Текст книги "Их было девять…"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ih-bylo-devyat-244332.jpg)
Автор книги: Настасья Лис
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Мама разговаривала с ней, как со взрослой, и объясняла каждый раз, что они не могут позволить себе в данный момент «ни братика, ни сестрёнку, так как за ними надо ухаживать, а, если я буду ухаживать, то, кто, тогда, будет работать?» «Я буду ухаживать за ними!» – Хныкала Аня. «У нас и мужчины-то нет в доме, который бы о нас позаботился». Аня принимала этот веский аргумент и затихала, борясь в душе с разочарованием. Но периодически какие-то мужчины всё-таки захаживали в гости на чаёк. Они потихоньку, почти шёпотом, общались с мамой в кухне, пока дочка сидела в своей комнате за уроками. Потом мама собиралась, и они шли в кино или на концерт. В какой-то момент в маминой жизни появился некий Вячеслав Павлович. Он был старше её лет на двадцать, очень красиво и необычно ухаживал. Он пёк самые вкусные пироги, которые Ане удалось попробовать в своей жизни. Они были то с яблоками, то с мёдом, то с вишней. В силу этого обстоятельства и в силу его крайней обходительности, Вячеслав Павлович понравился Ане, как человек, как дедушка.
Но когда он предложил маме выйти за него замуж, обе дамы, почти не раздумывая, решили, что это не вариант. Как человек, он был наимилейшим, аккуратным хозяйственным (ещё каким!), наверное, любящим. Но мама у Аньки была молодой для него. Она на свой-то возраст выглядела с трудом, а тут – жених совершенно иного склада, как будто из другого мира и времени, как будто с другой планеты. Однажды, когда мама задержалась на работе, Аня захотела сделать для нее что-нибудь приятное и остановилась на мысли приготовить вкусное блюдо. Девочке было тогда чуть больше восьми лет. Сначала она быстренько разморозила курицу в горячей воде, а затем, покрыв ее внушительным слоем соли, положила на противень и отправила запекаться в духовку. Мама пришла почти вовремя, когда по всей лестничной площадке уже успел распространиться жуткий «запах» от неразделанной курицы…, – Аня невольно улыбнулась, – эти мысли успокоили ее и напомнили о родном доме. Картошка оказалась более съедобной, но чего-то тоже в ней не хватало. Возможно, если бы она приправила все это загустевшим красновато-бардовым «соусом», как все остальные, то и съела бы блюдо. Однако и у него вид был не совсем аппетитным, и гостья предпочла все-таки остаться на сегодня голодной, нежели мучить свой организм невкусной едой.
После трапезы все также, молча, встали из-за стола. Аня привыкла сама убирать за собой посуду, и здесь, глядя на то, как все отужинавшие, кроме Старухи, покинули кухню, замешкалась возле тарелок. На помощь снова пришел Олег Борисович.
– Аня, ты, кажется, хотела со мной поговорить?
– Да, Олег Борисович. Меня интересуют студенческие строительные отряды, – воспрянув духом, ответила гостья.
– Очень хорошо. Знаешь, в молодости я тоже ими интересовался, просто мечтал поехать в составе отряда куда-нибудь на Минеральные Воды, чтобы не столько хорошо заработать, сколько отдохнуть всей душой.
– Пойдем в мою комнату, покажу тебе фотографии, где я со своими студентами. Отряд, увы, не был выездным, а занимался строительством школы и гаража в нашем поселке. Аня с удовольствием согласилась остаться наедине с преподавателем, – им было о чем поговорить, и именно с глазу на глаз. Через минуту они пересекли темный узкий коридорчик и оказались в небольшой комнатке. Сквозь плотные зеленые шторы с трудом пробивался дневной свет. Казалось, что лучики солнца даже в самый яркий день терялись в этой тяжелой ткани. Напротив двери стоял небольшой письменный стол с множеством маленьких деревянных ящичков. На нем был «легкий» беспорядок: валялись ручки, карандаши, белые и испачканные листы бумаги, стопка старых толстых тетрадей, остатки разорванной стирательной резинки. А между всеми этими предметами нашел свое «пристанище» добрый слой пыли. Воздух в помещении был сжатым, отчего постоянно хотелось чихать. Над столом и по периметру комнаты располагались массивные деревянные полки с немалым количеством разного рода книг. Почти посреди комнаты одиноко «красовался» старинный стул, все с тем же когда-то зеленовато-золотистым орнаментом. Справа от двери располагался простенький объемный диван, какие производили еще в Советском Союзе.
