Читать книгу "За гранью эксперимента. Роман"

– Ошибаетесь, Ольга, это моя голограмма, а не я сама. В остальном вы правы, находимся мы в моей спальной, а надо мной спальная Арио.

Ольга пыталась что-то сказать, но только беззвучно открывала рот, и нелепо размахивала руками.

– У меня к вам очень личная просьба – проговорила без эмоций Итея, – Свет очень яркий. Отключите его.

– Но я… Э…

– Сделайте это.

– Это?

Ольга вдруг, как будто очнувшись, пришла в себя

– Я сделаю это, но сначала вы расскажете мне всё по порядку, ведь официально вас нет в живых, и теперь я жена Архивата, а я не желаю быть игрушкой, в чьих-либо руках. Что за всем этим кроется? Я хочу знать.

– Я расскажу, – последовал пустой ответ, – если вы поклянётесь, что сделаете это.

– Если это для вас так важно, то я сделаю это. Но сначала скажите, каким образом голограмма умершего человека может общаться?

– Голограмма не может. А вот его миссиды могут. А может, обойдёмся без лишних вопросов, и вы сделаете это сейчас?

– Каким образом миссиды Итеи остались активными, ведь умирая, человеческий организм теряет энергию?

– Лучше вам не знать. Это опасно, и вообще, это не только моя тайна. Ольга, вы добрая женщина, не будьте жестокой, покончите с моими миссидами. Просто нажмите выключатель.

– И тогда вы исчезнете навсегда?

– Вы умная женщина.

– Более того, я исследователь, и пока не услышу подробный рассказ я не дам вам исчезнуть бесследно.

– Что ты хочешь услышать?

– Расскажи, Итея, что произошло? Поверь, я твой друг. Я всегда уважала тебя и равнялась на твои поступки. Твои успехи в предсказании будущего всегда поражали меня.

– Мои успехи ничего не стоят по сравнению с успехами профессора Правикова.

– Ты знаешь о трудах Правикова?

– Знаю. И это привело к печальным результатам.

– Как я жалею, что знаю о них очень мало.

– Ты счастливый человек.

– Итея, ты обещала рассказать мне всё.

– Ну, хорошо, пусть будет по-твоему, – помолчав проговорила она, – когда-то ещё на Земле я, Арио и маленький Игул увлеклись модными исследованиями в области миссидочастиц. Арио через свои властные каналы достал труды Правикова. А потом мы нашли самого учёного, к тому времени бывшего в опале, и тайно переправили на Марс. Оборудовав лабораторию, здесь на Марсе мы занялись опытами уже вплотную.

Итея остановилась, и так молчала, пока Ольга не подтолкнула её:

– И это всё?

– К сожалению, эти опыты оказались на грани бесчеловечности, поэтому я не буду тебе раскрывать их суть.

– Тебе что-нибудь говорит о том, что я кандидат наук именно в этой области?

– Ольга, ты говорила, что преклоняешься предо мною. Что тебе стоит сделать это, ничего не спрашивая?

– Сначала рассказ, – не сдавалась Ольга.

Итея молчала с минуту, но Ольге почему-то не было жаль её, хотя она не могла уличить себя в жестокости. Если, конечно дело не касается миссид. Ради них Ольга может заключить сделку даже с самим дьяволом. Если не сейчас, то, когда ещё она узнает сразу обо всём. У Итеи нет выхода. Да, она преклонялась перед ней, как перед богиней, восхищалась её талантами, но так распорядилась судьба, что именно Итея стала её соперницей. Это чувство, почти на уровне низменного инстинкта, тихо поселилось в её дальнем уголке души и оттуда предательски высовывало свою самолюбивую головку.

– Хорошо, Ольга, если на то пошло, теперь ты хранитель его жизни.

– Я хранитель его детей, – исправила её Ольга.

– Извини, но от меня трудно скрыть потайные чувства.

Щёки Ольги запылали от стыда.

– Ольга, я надеюсь на твоё благоразумие, может быть ты поймёшь всю пагубность этих знаний и придёшь к единственному правильному выбору. Тот путь, который ты выбрала, ошибочный.

Ольга всё ещё переживала по поводу своих потаённых мыслей, которые Итея видела, как на рентгене, поэтому молчала.

