Текст книги "Людо и звездный конь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lyudo-i-zvezdnyy-kon-163448.jpg)
Автор книги: Мэри Стюарт
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Глава 5. Пещера
![](i_005.png)
Дверь вела в пещеру, но такой пещеры Людо в жизни не видел. Сперва его поразили размеры: каменные своды терялись во мгле, а во все стороны во тьму уходили галереи. Потом он почувствовал, как здесь тепло и светло. Ледяная корка вмиг растаяла, пальцы обрели подвижность, щеки раскраснелись, а когда Людо посмотрел на Ренти, то увидел, что гнедые бока коня почти высохли, а грива и хвост распушились. (Ренти был из породы гафлингеров, крепких красивых гнедых лошадок с серебристыми гривами и хвостами. Некоторые верят, что именно гафлингеров впрягают в колесницу Солнца, и в погожий денек в такое недолго поверить. Людо, во всяком случае, верил.)
Пещера была заполнена людьми, точнее, юношами примерно одних лет с Людо: кто-то моложе, кто-то старше, лет шестнадцати. На юношах была странная короткая одежда из кожи и шерсти неярких цветов, и, хотя лишь один или двое были обуты, бедняками они не выглядели, по крайней мере, держались не как бедняки. Сказать по правде, старшие смотрели дерзко и заносчиво, и, когда Людо застенчиво остановился посредине пещеры рядом с Ренти, трое встали и подошли к нему.
– Ты новенький, – укоризненно промолвил самый высокий.
Людо не сообразил, что на это ответить, поэтому от греха подальше просто коснулся лба рукой, как его научили делать при встрече с богатыми и знатью, и промолчал.
Вероятно, он выбрал верную тактику, потому что юнец, смягчившись, отрывисто бросил:
– Откуда ты? Этот вход должен быть закрыт.
– Другого я не видел, – озадаченно ответил Людо. – Где мы? Я не знал, что здесь есть пещера.
– Да и откуда тебе знать. – Юнец гордо вскинул голову, отчего Людо почувствовал себя еще ничтожнее, чем обычно. – Мы не показываем дорогу каждому встречному. Но ты здесь, а значит, имеешь право, придется с этим смириться. Назови свое царство.
– Бавария, – удивленно ответил Людо.
– Никогда о таком не слыхал. Какая-нибудь третьесортная окраина, голые скалы да козы.
Один из мальчиков у костра обратился к собеседнику Людо:
– Хватит его дразнить. Раз Стрелец призвал его, значит он чего-то стоит, хоть по виду и не скажешь. Ничего, скоро освоится.
Людо совсем не нравился этот разговор, но, по крайней мере, новый голос звучал добрее.
– Я сожалею, – промолвил он робко, – что пришел не оттуда, откуда следовало, господин…
– Не называй меня «господин», – перебил его второй мальчик. – Меня зовут Язон, а это обращение прибереги для Стрельца. И выведи отсюда своего коня.
– Если эту старую клячу можно назвать конем, – послышался голос из темноты, и юноши у костра захихикали. – Для чего отец дал тебе такое сокровище? Что, на него даже собаки не позарились?
Людо, который любил Ренти и часто повторял, что старый конь понимает его с полуслова, знал, что на самом деле животные не слушают людских разговоров. Прежде всего, потому, что не находят в них ничего увлекательного. Но насмешник бил по больному – Ренти и впрямь в последнее время досталось, и это на нем сказывалось. Конь стоял рядом, поникнув головой и опустив уши, и Людо забыл, что он крестьянский сын, а эти задиры наверняка сынки богатых и знатных родителей, которые охотятся в горах, поэтому вспыхнул до корней волос и выпалил:
– Он замечательный конь, и всем известно, что нет на свете коней лучше баварских гафлингеров! А будь вы такими же старыми, как он, да завали вас семиметровым слоем снега, посмотрел бы я на вас!
Тот, кто назвался Язоном, удивленно посмотрел на Людо сверху вниз и нахмурил брови:
– Снега? Тебе прекрасно известно, что этой зимой снега тут еще не было. Что ты плетешь?
Его товарищи зашумели:
– Да, зачем он врет? Откуда он взялся?
Юноши вскочили и окружили Людо. Вид у них был самый недобрый. Людо заметил, что некоторые вооружены: у одних на поясе висели кинжалы, другие сжимали в руках луки.
