Текст книги "Верю и люблю"
![](/books_files/covers/thumbs_240/veryu-i-lyublyu-6903.jpg)
Автор книги: Конни Мейсон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Мисс Лэйси чересчур хороша для Крэмера, – сказал шпика по имени Барт.
Работник, которого звали Лефти, поддержал товарища: Я тут не собираюсь задерживаться после свадьбы мисс Лэйси.
Сэм решил узнать, в чем же причина такого отношения к Кремеру.
– Почему вы все так не любите его? – спросил он, стараясь не проявлять особого интереса.
– Во-первых, он терпеть не может Энди, – объяснил Лефти.
– Ты прав, Лефти, – согласился юный Барт. – Энди чересчур иногда надоедает, но по сути он славный парнишка, Я всегда рад поболтать с ним. Крэмер частенько обижает его. Не понимаю, почему мисс Лэйси не замечает этого?
– Мы все знаем, почему, – возразил Лефти. – Он богатый, а мисс Лэйси нужны деньги, чтобы сохранить ранчо. Я думаю, Крэмер преследует какие-то гнусные цели. Н уже давно приглядывается к этой земле.
– Почему же хозяйка не возьмет ссуду в банке? – поинтересовался Сэм.
– Она женщина. Банки не дают кредит женин мам, – объяснил Лефти.
Сэм узнал из этого разговора больше, чем рассчитывал. Ему не следует беспокоиться, что случилось с Лэйси или что дальше будет в ее жизни. Но суждения работников по поводу Крэмера выводили его из себя, заставляя испытывать нечто большее, чем просто любопытство. Неудивительно, ведь этого человека Лэйси выбрала в мужья.
Закончив мыться, Сэм увидел, что к нему идет Расти.
– Пошли на кухню, Сэм, – позвал тот. – Люк готовит сегодня свое фирменное жаркое.
– Я ужинаю в Большом доме, – ответил Сэм. Расти застыл на месте.
– Что? – переспросил он. – Я не ослышался, сынок? Ты сказал, что ужинаешь с мисс Лэйси и Энди?
– Ты не ослышался, Расти.
Расти приподнял шляпу и почесал затылок.
– Что происходит, Сэм? Это так не похоже на мисс Лэйси. Ты уверен, что она пригласила тебя на ужин?
– Ну да. Я отправлюсь туда, как только переоденусь. Расти улыбнулся.
– Что ж, не стану мешать. Должно быть, ты понравился мисс Лэйси. Я не припомню, чтобы хоть один мужчина вызывал такой ее интерес.
– Наверное, ей достаточно Тэйлора Крэмера, если она согласилась выйти за него.
Расти снова надел шляпу.
– Хмм… не уверен. Присмотрись к ней. Мисс Лэйси – леди.
Сэм округлил глаза.
Он знал Лэйси лучше чем кого бы то ни было. Она действительно леди, но леди, у которой нет сердца.
Лэйси беспокойно расхаживала по комнате, останавливаясь, чтобы взглянуть в окно. Сэм не придет – напросившись на ужин, он просто хотел заставить ее понервничать. У этого нового Сэма железные нервы. Что подумают Расти и ее работники? Она никогда не приглашала никого из них в Большой дом. Насколько она знала, тех же правил придерживался и ее дядя Хоб, и только Расти иногда разделял с ним трапезу, но он был ему больше другом, чем слугой.
Может, стоит сначала покормить Энди? И потом отправить его из столовой, чтобы Сэм не смог обидеть его. Да, именно так, решила Лэйси и направилась на кухню. Рита встретила ее у дверей.
– Пришел сеньор Сэм, сеньора. Он прошел через черный ход. Мне провести его в гостиную?
Сэм прошел мимо маленькой полной женщины, которую не так-то просто было обойти.
– Не беспокойся, Рита. Я уже здесь.
– Si, сеньор. Ужин готов. Я позову Энди.
– Я уже тут, Рита, – завопил Энди, врываясь в гостиную. – Я надеюсь, у нас на десерт шоколадный пудинг?
– Si, малыш, как ты просил.
– Ты избалуешь его, Рита, – улыбаясь, проговорила Лэйси.
– Возьми маму за руку Энди. Мы оба поведем ее к столу.
Глаза мальчика сверкнули, и Энди серьезно предложил руку Лэйси.
– Ты будешь ужинать с нами, Сэм?
– Ты не возражаешь?
Он послал Лэйси предупреждающий взгляд.
– Нет, если мама согласна.
Лэйси молчала, еле сдерживая себя. Не затевать же скандал при ребенке?
