Текст книги "Время покаяния"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vremya-pokayaniya-233736.jpg)
Автор книги: Кирилл Павлов
Жанр: Религия: прочее, Религия
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
архимандрит Кирилл (Павлов)
Время покаяния
© Архимандрит Кирилл (Павлов), 2018
© Московское Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2018
* * *
Светлой памяти почившего о Господе старца архимандрита Кирилла (Павлова)
От издательства
Время земной жизни – краткий отрезок на пути в Вечность – дано человеку для покаяния. Но память человеческая слаба, и сам человек слаб и изменчив и оттого часто нуждается в напоминании: чего ради он создан, откуда ниспал, к чему призван. Душа его все больше спит, между тем как дни проходят, подобно бесследно исчезающим каплям дождя, и конец дольнего странствования неотвратимо приближается. Сего-то ради Церковь и установила выделить из общего течения дней особый, ни на что не похожий период – время Великого поста, время пробуждения души, плача о грехах, когда, помышляя о близком и страшном суде и как бы перед собою зря Всемогущего Судию, приходит человек в сердечное сокрушение и раскаяние.
Но и это, впрочем, святое время может быть похищено у нас житейскою суетою и попечением о вещах скоропреходящих, если не позаботимся мы сами расположить свою душу внимать помыслам благим и спасительным, умиляющим и оживотворяющим сердце. Потребны в дни Великого поста размышления благочестивые и богоугодные, заставляющие забывать о тленном и устремлять свой взор к нетленному – Вечному Небесному Царству.
Образец таких размышлений – в проповедях братского духовника обители Преподобного Сергия архимандрита Кирилла (Павлова), из которых и составился этот небольшой сборник. Речь проповедника невитийственна, слова тихи и благоуветливы, но вчитываешься в них, и постепенно замедляет свой бег, останавливается быстротекущее время, разрешается от тяжести нечувствия, словно отогревается застывшая душа, и – драгоценный дар Богу – слезы проливаются от сердца сокрушенного и смиренного…
Слово в Прощеное воскресенье. О прощении обид
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!
Возлюбленные о Господе братия и сестры, с завтрашнего дня мы вступаем в великий подвиг святого поста. Чем и как лучше всего начать этот великий подвиг? Святая Церковь напутствует нас на святое поприще поста и покаяния евангельскою заповедью о примирении со всеми братиями нашими во Христе Иисусе, об отпущении и прощении им всех согрешений их пред нами. Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш Небесный, – говорит Сам Господь в чтенном ныне Евангелии, аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших (Мф. 6, 14 и 15). Это – первое и необходимое условие примирения нашего с Богом, очищения и оправдания от грехов.
Без этого всесердечного примирения со всеми, без этого погашения взаимных огорчений и вражды нельзя приступить к Господу, нельзя и начинать самого поприща поста и покаяния. Почему? Потому, во-первых, что Сам Господь Бог наш есть Бог мира, а не нестроения (см.: 1 Кор. 14, 33). Как же можно явиться пред лице Его тому, кто в сердце питает вражду и злобу, кто не имеет мира, любви и святыни со всеми? Мир имейте и святыню со всеми, без чего никто не увидит Господа (ср.: Евр. 12, 14).
Во-вторых, потому, что Царство Божие – светлое общество сынов Божиих. Святое семейство Отца Небесного есть царство мира, любви и единодушия, царство благости, милосердия, кротости, смирения и долготерпения; может ли принадлежать к нему тот, кто таит в сердце своем огорчение, досаду и злопамятство на брата своего, кто не имеет единодушия и мира со своими ближними – сонаследниками этого Царства? Мир есть высшее благо, которое Господь Иисус Христос завещал как драгоценное наследие Своим ученикам, когда отходил от них на страдание: Мир оставляю вам, мир Мой даю вам (Ин. 14, 27). Мир есть высшее счастье, которое Он прежде всего преподал друзьям Своим, приветствуя их по Своем Воскресении из мертвых, став посреди их и глаголя им: Мир вам! (Ин. 20, 19).
