Текст книги "Три стадии глубокого гипнотического сна"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tri-stadii-glubokogo-gipnoticheskogo-sna-175727.jpg)
Автор книги: Константин Костенко
Жанр: Драматургия, Поэзия и Драматургия
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц) [доступный отрывок для чтения: 1 страниц]
Константин Костенко
Три стадии глубокого гипнотического сна
Действующие лица
Глина.
Даша.
Полосатов.
Виктор.
Ольга.
Официант.
Лето. День. Комната в коммунальной квартире
На полу несколько тюков и сумок с вещами, а также сложенная раскладушка, связка книг, музыкальный инструмент в потертом футляре, старый проигрыватель с вмонтированным радиоприемником и стопка виниловых дисков к нему.
Радиоприемник включен, что-то вещает в качестве фона. Даша (19 лет) – миловидна, хрупковата, – порхая по комнате, смахивает тряпкой пыль, извлекает из сумок и тюков вещи и аккуратно раскладывает их. Достав небольшой портрет на ножке с фотографией женщины, с грустью смотрит на него, после чего ставит на видное место.
Входит ее отец, Илья Сергеевич Глина (39 лет). Шумен, эмоционален, крепкого сложения, почти великан. На нем комбинированный костюм – часть армейских элементов, часть гражданских, – в руке продуктовый пакет.
Глина. Даша, кипяти воду, пельмени сварим. Не знаю, как у тебя, а у меня в желудке идет настройка оркестра.
Даша. Ты купил пельмени?
Глина. И не только. Кусочек сыра… Смотри. Хороший, пармезан.
Даша. Взял бы обычный, костромской.
Глина. Пара баночек йогурта с шоколадной крошкой…
Даша. А это что? Конфеты?
Глина. Коробка понравилась. Тебе, бери.
Даша. По-моему, мы договорились: будем экономить.
Глина. Ой, да ладно! Один раз живем. Я возьму парочку, можно?
Даша. Ты нашел работу?
Глина. Сливочная помадка… Слушай, объедение! Бери, не стесняйся.
Даша. Потом. Пап, ты был в музыкальной школе? Что сказали?
Глина. В школу я попал не сразу. Для начала обошел центр города. Ты знаешь, весьма прилично. Даже фонтан с подсветкой есть. На площади, рядом с Белым домом.
Даша. Я видела издалека, когда проезжали.
Глина. Правда, как мне объяснили, работает в основном по ночам, во время праздников. Еще возьму?
Даша. Зачем спрашиваешь?
Глина. Ну а после я направил свои стопы туда, где обычно сходятся все городские тропинки. Питейное заведение.
Даша. Зачем ты туда ходил?
Глина. Дашенька, я помню: «сухой закон». Смотри: другая начинка! Что это, как думаешь?
Даша. Не знаю. Крем-брюле.
Глина. Я отправился туда совсем с другой целью. Ты должна понимать: там средоточие всех городских слухов и новостей.
Даша. Понятно.
Глина. Слушай, у нас пельмени растают к черту. Сбегай, пожалуйста, положи в холодильник.
Даша. Остальное тоже захватить?
Глина. Конфеты оставь. Не забудь: наша полка сверху.
Даша. Может, их лучше сварить?
Глина. Да, да, поставь кипятиться воду.
Даша, взяв пакет, уходит. Глина глушит радио, ставит на проигрыватель пластинку. Звучит концерт для валторны с оркестром. Глина извлекает из футляра валторну, находит в кармане фланелевую тряпочку, заботливо протирает инструмент. Входит Даша.
На кухне никого?
Даша. Пусто. Пап, ты наконец расскажешь, что узнал в городе? Нарочно испытываешь терпение?
Глина. Где альбом с гербарием? Что-то не вижу. Мы не забыли его?
Даша. Вот же, под книжками.
Глина. Бадан толстолистый… Зимолюбка зонтичная… Не торопи, дочка, все расскажу. Обязательно все узнаешь. Чтобы не терзалась попусту, могу сразу сказать: у нас все будет хорошо.
Даша. Правда?
Глина. Я уверен. Во всяком случае, есть надежда. И ты надейся. Немного обживемся, обязательно выберу время и пройдусь по местным полям. Здесь должна быть богатейшая растительность. Видела, какие леса в пригороде?