– Успокойтесь, дайте ему ответить, – неожиданно произнес дружелюбный голос.
Голос принадлежал юноше лет четырнадцати, широкоплечему, с загорелым лицом. На говорившем было только что-то вроде юбки из золотистого, в черных пятнах меха с позолоченным поясом, на котором висел длинный кинжал. Когда юноша выступил вперед, остальные, даже те, кто выглядел старше, безропотно отступили назад.
Широко расставив ноги и заложив большие пальцы за пояс, юноша стоял перед Людо.
– Начнем сначала. Обычно он рассказывает нам о чужестранцах, которые сюда приходят, но о тебе промолчал. Ты говоришь, что родом из Баварии. Никто из нас не слыхал о такой стране, но это ничего не значит: в этих горах хватает мелких царств. Нет, постой, дай мне договорить. А теперь ты упомянул о снеге, хотя мы знаем, что снега в этом году еще не было. Но я думаю, ты сказал правду – когда ты вошел, я заметил снег на боках твоего коня.
Он замолчал. Костер трещал, как будто рвали бумагу.
– Это правда, я сам видел, – раздался громкий голос.
– Тише, пусть говорит Пелей, – отозвался другой юноша.
– Итак, – промолвил тот, кого называли Пелеем, – где твое царство и как ты сюда проник?
– Поверьте мне, господин, – начал Людо, которого с детства учили прислушиваться к тем, кто говорит рассудительно, пусть даже они немногим старше его, – моя страна там, за Егерсальпом, и она тянется дальше, чем мне случалось заходить, а сюда я вошел через эту дверь. – Он показал туда, где недавно был снежный туннель.
Но туннеля больше не было. Позади, освещенная светом костра, высилась сплошная каменная стена. И никаких признаков двери.
– Но тут была дверь! – вскричал Людо. – На Ренти обрушилась лавина, и я побежал за ним и тоже провалился, а потом мы нашли туннель под снегом и открытую дверь, и…
Людо запнулся. Лицо Пелея окаменело, а Язон медленно потянулся за луком, который прислонил к стене пещеры. Остальные сгрудились вокруг Людо и смотрели угрожающе.
– Лазутчик, вон он кто! Кто из вас слышал о стране с таким варварским названием?
– Да еще такой, которая тянется на мили! Мы все знаем, что на семь дней пути отсюда нет даже долины с таким именем.
– Возможно, он пришел издалека. Вон и конь его охромел.
– Не думаешь ли ты, что он нам ровня? Он не похож на царского сына. И он не мог пройти в эту дверь!
– Но если Стрелец призвал его…
– Посмотри на его лицо, – сказал Язон. – Он никогда не слыхал о Стрельце. Он чужак, лазутчик, и, по-моему, мы должны разделаться с ним, не дожидаясь Стрельца!
Людо сделал шаг назад, потом еще один. Юноши стояли перед ним плотной стеной, на лицах играли недобрые ухмылки, сверкали кинжалы. Он попятился еще чуть-чуть, потом сообразил, что отступать некуда, и остановился.
– Послушайте, я никогда не говорил, что я царский сын! – проговорил Людо с отчаянием, обращаясь к Пелею, который, очевидно, был здешним предводителем. – Я не лазутчик! И я не вру! Я пошел за своим конем, и мы бы сгинули в снегу, если бы вход в пещеру не оказался открыт. Я не знаю, кто вы, кто такой Стрелец и где я нахожусь! Я только хочу выбраться отсюда и вернуться домой!
Слова его произвели самое поразительное действие. Когда Людо закончил, в пещере повисла гробовая тишина. Внезапно Людо понял, что никто больше на него не смотрит. Все глаза были устремлены туда, где некто выступил на свет костра из глубокой тени в дальнем углу пещеры.
