Текст книги "Полицейские тоже любят"
![](/books_files/covers/thumbs_240/policeyskie-tozhe-lyubyat-33347.jpg)
Автор книги: Мария Феррарелла
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава 4
Остановившись в комнате, всего в нескольких футах от входа, Райли переводила взгляд с ребенка, сидевшего на диване, на Вьятта и обратно. К ее удивлению примешивалось недоверие. Меньше всего она ожидала обнаружить в квартире Вьятта малышку, рядом с которой лежали коробка и пара чемоданов.
Она приветливо улыбнулась девчушке. Официально представляя семейство Кавано благодаря замужеству матери, Райли теперь была тетей для множества детей разных размеров, форм и возрастов. Дети олицетворяли невинность и чистоту.
Каждый человек должен оставаться ребенком возможно дольше, подумала она. Ее захлестнуло желание опекать малышку.
Проходя в комнату, Райли чувствовала, что за ней следует Вьятт.
– Привет! – поздоровалась она с малышкой. – Я Райли. А тебя как зовут?
– Лайза, – последовал быстрый вежливый ответ.
Райли оглянулась на Вьятта за разъяснением.
– Твоя племянница? – высказала она догадку.
Вместо ответа, Сэм взял ее под локоть и повел на кухню.
Но прежде чем они пришли туда, подала голос Лайза:
– Я его дочь.
Райли застыла на месте, не доходя до кухни, и взглянула на своего напарника.
– Она сказала, что?..
В голосе не было детской шепелявости или младенческой невнятности, которые помешали бы разобрать сказанное. Произношение Лайзы было идеальным, как у не по летам развитого вундеркинда, намеревающегося завоевать мир.
Сэм кивнул:
– Да.
Райли была уверена, что ей чего-то не хватает.
– Твоя дочь, – произнесла она, ни к кому не обращаясь.
В этот раз ответ Сэма прозвучал как грозный пушечный выстрел:
– Да.
В последние годы полицейское управление разрослось, но детективы составляли весьма компактную группу. Их было меньше, чем полицейских в форме, все на виду. Но не было и намека на то, что Вьятт – более чем обычный жеребец. Если бы у него появилась малышка, кто-то обмолвился бы об этом.
– С какого времени?
Он глянул через ее голову в гостиную и на ребенка с безупречной посадкой. В ее возрасте он обычно сворачивался в клубок, когда смотрел телевизор. Лайза выглядела так, словно ожидала встречи, а не смотрела в голубой экран. Она сидела прямо, положив руки на колени.
– Очевидно, лет шесть назад, – сказал он со вздохом.
Райли смерила его изучающим взглядом. Детектив казался выведенным из равновесия. В последние несколько лет им приходилось встречаться часто, но она не могла припомнить, чтобы он когда-нибудь был так расстроен.
– Когда ты узнал о ней?
Сэм взглянул на часы:
– Два часа назад плюс-минус пять минут.
Он не проявлял желания откровенничать добровольно, поэтому она взяла на себя выяснение обстоятельств появления девочки.
– Почему женщина, которая явно способна не выдавать тайну рождения ребенка, оставила свою дочь тебе? Просто так? – В это трудно было поверить.
Он не знал почему, но внезапно почувствовал потребность защитить Андреа.
– У нее не было возможности выбирать, поскольку она понимала, что… – Он закончил упавшим голосом: – Умирает.
Сильно смутившись, Райли бросила взгляд через плечо в гостиную:
– Если ее мать умерла, то как Лайза…
Вьятт прервал ее до того, как она успела договорить:
– Лайзу привела подруга Андреа. Она также принесла с собой письмо и копию ее завещания.
Согласно документу, его внезапно явившаяся дочь владела небольшим трастовым фондом, зарегистрированным на ее имя, но не могла им воспользоваться до достижения восемнадцати лет. Значит, через двенадцать лет, подумал Сэм.
Имя женщины ничего не значило для Райли.
– Как я понимаю, Андреа была твоей… – Она не закончила предложение, подыскивая правильное слово и надеясь, что Вьятт поможет ей в этом.
– Андреа никем для меня не была, – сказал он решительно.
