Читать книгу "Дорогой ложных чувств"

Глава 3

Гости казино, в большинстве своем перевертыши, столпились вокруг рулетки и столов для баккара, напряжённо всматриваясь во вращающиеся колеса. С волнением раскрывали карты и наблюдали за лопаточкой крупье. То и дело доносились возгласы радости и несдерживаемые проклятия. Кто-то выигрывал. Кто-то проигрывал. Судьба тасовала карты…

Кристина обвела взглядом пеструю толпу. Никого из знакомых на горизонте не наблюдалось. Придется занимать себя самой.

Арман провёл её в один из закрытых залов, украшенных ещё вычурнее, чем основной салон. Высокие потолки с огромными хрустальными люстрами, лепнина, репродукции известных картин. Всё располагало к тому, чтобы посетители чувствовали себя комфортно и, забывая о текущих проблемах, с легкостью расставались с деньгами. Кристина узнала несколько лиц, часто мелькающих на ТВ и на страницах респектабельных журналов, освящающих жизнь мировой элиты. Актеры, певцы, политики, элита бизнеса. Деньги. Сила. Власть. Кто-то пришёл сюда развлечься, кто-то – поймать Удачу за хвост. Кристина, привыкшая всё подмечать, не могла не отметить дрожащие руки некоторых игроков и плохо скрываемое отчаяние.

– Сыграешь? – спросил Арман, рыская взглядом по залу.

Кристина на мгновение прикрыла глаза. Она знала, кого он выискивал в толпе. От осознания происходящего сердце наполнялось тоской. Хотелось всё послать к черту. Зачем она вообще согласилась на эту авантюру? Из благодарности к брату за то, что он сделал в прошлом? А что сейчас?.. На что сейчас он её толкает?..

Чтобы не погрузиться в пучину невеселых мыслей, Кристина сдержанно кивнула:

– Пожалуй.

– Возьми фишек и развлекайся, я присоединюсь к тебе позже. Не возражаешь?

Ей было все равно. Пусть идет, куда заблагорассудится. Есть цель, а значит, он не успокоится, пока не обойдет всё казино и не удостоверится, что Дореченцева нет.

Сразу по прибытию, Арман первым делом вызвонил кого-то, и тот сообщил, что интересующая личность ещё не прибыла. Выругавшись, Арман стукнул кулаком о стену фойе. Кристина промолчала. Происходившее с братом не поддавалось разумному объяснению.

Она подошла к столику и принялась наблюдать за игрой, собираясь в скором времени присоединиться. Один из игроков, скинув карты, подмигнул ей. Кристина холодно улыбнулась. Дежурная реакция, не более. Достаточная для того, чтобы не нарушать правила приличия и не давать повода надеяться на более интимное знакомство.

В мире перевертышей действовал закон – за каждое неосторожное слово или действие женщину могут призвать к ответу. Несмотря на внешнюю цивилизованность, многими перевертышами по-прежнему двигали инстинкты: захватить, подмять, поиметь. Да, в большинстве своем, всё происходило с согласия самки, но бывали дни и отдельные индивиды, попиравшие законы. То и дело проскальзывала информация о жестоких изнасилованиях девочек.

Страсть была присуща всем перевертышам, и женскому полу тоже. Многие самочки начинали вести половую жизнь с двенадцати-тринадцати лет. Выбирали себе партнеров, и все были счастливы. До поры до времени.

Кристина с осторожностью относилась к беспорядочным половым связям и не находила в этом ничего полезного. Повезло – её организм даже во время течки вёл себя относительно благоразумно. Почему относительно? Потому что она так же испытывала непонятное влечение, и ей тоже требовалось удовлетворения взбесившегося либидо. Вешаться на знакомых парней и ложиться под первого встречного, Кристина не собиралась. Принимала таблетки и сама себя удовлетворяла.

Для сегодняшнего вечера Кристина выбрала серебристое блестящее платье на тонких бретельках. Оно не обтягивало фигуру, свободно струилось по телу, придавая большую соблазнительность формам. Не задумываясь, четырьмя шпильками собрала волосы на затылке, оставив множество прядей в легком беспорядке.