Они вошли в столовую, и Лэйси заняла место во главе стола. Сэм уселся на стуле слева от нее, а Энди справа. Рита появилась почти сразу с подносом, полным жареного мяса, печеного картофеля, горошка и свежего хлеба.
Они молча принялись за еду. Уткнувшись в свою тарелку, Лэйси, как могла, оттягивала начало разговора.
– Я все скушал, мама, – звонко объявил Энди, показывая Лэйси пустую тарелку. – Можно мне теперь пудинг?
Рита вошла, неся три порции темного шоколадного пудинга.
– Это мой самый любимый десерт, Энди, – заметил Сэм с аппетитом поглощая пудинг.
Лэйси промолчала. Каждый раз, когда Сэм обращался к Энди, ее сердце на секунду замирало. Энди нужен отец, но Сэм… нет, только не он. В нем слишком много озлобленности. И она хотела одного – чтобы он исчез из ее жизни, прежде чем разрушит ее.
Тэйлор! Ей еще предстоит сообщить ему, что ее муж жив, но одному Богу известно, как ей этого не хочется. Хотя Тэйлор, возможно, поможет ей ускорить развод.
Энди вытер губы салфеткой и отложил ложку:
– Все, я больше не могу, мама.
– Ты устал, солнышко, иди к себе и готовься ко сну. Я приду пожелать тебе спокойной ночи.
Энди сполз со стула. Он нежно чмокнул мать в губы и подошел к Сэму.
– Наклони голову, – проверещал он хитро.
Лэйси ахнула, разгадав намерение сына, и попыталась предотвратить поцелуй.
– Не беспокой Сэма, милый.
Но Сэм уже наклонил голову. Судя по растерянному лицу, он представления не имел, что собирался сделать мальчик. И искренне удивился, когда Энди приподнялся на цыпочки и громко чмокнул его в щеку.
– Спокойной ночи, Сэм. Я рад, что мама пригласила тебя на ужин. Это лучше, чем когда Крэмер ест с нами. Представляешь, он всегда недоволен моими манерами!
– Я думаю, твои манеры очень неплохи, Энди. Доброй ночи.
Энди вприпрыжку выбежал из комнаты.
– Спасибо, что ничего не сказал при Энди, – нехотя поблагодарила Лэйси.
– Я не идиот, Лэйси. Энди ни при чем. Ему не нравится твой Тэйлор Крэмер, ты знаешь.
– Я знаю, но он ребенок. Ему не понравится любой, кто, по его мнению, украдет у него его мать.
– Но кажется, против меня он ничего не имеет?
– Он видит в тебе наемного работника и только. Все наши рабочие – друзья Энди. Спроси любого. У него нет причин ревновать к тебе.
– Я думаю, ты не права. Но я не отвечаю за него, ведь правда? И какое мне дело, даже если я вижу, что он несчастлив? Это же не мой ребенок! Но у меня нет намерения разводиться с тобой, так что парнишке не нужно беспокоиться из-за Тэйлора.
Лэйси поняла все. За шесть лет разлуки Сэм из милого юноши превратился в злостного тирана. Она поднялась, стараясь выглядеть как можно независимее, что ей всегда хорошо удавалось, и бросила салфетку на стол.
– Пора…
– Подать кофе в гостиную, сеньора?
Рита стояла в дверях. На ее круглом лице застыло ожидание.
– Нет. Я…
– О, кофе, звучит заманчиво, – прервал Сэм, прежде чем Лэйси смогла закончить. – В гостиной будет чудесно, Рита.
– Как ты смеешь! – взорвалась Лэйси, как только Рита ушла. – Это мой дом!
– А я твой муж, – сказал Сэм, хватая Лэйси за локоть и таща ее за собой в гостиную.
Он остановился около софы, но вместо того, чтобы позволить ей сесть, он схватил ее и притянул к себе. Легкая дрожь пробежала по ее спине. Он смотрел ей прямо в глаза, его лицо оказалось так близко, что она могла чувствовать горячее дыхание на своей щеке. Она заморгала, не в силах вынести его взгляда, но он упорно продолжал смотреть на нее.
– Что? Что с тобой?
– Ты такая красивая, – пробормотал он. – Еще красивее, чем была. – Его взгляд остановился на ее груди. – Годы милосердны к тебе.
– Мне было семнадцать, когда мы поженились. Женщины созревают и меняются с годами. Ты тоже изменился.
Его взгляд вернулся к ее лицу.
– Да?
