Текст книги "Мужчина из научной фантастики"
![](/books_files/covers/thumbs_240/muzhchina-iz-nauchnoy-fantastiki-78470.jpg)
Автор книги: Наталья Косухина
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 12
Вечером, после окончания тренировки, Саймак наконец-то сообщил мне, что доволен моей физической подготовкой и теперь в вечерних дополнительных занятиях нет смысла. Но не успела я обрадоваться, как последовала информация, что карате я владею на уровне всего лишь школьной программы и, прежде чем у всей группы начнется интенсивный курс этого прекрасного боевого искусства, мне нужно подтянуть свой уровень. А также назвал еще пять фамилий счастливчиков, с которыми он лично будет заниматься и которых я должна обрадовать.
Счастье-то какое!
Настроение, когда я вошла в бокс, предварительно поставив в известность собратьев по несчастью, у меня было «отличное».
– Чего скорбим? – спросила соседка.
Я тут же не преминула ее обрадовать, после чего она застонала и, закрыв голову руками, пробормотала:
– Зачем я поперлась в эту Академию?
– Не представляешь, сколько раз я тоже задавала себе этот вопрос.
Но не суждено нам было развить столь животрепещущую тему и вдоволь пожаловаться друг другу. Нас прервали открывшаяся дверь и зашедший в нее адмирал Джордано. Мы с Кирой застыли изваяниями. А я еще подумала: «Хорошо хоть не успела раздеться».
– Мельник, выйдите!
Поднявшись с кровати, я начала пятиться к двери, с тревогой посматривая на испуганное лицо Громовой. И стоило мне выйти, как дверь перед моим носом захлопнули. Посмотрев в один конец коридора, потом в другой и ничего интересного для себя там не увидев, я разместилась на полу.
Видимо, разговор у несостоявшихся супругов получился долгий, потому что за то время, которое они находились наедине, я успела просмотреть личное дело Джима и узнать о нем больше, чем он, наверное, сам о себе знает, сделать домашние задания и закончить оформлять рапорт об успехах и достижениях группы. Наконец дверь открылась вновь.
Отшатнувшись в сторону, я увидела вышедшего адмирала.
Посмотрев на меня, он приподнял одну бровь и сказал:
– Успокойтесь, Мельник. Разрушений и потерь никаких.
И, слегка улыбнувшись, удалился по коридору, в конце которого уже маячила та же кучка девиц, что и вчера.
В этот момент как раз появился Джим и прокомментировал:
– А я гляжу, здесь весело. – Затем, посмотрев вслед уходящему преподавателю, добавил: – Даже страшно подумать, что о вас теперь скажут.
– А откуда ты?..
Но решив, что это неподходящее для разговора место, я пригласила его внутрь, где нас ждала довольная, развалившаяся на диване Кира.
Упав в кресла напротив нее, мы с удивлением наблюдали ее столь интересное состояние.
– Пригласишь на свадьбу? – поинтересовалась я.
– А он, видимо, хорош, – с завистью в голосе пробормотал Джим.
После чего хорошего настроения у соседки как не бывало, и она набросилась на Крофта с намерением повыдергивать у него все волосенки. Вот тут я поняла, почему нам необходимо заниматься карате, а Джиму – нет. Мгновенно скрутив Киру, он прижал ее коленом к креслу, даже не запыхавшись, и спросил:
– Ну что ты так завелась? Я же только озвучил мысли, пришедшие в голову тем хищницам, которые толпились в конце коридора.
Услышав новую и интересную для себя информацию, Громова перестала дергаться и просипела:
– А ну слезь! Кабан!
Отпустив ее, Джим поправил на себе форму и сказал с достоинством:
– Я в прекрасной физической форме.
– Ты мне чуть ребра не сломал!
– Так врач же в комнате.
Кира опять начала зло сопеть, а я, чтобы предотвратить очередную потасовку, спросила:
– Ты какими судьбами здесь? Мимо проходил или к нам в гости?
– Тебе никто не говорил, какая ты язва? И как Ремарк тебя терпит?
