Текст книги "Нейробиология и духовность. Научное доказательство сверхспособностей ума и пространства"
![](/books_files/covers/thumbs_240/neyrobiologiya-i-duhovnost-nauchnoe-dokazatelstvo-sverhsposobnostey-uma-i-prostranstva-262784.jpg)
Автор книги: Мона Собхани
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
![](i_003.jpg)
Рисунок 2.2. Кофейная гуща «по-армянски» во время одного из гаданий.
Именно из-за этой архетипической манеры толкования образов мне, как ученому, было трудно поверить в такое гадание – ведь что это значит на самом деле? Что определенным образам и концепциям во Вселенной строго соответствуют какие-то смыслы? Что эти смыслы не субъективны, не персональны и не созданы исключительно нашим мозгом? Если вы привыкли изучать электроны и клетки, в эту концепцию трудно поверить. Мне она казалась совершенно невразумительной. В науке мы используем искусство редукционизма – разбиваем все на более мелкие части, которые можно изучать дальше. Отодвинув завесу символического смысла, я не обнаружила ничего такого, что могла бы понять с моей научной подготовкой. Однако пророческая сила кофейных гаданий была очевидна; хотя механизм ускользал от моего понимания, сами события не становились от этого менее реальными.
В начале учебы в аспирантуре я заинтересовалась глубинными тайнами Вселенной – и тогда стала каждую неделю приходить к маме на воскресные гадания и документировать их. Я много записывала, пытаясь доказать или опровергнуть точность предсказаний. Я использовала все свои научные навыки. Слушая толкования, я задавалась вопросом, могут ли они относиться к жизни любого из моих друзей, сейчас или позднее. Или относиться к моей жизни, но не сегодня, а в другое время. Я записывала их все более десяти лет. Общее ощущение показывало, что гадания точны не на 100 %, но в целом скорее верны, чем ошибочны. Кроме того, они были чрезвычайно специфичны для человека, которому гадали, для конкретного периода в его жизни и для его уникальной личной истории. Используя свои недавно приобретенные статистические навыки, я пришла к выводу, что при такой частоте точных совпадений их нельзя назвать случайными. Позвольте привести несколько примеров, которые, по словам моих друзей, встряхнули их и сделали верующими.
За год до того, как моя лучшая подруга познакомилась со своим будущим мужем, моя мама предсказала ей, что в ее жизнь войдет высокий худой мужчина, который станет играть важную роль партнера или мужа, и что у него будет много братьев, сестер и племянников. Моя подруга тогда рассмеялась и сказала, что такие мужчины не в ее вкусе; она считала это событие крайне маловероятным. И – о чудо! – год спустя она встретила мужчину, высокого и худого; сейчас они счастливо женаты. У него два брата и две сестры, а у них, в свою очередь, тоже есть дети.
Другая подруга ушла от нас в полном испуге, когда моя мама точно описала текущую ситуацию в партнерстве этой девушки: пара начала ссориться, пытаясь вместе купить новый бизнес. Подруга сказала мне, что гадание точно описало ее собственные чувства и чувства ее партнера, а также внешний вид и характер брокера, с которым они работали, его отношение к сделке и неопределенность всей ситуации, а также возможный исход. Даже я не знала, что они пытались купить какой-то бизнес и пережили небольшую супружескую ссору.
Еще один друг был совершенно потрясен, когда моя мама – которая ничего не знала о составе его семьи – точно описала внешность его брата, их взаимоотношения и тот секретный факт, что любимым занятием брата было накопление больших денег!