Что касается собственных ощущений Сэма, то до этого утра Андреа принадлежала его прошлой жизни. Она была просто женщиной, с которой он встречался. Но сейчас она стала матерью его ребенка. Ребенка, о существовании которого менее трех часов назад он и не подозревал.
– Если малышка в соседней комнате твоя дочь, то в ней должно быть «что-то» от тебя. – У Райли возникло много разных вопросов. Она задала первый, показавшийся ей логичным, вопрос, который пришел в голову. – Ты уверен, что она твоя?
– Если ты имеешь в виду тест на ДНК, то нет, не уверен. Но у Андреа не было оснований лгать. – Эта женщина не оповещала его о ребенке, когда была жива, и могла изобрести фальшивую версию. – Андреа независимая… была очень независимой женщиной. – Хотя она составляла часть его жизни более шести лет назад, было трудно думать о ней в прошедшем времени. – Это многое объясняет, – сказал он более себе, чем Райли.
– Например? – спросила Райли. Ее разбирало любопытство.
На мгновение он словно забыл о существовании напарницы.
– Почему она так внезапно исчезла? – промолвил он наконец. – Однажды мы поговорили о том, чтобы освободить для нее ящик в моем шкафу. Потом, – он хрустнул пальцами, – она ушла.
– Несмотря на соблазнительное предложение освободить ящик и предоставить ей четыре вешалки? – удивилась Райли. – Хм, женщина не знает, где ее благо.
Сэм взглянул на нее раздосадованно:
– Сарказм не очень тебе удается.
– Забавно, мне всегда казалось, что удается. – Райли посерьезнела и спросила: – Ты пытался ее найти, после того как она исчезла?
Обычно он не пытался. Но ведь никакая другая женщина не пропадала таким же образом, как Андреа.
– Да, пытался.
– Очевидно, не очень-то старался. – Она заметила, что Сэм обиделся, и объяснила, почему так думает. – Ты детектив, Вьятт. Поиски таких вещей, как люди, в твоей компетенции. В данном же случае ты ничего не нашел.
Последовал вздох разочарования с его стороны. Может, Райли и права. Может, в глубине души он и не хотел найти Андреа, если значил для нее так мало, что она покинула его без единого объяснения. Сейчас он сожалел, что не был настойчивым.
– Да, но ведь она сменила квартиру, работу и телефонный номер. Насколько мне известно, она поменяла и фамилию. – Он пожал плечами, стремясь стряхнуть воспоминания о прошлом инциденте. – Полагаю, у нее появилась мания преследования.
Этот мужчина не мог преследовать женщину, подумала Райли, отметая его оправдание. Он был из тех, кто притягивает женщин.
– Вот что ты получаешь за ношение костюма Годзиллы даже тогда, когда не празднуется Хеллоуин, – выпалила она.
– Ее преследовало чувство ответственности, – уточнил Сэм. Он заметил, что Райли открыла рот, чтобы возразить. – Знаешь, не только парней мучает это чувство. Женщины бывают озабочены им не менее.
Райли отступила. Она действительно не могла с этим спорить. Ее собственная сестра, Тейлор, принадлежала к женщинам такого рода, пока любовь не устроила ей ловушку и не подбросила высокого, темноволосого, стройного частного следователя. Теперь, как знала Райли, Тейлор не могла представить себе жизнь без него.
Вместо того чтобы поделиться этими мыслями с Вьяттом, она спросила:
– Значит, ты позволил ей уйти?
– Я не стал играть роль сталкера, – поправил он ее. – Когда мы были вместе, наши отношения развивались как надо, но когда она ушла таким образом – все было кончено.
Райли оглянулась на малышку в гостиной. Лайза все еще сидела выпрямившись и глядя в телевизор.
– Очевидно, нет, – сказала Райли, указывая на девочку. – Что ты собираешься делать дальше?
Это был вопрос на шестьдесят четыре миллиона долларов.
– Черт его знает.
Райли подняла вверх палец:
– Ладно, во-первых, не ругаться.
– Я не ругался, – возразил Сэм.