– Это очень важно, Ольга, в противном случае, я готова и дальше жить в аду. Достаточно того, что об этом знают Арио с Игулом. Ты должна понять, что именно, я вкладываю в твои руки.

– Я сделаю правильный выбор, – поспешила уверить её Ольга, – в этом ты можешь быть уверена.

Установилась некоторая тишина, лишь слышался тихий шорох излучения. Последующий её голос казалось, звучал на пол тона ниже.

– Во все времена мыслители пытались найти загадку в смерти человека. «Не может быть, – думали они, – чтобы, уходя из жизни, пропадало и то, что было накоплено за целую жизнь». И вот ответ Правикова: миссиды разума, при этом высвобождаются, хаотично заполняя Вселенную новыми знаниями высшего порядка. Они просто необходимы Вселенной, для её дальнейшего развития. Другими словами, не было бы смерти, не было бы самой Вселенной.

На основе трудов профессора Правикова современная наука научилась, путём усиливания волн восприятия, собирать этот разум и концентрировать для какой-нибудь полезной цели, но всё это делается чисто механическим путём. Никто ещё не знает, что Правиков пошёл дальше. Он сделал возможным собрать разум конкретного человека, а именно умирающего. Это то, что ты сейчас наблюдаешь. Тело не вернуть к жизни – этот закон незыблем, но миссиды живы. Он нашёл способ не растерять их в этот момент, а собрать в некий сосуд. Умирая, он попросил проделать с ним этот эксперимент, а его результаты вписать в его труды. Всё было сделано правильно, но его голограмма не прожила и года. Он просто умалял нас умертвить его, то есть распустить его миссиды.

– Но, почему?

– В миссидах есть знания момента смерти. Ты не представляешь, какого это, когда, где-то над твоим затылком нависло что-то холодное, страшное и ужасное, которое уже коснулось тебя. Ты не чувствуешь это физически, но знания того, что постоянно гнетёт тебя, это пустое, звенящее забвение является последним ощущением человека, дальше только физическая смерть. Я могу говорить об этом бесконечно.

– Именно об этом ты разговариваешь с Арио?

– Я жалею его.

– Но, у тебя нет чувств.

– Их нет, есть знания этих чувств.

– Какой-то замкнутый круг, – задумалась Ольга.

– Ольга, теперь ты знаешь, всё, что знаю я. Ты должна уничтожить меня.

– Потерпи, я хочу ещё немного побыть с тобой.

– Вы, люди жестоки. Правиков завещал более не повторять подобных опытов. Это бесчеловечно, но оказывается, человек более жесток, нежели холодный разум.

– Значит, Арио ослушался Правикова.

– Кровь Виндекондов очень сильна. Не зря именно они правят на всём Марсе. Но, в данном случае, он мучает не только меня, но и себя тоже. На грани нервного срыва у него появилась навязчивая идея.

– Я догадываюсь о ней.

– В этом состоянии он не понимает, что делает. И только я, вот уже четыре года сдерживаю его от этого бессмысленного шага – уйти вместе со мной. Но, что стоит взять и сделать самое простое – выключить свет и моя голограмма останется бессловесной и неразумной субстанцией фотонов. Я знаю, он никогда не решится на это. Он зациклен, а пока существую я, ему не выйти из этого транса. Он думает, что продлевает мне жизнь, не понимая того, что продлевает мою смерть. Ольга, будь же благодарна, я рассказала тебе всё, теперь твой ответ.

– Хорошо, я сделаю это.

Она взяла в руку пульт и, сосредоточившись, выжидала время.

– Понимаю, – сказала Итея, – хочу успокоить тебя на этот счёт. Когда-нибудь он полюбит тебя, поймёт и обязательно простит, за сегодняшний, вполне оправданный твой поступок.

Ольга опять залилась краской и тихо вымолвила:

– Он никогда меня не простит, а мне сейчас важней твоя свобода. Прощай Богиня!

Ольга нажала на кнопку и вместе с внезапной темнотой, в её мозгу промелькнуло, как шорох осенней листвы:

– Спасибо тебе.