Она колебалась, затем произнесла:
– Ты изменился, стал жестче, холоднее, сдержаннее. Ты тоже повзрослел, твое тело… – Она просто не в состоянии удержаться от комплимента… Сэм превратился в настоящего мужчину. В юности он был худым, долговязым, немножко нескладным, а сейчас перед ней стоял сильный, суровый прекрасный мужчина.
Она отвела взгляд, но Сэм не собирался отступать. Он приподнял ее за подбородок и наклонил голову. Возглас удивления сорвался с ее губ, когда его губы прикоснулись к ее. О Господи, она не могла остановить его. Не сейчас… Нет… Когда узнала, что значит жить без него. Но позволить ему снова обидеть ее! Нет, она просто не вынесет этого.
Первое прикосновение его губ оказалось легче перышка. Но тут же поцелуй стал настойчивее, его губы стали жесткими, требовательными, язык проник во влажную глубину ее рта, ища, пробуя, как будто желая познать ее на вкус.
Она таяла в его объятиях, давая ему то, что он искал. От его прикосновений ее губы, ее тело стали мягкими и податливыми, словно воск. Она больше не контролировала себя. Услышав его стон, Лэйси тут же вернулась к реальности. Оттолкнув его, она вырвалась и в ужасе уставилась на него.
– Зачем ты это делаешь? Ты же ненавидишь меня.
– Я хотел понять, помнишь ли ты, что когда-то было между нами… существует ли все еще это взаимное притяжение.
Лэйси вытерла губы тыльной стороной ладони.
– И что же ты понял? – с горечью спросила она. Сэм насмешливо улыбнулся.
– Я ничего не чувствую. Между нами ничего нет. Ты убила желание, которое мы когда-то испытывали друг к другу. Убила, когда предала меня.
Лэйси смотрела на него, в ее глазах блестели слезы.
Лишь одно слово слетело с ее дрожащих губ:
– Лжец.
Глава 3
Хмурое выражение лица Сэма выдавало его гнев. Он, прищурившись, смотрел на Лэйси.
– Я не лжец, – резко бросил он, отталкивая ее. – Ты убила любовь, которую я испытывал к тебе. Ты ничто для меня.
– Вот и прекрасно! – с той же злостью крикнула Лэйси. – Наши чувства взаимны.
Круто повернувшись, Сэм хлопнул дверью и вышел из дома. Он не мог вспомнить, когда еще так злился, возможно, только в тот день, когда Лэйси выдала его янки. Какого черта ему приспичило целовать ее? Что он хотел доказать?
Он провел языком по губам, ощущая вкус поцелуя. Он не мог забыть мягкое движение ее губ под его губами, и то, как таяло ее тело в его руках. Он постарался выбросить эти волнующие воспоминания из головы. Что, черт побери, с ним происходит? Когда война подошла к концу, ему казалось, что он сумел справиться со своим чувством. Он успокоился, решив, что навсегда вырвал Лэйси из своего сердца, и поэтому никогда не рассказывал о ней своим братьям. Судьба, должно быть, отступилась от него, снова столкнув его с ней, да еще в такое неподходящее время.
Что скажет Лэйси, если узнает, что он скрывается от правосудия? Выдаст его, надеясь, что его повесят и она сможет выйти за Крэмера? Неужели она не понимает, как огорчится Энди, если она решится на этот шаг? Неужели ранчо значит для нее больше, чем собственный сын?
Когда Сэм вошел в барак, работники болтали, гул голосов наполнял комнату. Он поздоровался, игнорируя вопросительные взгляды, направленные на него. Сэм прекрасно понимал, что всех парней разбирает любопытство по поводу его отношений с Лэйси, но пока не собирался открывать правду. Он сам еще не знал, что станет делать и как все обернется. Он все еще пребывал в замешательстве от неожиданной встречи с Лэйси, и ему требовалось время, чтобы прийти в себя и все обдумать.
– Мы играем в покер, – обратился к нему Лефти. – Хочешь с нами?
– Почему бы и нет? – спросил Сэм, опускаясь на пустой стул, который Расти пододвинул ему.
Сэм проиграл в первой партии и победил в следующих двух. Интересно, думал он про себя, надолго ли хватит у парней терпения? Когда его спросят об ужине с хозяйкой?
Ему недолго пришлось ждать.
– Ты пропустил фантастический ужин, – заметил Расти. – Люк приготовил такое жаркое! Объедение! Ничего подобного я в жизни не ел. Рите до него далеко.
Сэм буркнул что-то себе под нос. Расти прочистил горло.
