282 000 книг, 71 000 авторов


Электронная библиотека » Наталья Шагаева » » онлайн чтение - страница 2

Читать книгу "Без прелюдий"


  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 08:00


Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Глава 3


Наталья


– Я не употребляю такие продукты. Они содержат много сахара и жиров, повышающих уровень глюкозы в крови, приводящих к избытку калорий и отложению лишнего веса, – выдает мне мужчина.

Ах ты, сволочь такая!

А с виду кажется статным, харизматичным и интеллигентным. Я даже на секунду очаровалась его холодной улыбкой.

Это он что сейчас, намекнул на мой лишний вес?

Судя по тому, как мужчина выразительно меня осматривает, задерживаясь на груди, да.

Хочется, конечно, неинтеллигентно указать ему дорогу на хрен. Но я обворожительно улыбаюсь.

– Простите, не знала, что у вас проблемы со здоровьем. Понимаю, возраст уже не позволяет… – выдаю я.

Выкуси. А то смотрите какой барин.

Нет, я, конечно, преувеличиваю. Несмотря на легкую седину, мужчина нестарый. В самом расцвете сил.

Отвожу взгляд в поисках более приятных прохожих, которые оценят мою выпечку. С этим снобом всё потеряно.

– Как вас зовут? – не отстаёт от меня мужик. Только тон у него далеко не дружелюбный. Не похоже, что он хочет познакомиться.

– Наталья, – отвечаю я, поправляя ремни разноса, от которого уже ноет спина.

Ну а кто сказал, что будет легко?

– Скажите мне, Наталья, кто владелец этой пирожковой? – последнее слово произносит с пренебрежением.

Это он сейчас мою пекарню назвал пирожковой?

– Кто владелец пирожковой, я не знаю, – фыркаю, прекращая любезничать.

– Вы не знаете, на кого работаете? – саркастически спрашивает барин, дергая ворот пальто.

Смотрите-ка, пальто дорогое нацепил, часы эксклюзивные, туфли начищенные, кожаные перчатки, белоснежная рубашка, все дела. А внутри этой дорогой упаковки – настоящее хамло.

– Я работаю на себя.

– То есть это ваш ларек?

Час от часу не легче, моя пекарня уже опустилась до ларька.

Ему-то вообще какое дело?

Странный мужик.

Отхожу от него подальше. Мало ли что у него на уме.

– Это пекарня и небольшой кафетерий, – уже грубо произношу я. – Не нравится – проходите мимо. Вот в этом «Аристократе», – взмахиваю рукой на ресторан, возле которого мы стоим, – возможно, подают блюда по вашей диете.

– Я прекрасно знаю, что подают в моем заведении, Наталья, – самодовольно ухмыляется.

Ах, вот оно в чем дело!

– Плохо следите за своим заведением, господин…

– Константин Леонидович.

– Да… – теряю интерес к этому великому ресторатору. Угощаю булочками девочек-школьниц, улыбаясь им.

– Так что же не так с моим рестораном?

Да боже…

Он отвяжется от меня или нет?

– Что не так внутри – не знаю, не была. А вот снаружи, на входе, ледяная корка. Переломают ваши гости кости, не оберетесь неприятностей.

Барин осматривает свое крыльцо и хмурится.

– Спасибо, учту, – кивает. Какая вежливая сволочь. – Наталья, оставьте ваш лоток и зайдите ко мне в ресторан, я угощу вас кофе.

– Спасибо, кофе есть и в моей пекарне. И я не принимаю приглашения от посторонних людей.

Всё, барин, свалите нафиг отсюда.

– Да какие приглашения, Наталья. Как женщина вы меня совсем не интересуете, – снова выразительно осматривает меня.

Заглядываю мужчине в темно-серые глаза. У меня нет цели ему понравиться. Но все равно нелогично, по-женски обидно. Хамло.

– Это чисто деловое предложение. И поверьте, в ваших интересах его принять, – пока я перевариваю его речь, Константин Леонидович удаляется в свой ресторан.

А я смотрю ему вслед и офигеваю.

Сейчас прям бегу, волосы назад.

Через несколько минут благополучно забываю барина из соседнего ресторана и его распоряжение, включаясь в работу.

– Замёрзли? – интересуется у меня Любочка, натирая стойку нашего заведения.

Люба у меня универсал: и продавец, и официант, и уборщица. А я, как пафосно выразился хам из соседнего ресторана, владелица, пекарь, бухгалтер и разнорабочий на кухне. Пока так. Да и не нужно нам пока никого. Клиенты в очереди не стоят.

