Текст книги "Воздух для Ларисы. Ироничный роман"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vozduh-dlya-larisy-ironichnyy-roman-260298.jpg)
Автор книги: Наталья Патрацкая
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 6
В конце года ощущается общий эмоциональный подъем в преддверии неизвестности. Все чего-то ждут, и этим ожиданием пересыщен воздух вечеринок всех уровней. И еще один немаловажный момент: под Новый год пьют шампанское. Ударный напиток! Разум становится веселым и позволяет влюбиться с полуслова. Часто употреблять его не рекомендуется – потеряет волшебные свойства, необходимые для знакомства. Вечеринка уместилась в банкетном зале. Захар пришел в черных брюках с ремнем, в черной рубашке, да еще в черно – золотистом галстуке. Ремень великолепный. Фигура – сердце Ларисы замерло, запищало и растаяло от удивления. Она глаз от него не могла оторвать. Он почувствовал ее притяжение и сел рядом. На двоих он поставил одну бутылку шампанского.
Публика за столом быстро перешла на крепкие напитки, стала трясти над столом бутылки, наполнять свои фужеры. Лариса и Захар пили пузырьки шампанского, эти волшебные пузырьки сближали их с неимоверной скоростью. У нее в голове мелькнула мысль: а не пригласить ли его к себе домой. Но как это красиво сделать? Она назвала ему длинное число и потом спросила:
– Захар, ты запомнил то, что я сказала?
– Запомнил. Повторить?
– Если запомнил, то можешь приходить ко мне, это код электронного замка.
Они танцевали в общей толпе. Его тело пружинисто приникало к Ларисе, он наполнялся желаниями, как бокал шампанским. Она его ощущала… Желания надо реализовывать. Но на всякое «надо» есть Ирина.
Внезапно Андрей Щепкин остановил медленную карусель экрана. Его привлекло женское лицо. Да это Лариса! За окном шел снег, а Лариса шла по мраморным плитам фойе гостиницы в босоножках. Все люди были одеты с ног до головы и медленно раздевались. А она шла в ярких плетеных босоножках, и ее ноги светились в чулках у всех на виду. Щепкин заметил ее. Он не мог ее не заметить, хоть и был признанным любимцем женщин. Но она женщин вокруг себя не видела! Это они ее видели! Они видели ее превращение из серого существа в хилое подобие страуса. Будущего у них быть не могло, но любовь вполне могла получиться.
Зачем ей он был нужен?!
Снег за окном осыпал ели, а женщины Ларису осыпали насмешками. Они язвили. Они намекали. Они издевались над ней. А она была вновь влюблена в страуса Щепкина. А он? Ей иногда казалось, что он путал ее с другими женщинами и страшно удивлялся, когда перед ним появлялась именно она – Лариса. Он пятился назад. А может, Щепкин был рак, а не страус? А ей хоть бы что!
Она покупала сапоги на высоком каблуке, чтобы нравиться ему на улице. Она приобретала новые пальто, чтобы появляться перед ним неожиданно. Она постоянно укладывала волосы, и они излучали сияние. Она меняла платья, но не могла сменить или изменить свою жизнь, которая давно размеренно шла рядом с другим человеком, скорпионом по гороскопу и по своей сущности. Страус и скорпион были немного похожи прическами и цветом глаз.
Щепкин смотрел на Ларису с одной мыслью: чтобы она заговорила первой, он стеснялся сам себя. Он боялся неадекватной женской реакции, боялся быть назойливым. Он думал, что есть люди, получающие любовь любым способом, а ему нужна была именно эта женщина, меняющая ежедневно внешний облик и одежду. Он был страус по своей сути, ей оставалось оседлать его, поскольку она его тяжесть вряд ли бы выдержала.
Любовь между ними вновь вспыхнула под Новый год после застольного мероприятия. Боже, сколько людей родилось по этой причине! А они обошлись без детей, но большими проявлениями чувств. Чувства легко появляются после игристых напитков, да и все люди перед Новым годом необыкновенно красивые, и чувства у них приподнятые. И всеобщее ликование добавляет свою каплю чувственности.