– Я не собираюсь совать нос в твои дела, – продолжил он, – но готов поклясться, что вы с Лэйси были знакомы прежде. Похоже, вы оба не ожидали подобной встречи?
Покер прервался. Все глаза обратились на Сэма. Все с любопытством ждали, что он ответит Расти. Сэм сообразил, что должен сказать что-то, удовлетворяющее Любопытство парней, но не открывающее правды.
– Действительно, мы были знакомы много лет назад. Тяжелая тишина повисла в ответ на его объяснение.
– Ты знал мужа мисс Лэйси? – наконец не выдержал Лефти.
– Ну да, думаю, можно так сказать.
Он замолчал, и когда все поняли, что больше им от него ничего не добиться, игра продолжилась. Но в течение всего вечера он продолжал чувствовать на себе любопытные взгляды.
Когда игра закончилась, Сэм рухнул на свободную койку и тут же уснул. Лэйси была права: он лгал, когда сказал, что ничего не почувствовал, целуя ее. Он чувствовал, помнил, ощущал… чувствовал слишком остро. Когда они впервые занимались любовью, она была невинна. Он помнил и поцелуи украдкой, и мучительно-сладкие объятия, прежде чем они наконец смогли утолить вожделение полностью. Когда они предавались любви, то никак не могли насладиться друг другом и порой забывали об осторожности. И вот как-то ночью Том Питере, отец Лэйси, застал их, и вслед за этим немедленно последовала свадьба. Нет, Сэм не сожалел о женитьбе, во всяком случае, тогда. Он был так беззаветно влюблен, что скорее обрадовался. Сэм знал, что старину Питерса не волнует возможность получить в зятья северянина, представителя вражеской стороны, но мысль, что дочь может родить ребенка без мужа, не давала ему покоя.
А потом Лэйси предала его. Она даже не удосужилась посмотреть на то, что совершила. И когда янки пришли за ним, она где-то гуляла целый день.
Прежде чем сон наконец сморил его, Сэм вспомнил их недавний поцелуй и погрузился в сладкое забвение, припоминая мягкость и чувственность ее цветущего тела.
В последующие дни Сэм был слишком загружен делали, чтобы думать о чем-либо другом. В те дни клеймили скот, и работы хватало, горячей, грязной, тяжелой. Но тогда Сэм открыл в себе нечто новое. Ему понравилась работа на ранчо. И теперь ему стало понятнее намерение Лэйси сохранить ранчо любой ценой. Но метод, который она избрала! Он не мог простить ей этого решения. Он еще не встретил ни одного человека, который бы хорошо отозвался о Тэйлоре Кремере.
Все эти дни работники трудились с раннего утра и были рады тем нескольким свободным часам, что выпадали перед ужином. Наконец работы закончились. Сэм только и думал о том, как бы поскорее рухнуть на койку и отдохнуть, когда вдруг заметил лошадь, привязанную к крыльцу Большого дома. Он тут же позабыл о своем намерении.
Отвернув, кран колонки до отказа, Сэм подставил лицо, плечи и спину под сильную прохладную струю. Потом направился к дому. Он без стука вошел через черный ход, но на кухне наткнулся на Риту.
– Сеньор Сэм, я не слышала, чтобы вы стучали.
– Я и не стучал, Рита. Где Лэйси?
– Но, сеньор, вы не можете входить в дом, когда вам заблагорассудится. Даже сеньор Расти стучит. Сеньора Лэйси установила определенные правила для своих работников.
– Мне наплевать, какие правила установила Лэйси, Рита. Она в гостиной с Крэмером?
– Si, сеньор, подождите здесь. Я доложу ей, что вы хотите поговорить с ней.
– Я сам скажу.
Почему-то мысль о том, что Лэйси беседует с Крэмером наедине, неприятно задела его.
Что, черт возьми, с ним происходит?
Сэм прошел через холл, отделявший кухню от жилой части дома, и, подойдя к двери гостиной, услышал голоса. Вдруг откуда ни возьмись появившийся Энди бросился к нему.
– Ты здесь, что за спешка? – удивился Сэм, подхватив мальчика.
– Он приехал, – выпалил Энди, болтая руками и ногами.
– Кто?
– Этот противный Крэмер. Я слышал, как он сказал маме, что она должна отправить меня в пансион. Я ненавижу его! Неужели мама послушается? Но я буду хорошим мальчиком. – Он повесил голову, засопел и продолжал бубнить: – Я буду, буду… хорошим… во всяком случае, постараюсь.
