Читать книгу "Не вздумай влюбиться"

Ники поняла, что не может противостоять ему, этому наглецу и самоуверенному болвану. Пришлось даже закусить губу, чтобы не застонать от удовольствия, когда твердые губы прижались к ее груди через ткань водолазки и лифчика.

Николета ощутила, как ее запястья получили долгожданную свободу. Однако вместо того, чтобы попытаться выбраться из ловушки, в которой оказалась девушка, она зарылась пальцами в мужской затылок.

А Ян уже выудил ткань одежды Ники из-за пояса ее брюк и подтянул вверх, открывая доступ к груди. Ловкие пальцы спустили кружево лифчика, высвобождая острые соски. И тут же Самойлов вобрал их в рот, то нежно целуя, то слегка прикусывая.

Ники непроизвольно прогнулась, а ее глаза закрылись от удовольствия.

Ян держал себя в руках, как и обещал, дальше поцелуев не собирался заходить. А на языке вертелось колкое замечание для Ники. Так и хотелось показать, что и она жаждет его не меньше.

Однако не время сейчас. Вот-вот проснется весь дом, а Самойлову еще нужно благополучно свалить в ту комнату, которую ему предоставили для ночевки. И его спальня находится в противоположном крыле от спальни Ники.

А потому времени с каждым мигом становилось все меньше. Но и слишком уж торопиться Ян не собирался. Потому что отчаянно желал насладиться каждой секундой в руках этой малышки.

Ники и сама не замечала, как из груди начали вырываться стоны. Пришлось прикрыть ее рот ладонью, чтобы никто случайно не услышал.

Острая боль пронзила Яна, когда белоснежные зубки девчонки вонзились в его пальцы. Но это все ерунда, мелочи! Главное, Ники не вырывалась из его рук, а наоборот, шире развела бедра, будто приглашала Самойлова.

Но он ведь пообещал. А потому спустился ниже, целуя плоский живот, ныряя языком во впадинку пупка, оставляя влажные следы от алчных поцелуев.

– Ты что творишь?! – пробормотала Ники, широко распахнув глаза. Но голос ее звучал неразборчиво, потому что рука Яна все еще закрывала ее рот.

Самойлов только сверкнул диким, безумным взглядом и опустил голову, чтобы продолжить прерванное занятие.

Ники была дико возмущена. Нет, что он себе позволяет?! Да она его… Да она ему…

– Да-а-а…! – протяжно застонала девушка, когда Ян, бессовестный и бесстрашный тип, прижался ртом к ее трусикам.

Ники и не думала, что с ней может случиться что-то подобное. И будто воспоминания о минувшей ночи страсти стерлись. Теперь их заполняли новые картинки, не менее яркие и жаркие.

Николета честно пыталась выбраться из капкана рук Самойлова, пыталась сбросить его с себя, или как-то прекратить сладкую пытку ласками. Но мужчина знал, что делал. Все настойчивее целовал ее, гладил, скользил внутрь пальцами. А Ники не могла связно мыслить, только крепче впивалась зубами в смуглую ладонь. Сама понимала, что причиняет Яну боль, а не могла остановиться.

Пока не взорвалась тысячами разноцветных искр, а все тело не скрутило жгутами экстаза.

Ян наслаждался тем, как сладко всхлипывает девчонка, как стонет в его ладонь, как замирает под ним, а его пальцы покрылись ее влагой. Ники, его девочка, такая дикая, непримиримая, вредная, но как же крышесносно она кончает!

Самойлов и сам был готов взорваться, но ведь обещал, значит, слово сдержит. Вот только напоследок он приник к разведенным бедрам, слизывая столь щедро подаренную ему Николетой страсть.

– Извращенец! – сбивчиво пролепетала Ники, а было видно, что у девушки нет сил, чтобы оттолкнуть Яна.

Он бы и не позволил. Ему до чертиков хотелось зацеловать ее, эту девочку, эту женщину.

– У меня так ни с кем еще не было, – негромко признался Ян, не рассчитывал, что Ники расслышит. Но девушка открыла глаза, а Самойлов уже аккуратно вернул ее белье на место, даже водолазку поправил так, будто ничего и не произошло.