– Это еще не те стандарты, к которым мы привыкли, – согласилась она, – но упоминания черта и проклятий относятся к разряду мелких ругательств. – Эти слова, видимо, его не убедили, поэтому она продолжила разъяснение: – Поразмысли над этим в тех же понятиях, в каких ты думаешь о марихуане, влекущей наркомана к употреблению кокаина. Оба наркотика нелегальны, просто один из них считается более опасным, чем другой. Кроме того, – она выставила другой палец, – тебе нужно подыскать кого-то, кто мог бы побыть с Лайзой, пока ты на работе.
Сэм еще не задумывался над этим. Его разум словно парализовали попытки справиться с первым потрясением. Сейчас, когда проблема вышла на поверхность, он не видел выхода. Не было человека, к которому можно было обратиться.
– Все мои знакомые работают в полицейском участке.
Во время их учебы в академии Сэм не упоминал о своих родственниках. Райли не имела представления о его семейном положении.
– Помощью близких не можешь воспользоваться?
У него были близкие, или, точнее, один родитель. Его отец жил в пенсионном сообществе.
– В Аризоне. Это что-то вроде зоны досуга для убийц.
Райли перестала его слушать после упоминания Аризоны.
– Дай мне подумать, что можно сделать. – Она вынула свой мобильник.
Когда она нажала кнопку клавиатуры, он спросил:
– Кому звонишь?
Райли подняла руку, жестом попросив его хранить молчание, пока она пользуется телефоном.
– Бренда? Это Райли. Послушай, я понимаю, что всего не скажешь в двух словах, и не хотела бы тебя обременять, но моему напарнику нужен помощник для ухода за маленькой девочкой. Шесть лет, – ответила она на вопрос своей сводной сестры. – Ее мать умерла и… – Райли снова сделала паузу, в этот раз не из-за вопроса, но из-за выражения Брендой соболезнования напарнику и его дочери. Следующие слова Бренды вызвали ее широкую улыбку. – Спасибо, Бренда, ты – милашка. Мы будем у тебя очень скоро. – С этими словами она выключила мобильник.
– Где мы будем? – стал допытываться Вьятт, как только она закончила телефонный разговор.
– Бренда – одна из приемных детей шефа. Она замужем за Даксом и согласилась, чтобы ей привели Лайзу. Бренда работает на дому, поэтому располагает временем для воспитания детей, – объяснила Райли. Затем она добавила для полной ясности: – Она работала учительницей и понимает толк в воспитании. Отведя к ней малышку, ты сможешь успокоить лейтенанта и вернуться на работу. У тебя будет время немного передохнуть и решить без спешки, что делать дальше.
– Без спешки, – повторил Сэм, качая головой. Его губы против воли изобразили улыбку. – Слишком поздно. Поезд ушел.
Может, лучше взять отгул, в конце концов.
Райли снова вытащила телефон.
– Хочешь, чтобы я позвонила Бренде и сказала, что ты раздумал привести Лайзу?
Нет, Райли права. Ему нужно вернуться на работу и получить время на размышление.
– Чего я действительно хочу, так это то, чтобы ты вернула время на шесть лет назад и обещала лягнуть меня хорошенько в задницу, если я предложу сходить в заведение Мэлоун.
Это был бар, в котором он впервые встретил Андреа. Вместе с подругами она праздновала там выигрыш серьезного судебного дела. В тот вечер она пошла домой вместе с ним.
Райли приходилось самой ликвидировать «белые пятна» в его биографии, догадываясь, что он ссылался приблизительно на то время, когда была зачата Лайза.
– Как ни заманчиво твое предложение, Вьятт, я должна сказать, во-первых, что речь идет о прошедшем периоде в семь лет, а не в шесть. Ты не забыл, что дети рождаются через девять месяцев после зачатия? Во-вторых, самое смелое воображение не может сделать магию и путешествия во времени частью моих служебных обязанностей или характеристики.
Райли подождала ответа напарника, но его не последовало. Глаза Сэма почти остекленели. Она предположила, что отцовство подействовало на него так, будто он подорвался на противопехотной мине.
Она помахала рукой перед его глазами:
– Вьятт, спустись на землю.
Схватив руку Райли за запястье, Сэм опустил ее:
– О чем ты говоришь?