После секундной вспышки перед Ольгой вновь возникла голограмма Итеи, но не столь яркая и насыщенная цветами. И теперь основной голубой свет освещал комнату. Итея улыбалась, кружилась по комнате, лёгкая, как бабочка, был слышен её настоящий, нежный голосок и тихий смех. А по щекам Ольги текли тяжёлые горькие слёзы. Она глотала их и, хлюпая носом, наблюдала за видением. Только сейчас Ольга обратила внимание, на то, что голограмма воспроизводилась из верхнего левого угла, где был подвешен свадебный шар, там же была установлена камера, и ещё какой-то прибор. Ольга включила свет, прибор погас, но камера продолжала работать. Хотелось, конечно, всё свалить на Игула и остаться чистенькой. Ольга задумалась. Дурацкая совесть мешала решить раз и навсегда эту сложную проблему. К тому же этот полу ребёнок, в сущности, ни в чём не виноват. «А меня Арио убьёт и без сожаления, это точно».

Эймос

Разумеется, когда Арио узнает о том, что Ольга распустила миссиды Итеи, прекратив тем самым её окончательное существование, он не станет сводить счёты со своей жизнью, ведь он преследовал иную цель – соединение с разумом Итеи. А, роль Игула состояла в том, чтобы совершить это воссоединение и только после уничтожить их единую, соединённую навеки субстанцию. Но, даже, если предположить, что он всё-таки отважится на банальное самоубийство, то для начала, он обязательно изъявит желание, посчитаться за смерть Итеи. Так думала Ольга, сидя в купе марсохода. А для этого, он должен сначала найти её. И всё-таки её гложили сомнения, правильно ли она поступает. Она вспомнила, как её отговаривала Нал, но причин и без того было масса. Во-первых, зная фамильную черту всех Виндекондов, завуалированную добродетельностью последних из них, Ольга естественно боялась возмездия, которое являлось в её воображении, чем-то, вроде знаний момента смерти. А, во-вторых, Ольга устала терпеть унижения. Этим средневековьем она сыта по горло. По всему видно, Марсианская экзотика ей опостылела. Пора домой. Пройдёт время, Арио смирится со смертью Итеи, встретит ту, с которой сможет хотя бы находиться рядом. Даст Бог, родится вполне законный наследник. И всё встанет на свои места.

А свою лабораторию ей пришлось законсервировать, и попросить Нал хранить её содержимое до поры.

Ольга тяжело вздохнула, и с любовью взглянула на уткнувшуюся в бок, спящую двухлетнюю Майку. Она поехала к единственным людям, которых знала на этой планете, к родителям Нал. Может они пристроят её на время куда-нибудь. Главная же цель – это полёт на Землю, но только как осуществить эту затею, Ольга не представляла себе. В дорогу она собрала баул с тёплыми вещами, оделась в самое простое, что нашлось у Нал, и спрятала в складках своей одежды наличные деньги.

В Цефеноне её встретили.

– А, у вас тут потеплело, – заметила Ольга, поздоровавшись с Ойс и Миленой.

– Да, с тех пор, как у власти новый губернатор, у нас многое изменилось в лучшую сторону.

– Арио приедет через две недели, как бы мне умудриться, улететь с Марса первым рейсом? – молвила Ольга.

– Вряд ли у вас это получится, – немного подумав, отозвался Ойс, – ещё день – два и вас начнут искать. Даже речи не может быть о Земле. Вам нужно выждать этот период усиленных поисков.

– Но, как, где? У меня нет документов.

– Я не знаком с криминальным кругом, но в Эймосе у меня живёт давний друг. Он должен вам помочь, хотя, мы с ним давно не общались, ну, да другого выхода нет.

– Эймос? Это далеко?

– Очень. С билетом на Атон проблем не будет. У Милены в аэропорту сестра работает.

– Но…

– Это лучшее, что сейчас вам нужно – переждать именно там. Никому и в голову не придёт, искать вас на другой стороне планеты. Ведь по логике, вы, просто обязаны лететь на Землю, а значит, в первую очередь будет перевёрнут весь Архинон, где и находится единственный космопорт Марса.

***

Эймос. Вечер. Но в центре города шла обычная, суетливая жизнь. Всё ещё продолжали работать магазины, кафе, различные службы услуг. Ольга остановилась у одного из ларьков.

Пожилой мужчина, вышедший к ней, смерил Ольгу опасливым взглядом.