– Да иди ты, Самойлов! – пробормотала Ники и отвернулась.

Однако Ян заметил, как ее и без того пунцовые щеки вспыхнули еще больше. А взгляд стал тягучим и удивленным.

Мужчина усмехнулся, предпочел не настаивать. Не время пока. Главное, не прибила она его, как только увидела в своей кровати. И да, теперь Ян точно спешить никуда не будет. Будет добиваться ее, эту вредную и дерзкую принцессу.

Когда Самойлов вышел из спальни, Ники успешно делала вид, что спит. Было жутко стыдно, ведь перед глазами намертво встали картинки того, как Ян целует ее там. Но вместе с тем было невероятно хорошо от его слов, да и от его присутствия.

Ох, не убил бы его кто ненароком, пока он будет шастать по особняку.

Ники прислушивалась к каждому шороху в доме, даже встала с постели и слегка приоткрыла дверь, чтобы убедиться.

Тишина. Значит, Самойлов благополучно добрался к себе.

Ники вздохнула, прикрыла дверь, заперлась на замок и пошла в душ. А после уснула крепким сном младенца.

***

Ники не знала, злиться ей на Самойлова, или делать вид, что ничего не происходит.

Но девушка злилась, да. Потому что Ян исчез из их дома еще до завтрака. А ведь Николета планировала поизводить его каверзными вопросами. В крайнем случае, немного поязвить.

Но не вышло. Самойлов благополучно испарился. Ну и черт с ним!

Так думала Ники после завтрака, во время которого, кстати, отец устроил форменный допрос. Можно подумать, ему ничего не известно. Николета старалась отвечать спокойно, максимально честно, но обтекаемо, чтобы у Самойлова не возникло лишних проблем.

И, кажется, все вышло. По крайней мере отец не стал грозить домашним арестом и даже не приставил к ней своих парней, когда Ники собралась ехать в город.

Да и зачем девушке охрана, если она направлялась в клуб брата, где вооруженных плечистых ребят тусовалось выше нормы.

По пути Ники вспоминала обо всем, что произошло с ней сегодня, вернее, ранним утром. Пыталась запрятать поглубже пикантные картинки, а не выходило.

И ведь всего за пару дней жизнь Ниолеты Адамиди изменилась настолько, что девушке становилось страшно. А вдруг все это несерьезно? Вдруг Ян испарится из ее жизни так же неожиданно, как и появился? А вдруг для него Ники всего лишь очередная победа, или способ расслабиться между «заказами»?

Ники стало горько и обидно. Кто знает этого Яна? И что у него на уме?

Николета задумалась и не сразу заметила, как ей навстречу летит какой-то «ковбой». Тачка не собиралась возвращаться на свою полосу, так и летела по встречке. Ники запаниковала. Справа обочина, и, слава богу, никакого ограждения. Да и скорость у Ники была не такой огромной, чтобы слететь с дороги.

Адамиди, отчаянно сигналя, все же свернула. «Ковбой» промчался дальше, будто и не заметил, что всего несколько секунд отделили Ники от аварии и ужасных последствий.

Шумно выдохнув, Николета заглушила двигать и опустила голову на руль. Понятно, что брат или СБ просмотрят записи с ее видеорегистратора, а нерадивый водитель отыщется буквально к утру, в худшем случае. В лучшем, спустя несколько часов.

Пока Ники думала, приходила в себя, прикидывала, стоит ли рассказывать обо всем родне, или пусть уже «ковбой» живет себе спокойно, в окошко с ее стороны кто-то коротко постучал.

Вскинув голову, Ники увидела незнакомца, но дверь открывать, или опускать стекло девушка не торопилась.

– У вас колесо спущено, – кивнул головой незнакомец, а потом, словно всмотревшись в лицо Адамиди, добавил: – С вами все в порядке?

Ники вздохнула. Мужчина выглядел благопристойно, пожалуй, даже вызывал доверие. А потому Николета решила выйти на улицу. Да и с колесом нужно разобраться.

***

Как только туфли Ники коснулись земли, девушка уже знала, что ошиблась.

Нельзя было поступать столь опрометчиво.

Нельзя было ехать в город без охраны.