Лариса в Щепкина вновь влюбилась, когда за окнами шел снег. Щепкин был до безумия красивый. Они поднимались с ним по мраморной лестнице. Его черные брюки из дорогого материала мелькали перед ней, и она не отставала от его длинных ног. Он был самый настоящий страус! Его огромные черные глаза казались бездонными. Она в них тонула от внутреннего напряжения чувств. Любого его взгляда в ее сторону было достаточно для того, чтобы она его безумно любила в ближайшую неделю, но мысленно.
Так, наверное, любят кумиров из среды певцов и артистов. Но он был реальностью! Она его видела и ощущала его флюиды каждой клеточкой своего организма. Ларисе очень хотелось нацепить на себя нечто блестящее, например, новые часы надеть на руку поверх черного свитера. Или она надевала красивые босоножки на длинном и тонком каблуке!
Солнце. Лариса сегодня в его лучах оттаивала от зимних холодов. В голове промелькнул эпизод последней любви. И она подумала, что прощальный аккорд Андрей сыграл правильно. Теперь он сидит дома и на работу не выходит. А все почему? Да потому, что у него солнце появляется дома после обеда, окна у него выходят на южную сторону. Пусть лежит под домашним деревом неизвестной породы, а она будет работать, правда, после того как мозги от любви освободит.
Мозги нужны в работе, так вот эти переживания надо уметь сбрасывать, чтобы они не мешали работе. Переживания сбрасывают следующими способами: сигаретами, вином, пивом, едой, таблетками, прогулками. Лариса сбрасывала переживания умозаключениями на бумаге, важно, чтобы их никто из знакомых не видел, а весь мир их вполне мог бы читать. Она весь мир любила платонически и никого не любила физически. Вот в чем великая разница между всем человечеством и ее единственным мужчиной, но его пока у нее нет.
Да и она из-за него не тем делом занята, а ведь уже пора, пора работать. Лариса опустила экран с текстом и приступила к выполнению служебных обязанностей. И вдруг до нее дошло, что Андрей Щепкин сидит на работе у компьютера и читает ее произведения во Всемирной паутине. Она допустила одну оплошность: сменив имя, оставила картинку, которую он закачал из недр паутины. Он нашел ее прозу, он просто не мог понять все ее выдумки, он все написанное принимал на свой счет. А это неправильно, он ведь не сберкасса, чтобы счет открывать. Вот она где зарыта, собака непонимания!
Из принтера на столе выполз лист, Лариса взяла его. Короткое письмо гласило: «Лариса, жду в полночь. Жесть». Лариса посмотрела на сотрудников офиса: все работали и головы в ее сторону не поворачивали. Однако она была убеждена, что письмо написал кто-то из них. Жесть. Что это? Крыша? Ее ждут на железной крыше в полночь? О! Нет! Она не пойдет! Нет! Хоть бы написали, можно или нет брать с собой сопровождение.
Лариса открыла почту и написала письмо Захару: «Повторяется история прошлого года: пляж, любовь, молчание и твое хождение с Ириной. Отличное решение всех проблем! Счастья вам и на работе, и у воды! Хорошо бы вам Андрея Сергеевича пригласить на просмотр ваших прогулок! Два года можете ко мне не обращаться».
В это время в комнату вошел Захар собственной персоной. Но она уже отправила ему письмо и в его сторону даже не посмотрела.
«Кикимора болотная», – думала Лариса о Ирине, но лучше ей от внутреннего выплеска злобы не стало. На пути к Захару всегда стояла Ирина. Вентилятор дул. Захар вышел за дверь, не прихватив ее сердце. О, похоже, все отлично! Ну почему она раньше не могла понять, что Ирина – болотная кикимора?