Даша. У нас, по-моему, были погуще.
Глина. Сравнила. Там тайга, а здесь… Это, Дашенька, просто необходимо: собирать гербарий, слушать хорошую музыку, читать книги… Научные трактаты, стихи… Гимнастика души. Иначе – деградация и моральная смерть. Согласна со мной?
Даша. Так что там насчет музыкальной школы?
Глина. Хорошо, слушай. Когда зашел в пивнушку, там сидела парочка экземпляров. Взял стакан сока, подсел, разговорились. И знаешь, что узнал?
Даша. Что?
Глина. Она частная.
Даша. Школа?
Глина. Да. Заправляет ею некто Полосатов. Игорь Антонович, кажется. Погоди-ка… (Достает клочок бумажки.) Так и есть.
Даша. Дай.
Глина. Он здесь многим владеет. Магазины, парикмахерские… Фактически первое лицо. То ли бизнесмен, то ли депутат. Может, то и другое, я не вникал.
Даша. Его телефон?
Глина. Прогулялся до музыкальной школы, выпросил номер. Здесь рабочий и домашний.
Даша. Собираешься позвонить?
Глина. Как я понял, здесь многое делается через него. Простой, говорят, без снобизма. Позже позвоню. Мне кажется, Даша, этот телефонный номер – наш золотой ключик к успешному будущему. Все будет хорошо, Дашка! Верь мне! (Обхватывает и приподнимает дочь.)
Даша. Тише, закружишь!
Глина. Закружу, заверчу!.. Помню, в детстве возьму тебя… А ты такая махонькая, такая крохотулечка… Все боялся, как бы не выскользнула. Ручищи-то у меня – будь здоров. Да очень уж неуклюжие. Сейчас поставим мою девочку, поставим мою куколку. Оп-ля!
Даша. Приземлились.
Глина. Видишь, до сих пор свободно тебя поднимаю. Есть еще силенка.
Даша. Может, нужно было к бабушке поехать?
Глина. Не думаю. Там никаких перспектив ни для тебя, ни для меня.
Даша. Зато тихий, уютный городок.
Глина. В этой тишине только гнить и спиваться. Там довольно посредственная музыкальная школа при Доме пионеров. И ту, по-моему, закрыли. А здесь – солидное здание, ты бы видела. Пластиковые окна, чугунная ограда… Ты поставила мамин портрет?
Даша. Она как будто до сих пор рядом с нами, правда же?
Глина. Да, довольно удачное фото. Как живая. Почему не ешь конфеты? Я ведь тебе нес, а сам лопаю и лопаю.
Даша. Боже! Вода! (Убегает.)
Глина, закончив протирку валторны, укладывает ее обратно в футляр. Освобождает связку книг от веревки, начинает их раскладывать. Задумывается. Выключив проигрыватель, достает мобильный телефон и, сверяясь с клочком бумаги, набирает номер.
Глина. Алло, Игорь Антонович… Здравствуйте… Я?.. Ну мое имя вам вряд ли что-нибудь скажет… Глина Илья Сергеевич… Да, совершенно верно: Глина. Фамилия. Есть великий композитор Глинка, а есть ничем не примечательный музыкант Глина… Что?.. Да. Духовые инструменты… В музыкальной школе. Зашел в поисках подходящей вакансии. Сказали, лучше предварительно созвониться с вами… Что? Завтра?.. Конечно, разумеется! Я человек безработный, ничем не занятый… Конечно, конечно, вполне… Подождите, сейчас. (Что-то ищет.) Одну секундочку, Игорь Антонович.
Входит Даша. Отец шепчет ей:
Где ручка? Найди сейчас же. Минуточку, Игорь Антонович. Тут такой кавардак!
Даша подает ручку.
Диктуйте, записываю. Первый Прудный переулок… Так… Дом пять… Все? Без квартиры?.. Ах, ну да, конечно! Загородный особняк! Разумеется! Экология, чистый воздух… Да, да, всего доброго. До завтра. (Кладет трубку.)
Даша. Звонил Полосатову?
Глина. Дашенька, представляешь… Меня пригласил в дом! Лично!
Даша. Завтра? Во сколько?
Глина. Утром, в одиннадцать.
Даша. Ты записал адрес на гербарии? Зачем?