– Ты знаешь, каково это быть старшей группы с таким куратором?! Лучше б мне посочувствовал!
– Ну, я не то имел…
– Вот и молчи!
– Что-то вы из-за адмиралов разнервничались.
– Ты уходишь от темы, Джим, – напомнила я ему.
– В общем, я пришел извиниться перед тобой. В тот день я разговаривал с братом и сильно с ним повздорил. И во время теста подумал, что, может, я зря сюда поступил…
Мы в изумлении посмотрели на него.
– Послушай, тебе не кажется, что ты сам виноват в том, что семья тебя контролирует? – предположила я.
– Что?!
– Даже вырвавшись и поступив сюда, ты продолжаешь совершать поступки под их давлением. Даже здесь позволяешь им себя провоцировать. Ты пробовал забыть про них и подумать, чего хочется именно тебе? В принципе, еще не поздно поменять специализацию. Пусть это не поощряется, но все-таки…
Джим задумался, а я полезла под стол, дабы поискать соскочивший вчера с коммуникатора чип.
– Кира, а ты не хочешь ничего нам рассказать? – продолжила любопытствовать я.
– А мне особенно нечего вам сказать. Мы обговорили возникшую между нами ситуацию, объяснили друг другу свою точку зрения и поговорили о том, какой линии поведения будем придерживаться. Его нервировала неизвестность, меня тоже. Теперь все прекрасно.
– Краткость – сестра таланта. И какой же линии поведения вы будете придерживаться?
– Не жениться и не общаться с родственниками, по крайней мере до окончания мной Звездной Академии.
Подняв нос от ковра, я воскликнула:
– Но ведь это десять лет! Ты уверена?
– А что мне остается? Знаешь, Фиса, ты по крайней мере уверена, что твои родители любят тебя. А мне вот сложно поверить, что мои испытывают похожие эмоции, когда они принуждают меня сломать себе жизнь.
– Ну, раз ты решила…
– Теперь моя очередь спрашивать. Почему преподаватели так странно на тебя сегодня смотрели, да и группа тоже?
– Понятия не имею, – пробормотала я. В этот момент мне показалось, что я все-таки нашла эту штуковину и протянула к ней руку.
– Потому, что они думают, что ты спишь с Ремарком, – вклинился в наш диалог Джим.
Услышав такое, я попыталась резко встать, и моя голова встретилась с уплотненным стеклом стола. Раздался звон, после чего мне показалось, что я осыпалась осколками на ковер. Перед глазами поплыли круги.
Тут же две пары рук вытащили меня из-под коварной мебели и положили на диван. Пять минут суеты, и вот я уже сижу с обезболивающим пластырем на голове и кружкой чая в руках.
– Этот напиток похож на отвар с опилками.
– Не ворчи, – сказала Кира.
– Я не сплю с Ремарком!!!
Джим поднял руки вверх и проговорил:
– Ты пойми: наша группа так не думает. Это все грымзы с гражданского отделения. Они вчера увидели, что вы были наедине и он, выходя от тебя, давал какие-то обещания.
– И что, теперь все думают, что я подстилка адмирала?
– Нет. Преподы, судя по их поведению, думают, что куратор просто тобой увлекся или это сплетни. Но любопытство проявляют. Ребята думают, что это все бред. Даже Пайк. Большинство из них не понаслышке знают, как ракши относятся к своим женщинам, а у тебя с адмиралом все не так.
Я чувствовала, что Джим что-то недоговаривает.
– И?
– Что?
– О чем ты умолчал?
– Ну…
– Джим!
– В общем, они считают, что такой мужчина, как Ремарк, вряд ли завел бы с тобой шашни. Ты совсем не красишься, замкнутая и не красавица. Конечно, у тебя классное тело, хорошая грудь, и ты не дура. Но это дело вкуса…
Наслушавшись за эти дни в свой адрес самых разнообразных пошлостей и предположений, я восприняла слова Джима вполне спокойно.
– Спасибо. Это был комплимент?
Друг быстро закивал.