И самое главное «нельзя» – не покидать машину. Так учили отец, брат, дядьки. Ники всегда помнила, что у нее за семья и чем занимается, какой вес имеет в городе, и, вместе с тем, какие враги могут возникнуть на пути Адамиди. В том числе и ее, Ники.

Мобильный телефон незнакомца мелькнул перед самым лицом Николеты. А спустя миг, крышка багажника захлопнулась, отсекая девушку от солнечного света. Конечно же, похититель оставил ее без средств связи, сумочки, личных вещей. Хорошо, не заставил раздеться догола. И на том спасибо!

Ники хотелось рыдать от бессилия, страха, злости на саму себя. Вот ведь дура! Повелась на байку с пробитым колесом. И где она сейчас? Правильно, в полном… багажнике!

Машина тронулась с места, Ники прикрыла глаза. Все, что она могла – считать секунды и пытаться запомнить повороты. Бред, конечно. Такое только в фильмах прокатит. Но другого занятия, чтобы хоть как-то отвлечься, у Ники не было.

***

Глава 6

– Ты опять за свое, Самойлов?! – рявкнул Адриан, бросив взгляд на часы.

По времени, Ники уже давно должна быть в клубе. В последние дни Николета плотно занималась делами клуба, пока сам Адриан наслаждался прелестями семейной жизни.

Семейная жизнь, кстати, сидела на уютном диване в кабинете хозяина клуба и пила горячий шоколад. Адриан готов был «забить» на все рутинные дела и утащить жену обратно в лесную глушь, максимально подальше от цивилизации.

Но вредный киллер, который метил в женихи Ники, вновь провернул тот же фокус, что и сутки назад. Похитил сестру Адриана. И вот в этом поступке Адамиди не видел логики. Все ж вроде прояснили, утрясли.

– В плане? Поясни, – напряженно ответил Ян.

– Скажи еще, что это не ты Ники утащил в неизвестном направлении! – усмехнулся Адриан, но что-то в голосе Самойлова заставило мужчину напрячься.

Из коридора послышались звуки драки, а следом раздался громкий голос обычно спокойного Самойлова.

– Где Ники?! – прокатилось по кабинету, а вместе с тем дверь распахнулась, впуская Яна.

За спиной Самойлова маячила охрана. Надо признаться, слегка помятая, с разбитыми носами.

– В каком смысле? Я чего-то не догоняю, – пробормотал Адриан.

– Я не видел Ники с это ночи. Телефон отключен. Я думал, она дома, – все больше хмурился Ян.

– Нет. Ехала в клуб. Тачку мы нашли. Я отозвал парней, решил, твои приколы, – Адриан поднялся из-за стола и уже торопливо набирал номер телефона начальника СБ отца.

Ян развернулся, не говоря ни слова, пулей вылетел из кабинета. А потом и из клуба.

В голове выстраивался алгоритм действий, четко, размеренно, в мелчайших подробностях.

Какого хрена происходит?! Интуиция подсказывало одно, а вот сердцем Ян хотел бы верить совсем в другое. Хотел бы, чтобы Ники просто психанула и засела с подружками посплетничать в каком-нибудь уютном и тихом ресторанчике.

Но нет. Все оказалось не так.

В это же время на мобильный телефон Константина Адамиди пришло короткое сообщение. Всего лишь фотография. А отправитель неизвестен.

А следом – звонок. На этот раз Константин знал звонившего, а потому ответил мгновенно и вместе с тем раздавал приказы своим людям.

– Я найду ее. Мне нужен полный карт-бланш на вашей территории, – голос Яна звучал сипло и приглушенно, но что-то было в интонации, отчего Адамиди застыл на месте.

– Ищи, – только и произнес Адамиди, чуть позже скинул Самойлову сообщение с фотографией собственной дочери и номер телефона отправителя.

– Какие еще будут распоряжения? – осторожно уточнил помощник Константина.

А Костя пока не знал, что делать. Был уверен на сто процентов,  что нет в городе настолько бесстрашного человека, чтобы вот так, внаглую, выкрасть дочь. Такое не прощают, за подобное – смерть. А если не из местных? Кто тогда? Слишком продуманно для "гастролеров". Значит, ворошить нужно либо прошлое Адамиди,  либо биографию Самойлова.

