Читать книгу "Книга V: Апостат"

Михаил Злобин
Книга V: Апостат

Глава 1

Увидев, как в пламенной бездне моих нечеловеческих глаз полыхнул недобрый зловещий огонь, Долана истошно закричала. Мой демонический лик стал для нее воплощением самых жутких ночных кошмаров. Вот только пробуждение от этого дурного сна означало для нее попадание в куда более жуткую обитель… Во владения Князя Боли. Но вряд ли домина Амброс это понимала.

Глядя на беспомощную аристократку, сжавшуюся в моих лапах, и ощущая ее яростное желание жить, мне очень сильно захотелось изничтожить эту глупую надежду. Вырвать с мясом, надругаться над ней и разбить даже не на осколки, а просто растоптать в невесомую пыль. И этот чуждый зверский позыв яснее ясного дал мне понять, что демон начинает одерживать верх над разумом, делая меня своей марионеткой. Я напряг свою волю, пытаясь отбиться от инородной жажды черного обелиска, но покуда беззащитная жертва билась в моей хватке, тело отказывалось подчиняться мне.

Долана уже не просто кричала, она надсадно выла, надрывая голосовые связки, а мои когти все смыкались, медленно выдирая интенсивно пульсирующую Искру из ее души. И видит Дьявол, я изо всех сил старался заставить себя остановиться. Но длинные чешуйчатые пальцы продолжали вкручиваться в плоть, терзая вместе с ней и человеческий дух. И совсем близок был тот момент, когда помощница советника отправится за грань, не выдержав тех страданий, что я ей причинял.

Внезапно женщина рухнула на пол, заходясь в приступах судорожного кашля, а мои руки опали бессильными плетьми, окатывая нервы нестерпимой болью. Отчаявшись пересилить распробовавшую вкус крови демоническую ипостась, я попросту прервал связь с темным монументом. Я одномоментно вернулся в слабое человеческое тело, искалеченное и переломанное после многодневных пыток. И навалившееся на меня чувство собственной неполноценности едва не вынудило меня снова рвануть навстречу багровой бездне.

Куда ушла эта невероятная мощь? Куда исчезла непробиваемая чешуя и шипы? Где мои когти, способные взрезать металл легче листа пергамента? Почему я променял хищное совершенство сущности Искателя Боли на это нелепое и хрупкое вместилище, неспособное сейчас даже сражаться?! Зачем терпеть эту презренную слабость, если можно быть по-настоящему сильным?! Для чего…

Пытаясь заглушить собственные мысли, я со всего маху боднул мраморную стену, разбивая себе лицо. Новая порция боли подействовала отрезвляюще, и опасные мысли полностью вылетели из головы, стыдливо уступая место трезвому и холодному разуму. Каким же наивным я был, полагая, что полностью контролирую позывы своей оскверненной Дьяволом души… Граница между человеком и демоном оказалась настолько зыбкой и тонкой, что я едва не провалился в черную трясину, из которой уже не было выхода.

Проклятые Асы! Кто бы мог предположить, что поглощение их Анима Игнис сделает то, что не смогли сделать сотня душ Аль’сура! Нет, так дело не пойдет. Расхаживая в облике демона, я рискую окончательно им стать. А значит, я просто обязан проявлять больше осторожности! Но, черт подери, как?! Как мне выбраться из дворца, оставаясь покалеченным подростком? А если я прибегну к помощи инфернальной ипостаси, то как мне удержаться и не перебить людей во всей столице? Ситуация безвыходная…

– По… помогите! – Сипло выкрикнула домина Амброс, напрягая свой осипший голосок. – Спасите меня!

Я отвлекся от своих дум и перевел взгляд на ползающую в моих ногах помощницу советника. Хм-м-м… а почему бы и не попробовать? В конце концов, хуже уже точно быть не может.

– Зачем ты кричишь, Долана? – Я опустился перед ней на одно колено и проникновенно заглянул в глаза. – Разве тебе мало смертей? Неужели ты хочешь, чтобы он снова пришел сюда?

Женщина шарахнулась от меня так резко, что впечаталась затылком в стену, но даже не заметила этого.

