Читать книгу "Всего лишь травница"

Тот сидел, сжав губы, а я почему-то вспомнила, как он ими меня целовал. Встряхнула головой – не о том сейчас думать нужно! Его Светлость вдруг ухватил меня одной рукой за шею, а пыльцы второй сунул мне в рот.

– Давай, выплевывай все, что успела проглотить, – рычал он мне в ухо и встряхивал, как тряпичную куклу.

Я уцепилась обеими руками за его запястье и попыталась донести, что сама прочищу желудок, но все было тщетно. Лорд-канцлер оказался слишком силен, чтобы мои потуги хоть как-то могли отвлечь его от цели… Наконец, когда я, по его мнению, исторгла все и даже чуть больше, лорд Вестон убрал пальцы из моего рта и подсунул под нос собственную флягу.

– Пей! – приказал он.

Ослушаться я не посмела – сама понимала, что делает он все правильно, пускай и излишне жестко. Опустошила через силу чужую флягу, и экзекуция началась по новой.

– Хватит, – хрипя, я оттолкнула руку мужчины, та неожиданно легко поддалась, и я смогла вытереть рот тыльной стороной ладони.

Пока пыталась отдышаться, заметила, что куртка и рубашка промокли насквозь. Из запасных вещей оставалось только платье, и то лежало оно в повозке и отставало от нас примерно на полдня. Стянула полы куртки, чтобы прикрыть начавшую просвечивать ткань рубашки, мужчины тактично отводили глаза. Все, кроме Его Светлости. Лорд-канцлер сверлил меня взглядом, будто это я была виновата в том, что так получилось. Да если бы я не глотнула воду из фляги герцога Ламандского, мы бы так и не узнали, что его до сих пор кто-то травит, между прочим! Так что он еще и поблагодарить меня должен. Потому что попробовавший бирицин один раз уже не чувствует его вкуса.

– Кто-то продолжает вас травить! – озвучила я очевидное.

– Да, но не очень удачно – воде я предпочитаю кое-что виноградное. А вот ты, Мари – к сожалению, нет, – герцог смотрел на меня с сочувствием и беспокойством, что так явно плескалось в его голубых глазах.

– Андре, ты пил сегодня из фляги? – задал вопрос Его Светлость.

– Буквально пару глотков. Тот, кто сильно ждет моей скорейшей кончины, похоже, не очень-то хорошо меня знает.

– Отравить воду тебе могли только на постоялом дворе в Торнвиле, это значит, что за нами неотрывно кто-то следует, или же предатель находится прямо среди нас, – лорд канцлер тяжелым взглядом обвел Джереми и Томаса.

Я и герцог Ламандский по понятным причинам оказались вне подозрений. Воины, не сговариваясь, одновременно подскочили с бревна, выпрямились в струну, ударили себя кулаком в область сердца и в унисон задекламировали:

– Клянусь защищать Короля и его интересы, исполнять приказы и говорить только правду, сражаться за державу и защищать ее от врагов, проявлять доблесть и не проявлять трусости, клянусь в верности лорду Дрейку Вестону, герцогу Ирривии и препоручаю ему свою жизнь!

Мы все застыли в напряжении и, не шевелясь, ждали реакции лорд-канцлера.

ГЛАВА 7

– Принято! – ответил спустя некоторое время Его Светлость, и все заметно расслабились. Не очень-то приятно подозревать людей, которым подставляешь свою спину, в предательстве. – Готовьте лошадей! – приказал он своим воинам, мне же кинул в руки сорочку, которую вытащил из собственной сумки: – Переоденься, Мари!

Молча взяла одежду и отправилась в сторону леса, что находился шагах в пятидесяти от полянки, на которой мы отдыхали.

– Мари, подожди! – окликнул герцог Ламандский, вдруг перешедший на «ты». Похоже, он всерьез обеспокоился моим состоянием. – Я провожу.

Пожала плечами и, не сбавляя хода, продолжила путь.

– Ты как? – догнал меня молодой герцог.

– Не знаю, – откликнулась я, все так же шагая и глядя, как мелькают в траве носки моих ботинок. Смотреть в затянутые искренней тревогой и сочувствием глаза герцога я остерегалась. Слишком велика была вероятность не сдержаться и устроить истерику. – Наверное, еще не осознала.