– Очень жаль, что я не соответствую здешним канонам красоты. Краситься я перестала лет в восемнадцать и сейчас наношу боевую раскраску только по праздникам. Но раз у них сложилось такое мнение, то не прекратить ли им зубоскалить в мою сторону?
– Все вопросы – к гражданскому отделению, а они очень любопытные.
Посмотрев на Крофта, я увидела, что он совершенно серьезен.
– Понятно. Пусть лучше зубоскалят.
– Фиса, половина группы если не приняла тебя, то хотя бы смирилась. В отличие от того, что было несколько дней назад, когда они пытались тебя унизить, теперь это товарищеские подколки и намеки.
– А по их содержанию и не скажешь. Но раз без этого никак…
– Я прощен?
Пристально на него посмотрев, я медленно произнесла:
– Да. Но сначала ты мне честно расскажешь все, что знаешь про Ремарка. Обещай! Честью клана!
Джим прикрыл глаза, а Кира осторожно поинтересовалась у меня:
– А что это за клятва?
– Каждый ракш принадлежит к какому-то клану. Если он поклялся им, а потом клятву нарушил, то это бесчестье. Конечно, традиция давняя, но и сейчас данный проступок порицается. На тебя сразу ложится клеймо.
– Ты действительно отлично подкована насчет моей расы. Хорошо, я клянусь рассказать все, что знаю, – поклялся друг.
В этот момент Кира приподнялась и сказала:
– Так, вы продолжайте разговор, а я сварю кофе. Мне из кухни все равно будет слышно.
– А ты умеешь варить кофе? – полюбопытствовала я.
В ответ на меня свысока взглянули и ответили:
– Я профи.
– Ну, если профи….
За мои последние слова в меня запустили подушкой. Поймав и прижав к себе эту милую вещицу, набитую, наверное, опилками, я взглянула на друга.
– Давай, мой хороший, начинай.
Похлопав глазками в мою сторону и послав мне воздушный поцелуй, Джим начал свой рассказ:
– Ну вот что я знаю. Ему около восьмидесяти пяти лет. Он учился в этой же Академии, что и мы, окончил ее с отличием по направлению «Безопасность» с углублением в специальную боевую подготовку. Это дополнительное направление готовит универсальные машины для убийства. Те предметы, которые он сейчас нам читает, больше относятся к его хобби.
– Адмирал увлекается садоводством и животинками? Да мне дурно!
– Подожди, сейчас Кира приведет тебя в чувство с помощью кофе, а я пока продолжу. Далее он работал в разведке, сфере безопасности, командовал зачисткой пиратов двадцать лет назад. В общем, все перечислять я устану – у него такой внушительный послужной список, что хватит на небольшую книжечку. Со времени окончания Академии он, наверное, побывал во всех конфликтах космоса. Боевой опыт очень ценится, поэтому довольно быстро Ремарк поднялся по служебной лестнице и уже тридцать лет удерживает пост главы по безопасности сектора. Очень влиятельный мужчина, так как вес адмиралов, находящихся на руководящих постах, зависит от важности секторов, в которых они эти посты занимают.
– Просто мужчина из научной фантастики.
– Именно.
– И что же, никто еще не попытался прибрать его к рукам?
– Ну… у адмирала самый расцвет жизни. К тому же есть еще один момент.
Я, как охотничья собака, навострила уши и взяла след.
– Да…
– У него был неудачный опыт в прошлом. Ремарк из семьи военных, и до него именно его отец был на посту, который сейчас занимает наш куратор. Но много лет назад в Академию поступили простой студент и три его побратима, которые объединились еще в школе. Первые годы учебы прошли в затишье, и уже тогда троица входила в состав лучших студентов. Тут-то и начинается самое интересное. С ними в группе училась одна девушка, расы шак. Ее дядя был одним из адмиралов соседнего сектора, но уже в то время утрачивал влияние, поэтому этой прелестнице нужен был муж с хорошими перспективами. А где его взять? Там, где эти перспективные гуманоиды начинают свой жизненный путь. И вот, видимо, дотянув свой уровень до необходимого минимума, она поступила в одно из трех престижнейших заведений нашего космоса. Где как не здесь видно, на что способны мужчины и как далеко они пойдут?