Кто лишает себя этого духовного сокровища враждою и злопамятством, тот лишает себя и вечного наследия – Царства Божия, которое Господь завещал любящим Его.
Мир есть благодатный дар Духа Святаго, и потому присутствие или отсутствие его в сердце человека свидетельствует о том, кто обитает в нем: Дух ли Божий, или дух лукавый. И как сей последний есть по преимуществу дух злобы и вражды, то и место человеку, питающему злобу и недоброжелательство к брату своему, не в Царстве мира, а со всеми духами отверженными.
Очевидно, что без искреннего всесердечного примирения со всеми братиями нашими во Христе благодатное поприще святого поста пройдет для нас бесплодно, хотя бы и старались мы провести пост по правилам церковного Устава. Что пользы будет от поста, когда мы, строго воздерживаясь от пищи телесной, своим гневом и строптивостью съедаем души и сердца своих ближних; когда, боясь осквернить уста какою-нибудь запрещенной снедью, не боимся, однако, того, что из этих же уст продолжают исходить, как смрадный дым из печи, слова осуждения, клеветы и злословия, насмешки язвительные, полные заразы и соблазна душевного.
Не таковаго поста Аз избрах, – говорит Господь через пророка Исаию, – но разрешите всякий союз неправды, отымите лукавства от душ ваших, престаните от лукавств ваших, научитеся добро творити (ср.: Ис. 58, 6; 1, 16-17). Не только никакой пост, но и самый мученический подвиг не заменит истинной любви к ближнему, той любви, которая долготерпит, милосердствует, не завидует, не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не раздражается, не мыслит зла, но всех любит и всё терпит (ср.: 1 Кор. 13, 4-7).
Если мы будем приходить в храм на молитву не с примиренным сердцем, то что тогда мы услышим от Господа? Когда стоите на молитве, прощайте, если что имеете на кого, дабы и Отец ваш Небесный простил вам согрешения ваши (Мк. 11, 25).
Иначе, что пользы от молитвы, когда теми же устами, которыми прославляем Господа, проклинаем своего брата, когда называем Бога своим Отцом, а ближних наших, которых Отец Небесный назвал Своими чадами, злословим, ненавидим и смущаем злопамятством? Что пользы в молитве, когда по внешности себя смиряем, называя последними, а внутренне говорим, подобно фарисею: Не таков, как прочие люди, хищницы, прелюбодеи или же как сей мытарь (ср.: Лк. 18, 11); когда устами произносим молитву преподобного Ефрема Сирина: Даруй ми <Господи> зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, а на деле ставим себя неумолимыми судьями всех и всего, замечаем сучок в глазу брата своего, не замечая бревна в своем глазу?
О таких молитвенниках Господь давно уже сказал чрез Пророка: Приближаются ко Мне люди сии устами своими и устами своими почитают Меня, сердце же их далеко отстоит от Меня, напрасно почитают Меня (ср.: Ис. 29, 13) И Сам в Святом Евангелии Своем изрек: Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного (Мф. 7, 21).
Что пользы, наконец, если мы будем и каяться пред Престолом Божиим, испрашивая прощение своих грехов, но-с ожесточенным сердцем, сами не простив ближнему и не примирившись с ним? Если вы будете прощать людям согрешения их, – говорит Господь, – то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш Небесный не простит вам согрешений ваших (ср.: Мф. 6, 14-15). Что пользы от покаяния, когда некоторые падают ниц в храме, прося прощения грехов, а выйдя из храма, готовы преследовать ближних своих, устами приносят покаяние, а в сердце таят злобу и мщение? Просят прощения у Господа, не смирив своей гордости, не поправ своего самолюбия и тщеславия и не испросив прощения у оскорбленного брата своего!