– Мне жаль, что так получилось, – тронул он меня за плечо. – Что из-за меня ты оказалась втянутой во всю эту историю, а теперь еще и рискуешь жизнью.

– Да, – горько ответила я.

Герцог остался стоять возле кромки леса, я же углубилась внутрь. Сняла мокрые куртку и рубашку, бюстье тоже сняла и надела сорочку Его Светлости. Материал оказался достаточно плотным, сразу было видно – вещица из разряда тех, что простым людям не по карману. Застегнула все пуговицы, рукава пришлось закатать, а свободный низ завязать в узел на поясе. Думаю, лорд-канцлер простит мою вольность.

Обратно шли молча. Я не спешила затевать разговор по душам, потому что сама еще не понимала, как реагировать на случившееся, ну а герцог Ламандский, очевидно, был слишком хорошо воспитан, чтобы в такой момент лезть ко мне в душу. Лорд-канцлер и его люди ждали нас верхом, молодой герцог помог мне забраться на лошадь, после чего легко вскочил в седло сам. Мы снова отправились в путь, дорога на этот раз шла лесом.

– Ты уже приняла свой настой? – подъехал ко мне Его Светлость.

– Приму, как только почувствую недомогание, – равнодушно отозвалась я.

– Мы добудем этот цветок и приготовим антидот, тебе всего лишь нужно продержаться несколько дней. О любом изменении самочувствия докладывай мне.

– Как скажете, Ваша Светлость, – устало ответила я. Все прошлые разногласия с лорд-канцлером померкли на фоне моей весьма вероятной скорой смерти, и теперь специфическая манера общения Его Светлости трогала мало. Какой смысл страдать из-за пары поцелуев, когда на кону теперь стоит моя жизнь…

Меня неуемно клонило в сон, но было ли это предвестником начавшей действовать отравы или же просто сказывался недостаток отдыха, с уверенностью сказать я не могла. То мне казалось, что я отчетливо чувствую головокружение, то боли в животе, то мне чудился чей-то печальный зов. О том, что бирицин влияет на душевное здоровье, я даже не знала.

– Вы ничего не слышите? – наконец не выдержала я и поинтересовалась у спутников.

– Что именно? – потребовал лорд-канцлер.

– Кто-то просит о помощи. Очень жалобно и безнадежно, – призналась я в том, что мучило меня вот уже четверть часа.

Томас с Джереми переглянулись, герцог Ламандский смотрел с жалостью, а Его Светлость нахмурился.

– Андрэ, тебя мучили галлюцинации? – обратился он к молодому герцогу. Тот отрицательно качнул головой:

– Чего не было, того не было. Мари, ты пока переодевалась в лесу, никаких ягод не ела?

– Я выросла в лесу, и даже если бы решила перекусить после всего случившегося, то отличить съедобные ягоды от несъедобных уж точно бы смогла.

– Мы на другом конце Королевства, госпожа Мари, подал голос Джереми. – Здешние растения могут быть вам не знакомы.

– Я ничего не ела, – отчеканила я. Чужие непрекращающиеся настойчивые мольбы не давали сосредоточиться и действовали на нервы.

– На что это похоже? – подъехал ко мне ближе Его Светлость. Было приятно, что хоть кто-то отнесся серьезно к моим словам. Странно только, что этим человеком оказался лорд-канцлер.

– Звон в голове. Как будто внутри меня сидит ребенок и непрестанно дергает за юбку. Он становится только сильнее, – пожаловалась я.

– Это магия.

– Кто-то прямо сейчас пытается свести меня с ума? Ему было мало бирицина? – не поняла я.

– Нет. Твоя магия что-то почувствовала и теперь зовет тебя. И, пока ты не выполнишь то, что она хочет, она не отпустит. Веди нас к источнику зова.

– Вы уверены?

– Ну, ты же сама сказала, что не ела никаких незнакомых ягод, – подмигнул лорд-канцлер.

И я впервые с удивлением обнаружила в нем что-то простое, человеческое. Надо же, он даже по-доброму шутить может… Постепенно звон в голове заместил собой все вокруг. Я практически не видела дороги, ориентировалась лишь по просвету неба, что замутненный взор цеплял между макушек деревьев. Спутники исчезли из моего сознания, будто их и не было вовсе, усталость и разочарование забылись, оставались лишь я и чей-то зов, что вел меня. Как по ниточке я зачарованно следовала за чужой мольбой о помощи и точно знала: сейчас я все делаю верно. Вот ниточка-паутинка свернула в лес, и я вслед за ней. Краем уха услышала приказ Его Светлости Томасу и Джереми оставаться на дороге и тут же о нем забыла.

