Читать книгу "Хозяин тайги. Ты – моё спасение"

Лана Светлая
Хозяин тайги. Ты – моё спасение

Пролог

Споткнувшись, я падаю на четвереньки.

Дыхание вырывается из меня с каким-то хрипящим свистом.

В отчаяние закрываю глаза, понимая, что сил бежать дальше больше нет.

Сколько вот так я бежала? Час? А может вообще прошло всего минут двадцать?

Всё, Алиса, кажется, ты достигла своего предела.

С отчаянием всхлипываю и крепко зажмуриваюсь, чувствуя как из глаз капают слезы на снежный покров земли.

Вдалеке слышу голоса своих преследователей. Мозг у меня не так замерз как тело, поэтому тут же дает всем моим мышцам команду «Бежать!». Рефлекторно подрываюсь с земли и тут же с криком, взмахнув руками в воздухе, падаю на задницу.

И пожалуй, именно в этот момент я понимаю, насколько сильно замерзла. Майка, теплые джинсы и фланелевая рубашка – точно не та одежда, которая спасет от сибирского мороза и пронизывающего ледяного ветра.

Стопы ног я уже вообще не чувствую.

Мерзкие голоса преследователей ближе.

С трудом, но удается развернуться лицом в сторону леса, откуда вот-вот должны выйти эти сволочи. И пока жду их, заторможено оглядываюсь по сторонам, выбивая зубами чечетку.

А тут красиво… на совсем небольшой поляне, в центре которой я нахожусь.

Обняв себя за плечи практически застывшими руками, любуюсь красотой этого места. Это кажется абсурдом – зная, что тебя скоро скорее всего убьют, чем-то любоваться, а не пытаться бежать дальше. Но я четко понимаю – больше я не смогу встать. Тело совсем окоченело от холода.

Луна сегодня светит настолько ярко, что её свет довольно хорошо освещает это место и меня, конечно же. Снег в лунном сиянии блестит и искрится. А ещё звонко хрустит подо мной, когда я начинаю заваливаться то в одну сторону, то в другую.

Кровавые следы от моих ног, ведущие из леса прямо в центр поляны – даже они не вызывают какого-то отвращения.

Перед глазами начинает всё плыть.

В этот момент на поляну выходят четверо парней, громко и пьяно смеясь.

– Ну что, попалась лисичка! – мерзко ухмыляется один из них. – Готова расплачиваться за то, что совершила?

Медленно и не спеша они выдвигаются в мою сторону. Но моментально застывают на месте, когда в лесной чаще за моей спиной раздается яростный рёв, сливающийся со звуком лопающихся веток.

Эхо этого низкого рыка волной прошлось по поляне и понеслось дальше.

– Это кто? Медведь? – испуганным голосом задает вопрос самый молодой парень, как только рык повторяется, но уже значительно ближе и ещё яростней.

Он начиная пятиться назад, поднимая ружье и направляя его поверх моей головы.

– Твою же мать! – раздраженно рычит тот, который обращался ко мне. – Надо валить парни. Наши дробовики нихера не помогут нам против медведя. Только разозлят его и…

Он затыкается, смотря в лес широко округлившимися от страха глазами.

Оборачиваюсь через плечо и чуть сознание не теряю от этого движения. А потом уже… от вида большого черного медведя, выходящего из чащи.

Зверь тяжело сопит, с шумом втягивая воздух. И он ему, видимо, не нравится. Потому что тут же глухо и недовольно зарычал, начиная идти прямо на меня, но смотря на четверку.

– Парни… медленно отступаем назад… – слышу еле слышный шепот кого-то из парней. – Очень медленно. Он пока девку будет рвать на части, мы…

Я перестаю слышать их план, в ужасе наблюдая за медведем, который как-то слишком быстро приблизился ко мне.

Огромная голова зверя наклоняется вниз, и он смотрит прямо мне в глаза. Это не глаза. Это две бушующих дикой яростью черные воронки, в которых меня начинает затягивать, заставляя сознание начинать плыть.