Глина. Что? А, это… Ерунда. Слушай, такие приятные интонации в голосе… Очень хороший человек, я чувствую. То есть ты понимаешь, что это?
Даша. Что?
Глина. Огромное доверие! Не в офис, не куда-нибудь… Домой, в особняк!.. Черт побери, как все удачно складывается! Дашка! (Прижимает дочь к себе.) Нет, мне определенно нравится этот город! Посмотри, даже мама на портрете, по-моему, радуется за нас. Кстати, что там с пельмешками?
Даша. Хотела спросить: тебе с бульоном или без?
Глина. С бульоном, с маслом, с перцем!.. Постой, может, за шампанским сбегать? Я имею в виду детское, без градусов. Просто чтобы пузырьки! Чтоб лилось и шипело!.. Думаешь, нет? Не стоит?
Даша. Пап, обойдемся без этого.
Глина. Хорошо, дочурка. Полностью полагаюсь на твое мнение.
Даша уходит. Глина отрывает от страницы с гербарием кусок с записью, кладет в карман.
День. Особняк Полосатова, столовая
За столом, с торца, на стуле с высокими ножками сидит Полосатов (43 года). Мертвенно-бледный цвет лица, колючий взгляд, тонкие губы, которые иногда оживляет жиденькая, брезгливая улыбка. Чуть поодаль, за столом же находится Виктор (35 лет). Оба обедают. Перед ними стоит Глина.
Глина. В последнее время все складывалось не совсем удачно. Похоронил жену, уволился со службы… Не мог больше там находиться, все о ней напоминало.
Полосатов. Понимаю вас.
Глина. Приехали с дочерью сюда, в город. Хотелось бы найти тут свое счастье.
Полосатов. Где остановились?
Глина. Небольшая комната в коммуналке. Уютно, прилично… Но уж больно цены дерут в ваших краях. Не ожидал. Простите.
Полосатов. Значит, вы военный музыкант?
Глина. Был до некоторого момента.
Полосатов. Общевойсковое училище?
Глина. Что? Нет, Московская военная консерватория.
Полосатов. У меня тоже диплом о высшем образовании. Академия народного хозяйства. Диссертацию потихонечку дописываю. Значит, хотели бы устроиться в Детскую музыкальную школу? Я правильно вас понял, Илья Сергеевич?
Глина. Мне кажется, я умею ладить с детьми. Полагаю, у меня врожденные педагогические способности.
Полосатов. Сыграйте что-нибудь.
Глина. Секунду. (Достает из футляра инструмент, подсоединяет съемные трубки, продувает и вставляет мундштук.) Что играть?
Полосатов. Что угодно. Учитывая то, что мы за столом… Что-нибудь для пищеварения, пожалуйста.
Глина (смеется). Понимаю, Игорь Антонович. Один момент. (Исполняет классику.)
Входит жена Полосатова, Ольга (30 лет). Стройная, привлекательная, держится чуть отстраненно, с холодком. Глина заканчивает играть.
Полосатов. Вы руку в трубу засунули. Это что, так надо? Удобнее держать?
Глина. Я не только ее там держал, я ею работал. Просто вы не заметили. Повышал и понижал звуковые частоты.
Полосатов. Кстати, моя жена, Ольга Сергеевна.
Глина. Очень приятно. Польщен. Глина Илья Сергеевич, старший лейтенант в отставке.
Полосатов. Ты что-то хотела?
Ольга. Ничего. Проснулась от шума. Приятного аппетита.
Полосатов. Куда ты?
Ольга. К себе. Голова болит. (Уходит.)
Полосатов. Извините, еще вопрос.
Глина. Слушаю вас.
Полосатов. Хотелось бы узнать, почему, когда вы смеетесь или улыбаетесь, вы все время прикрываетесь рукой. Что с вами?
Глина. Ах, это… Стесняюсь.
Полосатов. Стесняетесь? Чего?
Глина. Видите ли, мои передние зубы…
Полосатов. Что с ними?
Глина. Они неродные, искусственные.
Полосатов. Металлокерамика?
Глина. Пришлось вставить. Пародонтоз. Удалось неплохо заработать одно время. У генерал-лейтенанта Каракульцева были пышные похороны, пригласили поиграть. Было это, правда, – дай бог не соврать – лет семь назад. За это время коронки расшатались, стали сползать… Теперь видите… Выпирают, как у бобра. Стыдно, неловко.