Я сидела, замерев, и боялась пропустить хоть слово из этого рассказа. Даже Кира перестала попискивать на кухне бытовыми приборами.
– Сначала она обратила свое внимание на Джордано. Тот был перспективным программистом, которому прочили большое будущее. Так оно и получилось, правда, не в направлении программирования. Пользовался успехом у женщин, только сам мало обращал на них внимания. Вот и наша искательница удачи осталась с носом.
– Почему?
– Не знаю. О нем трудно что-то сказать определенное. Он всегда был со странностями.
На кухне засмеялась Кира. Видно, ей понравились слова Джима, который продолжил:
– После чего она перенесла свои усилия на двух остальных друзей, которые, в отличие от своего побратима, повелись на кокетство этой… В общем, сгубило ее то, что она погналась за двумя зайцами, не в силах просчитать, с кем же ей быть выгоднее. Может, было и еще что-то, просто я об этом не знаю, трудно сейчас сказать. Первым понял, в чем дело, Ремарк и поделился своими сомнениями с Гером. Проверив все и убедившись в правдивости догадок нашего куратора, они поведали историю Джордано. Я не знаю точно, что там случилось, но Ремарк, который уже прошел первую стадию привязки, пересилил себя – можно сказать, перешагнул через себя – и разорвал свою связь с одногруппницей, дурившей их. Гер, не ограниченный такими серьезными узами и разуверившийся в любимой женщине, публично унизил ее, рассказав все группе.
– Почему это ее унизило?
– Сразу видно, что ты мало знаешь военных. То, что она сделала, является подлостью, за такое у нас дорого платят. И не только. За десять лет ты так сближаешься со своей группой, с которой проводишь большую часть времени, проходишь огонь, воду и медные трубы, что даже по окончании Академии будешь выделять их среди остальных военных. У нас презирают стукачество. Если тебя на чем-то таком поймают, то все – конец твоей карьере. Не только твои товарищи от тебя отвернутся, но и командиры не захотят с тобой работать. Ты сразу станешь человеком с клеймом, изгоем в эмоциональном и профессиональном плане. В нашей профессии нужно обладать честью и умением держать язык за зубами. Каждый хочет быть уверен в том, что у него за спиной в трудную минуту будет надежный человек и товарищ.
– И армия состоит из людей, обладающих этими качествами?
– Нет, конечно. Но на высоких постах – только люди с кодексом чести. Поверь мне, у меня в семье полно примеров. Но вернемся к нашим баранам. После разоблачения неверной, уж не знаю как, но Гер с Джордано добились ее перевода на гражданское отделение и помогали другу отойти от этого печального опыта. Конечно, вряд ли он получил глубокую душевную травму, но с тех пор стал очень осторожен в личных вопросах.
В этот момент Громова принесла нам кофе. Попробовав с Джимом этот восточный напиток, мы в один голос признали его дивным. Соседка польщенно заулыбалась.
– Мне не все понятно, – сказала Кира и продолжила: – Что, так трудно порвать эту привязку?
– Очень. Ты не представляешь, какой силой воли для этого нужно обладать. Ракши в физическом плане превосходят все остальные расы, зато очень уязвимы эмоционально. Для него все еще хорошо закончилось. Была бы это вторая стадия, он уже ничего не смог бы поделать, или у него бы крыша поехала.
– Да, Кира, он прав, – подтвердила я.
– Но как тогда они заводят близкие отношения с женщинами?
– Они их не заводят. И не только с женщинами. Просто общаются, не позволяя себе сближаться или привязываться, отдавая все нерастраченные эмоции родным, близким, любимым. В моей расе тоже есть такие люди, но это не их выбор, а склад характера. Если ракш уделяет женщине повышенное внимание, проявляет эмоции различными способами и имеет с ней отношения более трех раз за короткий отрезок времени, то она считается в глазах окружающих его подругой, следовательно, у него появилась на нее привязка, и она будет женой, – произнесла я.
