Читать книгу "Бывшие. Верну твою любовь"

Глава 15. Соня

Резко вскидываю на него взгляд и отступаю на шаг. Круглыми глазами смотрю на Фила, стоящего передо мной. Его пальцы чуть сильнее сжимают моё запястье и я дёргаю руку. Отпускает.

– Здравствуй, Соня, – чуть улыбается Фил и, наклонив набок голову, проходится по мне взглядом. – К мужу пришла?

Я постепенно прихожу в себя. Выпрямляюсь и поднимаю подбородок.

– Здравствуй, Филипп, – отвечаю без улыбки.

– Не думал, что встречу тебя здесь. Уже ушёл почти, но кое-что забыл в кабинете твоего мужа. Как поживаешь, Соня?

– Хорошо. Спасибо за беспокойство, – отвожу взгляд в сторону и хочу обойти его. – Извини, Филипп, мне идти надо.

Делаю шаг влево, но мужчина повторяет за мной движение и встаёт так, словно не пропускает. Опять поднимаю на него взгляд. В моих глазах – немой вопрос, а в глазах Фила…

Не выдерживаю и отворачиваюсь.

– Ты избегаешь меня, Соня? – его голос звучит тихо. Хотя в этом узком коридоре нет никого, кроме нас, но он говорит так тихо, чтобы слышала его только я.

– У меня нет времени, Филипп. Я должна идти. К тому же… я не хочу, чтобы Сева… Всеволод видел нас вместе, – говорю ему прямо.

– А что такое? Твой муж тебе не доверяет? – почему-то усмехается Фил.

Чуть хмурюсь и вопросительно смотрю на него. У меня нет желания продолжать этот разговор.

– Ты стала другой, Соня, – Фил щурится и скользит по моему лицу внимательным взглядом.

– Учителя хорошие были, – не могу сдержаться я.

– Ты обижена? – он выгибает бровь.

– Мне пора, Филипп, – делаю шаг и чуть не врезаюсь в руку Фила, которую он выставляет передо мной, упираясь ладонью в стену.

Перевожу на него хмурый взгляд.

– Ты счастлива, Соня? – звучит неожиданный вопрос от бывшего.

Что за игру он ведёт? Что значат эти вопросы?

– Любишь мужа? – продолжает он, наклоняясь и приближая своё лицо ко мне.

– Тебя это не касается, Филипп, – цежу я, отстраняясь.

– Значит, не любишь, – с усмешкой произносит он.

– Очень люблю! – выпаливаю я на эмоциях. – Так люблю, как никого не любила! И да, я, наконец, счастлива! Потому что меня любят и ценят. И не предадут!

Брови Фила сходятся на переносице.

– Ты обо мне сейчас? – смотрит грозно.

– Неважно, Филипп. Мне надо идти. Пусти меня. Меня ждут.

– Я тебе не верю, – вдруг слетает с его губ.

Чуть отшатываюсь, когда он становится ещё ближе. Ловлю его взгляд на своих губах и очень стараюсь, чтобы они не дрожали. А у самой по венам кровь леденеет и разносит холод по телу, заставляя пальцы коченеть.

И я снова чувствую себя наивной маленькой девочкой, которую сломал Фил несколько лет назад. А я не хочу.

Упираюсь руками ему в грудь и тут же отдёргиваю их, словно получаю мощный разряд током.

– Не верю, – повторяет он и резкое движение и его губы впечатываются в мой приоткрытый от возмущения и удивления рот.

Распахнув широко глаза, я, не моргая, таращусь на сосредоточенное лицо Фила, целующего меня. Его веки медленно опускаются. Горячая ладонь ложится мне на затылок.

Это надо остановить. Надо!

И я не нахожу ничего лучшего, чем просто оттолкнуть его от себя и, чтобы привести его в чувство, слегка ударяю его ладонью по скуле. Это даже не пощёчина! Даже звука удара не слышно!

Но лицо Фила вмиг становится багровым. Он злится. Я слишком хорошо его знаю.

Сжав губы в тонкую полоску, он снова ступает ко мне. Но тут я слышу родной голосок:

– Мама! Найди меня! Мама!