Лучи солнца пронзили серебристую занавеску и вошли в душу Ларисы, в ее настроение, и ей жить захотелось, а из глаз засветились собственные лучи. Захотелось выйти из полутьмы невезения. Такая вселенская грусть иногда посещала ее светлую от волос голову, словно все прошло с зимой холодной. Это осень проходит, а зима заканчивается поражением человеческой жизни. Все зависит от того, как на жизнь посмотреть. Но лучше смотреть на жизнь с лучами солнца, ее надо пронзить светом и осветить, дабы забыть о морозных неприятностях. Первый раз, что ли, осталась Лариса одна? Нет, конечно.
Лариса еще раз посмотрела на солнце за занавеской, услышала шум приборов и вентиляторов. Голос Захара разговаривал с сотрудницей Ириной. А ей что до этого? Да ничего. Ларису всегда интересовала жизнь на Земле, но безопасная для женщины. Ой – ой – ой, как трудно быть женщиной! Сказать по секрету, где хорошо? Мужчины обидятся. Хорошо после развода, как после грозы, но остается чувство потаенной обиды. И это не панацея. Вот и оставалось Ларисе жить одинокой принцессой.
Любовное межсезонье – это жалкое состояние накопления потребительской энергии. Ситуации еще та: и лень, и некого любить, но лень в данном случае важнее любви, так не всегда бывает, но частенько. Великолепный облик Захара Лариса вновь замечает рядом, она видит его немое внимание, но ей еще не верится, еще не хочется тревожить ленивое, вальяжное состояние любовной невесомости.
Это еще не кошмар, не наваждение, это еще нечто неосознанное. Он рядом. Он все ближе. Он касается пальцев. Он смотрит на нее. Он идет рядом с ней. Лариса его не замечает, а лишь слегка отмечает, что Захар неравнодушен к ней. И тут она видит внимание второго мужчины к своей особе, он выполняет все ее сказанные слова в его адрес, он помнит ее советы! Он не отгоняет ее! Андрей Сергеевич с радостью находится в ее ауре. Господи! Вот застоялась кобылка в стойле своего интереса!
А это кто? Неужели еще и третий мужчина, а точнее Константин, засветился на ее горизонте? Это уже никуда не годится! Что это мужчин прорвало с их интересами в ее адрес? Неужели почуяли нетронутую особу? Похоже, очень похоже. Вот жизнь! Лариса уже не знает, в какую сторону направить свои стопы. Думай – не думай, а три потенциальных мужчины – это ничто по сравнению с одним любимым. Замужем она почти не была, с Захаром они только шутили, что они муж и жена.
Лето. Жара.
Лариса запнулась о собственные мысли и опустила глаза на ярко – зеленые босоножки. А если мужчины реагируют на зеленый свет? Да, она хорошо выглядит в зеленом топике и юбке размером со стандартную книжку. А что такого? Жара такая! Все и вынули свои тела из тряпок и обнажили их до социально разрешенного минимума. По фигуре обнажена каждая из девушек и женщин. Зрелище для парней и мужчин – выбирай по вкусу! Ладно, сейчас не об этом, надо сосредоточиться на одном из трех. На ком? Вот вопрос дня.
Зеленеть! И Лариса украсила ногти зелеными стразами. Круто! Она посмотрела на себя в зеркало, окинула небрежным взглядом с головы до ног и призналась отражению, что великолепно выглядит в летний период.
Вопрос «кто из трех?» растаял в собственном зеркальном отражении. Вот глупая! А кто из трех был вчера в зеленой одежде? Андрей Сергеевич! Точно, надо его прозондировать. Лариса мечтательно посмотрела в зеленую даль листвы и нажала на телефон с его номером.
– Андрей Сергеевич, это я, Лариса, слушай, ты сегодня очень занят? Для меня ты свободный на всю жизнь? Жду, да, сейчас.
Щепкин закрыл сотовый, повернулся на одной ноге, подпрыгнул, достал люстру ногой, прошелся колесом и остановился у зеркала. На него смотрели карие веселые глаза, сияла счастливая улыбка. Он был счастлив! Лариса сама ему позвонила! Она его позвала! Какие ножки! Какие волосы! И она его ждет!