– Проходи, присаживайся, – прервал наблюдения Ани Олег Борисович, указывая на диван. А сам приземлился на потрепанный антикварный стульчик. Гостья повиновалась и уже прониклась доброй симпатией к этому человеку. Олег Борисович полностью вписывался в обстановку своей комнатки и, казалось, они не могли существовать друг без друга. Он принял более удобную позу, раскидав по полу ноги, обутые в махровые зеленые тапочки.
– В 1972 году меня назначили командиром студенческого строительного отряда «Северный». Я планировал еще за год до этого стать во главе отряда, когда стройка в нашем посёлке только началась. Но не успел, – назначили другого человека. Зато всё получилось на следующий год. Сначала я очень был рад этому, тщательно готовился к дислокации, но на практике получилось все очень плохо, – с этими словами экс-командир опустил голову, потупил взгляд и начал ковырять ногой запыленный пол в том месте, где выступала крышка погреба. – Вы не смогли выполнить план или случилось что-то более серьезное? – Аня хотела сохранить контакт на нужной волне и поэтому старалась нагло не лезть ему в душу. – За половину рабочего периода пропали девять наших студентов. Сначала думали, что они просто соскучились по родным и сами бежали из отряда, но затем выяснилось, что это не так. Обыскали все: лес, реку, проверили дома местных жителей, но ребят так и не нашли. – Остальные бойцы сначала переживали за товарищей, а потом стали беспокоиться за свои жизни, боялись выходить из домика, практически забросили фронт работ. Конечно, отряд не только не справился с запланированным объемом строительно-монтажных работ, но и был досрочно расформирован. – Груз вины во многом пал на меня, как на командующего и отвечающего за безопасность студентов, – он продолжал упрямо смотреть в пол и сдирать с него засохший слой грязно-бардовой краски. В чем-то Ане было жаль этого человека, ведь он не виноват в произошедшем. Хотя…, кто же ответит, тогда, за исчезновение молодых ребят?
– Ты знала об этом и тоже считаешь меня виновным в смерти…, в исчезновении студентов? – Олег Борисович некоторое время все еще смотрел в пол, потом несмело поднял глаза на девушку и как-то беспомощно улыбнулся.
– Нет, что Вы, как я могу судить о том, о чем мало знаю?
– Я рад…, я рад, – теперь он посмотрел на нее полностью, прямо в глаза, как будто проверяя достоверность всего ею сказанного, и подобрал ноги под стул.
– Хочешь, я покажу тебе фотографии, на которых я вместе со своими ребятами? Есть у меня и семейные кадры.
– Конечно! Большое спасибо. Аня, с горящими от интереса глазами, взяла из рук преподавателя два фотоальбома. Один был очень толстым и слегка потрепанным, а другой, – совсем тоненьким. – Я пока отлучусь ненадолго, а ты не скучай…, – с этими словами Олег Борисович прикрыл ящичек стола, из которого достал фотографии, и, молча, вышел за дверь. Первым делом Аня открыла небольшой коричневый альбомчик и начала листать его. Фотографии оказались черно-белыми и плохого качества. Сначала шли общие, а затем одиночные кадры. На них запечатлелись жизнерадостные студенты, прибывшие поучаствовать в стройке страны. Фотографии закончились быстро, но рассматривать семейные кадры преподавателя девушке пока не хотелось. Она отложила большой альбом в сторону и нерешительно взглянула на деревянный ящик в столе. Через пару минут она уже держала в руках аккуратную тетрадь с исписанными и пожелтевшими от времени листами.
Исходя из записи на первой странице тетради, Аня поняла, что это был «Дневник» одного из бойцов студенческого строительного отряда «Северный», – Кравцова Михаила, который он стал вести по прибытии в поселок К… – Б…
Девушка внимательно всмотрелась в почерк, – он был довольно аккуратным, но от времени паста уже кое-где «расползлась» в стороны. Записи вносились почти каждый день (судя по датам) и, скорее всего, Михаил старался запечатлеть на бумаге самые яркие и, увы, печальные моменты в период третьего трудового семестра.
Глава 2.
Читая записи 1972 года
12. 06. 1972 г.