Как только медведь начинает подниматься на задние лапы, открывая пасть с жуткими белоснежными клыками, медленно отворачиваюсь от него и закрываю глаза.

Интересно, а какая смерть была бы менее страшной?

От рук этих подонков, которые начали отступать, судя по скрипу снега под их ногами в унтах?

Или от лап медведя, рёв которого начинает звенеть в ушах? Да так громко и мощно, что сознание решает окончательно покинуть меня.

Последнее, что я фиксирую, ныряя в спасительную темноту – как я начала заваливаться на правый бок.

Погружаясь в ледяные объятия снега, которым я уже больше никогда в своей жизни не полюбуюсь…

Глава 1

Алиса

– Вы не можете выгнать на улицу меня на ночь глядя, – со слезами на глазах смотрю на хозяйку квартиры, у которой снимаю комнату. – Мне даже пойти некуда!

На лице пятидесятилетней женщины ни грамма сочувствия. Она высокомерно поправляет чёлку и морщится.

– Ой, вот только не нужно давить на жалость, Алиса, – её голос пропитан ядом. – Можешь переночевать в каком-нибудь хостеле. Послушай, давай уже собирайся и… иди с Богом.

И про бога мне говорит та, которая выкидывает меня на улицу как котёнка?!

За четыре месяца уже неплохо её узнала, поэтому вижу, что бесполезно просить и умолять.

Вытирая со злостью слёзы на щеках, иду в свою комнату и собираю в дорожную сумку все свои вещи. Их немного, поэтому я справляюсь с этим быстро. Самое важное кладу в небольшой рюкзак, с которым практически всегда хожу на улице.

Напоследок осматриваюсь, чтобы проверить, не забыла ли что-то из своего.

На душе кошки скребут.

Ну что, Алиса, очередная глава твоей не совсем весёлой жизни закончена. Опять нужно открывать другую.

С ужасом думаю, что мне делать дальше. Куда идти? Как жить дальше?

Тяжело вздохнув, выхожу из комнаты.

Хозяйка квартиры стоит на том же самом месте в коридоре, рассматривая свой маникюр. Как только я появляюсь в её поле зрении, это бессердечная женщина молча протягивает руку ладонью вверх и машет пальцами, намекая, чтобы я отдала ключи.

Может, то выглядит по-детски, но я демонстративно игнорю её руку и начинаю надевать пуховик и шапку, поставив возле порога сумку с рюкзаком. Надеваю сапоги, беру в руки свой скарб и только тогда кидаю связку ключей на тумбочку, стоящую возле двери. Выходя из квартиры, слышу презрительное и недовольное фырканье в спину.

Да плевать. Это она должна чувствовать вину, а не я за то, что так повела с ней напоследок.

Выйдя на улицу из подъезда, сажусь на ледяную лавочку.

Мне нужно хотя бы пару минут, чтобы решить, что делать дальше.

Но подумать мне не даёт звонок моего сотового.

– Привет, Лиса, – весёлый голос подруги, которую я считаю сестрой, заставляет меня улыбнуться. Хотя сейчас мне совсем не до смеха.

Но в тоже время родной голос срывает внутренние предохранители, и я начинаю плакать.

– Алис, ты чего? – испуганно кричит в трубку Лена. – Алиса! Что случилось?! Ты в порядке? Боже, да ответь ты уже мне! Не пугай так!

Стараюсь взять себя в руки, всхлипывая.

– Д-а-а-а… я… в пор… рядке. Просто…

Уловив главное, что я в норме, она молчит, давая мне время на то, чтобы прореветься.

– Я правда… в порядке, – шмыгаю носом, когда истерика идёт на спад. – Просто день сегодня ужасный.

– Быстро рассказывай, что там у тебя случилось, – строго чеканит подруга.

– Меня сегодня с работы уволили, – с тоской приступаю к рассказу. – Под сокращение попала. Вернулась в квартиру, а Инна Романовна… – тяжело вздыхаю, вытирая слезы.