Глава 6. Стрелец
![](i_006.png)
Некто или нечто, подумалось Людо, когда неизвестный вступил в круг света. Сначала он увидел невероятно высокого бородатого мужчину с широченными плечами, выпирающими мышцами и пронзительными темными глазами. Мужчина держал в руках громадный двояковыгнутый лук, натянуть который было под силу только такому великану. Пламя костра играло на золотых наконечниках, которыми заканчивался лук, и на мощной груди незнакомца. До пояса тот был обнажен, если не считать ремня, на котором висел колчан со стрелами. Ниже пояса великан был облачен в шкуру, хотя в этом Людо не был уверен – обзор заслоняли юноши. Но тут юноши расступились…
Бородатый мужчина казался таким высоким, потому что там, где у человека начинались бы ноги, были грудь и передние ноги лошади. По правде сказать, лошадиного в нем было больше, чем человеческого, но на месте лошадиной шеи и головы начинался человеческий торс – на той же высоте, что у всадника на коне. Ты, конечно, знаешь, что это был кентавр, но Людо, книжек не читавший, никогда о кентаврах не слышал. Он понимал лишь, что перед ним существо спокойное, сильное и очень опасное, наделенное всей мощью и всеми противоречиями своей двойной натуры.
– Кто это? – спросил кентавр. Его голос мало походил на человеческий, слишком низкий и высокий одновременно, словно лошадиное ржание. Тем не менее слова звучали отчетливо.
Людо от изумления и страха не мог выговорить ни слова, так что только коснулся ладонью лба. Ответил кентавру Пелей:
– Мы расспросили его, Стрелец. Он утверждает, что в стене за его спиной открылась дверь, а сам он из неведомой варварской земли, именуемой Баварией. Говорит, что там зима, что его коня засыпало снегом, а он провалился в сугроб вслед за конем и нашел под снегом вход в этот Дом.
Стрелец нависал над Людо и Ренти, буравя их огромными нечеловеческими глазами. Хвост хлестал по бокам – красно-бурым, цвета горного щавеля.
– Это правда, мальчик? – пробасил кентавр.
Поначалу Людо только кивнул, затем сглотнул и выдавил:
– Да, господин.
– Так ты попал сюда случайно? И твой венценосный отец не посылал тебя ко мне в ученики?
– Мой отец не король, ваше благородие. Король живет в замке в соседней долине. Я его видел, ваша честь, но он бы меня и не заметил. А мой отец, плотник Фриц Шпигель, живет в домике на полпути к летнему пастбищу.
– Тогда как ты сюда проник? И благодаря каким чарам нашел дорогу в мой Дом?
– Милостивый государь, ваша честь, Ренти, мой конь, сорвался с привязи, когда дверь хлева распахнулась от ветра, и убежал, а ветер дул северный, опасный ветер в наших краях… – В голове у Людо все так перемешалось, что он и впрямь решил, будто проделал многомильный путь от дома, а не просто вошел в пещеру через снежный туннель под Егерсальпом, и кто скажет, что он был неправ?
– Я понимал, ваша милость, что Ренти сгинет в снегу, и взобрался на холм, и звал его, и Ренти меня услышал, но не повернул назад. Думаю, от холода в голове у него помутилось. Я знал, я надеялся, что если пойду за ним, то спасу его и приведу домой. Это ведь я его привязывал, я слежу за конской сбруей. И если бы он погиб, это была бы моя вина. И потом, ваше превосходительство, мы с Ренти… а я знаю его всю жизнь… и я должен был попытаться спасти его…
На самом деле Людо говорил совсем не так связно, как я тебе излагаю, а сбивчиво и с остановками, а когда дошел до слов, что Ренти сгинет в снегу, то обнял коня за шею не столько от полноты чувств, сколько для того, чтобы устоять на ногах – колени у Людо подгибались. Юноши все так же молча стояли вокруг, держа наготове кинжалы и луки, а громадный кентавр взирал на них с высоты своего роста, и догадаться, что у него на уме, было еще сложнее, чем понять, о чем думает конь.
– А затем сошла лавина, – продолжил Людо, – и завалила Ренти, и я… я понял, что придется возвращаться домой, но тут упала звезда…
Людо замолчал. Стрелец, словно норовистый конь, вскинул голову. Он стоял на месте, но мышцы под красно-коричневой шкурой на боках мерцали и перекатывались в свете костра.
– Звезда?
– Да, господин, звезда, – отвечал Людо, прижавшись к конской шее. – Большая звезда прямо с неба упала у подножия Егерсальпа, и я пошел за звездой, и Ренти был под снегом, и он рванулся вперед, а там была дверь – правда-правда, была! – только потом она исчезла, и… и…
Бедный Людо запнулся. Все молчали. Молчание тянулось и тянулось, пока Стрелец не прервал его.
– Хрм, – промолвил он.