Мужчина поднялся из-за стола с намерением подойти к ней и сказать какую-нибудь шутку ради завязания разговора. Кристина приготовилась к легкой ненавязчивой беседе. Стоять в одиночестве и скучать уже надоело.

Он не дошёл до неё пару метров, когда Кристина повела плечами от внезапного дискомфорта, словно её, распаренную в хорошей сауне, вытолкали на мороз. Колкие мурашки разом побежали по всему телу, и Кристина настороженно обернулась.

Реакция организма знакома, такое с ней уже было сегодня. И это «было» не очень понравилось.

Неожиданно рядом с собой она услышала голос Армана:

– Дорогая, я тебя повсюду разыскиваю. Посмотри, кого я встретил… Своего давнего друга. Помнишь, я рассказывал тебе про него?

Кристина обернулась на автомате, силясь избавиться от неприятного ощущения.

Обернулась и замерла, едва не застонав вслух.

Её глаза подозрительно прищурились.

Позади, рядом с Арманом, кривя губы в циничной усмешке, стоял незнакомец из пещеры. И, судя по восторженному лицу Армана, он и был Семеном Дореченцевым.

Кристина молча смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Кровь отхлынула от лица. Она смотрела на него, как смотрит кролик на удава. Понимала – надо что-то сказать, поприветствовать его, на худой конец, улыбнуться.

Но застыв живым изваянием, только смотрела…

Несомненно, он тоже её узнал, прищурил глаза, в которых плавилось золото, на лице появилась насмешка.

Арман, наконец, заметивший состояние сестры, обеспокоенно спросил:

Кристи, всё нормально? Ты что-то побледнела.

Как тут не побледнеть.

Рядом стоял мужчина, от которого хотелось бежать, плюнуть на всё и скрыться, раствориться в толпе. А ещё возникло совершенно абсурдное, ничем не подкрепленное ощущение дежавю. Словно она раньше встречалась с ним. Стояла рядом. Вот так, как сейчас…

Нелепость какая. Сердце заныло, и кошка забилась в тревоге.

Нет, со мной всё в порядке, – девушка натянуто улыбнулась. – Рада с Вами познакомиться… Семен?

Какая радость! Но правила приличия требовали от неё этих слов.

Дореченцев, не скрывая иронии, заломил брови.

Просто Семен. Давайте обойдемся без условностей, – негромко произнес он, и от его хриплого голоса мурашки побежали по спине девушки. Да что с ней такое?! – Арман рассказывал о Вас и настаивал на знакомстве.

Кристина бросила на брата быстрый взгляд. Настаивал на знакомстве? Он в своем уме так подставлять её?

– Даже так?

– Ну, да, – и его полные губы изогнулись в усмешке.

Кристина сжала руки в кулаки. Арману придется объясниться. Пусть не рассчитывает, что отделается легкими шуточками.

Увидев, что атмосфера накаляется, Армен спешно встрял в разговор:

– Может быть, сыграем? Что стоим без дела?

Семен медленно кивнул и указал рукой на столик.

Только сейчас Кристина обратила внимание: мужчина, намеревавшийся ранее подойти, куда-то исчез. Да, Дореченцев умеет произвести впечатление. От него исходила ни с чем несравнимая аура сильного самца, того, кто не побоится вступить в открытый бой и выйдет победителем. Кристина, нехотя, отметила, что мужчины отодвинусь от сибиряка, а женщины посылали в его сторону призывные улыбки, томные взгляды и чрезмерно низко наклонялись, делая ставки, чтобы продемонстрировать прелести открытого декольте.

Игра прошла мимо неё. Она так же делала ставки, но оставаясь равнодушной.

В какой-то момент Дореченцев, оказавшись непозволительно близко к ней, шепнул:

– Расслабься. Я не наброшусь на тебя… По крайне мере, тут.

Кристину бросило в жар, и она гневно прошептала:

– А мы уже на «ты»?

– Естественно.

Ей показалось или в его голосе открыто слышалось обещание? Девушка разозлилась. Она не давала ему повода вести себя столь вызывающе. Потом, прищурив глаза, посмотрела на брата, старательно избегавшего ее взгляда.

Черт побери, Арман, что ты наговорил Дореченцеву?

