Читать книгу "Консуматорша"

Глава 10

Второй парой была философия. Обычно Арина очень любила этот предмет, но сегодня мысли никак не могли сосредоточиться на экзистенциализме Камю. Она машинально записывала что-то в тетрадь, но текст получался бессвязным. О чём она только не думала, только не о предмете.

Катя, сидевшая рядом, периодически бросала на неё обеспокоенные взгляды.

Преподаватель, Михаил Петрович – лысеющий мужчина с внимательными карими глазами и привычкой расхаживать между рядами – вещал о бессмысленности бытия и необходимости человека самому создавать смысл своей жизни.

– Камю говорил: жизнь абсурдна, но именно в этом абсурде и кроется свобода, – гремел его голос. – Сизиф обречён вечно катить камень на гору, но он свободен в том, как к этому относиться. Он может бунтовать, может принять...

«Прямо как я сейчас», – подумала Арина. «Толкаю свой камень вверх. Только вот чувствовать себя свободной не получается. Всё больше рабой обстоятельств. А ещё идиоткой!»

– Ранева, – окликнул её Михаил Петрович, остановившись у её парты. – Как вы считаете, можно ли оправдать аморальные поступки, если они совершаются по принуждению?

Арина вздрогнула. Неужели он что-то знает? Нет, не может быть. Это просто совпадение.

– Я... думаю, всё зависит от обстоятельств, – осторожно начала она. – Если человек действительно не имеет выбора...

– Но выбор есть всегда, – перебил её преподаватель со всезнающей улыбкой. – Согласно экзистенциализму, человек всегда свободен выбирать. Даже если это выбор между плохим и худшим. Вопрос в том, готов ли он нести ответственность за свой выбор.

Михаил Петрович внимательно посмотрел на Арину, будто пытаясь что-то прочитать на её лице. Неужели, все-таки, догадывается? Или до него дошли какие-то слухи?

– Камю писал: «Быть свободным – это не значит делать то, что хочешь. Это значит осознавать последствия своих действий и принимать их». Так что, Ранева, ответственность – это бремя свободы. И от неё не убежишь, даже если очень хочется.

Арина кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова. Михаил Петрович задержал на ней взгляд ещё на секунду, а затем продолжил лекцию, словно этого короткого диалога и не было.

Катя наклонилась к ней и подлила масла в огонь:

– Жесть, прямо в точку. Как будто знает.

– Он не может знать, – прошептала в ответ Арина. Сейчас она убеждала себя, а не подругу.

И всё же, осадок остался. А мыслей ещё и прибавилось. Она действительно выбрала сама. Никто не приставлял ей нож к горлу. Она могла отказаться, принять последствия – испорченную репутацию, отчисление... Но она выбрала этот путь. И теперь должна нести ответственность за собственный выбор.

«Чёртов Камю», – мрачно подумала она.

После пары Катя потащила её на улицу.

– Пошли проветримся. Ты вся какая-то зелёная.

Они вышли во внутренний дворик университета – небольшой зелёный оазис с лавочками, клумбами и старым фонтаном, который не работал уже лет десять. Студенты обычно торчали тут на переменах: кто-то курил, кто-то просто болтал, развалившись на газоне…

Девушки устроились на свободной лавочке под цветущей липой. Аромат её цветов был такой сладкий, что кружилась голова.

– Слушай, может, тебе вечером не идти? – осторожно начала Катя. – Придумай, что-нибудь. Заболела, например. Или ногу подвернула, и лодыжка опухла.

– Нет, – покачала головой Арина. – Артур не из тех, кто примет отговорки. Ещё приедет и проверит, на самом ли деле у меня опухла нога, – невесело усмехнулась. – Да и потом... нам деньги нужны. Стипендию ещё неделю ждать, а мы и так уже почти всё потратили.

– Но это же...

– Знаю, что это, Кать, – резко оборвала её Арина. – Знаю. Но я сама на это согласилась. И теперь надо как-то с этим жить.

Катя вздохнула и обняла подругу за плечи.

– Ну ладно. Но если что, сразу звони. В любое время. Я приеду, и плевать на тётю Клаву и её режим.