Мы с Филом замираем. Оба. Одновременно. Ураган эмоций проносится между нами. А у меня в груди срывается и падает в пропасть сердце, когда я понимаю, что моей тайны больше нет.

– Мама! Ты почему меня не ищешь?!

Я резко оборачиваюсь и вижу, как к нам бежит Стася. Улыбается и подпрыгивает.

Быстро перевожу взгляд снова на Фила и с ужасом наблюдаю, как он с интересом смотрит на дочку. На нашу с ним дочку.

Глава 16. Фил

Скула моментально вспыхивает. Но не от боли. Удар был слабый. От злости. Нет, не на Соню. На себя.

Что я творю? Зачем этот поцелуй?

Это моё прошлое. Соня – бывшая. Зачем мне проблемы из-за неё? А они ведь будут, если я не успокоюсь и не включу голову.

Смотрю на неё и понимаю, что ничего не понимаю. Я помню её запах. Тепло её кожи. Я её помню. Всю помню. Слишком ярко помню. Неужели за эти четыре года не смог забыть? Что в ней такого, что она так впечаталась мне в память?

И сейчас… этот поцелуй… Бред…

А на губах словно ожог. Словно и не было этих лет. Она вообще не изменилась! Её вкус. Только красивее стала… Бред! Лина ничуть ей не уступает!

После этой слабой пощёчины делаю сначала шаг к ней, а потом сам же отступаю. Беру себя в руки. Сжимаю крепче кулаки и до скрежета стискиваю зубы.

Она – бывшая и нет ничего, что связывало бы нас в настоящем…

Или…

– Мама! – звучит уже знакомый мне голосок.

Вижу, как вспыхивают глаза Сони испуганным блеском. Щёки вмиг становятся алыми. Губы безмолвно подрагивают. Словно боятся выдать тайну.

Какую, Соня?

– Мама! – повторяет девчушка и я понимаю, что она обращается к Соне.

Мама?!

Ищу её взгляд, а она уже развернулась и смотрит на бегущую к ней девочку. Стася? Так, кажется, её зовут?

Отступаю чуть в сторону, чтобы выйти из-за спины Сони и впиваюсь взглядом в девчушку. Блуждаю по ней взглядом.

Сколько ей?!

Просто смотрю, а у самого перед глазами словно пелена. Как туманом закрыло всё. И сглотнуть пытаюсь и не могу. В глотке – пустыня и её пески медленно стекают в грудную клетку и заполняют собою. И только сердце как бешенный зверь рвётся в отчаянии, пугая и заставляя меня чувствовать себя живым.

Да, ну, нет. Не может быть. Она же… Неужели обманули? Но зачем? Она не могла! Она бы не оставила!

Сколько лет Стасе? Стася… Настя? Анастасия?

И, как стрела в сознание, слова Сони: «Если у меня будет дочка, то я назову её Анастасией». Если… но она же…

Я как придурок таращусь на ребёнка, ища в её облике, в её глазах, чертах лица ответы на свои вопросы. Вернее, нет, на единственный вопрос!

Девчонка, тем временем, подбегает к нам. Соня присаживается и подхватывает малышку на руки. Прижимает к себе, а на меня не смотрит! Хмурится и словно пытается руками закрыть от меня ребёнка.

Значит, я прав?!

– Соня? – зову её и она поднимает на меня потухший взгляд.

Смотрит как-то обречённо. Как будто я ей приговор озвучил. Почему? Что с ней?

– Мама, а я знаю этого дядю! – громко шепчет ей на ухо дочка. – Он тоже «л» не мог говолить! Его Фил зовут!

Невольно улыбаюсь и тут же чувствую хоть и небольшое, но облегчение. В отличие от меня Соня, наоборот, словно напрягается. Снова хмурится и губами прижимается к детской щеке.

Собирается уйти.

Встаю на пути. Куда? А кто даст ответы на мои вопросы? Они нужны мне сейчас!

Взгляд в глаза и немой диалог. Короткий, но сколько в нём силы! У меня дыхание перехватывает. Я вспоминаю свою Соню. Снова вспоминаю её!

– Нам надо идти, Филипп, – звучит холодное и колкое.

– Соня… – начинаю я, но тут меня кто-то хлопает по плечу сзади и я осекаюсь.