– Ты хочешь или нет отвести Лайзу в дом Бренды? – спросила она.
Сэму казалось, что на сегодняшний день он решил проблему, но что будет завтра? И что будет со всеми последующими завтра? Сейчас он не мог сказать этого. Они что-нибудь придумают. Ему приходилось в это верить.
Райли все еще ждала ответа.
– Было бы неплохо отвести девочку, – сказал он наконец.
Райли направилась в гостиную.
– Лайза, голубушка, твой папа и я хотим отвести тебя в дом одной милой женщины. Ее зовут Бренда. Бренда Кавано.
Лайза медленно слезла с дивана, не отводя взгляда от того, кого Кэрол назвала ее папой.
– Остаться? – спросила она. – Или ты не хочешь?
Райли показалось, что нижняя губа девочки задрожала, когда она задала последний вопрос. Ее сердце сжалось от сочувствия к ней.
– Конечно, он хочет, чтобы ты осталась с ним, – произнесла Райли перед тем, как это смог сделать Вьятт. – Но он работает, милая. Работает детективом полиции. – Райли повернулась к Вьятту. – Верно, детектив Вьятт? – Она преднамеренно говорила как можно ласковей.
Сэм тупо кивнул, как человек, который находится в шоке.
– Вьятт, ты в порядке?
Сэм успокоил ее:
– Пойду разогрею машину.
Райли знала, что его машину разогревать не нужно, но не стала возражать. Все свое внимание она обратила на малышку. Старалась изо всех сил говорить приветливым, ободряющим голосом:
– Хочешь взять с собой что-нибудь?
Лайза рассматривала ее с отстраненным видом.
– Я останусь в доме этой женщины?
Лайза говорила детским глухим голосом, в котором, как казалось Райли, было много рассудительности.
– Всего на несколько часов. Ты вернешься сюда сегодня же, но позднее. В крайнем случае – вечером, – увещевала Райли.
Детективы работали посменно, но часы их работы приобретали иной раз хаотичный характер. Если бы об этом ограблении дома сообщили прошлой ночью, у нее не осталось бы сомнений, что они с Вьяттом созвонились бы в полночь относительно прибытия на место преступления.
Она заметила мрачность выражения лица Лайзы. Глаза малышки стали наполняться слезами. Неужели она испугалась?
– Что случилось?
Перед ответом Лайза сделала глотательное движение.
– Как раз это мама сказала мне, перед тем как оставить меня. Она не вернулась.
Райли склонилась, чтобы обнять Лайзу. Она почувствовала, как малышка сначала напряглась, затем расслабилась в ее руках. Бедняжка просто нуждается в любви, подумала она.
– Милая, твоя мама попала в автомобильную аварию. – Говоря это, Райли ласково поглаживала волосы Лайзы. – Больше всего она хотела вернуться к тебе, но не смогла.
Лайза подняла голову, чтобы взглянуть на Райли:
– Вы вернетесь?
Райли выпрямилась.
– Мы вернемся, – пообещала она и, собравшись с духом, взяла ручонку малышки в свою руку.
Перед тем как Райли и Вьятт ушли, Лайза задала тот же вопрос.
Вьятт опередил Райли, стремясь поскорее уйти. Он быстро попрощался с Лайзой. Девочка выглядела потерянной и столь несчастной, что Райли наклонилась и обняла ее. Как раз в это время Лайза снова ее спросила:
– Вы вернетесь?
– Твой папа вернется, милая, – пообещала Райли, полагая, что ее вопрос имел в виду Вьятта. – Уверяю тебя.
– Нет, ты, – нетерпеливо переспросила девочка. – Ты вернешься?
Райли и Вьятт переглянулись, захваченные вопросом Лайзы врасплох. Не время было философствовать по поводу ее места в сложившемся положении – или, скорее, отсутствия такого места.
Вместо этого она выпрямилась и пообещала:
– И я приду.
Только после этого с лица Лайзы стало сходить тревожное выражение.
– Хорошо.
Бренда вышла вперед, взяв девочку за плечи:
– Пойдем, Лайза, я познакомлю тебя со своими детками.