Полосатов. Ну что ж, стыд – прекрасное качество. Редкое в наш прагматичный век. Хорошо, что еще находятся те, кто способен стыдиться. Виктор, фужер, пожалуйста.
Виктор. Что?
Полосатов. Дай его мне.
Виктор подает фужер.
Твой.
Виктор подает другой фужер. Полосатов выплескивает из него минералку, наполняет шампанским.
Выпейте, Илья Сергеевич.
Виктор несет фужер Глине.
Глина. Что это? Шампанское? Игорь Антонович, бога ради простите… Не могу.
Полосатов. Почему?
Глина. Понимаете, был подвержен этому делу. Жутко, до болезненного пристрастия. Жена-покойница долго терпела. Дошел до ручки. Потом сказал себе: «Стоп!» Игорь Антонович, я дочке обещал, клялся, чем мог. Вы бы видели ее: ангел во плоти. Единственное утешение для меня в этой жизни.
Полосатов. Выпейте, Илья Сергеевич.
Виктор вставляет ножку фужера Глине в руку.
Глина. Даже не знаю… И хочется, и колется, как говорится. Что ж… Ваше здоровье, Игорь Антонович. И ваше. (Выпивает.) Отлично! Изумительный вкус! Причем давно забытый. Священный нектар, амброзия!
Полосатов делает знак Виктору. Тот подвозит небольшую платформу на колесиках в виде ступеней. Полосатов спускается по ним со стула, после чего становится понятно, что это тщедушный, маленького роста человек, можно сказать, карлик.
Полосатов. Видите ли, Илья Сергеевич… По поводу музыкальной школы… Город не такой уж большой, сами, наверное, заметили.
Глина. Вы бы видели, Игорь Антонович, из какой дыры приехали мы с Дашкой…
Полосатов. Людей с музыкальным образованием хватает. Я бы даже сказал, с избытком. Кому-то повезло больше: работает по специальности. Другим пришлось сменить сферу деятельности.
Глина. И все же хотелось бы трудиться на том поприще, к которому расположена душа.
Полосатов. Вы могли бы немножко подождать?
Глина. Подождать чего, Игорь Антонович? Простите.
Полосатов. Не берусь утверждать, но все же не исключено, что теперешний директор школы вскоре может уволиться.
Глина. По собственному желанию или…
Полосатов. Думаю, вы смогли бы занять его место.
Глина. Игорь Антонович!.. Невероятно!
Полосатов. Вы ведь не только музыкант, вы еще и военный. А это значит, что сможете поддерживать дисциплину. Где вы, говорите, остановились? На квартире?
Глина. Комната, Игорь Антонович. Но это на первое время. До тех пор, пока не встанем на ноги.
Полосатов. Вот что. Предлагаю вам переехать ко мне.
Глина. Сюда?!
Полосатов. Ну не прямо сюда. В подвал. Не беспокойтесь, все оборудовано, чисто, отдельный вход… Платить ни за что не придется. Более того, у вас будут бесплатные завтрак, обед, полдник…
Глина. Невероятно! Но почему я? За что вы так добры именно ко мне, Игорь Антонович?
Полосатов. Мне нравится помогать людям. Я ведь тоже приехал издалека. Без рубля, можно сказать, в кармане.
Глина. Вы не местный? Откуда вы?
Полосатов. Пришлось начинать с нуля. Да, да, Илья Сергеич, и у меня бывали сложные времена. Так что приятно иной раз протянуть руку помощи. Тем более вы – защитник Отечества, а я им всегда симпатизировал.
Глина. Да, но я бывший.
Полосатов. Но если вдруг страна позовет…
Глина. Тогда да, без разговоров. Священный долг. И все же, простите…
Полосатов. Что?
Глина. Не привык быть иждивенцем. Ведь что-то же я должен буду делать. Дурацкая такая, знаете, догма в голове: ничто не делается просто так.
Полосатов. Ваши сомнения понятны. Не утруждайте себя объяснениями. На данный момент у меня отсутствует сторож.
Глина. Сторож?
Полосатов. Да. Кому-то ведь нужно охранять территорию, открывать ворота, когда кто-то приезжает…
Глина. Да, да, да.