– Извините, мадам, но у нас нет для вас работы.

– Но, может, вы знаете, где она есть, я уже неделю не могу устроиться?

– Безусловно, она где-то есть. Эймос большой.

Взмахнув рукой окрест, он закрыл перед ней дверь.

И опять уставшая, со спящей Майкой на руках, Ольга добрела до своего убежища ни с чем. Это был заброшенный пластиковый дом, окна которого зияли пустотой. Здесь на втором этаже и поселилась Ольга неделю назад. Тогда они с Майкой обошли полгорода, в поисках адреса, указанного на конверте письма, которое предназначалось для друга Ойса. С трудом она нашла его в старом запущенном районе. Но, к её огорчению, там жили совсем другие люди.

Накормив Майку и перекусив сама, Ольга бросила в угол одеяло и уложила на неё порядком уставшую дочь. В комнату прокрались сумерки. Казалось, они длились достаточно долго, пока не наступила глубокая ночь. Над улицей повис огромный Фобос, звёзды и пара фонарей. Совсем, как на земле в древние – древние времена. Долго Ольга стояла у окна, в раздумье, пока сон не сморил её саму, и ей пришлось пристроиться рядом с Майкой.

Следующий день так же ничего доброго не сулил. Более того, когда они вернулись домой так же поздно вечером, их ждал сюрприз. Прямо посредине комнаты две, бедно одетые, женщины неопределённого возраста, делили между собой Ольгины вещи.

– Это моё, это тоже моё. Куда тащишь, – кричала одна из них!

Но в ответ слышалось только мычание.

Удивлённые появлением Ольги, женщины с любопытством принялись её изучать. Со своей стороны, Ольга прошла мимо этих двоих вглубь комнаты и осторожно положила Майку прямо на пол, так как одеяло уже было прибрано незнакомками. Далее, очень спокойно на цыпочках она подошла к одной из них, и аккуратно взяв её за шиворот, с силой выкинула за пределы комнаты. Загородившись руками, вторая женщина предпочла удалиться из комнаты самостоятельно. Прикрыв за ними дверь, Ольга принялась спешно запихивать свои вещи обратно в баул.

«Надо искать другое место, – думала она». Чем дольше она будет здесь находиться, тем труднее будет отбиваться от непрошеных гостей. Ольга прикорнула рядом с Майкой, но уснуть ей так и не удавалось. Где-то внизу установился непонятный шум и возня. Спустившись вниз, этажом ниже, Ольга встретила всё тех же двух женщин.

– Дамы, вам не кажется, что здесь частная собственность?

Тыкая друг друга локтями, они молчали, наконец, одна из них проронила:

– Каби говорит, что вы небесная богиня.

– Вот ещё.

– И я говорю.

– А, вы кто? – спросила Ольга.

– Мы с Каби, сёстры.

– Вы нищие?

– Нет. После того, как посадили наших родителей, мы стали отверженными.

Тут, Каби ткнула сестру в бок, но та, ответив ей тем же, продолжила:

– Однажды Каби вышла замуж и родила ребёнка, но он умер у неё на глазах. И, вот Каби теперь не разговаривает, но я-то её понимаю без слов. А муж от неё ушёл.

– Где же вы живёте?

– Под землёй. Наш купол отремонтировали совсем недавно. Но в центре уже открылись верхние магазины, и даже клиника. Сейчас мы бегаем туда, чтобы подработать немного.

– И чем вы подрабатываете? – тут же заинтересовалась Ольга.

– Собой.

– Чем-чем?

Ольга задохнулась от негодования.

– Каби сразу поняла, что ты не здешняя. Ты говоришь неправильно, да и ребёнок у тебя такой красивый. Ты береги его, здесь могут украсть. Дети в нашем городе редкость.

Ольга уже не слушала её, она неслась вверх, перелетая через две ступеньки. Майка мирно спала, уткнувшись носом в одеяло. «Мы похожи на нищих, – с болью в груди подумала она, – деньги катастрофически тают, а ещё нужно купить квартиру». Ольга тяжело вздохнула и развернулась, чтобы пойти назад. Сёстры стояли перед ней, как изваяния. Было ясно, что от них она просто так не отделается.