Брат, словно почувствовал, что градус атмосферы накаляется, сказал:

– Вы меня извините, я отойду на минутку. Возражений, надеюсь, не будет?

О! Возражения были! Кристина с удовольствием бы отошла с ним! Послав брату ещё один гневный взгляд, она покачала головой.

– Отлично. Я скоро.

– Можешь не торопиться, – это Дореченцев.

После того, как Арман скрылся в толпе, Кристина почувствовала себя загнанной в угол. Причина волнения не ясна, и это не могло не настораживать.

Словно что-то очень важное, фатальное ускользало от нее…

Девушка подняла руку и дотронулась до виска. Голова, то ли от внутреннего напряжения, то ли от людского гомона, начинала неприятно побаливать.

Заметив её жест, Семен, нахмурившись, сказал:

– Ты побледнела. Неужели я произвожу на тебя столь удручающее впечатление?

Кристина покачала головой.

– Здесь душно.

– Выйдем?

Не доиграв, лишь кивнул крупье, затем легко сжав локоть Кристины, повел её к выходу.

Девушку, словно током пронзило. То место, где он прикасался, жгло. Вполне невинное прикосновение. Отчего кровь взбесилась и побежала по жилам быстрее?

– Спасибо, я сама! – Хотела вырвать локоть из цепких мужских рук. Тщетно. Натолкнулась на недобрый взгляд прищуренных глаз.

Интуиция Кристины кричала – срочно надо избавляться от Дореченцева. Здесь что-то не так… Не так… Теперь она абсолютно в этом уверена. Молодые мужчины, которые только что познакомились с ней, смотрят на неё не добро. Заигрывающе – да. Нахально – да. Многообещающе – тоже да.

Взгляд этих карих глаз не сулил ничего хорошего.

Кристина готова была уже напрямую спросить Дореченцева о причине его странного поведения, когда в её клатче раздался сигнал принятого сообщения.

– Позволишь? – она постаралась, чтобы её слова прозвучали, как можно холоднее.

Нарочито медленно, демонстративно, нехотя, Дореченцев разжал руку. Кристина, достав телефон, открыла сообщение. Оно было от Армана. «Будь с ним поласковее. Я удаляюсь». То есть он её бросил… Прекрасно.

Кристина быстро набрала в ответ: «Заказывай мне билет на завтрашнее утро». Если с ней играют грязно, то почему она должна вести себя благоразумно? В конце концов, у неё нет никаких обязательств. Она – вольная кошка, и точно гуляет сама по себе.

Так она думала. Наивная.

– Сообщение от братца?

Пренебрежительное обращение резануло по натянутым нервам и заставило задуматься. Если бы Дореченцев воспринимал Армана, как равного партнера, позволил бы себе подобный тон? Нет, естественно.

Сбежать и раствориться в толпе не получится – ЭТОТ догонит. Из принципа. Просто потому, что она посмела сделать нечто, не входящее в его планы.

– Да, от Армана, – медленно, стараясь выиграть время, сказала Кристина.

– Что пишет?

Глаза прищурены, губы искривлены. Стоит рядом в расслабленной позе, засунув руки в карманы брюк.

Но вся это расслабленность – показная.

– А разве наше только что состоявшееся знакомство подразумевает доверительные отношения? – Снова постаралась, чтобы голос звучал, как можно холоднее. Кристина хотела поставить его на место, дать понять, что рассказанные нелепости – лишь фантазии брата, не имеющая никакого отношения к реальности.

– Только что? – усмехнулся мужчина. – Ну-ну.

Кристина нахмурилась.

– То, что мы виделись в пещере…

Он бесцеремонно прервал её, снова схватив за локоть.

– Пошли.

И от его приказного тона ледяные мурашки побежали по спине.

При желании, с легкостью можно избавиться от него. Закатить скандал, закричать, что на неё оказывают физическое давление. И кто-нибудь, да придет на помощь. Здесь, на территории чужого государства, действуют другие законы, с которыми нельзя не считаться.

Но бросив на Семена беглый взгляд, отчетливо поняла – не стоит поднимать шум. Если она желает избавиться от него, надо действовать самостоятельно. От этого мужчины исходили столь сильные энергетические волны, будоражащие её кровь и заставляющие сердце биться сильнее. Эти изменения в организме не несли положительный характер.