Три месяца мы вместе с Леной жили у Инны Романовны. А потом подруга выскочила замуж и уехала в деревню своего мужа. Месяц я прожила уже одна у женщины. И как раз сегодня должна была отдать ей деньги за следующий месяц, но она не стала их брать.

– И что сделала эта карга? – с агрессией интересуется Лена. – Подняла аренду?

– Если бы, – печально хмыкаю. – Она выгнала меня из дома.

– В смысле?! – в шоке произносит Лена.

– В прямом, – морщусь, начиная ёрзать. Скамейка ледяная, а старый пуховик не настолько тёплый, чтобы сидеть в нём на морозе в минус двадцать. – К ней сегодня переезжает хахаль. А он, видите ли, не в восторге, что в квартире ещё кто-то живёт. Ой, даже говорить не хочу больше о ней! Мне думать нужно о том, где сегодня переночевать. Вернее, искать на сайтах какой-нибудь дешёвый хостел.

– А почему дешёвый? – моментально прицепляется к моим словам подруга.

Да блин! Зря я это ляпнула. Ну, раз проговорилась, надо всё остальное сказать.

– Да мне в кафе не заплатили при увольнении. Сказали, только через три недели отдадут расчёт. А я, как назло, заняла практически все свои деньги Ритке, – говорю о девушке, с которой работала. – Она должна была мне их ещё вчера отдать, и вот уже как два дня трубку не берёт, зараза такая.

– Подожди, но у тебя же есть деньги, которые ты за аренду бы отдала Романовне.

– Эм-м-м… – мычу невнятно.

– Алиса!

– Да я их тоже Ритке заняла, – со стыдом признаюсь я. – Хотела сегодня просить Инну Романовну, чтобы подождала с оплатой пару дней, – с горечью хохотнув, продолжаю, – а оно вон как всё получилось. У меня есть пару тысяч и всё. Когда я выловлю Ритку, не знаю. Да и работу так быстро не найду, так что…

– Давай я тебе переведу, – решительно говорит Лена.

– Даже не вздумай! – я сразу её обрываю. – Что-нибудь придумаю.

Матюгнувшись, она задумчиво сопит в трубку.

– Слушай… – её голос звенит от восторга. – А приезжай к нам в Тайжинск. Прямо сегодня! Покупай билет на автовокзале и приезжай!

Она давно зовёт меня к ним в гости. Но их деревня находится слишком далеко. До неё ехать часов шесть, а то и больше. И если ехать, то точно не на один день, а из-за работы на больший срок я не могла вырваться.

– Давай, Лиса, соглашайся, – вкрадчиво говорит она. – Тут, как говорится, сам бог велел тебе у меня погостить столько, сколько хочешь. Тебя ничего там не держит сейчас. Ритку ты и по телефону выловишь. Да и работу отсюда спокойно можно найти в инете.

Задумчиво прикусываю губу.

– Возможно, тебе так понравится здесь, что ты останешься, – она говорит это с такой надеждой, что я начинаю невольно улыбаться. – У нас деревня, конечно, небольшая, но работа для тебя тут тоже найдётся.

Блин…

А может, и правда рвануть к ней в деревню?

Спустя час я иду по залу автовокзала, высматривая свободное окно.

Мамочки, я реально поддалась на её уговоры и правда собираюсь поехать в деревню за тридевять земель.

Сомнения начинают одолевать меня, но я твёрдо делаю последний шаг до кассы и, наклонившись к окошку, решительно произношу:

– Один билет до Тайгинска на ближайший рейс!

Глава 2

Алиса

– Ближайший автобус как раз через пятнадцать минут будет отходить, – стуча быстро по клавишам и смотря в монитор, словно робот, отвечает кассирша.

Она озвучивает сумму билета, и я облегчённо выдыхаю. Денег хватит. У меня, правда, остаётся всего рублей триста, но мне главное – доехать до Лены.