Сейчас вы, вероятно, перебираете в уме другие возможные объяснения, которые мы привыкли давать такого рода историям. Одно из них можно сразу же отбросить – что это так называемое холодное гадание, при котором интуит использует поведенческие и внешние признаки и сигналы, такие как раса, возраст и реакции клиента, чтобы с высокой вероятностью делать определенные предположения. Я могу заверить вас, что моя мама не пыталась произвести на нас впечатление. Кроме того, она вообще ничего не угадывала. Она буквально читала нам вслух «кофейную чашку» – сообщала, что там видно, указывала на изображения и старательно их интерпретировала. На самом деле зачастую ей вовсе не хотелось никому гадать. Другое возможное объяснение заключается в том, что мама близко знала меня и моих друзей, и хотя нам казалось, что мы не рассказываем ей подробностей о своей жизни, отдельные фрагменты информации неизбежно проникали в ее сознание благодаря нашему контакту. Это я оспорить не могу, но заверяю вас, что не сообщала маме о событиях жизни моих друзей, об их отношениях с партнерами, коллегами, семьями – все это она каким-то образом просто знала. К тому же нашей связью невозможно объяснить ту точность, с которой мама предсказывала результаты разных жизненных событий других людей еще до того, как эти события происходили.
Чуть позже я расскажу самую глубокую историю, связанную с кофейными гаданиями, но прежде хочу упомянуть здесь еще один случай. Он заставил меня по-настоящему задуматься над тем, что происходит. Кроме того, он позволяет ответить на вопрос, не из моих ли случайных рассказов мама знала подробности жизни моих друзей. В ирано-американской культуре не принято сообщать родителям о наших любовных свиданиях, пока мы не найдем человека, за которого соберемся замуж, и я унаследовала приверженность этой традиции. О своих романах я всегда молчала как партизан и яростно отрицала сам факт, что с кем-то встречаюсь (так было значительно легче жить). Поэтому я не преувеличиваю, когда утверждаю, что никоим образом не могла упомянуть об этом в разговоре с мамой. Когда мне было за двадцать, я несколько месяцев встречалась с одним парнем. Он был милым и симпатичным, и если бы меня спросили, что мне в нем больше всего нравится, я бы сказала: «Его длинные пушистые ресницы». Я никогда никому об этом не рассказывала, даже близким друзьям. Это была просто моя внутренняя мысль. Однажды в воскресенье, рассматривая мою кофейную чашку, мама удивленно произнесла: «Похоже, в твоей жизни появился мужчина». Мое сердце заколотилось. Я занервничала, но ничего не ответила. Кстати, да, это один из недостатков того, что твоя мать предсказывает тебе судьбу – трудно что-то скрыть. Она продолжила говорить: описала его рост (насколько он выше меня), волосы (густоту и форму стрижки) и манеры (покладистый, спокойный, непринужденный), причем все совершенно точно. Она также знала, что он учится в какой-то аспирантуре. Затем она сказала: «И у него реально длинные, красивые ресницы». От шока я чуть не свалилась с кухонной табуретки: ведь мама произнесла вслух мою внутреннюю мысль. Я просто не могла в это поверить. И нет, я не являюсь знаменитой поклонницей мужских ресниц.
Не знаю почему, но это потрясло меня гораздо больше, чем любые другие подтверждения точности маминых гаданий. Да, это факт – у него были длинные, великолепные ресницы; но мне пришло в голову, что в чашке эта черта отразилась постольку, поскольку была важной для меня. Я знаю, что это покажется странным: разве весь смысл гадания не в том, чтобы получить информацию о вас и вашей жизни? Но эта деталь была настолько конкретной и личной, что мне показалось, будто кто-то пристально наблюдает за моей ситуацией – достаточно пристально, чтобы знать о ресницах. Это действительно убедило меня в том, что мама каким-то образом откуда-то получала информацию. Но как и откуда? По какой схеме расставлялись приоритеты в этой информации, как выбиралось самое важное, что должен узнать гадающий? И почему вообще можно знать будущее? Значит ли это, что оно высечено в камне? Есть ли судьба? Рок? Имеют ли значение наши действия и мысли?
Пока я усердно училась в аспирантуре, все эти вопросы пришлось поставить на паузу. Их возрождение стало ослепительным рассветом в моей трансформации.