Кто хочет, чтобы раскаяние его было принято как благоприятная Богу жертва, тот должен не только простить согрешения ближнему своему от всего сердца, так, чтобы и не вспоминать их, но должен еще постараться расположить и ближнего сего к такому же прощению, сделать его из врага своим братом, единодушным и единомысленным с собою. Без этого сколько бы на исповеди ни разрешал нас духовник, связанный враждою дух наш не разрешится и Отец Небесный не отпустит нам нашего согрешения.
Господь говорит: Если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой (Мф. 5, 23-24).
Если мы дерзнем приступить к Таинству Святого Причащения, к Жертве, которая принесена преимущественно по любви Единородного Сына Божия к человеческому роду, без истинной любви друг ко другу, то не будет ли это оскорблением высочайшей любви Божией? Имея дух злобы, мщения, вражды к ближним, мы попираем Святыню и Кровь Господа вменяем ни во что.
Дорогие братия и сестры, древние христиане имели добрый и благочестивый обычай в настоящее, Прощеное, воскресенье испрашивать друг у друга прощения. Последуем сему доброму обычаю по зову нашей матери Церкви и мы и попросим прощения друг у друга, особенно же у тех, кого чем-либо оскорбили. По немощи нашей природы, по обстоятельствам жизни в наших условиях, неизбежны столкновения, огорчения, а потому и постараемся чрез взаимное прощение смягчить наши души и взаимные отношения.
Некогда в Киево-Печерской обители жили два инока, связанные тесными узами взаимной любви и дружбы. По зависти диавола эта дружба между ними пропала, а воцарилась взамен ее такая вражда и ненависть, что они и смотреть не хотели друг на друга: в церкви один другого не кадили, а проходили мимо.
Но вот один из них, пресвитер Тит, тяжко заболел и, чувствуя приближение смерти, через посланных стал просить прощения у своего брата – диакона Евагрия, однако тот ничего не хотел слышать. Тогда его насильно привели к постели умирающего. Тит приподнялся с постели и сказал: «Прости меня, брат мой, может быть, чем-нибудь я как человек оскорбил тебя». Но Евагрий отвечал: «Не прощу тебя ни в сей, ни в Будущей Жизни». И с этими словами он упал замертво, причем братия не смогли даже ни согнуть рук его, ни выпрямить рта, так скоро тело его одеревенело. Тит же тотчас встал здоровым. И на вопрос братии, как это событие произошло, ответил, что когда Евагрий сказал такие слова, то Ангел Господень поразил несчастного, а его, Тита, поднял с одра болезни.
Итак, дорогие братия и сестры, простим всем от всего сердца нашего и с примиренным сердцем вступим в поприще святого поста, прося оставления согрешений наших у Господа. Будем при этом всегда помнить слова святого апостола Павла: Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми… и Бог любви и мира будет с вами (Рим. 12, 18; 2 Кор. 13, 11). Аминь.
1963 г.
Слово во вторник 1-й седмицы Великого поста за Великим повечерием. О посте и пользе его
Се, ныне время благоприятно, се, ныне дни спасения.
(ср.: 2 Кор. 6, 2)
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!
Дорогие братия и сестры, мы с вами вступили в подвиг Великого спасительного поста, который установлен Церковью в подражание примеру Самого Господа Иисуса Христа, ибо Он ради нашего спасения постился сорок дней, не вкушая в это время никакой пищи и не принимая никакого пития. Так и нам, Его последователям, Святая Православная Церковь строго заповедала хранить святое воздержание, духовное и телесное, в течение четыредесяти дней, начиная со вчерашнего дня, называемого Чистым понедельником, и до пятницы шестой, или Вербной, седмицы. Оттого сей наступивший пост называется у нас Святою и Великою Четыредесятницею.
Святая Церковь в эти великие покаянные дни облеклась в траурную одежду и особою службою, молитвословиями, песнопениями, постовым колокольным звоном выражает, что она в эти дни сокрушается, сетует, плачет о своих чадах, призывая к этому и нас с вами. Подобно тому как евреи, лишившиеся своего отечества, плакали на реках вавилонских, так и мы призываемся в эти святые дни оплакивать утрату своего Небесного Отечества, которого мы лишились по нашим грехам и беззакониям.