– Там, – я кивнул через плечо на ведущий в тюремные застенки спуск, – остались лежать разодранные трупы двух Асов. Кажется, их звали Ганадор и Уарид. Даже они не смогли ничего противопоставить ему, Долана. Ты представляешь, что произойдет во дворце, если я снова призову себе на помощь это?!

– Нет-нет-нет! Прошу, не надо! – Зарыдала аристократка. – Я… я не знаю, что ты такое, но умоляю, хватит! Не нужно больше этого ужаса…

– Тогда почему ты пытаешься призвать сюда новых жертв?

– Я не пророню больше ни звука! Клянусь Ворганом! – Помощница советника в самом деле заметно понизила голос. – Только исчезни, пожалуйста! Уходи! Уходи!

– Именно этим я и собирался заняться, моя домина, – иронично хмыкнул я, – но, как видишь, почти сразу же испытал кое-какие трудности. Поэтому, если ты не хочешь, чтобы мои проблемы стали вашими, помоги мне выйти из дворца. Потому что если я буду пробиваться силой… не уверен, что сумею вовремя остановиться и не перебью целый город. Поверь, мне бы этого не хотелось.

– Я… я не могу! – Испуганно выдохнула аристократка, находясь на грани истерики. – Это невозможно! Я не смогу, стража меня не пропустит… Пожалуйста, не надо снова… не делай этого…

– Тише-тише, Долана, успокойся, – ласково попросил я. – От тебя не требуется совершать маленькое чудо. Я прекрасно осознаю о трудностях, с которыми ты столкнешься при этом. Достаточно просто вывести меня на открытую галерею, балкон или даже верхушку башни. Свежий воздух благоприятно на меня воздействует, успокаивающе. Так что я точно смогу сдержать себя. Смекаешь, домина?

На лице помощницы советника сейчас отразилась непримиримая борьба между животным страхом и чувством долга. Она безоговорочно поверила в мою способность превратить столицу Исхироса в воняющий падалью некрополь. А потому истовое желание не допустить этого оказалось способным победить даже липкий и обездвиживающий ужас, поселившийся в ее душе.

– Я согласна! – Вымолвила женщина с таким видом, будто бросалась в омут. – Я не могу ничего обещать, но я попытаюсь! Только поклянись никого больше не убивать…

– Этому не бывать! – Строго отверг я предложение Доланы. – Единственное, в чем я тебе могу поклясться, так это в том, что разорву на части любого, кто попытается меня задержать. И моли своего ложного бога, чтоб я не вошел после этого во вкус…

Сделавшись от моих слов белее мела, аристократка часто-часто закивала головой, показывая, что вняла моему грозному предупреждению. Она стала пытаться подняться на ноги, но они дрожали и подгибались, не спеша ей подчиняться.

– Извини, я бы помог тебе, но твой любимый император приказал переломать мне руки от самых плеч, – усмехнулся я, наблюдая за бесплодными попытками домины Амброс. – Но ты поторопись, моя госпожа, время не на вашей стороне.

Ожесточенно пыхтя и громко покряхтывая, помощница советника все же сумела принять вертикальное положение. Сделав парочку пробных шагов вдоль стенки, помогая себе руками, она наконец-таки смогла совладать со своим непослушным телом.

– Пойдем… – женщина споткнулась на полуслове, будто не знала, как ко мне можно обращаться.

– Меня зовут Данмар, – ехидно подсказал я. – Неужели ты так быстро забыла?

– Да… то есть нет… в смысле, следуй за мной… Данмар… – с видимым усилием повторила она мое имя.

Женщина повела меня сквозь лабиринты запутанных коридоров и анфилад, пугливо вздрагивая при каждом шорохе и постороннем звуке. Дворец был местом весьма многолюдным, и пересечь его ни с кем не повстречавшись оставалось непростой задачей. Но поскольку мы начали свой путь в практически необитаемых нижних уровнях, то Долане пока удавалось уберечь своих соотечественников от гибели в когтях кроваво-красного демона.