В какой-то момент деревья начали расти все гуще, и лошадей пришлось оставить. Я в панике направляла животное от одного ствола к другому, не понимая, как дальше следовать за зовом, пока лорд-канцлер не взял лошадь под уздцы и не помог мне слезть.

– Дальше пешком, – пояснил Его Светлость, и я, рассеянно кивнув, поспешила вперед.

Сухие ветки царапали лицо и трепали прическу, под ногами хрустел валежник, паутина оседала на волосах и шее, а один раз я почти наступила в муравейник, благо лорд-канцлер был настороже и в последний момент дернул меня в сторону.

– Мари, будь осторожнее! – донесся откуда-то сбоку укоризненный и вместе с тем обеспокоенный голос герцога Ламандского. Значит, он тоже пошел с нами. Или Его Светлость остерегся оставлять подопечного.

Не знаю, как долго мы шли и насколько глубоко забрели в лес, но деревья в один момент как-то резко расступились, и мы очутились на самом краю небольшой полянки. Но это была не та гостеприимная и полная жизни полянка, на которой мы останавливались для привала. Нет, нашим глазам предстало жуткое место. Черная трава была покрыта чем-то масляным и блестящим, стволы ближайших деревьев походили скорее на обугленные палки, невесть зачем воткнутые в землю, а в самом центре поляны стоял деревянный крест, на котором был подвешен огромных размеров медведь. Два ворона, словно стражи, кружили над беспомощным хищником. Все вокруг мерцало темно-красной пыльцой, а от того места, где должно было располагаться сердце несчастного животного, тянулся жуткий бордовый жгут. Он вился, пульсировал и терялся в самой чаще леса.

– Золотая медведица, – пробормотал герцог Ламандский, и только тогда я обратила внимание на то, что шкура зверя действительно отдает в золото. – Я думал, это только легенды.

– Они существуют, – уверенно откликнулся Его Светлость. – Шкура золотой медведицы лечит практически от всех болезней. И нет, при вашем отравлении она не поможет, потому что магическая. Такая имеется у нашего короля, и поэтому наш главный дворцовый целитель в основном занимается тем, что пишет статьи в научные журналы.

– Тогда что такое мы сейчас наблюдаем? – просипела я. Звон в голове достиг своей квинтэссенции, и я будто наяву разделяла страдания животного. А ему было больно. Очень. И еще безнадежно, настолько, что я едва могла устоять на ногах.

– Очевидно, какой-то чудовищный и абсолютно незаконный ритуал. Кто-то выкачивает из нее жизненные силы, потому ты и почувствовала зов. Это откликнулась твоя магия.

– У Мари есть магия? – удивился герцог Ламандский.

– Даже не знаю, к сожалению, или к счастью, – хмыкнул лорд-канцлер.

– Давайте уже сделаем что-нибудь! – взмолилась я. – Я больше не могу выносить ее страданий.

– Не думаю, что смогу хоть чем-то помочь, – произнес огорченно молодой герцог. – Мне при рождении магии не досталось.

– Ты знаешь, что делать, Мари? Тогда вперед, – съязвил Его Светлость и махнул рукой в сторону медведицы.

– Я думала, вы знаете, – взглянула я смущенно и растерянно на менталиста.

– Мне конечно о многом известно по долгу службы, но в запрещенных ритуалах я не спец. В любом случае, не думаю, что спешка сослужит нам добрую службу. Предлагаю сперва оглядеться.

Втроем мы ступили на черную траву, и я тут же почувствовала, как силы стремительно начали покидать меня.

– Назад! – рявкнул лорд-канцлер и потянул нас с герцогом Ламандским обратно.

– Преступник использует медведицу как проводник! Через нее он выкачивает жизненные силы всего леса, – как только отдышалась, произнесла я. – Черное пятно со временем разрастается, и все, что попадает в него, тут же начинает отдавать свои силы.

– Похоже на то, – согласился Его Светлость.