3. Два события, которые изменили все
Предупреждение от мамы
В моей жизни произошло два ключевых события, которые заставили меня усомниться в научно-материалистической и бессмысленной версии Вселенной. Первое случилось в ноябре 2016 года, на четвертый год после окончания аспирантуры и прихода на новую работу. Стоял типичный для Лос-Анджелеса теплый и солнечный воскресный день за неделю до Дня благодарения, когда я заскочила навестить родителей в долине Сан-Фернандо. Мы с мамой сели за наш обычный послеобеденный кофе с предсказанием судьбы в солнечном уголке сада. Объяснив несколько образов, увиденных в чашке, мама неловко замолчала.
Несколько мгновений она боролась с собой, а потом с некоторым раздражением сдалась, приняла внутреннее решение и наконец сказала: «Я должна тебе кое-что сообщить. Я чувствую, что обязана тебя предупредить. Я вижу это в чашке уже несколько недель подряд, но не упоминала об этом раньше, надеясь, что ошибаюсь. Но поскольку это продолжает всплывать, я должна тебя предупредить. Ты получишь очень плохие новости. Очень плохие».
Меня прошиб озноб с головы до ног, а затем я обрушила на маму шквал вопросов. «Что это? О чем речь? Есть ли подробности? Что имеется в виду? Когда это будет?» Но мама больше ничего не сказала, хотя было видно, что она знает больше. Мне не нравятся плохие новости, и я, как и она, надеялась, что это ошибка или что это как-то изменится. Поэтому я решила больше не заострять внимание на ее словах. Мы двинулись дальше.
Тогда я уже девять лет отслеживала точность этих гаданий и нашла способ относиться к ним серьезно, хотя и с осторожностью. Я не знала, какой механизм здесь работает – то ли ее интуиция, то ли ченнелинг, то ли догадки – но гадания стали неплохим руководством для меня на жизненном пути. Я воспринимала их достаточно серьезно: если мама говорила, что видит «возможную потерю денег», то я старалась проследить за тем, чтобы все мои счета были оплачены и где-нибудь не набежали лишние пени. Так что я немного встревожилась от ее слов, но к концу дня забыла об этом.
Однако половину следующей недели я провела у родителей, празднуя День благодарения, и ужасное предсказание возникало при каждом чтении по кофейной гуще. Что касается точности этих гаданий, то она бывает тем выше, чем чаще повторяется один и тот же образ. Теперь нервничали и мама, и я. Я все еще не знала, что за новости имеются в виду – а она не сообщала мне, и это было очень необычно. К концу тех злополучных праздников мои нервы были на пределе. Не понимая, что это, я просто хотела, чтобы все поскорее произошло – хотела все знать и покончить с неопределенностью. Я даже спросила друзей в групповом чате: «У кого из вас плохие новости?»
Событие № 1: Смерть, которая вызвала вопросы о предназначении
Неделю спустя, в пятницу, 2 декабря, тайна наконец раскрылась: мне написал бывший коллега из аспирантуры. На экране моего телефона появился пузырь G-chat, и я прочитала: «Не уверен, слышала ли ты новость». Когда пришло это сообщение, я сидела с друзьями на праздничном ужине, и у меня тут же екнуло сердце. Я знала, что это и есть то самое известие. Я просто знала. Не стало кого-то из наших общих знакомых. Причем он не просто умер, не просто погиб, но… был убит. Речь шла об одном из профессоров нашей аспирантуры – человеке, который любезно и терпеливо помогал мне проводить эксперименты для диссертации. Это было совершенно сюрреалистично. Мой мозг сразу же заволокло туманом, который держался потом еще пару недель. В смятении момента я не могла найти слова и повторить эту новость вслух: друзья спросили, что случилось, а я молча передала им телефон, чтобы они прочитали сами. Разрушительной была не только сама новость – все предыдущие недели кофейных гаданий нависли надо мной, окутывая мраком, тайной и печалью. Я была напугана. Я спрашивала себя, что это за Вселенная такая, почему здесь происходят эти невыразимо ужасные вещи. Много ночей я не могла спать, потому что непрерывно думала о том, как же так вышло, что кофейная гуща предупредила меня о надвигающемся горе за несколько недель до него, а сам человек, о котором шла речь, спокойно ужинал с семьей на День благодарения, не подозревая о своей судьбе. Это глубоко потрясло меня. Это потрясло бы меня до глубины души, если бы я верила, что у меня есть душа.