Сэм поставил Энди на ноги.
– Сбегай, поищи Расти. Я хочу поговорить с твоей мамой.
Энди посмотрел на него с такой надеждой, что Сэм смущенно отвел глаза.
– Ты постараешься уговорить маму не посылать меня в пансион? Я хочу остаться дома.
– Я сделаю все, что смогу, сынок. Энди схватил его руку и крепко сжал.
– Ты мне нравишься, Сэм. Хочешь быть моим папой? Сэм ничего не ответил.
– Иди, Энди. Я поговорю с мамой. Смахнув слезы, Энди побежал прочь.
Сжав кулаки, Сэм смотрел ему вслед. Что произошло, что превратило Лэйси в такую бесчувственную мать? Он не мог поверить в то, что она готова предать собственного сына, лишь бы спасти ранчо. У нее нет сострадания? Нет сердца?
Сэм услышал голоса, доносившиеся из гостиной. Полный решимости, он отворил дверь и вошел.
Мужчина, стоявший к нему спиной, резко обернулся, заслышав его шаги.
– Что это значит? Кто вы такой?
Секунду-другую Сэм изучал Крэмера, и тот сразу не понравился ему. Он был среднего роста, худощавым блондином. Верхнюю губу украшали тонкие усики, его лицо можно было бы даже назвать приятным, если бы не глаза – холодные, рыбьи, лишенные тепла, как, впрочем, и чувств. Неподвижный ледяной взгляд. Да, Энди прав, называя Крэмера «противным». Это мертвые глаза – глаза подлеца и негодяя. Сэм и раньше встречал людей, похожих на Крэмера, и всегда они вызывали у него чувство презрения.
– Сэм? Зачем ты пришел? – воскликнула Лэйси, вторя Крэмеру. – Я же сказала тебе, что сама все улажу.
Крэмер взглянул на Лэйси с холодным высокомерием. Его обманчиво мягкий голос таил в себе бездну властолюбия.
– Может, моя дорогая, вы объясните, что происходит? Сэм ждал, что ответит Лэйси.
– Это не так просто, Тэйлор, – начала она. – Если бы и знала… то никогда бы не согласилась на брак с вами.
Тэйлор метнул на Сэма такой гневный взгляд, который смутил бы любого мужчину послабее духом.
– Продолжай, Лэйси. Лэйси сделала нервный жест.
– Я рассказывала вам, что выходила замуж и что мой муж погиб во время войны.
– Я помню, – кивнул Крэмер. – Но какое отношение наше прежнее замужество имеет к этому человеку, который позволяет себе без стука врываться в ваш дом?
Сэм потерял самообладание. Чем скорее Крэмер узнает правду, тем скорее он оставит Лэйси и ее сына.
– Я полагаю, вы Тэйлор Крэмер, – начал Сэм. – Теперь моя очередь представиться. Я Сэм Гентри, муж Лэйси. Простите, если не подам вам руки. Не каждый день выпадает случай познакомиться с женихом собственной жены.
Крэмер побагровел.
– Что? – Он резко повернулся к Лэйси: – Скажите мне, что это неправда. Скажите мне, что этот малый лжет.
Сэму было почти жаль Лэйси, но его сердце не дрогнуло.
– Я… я не знала, что Сэм жив, – объяснила Лэйси. – Он не пытался найти меня все эти годы. Я верила, что я вдова. Никто, к кому я обращалась, не разубедил меня. Я считала его погибшим.
Крэмер сощурил водянистые глаза.
– Сэм Гентри, – проговорил он с горьким сожалением, – почему вдруг вам взбрело в голову объявиться здесь? Сейчас? Вам давно следовало дать знать Лэйси, что вы живы. Ничего не понимаю, черт возьми!
Лэйси оставалась безучастной, но Сэм ринулся в бой:
– Я и не ожидал, что вы поймете. Я – муж Лэйси, и это все, что вам следует знать. Так что свадьба отменяется, и вы не женитесь на ней. Ни сейчас, ни когда-либо.
– Это мы еще посмотрим! – выкрикнул Крэмер. – Вы не можете вот, так являться и предъявлять права… Я не позволю вам разрушить мои планы.
– Я, кажется, только что сделал это, – с довольным видом заметил Сэм.
Крэмер схватил Лэйси повыше локтя и развернул ее лицом к себе. Сэм процедил сквозь зубы ругательство и сжал кулаки. Затем Крэмер заговорил, и Сэм заставил себя сдержаться, довольно долго слушая ответы Лэйси на вопросы Крэмера.