Ну и я, конечно же, оказывал посильную помощь, раскидывая щупальца своей Искры, чтобы предупредить о чьем-либо приближении. После покорения ступени Грандмастера воздуха, надо сказать, мои возможности стали значительно шире. Теперь я оказался способен растянуть нити Анима Игнис на поистине огромное расстояние, которое в замкнутом пространстве даже не представлялось возможным замерить. И именно благодаря этому я первым заметил человека, который уверенно двигался в нашу сторону по перпендикулярному коридору.

Окликнув Долану, я в двух словах поведал ей о приближающемся незнакомце, и женщина не на шутку перепугалась, представив, что кровожадное чудовище снова явится сюда. Она начала умолять меня спрятаться, опасаясь, что я на такое предложение могу оскорбиться. Но мне оно было как-то безразлично, а потому я всего лишь пожал перебитыми плечами, демонстрируя полное равнодушие. И помощница советника, получив мое согласие, без лишних церемоний запихала меня в какой-то альков, где вместо статуи почему-то находился пустующий постамент.

Распустив завязки на висящих тут же толстых шторах, она занавесила мое убежище, а сама побрела нарочито неспешным шагом. Я же следил за каждым ее движением посредством Искры, готовясь в любой момент прервать жизненный путь домины Амброс. Ежели я теперь Грандмастер, то, быть может, сумею создать сферу давления и без крыльев? Не хотелось бы проверять это в боевой обстановке, но даже без этого у меня оставался достаточно широкий выбор средств для умерщвления непослушного проводника…

– Моя госпожа, что ты тут делаешь? – Прочел я по колебаниям воздуха реплику незнакомца, набредшего на Долану.

В своем пыльном убежище я толком не мог его расслышать, но мне он почему-то показался смутно знакомым. И когда тончайшие отростки Искры очертили в моем разуме крупную мужскую фигуру, вышагивающую с гордо задранным подбородком, словно караульный на плацу, узнавание неприятно царапнуло взбудораженный разум.

Это же гвардеец Фит, который весьма недвусмысленно оказывал знаки внимания помощнице советника на пиру. Тот самый громила-офицер, который пытался спровоцировать меня на демонстрацию красной молнии. Дьявол и его рогатая свита, это ведь было так недавно, но время в пыточных подвалах Иилия плетется настолько медленно, что мне все произошедшее кажется видениями из прошлой жизни… Эх, боюсь, что Долана не устоит, и попытается натравить на меня своего воздыхателя. Придется, все-таки, превратить их обоих в хорошенько пропеченные куски мяса. Ну и надеяться, что на шум электрических разрядов не сбежится половина дворца, и что демон не подчинит меня себе, пока я нахожусь в человеческом обличии. Снова проверять насколько силен черный обелиск мне не очень хотелось, но, видимо, иного выхода не остается…

– А, это ты Фит… – расслышал я ответ Доланы. – Извини, сейчас не лучшее время для беседы, я сейчас, эм, несколько занята… Извини.

– Что с тобой, домина? – Озабочено отозвался гвардеец, подходя к женщине вплотную. – Ты выглядишь очень встревоженной…

– У меня… я… я…

Нащупав воздухом фигуры двух собеседников, я уже приготовился выйти из укрытия и поразить их молнией. Теперь на подготовку канала для сырой энергии у меня уходило гораздо меньше времени, нежели раньше. Они оба умрут раньше, чем увидят мой силуэт…

– Ты все волнуешься за этого дрянного юнца из Махи? – Сердито осведомился Фит, и я будто наяву увидел, как он недовольно супит брови. – Брось это, моя госпожа! Он не стоит твоих переживаний! Этот ублюдок убил восьмерых моих бойцов! Если он сгниет в темнице, то от этого всем будет только лучше. А уж старина Хусин не даст ему там заскучать, ха-ха!

– Прошу, давай не будем обсуждать этого… Данмара, – взмолилась помощница советника, и я ощутил, как она напряглась. – Его Сиятельство первым приказал атаковать мальчишку, и я считаю, что это было несправедливо.

– Никогда не осуждай действий нашего мудрого правителя, моя домина, – строго предостерег аристократку офицер. – Иначе я, как командующий Железного корпуса, буду вынужден на это отреагировать…

– Делай что хочешь, Фит, только оставь меня в покое! – Несколько эмоционально воскликнула Амброс.