На следующий день я позвонила маме со словами: «Я уже знаю, что это за плохая новость». Выслушав меня, она сказала: «Да, это была смерть. Насильственная. Я не хотела говорить это прямо, чтобы не ошибиться. Мне очень жаль».
Я задавала много вопросов о судьбе, предназначении и Вселенной, но в ответ мама только высказывала мне свои догадки. Я стала немного бояться жизни. Казалось, что за мной наблюдают, как за пешкой в игре. Я чувствовала себя смертным существом. Меня как будто сорвало с якоря. Какие еще неведомые мне строки написаны в моей судьбе? Во всех наших судьбах? Эта смерть была предназначена этому профессору с самого начала? Или случился какой-то ужасный сбой? А если бы его предупредили? Можно ли было изменить исход? Неужели мы просто плывем сквозь этот туман жизни, пока не рухнем вниз с ожидающего нас водопада? Эти мысли преследовали меня несколько недель, днем и ночью. Как темные волны, они накатывали снова и снова, то всплывая из глубины горя, то погружаясь обратно. Сила кофе – или Вселенной – впервые напугала меня. Какая там еще есть информация и как получить к ней доступ?
Тогда я еще не погрузилась в фактическое гадание и исследование этой темы. Я была слишком занята работой и жизнью. Хотя я часто ловила себя на мысли, что хочу это сделать. Случившееся событие действительно укрепило мою уверенность в реальности кофейных предсказаний моей мамы. Они всегда были хорошим руководством, и я не слишком задумывалась над тем, каким образом они показывают вероятность будущих событий. Однако после того дня, изменившего мою жизнь, я стала относиться к ним с растущим уважением. Я также стала больше полагаться на них, потому что теперь считала их более точными. Это было ошибкой.
Событие № 2: Моя темная ночь
Несколько лет спустя я работала в Калифорнийском университете, в исследовательском центре, который занимался цифровым здравоохранением (то есть применением цифровых технологий, таких как мобильные телефоны и другие носимые устройства, для отслеживания состояния здоровья). Эта работа объединила мою увлеченность нейробиологией и здоровьем с интересом к технологиям. Я высоко ценила практичные и дальновидные беседы, которые мы вели с системами здравоохранения, стартапами, спортивными командами, производителями медицинского оборудования, фармацевтическими и технологическими компаниями, а также военными США. Я работала с консультативной группой по кибербезопасности при губернаторе Калифорнии, помогала разрабатывать руководящие принципы по этике сбора цифровых медицинских данных в библиотеках Стэнфорда, беседовала с сенаторами США о конфиденциальности таких данных, а также разработала и запустила многоузловое исследование с участием сил специальных операций армии США и корпуса морской пехоты. Поначалу все это было отличным опытом, но я переутомилась и обессилела.
Временами я чувствовала удовлетворение, но в целом стала беспокойной. Трудно переключиться с работы над достижением большой и четкой цели – такой как получение ученой степени – на ежедневное хождение в офис, где цель не всегда ясна. Не знаю точно, как это описать; могу только сказать, что для меня в этом переключении было что-то глубоко негативное. Я постоянно ловила себя на том, что спрашиваю: «В чем смысл всего этого?» Мы просто просыпаемся, идем на работу, возвращаемся домой измученными, в выходные с трудом можем вообще что-либо делать, а потом повторяем все это снова и снова, пока не умрем? Предполагаю, что именно это люди имеют в виду, когда задаются вопросом о смысле жизни или испытывают экзистенциальный кризис; конечно, раньше я этого не понимала.