– До Кормиловки будет стоить… – продолжает тараторить женщина, заставляя меня недоуменно посмотреть на неё.

Зачем мне какая-то Кормиловка?

Но тут женщина замолкает и переводит свой взгляд на меня. Хмурится, а в глазах мелькает растерянность.

– В Тайгинск? – переспрашивает, будто не услышала с первого раза. Хотя я довольно громко и чётко произнесла название деревни подружки. – Прям до… Тайгинска? Не будете выходить в Кормиловке?

Господи, да зачем мне какая-то Кормиловка? И почему я должна в ней выходит, чёрт возьми?!

Есть желание выяснить этот вопрос, но времени на это нет. Автобус, как она сказала, уже через пятнадцать минут отходит, а мне ещё спуститься со второго этажа вокзала надо. Потом выйти на улицу и найти номер платформы, с которой отходит нужный автобус.

– Нет. Я не буду выходить в Кормиловке! – жёстко говорю я, надеясь, что мой тон заставит её перестать задавать мне дурацкие ненужные вопросы. – Мне нужен билет до Тайгинска!

Спустя десять минут я наконец-то сажусь в автобус. Практически все места заняты. Прохожу в самый конец и усаживаюсь на своё место у окна, радуясь, что соседское сиденье пустое.

С другой стороны прохода, тоже у окна, сидит бабулька в гордом одиночестве. Она окидывает меня острым пристальным взглядом, а после что-то тихо бубнит себе под нос и отворачивается.

Странная какая-то. Надеюсь, она не начнёт приставать ко мне с разговорами, чтобы скоротать время поездки.

Автобус наконец-то трогается, и я довольно улыбаюсь.

Да, я это сделала!

Пять часов пролетает незаметно. Всё время смотрю в окно, любуясь природой. На остановках, которые делает автобус в каких-то сёлах, я выхожу на улицу, чтобы немного размяться или сходить в туалет. После каждой такой остановки людей в автобусе становится всё меньше и меньше.

Быстрее бы уже приехать. Судя по времени, осталось совсем немного.

На улице уже темно, поэтому в окно уже не интересно смотреть, а меня начинает клонить в сон от гула двигателя и плавного покачивания автобуса. Веки опускаются всё чаще, и я решаю, что часок сна мне не повредит.

Ставлю рюкзак к окну, немного сдвигаясь к соседскому сиденью. Повертевшись и приняв удобную позу, накрываю себя пуховиком и засыпаю с мыслью, что проснусь уже, скорее всего, в деревне, где живёт подруга.

– Девушка, просыпайтесь.

Резко открываю глаза от грубого баса, который звучит совсем рядом, и от того, что меня трясут за плечо.

Моргаю, пытаясь понять, почему меня будит Инна Романовна. Притом мужским голосом.

Кручу головой и натыкаюсь взглядом на бородатого мужчину, стоящего возле меня. И сразу же всё вспоминаю.

– Мы приехали, – водитель автобуса смотрит на меня хмуро.

– Мы в Тайгинске? – голос ото сна немного хриплый, пока я выпрямляюсь и начинаю надевать пуховик.

Он угукает и уходит в сторону открытой двери, которая находится впереди автобуса, возле водителя.

Встаю с сиденья и с удивлением вижу, что в салоне только я и та соседская бабулька, которая сейчас стоит возле двери и смотрит в мою сторону. Увидев, что я на неё смотрю, она спускается по ступенькам и выходит из автобуса.

Так, ладно. Мне сейчас не до этих всех странностей.

Хватаю свои вещи и быстро иду за водителем.

Как только я выхожу из автобуса, двери закрываются, и он уезжает. А я, ежась от мороза, смотрю на небольшое здание с тёмными окнами, которое находится прямо передо мной. Видимо, это местный автовокзал. Понятно, что он уже закрыт. Время-то позднее.

Оглядываюсь и немного напрягаюсь, когда вокруг никого не вижу. Улицы с домами, которые мне видны, пусты. От слова совсем. Ни единой души или хоть какого-нибудь автомобиля.