Он стер с лица улыбку, раскрыв дверцу шкафа. Вся одежда моментально стала старой. Вчера у него было все, а сегодня надеть нечего. В зеленом он был вчера. Ей он понравился в зеленом, а если он придет в белом, а ей не понравится? Серое, бежевое, черное. Дожил до тупика. В магазин идти поздно, обещал быть сегодня, сейчас, но в чем?
Уголки губ опустились. Он взял в руки джинсы, белую футболку и стал серым, безликим. Достал кроссовки: одни, вторые. Надел перстень с рубином и успокоился. Посмотрел на сандалии цвета песка. Тяжело вздохнул. И это он? Он, который ударом локтя открывает любую консервную банку? Посмотрел за окно. Солнце сияло, листва шевелилась. Он стоял. Его стальная машина издала звуки тревоги. Он махнул рукой и выскочил за дверь, забыв об одежде. Его звал автомобиль.
Андрей Сергеевич сел за руль, смахнул зеленую пыль, включил кондиционер, и мир поплыл перед его глазами…
– Вот так-то лучше, – мстительно сказал Захар, сидевший на заднем сиденье, – отдохни, дорогой, а то он к Ларисе собрался. Не для тебя она, не для тебя.
Андрей Сергеевич уснул от приложенной к его лицу салфетки со снотворным с откинутой назад головой. Захар вышел из машины, прошел метров тридцать, сел в свою машину и поехал к Ларисе.
– Лариса, – заговорил он с ней по телефону, – кого ты сегодня ждешь?
– Тебя, Захар!
«Умница, – подумал Захар, – быстро соображает, вот если бы не прослушал ее переговоры, так ждала бы своего Щепкина», – и сказал:
– И это правильно, выходи, я скоро подъеду к твоему подъезду.
Лариса еще раз посмотрела на себя в зеркало, мелькнула мысль об Андрее Сергеевиче и исчезла. Она посмотрела во двор сквозь полупрозрачную ткань, увидела высокий джип Захара и вышла судьбе навстречу. Захар посмотрел на Ларису, открывающую дверь подъезда. В проеме появились ровные, длинные ноги в босоножках на тонкой высокой танкетке с зелеными ремешками. Миниатюрная юбка открывала и ноги, и пуп девушки, сверху ее грудь прикрывал маленький топ. Молодой человек покачал головой, как бы говоря: ну и ну, потом махнул головой сверху вниз в знак приветствия и открыл девушке дверцу машины.
– Привет, классно смотришься! Волосы еще больше выросли, скоро будешь их вместо одежды носить.
– Здравствуй, Захар! Куда едем? Только недалеко, уж очень жарко.
– У меня в машине прохладно, не заметила?
– Заметила, дует со всех сторон. Что это у тебя за охлаждение в жаркий день?
– Кондиционер. Новинка. А ты сегодня Андрея Сергеевича ждала, оделась в зеленую одежду, как он вчера. Я видел, как он около тебя крутился. Пропусти его! Слышишь, пока советую, а там видно будет.
– Не пугай. Я одна. Ко мне претензий быть не может. Это ты почти женат!
– Не тебе судить. Ты – моя потенциальная девушка, а я не люблю страдать от ревности, и ты не давай мне повода!
– Захар, а я этого не знала! Не помню, чтобы ты мне говорил о любви. У тебя есть Ирина!
– Это еще кто? Какая любовь? Ты – моя, и вся любовь. А Ирина девушка.
– Живем мы врозь, я сама по себе. – сказала Лариса и посмотрела в зеркало.
– Не была, так будешь моя, ситуация исправима. Мне твой антураж подходит и мою новую машину не портит. Прощаю тебе юбку длиной в мою ладонь.
– Ты ничего не перепутал? Ты же меня слушал, ты выполнял мои требования, а сейчас командуешь?!
– Время подчинения прошло, теперь руковожу я. Ты – моя девушка, ты еще не министр в зеленой юбке! – со смаком сказал Захар.