Машину дочери уже привезли домой. Весь видеоматериал с регистраторов и с дорожных камер изучает семейный спец по компам. А на кухне Костю ждала жена, которая пока что не подозревала, что их дочку похитили. И этим смертником был совсем не Самойлов, к которому Элеонора питала симпатию.

– Все в порядке? – улыбнулась Эля, когда Константин появился на пороге кухни и осторожно прикрыл за собой дверь.

– Не совсем, – Константин Максимилианович провел ладонью по лицу и присел на ближайший стул. – Ники похитили.

Адамиди видел, как из рук его любимой супруги выпала миска, разбилась о молочно-белую плитку.

Костя успел перехватить жену, усадил ее на свои колени, прижал лицом к груди.

Сколько они вот так, обнявшись, делясь теплом и любовью друг с другом, просидели, Костя и сам не знал. Очнулся, когда завибрировал телефон, оставленный в кармане.

Адамиди торопливо разблокировал гаджет, сосредоточенно посмотрел на дисплей.

Видео-звонок от Яна, а в главной роли смутно знакомый тип. Мужчина невнятно рассказывал, как ему заплатили за то, чтобы он спровоцировал ДТП. Ничего лучше он придумать не смог, кроме как угрозу лобового столкновения.

Далее изрядно побитый водитель отключился. Наверное, у Самойлова сдавали нервы, вот и перегнул слегка.

На экране появился сам Ян. Хмурый, сосредоточенный, а в глазах – глухая ярость.

– Знаете его? Раньше встречали? – глухо спросил Самойлов.

– Смутно знаком, – кивнул Константин. – Послушай, Ян. Потребуют выкуп, я заплачу.

– Не факт, что вернут, – рвано вымолвил Ян, – вы по своим каналам. Я по своим. До связи.

Ян разорвал видеосвязь. Константин лихорадочно перебирал в памяти лица и имена. Видел же он этого водилу. Встречал как-то. Должна быть зацепка, должна.

– Это правда, Кость? Ян прав? – тихонько спросила Элеонора.

– Ян? Солнышко, ты видела его? Да он там на каждом встречном собрался применить свои умения и навыки, – постарался разрядить обстановку Адамиди. – Вернет он нашу девочку через пару-тройку часов.

Но было совсем не до смеха.

***

Яну нужно было время, чтобы подумать. Но времени не было. Сейчас – на вес золота каждая секунда.

Холодный разум профессионала методично затмевали эмоции. И паника. Больше всего Ян боялся поддаться этому липкому, разрывающему душу чувству. Понимал, что обязан вернуть Николету в целости и сохранности. И дело было даже не в Адамиди. Не в тех последствиях, которые наступят, если дочку Константина не удастся вернуть домой.

Дело было в самой Николете и в том, как много стала значить она для Яна, насколько необходимой оказалась, насколько сильно Самойлов стал зависим от этой девушки.

А потому, невзирая на выкуп, который Адамиди был согласен выплатить, на обещания, которые тот готов был дать похитителям, Ян решил твердо: ублюдку не жить при любом раскладе. Потому что нельзя просто так похитить его, Самойлова, женщину.

Ян на секунду прикрыл глаза, заставил себя сделать глубокий вдох, выдохнул.

Мобильник ожил. Сначала пришло сообщение. Короткое. Всего одна фамилия и инициалы. А следом на втором «чистом» мобильнике ярко-красная точка мелькнула и сдвинулась с места.

Ян завел двигатель неприметной легковушки и медленно двинулся, ведомый красным огоньком.

А спустя несколько минут на телефон Самойлова поступил еще один звонок. На этот раз от Адриана.

– Мои ребята готовы. Мы на месте. Отец собрал деньги, – коротко сообщил Адамиди.

– Принял, – холодно произнес Ян.

Самойлов с силой сжал кулаки. Настало время действовать.

На заднем сиденье автомобиля лежал объемный рюкзак. В соседнем кресле – продолговатый футляр. Выйдя на улицу, Ян подхватил свой багаж, хлопнул дверцей и двинулся вперед. Укрытый темнотой, мужчина мог спокойно передвигаться по территории. А как только Ян оказался на нужной точке, с которой вся территория была словно на ладони, он вынул небольшой пульт.