Сегодня первый день, как я, Кравцов Михаил, – боец студенческого строительного отряда «Северный»! Я рад, что у меня получилось попасть в этот отряд, в эту команду. И я очень надеюсь, что мне удастся подружиться с остальными ребятами. Ведь хочется не только заработать денег на новенький велосипед, но и провести лето как-то незабываемо. Естественно, оно и так для меня пройдёт незабываемо, так как я еще ни разу не работал в стройотряде, но хочется еще каких-то положительных эмоций, прям очень положительных!!! Кстати, именно для этого я прихватил с собой свою старенькую, но верную подружку, – гитару. Надо будет попросить парней, чтобы научили меня ещё каким-нибудь незнакомым песням и мелодиям. Ведь здорово сидеть ночью у костра, смотреть на звёзды и петь! Пока ощущаю себя как-то дискомфортно, так как с ребятами мало знаком. Некоторых даже не назову по именам. Но это ведь только первый день! Сейчас попривыкнем друг к другу, поприсмотримся, и вперёд, – общаться, общаться, общаться! Не хватает мне здесь, конечно, друга моего, Сашки. Наверное, не будет у меня такого близкого человека больше никогда. Он мне так же близок, как родители. А понимает меня даже лучше, чем отец, буквально, с полуслова. Да, друг, не скучай там пока без меня особо. Скоро приеду и пойдём покупать мне велосипед. Я даже уже присмотрел его, – красавец! Отряд у нас небольшой, – всего пятнадцать человек, хотя в другие набирали в этом году по 20–25 бойцов. Ближе всех пока общаюсь с Шаманским Игорем. Кажется, он неплохой парень, с ним интересно поговорить. Очень хочется поскорее всех узнать, чтобы чувствовать себя более уверенно. Кстати, сначала думал, что с Игорем мне будет поладить сложнее, чем с остальными, так как он отличается буквально от всех нас. Он рассуждает более взросло и сам какой-то уж слишком серьёзный. Сегодня он поведал мне, что у него отец погиб три года назад. Мама после этого замкнулась в себе и потихоньку начала употреблять алкоголь. Сначала пила немного, потом всё больше и больше. Её уже несколько раз лечили принудительно, но надолго её не хватает. Сейчас она не прилагает никаких усилий к воспитанию детей. Их растит бабушка. А детей, помимо Игоря, ещё двое. И они намного младше его. Денег постоянно не хватает, вот он и решил ещё дополнительно подзаработать летом, чтобы помочь бабушке. Командир у нас тоже, вроде бы, ничего, – молодой преподаватель. Он часто шутит, рассказывает нам анекдоты или смешные истории из жизни. Сам он из этого поселка, поэтому обещал нам минимум раз в неделю организовывать хорошую баньку. Сегодня уже успели пофотографироваться всем отрядом, разобрали вещи, прибрались в доме, который нам отдали во временное пользование. В принципе, домик неплохой, есть, где спать. Но командир сказал, что там часто вырубают свет, поэтому придется, видимо, иногда сидеть в темноте.
Сегодня с ребятами (с Леней и Пашкой, – фамилий пока их не знаю) пришивали на куртки различные эмблемы. У меня не очень получилось, – криво пришил «Северный». Скоро пойдем ужинать. Девчонки готовят там мою любимую гречневую кашу с тушенкой. Ну, все на сегодня. Если будет бессонница, допишу еще что-нибудь.