Оплакивание грехов Церковь соединила с постом, ибо он окрыляет наше покаяние и возносит его к Престолу Божию. Подвиг поста – дело святое и весьма древнее. «Постдар древний, неветшающий, нестареющий, но непосредственно обновляемый, цветущий во всей красоте», – говорит святитель Василий Великий. Думаешь ли, что древность его считают со времени происхождения Закона? Пост старше Закона. Пост – не новое изобретение, но драгоценность Отцов. Все отличающееся древностью почтенно. Уважь седину поста, он современен человечеству. Пост узаконен в раю. Первую заповедь принял Адам: От древа же, еже разумети доброе и лукавое, не снесте (Быт. 2, 17). А сие не снесте есть узаконение поста и воздержания. Если бы постилась Ева и не вкусила с древа, то мы не имели бы теперь нужды в этом посте. Мы, поврежденные грехом, уврачуемся покаянием, а покаяние без поста не действенно. Проклята земля: тернии и волчцы возрастит тебе (ср.: Быт. 3, 17-18) – велено сокрушаться духом, а не предаваться роскоши. Постом оправдись пред Богом.
Но и самое пребывание в раю есть образ поста, потому что, довольствуясь малым, жившие в раю не употребляли ни вина, ни мяса животных, что делает мутным человеческий ум. Уже после потопа узнали люди вино и мясо, а до потопа сего не было. Когда не стало надежды на совершенство, тогда было дозволено наслаждение.
Все святые соблюдали пост как отеческое некое наследие, передаваемое от отца сыну и преемственно получаемое, так что стяжание сие по порядку преемства сохранилось и до нас. Сорок дней постился Моисей на Синае, и пост соделал святого Пророка законодателем, и он удостоился пребывания с Богом и получил от Него Закон для израильского народа.
Но благодаря невоздержанию, ненасытности чрева израильтян этот же Закон, написанный на скрижалях Самим Богом, был святым пророком Моисеем сокрушен. Благодаря ненасытности своего чрева народ израильский предался идолослужению и через то лишился благоволения Божия.
Невоздержание Исава сделало его рабом брату, потому что он за одну снедь продал свое первенство. Молитва преподобной Анны, соединенная с постом, даровала ей благодатное дитя: святого пророка Самуила. Пост сделал неодолимым Самсона, и, пока он не был разлучен с ним, враги падали тысячами, городские врата исторгались и львы не выдерживали крепости рук его. Но когда овладели им пьянство и блуд, он был уловлен неприятелями и, лишенный очей, выставлен на посмешище детям иноплеменников.
Постившийся Илия заключил небо на три года и на шесть месяцев. Поскольку он видел, что от пресыщения рождается в народе много наглости и зла, то по необходимости, чтобы исцелить его от порока роскоши и распутной жизни, наложил на него невольный пост – голод, который остановил без меры уже разлившийся грех; постом, как бы прижиганием каким или сечением, прервал он дальнейшее распространение зла.
Пост соделал святого пророка Илию зрителем великого видения, ибо, сорокадневным постом очистив душу, он удостоился на Хориве видеть Господа. Через пост святой пророк Илия возвратил вдовице умершего ее сына.
«Пост, – говорит святитель Василий Великий, – рождает пророков, укрепляет сильных, пост умудряет законодателей». Пост – добрая стража душ, надежный сожитель телу, училище подвижников. Он отражает искушения, он – сожитель трезвости и целомудрия. Пост предпосылает молитву на Небо, делаясь для нее как бы крыльями при восхождении горе́. Пост – матерь здравия, воспитатель юности, украшение старцев, добрый спутник путешествующих, надежный сожитель супругам. Муж не подозревает измены в супружеской верности, видя, что жена свыклась с постом. Жена не снедается ревностью, примечая, что муж возлюбил пост.