– А до этого они, что не?..
Мы с Джимом переглянулись между собой и молча решили, что будет лучше, если на этот вопрос тоже отвечу я.
– Они покупают любовь. Часто меняя… э-э-э-э… партнерш.
– Но как же ракши женятся, не боясь, что им изменят?
Мы с Джимом опять переглянулись.
– Понимаешь, – снова заговорила я, – об этом не принято говорить: не то чтобы неприлично, но… В общем, перед тем как ракш собирается заключить с женщиной союз, но она другой расы или ракша со слабой привязчивостью, они идут к врачу, который имеет нужную лицензию, и тот вводит будущей супруге генную сыворотку с геномом мужа. Ракш, пройдя третью стадию привязки, полностью подсаживается на объект своих чувств – как эмоциональных, так и физических, – и у него… ну… нет сексуального желания к другим представительницам женского пола.
– Вот попал! – воскликнула моя соседка.
– А после того как ей ввели сыворотку, и она оказывается в этом же положении. Данный продукт генной инженерии ученые вывели давно. В первые десятилетия объединения рас из-за неудачных браков у ракшей в обществе назрел конфликт. Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы проблема не была решена, – пояснила я.
– И меня хотели выдать за него замуж?!
– Ты могла бы посоветоваться со специалистом и узнать все необходимое, – высказался Джим.
– В столь щекотливом вопросе? – скривилась Кира.
– Ну, полчаса неудобств. Разве оно того не стоит?
– Это уже не важно, – подытожила Громова.
– Меня тоже интересует один вопрос. Как ты обо всем этом узнал? – полюбопытствовала я.
Джим обернулся к Кире и спросил:
– Можно мне еще кофе?
Я воспользовалась возможностью и тоже протянула кружку. Соседка вздохнула, но отправилась на кухню.
– Я подслушал разговор отца с его побратимами.
– И?
– А он учился в одной группе с Ремарком.
– Однако! Отчего же история не получила распространения?
– Хорошо, что мы сегодня затронули эти темы, а то мог случиться конфуз. Внутри группы или рабочего коллектива на флоте может происходить многое, но не принято выносить сор из избы. Естественно, это правило касается только очень серьезных вопросов.
– И все следуют этим правилам?
– Фиса, в военной отрасли, как и в любом обществе, существуют свои законы, и все военные им следуют, а иногда воспитываются в них. Тебе и Кире придется их соблюдать.
– Не знала об этом, – пробормотала подошедшая соседка.
– А об этом не нужно знать. В тебе это или есть, или нет. Тяжелая практика и различные учения выявят всех паршивых овец, – ответил на это Джим.
– Ты не боишься, что твой отец обратится к Ремарку как к своему одногруппнику? – спросила я.
– Нет. Ты же знаешь, в наше время не принято выносить семейные проблемы на всеобщее обозрение. К тому же наш куратор не будет с этим связываться. Мы семья и наладим отношения, хоть и со временем, а он потом крайним будет. В этом плане я спокоен. А почему ты проявляешь в отношении Ремарка такое любопытство, если между вами ничего нет?
– Потому что информация – это сила, и она всегда полезна, – сказала я, допивая кофе.
Как в воду глядела.
Глава 13
Утром, невыспавшиеся, мы с Кирой отправились на тренировку. Накануне вечером наши посиделки закончились поздно, и теперь я пыталась не заснуть на каждом углу, а моя единственная одногруппница постоянно норовила привалиться ко мне и тоже поспать.
Поэтому после четырех часов различных упражнений я, еле переставляя ноги, отправилась на лекцию по техническому оснащению.
Так как сегодня у нас была практика, можно было сразу идти в мастерские. Вот прозвучал колокол, и появился Железный герцог.
Проводив нас в помещение, которое было огромной площади, с нанесенным на все поверхности защитным покрытием зеленого цвета и имело тот же оттенок освещения, он раздал нам задания. После чего показал на ровный ряд машин, предназначенных для пересечения безвоздушного пространства. В этих агрегатах нам предстояло устранить неисправность.