Поначалу Людо решил, что тот просто откашлялся, прежде чем заговорить, и с тревогой поднял глаза, но тут Ренти вскинул голову и заржал, и мальчик понял, что кентавр обратился к нему на лошадином языке.
Некоторое время они беседовали. Людо и, вероятно, остальные юноши не понимали ни слова, кроме Пелея, который переводил глаза с одного собеседника на другого, и его лицо то темнело, то светлело. Под конец разговора юноша взглянул на Людо с жалостью. Однако это был добрый взгляд, без тени презрения.
Разговор завершился. Напоследок Стрелец всхрапнул совсем по-лошадиному и обратился к Людо:
– Конь рассказал мне, почему решил уйти. Это не твоя вина, твой отец не опустил щеколду, и, увидев, что дверь не заперта, конь сам перегрыз веревку.
Людо открыл было рот, чтобы спросить зачем, но сразу закрыл его. Кажется, он знал, в чем дело. Ренти понимал, что больше не может работать, и решил, что лучше сгинуть в снегу, чем дожидаться смерти. Людо со стыдом опустил голову.
– Да, ты угадал, – мягко промолвил Стрелец. – Впрочем, тебе нечего стыдиться. Таков порядок вещей. Но твой конь из породы звездных коней, и он горд. Он решил уйти раньше срока и вернуться к своему племени. Конь знал, как найти мой Дом, самый ближний путь в звездную страну, куда лежал его путь. И если тебя вслед за ним привела падучая звезда, придется считать это чудом и принять тебя вместе с конем.
Юноши удивленно переглядывались и, кажется, даже немного присмирели от услышанного. Людо, решив, что все ждут от него ответа, промолвил:
– Спасибо, ваша честь.
С высоты своего роста Стрелец сурово посмотрел на мальчика:
– Итак, ты здесь, и выбор за тобой. Пойдешь ли ты с ним? Путь неблизок и труден. Тебе предстоит последовать за величайшей звездой, которую вы зовете Солнцем и чья колесница держит путь через Дома звездной страны. Но ты еще можешь пройти домой сквозь снег. Ты пришел по собственной воле, тобой двигали любовь и чувство долга, поэтому я позволю тебе вернуться этой дорогой, если пожелаешь. Итак, что ты выберешь?
Людо затаил дыхание. Сейчас больше всего на свете ему хотелось снова влезть в снежный туннель и, если получится, вылезти наружу и поскорее добраться до дома. Стрелец безучастно ждал его решения. Юноши не сводили с него глаз. Ренти стоял с поникшей головой, перенеся вес с больной передней ноги на здоровую.
Людо поднял глаза:
– А Ренти со мной не вернется?
– Нет, его выбор сделан, но ты еще можешь выбирать. Этот конь верой и правдой служил тебе всю жизнь, готов ли ты послужить ему верой и правдой? Если готов, я позволю тебе пройти через мой Дом. О том, что ждет тебя за его границами, я не знаю, да меня это и не заботит.
Кентавр замолчал. В толпе юношей раздался недовольный ропот, но Стрелец не обратил на шум никакого внимания.
– Итак, мальчик?
– Я, наверное, я… я лучше пойду с ним, – запинаясь, ответил Людо. – Не ровен час, заблудится или кто-нибудь решит его обидеть… Понимаете, коням нужен присмотр. Они немного глуповаты, часто пугаются и способны сами себе навредить…
Людо запнулся. В толпе юношей прокатились смешки. Кентавр не улыбнулся – кентавры никогда не улыбаются, только переступил копытами да хлестнул себя хвостом по бокам.
Людо прижал ладонь к губам:
– Ой, простите, я не хочу сказать…
– Я знаю, чего ты хочешь, – сказал Стрелец. – Ты хочешь сохранить верность своему другу. Хорошо, ступай с ним. Ты проведешь его вслед за солнечной колесницей, через добрые и недобрые земли, и вы оба завершите свой путь в Доме Скорпиона. Сегодня Солнце покидает мой Дом. Если ты догонишь его до того, как оно воротится назад, твое заветное желание исполнится – а нет, так не исполнится, и кто знает, что принесет тебе больше счастья?
– Я не понимаю, – сказал бедный Людо.
– Твое дело не понимать, а идти вперед и не сдаваться, встречая радости и опасности с открытым сердцем, а на большее не рассчитывай. Ступай с миром. Ты невредимым прошел через Дом Стрельца, что немало для простого человека.