Муж желаний, святой пророк Даниил, который три седмицы не ел хлеба и воды не пил, своим постом заградил уста львов; они не могли ему причинить никакого зла, когда он был брошен к ним в ров.
Польза поста открыта всякому роду жизни, всякому состоянию тела: пост везде приличен и во всякое время. Пост охраняет младенцев, уцеломудривает юного, делает почтенным старца, ибо седина, украшенная постом, достойнее уважения. Пост – самое приличное убранство женщин, узда в цвете лет, охранение супружества, воспитатель девства. Постом изгоняются нескромные речи, и песни, и насмешки.
Если бы пост владычествовал во вселенной, то был бы во всей вселенной глубокий мир, и не было бы восстания одного народа на другой, и жизнь не была бы столь плачевна и исполнена скорби, потому что пост, научая людей воздержанию от излишества в яствах, научал бы и совершенному удалению от пороков: сребролюбия, любостяжательности, тщеславия и других злых страстей, и жизнь протекала бы в глубоком мире и душевном безмятежии. Теперь же люди, гоняющиеся за роскошью как за блаженством жизни, ввели этот великий рой зол. Роскошная жизнь богача ввергла его в геенну огненную, а Лазарь чрез пост взошел на Небо, упокоился на лоне Авраамовом.
У постящегося и цвет лица почтенный (он не переходит в бесстыдную багровость), взор у него кроткий, походка степенная, лицо осмысленное, в сердце – чистота. Все святые, от века прославленные, любили пост и соблюдали его. Жизнь святого Иоанна Предтечи была сплошным постом. Святой апостол Павел постился, и пост возвел его на третье Небо. Но для нас важнее всего, что пост этот освящен Самим Господом, постившимся сорок дней.
Наш дух постоянно противоборствует плоти, они друг другу противятся, поэтому, если хочешь, чтобы дух твой был крепким, обуздай плоть постом. Апостол Павел говорит: Если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется (2 Кор. 4, 16). Никто при обильной пище и непрестанной роскоши не принимал духовного дарования. Если бы ниневитяне не постились, то не избежали бы угрожавшего им наказания. Евреи, когда питались манною и водою из камня, то побеждали врагов и были все здравы, а когда их сердце захотело мяса и вспомнили они о котлах египетских, то не увидели они Земли Обетованной.
Пост есть оружие для ополчения против демонов. Но пост не нужно ограничивать одним только воздержанием от пищи, потому что истинный пост есть устранение от злых дел. Прости ближнему оскорбления, воздержись от нанесения ближнему обид, воздержись от раздражения, от несмысленной скорби, от страха, гнева и т. д.
Будешь прощать другим обиды, погрешности, досаждения, излишние беспокойства, и тебе будут прощены твои грехи. Господь будет прощать твои погрешности, и будешь сподобляться от Него великих милостей. Ты простишь немногие грехи ближнему твоему, а тебе Бог простит бесчисленные прегрешения. Ты простишь сто динариев, а Он простит тебе тьму талантов. Итак, не будем слушаться диавола, научающего нас держать в душе зло на ближнего, но будем в простоте сердца прощать ближнему обиды, причиняемые им тоже по наущению диавола.
Никто да не мыслит зла друг на друга, никто да не увлекается злой подозрительностию относительно брата своего, ибо это – прелесть врага нашего спасения, всемерно усиливающегося разрушить в нас союз любви и братства и насадить демонскую вражду и неприязнь. Будем помнить заповедь Спасителя: Заповедь новую даю вам, да любите друг друга (Ин. 13, 34), а также и то, что любящий другого исполнил закон; итак любовь есть исполнение закона (Рим. 13, 8, 10).
Вступать в подвиг поста мы должны, по заповеди Господней (см.: Мф. 6, 16), не с унылым лицом, но с лицами бодрыми как истинные воины Христовы, выступающие на борьбу с грехом и своею плотью при помощи и содействии благодати Божией. Помажь голову твою елеем милостыни и водою чистоты умой душу твою, и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф. 6, 17, 18). Вместе с тем Господь научает нас отрешать свои сердца от земных сокровищ и от земных пристрастий и побуждает желать и искать сокровищ Небесных.