– Фил, а ты здесь что делаешь? Вот, не ожидал тебя тут встретить!

Резко оборачиваюсь и вижу перед собой улыбающегося бывшего одноклассника Романа.

Всего одна секунда, но этого оказывается достаточно, чтобы Соня, обойдя меня, сбежала с дочкой на руках.

Смотрю ей в спину, пытаясь упорядочить мысли в голове и вернуть спокойное дыхание.

Глава 17. Фил

– Фил! Ты как здесь? Сколько лет не виделись! Ты где? Как, вообще?

Перевожу взгляд на Романа, который явно рад нашей встрече. Хлопает меня по плечу, улыбается.

А я стою как истукан. В голове – просто каша. Ни одной мысли, на которой можно было бы сосредоточиться и проанализировать. Чёрт.

– Да я… – начинаю я. – Я по бизнесу тут…

– Ты к кому здесь? – улыбка моментально сходит с лица Романа. – По бизнесу?

Он хмурится. И я начинаю более-менее концентрироваться.

– Да, – отвечаю. – Совместный проект у меня со Степановым.

– Со Степановым? – нахмурившись, потирает подбородок.

– А ты знаешь его? Ты как здесь? Тоже по делу?

– Ну, можно сказать и так, – усмехается он. – По работе, – хитро щурится.

– Погоди, – теперь хмурюсь я. – А говорили, что ты, вроде как, в прокуратуре сейчас? Так?

– Так, – кивает с ухмылкой. – По работе я здесь, Фил. В общем, – быстро оглядывается словно боится, что нас подслушают. – Не хотел бы здесь… давай встретимся где-нибудь? Ты как? Позвони мне, – и он суёт мне свою карточку. – Только обязательно позвони, Фил! Не стоит тут с бизнесом мутить… не стоит… – многозначительно смотрит на меня, а потом добавляет: – всё, побежал. Звони!

Жмём руки и он забегает в лифт.

Я стою с карточкой в руках. «Не стоит»? Хм.

С Ромкой у нас были отличные отношения в школе, да и потом пару лет. Мы были друзьями. Потом, правда, дороги разошлись. И, вот, встреча…

Странно. Валера же говорил, что всё чисто у Степанова – не подкопаешься. А тут Роман с его «не стоит тут мутить». Странно. Однозначно надо с ним встретиться.

Но это всё потом.

Не знаю, на что рассчитываю, но словно очухиваюсь и выбегаю из здания в поисках Сони и её дочки. Её и… чьей?

И почему-то в памяти всплывает мой разговор с девочкой Стасей. И её взгляд. Зацепил. Именно взгляд. Как будто что-то…

Выхватываю взглядом, как Соня торопливо усаживается вместе с дочкой на руках в подъехавшую тонированную машину. Хлопок двери и машина быстро уезжает.

Соня сбегает от меня. Есть причины?

Ай-ай-ай, Соня, как нехорошо сбегать от вопросов.

Стою на улице, засунув руки в карманы брюк и подставляя лицо прохладному ветру. И почему-то чувствую что-то сродни эйфории. Даже не понимаю, из-за чего. Какое-то необъяснимое ощущение радости. Словно я нашёл что-то, что точно изменит мою жизнь. И изменит её к лучшему. Мне кажется, я даже улыбаюсь.

Я не хочу пока думать о том, кто отец Стаси. Ну, углубляться не хочу. Почему? Потому что уверен в ответе?

Тогда столько новых вопросов всплывает… Очень много. И я знаю, кому их задать в первую очередь. Достаю телефон, но он вибрирует у меня в руке и я не успеваю набрать нужный номер.

Звонит моя двоюродная сестра Инна. Отвечаю.

– Фил, привет, ты где сейчас? Можешь говорить? – спрашивает Инна.

– Да. Что-то случилось? —отвечаю.

– Мы можем встретиться? Сейчас.

– Что случилось, Инна? – хмурюсь я, доставая ключи от машины и направляясь к ней. – Проблемы?

– Мне нужно поговорить с тобой, Фил. И лучше не по телефону, – серьёзно отвечает она. – Мы можем сейчас встретиться во «Фьюжене»? Я просто здесь рядом. Ты далеко?