– Вы по-прежнему хотите выйти за меня, моя дорогая? Терпение Сэма лопнуло:
– К черту, Лэйси! Скажи же этому мужчине, что он хочет знать!
Лэйси возмущало то, что Сэм вздумал командовать ею. Как он смел врываться в ее жизнь? Если бы он хотел ее, то ему нужно было всего лишь вернуться к ней после войны и признать ее и их сына. Она ничего не должна ему. Нет, черт побери, ничего!
Отвечая Крэмеру, она смотрела на Сэма.
– Конечно, я все еще хочу выйти за вас, Тэйлор.
– Проклятие! – проорал Сэм.
Лэйси вздрогнула и пожалела о своих словах. Она боялась этого Сэма, Сэма, которого едва знала.
Снисходительно улыбаясь, Крэмер взглянул на Сэма.
– Это все, что мне нужно знать, моя дорогая. Остальное предоставьте мне. Сэм Гентри бросил вас. В глазах закона это является доказательством несостоятельности брака. Я положу конец вашему так называемому замужеству.
Расстроенный свыше меры, Сэм стиснул зубы.
– Развода не будет, – упрямо возразил он. – Я жду, что вы уедете, Крэмер. Не беспокойте больше мою жену и… сына.
Лэйси продолжала хранить молчание. Она не верила своим ушам. Сэм только что признал Энди! Что это значит? Неужели он наконец заметил сходство между собой и мальчиком? Не обращая внимания на голубые глаза и светлые волосы, он разглядел свои черты?
Крэмер надел шляпу.
– Вы еще не слышали моего последнего слова, Гентри. Что касается вас, Лэйси, я прямо сейчас займусь тем, чтобы избавить вас от этого проходимца. И скоро вернусь. Когда Крэмер исчез за дверью, Лэйси повернулась к Иэму, ее зеленые глаза пылали гневом.
– Черт побери, Сэм Гентри! Ты все испортил! Господи, лучше бы ты оставался мертвым.
– Но я никогда не умирал, – прошипел Сэм. – Я не могу поверить, что ты хочешь выйти за этого бесчувственного кретина.
– Бесчувственного? Ты ничего не знаешь о Тэйлоре, как ты можешь называть его так?
– Я говорил с Энди сразу после приезда Крэмера. Мальчик выскочил из дома, как будто за ним сам дьявол гнался. Он ненавидит Крэмера. Ты никогда не задумывалась почему? Лэйси поджала губы.
– Я знаю почему. Он ревнует.
– Ревность тут ни при чем. Энди думает, что ты после свадьбы собираешься отослать его в пансион.
Лэйси покраснела.
– Он, должно быть, слышал наш разговор. Тэйлор считает, что в пансионе Энди будет лучше. Но я не уверена. Он еще слишком мал, чтобы разлучать его с домом. Энди слышал только часть разговора, до того как я высказала свои сомнения. Почему это тебя беспокоит? Энди тебе никто.
– Я не могу оставаться равнодушным к судьбе любого ребенка, который ненавидит и боится человека, за которого собирается выйти его мать.
– Не только мне, но и Энди нужен Тэйлор. Я делала все, что в моих силах, после смерти дяди Хоба, но у меня нет опыта, чтобы управлять ранчо. У Тэйлора опыт есть, и он хочет облегчить нашу жизнь. – Она посмотрела ему прямо в глаза: – Энди нужен отец.
– Ты стараешься убедить себя, но не меня. Я не дам тебе развода. Пора понять, что ты ничего не добьешься таким образом. Подумай о сыне и откажись от этой затеи.
– У меня в жизни есть только Энди! – вскрикнула Лэйси. – Мой отец умер, ты пропал, у меня не осталось никого, кроме Энди. Дядя Хоб буквально спас нас обоих, когда пригласил переехать к нему в Техас. Он любил это ранчо, он хотел, чтобы мы продолжили его дело.
– Ты, черт возьми, задолжала мне куда больше. Предательство ни с чем не сравнится.
– Скажи мне откровенно, Сэм. Что ты можешь дать мне и Энди? У тебя есть деньги, чтобы спасти ранчо? У тебя есть дом? Собственность? Что ты можешь обещать нам? – Она покачала головой. – Ничего, я полагаю. Судя по всему, нечто совсем особенное привело тебя в Техас. Могу я спросить – что?
Сэм не мог ничего ответить на эти вопросы. Не говорить же Лэйси, что он преследуется за ограбление банка? Он нищий. Ни дома. Ни земли. Очень мало денег. Но он не желал так легко отпускать ее. Она должна заплатить за свое предательство. Кроме того, расстроить ее свадьбу с Тэйлором значило помочь Энди.