Они Небесного происхождения и оттого бессмертны, а земные блага, как грубые, тленные и преходящие, недостойны нас, сотворенных по образу и подобию Божию и искупленных бесценною Кровию Господа нашего Иисуса Христа для наслаждения благами духовными и вечными. Прилепляясь же сердцами к земным благам, мы чрез то и сердца свои делаем земными, грубыми, низкими, страстными, и себя – неспособными любить Бога и ближнего, тогда как в любви состоит главная цель и обязанность нашей жизни. Аминь.
1961 г.
Слово в среду 1-й седмицы Великого поста за Великим повечерием. О посте и покаянии
Се, ныне время благоприятно, се, ныне день спасения.
(2 Кор. 6, 2)
Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!
Возлюбленные во Христе братия и сестры! Вступая в подвиг Святой Четыредесятницы, мы должны от всей души благодарить Господа за то, что Он, милосердный, желающий всем спасения, сподобил нас и в этом году дожить до святых дней Великого поста, и здесь, под сводами этого древнего храма, молиться и назидаться умилительными великопостными песнопениями, и, испытывая самих себя, приносить Богу покаяние в своих грехах. Святая Церковь облеклась сейчас в траурное одеяние и медленным, протяжным колокольным звоном, трогательными постовыми песнопениями и молитвами зовет нас к покаянию, стараясь пробудить нашу спящую совесть и возбудить в нас ревность ко исправлению. Подобно тому как весною все естество животных, птиц и деревьев снимает с себя старый покров и облекается в новое прекрасное одеяние, так и мы должны в эти святые дни очистить себя, совлечься грязного рубища греха – постом, молитвою и покаянием – и облечь свои души в чистые одежды, благоприятные Господу.
Душе моя, душе моя, востани, что спиши? конец приближается, и имаши смутитися. Воспряни убо, да пощадит тя Христос Бог, везде сый и вся исполняяй…[1]1
Кондак Великого покаянного канона святителя Андрея Критского, глас 6-й. – Ред.
[Закрыть] Так обращается к душе своей преподобный Андрей Критский в умилительном своем Каноне, который мы слышали за вечерним богослужением. С этими же словами обратимся и мы, дорогие, к своей спящей душе и постараемся разбудить ее от тяжкого, греховного сна.
Душе моя, душе моя, востани! Востани от влечения своего и пристрастия к земному. Ведь ты создана не для земли, но для Неба, не для порабощения себя страстям, но для прославления Творца своего и Искупителя.
Душе моя, душе моя, востани, что спиши! Посмотри, как ждут твоего пробуждения твой Искупитель и Создатель Господь Иисус Христос, твоя Путеводительница, Небесная Мать, Преблагословенная Богородица, твой Ангел Хранитель и все святые! Они говорят тебе, бедная душа: «Подними свой взор от земли на Небо, востани от греховного сна! Тебе ли сейчас спать, когда о тебе проявляют такую заботу твои нежные, искренние друзья и хотят тебя, больную, врачевать молитвами и Таинствами, тогда как враг твой усыпляет и старается погубить тебя!»
Душе моя, душе моя, востани, что спиши? конец приближается! Зачем ты не радеешь о себе, бедная душа моя, зачем проводишь в рассеянии немногие дни жизни своей? Разве не знаешь, что скоро, скоро тебя позовут на испытание, которое будет на Страшном Суде Божием? Страшен, поистине страшен будет Суд сей, хотя Господь благ и милостив. Ибо Тот же Иисус, Который ныне милостиво к Себе всех призывает, тогда отошлет от Себя всех нераскаянных грешников, говоря: Не знаю вас, отойдите от Меня все делающие беззаконие (ср.: Мф. 7, 23; Лк. 13, 27).