Да, бессонница одолела. В соседней комнате кто-то сильно храпит. Я ворочаюсь уже полночи, но заснуть никак не получается. Вот снова открыл свою тетрадь и чтобы хоть как-то отвлечься, продолжаю писать свои впечатления о первом дне в отряде. Игорю, похоже, тоже плохо спится, так как он уже несколько раз вставал и выходил на улицу. Я у него спросил, куда он всё выходит, а он ответил, что подышать свежим воздухом, ведь в комнате очень душно. Но мне кажется, что он ещё переживает за своих брата и сестрёнку, оставшихся сейчас с бабушкой. Она сама уже в возрасте, и кроме Игоря, помочь ей больше некому. Он – единственный мужчина в семье и фактически добытчик. Но я не навязываюсь к нему со своим общением и расспросами, захочет, – сам расскажет. Тем более, что мы знакомы-то всего один день. Да, повезло мне с моими родителями. Они у меня замечательные: не пьют, не курят, даже отец, по возможности, занимаются спортом. Зимой, например, мы часто выезжаем за город покататься на лыжах, летом всегда ездим к бабуле в деревню. Она у нас всю жизнь проработала поваром в деревенской столовой, поэтому кормит нас как наубой. Каждый день стряпает нам то пирожки, то булочки с клубничным джемом. А ещё мне очень нравятся её знаменитые лепёшки на молоке, со сгущёнкой. Это очень вкусно! Мама знает, что я их люблю, поэтому с собой из города мы всегда привозим несколько банок сгущенного молока. В деревне ведь его трудно достать. Там единственный магазин, в котором из продуктов всё только самое необходимое: хлеб, макароны, крупы. А иногда завозят лимонад «Буратино». И тогда у детей и молодёжи наступает настоящий праздник. Да, а вот в этом году мне в деревню не попасть: родители работают, хотя я и сам бы доехал. Но сказали: «выбирай, либо в деревню, либо в отряд зарабатывать деньги на велосипед». Я подумал, что в деревню съезжу и вернусь домой, а тут поработаю немного, наберусь новых впечатлений, да ещё и велосипед куплю по приезду. В общем, выбрал второе. Ладно, надо идти ложиться спать, а то скоро уже начнёт светать, и вместо того, чтобы завтра работать, я буду весь день клевать носом.
13. 06. 1972 г.
Встали сегодня в семь часов утра. Я думал, что глаза не разлеплю, – ужасно хотелось спать. Лёг и так уже под утро, так потом комары не давали покоя, – кусались, просто жуть! Весь день чесался, а теперь хожу с красными пятнами на ногах и руках. Игоря, «Шамана», комар укусил за самый кончик носа, он у него вздулся и покраснел. Все сегодня смеялись над ним, особенно девчонки, – Ольга с Ленкой. А он психует, отворачивается, ни на кого не смотрит.
В восемь часов утра начали работать. Нас разделили по объектам: одну часть отправили на постройку школы (отделочные работы), а нас, пятерых (меня, Игоря, Ивана, Павла и Московских Лену) – на строительство гаража. День тянулся очень медленно, солнце припекало, а мы, как назло, взяли с собой мало воды. Пришлось ждать до обеда. Ленка долго не могла понять, что же ей необходимо делать, и сначала просилась у бригадира к остальным девчонкам, на отделку школы. Но пока её оставили с нами. Бригадир сказал, что здесь она больше пригодится.
После обеда она стала подходить ко мне, спрашивать, советоваться о том, как лучше выполнить работу. Но мы с ребятами её сильно не напрягали, – давали самое элементарное, что было по силам. Иван пошутил и сказал, чтобы она приберегла энергию для готовки ужина. Ленка улыбнулась, но ничего не ответила. Потихоньку общаюсь с Иваном и Павлом. Девчонок запомнил всех, так как их всего трое на весь отряд. Аверьянов Иван мне показался немного скромным. Они, кстати, с Мариной Курц чем-то похожи. Я даже сначала подумал, что они брат с сестрой: одинаково разговаривают, улыбаются, есть даже внешнее сходство. Но оказалось, что они совсем не родственники и даже не были знакомы до вчерашнего дня. Кстати, Иван увлекается мотоциклами. Недавно у него был «День рождения», и отец подарил ему свой старый мотоцикл, который тому достался ещё от Ванькиного деда. Так Иван настроен теперь полностью его восстановить, наладить, заменить часть деталей на новые, перекрасить. В общем, сделать из него «конфетку». Чтобы заработать денег на починку мотоцикла, он и отправился в стройотряд. Короче, цели у нас с ним почти совпадают. Я мечтаю о новом велосипеде, а он – о мотоцикле. От такого «железного коня» я бы тоже, конечно, не отказался, но пока что не до того. А, если серьёзно, то в будущем я хотел бы машину. Как-то они меня больше привлекают, чем мотоциклы. Очень хочется есть. На ужин сегодня был молочный суп, который я не ем. С моей нелюбовью к молоку как-то сложновато приспособиться к общим ужинам. Пришлось попить чаю, но голод почти не прошёл. Вот в такие моменты я особенно вспоминаю бабулю с её стряпнёй. Нет, с необыкновенно вкусной, пышной и ароматной стряпнёй! Вот, прошло примерно два с половиной часа с момента последней моей записи. Просто подходила Лена и отвлекла меня. Она заметила, что за ужином я ни к чему не притронулся, и предложила перекусить «резервной» едой. Она заботливо налила мне чаю и намазала три куска хлеба клубничным джемом, который захватила из дома. Мне как-то было сначала неудобно есть её продукты, но потом мы разговорились, и она меня уговорила поужинать. Себе же она тоже налила чаю за компанию. Ванька заметил, что Лена побеспокоилась обо мне и начал над нами подшучивать, я улыбнулся и сказал, чтобы он «завидовал, молча».