Лайза позволила вести себя, глядя через плечо на Райли с Вьяттом до тех пор, пока Вьятт не закрыл входную дверь, напрочь отделив их от взгляда дочери.
Он шумно выдохнул, как будто задерживал дыхание все время, которое они провели в доме Бренды.
– Похоже, она привязалась к тебе.
Почувствовал ли он реально облегчение, которое она заметила в его глазах?
– Если мать Лайзы не была замужем, то ей, видимо, более комфортно с женщинами.
– Замечательно, – пробормотал он под нос.
– Ты справишься с проблемой, – ободрила она его. – Правда, Лайза гораздо моложе тех особей, к которым ты привык, но благодаря твоему шарму она научится, я уверена, есть из твоих рук. – Ее попытка вывести его из состояния сосредоточенности провалилась. Оставив шутливый тон, она спросила: – Что с тобой?
Остановившись у машины, он сделал паузу:
– Не думаю, что смогу стать отцом, Макинтайр.
– Ты вполне адекватен. Примерно девяносто пять процентов всех отцов говорят вначале то же самое.
– Да, но они располагают девятью месяцами, чтобы привыкнуть к этому. У меня же не было даже девяти секунд. Только что я был холостяком и вдруг стал семьянином, – пожаловался Сэм, качая головой.
Райли бросила на него понимающий взгляд:
– Насколько я помню, ты всегда был способным учеником. Освоишься в самый короткий срок.
Впервые с тех пор, как они учились в академии, Вьятт не выглядел самоуверенным. Казалось, он утратил решимость.
Открыв дверцу машины, он снова сделал паузу.
– Я никогда не признавался в этом прежде, – начал он, но запнулся.
– Продолжай, – ободрила она его.
Ему потребовалась еще пара секунд, чтобы сформулировать свое признание.
– Я никогда не говорил этого прежде, – начал он снова, – но хочу признаться, что нуждаюсь в помощи. – Затем, переведя дыхание, перешел к сути своей просьбы: – Короче, Макинтайр, ты мне нужна.
Глава 5
В доли секунды после того, как Сэм сказал, что нуждается в ней, в голове у Райли произошла переоценка его слов, которая придала им совсем другое значение. Переоценка в том смысле, что ее не должен волновать ряд обстоятельств, с которыми столкнулся ее напарник.
Райли отогнала эту мысль, а также тревожное, беспокойное любопытство.
– Для чего я нужна тебе? – как бы услышала она свой вопрос со стороны.
– Помоги мне с Лайзой.
«Что еще имеет в виду этот кретин?» – спросила про себя Райли. Вслух сказала небрежно:
– Я думала, что уже тебе помогаю. Ведь это я добыла тебе сиделку на весь день. – Если же потребуется, можно будет договориться с Брендой, чтобы она посмотрела за Лайзой и после школы.
Школа.
Сэм сказал, что его дочери шесть лет. Это означает, что она достигла школьного возраста. На Райли обрушилась новая лавина вопросов, подавив на время чувство, которое она только что испытала.
Сэм кивнул в знак согласия. На мгновение он забыл о необходимости сесть в машину и ехать к месту ограбления дома. Он нуждался в том, чтобы высказаться открыто и хотя бы на время быть искренним перед самим собой.
– Я ценю это, даже если забыл поблагодарить…
– Ты действительно забыл.
Он подавил в себе вздох недовольства, понимая, что не хочет словом или делом вызвать отчуждение этой женщины именно сейчас. Он действительно в ней нуждался. Кроме того, она была его напарницей.
– Это ведь не какая-нибудь двухчасовая кинолента, где все аккуратно расставлено и играет возвышенная музыка, когда идут конечные титры с перечислением имен создателей и исполнителей фильма. Это реальная жизнь, Макинтайр. – Сэм не стал добавлять, что это его жизнь и что он не знал, каким образом попал в трудное положение. Он всегда был так осторожен. Но ничто, включая, очевидно, противозачаточные средства, не является надежной защитой. – А впереди море забот.
Райли показалось, что проблема могла быть решена очень просто, по крайней мере на первое время.
– Послушай, папаша, неужели у тебя нет подружки, к которой можно обратиться за помощью?