– Мы же не оставим все это так? – я с детской надеждой заглянула в темные глаза лорд-канцлера.

– Раз уж мы здесь оказались, будем разбираться, – не разочаровал для разнообразия Его Светлость. – Нам надо как-то подобраться ближе к кресту и освободить несчастное животное.

– Боюсь, безопасно, это возможно сделать только по воздуху, – уныло произнесла я. – Вы случайно не умеете левитировать?

– Я похож на дракона?

– Очень! Такой же страшный, с кошмарным характером, осталось только научиться плеваться огнем, – искренне молвила я.

– Мари! – простонал герцог Ламандский, очевидно, сраженный наповал моей бесцеремонностью. Единственное, чем я могла себя оправдать в тот момент, это – ужасное самочувствие и помутненный рассудок из-за страданий животного. Ну и отравление, конечно. Могло оно так быстро начать вредить головному мозгу?

– Умничка! – неожиданно похвалил лорд-канцлер. – С помощью огня мы и пройдем. Только нам нужен не обычный, а немного магический.

– И где мы его возьмем? – в моем понимании магический огонь могли создавать лишь маги огня или те же драконы. Последних, говорят, даже встречали в соседнем Королевстве.

– Мне, кстати, тоже интересно, – подал голос молодой герцог.

– Как вернемся, отправишься в университет. Я лично за этим прослежу, – почему-то разозлился на меня Его Светлость. – Магия содержится в нашей крови. Достаточно добавить несколько капель в горящий огонь, и он станет магическим.

– А мне-то откуда было такие тонкости знать, – буркнула я. – Я магом никогда стать не готовилась.

– Давай свою испорченную рубашку, будем факел делать.

Я в очередной раз мысленно поблагодарила Ильду за сумку, с которой не расставалась, так что все жизненно необходимое всегда находилось при мне. В том числе и вещи, которые нужно было постирать. Я вытащила одежку и протянула лорд-канцлеру он тем временем, не прилагая особых усилий, отломил подходящую ветку у ближайшего дерева, споро намотал на нее ткань и пропитал чем-то из своей сумки. После вытащил огниво и одним мощным ударом зажег факел.

– Чувствую себя бесполезным балластом, – прокомментировал герцог Ламандский.

– Тогда будь добр, подержи, – Его Светлость сунул герцогу в руки факел, вытащил нож из голенища сапога и хладнокровно провел по собственной ладони.

Поднес раненную руку к факелу и дождался, когда пара капель упадет прямо на огонь. Тот зашипел, задергался, а когда вновь стал гореть ровно, замерцал и постепенно сменил цвет на фиолетовый.

– Обалдеть! – неблаговоспитанно изрекла я.

– Ну и слова, леди так не выражаются, – покачал головой Его Светлость.

– Я не леди, – отстраненно напомнила я, будучи не в силах отвести глаз от самого красивейшего и волшебного пламени, что видела в собственной жизни.

– Я помню, твоя мать родила тебя в конюшне, – один в один повторил мои слова, сказанные в порыве гнева, лорд-канцлер. На самом деле, конечно, я таких подробностей не знала, но подозреваю, что случилось все в бане или в обычной кровати. Вряд ли матушке взбрело вдруг в голову в самый ответственный момент отправиться к лошадям. Герцог Ламандский от неожиданности закашлялся. – Идемте собирать хворост, – скомандовал лорд-канцлер. – Нам его понадобится предостаточно. Андрэ, будешь светить нам.

Солнце уже давно успело уплыть за горизонт, и в лесу стремительно темнело, так что факел действительно оказался не лишним. Правда молодой герцог передал его мне и заявил, что не собирается работать светильником, пока женщина будет вынуждена таскать на себе тяжести. Птичий вес хвороста и бедственное состояние самого Андрэ его в тот момент не смутили. Так что я покорно таскала горящий факел, следуя за мужчинами, попутно любовалась необычным пламенем и тактично не замечала, что вес древка не превосходил веса хвороста. Разве что факел значительно уступал в объеме, а от того носить его было не в пример удобнее. Мы таскали сухие ветки и траву на край поляны до тех пор, пока Его Светлость не решил, что материиала уже достаточно. А после началось самое интересное: кулон менталиста загорелся фиолетовым, и собранный хворост начал без чьей-либо видимой помощи укладываться в плотную дорожку, шириной примерно с мой локоть.