– Ты права. У меня нет ни дома, ни собственности, – подтвердил он, – но у жены есть и то и другое. На этом и закончим, а сейчас, если ты не возражаешь, я должен идти. У меня был тяжелый день.
Он совершил ошибку, повернувшись к Лэйси спиной. Она подлетела к нему сзади и стала дубасить кулаками, захлебываясь слезами и приговаривая:
– Почему ты так поступаешь со мной?
Сэм развернулся, схватил ее за плечи и силой привлек к себе.
– Ты знаешь почему.
Гнев ослепил его. Не отпуская ее, он заглянул в потаенную глубину ее дивных глаз. То, что он увидел, заставит его отступить. Отчаяние, безнадежность и что-то еще. Что-то вспыхнуло и погасло. И вдруг до него дошло желание. Она хотела его, его, а не Крэмера.
Стон вырвался из его груди, когда он склонил голову и поймал ее губы. Она затихла в его руках, ее тело натянулось словно тетива. Глаза на секунду расширились и тут же закрылись, когда поцелуй стал глубже, а его язык раздвинул ее губы. Ее вкус, ее аромат и то, как она внезапно обмякла в его руках, – все это оживило воспоминания о но прошедшей любви.
Лэйси не могла противиться соблазну его мягких губ.
о мужчину она когда-то любила вопреки всему. Это Энди. Она не слишком активно сопротивлялась, когда руки легли ей на грудь. И прерывисто задышала, да его пальцы начали ласкать соски.
– Почему ты предала меня, Лэйси? – прошептал он. Очарование исчезло. Лэйси попыталась освободить от его рук, ставших внезапно жесткими и требованными.
– Я не предавала.
– Кто отец Энди? – Его хватка стала жесткой.
Лэйси взглянула на него, с трудом контролируя растущую панику. Так он знает?
– Скажи мне сам, – прошептала она. Он грубо оттолкнул ее:
– Не-надо играть со мной. Хочешь убедить меня в том, что он мой?
Лэйси вытерла губы.
– Я вовсе не собираюсь убеждать тебя. Тебе лучше уехать, Сэм. Я должна найти Энди и покормить его ужином.
– Я найду его, – сказал Сэм после долгой паузы. Он направился к двери.
И вдруг отчаянная мысль пришла ей в голову.
– Сэм, подожди!
Сэм медленно повернулся, его темные брови вопросительно приподнялись.
– Расти и другие работники знают о нас?
– Пока нет, но вряд ли они долго будут пребывать в неведении.
Он ушел, оставив ее в растерянности.
Что нашло на нее? Все, что Сэм сделал, – прикоснулся к ней, и она тут же погибла. Она гордилась, что он никогда не узнает, как сильно она была привязана к нему. Их жизни были настолько разными… Если бы только он поверил в ее непричастность к тому, что случилось с ним.
Что произошло с Сэмом за эти долгие годы разлуки? Она знала, что у него есть братья, он часто говорил о них. Рассказывал, что у них была ферма в Канзасе. Но Сэм только что сказал, что у него ничего нет, ни дома, ни денег, ни земли. Здесь явно какая-то тайна, которую она даже не попыталась раскрыть. Интересно, что привело Сэма в Техас? Наверняка что-то такое, чего ей лучше не знать.
Сэм никак не мог выбросить из головы мысли о Крэмере. Следующее дни были заполнены работой, работой и работой. И еще Энди. Мальчуган, казалось, наслаждался общением с Сэмом. А Сэм не понимал почему.
Мальчик не проявлял такой симпатии ни к одному из работников. Даже к Расти, который безбожно баловал его. На самом деле в Сэме росло чувство большее, чем просто симпатия, и он укорял себя за это.
Крэмер не вернулся на ранчо. Может, он струсил? – думал Сэм. Ну нет, Крэмер так просто не откажется от своей затеи. Он, похоже, собирался прибрать ранчо к рукам, и это озадачило Сэма.
Вечером, поужинав с парнями на общей кухне, Сэм пошел в барак вместе с Расти и вдруг увидел лошадь Крэмера. Она стояла у крыльца Большого дома, лениво отмахиваясь хвостом от мух.
– Извини, Расти, но мне нужно повидать Лэйси.
Расти схватил его за руку:
– Постой, Сэм. Между тобой и мисс Лэйси что-то есть?
– Пока нет, Расти. Если такое появится, ты узнаешь об этом первым.