Лена на это скромно опустила глаза, но мне, если честно, тоже показалось, что я ей, возможно, чем-то приглянулся. Просто я общительный и со всеми стараюсь найти общий язык. Мне очень не комфортно, когда обстановка тяжёлая и не с кем поговорить. Лена, как и я, единственный ребёнок в семье. Причём, родители у неё намного старше моих. Как она объяснила, брак у родителей и её рождение случились довольно поздно. У отца раньше была другая семья. Первую жену он постоянно ревновал, так как она была очень красивой, и на неё всегда обращали внимание.
Потом на новой работе он познакомился с мамой Лены. Она оказалась полной противоположностью первой его жены: скромная, симпатичная, но (как все говорили) в меру, то есть именно то, что нужно было отцу. Через некоторое время он ушёл от первой жены к маме, тем более, что детей там не было. Ленина же мама задолго до её отца встречалась с парнем, которого, возможно, любила. А он потом стал ходить к её подруге, жившей с ней на одной площадке. Не знаю, с чего вдруг Лена решила поделиться со мной такими семейными подробностями, но я её внимательно выслушал. В конце она добавила, что все знакомые родителей шутят следующим образом: Лена больше похожа на первую папину жену, – такая же красивая, самоуверенная и капризная. Я улыбнулся и сказал, что про «красивую» они говорят правду, а вот, про «самоуверенную и капризную» пока не знаю, так как мало общались.
Ленка сказала, что с этого момента, значит, будем общаться больше. Я был не против. Как Лена пояснила, она и пошла в стройотряд именно для общения, для того, чтобы найти новых друзей, а не из-за денег. Она подчеркнула, что родители прилично зарабатывают и «вполне могут обеспечить единственного ребёнка всем необходимым».
Теперь мне показалось, что она действительно несколько самоуверенна и совсем не стесняется этого. После того, как Ленка накормила меня ужином, Марина и Оля как-то стали её сторониться. Не знаю, что именно послужило причиной, может быть, Лена сама говорила им подобные вещи, и девчонкам стало не комфортно с ней общаться.
14. 06. 1972 г.
Сегодня снова еле встал, – голова просто «раскалывалась». Наверное, упало давление. Погода была пасмурная, но дождь не шел. Игорь помог мне на стройке с полом, – он уже второй год работает в составе отряда, и, по сравнению с остальными, многое умеет. Командир похвалил его и сказал, что если он и дальше так будет работать, может получить грамоту. Я, несмотря на головную боль, очень стараюсь не отставать от Игоря. Как-то не хочется выглядеть на его плане неумехой. Лена в течение всего дня подходила ко мне и интересовалась самочувствием. Было, конечно, приятно, но несколько неожиданно, причём, не только для меня, но и для остальных. Ветров Павел, похоже, заинтересовался Ленкой. Наверное, она ему понравилась. Он даже не мог сегодня скрыть своего недовольства, когда она подходила ко мне. Я пару раз пытался найти с ним общий язык, пошутить, чтобы как-то выровнять ситуацию, но он никак не шёл со мной на контакт. Внешне он очень интересный, симпатичный и девчонкам, наверняка, нравится. Кажется, из всех парней здесь он самый высокий. Ещё он рассказывал Игорю, что занимается спортом. Одно время он даже хотел стать профессионалом в этом деле, но тренер отстранил его от участия в соревнованиях из-за полученной на тренировке травмы колена. После обеда к нам подошёл командир и сказал, что необходимо заняться общественной работой, так как она тоже важна для нашего строительного отряда. Он предложил нам нарисовать газету, почитать литературу и провести беседу с местным населением о вреде курения или алкоголя. Если честно, то нам с парнями захотелось увильнуть от этого занятия. Мы с Игорем и Иваном намекнули Ленке, что, мол, она вполне могла бы этим заняться, тем более, что на строительстве гаража в рабочие часы от неё толку мало. Вся её деятельность фактически заключается в том, чтобы приготовить еду. Но этим она занимается не одна, а вместе с Мариной и Слеповой Ольгой. Кстати, Оля заявила вчера, что Ленка совершенно не умеет готовить и, только мешается на кухне. Им гораздо спокойнее работать вдвоём с Мариной потому, что они заняты непосредственно приготовлением еды, а не «наведением красоты перед зеркалом, как некоторые». Ленка психанула