– Опять телекинез? – со знанием дела прокомментировала я.

– Да. Им я в отличие от левитации овладел в совершенстве, – хмыкнул менталист, а веточки так и продолжали взлетать и опускаться на полянку.

– А что с ней не так? Почему вы не можете левитировать? – не унималась я. Но так хоть могла отвлечься на что-то, кроме жутких страданий волшебного животного.

– Перемещать какие-то вещи и самого себя – далеко не одно и то же. В этих процессах задействуются совершенно разные типы магии, – туманно объяснил лорд-канцлер. – Левитируют маги воздуха, используя потоки. Ты в академии обязательно их увидишь. Готово. Андрэ, факел.

Герцог Ламандский протянул требуемое, Его Светлость решительно поднес огонь к ровно настеленной дорожке и поджег ту. Магическое пламя взвилось вверх примерно на половину человеческого роста, треща и высекая пурпурные искры, достигло конца дорожки, а потом так же резко опало, будто волна сошла, и все потухло. Гореть остался лишь факел в руках лорд-канцлера.

– Мари, за мной! – скомандовал он. – Андрэ, остаешься здесь, и только попробуй начать геройствовать и сунуться к зверю! С тебя и одного бирицина достаточно будет.

– Как вам будет угодно, лорд Вестон! – чопорно отозвался герцог, а потом подмигнул мне. – Но вы не можете запретить мне переживать за Мари.

– Уверяю тебя, ты ей ничем не поможешь, а вот меня в нужный момент можешь отвлечь. Верну я тебе Мари в целости и сохранности.

– В целости уже не вернете, – вздохнула я, припомнив, чем совсем недавно по собственной глупости отравилась.

Вместе с Его Светлостью мы ступили на дорожку из пепла, разрезавшую жуткую полянку прямо до креста с медведицей. Лорд-канцлер шел впереди, я ступала следом. Вороны, завидев нас, забеспокоились: раздалось предостерегающее карканье, и птицы, сделав пару кругов над головой медведицы, резко устремились в нашу сторону.

– Осторожней, Мари! – долетел до меня не на шутку обеспокоенный голос герцога.

– Лежать! – заорал Его Светлость и принялся размахивать факелом.

ГЛАВА 8

Я тут же нырнула в пепел и прикрыла голову руками. Карканье не прекращалось и раздавалось совсем близко с нами, я даже слышала, как хлопают сильные крылья, и больше всего боялась, что птицы заставят Его Светлость оступиться, а поляна высосет из единственного нашего защитника все силы в угоду какому-то магу – любителю практиковать запрещенные ритуалы. Но голову от страха я так и не подняла, поэтому ориентироваться в происходящем могла только на слух. Лорд-канцлер ругнулся, злое карканье резко сменилось жалким писком, а потом я услышала два глухих последовательных удара о землю.

Осторожно подняла голову и осмотрелась. Его Светлость хмуро разглядывал что-то у себя под ногами, я поднялась на четвереньки, а потом встала рядом с лорд-канцлером. На земле валялись две птичьи тушки, и вот та, что упала на нашу тропинку, с виду была невредима, если не считать нескольких струек вытекшей крови, а второй не повезло – она приземлилась прямо в вязкую черноту страшной поляны. На наших глазах тушка усохла, скукожилась и осыпалась прахом, на все про все понадобилось не больше минуты. Меня передернуло – то же самое могло случиться и с нами, не скомандуй вовремя Его Светлость отступать.

– Вы их победили? – сморозила я очевидную глупость, лишь бы не молчать. От увиденного становилось жутко.

– Сжег им мозги, – невозмутимо кивнул Его Светлость, будто жечь мозги – было обычным для него, вполне себе повседневным занятием.

– И людям тоже можете? – на всякий случай я отодвинулась на шаг, бдительно следя за тем, чтобы ненароком не покинуть пределов тропинки.

– Вообще-то, это трибунал, – странно посмотрел на меня лорд-канцлер.

– Я думала, таких, как вы, это не касается.

– Меня это касается даже больше, чем остальных. С того, кому многое дано, и спрос соответствующий. Запомни это, – от его предельно серьезного взгляда мне сделалось слегка не по себе. – Идем, спасать твою медведицу.