– Останови, проехали! – вскричала Лариса.
– Села в машину, так терпи меня – это святое правило вождения на дорогах. Я – за рулем!
– Больше не сяду. – сказала Лариса мрачно.
– Я тебе покажу мое орлиное гнездо, и ты сменишь гнев на милость. Немного осталось.
Лариса посмотрела в окно: за окном мелькали машины, дома, но пешеходов не было видно. И крикнуть было некому, да и не поймут люди девушку из чужого джипа. Она закрыла ладонями голые колени.
– Ты еще волосами их прикрой, – съязвил Захар.
– И прикрою, – Лариса наклонила голову на колени, волосы закрыли ноги. У нее возникла мысль, что все это было в прошлой жизни.
Захар взял руль в левую руку, а правой рукой сдавил ей шею:
– Сядь нормально, держи спину ровно! – крикнул он стальным голосом.
Лариса выпрямилась, лицо ее было непроницаемо. Они оба замолчали.
Джип остановился у нового высотного дома. Они вошли в фойе подъезда, отличавшегося современным великолепием, проехали на лифте до последнего этажа, вышли на крышу. Как оказалось, орлиное гнездо Захара было то, что надо. Хитроумное заграждение по периметру надежно охраняло покой. В орлином гнезде сверкала вода, по периметру можно было сидеть. Лариса сняла обувь, макнула пальцы в воду.
– Можно купаться, никто не увидит тебя. – сказал спокойно Захар.
Солнце грело на крыше сильнее, чем на земле. Лариса сбросила зеленую одежду и вошла в орлиный бассейн. Десять метров в диаметре – таков был бассейн на крыше. Ей не хотелось выяснять отношения, слишком круто было в орлином водоеме. Она спокойно плавала в бассейне.
– Одежду сними, – услышала Лариса сквозь нирвану своего состояния.
Лариса подплыла к бортику, сбросила с себя две полоски и продолжила купанье. В ней не было возмущения, а было странное умиротворение. Захар снял с себя одежду и поплыл от нее в противоположную сторону. Он плавал без одежды и к ней не приближался. У Ларисы появился азарт, она поплыла к нему навстречу, она прильнула к нему всем телом, по ее телу прошла конвульсия элементарного желания.
Захар жестко оттолкнул Ларису. Она не обиделась, а стала подпрыгивать в воде, грудь сотрясала воздух и погружалась в воду. Он отвернулся. Она подплыла сзади, обхватила его тело. Он резко повернул лицо.
Улыбка его поразила, она была омерзительная! Он был страшен! Это был не Захар! Промелькнула мысль, что это оборотень в облике Захара! Лариса быстро поплыла к одежде. Но над одеждой стояла Ирина со свирепым выражением лица. Лариса не испугалась, не закричала, а вышла и села на бортик бассейна. Мокрые волосы прилипли к телу. Зубы стучали то ли от холода, то ли от страха.
Захар на ее глазах превратился в кентавра. Лариса от неожиданности потеряла сознание. Она очнулась в кромешной темноте под звездным небом на дне пустого бассейна, на большом надувном матрасе. Никого рядом не было. На Ларисе одежды не было, на груди в золотом обрамлении одиноко светил рубин. Лариса дрожала от холода, но была абсолютно спокойна. Она обошла пустой бассейн в надежде найти полотенце или одежду. Ее знобило. Она подошла к ограждению. Внизу сиял огнями город, над ней сияли звезды, а она сверкала наготой. Лариса обошла место своего заточения. Она искала выход, но ничего не нашла.
«Голая баба в клетке на крыше», – подумала она без эмоций.
Лариса оказалась без одежды на чужой крыше, но чувство стыда было забито стрессом…
Дело в том, что Константин случайно видел, как Захар крадучись выходил из машины Андрея Сергеевича, и тут же подошел к машине. Он увидел спящего Андрея Сергеевича и разбудил его. Потом они вдвоем проследили за Захаром и выяснили, куда он увез Ларису.
