навстречу. Каждый рассчитывал получить преимущество от будущего сотрудничества. Делая вид, что мне интересны письма, вскрыл верхнее, оказавшееся короткой запиской в четыре слова: «Я все знаю, Нова!». В горле запершило и отчаянно захотелось курить. Свое тело не обманешь – я нервничал.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?