Стрелец посторонился и через костер указал на стену, которая терялась во тьме пещеры. Высоко на стене сверкал золотом огромный знак в виде стрелы: ♐.
Под стрелой туннель выводил вон из пещеры. Людо, который был слишком растерян, чтобы понять велеречивые слова кентавра, замялся – в голове теснились сотни вопросов, которые ему хотелось задать! – но Ренти уже захромал к выходу, а проходя мимо кентавра, склонил голову. Поэтому Людо лишь застенчиво поблагодарил хозяина Дома и последовал за конем.
Однако не успел он сделать и трех шагов, как один из юношей выпалил:
– Господин, если он отправляется в путешествие, да еще в такое, ему пригодился бы амулет или заклинание, кольцо или кубок…
– Или щит, который обращал бы его врагов в камень, – подхватил другой.
– Или моток веревки, который не даст ему сбиться с пути, – поддержал товарищей третий.
Стрелец покачал головой, затем вновь хлестнул себя хвостом по бокам и промолвил почти человеческим голосом:
– Не надобно ему чар и колдовства. Его собственная душа приведет к цели, как привела сюда. Ум – это хорошо, однако храбрость и честность не хуже, и, если крестьянский сын честен и храбр, заклинания и мечи нужны ему меньше, чем царю.
Но когда Людо и Ренти отошли от костра, сзади раздался легкий шорох шагов, и их догнал Пелей. Людо почувствовал, как в ладонь скользнула холодная рукоять длинного кинжала, а в ушах раздался шепот:
– Возьми, пригодится. Он может говорить что хочет, но я бывал снаружи и знаю. Удачи, и свидимся через год.
Затем он вернулся в пещеру, а мальчик и конь потащились вперед по каменистой дороге, в конце которой пробивался слабый свет.
Глава 7. Козерог
![](i_007.png)
К удивлению Людо, снаружи было светло. Получалось, что прошел целый день, потому что небо на западе розовело. Солнце спряталось за горы, но по правую руку от Людо из-за пиков еще пробивались его мощные лучи.
Он стоял у выхода из пещеры, положив руку на шею Ренти. Пелей убежал назад, и двое – мальчик и конь – остались одни среди гор.
Судя по всему, они были по другую сторону Егерсальпа, в долине, где Людо бывать не приходилось. Выглядело все вокруг в высшей степени странно: снег куда-то исчез, только высились белые скалы, окрашенные закатом в нежные абрикосовые тона. Ниже, словно озеро, лежало плотное облако, скрывая долину. Горный воздух был свежий, но не холодный, а когда Людо приложил ладонь к камню, тот еще хранил тепло уходящего дня.
– По крайней мере, – обратился он к коню, – сегодня солнце все-таки выглянуло, поэтому последуем совету Стрельца и пойдем вслед за ним.
Впрочем, выбора у них не было. Единственная широкая каменистая тропа от входа в пещеру забирала направо и, огибая каменный уступ, уходила вверх.
Людо взялся за недоуздок, но не для того, чтобы вести коня за собой, а чтобы помогать Ренти на долгом трудном пути.
– Пошли, – сказал он, и они принялись карабкаться вверх, а их длинные тени скользили за ними в розовом закатном свете.
Тем временем тропа сужалась и становилась все круче и круче. Камни опасно шатались под ногами. Людо, привычный к горам, карабкался не хуже козы, но старый Ренти не бывал на верхнем пастбище уже несколько лет, к тому же коню мешала хромота. Беспокоясь о нем, Людо поднимался очень медленно – медленнее, чем ему хотелось бы, потому что солнечный свет угасал, а воздух остывал. Не говоря о том, что мальчик изрядно проголодался, а кругом не было ничего живого, только скалы. Ни птицы, ни кустика, ни сухого чертополоха, который в родной долине рос даже на такой высоте.
– Попадись нам навстречу коза, мы бы знали, что тебе будет чем подкрепиться, – рассуждал Людо вслух. Сам он как-нибудь обойдется, но старина Ренти такого не одобрит.
Не успела эта мысль прийти ему в голову, как Людо и впрямь увидел горного козла. Словно тень мелькнула наверху. Последний луч заходящего солнца вспыхнул в желтых глазах. Козел подпрыгнул, и Людо увидел, что это не дикий горный козел, а огромный черный самец, очень похожий на вожака стада, которое он пас летом. А где стадо, там и пастух. Людо приложил ладони ко рту и прокричал йодлем. Звук эхом прокатился по горам.