Конец приближается. Не знаешь разве, бедная душа моя, что человек, едва только успеет одною ногою вступить в этот мир, другою ногою уже стоит во гробе? Первый час земной жизни уже есть ступень, приближающая нас к смерти. Прошел день, и мы более приблизились к смерти, а прошел год, и мы еще ближе подошли к пределу своей жизни. Время сейчас бежит с ужасающею быстротою, мелькают не только часы и дни, но и месяцы, и годы, а ты, бедная душа, дремлешь и не чувствуешь, что смерть незаметно быстрыми шагами к тебе приближается.
Если души праведных не без страха и смущения помышляли о грядущей смерти, то какое же будешь испытывать смущение ты, когда придет тебе пора разлучаться от тела! Настанет тот страшный день и час, когда ты действительно смутишься; никто тогда тебя не защитит: ни родные, ни брат, ни отец, но предстанут вместе с тобой тогда только одни дела твои. И вот тогда устрашишься и смутишься ты своих мерзких земных дел, которые со всею ясностью откроются пред тобою. Пожелаешь исправиться, но уже поздно будет, будешь вопиять о помиловании, но двери покаяния тогда затворятся, и будешь ты мучиться вечно.
Но воспряни убо, да пощадит тя Христос Бог, везде сый и вся исполняяй! Пока двери покаяния для нас открыты, поспешим, дорогие, к этому Таинству и воспользуемся его благодатными врачеваниями. Иного пути ко спасению, кроме покаяния, для нас нет! Все мы грешники. Нет ни одного человека, который бы пожил и не согрешил. Грешим мы ежечасно и словом, и делом, и помышлением, и всеми чувствами, волею и неволею, ведением и неведением, и во дни, и в нощи. Таинство Покаяния есть лествица, возводящая нас туда, откуда мы ниспали.
К покаянию мы должны располагаться не слепым подражанием примеру других, не безотчетным последованием издавна заведенному обычаю, а сознанием своей греховности и отвращением ко греху. Кто обращается к покаянию, следуя давно заведенному обычаю, подражая примеру других, того покаяние всегда оказывается бесплодным, такой человек каждый раз кается, но в жизни своей нимало не исправляется: едва только выйдет он из сей купели, как опять погружается в греховную тину и принимается за свои беззаконные дела.
Прибегающий же к покаянию от сознания гибельности своего греховного состояния и отвращения ко греху сгорает от желания развязаться с грехом, оставить путь порока и встать на путь добродетели.
Что, например, побудило блудного сына возвратиться с чужбины к своему сердобольному отцу? Не сознание ли своего безвыходного положения, не омерзение ли к своей развращенной жизни, заставившей его изнывать от голода? Да. Пришедши в себя, повествует Евангелие, он сказал: Сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою (Лк. 15, 17-18). «Познай, что ты согрешил и что грех есть ужасное зло, и у тебя родится желание загладить его», – учит преподобный Нил Синайский. Признав себя великими грешниками, мы не должны в своих грехопадениях винить других, а только – самих себя.
Пытались наши прародители слагать вину один на другого: Адам на Еву, Ева на змия и диавола, но Бог не принял во внимание их оправданий и воздал каждому из них должное наказание. Ни соблазны мира, ни совращения злых людей, ни диавольские искушения не могут вовлечь нас в грех, если не будет на то нашего злого произволения.
Напрасно некоторые оправдывают себя в своих падениях немощью собственного естества и общею слабостью человеческою или еще тем, что «так поступают все». Священное Писание нас удостоверяет, что чем мы немощнее, тем бываем лучше и способнее к доброделанию, тогда благодать больше преизобилует. Сила Моя совершается в немощи, сказал Господь святому апостолу Павлу (2 Кор. 12, 9), в то время как разврат воцаряется тогда, когда преизбыточествуют физические силы, как было это пред потопом в пору пребывания на земле исполинов. Грех не становится меньшим от того, что он – общий; напротив, именно тогда гнев Божий больше возгорается. Если бы Ной жил так, как жили его современники, то и он бы погиб в водах потопных: для всех нечестивцев достанет места в аду.