– Долана, постой! – Гвардеец ухватил за локоть пытающуюся сбежать от него женщину. – Я не желал тебя обидеть, клянусь! Но ты ведь и сама прекрасно знаешь, что таков мой долг, и я не могу им поступиться!

– Хорошо, Фит, я не стану сердиться на тебя, но только если ты мне позволишь уйти. Идет?

– Эх, моя госпожа… почему ты так строга со мной? – Погрустнел слуга Иилия. – Разве я когда-нибудь давал тебе повод усомниться в моих к тебе чувствах?

Долана мягко высвободилась из чужой хватки и тяжело вздохнула. Тончайшие невесомые нити Анима Игнис нарисовали в моем воображении картину, как она прикрывает веки, пытаясь утихомирить бешено стучащее сердце.

– Ты прав, Фит, – призналась она. – Раньше я слишком сильно была сконцентрирована на своей службе. Я жила только ради того, чтобы исполнять волю Его Сиятельства. И когда он не оправдал моих надежд, мне стало все кристально ясно... Сегодня я вдруг поняла, насколько глупо и бездарно растрачивала отмеренные мне небом годы.

– Госпожа, я же просил тебя не говорить о нашем государе…

Что собирался сказать командующий Железным корпусом так и осталось загадкой, потому что аристократка внезапно подалась вперед и повисла на его шее. Она впилась в губы офицера горячим страстным поцелуем, закрывая рот занудному солдафону, и тот на некоторое время совсем потерялся. Фит стоял как истукан, держа руки по швам, а когда решился пошевелиться, чтобы приобнять аристократку, та сразу же отстранилась от него и отошла на пару шагов.

– Долана… это… это… что это было? – Ошарашено спросил воин.

М-да, а он не из догадливых…

– Ты не хочешь сегодня провести со мной вечер, Фит? – Ушла от прямого ответа помощница советника.

– Я? С тобой? – Мне показалось, что рослый бугай, запакованный в офицерскую кирасу, сейчас запрыгает от радости, как уличный сорванец, нашедший блестящий акат. – Моя госпожа, да я мечтаю об этом с нашей первой встречи!

– Вот и хорошо. Тогда встретимся вечером?

– Всенепременно!!! – Радостно воскликнул командующий. – Только мне надо уладить кое-какие вопросы по службе… впрочем, не забивай свою прелестную голову, домина! Меня не остановит даже сам дьявол!

Воодушевленный воин заспешил по своим делам, то и дело оглядываясь на замершую аристократку. Видимо, все еще не мог поверить в свое счастье, ожидая, что фигура женщины растворится в воздухе, как призрачное видение. И только лишь когда он скрылся за поворотом, гремя подкованными подошвами, я позволил себе отпустить готовую к атаке Искру.

– Ты сделала правильный выбор, Долана, – поведал я, выходя из-за плотной шторы. – Жить сегодняшним днем это значительно лучше, чем отправиться в бездну.

– Я всего лишь пыталась избежать нового кровопролития, – слегка смущенно отозвалась помощница советника. – Фит слишком упрям и настойчив, чтоб от него можно было избавиться другим способом.

– Не лги себе, смертная, – не поверил я в такое объяснение. – Если ты решила дать продолжение своему роду, то самое благоприятное для этого время было вчера. Следующий подходящий момент – сегодня. Ведь потом может оказаться уже поздно.

От моей откровенности аристократка зарделась и заволновалась, стискивая кулачки. После встречи с Искателем Боли лицом к лицу ей перестало казаться, что у нее впереди целая жизнь. Она вообще не верила, что сможет пережить сегодняшний день. Не верила, что я отпущу человека, который узнал мою страшную тайну.

– Ты ведь хочешь жить, Долана? – Уточнил я, склоняя голову набок. – Хочешь любоваться закатами, встречать новые рассветы и нянчить своих пока еще нерожденных детей?