Подружка, готовая обеспечить уход за Лайзой, чтобы заслужить его благосклонность, была бы сейчас весьма кстати.
Но Сэм замотал головой:
– Не сейчас. С подружками я на мели.
Она скривила губы:
– Рада, что это сказал ты, а не я.
То, как он смотрел на проблему, выглядело упреждающим ударом.
– Может, ты попробуешь? – Он взглянул на нее с надеждой. – Что скажешь, Макинтайр? Ты мне поможешь?
Райли понимала, что он хочет переложить на нее решение проблемы. Может, в ее обширном семействе найдется доброволец, который возьмет на себя заботу и ответственность за воспитание Лайзы.
«Не выйдет, Вьятт», – подумала она.
– На меня не рассчитывай, но я смогу некоторое время приходить по вечерам и помогать тебе, если хочешь. Тебе тоже нужно быть в это время, – особо подчеркнула она. – Чтобы привыкнуть друг к другу, тебе и Лайзе придется на самом деле быть друг с другом.
Сэм вздохнул и провел рукой по волосам. Невероятно сухой воздух повсюду выпаривал влагу. Он ощутил статическое электричество над своим скальпом.
Макинтайр дело говорит, он знал это. Но впервые в жизни Вьятт не чувствовал себя готовым ответить на вызов, который ему противостоял. Что он понимал в воспитании девочки? Или даже в общении с ней? У него не было представления об этом.
У Макинтайр было такое представление. Он смотрел на нее как утопающий, цепляющийся за соломинку.
– У тебя большая семья, верно, Макинтайр?
– Теперь да, – согласилась она. Перед замужеством матери у нее были два брата и сестра. После замужества, кроме большого пополнения ее семьи, следует принять во внимание жен ее братьев и мужей сестер. За короткое время численность ее семьи выросла астрономически. – Почему ты спрашиваешь? Ты хочешь внедрить Лайзу в мою семью, надеясь, что все ее члены мечтают включить малышку в группу дошколят?
– Не совсем так, но близко к этому.
Райли покачала головой.
– Отчаяние не в твоем стиле, – улыбнулась она. – Не волнуйся, все будет в порядке. – Ее голос наполнился добротой, когда она прибавила: – И у тебя будет подмога.
Он предпочел бы просто передать Лайзу на воспитание. Не потому, что был к ней равнодушен или присутствие Лайзы помешало бы ему вести привычный образ жизни – миловидные малышки, как известно, скорее привлекают, чем отталкивают женщин. Он сделал бы это потому, что считал несправедливым по отношению к девочке держать ее при себе. Она заслуживала воспитания со стороны того, кто знает в этом толк, а не со стороны отца, который ничего в этом не смыслит.
– Наверное, так, – пробормотал Сэм. Для себя он решил сосредоточиться на работе. – О’кей, давай отложим это на потом. Надо добраться до этого дома, чтобы Баркер не устроил нам нагоняй. – Он открыл дверцу машины со стороны сиденья водителя.
В машине Райли пришлось воспользоваться ремнем безопасности. Во время поездки к дому Бренды она сидела на заднем сиденье вместе с Лайзой, чтобы девочка не чувствовала себя более одинокой, чем была. Езда на переднем сиденье рядом с водителем имела свои недостатки.
– Хочешь сесть сзади? – спросил он, заводя машину.
– Нет, – отказалась Райли. Ей не хотелось признаваться, что она придает значение такой мелочи, как ремень безопасности.
Ей надо было вытащить на необходимую длину две тугие лямки, чтобы закрепить их вокруг себя. Ухватившись за них, она просунула металлический язычок в прорезь. Справившись с этим, взглянула на Вьятта.
У него действительно был чертовски привлекательный профиль. Неудивительно, что он притягивает женщин. Этот мужчина слишком хорошо выглядел для собственной же пользы.
Или для ее пользы тоже.
Райли удивилась таким мыслям. Она поискала безопасную тему разговора, такую тему, которая бы перенаправила ее мысли в нейтральное русло. Решила поговорить о ее новом боссе, хотя могла с таким же основанием говорить о своих родственниках или матери.