– Ну, что с вами делать, входите уже, только тихо.

Их счастью не было предела. Смешно толкаясь, они сразу обе втиснулись в дверной проём. Ольга усмехнулась. Эти две недотёпы чем-то затронули её душу. Она достала из рюкзака, немного пищи и разделила её между ними.

– Рассказывайте, – коротко бросила она, устраиваясь на расстеленном одеяле.

Сёстры скромно присели рядом с одеялом.

– Как твоё имя, богиня, – спросила самая говорливая.

– Клейто, – немного подумав, проговорила Ольга, – а как вас зовут?

– Мы Эйна и Каби Эриконд

– Те самые Эриконд?!

Удивлению Ольги не было предела.

– Те самые, – гордо произнесла Эйна.

– Когда-то Эриконды стояли над всем Марсом, потом, когда власть захватили Виндеконды, наших предков сослали на другую сторону планеты. То есть сюда. Здесь даже купола не было. Люди жили под землёй, добывали какой-то минерал.

– За что же посадили ваших родителей?

– У нас ведь, как повелось испокон. Если ты Эриконд, значит второй сорт, любая провинность обойдётся тебе лишением свободы.

Эйна неожиданно замолчала, а Каби, прижавшись к ней всем телом, вдруг громко всхлипнула. Эйна не выдержала и тоже заплакала, утирая слёзы тыльной стороной ладони.

– Они просто хотели хорошо жить, – выдавила она.

Ольга проглотила, навернувшийся комок. «Вот тебе и Марс – беззаботная планета»

***

Через неделю, после того, как Ольга поселилась у сестёр, они познакомили её с одним из своих двоюродных братьев. Это был пожилой, уже в летах высокий, статный господин, приятной наружности. Спортивное телосложение придавало ему некоторую моложавость. Звали его Фарбус Эриконд.

Теперь Ольга стояла в подземном переходе и торговала сувенирами, а половину выручки отдавала Эриконду. Именно он предложил Ольге эту, не денежную работу. Естественно, Ольга была рада и за это. Более того, она сразу неясно почувствовала его опеку над собой. За общежитие Фарбус вообще не брал денег, а, видя её интересное положение, старался оберегать от потрясений.

Когда-то Каби тоже торговала в переходе, но потом вышла замуж. Эйна же искала себя на более престижных предприятиях, но нигде не брали её, да и торговец с неё был никакой. Теперь они с Каби ходили в город и сдавали кровь для детской больницы. За это их кормили и давали немного денег. Именно эту работу имела в виду Эйна, когда говорила, что они зарабатывают собой, просто Ольга не всегда понимает марсианский язык, тем более из глубинки.

Чуть позже Ольга поняла, что клан Эрикондов в городе был достаточно велик и силён, но большинство из них всё же бедствовали. Единственный Фарбус смог пробиться к власти города, то есть в Мэрию и теперь он мог хоть чем-то помогать своей великой, дальней и близкой родне, от чего родственники его боготворили.

Оказалось, почти весь этот заброшенный район принадлежал Эрикондам, бывало, даже полиция боялась здесь спускаться под землю. Детей в Эймосе было мало, но всё же они были, ходили в школу, детский сад. Один из детских садов содержал сам Фарбус Эриконд, туда и устроили Майку. Ольга удивлялась расценкам услуг и товаров в районе Эрикондов. За её зарплату в Архиноне можно было купить лишь суррогатный обед, а здесь она могла жить целую неделю, вдвоём с Майкой. За пределами района Эрикондов цены были существенно выше.

Эриконд любезно пообещал сделать ей кое-какие документы. Единственное, о чём она сожалела, так это о том, что не сможет выходить на связь с родителями, но она надеялась, что это «пока». Так же, пока она не сможет заниматься своим делом, но и тут она тайно надеялась на помощь Эриконда.

Ничего тут не поделать, на Землю она улетит не скоро. И нужно как-то устраиваться здесь в Эймосе. Да, это так, теперь это и её город.

***

Ольга ходила на последнем месяце, когда, однажды к её прилавку подошёл взволнованный Фарбус. Уже этот факт насторожил Ольгу.

– Клейто, срочно заберите из детсада Майку, и переберитесь в укрытие, о котором я однажды вам говорил.