Она послушно пошла рядом. Ну и черт с ним! Вот только они выйдут на улицу…

Но на улице легче не стало. Наоборот, мужчина, словно почувствовав, что она желает от него отделаться, негромко сказал, прямо рядом с её лицом, обдав горячим дыханием:

– Предлагаю продолжить вечер в более приватной обстановке. Например, поужинать вместе.

Первым порывом Кристины было категоричное «нет». Она уже приоткрыла ротик, чтобы поставить наглеца на место, когда почувствовала, как её кошка задрожала. Прижала уши и выгнула спинку. Можно было подумать, что на кошку кто-то оказывает давление, но тогда бы она разъяренно фырчала, выпустив когти. Здесь же она вела себя так, точно… признала в Дореченцеве сильного самца, которому готова подчиниться.

Кристина замерла. Сколько себя помнила, кошка всегда оставалась равнодушной к самцам. На то были две причины. Первая – Кристина принимала таблетки, подавляющие любое сексуальное влечение со стороны её кошки. Попросту говоря, Кристине была не страшна «течка», что случалась раз в месяц. Её голова оставалась холодной. Таблетки не подавляли стопроцентную физиологическую потребность в продолжении рода, но позволяли контролировать желание. Принимала Кристина их с шестнадцати лет, и они ни разу не давали сбоя.

Что касается второй причины… Она осталась в прошлом, ворошить его девушка себе не позволяла.

Поведение кошки не понравилось Кристине. Казалось, она оказывала на девушку реальное давление.

Занервничала. Что, черт побери, происходит?

– Поужинать? – глупый вопрос задала, надеясь, выиграть время.

– Именно.

Он не отводил взгляда от её слегка побледневшего лица. Пытается что-то в ней рассмотреть? Неприлично так пялиться! О чем это она? Дореченцеву такое понятие, как приличие, наверняка, не знакомо.

– Сразу говорю – в номер к тебе не поеду!

Слова слетели с губ, прежде чем Кристина успела подумать.

За опрометчивость тотчас расплатилась. Лицо мужчины на мгновение приобрело жесткое, если не сказать жестокое выражение, точно она сказала нечто фатальное.

– Яхта с обслуживающим персоналом устроит?

Не устроит. Совсем. Но пришлось медленно кивнуть.

– Ты не особо разговорчива, – и снова скривил губы.

Захотелось ударить его по лицу. Наотмашь. Чтобы не смел иронизировать и смотреть на неё свысока.

Удержало благоразумие и то, что они находились в общественном месте. Многие перевертыши придерживались патриархального уклада жизни, такое публичное поведение могли расценить, как оскорбление, и потребовать сатисфакции. Жизнь перевертышей во многом отличалась от жизни обычных людей.

Кристина пожала плечами. Если его что-то не устраивает, может вызвать ей такси.

Дореченцев распорядился подогнать машину. Когда Кристина увидела, что водителя нет, разнервничалась сильнее. Она панически боялась остаться с ним вдвоем.

– Прошу.

Он галантно распахнул перед ней пассажирскую дверь. Учтивый, гад.

Прикусив губу, Кристина опустилась на кожаное сиденье и сильнее сжала клатч. Во что она встряла? Почему не может просто развернуться и уехать в отель? Что происходит?..

Как только Семен занял место водителя, в салоне стало нечем дышать. Его большая фигура подавляюще действовала, смущала. Ей все это очень не нравилось. Никогда не тушевалась перед мужчинами, могла пококетничать и резко поставить на место. С Дореченцевым всё иначе.

Почему?

– Ты напряжена, – холодно заметил он, выруливая на трассу. – Есть вино и мартини. Выпьешь?

– Нет.

Кристина предпочла иметь трезвую голову при общении с данным индивидом.

– Зря. Немного расслабилась бы.

Кристина ничего не ответила, подумав: «Во что ты меня втянул, Арман?»