Отчасти причиной могла быть привычка двигаться к некой цели, работать над ее достижением; когда цели не оказалось, я почувствовала потерянность. Когда я думаю об этом сейчас, я понимаю, что очень большая часть всей моей жизни была связана с постоянными попытками чего-то добиться. Наверное, я видела смысл жизни именно в свершении, в достижении каких-то высот. Я купилась на саму идею продуктивности ради продуктивности. Я снисходительно и вместе с тем завистливо взирала на людей, не похожих на меня, не имеющих больших целей или мечтаний – на людей, которые просто приходили на работу каждый день, не слишком задумываясь. Иногда возникал вопрос: «Каково это – просыпаться и не планировать, а просто… быть?» Захваченная этим циклом достижений, я даже начала злиться на себя за то, что занимаюсь повседневными вещами, которые поглощают время и мешают мне быть продуктивной – например, готовлю еду, смотрю телевизор, читаю развлекательную литературу и общаюсь с приятелями. Такое раздражение объяснимо, если рассматривать эти действия как отвлекающие от главных жизненных задач. Как бы там ни было, я не видела впереди новой большой цели и потому чувствовала себя неприкаянной.
Это ощущение вкупе с новым восприятием «кофейных гаданий» стало верным путем к катастрофе. Я приходила к маме каждое воскресенье, надеясь услышать о каком-нибудь победоносном, славном будущем, которое однажды чудесным образом снизойдет на меня с небес. Другими словами, я хотела, чтобы меня спасли. Поэтому, когда мама действительно начала видеть в чашке что-то, что указывало на перемены и чего я очень хотела, я связала с этими образами всю свою надежду на смысл и цель. До этого все предсказания были весьма точными, и теперь я не видела оснований полагать, что событие, которое неоднократно выпадало несколько месяцев подряд, произойдет не так, как сказала мама.
А на самом деле оно и произошло, и не произошло. Речь шла о любовном романе, и он начался, но вскоре растворился. Однако я решила, что это будет мой спасательный плот, на котором я наконец достигну счастья. Поэтому, когда спасательный плот лопнул, я начала тонуть. Теперь я понимаю, что причиной моего расстройства могло стать что угодно: разваливающиеся отношения, упущенная карьерная возможность или ссора с друзьями. Я просто возлагала на некое событие слишком много надежд. Моя мама неоднократно назвала будущий результат положительным. Фактический исход был явно не положительным (по крайней мере, так я воспринимала это тогда, но с тех пор мое мнение изменилось).
Не могу передать словами свое опустошение. Это полностью сломило меня. Прежде чем рассказать о самом мрачном периоде моей жизни, хочу пояснить, что я всегда была очень позитивным и оптимистичным человеком.
Когда я попросила друзей описать меня прилагательными, которые можно было бы включить в эту книгу, они сказали, что считают меня человеком веселым, энергичным, позитивным, оптимистичным, целеустремленным и общительным; в целом получается экстраверт, для которого «стакан всегда наполовину полон». Я склонна была смотреть на вещи с лучшей стороны, каждый день просыпалась вдохновленной и считала, что умею радоваться жизни. Я всегда любила мечтать, витать в облаках и воображать все чудесные вещи, которые ждут меня в будущем. Когда случались трудности и подкашивались ноги, я падала на страховочную сетку своей следующей цели и отскакивала обратно вверх, чтобы сражаться за новые достижения. Однако на этот раз страховочной сетки подо мной не оказалось, и я упала в глубокую, темную яму отчаяния.
Какой в этом смысл?
Я потеряла надежду. Я потеряла оптимизм. Я потеряла способность к воображению, в которой заключался секрет моей прежней стойкости. Я осталась с разбитым сердцем. Я утратила умение радоваться яркому солнцу Южной Калифорнии в прекрасный день. Я разучилась обращаться за поддержкой. Внутри просто опустело. Мне не хватало мудрости, чтобы описать или объяснить свое отчаяние, и потому я изолировалась от мира. Какой смысл слушать уверения, что все будет хорошо, когда ты чувствуешь, что хорошо никогда больше не будет? Намного легче остаться одной. Я не знала, что не так и почему мне так грустно. Как зомби я двигалась через рутину повседневной жизни, желая оказаться где угодно, только не там, где я была. Я никогда не присутствовала мысленно в том, что есть. Моя сущность собрала чемодан и переместилась в плоскость меланхолии.