– Да… – шепотом ответила она. – Пожалуйста, позволь мне оставить в этом мире свой след. Дай мне шанс исполнить женское предназначение. Я клянусь, что никому не расскажу о том, что видела…

– Нет… – насмешливо покачал я головой. И когда домина Амброс уже сделала судорожный вздох, пытаясь устоять на ногах, огорошил ее: – Ты обязательно обо всем расскажешь. Ты поведаешь Иилию о том, что произошло с его людьми, о том, как погибли оба его Аса. А еще скажешь, что то же самое может произойти и с ним.

Распахнув глаза в неподдельном удивлении, женщина глупо открывала и закрывала рот, силясь осознать, что я только выдал.

– Хватит пялиться, – одернул я Долану, выводя из ступора. – А то я могу рассердиться, и твои мечты никогда уже не воплотятся в реальности.

В очередной раз вздрогнув, аристократка изобразила почтительный поклон, и заспешила вглубь переплетений бесконечных коридоров дворца. Без сомнения, после встречи с моим вторым Я она кардинально пересмотрит свои взгляды на жизнь…

Глава 2

Кара прилежно царапала новомодным механическим пером в пергаменте, тщательно перенося информацию для будущего отчета в виде шифра. И это несмотря на то, что сейчас была уже глубокая ночь, и на то, что вряд ли он потребуется ей завтра. От Данмара не было никаких вестей вот уже второй осколок подряд, но девушка все равно продолжала исправно исполнять свой долг. Просто потому что это помогало ей отвлечься от тяжких раздумий и тревог. Последние седмицы она все равно не засыпала раньше рассвета, так зачем тратить время на бестолковое метание в постели, когда можно провести его с пользой для дела?

Данмар, Данмар… где же ты? Почему бросил своих преданных последователей? Неужели гнев императора оказался сильнее тебя? Не хотелось бы в это верить. Но робкой надежды с каждым днем оставалось все меньше, когда как тревожное беспокойство только нарастало…

Позади Кары едва слышно скрипнула дверь, прерывая ход ее нелегких мыслей. Девушка обернулась, и испытала приступ сильнейшего раздражения, когда увидела того, кто посмел нарушить ее уединение.

– Ты все не спишь, моя прелесть? – Грустно констатировал Чак, подходя к ней и нежно трогая руками за плечи. – Может, все-таки, хватит уже?

– Извини, свет мой, но я должна закончить…

Невзирая на то, что этот человек вызывал у помощницы Данмара исключительно озлобленность и желание нагрубить, ее голос прозвучал ласково и мягко.

– Милая, я просто поражаюсь тебе и твоей преданности, – с придыханием сказал парень, целуя свою избранницу в щеку. – Наш наниматель исчез и не факт, что вернется к нам. А ты продолжаешь ему служить, не получая ничего взамен…

– А ты уже забыл, Чак? – Голос Кары моментально похолодел до некомфортного для слушателя уровня. – Забыл, кем мы были до того, как Данмар подобрал нас? Оборванцы из пригорода, обреченные прозябать в извечной нужде и нищете всю свою жизнь. Ну а теперь? Посмотри на себя, твой нынешний наряд стоит столько, сколько бы ты не заработал за всю свою жизнь, оставаясь обретаться в трущобах!

– Эй-эй, родная, успокойся! – Юноша примирительно выставил ладони, пытаясь унять поток праведного негодования своей возлюбленной. – Я не имел в виду ничего плохого, клянусь! Просто… просто мне кажется, что Данмар не ценит тебя так, как ты того заслуживаешь на самом деле!

– Оставь эти дела мне и Данмару, Чак, – проворчала девушка, сдерживая себя, чтоб не ляпнуть чего-нибудь не в пример более непристойное.

– Тебе и Данмару, да? – Тут же оскорбленно отозвался брюнет. – А какие еще дела вас связывают, о которых мне не следует знать?!

Несмотря на ту детскую обиду, что звучала в его словах, и тот унизительный подтекст, что был в них скрыт, Кара вовсе не вышла из себя. Она прекрасно помнила ночь, проведенную в жадных и липких объятиях работорговцев. Уж кому изображать оскорбленное благочестие, так только не ей. А потому девушка оставалась предельно спокойна и рассудительна. Если, конечно, не считать раздражение, которое будил в ней собеседник.