Глава 4

Автомобиль подъехал к пирсу, и Кристина увидела нечто необыкновенное. На голубоватых волнах покачивалась, окутанная вызывающим синим светом, трехуровневая яхта, больше напоминавшая огромный космический корабль. Одна из палуб, словно вытянутая конечность неизвестного пришельца, устремилась вверх, показывая превосходство расположенных там кают. Панорамные окна на главной палубе, должно быть, принадлежали бару или ресторану. На втором ярусе виднелся бассейн, вокруг стояли кожаные диванчики, кресла и пуфы, зонтики от солнца, даже некое подобие растительности, словом, все для удобства отдыхающих. Передняя часть палубы была оборудована несколькими лежаками для принятия солнечных ванн. Где-то деликатно спрятались приспособления для дайвинга и рыбалки, зодиаки, рыболовные снасти, снаряжение для снорклинга, а также прочие неведомые экстремальные вещи.

Поёжившись от соленого средиземноморского ветра, Кристина ступила на пирс. Перед ней покачивался на волнах другой мир, он будто нависал, угнетая своими размерами.

Им накрыли на палубе. Играла тихая приятная музыка, исполнителя Кристина не узнала. Она ровно относилась к музыке, практически её не слушая.

Спрашивать, кому принадлежит яхта – не стала. Ей было всё равно. Кристина и так чувствовала себя неуютно под неотрывным взглядом карих глаз. Дореченцев сознательно её провоцировал, это она уже поняла. Вел себя вызывающе. Чего он добивался? Чтобы она вспылила и наговорила гадостей, после чего дала и ему карт-бланш? Нет, такого удовольствия она не доставит. Быстрый ужин, потом отель и ближайший рейс до Москвы. А вы, мальчики, тут разбирайтесь сами. С неё хватит.

– Итак, как тебе Монако?

Видимо, ему надоело молчать. Она прерывать затянувшееся молчание не собиралась. Кристина для себя четко определила линию поведения – отстраненность и полное равнодушие. Что бы там про неё не наговорил засранец-брат, она намеревалась опровергнуть всё показным равнодушием.

– Тут красиво, – она повела плечами.

– Только красиво?

– Ну, да.

– А как же твои экскурсии? В пещерах у тебя было более заинтересованное лицо.

Кристина сжала под столиком руки.

– И что? – она с вызовом вздернула подбородок кверху. – Я наслаждалась экскурсией, пока не поняла, что за мной беспринципно ведется наблюдение.

Дореченцев откинул голову назад и рассмеялся.

– Беспринципно? Наблюдение? Девочка, то, что мы оказались в одном месте и в одно время – совпадение, не более.

Совпадение. Ну-ну.

От его «девочка» холодные мурашки побежали по спине и рукам девушки, от чего она невольно поёжилась. Реакция не осталась не замеченной.

– Замерзла?

– Нет.

Ещё не хватало, чтобы он начал проявлять заботу. Кристина невольно представила, как этот громила снимает пиджак и накидывает его ей на плечи. А он пропах его запахом. Мужским. Терпким.

Непонятная, чуждая, сладкая дрожь пробрала девушку, немало её испугав. Да и мышцы живота импульсивно сжались, подавая тревожный сигнал. Реакция на воображаемую картину Кристине очень не понравилась. Так, стоп. Сегодня какое число? Пятнадцатое. А когда у неё ближайшая течка? Завтра-послезавтра… Сердце сжалось от непонятной тревоги. Чего она переполошилась? Таблетки пьет регулярно, ей волноваться не о чем. А то, что на горизонте замаячил самец, на которого неадекватно реагирует кошка, проблема, конечно, но вполне решаемая. Пока, хвала Луне, именно Кристина контролировала кошку, а не наоборот.

Дореченцев откинулся на спинку высокого белого стула и скрестил на груди руки. Кристина не видела, но отчетливо представила, как напряглись его мышцы. Проклятье… Совсем у неё фантазия разыгралась.

– Мне не нравится твоя зажатость. Ты специально делаешь вид, что тебя раздражает происходящее. Раздражаю я.

Вот они и перешли к основному «блюду»…

Теперь настала очередь Кристины прищуривать глаза.

– А почему ты решил, что я это делаю специально? – парировала девушка.