– Хорошо, я подъеду минут через двадцать. Я тут недалеко. До встречи!

Отключаю телефон и как раз подхожу к своей машине. Решаю-таки набрать Лину, прежде чем сяду за руль. Гудки – Лина не отвечает. Всё ещё обижена. Ладно, с тобой потом разберусь. Что там у Инны сначала узнаю.

Глава 18. Фил

Когда захожу в любимый ресторан Инны, она уже ждёт меня. Сидит за столиком у окна и смотрит на улицу. И мне кажется или нервно теребит пальцами салфетку?

– Привет, – говорю я, подходя к ней и целуя в щёку. Сажусь напротив и сразу заказываю себе кофе. Откидываюсь на спинку и медленно выдыхаю.

– Привет, Фил, – отвечает Инна. – Что случилось?

– Ты у меня спрашиваешь? – усмехаюсь. – Это же ты предложила встретиться.

– Да я просто смотрю на тебя и… ладно. Может, кажется.

– Так о чём ты хотела поговорить? Что такое срочное? Надеюсь, не Игорь опять?... – выгибаю бровь.

Шучу, конечно, но взгляд Инны сразу же становится строгим.

– У нас с Игорем всё хорошо, Фил. Тебе бы, кстати, тоже не помешало научиться прощать.

Вопросительно смотрю на неё.

Инна тяжело вздыхает и уже двумя руками сминает бесцельно салфетку. Смотрит на неё. Словно не решается.

– Инн? – подаюсь вперёд и заглядываю ей в глаза. – Ну, прости, вырвалось. Я очень рад, что у вас с Игорем всё хорошо. Не дуйся, а?

– Дело не в этом, – загадочно произносит она, поднимая на меня внимательный взгляд. Смотрит так несколько секунд. – Я на днях встретила Соню, – выпаливает и продолжает следить за моей реакцией. – Соню.

Хмурюсь и снова откидываюсь на спинку стула. Отворачиваюсь к окну.

– Она была не одна, Фил, – тихо продолжает Инна.

Она думает, я не знаю, что Соня замужем?

– Она была с маленькой и очень красивой девочкой, Фил, – вздыхает Инна, опуская взгляд. – С девочкой, очень похожей на тебя…

Её последние слова как лезвием проходятся по груди и я задерживаю дыхание, чтобы не чувствовать эту боль.

Резко поворачиваюсь к Инне. Она тоже поднимает на меня взгляд.

– Фил, она не делала аборт, – произносит тихо и чуть мотает головой. – Не делала… – снова вздыхает.

Короткая пауза. Инна сейчас озвучила то, что я то ли боялся, то ли… в общем, не решался сразу принять. Ведь неслучайно образ Стаси, казалось бы, обычной маленькой девочки, так плотно засел в сознании. И глаза её… этот взгляд…

Невольно матерюсь про себя. Хмурюсь и утыкаюсь взглядом в чашку. В голове словно щёлкает что‑то – разом всплывают обрывки воспоминаний: тот последний разговор, её дрожащие губы, мои собственные слова, сказанные сгоряча…

– Ты уверена? – голос звучит глухо, будто не мой. Пытаюсь уловить в её глазах хоть тень сомнения, но Инна лишь кивает, и это кивок рушит внутри что‑то давно скованное льдом.

Зачем мне её ответ? Я ведь и так знаю. Знаю, конечно. Ещё там понял, у офиса Степанова. Просто боялся признаться себе.

Четыре года прошло с нашей последней встречи с Соней. Кажется, всего четыре года. А на самом деле… целая жизнь. Жизнь маленького человечка – моей дочери…

Жизнь, которую я пропустил. Жизнь, о которой не знал.

– Она что‑нибудь сказала тебе? – спрашиваю, сам не понимая, чего жду. Может, оправданий? Извинений? Или хотя бы намёка на то, что она думала обо мне хоть раз?

Соня вообще понимает, что её поступок – это… предательство? Зачем она так…

А потом, как ответ на мой же вопрос, в памяти выстреливают мои же слова, сказанные ей тогда.

Идиот.

– Нет. Она не захотела говорить. Быстро ушла. Но, Фил… – Инна делает паузу, словно подбирая слова, – она не выглядела несчастной. Совсем.