– Что произошло?

– Все вопросы потом. Дело касается вашей безопасности.

Шестым чувством она поняла, что шутки здесь плохи. Вместе с Майкой они спустились в нижний ярус подземного Эймоса, о котором знали лишь немногие. Полиции Ольга боялась, как огня. Первое время ей даже снились кошмарные сны в виде погони и кровавой расправы со стороны Арио.

Ольга давно поняла, в цивилизации Эймос отставал на пару сотен лет, поэтому инфо здесь был редкостью, как и ви-фон. Это и спасало Ольгу до поры. Никто из подземных жителей понятия не имел, кто она такая на самом деле, но о Фарбусе Ольга так не думала. Не может быть, чтобы такой богатый человек не имел инфо, и вообще, там, в Мэрии, наверное, давно знают о ней. «А, вдруг это западня? – подумала она». Столько времени прошло. Конечно же, он сдаст её со всеми потрохами, тем более что она одна из Виндекондов, – кровных врагов Эрикондов. А может, он будет держать её, как заложницу, а потом сдаст полиции за какое-нибудь благо для своих соплеменников. Ольгу терзали недвусмысленные ужасные мысли. Но попасть в лапы Арио было для неё равносильно смерти. Закрыв глаза, она не раз представляла его, беснующегося у себя во дворце, Итея же предупреждала, что он одержим.

Когда на следующий день Эйна, Каби и Фарбус спустились сюда, в подземелье, Ольга с Майкой уже отдыхали, а между ними спал маленький Олежка. Под восторженный визг сестёр, Фарбус воскликнул:

– Господи, Клейто, ты не перестаёшь нас удивлять. Ты самостоятельно родила! У нас в Эймосе дети – большая редкость. А у тебя сразу два!

– Ничего страшного, мне уже приходилось это делать. И, потом, у меня были хорошие учителя, а главное профессиональная акушерка. Ольга кивнула в сторону спящей Майки.

– Поздравляю, Клейто. Кто у тебя? – спросил Фарбус.

– Это мальчик.

Каби взволнованно принялась жестикулировать перед глазами Эйны.

– Да, да. Ты была права, это мальчик, – немного расстроившись, проговорила Эйна.

По-видимому, между ними когда-то был спор, и он решился не в пользу Эйны.

– Нужно подумать о вашей безопасности, Клейто, – проговорил Фарбус, – вас ищут.

– Да, они подобрали для этого подходящий момент.

Ольга украдкой взглянула на Фарбуса.

– Похоже, вы с самого начала знали обо мне.

– Знал.

– Зачем вам эти хлопоты?

– Разве не понятно?

Ольга пригляделась к седовласому пожилому человеку. Лицо его было суровым, но взгляд светился добротой.

– Новый человек в наших краях редкость. Как только вы появились здесь, я сразу понял, что это вы – Ольга Виндеконд, та, которая обладает сильным характером. Ведь это благодаря вам в Эймосе установили новый купол и не только в Эймосе. Это только благодаря вам были сняты с постов некоторые губернаторы.

– Почему именно благодаря мне? Откуда вам об этом известно?

– В Архиноне полно наших людей. В том числе в сенате и в окружении самого Архивата. Вы доказали, что можете быть полезны обществу Марса.

– Я слабо надеялась на то, что мой голос будет услышан Арио. Должно быть, в тот момент, его озарило благородство.

– В данный момент наша задача сохранить вашу жизнь.

– Вы, это какая-то организация?

Сигнал ви-фона Фарбуса прервал их беседу. Это был его помощник.

– Они где-то рядом, – с тревогой проговорил Фарбус и обратился к женщинам, – собирайтесь, быстро!

Держа спящую Майку на руках, Фарбус пропустил вперёд Ольгу с сыном, следом Каби с Эйной, гружёными вещами, после вышел сам. Петляя в лабиринте ходов, женщины во главе с Фарбусом добрались до прямого участка. Метров через тридцать слабо освещённого коридора, они свернули в одну из ниш, уткнувшись в металлическую дверь. Перед Эрикондом дверь отворилась сама собой. пропустив вперёд всю процессию, Эриконд вошёл следом за ними. А, спустя мгновение, Ольга ахнула. Вдоль стен просторного помещения стояли стеллажи заваленные, как будто наспех драгоценностями и золотыми слитками. Кругом стояли ящики и коробки, валялись приборы, стопки каких-то пластинок. Остолбенев, Ольга боялась отойти от двери. Эйна и Каби изумлённые, побрели к стеллажам. Фарбус же спокойно уложив Майку на ближний ящик, укрыл её одеялом.