– Почему решил? – Дореченцев резко переменил позу – подался вперед, положив раскрытые ладони на белоснежную скатерть. – Потому что ты, девочка, затеяла игру, которая мне не нравится, и стоит уже поперек горла. И вот не надо сейчас делать оскорбленное лицо. Не прокатит, – его слова звучали очень жестко. Словно не говорил, а рубил дрова. Или кидал дротики, каждый раз попадая точно в цель. – Твой брат ясно дал понять – ты ляжешь со мной. Без проблем. Без напряга. Просто потому, что вам, Лакиным, позарез нужны мои деньги.

Кристина сидела, не шелохнувшись. Лишь чувствуя, как ярость клокочущими волнами поднимается в груди.

С ней разговаривали, как со шлюхой. Как с продажной девкой. Которую, кстати, уже продали.

Ну, Арман… Ну, сукин сын…

– Минуточку, Семён, извини, запамятовала твоё отчество, – она старалась замаскировать зарождающийся в груди давящий страх, столь непривычный в общении с мужчинами. Наверное, оттого он появился, что ещё ни разу, ни один представитель сильного пола не разговаривал с ней в таком унизительном тоне. Не оскорблял её. – Я не отвечаю за своего брата. И понятия не имею, что он там тебе наговорил. Это раз. Во-вторых, да, наши дела обстоят не лучшим образом, но это не значит, что кто-то будет под кого-то ложиться. И, в-третьих… Ты – хам, Дореченцев.

Стоило преодолеть внутреннее сопротивление кошки, чтобы увидеть, как гневно сверкнули его глаза, и как от едва сдерживаемых бешеных чувств дернулся его кадык.

– Ты ступила на тонкий лед, Кристина.

– Да? – она демонстративно заломила брови. – А я думала, сижу спокойно на палубе яхты.

– Мне не нравится твой тон.

– А мне – твой. Так что, мы квиты. И возвращаясь к теме моей, якобы, доступности… – она старательно выделила слово «якобы». – Я не отвечаю за ваши мужские разговоры.

Недобрая ухмылка исказила жесткие черты мужского лица.

– Хочешь сказать, что ты с братцем прибыла в Монако праздно провести время? Ну, да, конечно. И поэтому Арманчик переполошил половину города, вызванивая наших общих знакомых и, как бы невзначай, узнавая о моих планах. Неаккуратно работаете. Мог бы ради сохранения лица нанять людей, а не действовать совковыми методами.

Кристина попала в ловушку. Чтобы она сейчас ни говорила, её слова прозвучат жалко. И неубедительно.

А оправдаться хотелось. Почему-то. Глупо, наверное. Но ей была противна сама мысль, что сидящий напротив мужчина воспринимает её, как доступную девушку. И не желает за неё побороться. Очаровать. Завоевать.

Лишь взять.

– Повторяюсь, я за брата не отвечаю.

– Тогда, если ты такая недоступная и вовсе не «в теме», что ты тут делаешь? Со мной? Раз я у тебя вызываю неприязнь, почему согласилась поехать?

Он бросал обвинения, и Кристина на подсознательном уровне понимала – он прав. Каждое его слово – верное. Она смалодушничала, пошла на поводу у Армана, за что сейчас и расплачивается.

И как выкручиваться из столь щекотливой ситуации – не понимала.

Сердце забилось учащенно. Кристина сильнее занервничала.

– Семен, – она сбавила тон, не желая дальше развивать конфликтную ситуацию, что становилась для неё всё более щекотливой. – Что ты хочешь от меня услышать? К чему вся эта агрессия? Нападки?

– Хм, – недобро усмехнулся он, – пошла на попятную? Решила зайти с другой стороны?

Он невозможен! Кристина держалась из последних сил. Она тоже хороша! Зачем на самом деле, спрашивается, поехала? Сглупила, что тут скажешь.

– Ни с какой стороны я не захожу. Просто не хочу ругаться. И не хочу, чтобы ты бросался ни чем не обоснованными словами.

Мужчина, продолжая сверлить её злым взглядом, достал из кармана телефон.

Кристина насторожилась.

Нет, только не это…

Она уже знала, что приблизительно услышит или увидит.

Он включил запись и…

«Семён, о чем тут речь? Тебе понравилась моя сестра? Вижу-вижу, как посматриваешь на её фото. Да, красавица. И умница! Умница… Понимает всё с полуслова. Да и за фирму радеет душой… Откровенно говоря, не только душой. Хочешь, познакомлю? Без проблем! Да и сладится у вас тоже быстро. Вот уверяю! И, повторюсь, Кристи – девушка понятливая… Ты только подумай о сотрудничестве, ок?»