– Лариса!!! – издал истошный крик Андрей Сергеевич.
– Андрей, я на крыше! Быстрее!!! – крикнула Лариса в ответ, ее голос в тишине ночи звучал оглушительно громко.
Андрей Сергеевич подошел к своей машине, достал плед, взлетел на крышу высотки на скоростном лифте. Ларису он завернул в простыню. И только теперь Лариса разрыдалась.
– Не реви, Лариса, тебя Захар посадил в клетку, а меня усыпил в моей же машине, вот я и поехал искать тебя к его дому. Захар не изверг, но что-то садистское ему присуще. Ревность и неуважение он наказывает.
– Зачем ему это нужно? – спросила Лариса.
– Знать бы зачем. Ты ему очень понравилась, Лариса. Он перед тобой первое время пресмыкался, до такой степени ему хотелось к тебе приблизиться. А потом захотелось взять реванш за вынужденное унижение. Такой он человек.
– А человек ли он? – спросила Лариса, после того как они спустились на землю.
– Внешне он человек, но лишенный обаяния. В нем есть физическая аномалия. Он вызывает желание женщины и после этого совершает подлость очищения и мщения.
– А если Захар – кентавр?
– Да, да, он кентавр на четырех копытах. Ты спутала все его карты. В нем проснулось желание, но он сбежал от тебя с оскалом на зубах. Он спустил воду из бассейна, положил тебя на надувной матрас и ушел вместе с таким же кентавром, как и он. Вдвоем им легче тащить тяжесть жизни. Его подруга Ирина – тоже кентавр. Она неплохо готовит, иногда убирает в новой квартире, которую они купили на двоих. Этот бассейн – идея его. У них хороший технический бизнес и деньги у них всегда есть. Эх, Лариса! Ты всколыхнула не только Захара, но и его подругу Ирину. Его подруга глаз не могла оторвать от тебя. Но они бессильная пара, мышцы у них есть и шеи, как у кентавров. Но это уже их тайна. Им стыдно, но иначе они не могут. – сказал Андрей. – Я догадывался о настоящей жизни Захара. Жесть…
Лариса вбила себе в голову, что Захар и Ирина – кентавры, так ей было легче переживать то, что они с нею сделали. Она понимала, что настоящие кентавры на последнем этаже высотки жить не могут, но продвинутые – могут. Это утешило. Лариса была недалека от истины. Они заходили в свою квартиру людьми и превращались в кентавров, настоящих животных. Теперь одна комната была предназначена для их человеческого образа, а вторая – для животного.
Почему с ними происходили превращения, они не знали, но старались вести себя нормально и осторожно. Бассейн они использовали для выгула, набрасывали туда сено – солому, а иногда наливали воду. Они видели, что Лариса спала, и исчезли из ее поля зрения почти вовремя, уже на выходе с крыши они превратились в кентавров.
Сквозь сон Лариса их видела, но дурман не давал ей открыть глаза.
У нее появилась мысль еще раз побывать на крыше и запечатлеть супругов в образе кентавров. Что ни говори, но Захар запал ей в душу навсегда. Утром она пришла к мысли, что кентавром был не Захар, а актер! Как она сразу не догадалась! А Ирина? А она могла не понять, что перед ней Захара изображал актер.
Небо покрылось серой пеленой. Солнце исчезло, словно его и не было. Посмотрев из окна на улицу, Лариса надела одежду, закрывающую все тонкости фигуры. Светлый брючный костюм из плащевой ткани плавностью не отличался. В офисе она отгородилась от всех мужских взглядов непроницаемым видом и отрешенным взглядом. Они не возражали.
На столе у Ларисы стояли пионы в вазе, в воду она добавила сахарный песок. Первый бутон быстро распустился. Тогда она сменила воду, поскольку два других бутона медленно распускались, а первый уже завял. Сахара переел один пион за сутки, поэтому быстро распустился и завял. Два пиона еще радовали рваными лепестками.