– Я не интересую Данмара в том плане, на который ты намекаешь, – спокойно ответила она, не отрывая взгляда от строк шифра. – Тебе не о чем волноваться, свет мой…

– Ты его… а он тебя, Кара? Он тебя тоже не интересует?! – Продолжал распаляться парень, не желая отпускать волнующую его тему.

– Ты что, ревнуешь? – Подпустила она в голос немного иронии.

– А если так? – Не уступил Чак, обходя стол, чтобы видеть лицо своей избранницы, и вперился в нее немигающим взглядом.

– Если так, то это глупо, – коротко поведала девушка, откладывая в сторону перо.

– Знаешь, а мне так не кажется! Я вижу, как ты на него смотришь, я слышу нотки обожания, когда ты о нем говоришь! Чувствую, как ты учащенно дышишь, когда он рядом! Неужели ты не понимаешь, насколько меня это ранит?! Я хочу, чтобы ты испытывала подобное ко мне, но не ощущаю даже десятой доли от того, чем ты удостаиваешь Данмара!

– Так заслужи, Чак, – прямо ответила Кара, уставшая от подобных упреков. – Не жалобами и причитаниями, а настоящими поступками.

Молодой человек негодующе поджал губы и демонстративно отошел от Кары, показывая, насколько она его задела. Небесная тысяча, насколько же он жалок! И как это ничтожество вообще смеет сравнивать себя с Данмаром?!

– Видимо, ты просто его любишь гораздо сильнее, чем меня! – Пылко выкрикнул юноша и чуть ли не бегом выскочил из комнаты, хлопнув со всей силы дверью.

Наверное, он ждал, что девушка бросится за ним следом, чтобы доказать обратное. Но Кара ничего подобного делать не собиралась. Она просто вернулась к составлению отчетов, которые обязательно передаст Данмару, когда тот вернется…

***

О том, что мое исчезновение обнаружилось, стало известно уже через неполный час с момента побега. Дворец вдруг стал походить на разворошенный улей, по которому сломя голову носились патрули ауксилариев, и скрываться стало совсем уж сложно. Мы и так с Доланой продвигались не очень быстро, бесконечно петляя и обходя крюками опасные участки, кишащие придворным людом. А теперь и вовсе плелись со скоростью улиток, подолгу топчась на одном месте в ожидании, когда путь окажется свободен.

Меня подобные неурядицы не очень трогали, ведь при самом плохом раскладе я всегда мог пробиться с боем. А вот домина Амброс сильно нервничала, причем, с каждым последующим мгновением все больше и больше. Видимо, опасалась, что я посчитаю ее бесполезной, и решу прибегнуть к силовому методу. Однако я ничего подобного не совершал, старательно соблюдая границы нашей с ней договоренности. И аристократка тоже изо всех сил пыталась ей следовать.

В какие только закоулки она меня за минувшее с моего побега время не запихивала. Я побывал, пожалуй, в каждой второй нише, укрытой в кулуарах резиденции императора. Собрав на себя полкилограмма пыли и паутины, я окончательно стал похожим на грязного бродягу, пробравшегося в святую святых Агата. Хотя, стоит быть честным, мой внешний вид и при выходе из пыточных подвалов Иилия не отличался особыми чистотой и лоском. Так что пару десятков лишних пятен и прорех кардинальным образом ничего не меняли.

– Да чтоб тебя! – Выругалась женщина, осторожно разглядывая из-за угла троицу солдат. – Кажется, они не собираются никуда уходить.

– Тем хуже для них, – раздраженно ответил я, потому что мне уже надоело здесь торчать! Придется расчищать себе дорогу…

– Нет, пожалуйста! Не надо! – Испуганно вскинулась аристократка, до дрожи боясь снова увидеть перед собой кровавого демона. – Я не переживу этого зрелища снова…

– У тебя есть предложение получше? – Насмешливо осведомился я.

– Может, попытаемся их отвлечь? – С робкой надеждой предложила она.

– Хм… ну если ты так хочешь… Тогда кричи!

– Что?!