Внутри Кристины всё похолодело. Несомненно, говоривший – Арман. Его интонация, чуть шутливый тон. Но слова… Неужели он мог ЭТО сказать?

Мог…

Кристина облизнула внезапно пересохшие губы и потянулась к бокалу с вином. Осушила залпом.

На душе было мерзко.

А карие глаза Дореченцева неотрывно смотрели на неё.

– И часто приходится «понимать»? – его слова вскрывали кожу без ножа.

Кристина пыталась сохранить спокойствие и остатки достоинства, но осознавала – у неё плохо получается. И, главное, вся её находчивость, язвительность, умение вовремя подобрать нужные слова – испарились.

– Впервые.

Она не соврала. А как он поймет её слова – плевать.

Как и ожидалось – не поверил.

Брови иронично поползли кверху, а во взгляде открыто читалось презрение.

– Неужели?

И Кристина вспылила.

– Что же вы, господин Дореченцев, считая меня дешевой шлюхой, пригласили на ужин? Не побрезговали?

– Почему же дешевой? Очень даже дорогой.

Захотелось плеснуть вино в его надменное лицо. Чтобы исчезла эта маска превосходства. Чтобы, черт побери, перестал на неё смотреть так, точно их связывали долгие «доверительные» отношения, а она, зараза этакая, изменила ему!

Её спас телефонный звонок. Айфон, зажатый в руке Дореченцева, завибрировал.

Мужчина нахмурился, посмотрел на адресата и кивнул:

– Извини.

Встал и отошел.

Кристина облегченно прикрыла глаза. Чужие разговоры её не интересовали, и она не стала напрягать слух, хотя, при желании, смогла бы услышать, о чем говорит Семен. Сейчас больше волновала та щекотливая ситуация, в которую она встряла.

И в голове вертелась постыдная мысль, пугающая до дрожи – а отпустит ли её Дореченцев с яхты? Мужчина уверовал, что она ляжет с ним. А по тому, как предвкушающе блестели его глаза, как на их дне плескалось буря страсти, он незамедлительно может применить силу. С него станет.

Вообще, Семен производил странное впечатление. Вроде бы, вполне цивилизованный мужчина, занимающийся крупным бизнесом. И одновременно в его поведении проскальзывало что-то дикое, первобытное. Не зря же у Кристины в пещере, при взгляде на него, возникла ассоциация с дикарем.

И как теперь сбежать от него?

Вернулся Дореченцев быстро. И, как показалось Кристине, злее прежнего.

– Я должен уехать. На пару часов. Подождешь?

Кристина едва сдержала вздох облегчения.

– Нет.

– Другого ответа я и не ожидал. А жаль…

Кристина покачала головой и поднялась.

– Всё, что не делается – всё к лучшему.

Он оказался рядом молниеносно. Два шага, похожих на два прыжка.

Встал, возвышаясь над ней, подавляя собственной аурой и физической мощью.

– Останься.

По слову предполагалось, что просит. По интонации – приказывает.

Кристина едва не сделала шаг назад. Усилием воли подавила постыдное желание. Сейчас, когда она поняла, что чудом выкрутилась, облегчение накрыло её с головой. Плевать, с каким мнением о ней он останется. Пусть думает, что хочет. Кристина знала лишь одно – она сделает всё возможное, да и невозможное тоже, чтобы держаться от него в стороне. И впредь нигде не пересекаться.

С пересадками или прямым рейсом, она завтра же вылетает в Россию. А там – домой. Не в Москву, а в пригород, к бабушке.

С братцем, так бесстыдно, так нагло подставившим её, она побеседует чуть позже.

– Вызови мне, пожалуйста, такси, – она старалась говорить ровно, но его присутствие рядом будоражило её кошку и давило на саму Кристину.

Говорят, что очень сильные самцы в состоянии считывать эмоции самок. По запаху. Наверное, так и было на этот раз.