Литературой и лекциями пользоваться не воспрещалось, поэтому, надев синтетические перчатки, плотно облегающие руки, и специальною форму, мы полезли под эту прелесть.
Если обложиться трехмерными картинками и предварительно разобраться в том, как узел работает, казалось бы, легко можно было отыскать неисправность. Ан нет. Тут может быть несколько причин, почему машина не выполняет требуемое от нее действие, и вот пока все перепроверишь!..
Закончила я перед самым окончанием занятия, когда примерно семьдесят процентов группы уже сидели в сторонке и потешались над менее удачливыми сослуживцами.
После такой практики я была грязной, потной и злой. Но, пока все расслаблялись, мне еще пришлось обойти все машины и зафиксировать результаты. С заданием не справились двое. Далее я вернулась к группе, чтобы как раз услышать волнующий многих в данный момент вопрос:
– Сэр, а помыться можно?
– Что это вы у меня спрашиваете, Гетерман? Сейчас середина дня, и у вас перерыв между парами. Можете есть, можете мыться. Странный вопрос.
– Но если мы не успеем…
– …то это будут ваши проблемы.
И, развернувшись, покинул помещение, как обычно оставив нас смотреть ему вслед. Прекрасно, когда привычки начальства неизменны, тогда твоя жизнь сразу становится предсказуемой.
Дождавшись, когда Ремарк скроется из виду, я на всех парах понеслась в комнату помыться, а Кира – есть. Потом мы поменялись местами и к концу перерыва находились напротив кабинета, где должна проходить лекция по химии. Группа была в полном составе. Вот что значат подготовленные специалисты военной отрасли и железный авторитет командира!
Запустили нас внутрь как обычно после того, как прозвонил колокол. Помещение, куда мы вошли, оказалось белым, светлым, и всю его площадь занимали столы, предназначенные для работы одного человека. А если точнее, то это были раскладывающиеся мини-лаборатории.
Рассевшись по местам, мы принялись оглядываться и думать о своей дальнейшей участи. Долго гадать нам не пришлось. Буквально через пару минут появился наш куратор, который объяснил задание и цели предмета.
– Рад, что вы все успели привести себя в порядок.
Язва.
– На этом предмете вам не будет читаться ни школьный курс химии, ни профессиональный. Первое вы и так должны знать, а во втором хотя бы разбираться. К тому же в вашей группе есть врач, который поможет и в освоении материала, и в спасении вашей жизни, если вы предоставленный мною материал недостаточно освоите.
В группе послышались неуверенные смешки.
– А зря смеетесь. Врачей прямой медицины не так уж много, и, если исходить из древней теории вероятности, вы не раз попадете в руки к одному и тому же специалисту. Поэтому никогда не нужно ссориться с тем, кому доверишь свое здоровье, а вполне возможно, и жизнь.
Группа странно на меня покосилась, а Кира, сидевшая за соседним столом, усмехнулась.
– Но мы отвлеклись. Практически ни одна наука не обходится без достижений химии. Она все глубже проникает во все области как научной, так и хозяйственной деятельности. Если рассматривать взаимосвязь этого предмета и других наук, можно выделить промежуточные (переходные) науки: физическую химию, геохимию, биохимию и множество других. Медицина, парфюмерия, металлургическая и топливная промышленность – это лишь малая часть отраслей, которые просто не смогут существовать без развития химии. Конкретно военные очень тесно с ней связаны. Мы будем углубленно изучать нужные нам ответвления данного предмета. И, помимо всего этого, вы должны за десять лет адаптироваться ко всем известным ядам и другим отравляющим веществам. Я с помощью этого предмета и практических испытаний подготовлю ваш организм так, чтобы ему невозможно было причинить вред никаким химическим воздействием. Здесь вы научитесь идти против своей природы.
Оглядев нас, Ремарк зловеще улыбнулся.
– Сегодня мы начнем с простейших ядов.
Теперь группа зашевелилась – никому не хочется травиться, и мне в том числе.