Сжимаю кулаки. Замужем. Соня замужем и получается, что моя дочь… она называет папой другого человека?! Чужого ей?! А я?!

Внутри всё полыхает. Мне становится душно. Ослабляю галстук и залпом выпиваю остывший кофе. Морщусь от горького холодного напитка. А в груди – хаос: гнев, обида, растерянность. И где‑то на самом дне – странное, почти предательское чувство: любопытство. Желание увидеть. Узнать всё. Заставить её говорить.

– Ты знаешь, – произносит Инна тихо, – я подумала, что должна сказать тебе. Сама была в такой ситуации и это… неправильно, что ли. Ты отец. Не знаю уж точно, что у вас там с Соней произошло, но… есть маленькая девочка. И она твоя дочь, Фил. Что делать с этим… решать тебе…

Инна вздыхает. Видно, что она боится сказать лишнее, боится сделать хуже. Но она права – решать мне. Хотя… я ведь уже решил… или…

У меня звонит телефон. Быстро смотрю на экран – Лина. Вот и она.

– Инна, извини, мне иди надо, – встаю из-за стола. – Спасибо, что сказала. Не сомневайся, ты поступила правильно.

Слабо улыбается.

– Фил, – берёт меня за руку, прежде чем я успеваю уйти.

Смотрю на неё.

– Фил, не обижай Соню, – просит она.

Хмурюсь, но киваю. Разворачиваюсь и иду на выход. И отвечаю на звонок Лины.

Глава 19. Фил

– Дорогой, как я рада, что ты позвонил первым! Хотя я сама уже хотела звонить тебе! Так соскучилась!

Стоит мне зайти в квартиру, как Лина подбегает и бросается мне на шею. Сразу же лезет целоваться.

– Погоди, Лина, – убираю её руки с себя и чуть отстраняюсь. Строго смотрю на неё.

Она быстро считывает моё настроение. Сама отступает и складывает на груди руки.

– Что случилось, Фил? – голос вмиг становится холодным.

Лина умеет играть разные роли. И перестраиваться быстро умеет.

– Помнишь, ты сказала мне, что Соня сделала аборт? – спрашиваю прямо. Не вижу смысла подготавливать что-то, заходить издалека.

Слишком болезненно это всё отзывается в моей груди. Особенно, когда я думаю о годах, проведённых в неведении.

Лицо Лины моментально становится другим. Маска любимой кошечки сменяется на ледяное недоумение. Она даже чуть задирает подбородок и выгибает бровь.

– То есть мы не виделись больше недели. Я вернулась и вчера ты непонятно почему сорвался на мне, нахамил. Вынудил меня уехать из дома. А теперь… не извинился, подарка я тоже не наблюдаю. Зато ты вспомнил о какой-то… девке, которую имел много лет назад?! И ты спрашиваешь у меня, помню ли я?! Фил! Что с тобой?! – Лина срывается на крик и с яростью смотрит на меня.

На лице – злость и негодование. Её явно задел мой вопрос. Но что в нём такого? Это же прошлое. Что так злит Лину?

– Ответь на вопрос, – говорю я, проходя и плюхаясь на диван.

Запрокидываю голову назад и прикрываю глаза. Что-то я устал от этого всего.

Что изменит ответ Лины? Я ведь и так уже знаю ответ на свой вопрос.

– Фил! – зовёт меня она.

Открываю глаза и поворачиваюсь к ней.

– Что случилось? Почему ты спрашиваешь? – она подходит и встаёт надо мной. – Неужели мой Фил ничуть не соскучился по своей кошечке?

А потом Лина кладёт руки мне на плечи и медленно усаживается на мои ноги. Проводит ладонями по плечам, груди.

– Неделя, Фил… – шепчет снова ласково. – Мы не виделись неделю… я лично очень соскучилась.

Наклоняется.

– Я жду ответа на свой вопрос, – произношу чётко, беря её за запястье и останавливая. – Кто тебе сказал тогда, что Соня сделала аборт?

Опять резкая перемена во взгляде и вот уже Лина смотрит на меня то ли с ненавистью, то ли с обидой. Дёргает руку и вскакивает с моих колен.