– Незачем так шуметь, – сердито промолвил кто-то. – Всех перебудишь.
Людо замер и огляделся. Никого, ни единого живого существа, кроме старого коня и черного козла. Ренти говорить не умел, по крайней мере с Людо. А козел? Людо видел, что Ренти смотрит на козла, задрав голову и навострив уши.
Спустившись с горных круч на тропу, где стояли Людо и Ренти, – он двигался легко, почти небрежно переставляя ноги с одной невидимой опоры на другую, только щелкали черные копыта, – козел, склонив голову набок, всмотрелся в мальчика холодными умными глазами.
– Далеко же ты забрался, никогда бы не подумал. Стрелец немногих пропускает. Должно быть, это из-за коня. Он питает к ним слабость, что, если вдуматься, вполне объяснимо. Дело явно не в тебе! Ты всего лишь мальчишка и к тому же не отличаешься сообразительностью, а он разборчив…
– Это ты говоришь? – спросил мальчик.
Возможно, Людо и не отличался сообразительностью, но представь себя на его месте! Лучи заходящего солнца пробились между горными пиками, на камни легли длинные темно-синие тени, а угольно-черная шерсть козла, который размером в два раза превышал вожака стада, вспыхивала и переливалась в отраженном от скал закатном свете. В золотистых холодных глазах светились ум и хитрость.
– Да уж, соображаешь ты небыстро, – повторил козел. – Конечно я, кто ж еще? Не этот же несчастный, которого ты тащишь в поводу.
– Ренти – звездный конь! – воскликнул Людо, задетый за живое.
Козел заблеял. Если ты знаешь коз так же хорошо, как знал их Людо, то тебе известно, что даже обычные козы нередко смеются, обычно над людской глупостью. Козел кивнул, и его великолепные рога сверкнули, словно отполированные.
– Нашел чем удивить! А ты идешь вслед за Солнцем. Впрочем, едва ли ты преуспеешь, но я тебе не враг и не собираюсь чинить препятствия. Даже помогу.
Козел задумчиво принюхался, тряхнул шелковистой бородкой и покосился на Людо:
– Я слыхал о тебе, мальчик мой, и пусть ты не семи пядей во лбу, ты был добр к моему народу, и о тебе хорошо отзываются.
В то же мгновение со звуком, который Людо не перепутал бы ни с каким другим, на краю обрыва возникла первая козочка: цокали изящные копытца, приближалось стадо. Козы, числом не менее сотни, как раньше их вожак, грациозно запрыгали вниз, качая рожками и кося желтыми глазами. Словно с горы обрушился водопад белой, серой и коричневой шерсти. Это были самые обычные козы, и ни одна из них не умела говорить. Обступив Людо, Ренти и черного козла, козочки заблеяли.
– Да это же Хайди, Лотти и малышка Сисси! – удивленно воскликнул Людо и обернулся к черному козлу, который взирал на него с хитрым прищуром золотистых глаз. – Они из моего стада! Прошлой весной они упали в пропасть, когда после бури обвалилась скала, и я думал, они погибли!
Черный козел качнул рогами:
– Верно, и ты трижды спускался за ними и не ушел, пока не убедился, что надежды нет. Я же говорил, я все про тебя знаю.
Людо наклонился над козочками из своего стада, чтобы почесать им рожки.
– Лотти просто красотка! Стала лучше, чем раньше. А Хайди… – Людо запнулся, не веря своим глазам. Раньше морду старушки Хайди перерезал старый шрам, а копытца не мешало бы подточить. Теперь шрам исчез, а копытца были ровные, как у козленка. Но это была все та же Хайди с коричневым пятном над правым глазом, да к тому же она терлась о ногу Людо, как всегда. А что до третьей козочки… Людо прекрасно помнил, как в последний раз видел малышку Сисси со сломанной шеей в луже крови на каменном уступе. А теперь она как ни в чем не бывало скакала перед ним и тыкалась в него мордой, прося почесать за ушами.
Поверх голов козочек Людо посмотрел на черного козла, который кивнул:
– Да, ты прав. Они мертвы. Я же сказал, большего ты сделать не мог, это сделал я.
– И я могу забрать их с собой?