Полосатов. Был до этого человек, пришлось уволить. Разгильдяй и прощелыга. Место вакантно.
Глина. То есть нужно будет охранять территорию?
Полосатов. Ну если заметите какой-нибудь беспорядок во дворе или в доме… Мусор, сухие ветки… Думаю, для вас не составит труда…
Глина. Что вы, что вы, Игорь Антонович. Безусловно.
Полосатов. Надеюсь, это временно. До тех пор, пока не освободится место директора в школе.
Глина. Спасибо!
Полосатов. Дочка большая?
Глина. Чья, моя? Девятнадцать в этом году исполнилось, в апреле. Я уже запланировал: как только встанем потверже на ноги, отправлю ее учиться. Здесь, насколько мне известно, парочка приличных вузов. А у нее неплохие результаты по ЕГЭ. Такая умница, Игорь Антонович, такой смышленый ребенок…
Полосатов. Она могла бы помогать вам по хозяйству. Хотите, устрою ее официально горничной?
Глина. Нужно будет поговорить с ней.
Полосатов. Само собой, я не настаиваю. И еще одна обязанность.
Глина. У меня? Какая?
Полосатов. Я поднимаюсь рано, в шесть утра. Сможете будить меня в это время?
Глина. Конечно, мне не сложно.
Полосатов. Но только не заходя в дом.
Глина. Прошу прощения…
Полосатов. Будете ходить под окнами во дворе и играть что-нибудь при наступлении зари на своей трубе.
Глина. Извините, Игорь Антонович, маленький нюансик… Это валторна, не труба.
Полосатов. Я не музыкант, Илья Сергеевич, я деловой человек.
Глина. Конечно, конечно.
Полосатов. Значит, договорились. Переезжаете в дом, работаете сторожем и будите меня по утрам. Я могу, конечно, просыпаться под звон будильника, как это делал до вас. Но куда приятнее слышать поутру звуки чудесной музыки.
Глина. Разумеется.
Полосатов. Жду вас завтра. С вещами и дочерью. Как ее зовут?
Глина. Дарья, Игорь Антонович. Дашенька.
Полосатов. Да, и вот вам… (Достает из портмоне купюру.) На первое время. Возьмите.
Глина. Простите, но…
Полосатов. Что?
Глина. Я не могу так. Я еще не приступил к своим обязанностям.
Виктор вкладывает купюру в карман Глины.
Хорошо, я отработаю. Вы не пожалеете, Игорь Антонович! Я умею быть признательным, клянусь честью! Спасибо вам огромное! (Протягивает руку для рукопожатия.)
Полосатов. Еще шампанского?
Глина. Нет, нет, что вы. Это уже будет хамством и злоупотреблением. Да и дочка, по правде говоря… Она ведь заметит. А я такой – совершенно лишен способности врать.
Полосатов делает знак Виктору. Тот наполняет и подает Глине фужер.
Ладно, так и быть. Еще бокальчик. Трудно отказать себе в таком удовольствии! За вас. (Пьет.)
Виктор приносит тарелку с канапе, Полосатов протягивает ее Глине. Тот закусывает и, почти мгновенно впадая в опьянение и дурашливость, начинает играть на валторне, но тут же прерывается.
Бог ты мой, совсем забыл! Ваша жена… У нее болела голова.
Полосатов. Ничего, продолжайте.
Глина играет, одновременно с этим шутовски кривляясь и маршируя. Полосатов и Виктор наблюдают за его ужимками с ледяным спокойствием.
День. Особняк, подвал
Просторно, но при этом узкие оконные проемы почти под самым потолком, закрытые решеткой. На полу опять те же тюки и сумки с вещами. Даша, вооружившись веником и совком, метет пол.
Входит Глина, неся пару старых стульев.
Глина. Стулья дали. Чуть позже обещали старую кровать на чердаке посмотреть. Позовут, как отыщут. Заживем тут с тобой, Дашутка! Иди, присядь.
Даша. Некогда. Порядок нужно сначала навести.
Глина. Какая ты у меня!.. Где бы ни находились, всюду тебе приходится наводить порядок.
Даша. Кто же в беспорядке живет?