Сняв варежки, быстро достаю сотовый, чтобы набрать Лену и сообщить, что я приехала.

Пусть приходит и забирает меня уже отсюда побыстрее.

Не поняла. А где связь?

С удивлением смотрю на экран, на полоски, которые вообще не светятся. Начинаю ходить вдоль здания, водя рукой с телефоном в воздухе. Рука начинает довольно быстро замерзать, но я продолжаю махать из стороны в сторону ею, чтобы поймать хоть какой-то сигнал. Если он, конечно, есть в этой части деревни.

Как только я обхожу здание, мой телефон взрывается громкой трелью.

– Лен, я то…

Меня обрывает взволнованный и тревожный голос подруги:

– Алиска, мать твою! Ты где пропала?! Я до тебя уже часа два не могу дозвониться! Почему ты всё время вне зоны?

– Ну, наверное, потому что в вашем районе с ней прям напряжёнка, – язвлю, начиная пританцовывать на месте. Уже и ноги начали подмерзать, а пальцы так вообще уже не чувствую. – Короче, я приехала. Стою возле вокзала в твоём любимом Тайгинске. Быстро дуй сюда и забирай меня уже.

В трубке повисает тишина. Мрачная и нехорошая.

– Лен… – зову подругу, напрягаясь и не понимая, почему она молчит.

– Алиса… – от голоса Лены веет испугом. – Скажи мне чётко, прям по буквам, куда ты приехала?

Нервно сглатываю, пока ещё ничего не понимая, но уже чувствуя, что такой странный вопрос подруга задала неспроста.

– Я нахожусь в Тайгинске, – и тут же произношу чётко каждую букву этого названия.

Секундная пауза в сотовом, а потом сдавленные маты подруги.

– Лиса, ты!.. Ты не в моей деревне, понимаешь! У меня она называется ТайЖинск, а ты приперлась в ТайГинск. Этот… этот город находится вообще чёрт знает где!

Глава 3

Алиса

Перед глазами начинает всё расплываться, а в голове только одна мысль: НЕ МОЖЕТ ЭТОГО БЫТЬ!

Даже холода не чувствую, потому что будто кипятком ошпаривает. Перестав гарцевать на снегу, застываю на месте, превращаясь в каменное изваяние.

– Не мо…может быть… – хриплю я в отчаянии, закрывая глаза и произнося то, что алыми буквами мигает в мозгу.

– Чёрт, Алис, – стонет подруга, – ну как ты могла так ошибиться, а?! И я дура! Надо было тебе скинуть полный адрес смс-кой, – принимается корить себя Лена.

– Да ты тут при чём, – онемевшими губами произношу я, не в силах сдержать судорожный всхлип.

– А ну не реви! Давай думать, что делать… Так, сейчас уже ночь на дворе, поэтому назад ты точно не сможешь уехать. Я тебе сейчас скину всё-таки полный адрес в сообщении и деньги на карту на обратный билет. Скорее всего, до моей деревни рейсов оттуда нет, так что придётся с пересадкой ехать.

Само собой, я уже не отказываюсь от её помощи в плане денег.

– Тебе главное найти, где переночевать, – продолжает она. – Зайди в любой дом или квартиру. Объясни ситуацию. Ну, там, в конце концов, не звери же живут. Чисто по-человечески должны тебе помочь.

И в этот момент я слышу вдалеке звук звериного рычания.

Он будто насмешка над словами подруги, которые она только что произнесла.

– Я поняла. Лен, а этот город очень далеко от твоей деревни? – стараюсь не поддаваться панике, озираясь по сторонам и прислушиваясь, не повторится ли то рычание.

– Знаю, что далековато, но точно не скажу. Господи, ты не могла в какой-то другой город уехать… – бормочет еле слышно, а потом резко замолкает, будто вспомнив, что говорит вслух и что я это слышу.

– А что не так с этим городом? – моментально интересуюсь у неё, напрягаясь ещё сильнее.