– Сейчас я объясню вам все, что требуется, и потом вы попытаетесь применить свои знания на практике. На этих лекциях я настоятельно рекомендую спрашивать о том, что непонятно.
Сегодня все прошло без сюрпризов, и все справились с заданием. Но надолго ли пребудет с нами удача?
На астрономию все шли в подавленном состоянии. Перспектива, открывающаяся перед группой на ближайшие десять лет, была нерадостной. Только и оставалось думать: что принесет нам новый предмет?
Сиротливым тонким ручейком мы просачивались в аудиторию, где за столом уже сидел адмирал Рассел Гер и с интересом взирал на нас.
Расположившись за одним из полукруглых столов, я посмотрела на таких же усталых Киру и Джима, которые сели, как всегда, по бокам от меня. День был тяжелый, и он еще не закончился.
Опять прозвонил колокол, и преподаватель начал занятие, не вставая с места.
– Добрый вечер. Еще один предмет, который я буду у вас вести, – это астрономия. А именно мы будем изучать космические карты, звезды, открытые планеты и то, как проложить к ним маршрут. Это основное. И, естественно, разберем много побочных ответвлений данной науки. На сегодняшней лекции мы начнем досконально изучать наш сектор, а потом перейдем к следующим. Итак, отрезку космоса, в котором мы находимся, присвоен номер один восемь три, и состоит он из нескольких десятков галактик. Галактика же, в свою очередь, состоит из звезд, пыли и газа. Миллиарды их разбросаны по всей Вселенной. Она может существовать сама по себе, находиться в группе или в скоплении. Бедные скопления имеют в своем составе очень мало галактик, но есть скопления, которые состоят из нескольких галактик – их называют изобилующими. Галактики могут быть разных форм и размеров. В зависимости от формы ученые разделили их на спиральные, эллиптические и неправильные. Наш Млечный Путь является спиральной галактикой. В ней насчитывается более двухсот миллиардов звезд, и диаметр ее составляет около тридцати тысяч парсек (порядка ста тысяч световых лет). Солнечная система расположена на одном из ее рукавов, известном как Рукав Ориона. А теперь подробнее…
Прослушав лекцию, я поняла: этот предмет один из тех, что даются мне с трудом.
Теперь еще четыре часа карате, и все! Домой на диванчик. Пусть весь вечер занят уроками, зато мое измученное тело будет находиться в горизонтальном положении.
Поэтому, настроив себя на подобный лад, я отправилась обучаться боевым искусствам. Увидев меня, Саймак сразу заулыбался. На тренировку я подошла последняя и присоединилась к неровному строю счастливцев.
– Ну что, красавчики, начнем. Я гляжу, многие из вас спят, но ничего, скоро проснутся. Все вы уже имеете голубой пояс, а один из вас даже зеленый. Начнем с Линари Тинка.
Последующие несколько часов нас всех кидали из одного конца зала в другой, били и мучили. В самом конце урока я записала успехи студентов, просмотрела сброшенные преподавателями файлы об остальной группе, после чего мне сообщили:
– Мельник, теперь поговорим о вас. Скажу честно, вы меня приятно удивили. Из школьного курса карате вы усвоили довольно много, и ваш голубой пояс вполне соответствует требуемому уровню. Есть неплохие задатки для дальнейшего движения. Поэтому мы будем работать! Но есть один недостаток, который добавит вам проблем, и это – длинные волосы. Сегодня я не применял приемов, в которых можно за них ухватиться, но на следующем занятии на это можете не рассчитывать.
Как это заявление меня обрадовало, просто не передать словами!
Выслушав столь жизнеутверждающее заключение, я отправилась домой, по дороге встретив Громову. Все тело болело так, как будто по нему проехался вездеход МИ-8. И вот когда мы с Кирой, подпирая друг друга плечом, ковыляли по коридору, из-за угла на нас напали трое и, повалив на пол, потащили куда-то. Мы сопротивлялись, извивались, отбивались и опознали наших обидчиков только тогда, когда нас затащили в какую-то лабораторию. Я, конечно, не спецназовец, но у врачей есть свои приемчики, и мы знаем много уязвимых мест на теле – в последние два столетия их было открыто предостаточно.