Глина. Видишь как. Не успели в одном месте обосноваться, и вот снова… Но так всегда бывает, когда что-то меняешь в жизни. У нас и с твоей мамой так же было, когда поехала за мной в глухомань. Все к лучшему, доча, я чувствую, верь мне. Слушай, а давай в кино смотаемся, а!
Даша. Какое?
Глина. Любое, какое подвернется. Сядем вечером на маршрутку до центра, погуляем возле фонтана, посмотрим фильм… В кафе-мороженое можно заглянуть по пути.
Даша. А деньги?
Глина. А это что, по-твоему? Аванс, Дашка! Мы теперь с тобой обеспеченные люди. Все идет как по маслу.
Даша. До вечера еще далеко. Поглядим.
Глина. Зайдем в один магазинчик. Заколку для волос там присмотрел. Красивая, сверкает!.. Будто вся в алмазах. Естественно, обыкновенные стекляшки, но… На тебе бы смотрелось просто бесподобно.
Даша. Зачем мне заколка? У меня есть.
Глина. Какая ты… Скучная, никакого восторга.
Даша. Пап, деньги лучше не тратить. Неизвестно, что будет дальше.
Глина. Как неизвестно?! Игорь Антонович ведь сказал… И я ему верю. Нужно верить людям. Да, да. Нужно жить, наслаждаться, тратить деньги!.. Иначе зачем вообще все? Ну тебя, расстроила только.
Ольга (входя). Можно?
Глина. Конечно, Ольга Сергеевна. Входите. Ведь это ваш дом.
Ольга. Теперь он частично и ваш.
Глина. Ну что вы, мы всего лишь гости, наемные работники. Прошу, садитесь.
Ольга. Спасибо. Ваши вещи?
Глина. Да, убогий скарб. Кочуем туда-сюда, как бедуины.
Ольга. Это, кажется, для винила?
Глина. Совершенно верно, проигрыватель виниловых дисков.
Ольга. У моих родителей почти такой же стоял. Не помню, что за фирма. Господи, как давно это было!
Глина. Много лет назад начал собирать домашнюю фонотеку. В основном виниловые пластинки. Вот они, видите? Все тут.
Ольга. Что на них?
Глина. Классицизм, романтизм, барокко… Классические произведения. Жалко такое выбрасывать. Приходится таскать прицепом этот агрегат. Хотите что-нибудь послушать?
Ольга. Не знаю. Включите.
Глина ставит диск.
Что это?
Глина. Моцарт. Концерт для валторны с оркестром. (Извлекает из футляра инструмент.) Вот оно, это чудо. Валторна в переводе с немецкого – лесной рог.
Ольга. В самом деле? Потрясающе.
Глина. Да, да, этот инструмент – правда, в другом, более упрощенном виде – был известен еще древним германцам и этрускам.
Ольга. В самом деле?
Глина. Произведения для валторны писали такие прославленные композиторы, как Йозеф Гайдн, Людвиг ван Бетховен, Оливье Мессиан… Изумительный инструмент! Просто волшебные звуки! А когда играешь на улице, в солнечную погоду… Вы бы видели, как сияет медь! Смотрите, какие изгибы… Сколько в ней изящества, грации…
Ольга. Вы говорите о ней, как о женщине.
Глина. Правда? (Смеется.) Ну что ж, раз она женского рода, следовательно… Да, кстати, забыл представить. Дарья, подойди сюда, будь добра.
Даша, которая только что вынула из вещей материнский портрет, приближается.
Знакомьтесь, моя дочь Даша.
Даша. Да, это я.
Ольга. Ольга Сергеевна.
Даша. Очень приятно.
Глина. Мое счастье. Смысл всей оставшейся жизни.
Ольга. Извините, а это кто?
Глина. Покойная супруга, Женечка. Любовь всей жизни и печальная утрата, к глубочайшему сожалению.
Даша. Мама умерла.
Глина. Не так давно, можно сказать, ушла от нас с Дашенькой. Сердечные раны до сих пор свежи.
Ольга. Простите, я, наверное, зря спросила. Не думала, что причиню вам боль.
Глина. Нет, нет, что вы. Жизнь идет своим чередом. Никуда не денешься, такова сущность бытия. Иди, Дарья, иди, прибирайся.
Пластинка заедает, заикается.
Ольга. Что-то с музыкой.