и, наверное, обиделась на нас, – пока даже не хочет разговаривать. Зато её поддержал Павел, и Лена теперь больше общается с ним, чем со мной. Хотя, когда она подходит к нему и начинает о чём-то разговаривать, я чувствую на себе её взгляд. Может, она это специально делает, чтобы проверить или позлить меня? Оля, на самом деле, очень приятный собеседник. Она умеет внимательно выслушать, дать совет, если попросить её об этом. Внешне она, может, не такая яркая, как Лена. У Ленки красивые каштановые волосы, хороший рост и фигура. Оля же несколько ниже её, чуть полнее, а волосы у неё чёрные и коротко стрижены, почти «под мальчика». Но у неё очень обаятельная улыбка. Сегодня перед ужином она подошла к Павлу и завела с ним разговор о его спортивных достижениях. Но, то ли Павлу она неприятна, то ли эта тема ему кажется уж слишком личной, он не захотел общаться с Олей и отошёл в сторону, сославшись на дела. А, сам тут же направился к Ленке. Оля расстроилась, – это было заметно по её взгляду, а Лена снова посмотрела на меня и стала переговариваться с Пашкой. Быть может, Оля и Марина не хотят общаться с Ленкой из-за нашего спортсмена, так как видят в ней серьёзную конкурентку? Ну, про Олю я ещё могу согласиться, а, вот, причём тут Марина? Насколько я заметил, у неё возникла некая симпатия с Иваном. Хотя, таким образом Марина просто может поддержать Олю, с которой она хорошо общается. Но Ленка, кстати, не чувствует себя ущемлённой из-за того, что у неё пока не получилось дружбы с девчонками, и она вполне хорошо и свободно общается с мальчиками, многие из которых ей симпатизируют.
На ужин сегодня была овсяная каша, которую я тоже не особо-то люблю. Ленка, похоже, догадалась об этом, но сегодня не предложила мне «резервной еды». Возможно, она у нее закончилась, а, возможно, Лена просто решила покапризничать, либо накормить ею Пашку. Кстати, чем больше я смотрю на него со стороны, тем он всё более кажется мне красивым. Прям Аполлон! По нему видно, что он серьёзно занимался спортом. С Ленкой они были бы очень красивой парой. Хотя меня немного терзает тот факт, что она переключилась с меня на него. Ну, в принципе, я без обид, да и понимаю, что я, конечно, не урод, да и никогда не парился из-за своей внешности, но вижу, что капельку не дотягиваю до Пашки по красоте. Зато во мне море обаяния!
15.06.1972 г.
Сегодня весь день лил дождь. Поработали совсем мало, в основном укрывались от непогоды. Было такое ощущение, словно лето закончилось, и резко наступила осень, мокрая, промозглая. Мы впятером заперлись в одном из гаражей, который наиболее построен. Сначала разговаривали про увлечения. Иван снова нахваливал свой будущий красивенький мотоцикл. Он сказал, что мечтает выкрасить его в тёмно-вишнёвый цвет. Странно, мне всегда казалось, что все оттенки красного – это привилегия девчонок. Я ему сказал об этом, он сначала нахмурился, а, потом ответил, что ему виднее, в какой цвет выкрашивать свой мотоцикл. Ну, и действительно, это его личное дело. Пока мы общались о мотоцикле и велосипеде, Ленка заметно заскучала. Пашка подошёл к ней и предложил отойти на минутку. Она согласилась, исподлобья посмотрев на меня. Я сделал вид, что ничего не заметил: ни их разговора с Пашкой, ни её взгляда в мою сторону. Ребята отошли на некоторое время. Вернулись слегка промокшие, с пледом на Ленкиных плечах. Сказали, что добежали до того места, где наши школу достраивают. У них там оказалось и теплее, и веселее. В общем, они всех зовут к себе, а на завтра предложили устроить дискотеку. Под эту тему все трое девчонок разговорились, и, кажется, даже Оля с Ленкой нашли общий язык. Девочки решили прислушаться к Лене в вопросе подготовки дискотеки, так как она в этом более опытна и не раз устраивала подобные встречи друзей у себя дома, в отсутствие родителей. С командиром отправили договариваться меня, как самого коммуникабельного. Ну, дай Бог, чтобы я никого не разочаровал. Пойду. Ну, всё, порядок. Я всё уладил и уже обрадовал ребят, что праздник завтра состоится. Ура! Уже хочется расслабиться. Ленка с благодарностью посмотрела на меня, когда я сообщил об этом. Пашка криво улыбнулся и спросил, как же мне это удалось, уговорить командира на дискотеку. Я увильнул от ответа и сказал, что военных секретов не выдаю.