– Кричи так, будто тебя убивают, – проинструктировал я домину. – Если не можешь сама, то я с удовольствием тебе помогу!

– Э-э-э… нет, спасибо, я сама! – Поспешно открестилась от моего великодушного предложения помощница советника. – Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь…

Взяв пару секунд на подготовку, Долана сделала глубокий вздох, а потом завизжала с такой силой, что мне захотелось сдавить ей шею, лишь бы прекратить эту атаку ультразвуком. Однако раскинутые нити Искры подсказали мне, что вся троица ауксилариев тут же помчалась на крик, на бегу призывая свои Анима Игнис.

Поняв, что задумка удалась, я сразу же нырнул за угловую колонну и забился в щель, безмолвно терпя боль в переломанных костях. И моя невольная проводница поступила точно так же, только спряталась с противоположной стороны. Хотя, казалось бы, зачем, если она могла остаться и пустить стражу по ложному следу?

И вот мимо наших укрытий со скоростью галопирующих коней промчались воины, громыхая железом. Я выждал еще немного, покуда их громогласный топот не затихнет в другом конце коридора, и только после этого выбрался из-за колонны, упрямо шагая к свободе. Позади меня поспешно семенила Долана, но я не оборачивался, потому что и так ощущал ее присутствие. Даже немного удивился, почему она не воспользовалась таким удачным шансом и не сбежала от меня. Наверное, и в самом деле переживала за жизни своих соотечественников.

Следующие метров пятьдесят мы преодолели в достаточно быстром темпе, но потом снова застряли, встретив очередной патруль. Я остановился как вкопанный, отчего провожатая едва не налетела на меня. Заметив мою напряженность, она тоже забеспокоилась.

– Что такое? Опять?! – Упавшим голоском пробормотала она.

– Опять, – сухо подтвердил я. – Впереди люди. На этот раз целый десяток. И я не думаю, что всех их удастся выманить тем же способом.

– И что же нам делать? – Прижала женщина ладони к щекам.

– Это ты мне скажи, – нагло переадресовал я ее вопрос. – Куда нам нужно идти?

– Строго прямо… мы уже почти дошли до южной башни. Поднимемся на нее и там… кхм… а впрочем, чем тебе это поможет? Как ты намереваешься сбежать с нее?

– Не твоего ума дело, Долана, – строго осадил я аристократку. – Просто выведи меня на улицу и беги со всех ног.

– Ворганова борода! – Выдохнула моя собеседница. – Как я это сделаю, если впереди целый отряд?!

– Похоже, иного выхода нет, – равнодушно пожал я плечами. – Жди меня здесь.

– Ты убьешь их?! – Снова забеспокоилась домина Амброс. – Я уверена, можно придумать что-нибудь еще! Ты ведь устроишь переполох, и сюда быстро сбежится целая сотня воинов!

– Попытайся придумать, коли так, – саркастично фыркнул я. – Ну а если не можешь, то помолчи.

Не слушая возражений и не поддаваясь на иррациональные порывы женщины остановить меня, я двинулся дальше по коридору. Долана так и не решилась идти за мной, а потому ее просительный шепот вскоре остался позади. А впереди только враги. Враги, которых нужно убрать тихо и, по возможности, не выпустить демона на волю.

Прикрыв глаза для лучшей концентрации, я попытался сформировать сферу сжатого воздуха, каковые научился делать уже давно. Вот только сейчас я впервые это делал сам, без помощи дьявольских крыльев. В принципе, если не получится, то всегда можно будет их призвать, и сделать все с ними. Сейчас вокруг меня на ближайшую сотню метров не было никого, кроме помощницы советника и группы ауксилариев. Так что лишних свидетелей можно не опасаться…

Как я и предполагал, на новом этапе овладения Искрой работать с энергией стало заметно проще. Пусть я создавал сферы не с такой же легкостью, как с подарком Дьявола, но хорошо, что у меня вообще это получалось. А потому сотни и тысячи незримых невесомых пузырьков, размером едва ли больше яблочной семечки, полетели вперед, устремляясь к своим жертвам. Я тщательно контролировал их полет до самого конца. До тех пор, пока они не влетели в раскрытые рты солдат, затянутые чужим дыханием.