– Сколько времени Баркер руководит отделом?
Сэм сделал резкий поворот вправо у очередного светофора. Нужная ему автострада находилась всего в квартале отсюда.
– Столько же, сколько я работаю в отделе.
Значит, по крайней мере последние пять лет.
– Скажи, он всегда был такой пираньей или стал таким в какое-то время?
Сэм засмеялся, затем почувствовал потребность как-то защитить босса.
– Он вполне приличный мужик, когда в настроении.
Ни вчерашний, ни сегодняшний день не подходил под это определение.
– Эти дни хорошего настроения имеют сколько-нибудь четкую последовательность? – спросила она. – Или они наступают раз в сто лет?
– От него ушла жена пару лет назад. Это и вывело его из равновесия.
– И с тех пор он вымещает свою досаду на каждом встречном, – догадалась она.
Включив поворотный световой сигнал, Сэм вывел машину на автостраду. После часа пик интенсивность движения соответствовала утренним часам.
– Что-то в этом роде. – Сэму хотелось отвлечься от нынешней ситуации. Может, если не думать о ней, он найдет наконец решение. – Лейтенант сообщил тебе подробности дела?
Перед тем как отправиться искать Сэма, она заходила к новому начальнику, чтобы получить более полную информацию. Тот казался раздраженным, но затем стал терпимее и выдал чуть больше деталей дела. Райли была довольна теперь, что поинтересовалась. Хотя она и Вьятт были знакомы, они никогда не работали вместе. Райли не хотела, чтобы он думал, будто оказался в упряжке с какой-то глупышкой только из-за ее связей.
– Баркер сказал, что характер дела напоминает ограбление дома, которое ты уже расследовал. Никаких признаков взлома, хозяев связывают скотчем и стерегут, пока двое злоумышленников в черном облачении и масках с прорезями последовательно обчищают дом. Закончив, они обездвиживали хозяев хлороформом, чтобы успеть скрыться до того, как их жертвы освободятся и позвонят в полицию.
Увеличив скорость, чтобы обогнать грузовик и съехать на другую дорогу, Сэм кивнул:
– Похоже на то ограбление.
Информацию о применении хлороформа они исключили из официального сообщения, переданного для огласки. О ней знали только жертвы и грабители.
– Насколько ты продвинулся в том деле? – спросила она.
Он уперся в тупик, из-за чего лейтенант и поручил ему новое дело.
– Тебе измерить в дюймах или футах?
– Неужели так далеко?
– Да, – ответил Сэм, скрывая разочарованность, – но теперь, когда ты рядом, мы провернем дело как надо и найдем тех нехороших парней.
Райли молча посчитала до десяти, затем спокойно сказала:
– Не думаю, что сарказм – лучший способ взаимодействия, если ты хочешь моей помощи.
Съехав, Вьятт последовал по извилистой дороге, пока не застрял на красном свете светофора.
– Ты не будешь помогать мне в деле об ограблении, если сочтешь, что твои чувства задеты?
– Я говорю о своей помощи решить проблему с Лайзой в нерабочее время.
На короткий миг Сэм совершенно забыл об этом непредвиденном происшествии в своей жизни.
– Ах да. – Он вздохнул. – Макинтайр, если я не смогу забыть, что с минуты на минуту должен стать предполагаемым отцом, то как я стану агентом 24/7?
Она попыталась угадать его состояние. Должно быть, он обалдел от случившегося.
– Во-первых, для тебя это ново. Дай себе привыкнуть к этой ситуации. Во-вторых, ты не «предполагаемый» отец. Ты на самом деле отец, хочешь того или нет. Твоя интрижка породила человеческое существо. И поскольку был в нее вовлечен, ты являешься отцом. Чем скорее ты осознаешь это, тем быстрее для тебя все станет на свои места.
– Не осознаю чего? – Сделав секундную паузу, он высказал то, что было у него на уме: – А что, если я не буду отцом вообще?
Райли хотела развернуться к нему, но тугой ремень безопасности ее не пускал.
– Ты хочешь бросить девочку?