– Просто про Тайгинск в нашем крае столько слухов ходит, – нехотя признается всё-таки Лена.

– Ты хочешь ещё больше меня напугать, да? – истерический смешок вырывается вместе с паром изо рта.

– Да это наверняка всего лишь глупые сплетни, – уже бодро начинает успокаивать меня подруга, что пугает меня, наоборот, ещё больше. – Ну сама посуди, кто в здравом уме поверит в…

И её голос внезапно пропадает.

Во что поверит?!

Думая, что я немного сдвинулась, поэтому связь пропала, смотрю быстро на экран. Но нет, это не связь. У меня сел телефон.

Быстро запихиваю телефон в карман и натягиваю варежку на совсем уже окоченевшую руку. Пальцы даже толком не разгибаются.

– Так, без паники, Алиса, – говорю сама себе вслух, так как звук своего голоса меня как-то успокаивает. – Лена права. Нельзя верить всяким слухам… О чём бы они ни были, – бормочу тихо себе под нос. – Может, тут живут самые милые люди на земле. И кто-нибудь мне точно согласится помо…

– Я смогу тебе помочь.

Я взвизгиваю как ненормальная и отпрыгиваю в сторону, когда слышу эти слова за спиной, произнесённые тихим голосом с хрипотцой, которая присуща старым людям. Они пугают меня до ужаса.

Кажется, уже в моменте прыжка моё тело оборачивается, чтобы посмотреть, кто меня так напугал.

– О боже… – прижимаю руку к пуховику в месте, где стучит сердце. Дышу часто и со свистом, взирая на невысокую тёмную фигуру.

И немного успокаиваюсь, когда понимаю, что это та бабулька, которая сидела со мной по соседству в автобусе.

Откуда она тут вообще взялась?

Я ведь когда вышла из автобуса, её нигде не было видно!

Она что, осталась тут, стояла в каком-то тёмном углу или месте, которое я не заметила, и наблюдала за мной? И, получается, слышала мой разговор с Леной?

– Вы меня очень напугали, – хриплю, хотя очень хочется совершенно другими словами донести до неё, что я испытываю. На языке они прям так и вертятся.

Но, во-первых, неудобно материться при пожилом человеке. Ну а во-вторых, боюсь, она после такого точно передумает мне помогать.

– Я сейчас вам всё объясню. Оказывается, я приехала совершенно не туда, куда планировала.

– Уверена, что не туда? Возможно, очень даже туда, куда нам всем надо.

Хмуро смотрю на неё, немного теряясь от формулировки её последнего предложения. И от того, как звучит её голос. Вкрадчиво и с какой-то насмешкой, что ли.

– Да, я уверена. Мне нужно было в Тайжинск. Так вот… – пытаюсь собраться с мыслями. – Мне очень нужно где-нибудь переночевать. И я была бы очень признательна, если бы вы сказали, кто тут сдаёт…

– Нет тут таких. Никто тебя не пустит к себе, уж поверь мне, – довольно грубо перебивает. – Пошли. У меня заночуешь. А завтра видно будет… – резко замолчав, она разворачивается и идёт в сторону одной тёмной улицы.

Что видно будет?

С сомнением смотрю на её немного сгорбившуюся фигуру, начинающую удаляться от меня.

Можно, конечно, попытаться походить по домам. Вдруг она неправа, вдруг кто-то… более адекватный согласится мне помочь.

А если нет? И предложение старушки – единственное, что я сегодня получу в этом городе.

Короче, Алиса, ты не в том положении, чтобы воротить нос. Ходя из дома в дом, ты уже через час околеешь.

Или все-таки попытаться…

Мысль обрывается, как только слышу тот далёкий звериный рык. Он ещё злее. И звучит ещё страшнее, чем в первый раз.

Я хватаю сумку, которая до этого стояла на снегу, поправляю рюкзак на спине и бегу за старушкой.

Нет уж, спасибо.

Лучше я переночую у этой странной бабульки.