Всего лучше и надежнее в своих грехопадениях во всем осуждать только самих себя, укорять за все одних себя. Самоосуждение отвратит от нас строгость суда Божия, преклонит к нам Его милость и исходатайствует нам прощение во грехах.
«Тот на добром пути и может ожидать себе прощения во грехах, кто сам собою недоволен: у Праведного и Милосердного Судии тот себя извиняет, кто обвиняет себя», – пишет блаженный Августин. «Если душа обвиняет себя пред Богом, Господь ее возлюбит», – говорит преподобный Пимен Великий. За что подвергся осуждению от Бога фарисей? Не за самооправдание ли? Чем снискал себе благоволение мытарь? Не самоосуждением ли?
При самоосуждении себя за грехи мы должны сердечно сокрушаться о них и проливать по мере беззаконий своих горькие слезы. «Кто хочет очиститься от грехов своих, слезами очищается от них», – учит авва Пимен. Временным плачем мы можем сохранить себя от плача вечного. «Кто не плачет о себе здесь, тот вечно будет плакать там. Итак, необходимо плакать: или здесь – добровольно, или там – от мучений», – говорит тот же великий Отец.
Если падение наше невелико, довольно для нас немногих слез, если же падение велико, то должен быть поток слезный. Блажен, кто постоянно оплакивает свои грехи. Как после проливного дождя воздух делается чистым и приятным, так и по пролитии слез настает тишина и ясность и мрак греховный рассеивается. И как не плакать о своих грехах, когда чрез грех мы навлекаем на себя гнев Отца Небесного, становимся распинателями Христовыми, оскорбляем Духа Святаго, вооружаем против себя Небесных Ангелов и всю тварь, небо и землю, порабощаем себя исконному врагу диаволу, губим душу и тело, становимся общниками с бесами и готовим себе ад с вечными и нескончаемыми мучениями! Можно ли после этого не оплакивать своих грехов? Апостол Петр во все последующее за отречением время не мог равнодушно слышать полуночного пения петуха, но тотчас вставал и проливал горькие слезы, молил Господа не помянуть тяжкого греха его. Пребывая в таком настроении, он сохранил себя верным и преданным Господу до самой мученической своей смерти.
Напротив, наша бесчувственность ко греху прямо говорит о нашем нежелании расстаться с ним. Святой Марк Подвижник пишет: «Если кто впадет в какое-либо прегрешение и не будет печалиться по мере оного, то легко опять впадет в ту же сеть». Поэтому-то Господь не столько отвращается грешащих, сколько тех, которые, учинив грех, не хотят исправиться. «Бога раздражают не столько соделанные нами грехи, сколько наше нежелание перемениться», – говорит святитель Иоанн Златоуст.
Впрочем сокрушаясь о грехах, мы не должны неумеренно предаваться скорби, потому что и неумеренная печаль о грехах становится гибельной. Не должно доходить до отчаяния от представления множества и великости грехов своих: отчаяние есть дело сатанинское – может свести нас в самую бездну зла, поселить в душе ад прежде, нежели низведет ее в ад.
Сколько бы грехов ни было и как бы они ни были тяжки, милосердия у Бога еще более. Хотя бы грехи наши равнялись грехам всего мира, и тогда отчаиваться не надо, потому что Спаситель наш есть Агнец Божий, вземлющий грехи всего мира.
Кровь Иисуса Христа сильна очистить нас от всякого греха, лишь бы только наше покаяние сопровождалось твердою верой в Божественность Его, распятого за нас, и крепким упованием на искупительную силу принятой Им за грехи человеческие крестной смерти. Чем спаслись разбойники, блудники, мытари и другие тяжкие грешники? Не слезным ли покаянием, соединенным с верою в Искупителя и надеждою на милосердие Божие? Напротив, отчего погибли братоубийца Каин и Иуда-предатель? Оттого, что отчаялись в прощении грехов своих. А значит, губит человека не великость грехов, но нераскаянное и ожесточенное сердце.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?