16. 06. 1972 г.
Сегодня все проснулись раньше обычного, в предвкушении праздника. Многим казалось, что именно сегодня должно произойти что-то незабываемое, интересное и обязательно хорошее. Ещё до стройки девчонки потихоньку стали обсуждать, кто что наденет вечером и какую причёску сделает. Мы в сторонке посмеивались над ними, мол, кому эта красота в лесу нужна? Но они не согласились с нами и сказали, что, может, кому-то и нужна. Сегодня все также строили гараж. Нудновато, но, главное, что теперь все уже практически разбираемся, что и как нужно делать. Это, конечно, во многом благодаря Игорьку и командиру. Поужинали. На этот раз мне повезло больше, – желудок получил сегодня макароны. Скоро состоится дискотека. Девчонки третий час наряжаются в своей комнате. Что там так долго можно делать, не понимаю, у них ведь с собой толком и одежды-то нет. Мы ведь брали только всё самое необходимое!
Ну, вот, наконец-то состоялся наш вечер. Продлился он до самой ночи, но радует, что завтра выходной, поэтому вместо строительства будем заниматься общественной работой. Дискотека была условной, то есть музыка у нас играла, естественно, негромко и недолго. На этом вечере, кажется, обрисовались основные симпатии. Примерно ближе к середине дискотеки ко мне подошла Лена и предложила потанцевать. Сначала она поблагодарила меня от лица «всех» ребят за то, что я помог организовать этот вечер, а затем сказала, что боится обидеть Павла отсутствием к нему симпатии. Я был, конечно, очень удивлён данным фактом. Ленка поведала, что ей нравится общаться с Пашкой, как с другом, но он предлагает ей встречаться, а она не знает, как ему безобидно отказать. Я посоветовал ей так прямо и сказать ему, что, мол, извини, ты симпатичен мне, но просто как хороший знакомый или друг. Лена, в свою очередь, намекнула, что неплохо было бы, если бы я сам поговорил с Пашкой по-мужски, что, мол, Лена мне симпатична и я сам планирую с ней встречаться. Так, честно, я и не понял, чего конкретно от меня хотела Ленка, – то ли столкнуть нас лбами с Павлом, то ли чтобы я активизировался и скорее предложил ей встречаться со мной. Нет, я не особенно-то побаиваюсь Пашку, несмотря на его спортивное прошлое, да и Лена мне, конечно, нравится. Она вообще, кажется, всем здесь симпатична. Но я бы не сказал, что прям уж так сильно она меня волнует. Как-то она показалась мне не совсем умной. Красивая, – да, но какая-то ветреная. Хотя, обдумывая её предложение, которое она сегодня наворотила, я уже стал сомневаться в правильности своего первого впечатления о ней. На её просьбу я пока ничего внятного не ответил. Помню, что сказал ей сначала самой поговорить с Павлом, а там – увидим. Если он будет настаивать на обратном, то я с ним побеседую сам. Ленка, нехотя, согласилась и обиженно уткнулась носом в моё плечо. Пока мы с ней общались и танцевали, Павел не сводил с нас глаз. Я стал чувствовать себя несколько не комфортно, так как не привык решать вопросы силой, тем более, что Пашка на полторы головы выше меня и намного шире в плечах. Да, даже дело не в этом. Просто как-то не хочется устраивать непонятные разборки ни из-за чего. Если у ребят обоюдная симпатия, так, пожалуйста, я ж не против, только за; но если он будет преследовать Ленку даже после их объяснения, тогда я, конечно, заступлюсь за неё.