– Какого чёрта, Фил?! Я не понимаю! Какая муха тебя укусила?! С чего вдруг ты вспомнил о какой-то своей девке?! Ты издеваешься?! – шипит она.

Молча наблюдаю за ней. Ни одной эмоцией на лице не показываю всего того, что происходит сейчас в моей груди.

Неужели Лина соврала тогда? А я? Я так легко поверил? Позволил обиде взять верх над разумом? Неужели я такой идиот?!

– Если ты решил порвать со мной, то это не самый лучший повод, Фил! – восклицает Лина, так и не дождавшись от меня ответа. – Я вообще не понимаю, что произошло! Это ты так мстишь мне?

Вздёргиваю бровью.

– Мщу? За что? – усмехаюсь. – Я лишь хочу узнать ответ на такой простой вопрос. Откуда ты узнала, что Соня тогда сделала аборт? Кто сказал тебе?

– Почему я должна помнить это?! Какая-то случайная девка, которая хотела срубить с тебя бабла, и поэтому сделала так, что залетела! А, когда поняла, что ты укатил и не собираешься вестись на её уловки, избавилась от этого! Да ей нужны были твои деньги, Фил! Только деньги! Как только ты уехал… ты же сам всё знаешь!

В её словах столько яда, что я не выдерживаю. Резко встаю и, зажмурившись, потираю пальцами переносицу.

– Ей не нужен был этот ребёнок, Фил! – продолжает кричать Лина и мне хочется заткнуть уши. А ещё лучше – её рот. Но прикасаться к ней даже ради этого не хочу. – Ей нужны были твои деньги! Только деньги!

– Если бы это было так, то я узнал бы о том, что у меня есть дочь, гораздо раньше и не случайно, – произношу на выдохе, убирая от лица руку и поднимая взгляд на Лину.

Её лицо моментально покрывается маской удивления. Глаза становятся круглыми, а рот даже приоткрывается.

– Что ты такое говоришь… Фил…? Ты… – лепечет уже не так громко и смело. – С чего ты взял? Ты что? Что с тобой?

– Знаешь, Лина, – вдыхаю поглубже, – я думаю, нам надо взять паузу. Ты… ты здесь живи пока, а я… впрочем неважно.

Не дожидаясь от неё ответа, иду в комнату и открываю шкаф. Достаю сумку и просто закидываю туда первые попавшиеся свои вещи.

– Фил! Ты что?! Что ты делаешь?! – Лина тоже вбегает в комнату и начинает пытаться остановить меня. Хватает за руки, бросается на шею.

Спокойно отвожу её руки от себя и отстраняю.

– Фил? – удивлённо смотрит мне в глаза. – Да что случилось-то? Какая муха тебя укусила?!

– Мне нужно побыть одному и всё обдумать. Так будет лучше, Лина. Так, кажется всё, – оглядываю комнату.

Хватаю сумку и иду к двери.

– Фил!

Не дожидаюсь очередной истерики Лины, быстро выхожу из квартиры и захлопываю дверь.

Пока еду к маме. Надо будет что-то решить с квартирой. Найти новую. Не выгонять же Лину.

Лина. Чёрт. Неужели обманула? Зачем?

Стучу кулаком по рулю, пока стою в пробке. Злюсь ли я на Лину? Нет. Почему? Потому что злюсь на себя. Злюсь, что так легко отпустил Соню. Мою Соню…

Уже не мою.

Соня.

Нам надо поговорить. Хочу её увидеть. Сейчас.

Не знаю, что на меня находит. Но я беру и просто разворачиваю машину и еду к дому Степанова. Он наверняка на работе. Значит Соня с дочкой одни дома?

Что скажу ей? Не знаю. Да просто увидеть её хочу!

Оказываюсь у того самого дома, где совсем недавно встретил ту, которую любил слишком сильно, чтобы простить.

Но Сони нет дома.

– София Викторовна с дочкой уехали, – говорит мне горничная, которая, похоже, узнаёт меня. – Всеволод Георгиевич на работе.

– Куда уехали? – спрашиваю я.

– Я не знаю, – произносит серьёзно. – И не могу сказать вам, даже если и знала бы. Велели собрать вещи и они уехали. Что-то передать?

Мотаю головой и ухожу.