– Рано или поздно, ты всё равно узнала бы об этом, – сказал он Ольге.

– Откуда такая уверенность? Я Виндеконд! – вырвалось у неё.

Она не видела ни малейшей причины, по которой он мог бы доверять ей. Это было обыкновенным безрассудством с его стороны.

Он приблизился к ней.

– Ты наш друг, и этим всё сказано.

– Что же это такое, Эймос бедствует, а тут такие богатства.

– Это богатства Эрикондов. Когда эта династия была свергнута, весь род сослали в отдалённые города. Вот, тогда тайно были перевезены накопления Эрикондов.

Эйна добавила:

– Ходят слухи, что это только часть клада, остальное всё ещё находится где-то под Архиноном.

– Нет, я так и не поняла, – воскликнула Ольга, – всё это лежит мёртвым грузом, а вы живёте в лачугах, питаетесь бог знает, чем!

Фарбус парировал:

– Ты не права Клейто, этот клад периодически иссякает. Благодаря ему, мы поддерживаем бедных. Ты заметила, у нас и цены —то символические. А за детский сад ты платишь?

– Понятно, – устыдившись пролепетала она, – но неужели, Виндеконды не догадываются об этом кладе?

– Пока нет. Я хранитель клада в этом поколении. Придёт время, и мы воспользуемся им в полной мере. И тогда, вновь взойдёт звезда Эрикондов.

– Так вот в чём дело, – воскликнула Ольга, – Вы хотите революцию!

– Нет, мы хотим отдельное суверенное государство. Пусть их на Марсе будет два. Надеюсь, что обойдёмся без кровопролития.

Фарбус смотрел на неё ясными чистыми глазами.

– Вы мечтатель, – поразилась Ольга.

– Я политик, возразил он, – Наши люди уже внедрены в разные структуры власти Виндекондов. Совсем недавно Земля и Марс заключили договор о совместном решении международных политических проблем, касающихся прав человека. Это результат хорошей работы наших людей на Земле,

– Вы хотите что-то изменить с помощью этого сомнительного договора?

– Просто уверен. Вы нам поможете.

Ольга опешила.

– Вы думаете, я имею влияние на Виндеконда?

– У вас его дети.

– Это мои дети.

– И его тоже.

Ольга продолжила обход стеллажей.

– Боже, какая я наивная. Так вот почему вы мне помогаете. Интересы Эрикондов!

– Интересы Марса.

Фарбус неизменно шёл за ней, словно покорный слуга.

Тут она остановилась, вглядываясь в узор небольшой пластинки, стоящей на одной из полок.

– Эта карта напоминает карту подземных ходов дворца Славы

– Этого не может быть, – уверенно произнёс Фарбус, – Дворцу Славы лет сто, а этому кладу все четыреста.

Не мигая, они уставились друг на друга.

***

Олежке было уже полгода, когда Фарбус Эриконд большинством голосов был избран губернатором Города Эймос. Прямо на площади города в честь него был устроен праздник с грандиозным ужином. Вся беднота, заселяющая подземный город, устремилась к центру на бесплатное чаепитие.

После праздника Фарбус пригласил к себе в дом близких родственников и друзей. В их число входила и Ольга. Затерявшись среди этой немалой толпы, в одном из залов она наткнулась на инфо. Демонстрировались ещё утренние новости о результатах выборов, а также новость о том, что в сенате потерпело фиаско решение о дальнейшей работе над атмосферной установкой. Зато Эриконды праздновали свою маленькую и нелёгкую победу.

Поздно вечером, когда разъехались последние гости, Фарбус лично предложил Ольге подвезти её до дома.

– Не нужно было этого делать, – проговорила тихо Ольга, сидя с ним рядом в авто, – возникнут недвусмысленные толки.

Фарбус улыбнулся.

– Пусть толкуют. Вы и в самом деле мне нравитесь. Это давно не секрет.