Каждый божий день казался миллионом несчастных жизней. Иногда я просыпалась и сразу начинала плакать. Я не оставляла очередному дню даже шанса произвести на меня хорошее впечатление. Помню, как я подумала, что, будь у меня душа, она, конечно, решила бы вырваться из этой жизни и покинуть тело – и винить ее было бы не в чем. Мне постоянно хотелось каким-то образом исчезнуть и просто больше не существовать. Я начала плакать в полотенца, потому что салфетки этого не выдерживали. Как я могла быть такой несчастной? Я прочитала кучу материала о позитиве, благодарности и счастье, но чувствовала только негодование и бессмысленность.
Терпение улетучилось, уступив место сплошной раздражительности. Почему не работает этот дурацкий фильтр для воды?! Почему лифт ползет так чертовски долго?! Почему соседка всегда хлопает дверью, когда приходит с работы?! А еще было невероятно много гнева. Поскольку раньше я не испытывала ничего подобного и сейчас мне все это не нравилось, реакцией был гнев. В середине груди тлело пламя, которое только и ждало, чтобы его раздули. Это выражалось во многих отношениях. Я набрасывалась на семью и друзей. Я кричала в подушки. В невыносимые моменты на работе я впивалась ногтями в свои скрещенные руки, пытаясь каким-то образом высвободить энергию.
Вишенкой на этом торте страданий стал шок от того, что я вообще могу чувствовать себя такой несчастной – как же так, ведь раньше все было иначе! То есть мало того, что я грустила – так я еще больше грустила потому, что грустила! Это был один большой кот печали, гоняющийся за собственным хвостом.
Возможно, сейчас вы думаете: «Вот! Это доказывает, что интуитивные гадания – чушь собачья!» Я и сама начала так думать. Мой торт страданий был просто покрыт шоколадной глазурью. Гадания по кофейной гуще всегда давали мне ощущение, что я хоть краем глаза могу заранее заглянуть в то, что должно произойти, и эта мысль успокаивала. Теперь же неопределенность жизни обрушилась на меня со всей своей силой. Я начала задумываться: а вдруг все это с самого начала было лишь чередой случайностей? А вдруг моя вера в правдивость этих предсказаний – просто добровольное заблуждение? Но потом я перечитала свои многолетние записи; нет, здесь не поспоришь. Кроме того, в данной конкретной ситуации единственное, что оказалось неверным, – это результат. Сверхъестественная точность всех остальных деталей ситуации была такой же, как всегда.
Поскольку исход оказался не таким, как я ожидала, я опять погрузилась во все эти раздумья о судьбе и предназначении. Неужели так и должно было быть – просто мама неправильно все истолковала? Или что-то изменилось? Почему ситуация столько раз проявлялась в гадании, но не сбылась? В своем отчаянии я никак не могла это понять; мне нужны были ответы. Оглядываясь сейчас назад, я вижу, что подлинный урок, который мне нужно было усвоить, состоял в смирении перед таким простым фактом, как неопределенность жизни. Однако в то время я была ученым и не желала понимать этот очевидный урок: у меня в голове была определенная модель того, как работают гадания на кофейной гуще, и случившееся поставило мою модель под сомнение. Для меня стало крайне важным выяснить, каковы эти механизмы на самом деле и что в них истинно. Так я увидела свою новую цель. Новую задачу. То, что раньше было личным хобби и время от времени давало подсказки в повседневной жизни, внезапно стало всеобъемлющим вопросом, на который нужно было найти ответ.
Примерно в это же время одна из моих подруг упомянула, что недавно ходила к женщине-интуиту и получила довольно точные советы. Подруга сказала, что доверяет этой даме, потому что раньше та отказала ей (дважды!), пояснив, что не может читать ее энергию и не хочет брать с нее деньги.
Я никогда не думала о том, чтобы обратиться к интуиту. Зачем мне это, когда у меня есть мамино гадание? Однако мое новообретенное отчаянное стремление понять Вселенную, разобраться, почему что-то происходит, и отыскать смысл жизни заставило меня впервые вспомнить о существовании интуитов. Кто знает, может быть, они могут дать некоторое представление о моей жизни и о природе Вселенной.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?