Несколько мгновений ничего не происходило. А потом где-то вдалеке раздался нестройный предсмертный хор заходящихся в кровавом кашле людей. Отсюда он был едва слышен, но по колебаниям воздуха я ощущал, насколько жесткие спазмы рвут сейчас глотки имперским ауксилариям.

Эти мысли отозвались в моей душе настойчивой вибрацией черного обелиска, но находясь в отдалении, я без труда сумел отбить все его поползновения на мой разум. Когда люди гибли так далеко, за пределами прямой видимости, совладать с кровожадным демоном становилось не в пример более легко. Я бы даже сказал значительно легче, нежели тогда, когда я самолично разрываю податливую плоть загнутыми когтями…

Помотав головой, прогоняя видения жестоких расправ, к которым меня подталкивала вторая ипостась, я дуновением ветра подтолкнул в спину неподвижную Долану. И она, стоит отдать ей должное, намек восприняла правильно. Женщина бегом помчалась в том направлении, где я скрылся, и чуть не налетела на мою спину, выскочив из-за угла.

– Что? – Сходу выпалила она. – Ты отвлек их?!

– Нет, но путь свободен. Веди меня.

– Но я ничего не слышала, – недоверчиво покосилась на меня помощница советника. – Как тебе это удалось?

– Меньше слов, больше дела, – ушел я от прямого ответа. – Скоро ты и сама все увидишь.

Домина Амброс послушно повела меня дальше, и замешкалась только тогда, когда мы наткнулись на десяток ползающих на четвереньках и хрипящих тел. Да, пожалуй, уже тел, ведь спасти ауксилариев в этом мире никому не было под силу.

Умирающие воины отчаянно пытались подняться, хватаясь друг за друга. Судорожный кашель разрывал их легкие, а с губ падала алая пена. Они невидящим взором блуждали по окружающему пространству, стараясь отыскать хоть что-нибудь, способное вытащить их с того света. Но, к сожалению, все их надежды были тщетны.

Замерев, словно перепуганная мышка, Долана с выражением величайшего ужаса уставилась на живописную картину подступающей смерти, которую я здесь нарисовал широкими мазками. Она попыталась кинуться к ближайшему солдату, но так и не решилась прикоснуться к нему.

– Что ты сделал с ними?! Ты отравил их?! – Громким обвинительным шепотом запричитала она. – Ты же обещал… ты обещал… это же просто слуги Исхироса, они не заслужили такой участи!

– А я заслужил несколько седмиц пыток, Долана? – Спокойно возразил я женщине.

– Это… это тоже было несправедливо, – признала все-таки она. – Я была против твоего пленения, клянусь!

– Но ты ничего не решаешь в этом дворце, – безжалостно припечатал я. – Так что соберись, и пошли.

Один из воинов, уже бьющийся в агонии, вдруг ухватился за подол аристократки и с силой потянул за ткань. Моя пособница что-то невнятно пискнула, пытаясь удержать затрещавшее по швам платье на себе, и пугливо отскочила в сторону.

– По… мо… ги… – просипел посиневшими губами солдат, а затем выхаркнул кровавый сгусток прямо на бесценный кенсийский шелк женского наряда.

Это зрелище потрясло провожатую до самой глубины души, и она уже раскрыла рот, намереваясь исторгнуть из себя полный ужаса вопль. Но я подскочил к ней и, не имея возможности орудовать руками, боднул женщину лбом в подбородок. Она заметно опешила, слегка покачнулась, а ее взгляд на короткий миг потерял осмысленность.

– Издашь хоть один звук, и тут же присоединишься к ним! – Зло прошипел я. – У псов твоего императора есть связные амулеты, я чувствую их. Если они подадут сигнал, то их здесь поляжет гораздо больше. Так что давай, иди уже!

Собрав волю в кулак, аристократка сначала неуверенно, а потом с неожиданным остервенением выдернула из сведенных предсмертной судорогой пальцев край своего платья. Остальных жертв моей расправы она обходила по широкой дуге, чтобы никто уже не смог до нее дотянуться.