– Еще чуток потерпи, малышка. Уже иду к тебе, – пробормотал Самойлов, почти беззвучно, обращаясь к девушке, которую держали в пустующем, заброшенном ангаре.

Спустя мгновение раздался взрыв. Сработало устройство, оставленное в машине.

Сквозь оптический прицел Ян видел, как засуетились похитители.

А на лице Самойлова появилась усмешка, в глазах – яростный, кровожадный блеск, а в душе просыпался необузданный дикий зверь, требующий отобрать жизни тех, кто посягнул на самое дорогое, что было у Яна. На его любимую женщину.

И Ян не планировал оставлять кого-то в живых.

***

Глава 7

Ники было неудобно сидеть. Запястья связаны за спиной, а ноги примотаны клейкой лентой к стулу. В горле жутко пересохло, хотелось пить. А голова дико звенела и гудела – последствия от удара по затылку.

Однако Николету беспокоили совсем другие неудобства. Ее юбка задралась до самых бедер, открывая на обозрение похитителям ее ноги и белье. И вот это пугало. Девушка всем телом, каждой клеточкой чувствовала сальные и плотоядные взгляды окружавших ее мужчин.

А вот Ники никого не видела. На ее голову был надет черный тканевый мешок. С одной стороны – если закрыли ей обзор, значит, убивать не планируют. С другой, Ники ничего не видела сквозь черную тряпку, казалось, что даже воздух проникал с трудом и дыхание постоянно сбивалось. Или это от страха?

Однако Ники старалась держать себя в руках. Выходило плохо. Особенно, когда к ней, судя по звуку шагов и тяжелому дыханию, приблизился один из ублюдков, похитивших ее.

Мужчина, которого Ники не видела, оказался настолько близко, что каждый волосок на теле девушки встал дыбом. Но нельзя показывать этим мразям свой страх! Ни в коем случае нельзя!

Ники почувствовала, как колена коснулся обжигающий холод металла. Острие ножа заскользило выше, к бедру, приподнимая ткань одежды.

– Отвали от меня, ублюдок! – выкрикнула Ники и попыталась вывернуться. Однако путы держали крепко, фиксируя девичье тело на стуле.

– Дикая шлюшка, – с одобрением в голосе прокряхтел мужчина, а Ники почувствовала, как острое лезвие срезало бретельку платья с одного плеча, а следом и лифчика.

– Не порть товар! – раздался другой голос, более властный откуда-то сверху и издалека.

– Дай оттянуться, а?! – попросил ублюдок у товарища, не торопясь прекращать своего занятия и методично срезая одежду Ники. – Времени валом. Бабло привезут только через час. Шеф отзвонится, тогда и отпустим эту шлюшку. Но я ведь могу и не сразу услышать звонок.

– Остынь! – голос второго похитителя прозвучал ближе.

– Отсосет, тогда и остыну, – рявкнул ублюдок, а Ники сжалась в комочек. Было дико страшно, и уже весь упрямый характер, вредность, язвительность куда-то испарилась. Будто сознание заблокировалось, спрятав глубоко-глубоко бесстрашную Адамиди, а осталась только маленькая испуганная девочка.

– Охренел? Мешок не снимай! Она же наши лица увидит! – выкрикнул приятель ублюдка.

– И что с того? – усмехнулся любитель орудовать острым ножом.

– А ничего! Приказ был, девчонку не трогать. Иначе за нее не заплатят, – голос мужчины уже звучал практически за спиной Николеты. – Уговор, есть уговор. Отвали от товара!

– Не ссы. Никто не узнает. Уверен, у такой избалованной шлюшки опыта вагон. Одним членом больше, одним меньше. Кто ж считает? – похабно рассмеялся ублюдок и срезал бретельки и со второго плеча.

Ники ощутила ледяной холод, когда острое лезвие скользнуло по обнаженной груди. От страха по щекам потекли слезы, а все тело колотила крупная дрожь.

– Видишь, как трясется? Потекла-а-а, шлюшка? – развязно забормотал урод.

А Ники затошнило, когда мужская рука с силой сжала ее грудь. Рыдание вырывались вместе с всхлипами. А все тело занемело от того, что приходилось сидеть в одной позе довольно долго.