– Разве я могу это сделать? – спросил Сэм. Затем, прежде чем Райли смогла выразиться в том духе, что не может найти подходящих слов для осуждения этого поступка, Вьятт ответил на свой вопрос со вздохом облегчения: – Я не могу этого сделать. То, что она здесь, не ее вина.
– Я бы на твоем месте выкинула слово «вина» из своего лексикона, – посоветовала она серьезно. – Использование этого слова унизит Лайзу в собственных глазах, если ей придется их услышать. Вообще я бы не занималась этим совсем.
– Чем – этим? – не понял он.
– Прошлым, – пояснила Райли. – Какое Лайза имеет к нему отношение? Если хочешь, сделай тест на отцовство. Но тогда, если девочка окажется твоей дочерью, прими это как должное и исходи из этого.
Сэм не нуждался в тесте на отцовство. Как он уже говорил Макинтайр, у Андреа не было оснований лгать, а возраст малышки совпадает со временем их встречи. Лайза – его дочь. Он взглянул на напарницу:
– Ты будешь брать почасовую плату за полезные советы?
За иронией он прятал уязвленную гордость. Она понимала это. Ее ответ был столь же ироничный, как его вопрос:
– Поскольку ты мой напарник, первая сотня часов моих советов бесплатна.
Сэм чуть не заохал, когда представил, что будет слушать голос Макинтайр следующую сотню часов.
– Я лучше послежу за дорогой.
Уголки ее рта изогнулись.
– Я дам тебе знать, когда придет время выслушивать мои советы.
Сэм чувствовал, что время уже пришло. Но он не мог думать об этом сейчас, предвосхищать проблемы, которые возникнут в будущем. Перед ним стояла задача расследовать ограбление дома и по возможности поймать преступников.
Он повернул машину на ту улицу, где произошло ограбление. Объявил:
– Мы на месте.
– Я бы никогда не догадалась, – съязвила она.
В середине проезда перед домом внушительных размеров стояла полицейская машина, вынудив их припарковаться на обочине. Толпа любопытных зевак сдерживалась несколькими кóзлами, расставленными в определенном порядке. Даже если бы всего этого не было, ярко-желтая лента с магнитной записью поперек фасада здания являлась стопроцентным доказательством того, что здесь работает полиция.
Выбравшись из машины, Сэм покачал головой:
– Надо думать, люди, живущие в этом поселке, располагают самой совершенной системой безопасности.
Райли смотрела на это иначе:
– Наоборот, эти люди полагают, что находятся в безопасности из-за того, что живут в отдельном поселке. Со временем они вбухивают деньги, которых вполне достаточно, чтобы купить собственное маленькое европейское княжество, и полагают, что это защитит их от плохих парней. Они не понимают, что богачи, в представлении плохих парней, – это свора зануд, которые не окажут сопротивления в случае нападения.
– Полагаю, в известном смысле это верно, – допустил Сэм.
– Спасибо. – Райли восприняла его комментарий как комплимент и одарила Сэма ослепительной улыбкой, перед тем как направиться к парадной двери. Перед ней стоял полицейский с непроницаемым выражением лица, настоящий мускулистый контрольно-пропускной пункт. Он и не пытался освободить ей путь. Райли предъявила ему удостоверение и полицейский жетон.
Лицо смягчилось, когда полицейский перевел взгляд с удостоверения на лицо Райли.
– Новенькая? – спросил он. В его темно-карих глазах проснулся интерес.
– Только что начала работать в отделе, – уточнила она. – Первый полный рабочий день.
– Она со мной, – сообщил удивленному полицейскому Сэм, появившись позади нее.
Тот тотчас узнал его:
– Понятно, детектив Вьятт. Но тебе не стоит особенно беспокоиться, – сказал он. – Я только что имел дело с репортером, который пытался проникнуть внутрь здания под видом родственника.
– Чем же он себя выдал? – полюбопытствовала Райли.
Когда офицер улыбнулся, на его правой щеке появилась ямочка.
– Неправильно назвал фамилию жертв ограбления, – ответил он, обрадованный возможностью поговорить о происшествии.
– Продолжайте в том же духе, – ободрила Райли патрульного полицейского и последовала за Вьяттом в дом.
Вьятт глянул на нее через плечо:
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?