Потому что Дореченев порывисто сделал последний шаг в её сторону, ликвидируя любое расстояние между ними, и глухо зарычав, рывком прижал девушку к себе, ощутимо впечатав в грудь.

– Не убежишь, поняла?

Прорычал и накрыл её губы своими.

Он не целовал.

Он брал.

То, что по праву сильнейшего принадлежит ему.

Его губы требовательно прижались к её. Мяли. Пощипывали. Клеймили своим запахом и вкусом.

Кристина в первую секунду опешила. Даже не удивилась, а именно опешила. Она и предположить не могла, что он вот так бесцеремонно набросится на неё. Их знакомство и диалог меньше всего предполагал дальнейший физический контакт. Тем более, страстный поцелуй…

От которого неожиданно подкосились колени, и задрожали ноги.

Реакция была странной. Очень. И пугающей.

Кристина забилась, желая прервать контакт, но столкнулась с тем, что Дореченцев лишь усилил хватку. Прижал её к себе. И вновь приглушенно зарычал.

От его рычания кошка заметалась. Прижала уши. Но убежать не попыталась. Напротив, едва ли не начала ластиться, что Кристина расценила, как предательство чистой воды. Да что та творит? Неужели не понимает, своим поведением подставляет подножку ей, человеку? Что делает её слабой, безвольной? Но кошке было всё равно – её вели инстинкты.

И сейчас они требовали подчиниться тому, кто для неё был чертовски привлекательным.

Поцелуй становился всё более смелым. Яростным. Дореченцев пытался раздвинуть губы Кристины, и той пришлось приложить все усилия, чтобы противостоять напору. Делать нечего – пришлось применить экстренные меры.

Конкретно – укусить Дореченцева.

Тот, издав утробный рык, оторвался от неё.

– Ах ты…

Его карие глаза полыхали смертельным огнем. И Кристина испугалась. По-настоящему. Ей даже на секунду показалось, что он её ударит, такая бешеная ярость застыла на его лице.

– Пусти меня, – прошипела она, не желая сдавать позиции. Отчетливо понимая – сейчас смалодушничает, он успеет её трахнуть прямо на палубе, разложит на столе, задрав подол. От его большого тела исходила едва ли не ощутимая вибрация, которая невольно передавалась и ей.

Взгляд – тяжелый. Темный.

Облизнув капельку крови, выступившую на нижней губе от её укуса, и тяжело дыша, Дореченцев сделал шаг назад.

– Кошечка выпустила коготки?

Только сейчас Кристина обратила внимание, что её дыхание тоже сбилось. Ногти впились в нежную кожу ладоней, а по спине бегут мурашки.

– Мне пришлось…

Она не договорила. Да и имели ли значение слова? Они смотрели друг на друга, как два недруга, схлестнувшиеся в смертельной схватке.

Кристина сгруппировалась, готовая к новой атаке. Она не верила, что Дореченцев её отпустит. Вот не верила, и всё тут. Он был странным, этот мужчина со злым взглядом. Откуда столько ненависти, агрессии? Что она ему такого плохого сделала? Даже если предположить, – пусть он считает, что она готова с ним переспать за деньги.

– Тебя проводит к причалу мой человек. И вызовет такси, – сказал и, развернувшись, ушёл.

Кристина схватилась за спинку стула, чувствуя, как ноги отказывают её держать. Неужели на самом деле отпустит? Кажется, да…

Размышлять над мотивами его поступков она не собиралась. Схватила клатч и поспешила к трапу. Поскорее бы убраться с этой чертовой яхты!

Человек Дореченцева, пока подъезжало такси, стоял неподалеку. И лишь посадив Кристину в салон, скрылся из виду.

Кристина, назвав отель, откинулась на сиденье, прикрыв глаза. Усталость и какая-то необъяснимая тоска завладела девушкой. Теперь Кристина точно знала, что не следовало поддаваться на уговоры и лететь в Монако. Тогда не было бы стыдно за поведение Армана, да и она осталась бы о нем лучшего мнения. Сейчас же получалось, что брат продал её.

Думать об этом тоже не хотелось.

Потом… В номере. Или утром.

Кристина открыла клатч и достала телефон. Надо посмотреть расписание рейсов. Но резкое торможение автомобиля чуть не заставило её выронить смартфон.