Глина. Топните.
Ольга. Что?
Глина. Топните, пожалуйста, посильнее. Ногой, Ольга Сергеевна. Смелее.
Ольга топает. Музыка воспроизводится в обычном режиме.
Ольга. Чудеса!
Глина. Видите? Достаточно небольшого механического воздействия, и музыка вновь льется. Плавно и неспешно.
На стене, мигая лампочкой, срабатывает сигнальное устройство.
Простите, нужно бежать. Игорь Антонович зовет. По всей видимости, нашлась кровать. (Спешит к выходу, задерживается, протягивая валторну.) Возьмите кто-нибудь, пожалуйста.
Ольга (опережая Дашу). Я сама. Давайте.
Глина убегает. Пауза.
Вы до этого жили в военном гарнизоне?
Даша. Да, среди густого леса.
Ольга. Здорово!
Даша. Честно говоря, мало интересного. Комары и мошки. Даже змеи иногда попадались.
Ольга. Мой отец тоже военный.
Даша. Да?
Ольга. Но он все больше при штабе, в городе. Со змеями нам сталкиваться не приходилось. С настоящими, имеется в виду, не в человеческом обличии.
Даша. Только мы – у себя, там – не на квартире жили. Нам не досталось.
Ольга. Где же?
Даша. В Доме офицеров. Направо по коридору буфет и туалет, налево, сразу за стеной – кинозал. Все фильмы по нескольку раз слушать приходилось. Лежишь, засыпаешь, а за стенкой или диалог влюбленных, или кто-то стреляет.
Ольга. Ужас.
Даша. «Фрэнки, приятель, иди сюда, ты должен это видеть. – Что это?! – Он убит. – Черт, похоже, он мертв! – Это так же верно как то, что вчера было воскресенье». Или вот это: «Должен заметить, леди, конные прогулки действуют на вас не лучшим образом. Вы делаетесь необузданны. – Не пытайтесь быть циничным, Джордж. Вы для этого слишком мягкотелы».
Ольга. Учила наизусть?
Даша. Пришлось. Давайте, зачем вам ее держать? (Кладет валторну в футляр.)
Ольга. В нашем парке еще не была? Видела пруд с форелью?
Даша. Нет еще.
Ольга. Обязательно сходи.
Даша. Хорошо, спасибо. Думаю, будет время. У вас там еще, кажется, статуи…
Ольга. Где, вдоль аллеи? Да, но там лучше не гулять.
Даша. Почему?
Ольга. Потому что это каменные уродцы. Немые свидетели. Короче, пошлость и безвкусица.
Даша. А по-моему, очень красиво. Ольга Сергеевна, вы живете здесь, как героиня французского исторического фильма.
Ольга. Все просто. Главное – удачно выйти замуж и не умереть со скуки раньше времени. А так, вообще, да, жить можно. Иногда действительно забавно и интересно. И, кстати, чтобы лишний раз не утомлять себя, можешь звать меня просто по имени. Договорились?
Даша. Спасибо, постараюсь.
Глина с Виктором вносят кровать, застревают в проходе.
Виктор. Вправо. Вбок поверните, по оси.
Глина. Так-с. Готово.
Виктор. Где ставим?
Глина. Тут, у стеночки. После при необходимости подвинем.
Виктор направляется к выходу.
Спасибо за помощь.
Виктор. Не за что. (Уходит.)
Ольга. Я, пожалуй, тоже пойду, не буду мешать.
Глина. Вы нисколько не мешаете, Ольга Сергеевна.
Ольга. Располагайтесь, отдыхайте. (Уходит.)
Глина (растягиваясь на кровати). Ну как тебе?
Даша. Что?
Глина. Хоромы.
Даша. Ничего, жить можно.
Глина. Нужно! Гляди, красота какая! Как в лучших отелях Лондона и Парижа. Тебя здесь пристроим, а я где-нибудь в сторонке, на раскладушке. Иди, приляг.
Даша. Зачем?
Глина. Ложись. Мне нужно убедиться, что тебе комфортно. Как, удобно?
Даша. Да.
Глина. Ничто не мешает, не давит?
Даша. Жестковато.
Глина идет к выходу.
Куда ты?
Глина. За матрасом. Совсем забыл, дуралей, что он дожидается меня на чердаке.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?