– Не можешь, да они и не захотят. Ты оставишь их здесь, со мной.
Людо сглотнул:
– А кто вы… господин?
Если бы кто-нибудь сказал Людо, что он обратится к козлу «господин», мальчик счел бы того сумасшедшим. Впрочем, он счел бы сумасшедшим и того, кто сказал бы ему, что когда-нибудь на горном перевале он будет вести беседы с козлом.
– Можешь звать меня Козерогом, – отвечал черный козел.
Бедный Людо дрожал как осиновый лист. Трижды пытался он задать тот вопрос, который, я уверена, к этому времени возник бы у тебя в голове.
Наконец до смерти перепуганный Людо еле слышно прошептал:
– Выходит, я тоже умер?
Козерог фыркнул. Не слишком вежливо, но ободряюще.
– Скоро умрешь, если будешь стоять как истукан, покуда Солнце уходит. Ты должен миновать перевал до темноты, мальчик мой, иначе ночью замерзнешь. Ступай, не стой столбом. Не бойся, с дороги не собьешься. Поднимешься на перевал и дойдешь до ручья. А после сам разберешься.
Закончив свою речь, черный козел отвернулся и, оттолкнувшись всеми четырьмя копытами, запрыгал вверх по козьей тропе, узкой, как лента, прямо над тем местом, где стоял Людо. Солнечные лучи в последний раз отразились от полированных рогов, а золотистые глаза внезапно сверкнули злобной насмешкой.
– Козерог, господин Козерог! – в отчаянии вскричал мальчик. – Прошу вас, не уходите! Скажите, куда ведет эта тропа? И что это за местность?
– Это моя страна, – отвечал Козерог, – и, как обещал, я не причиню тебе вреда. Чего тебе еще? И я уже сказал, куда идти… Делай как велено! Вверх, только вверх! Другого способа нет. В высоте сила, сила в камнях и просторе! Только вверх! Вверх, покуда можешь двигаться, до тех пор, пока не увидишь мир у своих ног. Поднимись на вершину мира, туда, где живу я. – Взгляд Козерога стал холодным и твердым. – А теперь прощай!
Солнечный свет в последний раз вспыхнул в золотистых глазах, и одним движением Козерог перемахнул через скалу и исчез из виду. За ним, словно железные стружки за магнитом, потянулось стадо. За гребнем уже невидимого хребта раздалось цоканье копыт и шорох осыпающейся земли. Затем звуки стихли, и наступила тишина.
Людо подбежал к основанию обрыва и посмотрел вверх, вслед стаду. Ничего, только голые камни, между которыми залегли стремительно чернеющие тени. Солнце зашло, и сразу резко похолодало. Людо задрожал и погладил Ренти по шее. Старый конь, хромая, встал рядом с хозяином, опустив голову и повесив уши. Вид у него был печальный и усталый.
– Ничего, ничего, – сказал Людо, стараясь, чтобы голос звучал бодро. Мальчик пытался уверить себя, что спит и в любую минуту проснется дома у печки, Ренти будет стоять себе в стойле, в тепле и покое, а все, что с ними приключилось, окажется дурным сном.
Однако проснуться не получалось, даже когда порыв ледяного ветра взлохматил гриву коня, а шея Людо покрылась мурашками. Протолкнув комок в горле, мальчик крепко сжал недоуздок и громко сказал Ренти:
– А теперь вперед. Он сказал, что нужно миновать перевал до темноты, а уже почти стемнело. Другого выхода нет. Не вешай нос, Ренти, справимся.
И они справились. Людо совершенно выбился из сил, а конь едва стоял на ногах, когда они миновали последний подъем. Но внезапно они правда оказались наверху, а тропинка, которая долго змеилась между присыпанными снегом каменными осыпями и высокими глыбами, неожиданно пошла вниз.
Уже почти стемнело, и Людо гадал, можно ли остановиться, пока не вспомнил слова Козерога: «…и дойдешь до ручья». Уж шум воды они бы услышали? Козерог, если, конечно, ему можно доверять, намекал, что если они доберутся до ручья, то опасность останется позади. В любом случае им придется искать воду и место среди камней, чтобы дотянуть до утра. Прижав руку к пустому животу, Людо вел Ренти в поводу, шатаясь и спотыкаясь от усталости, пока в темноте и тишине внезапно, словно птичья трель, не раздался плеск воды.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?