Но за сегодняшний вечер Павел ко мне не подошёл ни разу. Хотя я ждал этого. Даже уже настроился и примерно наметил, что буду ему говорить. Ночь оказалась очень тёплой для июня и почти безветренной. Я предложил Лене спуститься вдвоём к реке. Слабый ветерок копошился в волосах, вокруг пахло свежей зеленью, где-то играла музыка. Река плавно поблёскивала своим движением, а почти посреди неё чётко вырисовалась лунная дорожка. Ленка взяла меня под руку и положила голову мне на плечо. Мы простояли так некоторое время, пока не стало холодать. Потом вернулись к остальным. Перед самым уходом мне показалось, что я услышал какой-то непонятный шорох в кустах, у реки, постарался вглядеться в них, но ничего не заметил. «Наверное, ветер или птица» – подумал я. А сам взглянул на небо в надежде увидеть на нём какой-нибудь неопознанный объект. Это моя давняя мечта, – увидеть НЛО. С тех пор, как Вовка из бабушкиной деревни мне поведал свою историю, я мечтаю об этом и иногда всматриваюсь в звёзды, – а, вдруг, они движутся слишком быстро, а, вдруг, где-то блеснёт непонятный огонёк. Вова рассказал, что однажды отправился с отцом на рыбалку. Ехать они решили очень рано, так как добирались на машине до соседнего села, и на улице было еще очень темно. Не успели они повернуть на развилку, которая вела к лесополосе, как за деревьями что-то мелькнуло. Потом оно показалось снова и похоже было на жёлтый треугольник, состоящий из нескольких звёзд. Самые яркие располагались по углам «треугольника», остальные, менее заметные, – по его сторонам и основанию. Вовка сначала оторопел от неожиданности, а потом стал тыкать пальцем в небо и кричать отцу, что там летающая тарелка. Но отец, сощурив один глаз, с пару секунд смотрел на парящий почти перед ними объект, а потом спокойно сделал заключение, что это самолёт, возможно, несколько самолётов, выполняющих учебные маневры. Но Вовка не сдавался и каждый раз, когда я приезжал к бабушке в гости на лето, напоминал мне об этой истории. Мы часто уходили с ним поздно вечером к реке, слушали шепот воды и смотрели на небо. В основном, молчали. Иногда говорили очень тихо, словно боясь спугнуть притаившийся за кустами «треугольник». Потом снова, открыв рот, смотрели на небо. И мечтали, – Вовка снова повторить былую историю, а я – поучаствовать в ней. Вернувшись к остальным ребятам, мы заметили, что некоторые еще танцуют, а остальная часть перебралась к костру, и, вооружившись моей гитарой, начали что-то наигрывать и напевать. Я краем глаза заметил, что на нас посмотрели Оля и Пашка, стоявшие в стороне от остальных. Пашка что-то ей сказал и кивнул в знак согласия. Оля засмеялась, и, не прекращая улыбаться, взглянула на меня. Она сегодня выглядела очень мило: слегка взъерошенные волосы трепались на ветру, а сиреневое платье хорошо подходило к ее синим глазам. Но, на самом деле, она ещё более всего была милой, когда улыбалась. Лена, несомненно, была красавицей, и сегодня вечером, и всегда, а Оля смотрелась умненькой и симпатичной. И я даже не смог бы, наверное, представить ее с более стройной и высокой фигурой, как у Лены. Нет, тогда она потеряла бы всё своё обаяние, которое вполне могло бы конкурировать с Ленкиной красотой. Я в тот момент, когда она улыбалась, глядя на меня, подумал о том, что лишь бы Пашка не обидел её. Ведь всем заметно, что он ей очень понравился. А вот Пашка мог просто в отместку Ленке позаигрывать с Олей. И если это так, то Ольге это будет крайне неприятно, и их общение с Ленкой снова станет сложным и напряжённым. Но, возможно, Пашка поговорил с Олей и сам понял, что она ничем не уступает Лене, ни внешне, ни, тем более, внутренне. Постепенно все перебрались к костру, и фактически у нас на сегодняшний вечер сложились три пары, – это я и Лена, Оля и Пашка, Марина и Аверьянов Иван. Если две первые пары существовали пока как-то шатко-валко из-за непонятных перебежек Пашки и Лены, то пара Ивана и Марины, кажется, стала очень прочной буквально с первого дня. Если такое бывает, конечно. Наверное, бывает, ведь жизнь порой непредсказуема и щедра на сюрпризы.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?