– Я не очень понимаю, что происходит, но не хочу, чтобы кто-то обидел мисс Лэйси.
Сэм круто развернулся:
– Ты считаешь, что я способен обидеть ее? Я? Не мистер Крэмер?
– Я не знаю, что и думать. Мы все огорчились, узнав, что мисс Лэйси собирается стать женой Крэмера, но вряд ли она найдет свое счастье с тобой.
– Придержи свое мнение, Расти. Кто угодно лучше, нежели Крэмер. – Он высвободил руку. – Увидимся в бараке.
Гнев, клокотавший внутри Сэма, грозил вырваться наружу. Если Крэмер не уберется, он сильно пожалеет об этом. Сэм так погрузился в свои невеселые мысли, что не заметил, как Энди откуда ни возьмись возник перед ним.
– Эй, Сэм, постой.
Сэм повернулся и подождал, пока Энди подойдет.
– Почему ты не в доме? Собирается гроза.
– Я сбежал, – прошептал Энди. – Он снова там.
– Знаю. Я как раз направлялся в дом, чтобы потолковать с ним.
Энди просиял:
– А знаешь, ты мне нравишься, Сэм.
– Ты мне тоже, Энди, – будто со стороны услышал Сэм свои слова. – А почему бы тебе не вернуться в свою комнату, пока мама тебя не хватилась?
Пока Сэм шел к дому, он так накрутил себя, что готов был выбросить Крэмера вон. Окна гостиной светились, но Сэм свернул за угол и вошел через черный ход. Рита готовила ужин.
– Не ругайся, – сказал Сэм, когда Рита открыла рот, чтобы задержать его. – Я кое-что хотел бы сказать тебе. Я знаю, ты не болтлива.
Рита сдвинула брови, но ничего не сказала, ожидая продолжения.
Сэм надеялся, что, рассказав Рите все как есть, он получит право беспрепятственно входить в дом.
– Это длинная история, Рита. В общем, Лэйси и я женаты. Уже шесть лет…
Сэм прокашлялся, собираясь начать повествование, Рита недоверчиво хмыкнула.
– Это правда, Рита, – сказал Сэм. – Мое имя Сэм Гентри.
– Но… но сеньор Сэм, сеньора Лэйси собирается замуж за сеньора Крэмера. Ее муж погиб на войне.
– Как видишь, я жив. Мы… мы потеряли друг друга, и она поверила в мою смерть. Теперь, когда я отыскал ее, не может быть и речи о новом замужестве Лэйси. Они в гостиной?
– Si, сеньор. Я пойду, предупрежу, что вы здесь.
– Не беспокойся. Я сам скажу.
Напряженная, прямая, как палка, Лэйси присела на край софы, чтобы выслушать Тэйлора. Заложив руки за спину, он расхаживал перед ней, напыщенный и важный.
– Как вы могли такое сделать, Лэйси? – возмущался Крэмер. – Мы должны были пожениться через две недели. Теперь свадьба состоится лишь после того, как я выпровожу Сэма Гентри. – Он остановился перед ней и, подняв с софы, притянул к себе. – Вы ведь не хотите оставаться женой ковбоя, у которого ни гроша за душой?
– Конечно, нет, – без колебания ответила Лэйси. Она думала о будущем Энди. Крэмер готов был дать то, что так нужно Энди: дом, безопасность, деньги на его образование.
Улыбка Крэмера излучала холод. Его необъяснимая холодность передалась Лэйси, и мурашки побежали у нее по спине.
– Отлично, – сказал Крэмер. – Я надеялся, что вы так скажете. Предоставьте все остальное мне, моя прелесть. Так или иначе, Сэм Гентри навсегда исчезнет из вашей жизни. Я не позволю ему вмешиваться в мои планы, касающиеся ранчо. – Он осекся, сообразив, что невольно проговорился. – О, простите, моя дорогая, я хотел сказать: «в наши свадебные планы».
Сэм незаметно вошел в гостиную как раз в тот момент, когда Лэйси спросила:
– А что вы хотите делать с Сэмом?
– Не думайте об этом, Лэйси. Поверьте, я точно знаю, как избавиться от Сэма Гентри.
Прежде чем Лэйси успела опомниться, Крэмер обнял се за талию и, наклонившись, поцеловал в губы. Он целовал ее и прежде, но на этот раз она ощутила настойчивость его губ и вероломность языка. Она не помнила, чтобы его вкус и запах были так отвратительны, и вздрогнула, когда его пальцы легли на ее грудь.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?