Смущённая Ольга отвернулась к окну. Мельком взглянув на неё, он продолжил:

– Благодаря этим толкам, ни у кого не возникнет подозрения, о том, что у нас есть совершенно другая сторона дела.

Вот теперь Ольга удивлённо повернула к нему голову, но Фарбус уже не смотрел на неё и не сводил глаз с дороги.

– Помните, вы говорили, о том, что карта, которую мы нашли в подземелье, вам немного знакома?

– Теперь я точно вспомнила, это подземный план дворца «Славы», с некоторыми недоделками. Но, как он попал сюда?

– Так вот, этой карте лет пятьсот, и она каким-то образом имеет отношение ко второй половине клада.

– Как? Этот клад и в самом деле ещё не весь? – Ольга была ошеломлена. – Но как эта карта оказалась во дворце «Славы»?

– Я сам ничего не понимаю, ведь о второй половине клада ходят лишь легенды. Когда Эриконды были свергнуты, часть богатств, в том числе и казна Марса, была тайно вывезена сюда, но часть так и осталась схоронённой где-то под дворцом, в котором жил сам Эриконд и лишь незначительная часть попала в руки Виндекондов. Когда через сотню лет, легенда стала обрастать невероятными слухами, в Цефеноне, на месте дворца Эриконда было неоднократно перерыто и Виндекондами и тайно Эрикондами. Ни те, ни другие ничего не обнаружили. Но может Эриконды жили в другом городе?

– Вот именно, – как будто что-то вспомнив, воскликнула Ольга.

– Прежде чем покинуть Землю, я немного порылась в архивах, просто чтобы знать, куда я еду. И мне тогда попала на глаза одна запись, будто когда-то рядом с Архиноном было небольшое поселение под названием Деймос, в котором тогда жили Виндеконды. Но приехав сюда, не обнаружила и следа от той деревни.

– Старинная Марсианская легенда, – проговорил Фарбус.

– Этой легенде лет пятьсот, не меньше, а дворцу «Славы» едва перевалило за сто.

– В том-то и дело, что дворец «Славы», каков он сейчас, был построен именно сто лет назад, но, как недавно я выяснил, оказывается, до него на этом месте стояла небольшая резиденция Виндекондов, которая была построена в тот год, когда строился и дворец «Власти». И всё это происходило как раз за двадцать лет до свержения Эрикондов.

– Интересно.

Они оба нетерпеливо переглянулись.

– Возникает вопрос, – медленно проговорил Фарбус, – почему дворец «Власти» строился в Архиноне, а не в Цефеноне, там, где и жил мой прародитель?

– Ничего не понимаю, – рассуждала Ольга вслух, – клад, которому пятьсот лет должен быть в Цефеноне, а карта столетнего дворца «Славы» из Архинона, каким-то образом попала в список первой части клада ещё до того, как дворец был построен. Путаница получается. По-моему, никакого клада нет. Сказки всё это.

– Прямо, как в известной науке. Материю невозможно телепортировать, переходит лишь информация о ней.

– Вы знаете о вероятности перехода?

Не мигая, Ольга уставилась на Фарбуса.

– К сожалению, это не тот случай, – отозвался Фарбус, не обращая внимания на её заинтересованность, – но всё-таки первоисточники не могут врать. И нам нужно найти этот клад, иначе, мы недолго протянем.

– Кстати, – продолжил он, тут же, – завтра мы отправляем в международный комитет прав и свобод свою петицию об отделении города Эймос и прилегающих к нему городов.

– А не рановато ли?

– Нужно брать быка за рога. Пока власть Виндекондов в шатком положении, нужно пользоваться случаем.

– И всё-таки нужно было подождать, – заметила Ольга, выходя из авто, – а что касается клада, нужно ехать в Архинон.

– Будем считать, что я вам никто, но я запрещаю вам делать это. Не мне вам говорить о характере Арио.

Немного подумав, Ольга села обратно в авто.

– Вы говорили, что у вас там везде свои люди.

– Говорил.

– А, в тюрьме?

– Что?

Фарбус гневно взглянул на неё.

– Решать в этом деле буду только я! И не вздумайте действовать самостоятельно! Эти клады не стоят вашей жизни!