Схватив одного из нападавших за воротник формы, я надавила на его шею в определенном месте, и тот упал как подкошенный. Пайк тут же отскочил от меня и занял оборонительную позицию.
Я не верила, что такой человек, как он, ни с того ни с сего успокоится, и в последнее время ждала, что же он устроит. Но такого не ожидала. Нападение на старшего по званию – это отчисление с занесением в личное дело, и никто бы меня не осудил за рапорт.
Не знаю, чем бы все это закончилось, но в это мгновение я почувствовала укол в районе шеи, затем боль, и сознание поглотила темнота.
Пришла я в себя в медицинском отсеке и, открыв глаза, увидела над собой Козеро.
– Ну что, спящая красавица, пришла в себя? Рад нашей новой встрече. Правда, было бы намного лучше, если бы она произошла завтра, согласно расписанию.
– И не говорите, сэр.
– Встать можете?
Я аккуратно поднялась.
– Да, вроде ничего. Что со мной было?
– В вас выстрелила разновидность растения нуги в теплице, и от яда вы отключились.
– Осложнения есть?
– Пока никаких. Но я уже отправил Саймаку сообщение, что на утреннюю тренировку вы не придете. Вам повезло.
Яд нуги был не сильно токсичен, но предугадать, как на него отреагирует организм, было сложно.
– Просто не то слово. Я его убью!
– Кого?
– Свой здравый смысл, сэр.
Рассказывать о том, что произошло, пока я все хорошо не обдумаю, мне не хотелось.
– Как вы все забрели в эти сектора с растениями? Вас должны приучать к их яду только на втором году обучения.
– Не знаю, сэр.
– Что ж, советую вам узнать, потому что все пострадавшие очнулись, вы последняя, и через пять минут у вас построение.
– Это в двенадцать ночи?
– Да. Ремарк в гневе. Давно я его таким не видел. Мне кажется, его даже немного потряхивает от ярости.
– Спасибо за предупреждение, сэр.
– Пожалуйста, только оно вряд ли чем-то вам поможет.
Вздохнув, я поднялась и отправилась на построение. В общий зал выгнали всю нашу группу, и сейчас мы стояли навытяжку перед белым от ярости адмиралом. Взгляд его был мрачен и не предвещал ничего хорошего. Именно в этот момент я поняла, почему его прозвали Железным герцогом и почему он удерживает власть в сфере безопасности в своих руках. Жуткий ракш!!!
– Мельник, Громова, Пайк, Нугар, Таранов, выйдите вперед. Я уже объяснил сегодня группе, что произошло. От вас я хочу только услышать ответы на следующие вопросы. Каким образом вы оказались в седьмой теплице? Почему у Громовой было сотрясение мозга? Как Мельник получила удар по голове, а Нугар неожиданно потерял сознание?
Про синяки на моем лице он ничего не сказал. Я возвращалась после карате, и теперь было сложно определить, какие синяки мне наставили во время нападения. Хорошо рассчитали, когда устроить ловушку, поганцы.
Мы все молчали. Адмирал еще некоторое время помолчал и проговорил:
– Вот, значит, как? Ну, в таком случае отработаете нанесенный ущерб на благо Академии. Три недели по субботам будете чистить теплицы после занятий. Если у вас пятерых такая тяга к растениям, я предоставляю вам возможность познакомиться с ними поближе. Свободны! Мельник, подойдите ко мне.
Посмотрев с тоской на уходящих студентов, я подошла к адмиралу и, взглянув на него, услышала вопрос:
– Вы ничего не хотите сказать мне?
– Нет, сэр.
– Вы уверены?
Передернув плечами под его пронизывающим взглядом, я ответила:
– Да, сэр.
Он усмехнулся и, взяв меня за подбородок, посмотрел на мое лицо:
– Вы знаете, Мельник, я с небывалой точностью могу определить причину возникновения синяков. Имейте это в виду на будущее.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?