Захар. Андрей Сергеевич. Константин. Кто из них первый пион? Захар? Он завял для отношений! Лариса посмотрела еще раз на пионы и вышла из комнаты на стрежень. Навстречу шли люди, и это было нормально. Она вышла на улицу, спустилась к набережной. Волны речные были на месте. Она подошла к чугунной решетке. Локти сами легли на перила. Она стала смотреть за жизнью на воде. У самого берега плавали зеленые утки. Буксиры бороздили речную гладь. Речные волны били в старый гранит.
– Лариса, ты, что тут делаешь? – послышался голос Андрея Сергеевича.
– Смотрю на волны. В обеденный перерыв я имею право на маленькое удовольствие, – ответила Лариса, не глядя на него.
– Есть дело, и весьма занимательное. Помнишь, ты говорила, что Захар и Ирина – кентавры? Я за ними проследил, хоть это было нелегко сделать. Сама знаешь, их высотка самая высокая. Представляешь, они превращаются в кентавров только у себя на последнем этаже. Почему? Я не знаю. Ответа нет. Ладно бы в поле превращались, а то на высоте весьма приличной. Если бы не ночная тишина – я бы твой голос и не услышал! И еще, Захар на себя мало похож, словно он артист и в чужом гриме.
– К чему ты клонишь?
– Заинтересовалась? А мне-то как интересно! Они ведут себя неадекватно. Так вот, я купил сильный бинокль, нашел невдалеке высотку, соизмеримую с их зданием. Я вышел на крышу, обычную крышу без людского вторжения, залез на надстройку для лифта и стал наблюдать за крышей.
– И долго наблюдал?
– Сколько надо. День был выходной. Точно, они вышли оба на крышу в нормальном виде, и вдруг их стало выгибать, и они на моих глазах превратились в кентавров! Круто!
– Андрей, почему тебя это волнует?
– Ты что, не понимаешь? Это сенсация!
– Кому сенсация, а кому и горе. Я и так еле от них отошла.
– Подожди меня обвинять. Они ездили в отпуск на Средиземный остров, чего они там забыли, не знаю, но, видимо, подцепили нечто древнее.
– Умен, однако! Ездили туда многие…
– Им кто-то привил вирус кентавра, а антивирус им не известен. Но они, вероятнее всего, находятся под наблюдением. Вспомни, за какие такие дела им дали эту квартиру? Не знаешь? Деньги за нее они не платили, это я точно знаю.
– Андрей Сергеевич, ты чего ввязываешься в это дело? Раз дали квартиру, то люди не маленькие замешаны, не подходил бы ты к ним. Заметят – заметут.
– Не пугай, пуганный. Честное слово, забавно. Кто рассказал бы – не поверил.
По реке проплыл речной трамвай.
– Мне пора на работу. – сказала Лариса и пошла прочь от набережной, не оглядываясь на Андрея Сергеевича.
Он ведь подошел к ней со спины, так за спиной и остался.
Лариса шла, шла…
А он? Андрея Сергеевича загарпунили с речного трамвайчика, и так тихо, что он и не пикнул. Он взмыл над чугунными перилами и по воде протащился на гарпуне. Его вытащили на борт.
– Андрей Сергеевич, ты чего такой любознательный? – спросил его Захар.
Андрей Сергеевич посмотрел на него вытаращенными глазами.
– Отвечай! – крикнул Захар.
– А что, нельзя? – ответил вопросом на вопрос испуганный Андрей Щепкин.
– Успел Ларисе рассказать о том, что видел на крыше?
– Она на вашей крыше сама была и все видела.
– И что она видела?
– Бассейн с водой и без воды.
– И это все, что она видела? В каком виде она нас видела?
– В плавках для купанья в вашем бассейне.
– Что ты видел в бинокль на нашей крыше?!
– Смотрел на небо, очень оно было звездное. А на вашу крышу я не смотрел.
– Если и врешь, то понял, что от тебя требуется.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?