Зал пуст.

Ну как зал… Так, несколько квадратных метров, состоящих из витрины с выпечкой, стойки, кофемашины и нескольких столиков с мягкими креслами. Это всё, что вместилось, и всё, на что хватило денег. Я почти на нуле. И, если дело не пойдёт, Натаха останется с голой попой.

– Замерзла, – потираю руки, снимая с плеч этот ненавистный разнос. – Но больше спина болит.

– Так присаживайтесь. Я вам чаю горячего сделаю. Всё равно никого нет, – лучезарно улыбнулась Любочка.

– В том-то и дело, что никого нет… – вздыхаю я. Снимаю жилетку, сажусь в кресло, пока Люба делает мне чай. – Реклама нам нужна. Если будем бесплатно раздавать продукцию, долго не протянем.

– Так сайт можно открыть или лучше группу в соцсетях, там всякие акции проводить, скидки.

– Где бы еще найти человека, который это сделает, желательно по доброте душевной, – выдыхаю я.

– Ой, сейчас это все делают, даже школьники. Они шарят, – усмехается Люба.

– Шарят… Слово-то какое нашла. Мою бывшую свекровь хватил бы приступ от такого выражения, – усмехаюсь я. – Ты с клиентами так не разговаривай.

– Я же пошутила, Наталья Николаевна, – Люба ставит передо мной чашку с горячим чаем.

– Прекрати называть меня по отчеству.

– Ну вы всё-таки старше меня на десять лет.

– Ой, замолчи! – отмахиваюсь я. – Просто Наталья.

Пью чай, набирая дочь.

– Да! – неоднозначно отвечает Дашка.

Подростки отвратительны. И самое страшное, что терпеть мне ее приступы независимости и недовольства еще года три минимум.

– Ты дома?

– Да, – бурчит она.

– Как дела в школе?

– Нормально. Одной рукой уроки делаю, другой – мою посуду, – иронизирует она. Уроки за нее делает интернет, а посуду моет посудомоечная машина. Не надо быть ясновидящей, чтобы понять, что Даша валяется на диване с телефоном в руках.

– Собирайся, иди ко мне в пекарню.

– Зачем?

– Матери нужна помощь. Ноутбук прихвати.

– Ну мам… – ноет Дашка. – У меня дела.

– Какие, интересно?

– Мам, я устала.

– Даша, а я как устала, ты не представляешь. Пожалуйста, не зли меня. Подними свою попу с дивана и быстро ко мне! Иначе вернусь домой злая и очень нервная.

– Родная мать шантажирует, – усмехается дочь.

– Ага, она у тебя такая. Быстро ко мне.

– Такси мне вызови.

– Пешком дойдешь. Тут недалеко, – сбрасываю звонок, не слушая Дашкины причитания.

Делаю глоток чая, прикрывая глаза.

А когда открываю, вижу в окно соседа-ресторатора, который садится в черный внедорожник. Не дождался, стало быть, деловой встречи со мной. Усмехаюсь, смотря ему вслед. И ровно в этот момент мужчина оборачивается и смотрит на меня. Не прячу улыбку, а намеренно машу ему ручкой.

– Проваливайте, Константин Леонидович, – говорю ему. Он, конечно, меня не слышит, но челюсти сжимает, словно прочитал по губам. Садится в машину, уезжает.

Но мне всё-таки дико любопытно, зачем это интеллигентное хамло звал меня на кофе. К сожалению, или, к счастью, я этого не узнаю.


Глава 4


Константин


– Добрый день, Эдуард Яковлевич, – покачиваюсь в кресле, смотря в окно своего кабинета.

– Добрый, с кем имею дело?

– Коган Константин Леонидович, – намеренно выдерживаю паузу, позволяя Кацману осмыслить.

– Коган? Наслышан.

Ухмыляюсь. «Наслышан» – это хорошо.

– Чем обязан, Константин Леонидович?

– Буду вам очень благодарен, если вы согласитесь продать мне помещения на Ялунина, расположенные рядом с моим рестораном.

– Откуда такой интерес к этому помещению? Раньше оно вас мало интересовало, – с иронией произносит Кацман.

Теперь задумываюсь я.

Ах вот откуда мне знакома его фамилия. Лет пять назад, когда я только открывал свой ресторан, Кацман предлагал продать мне эту «пирожковую». На что я этично послал его на хрен.

– Я передумал. Хочу расширяться. Предлагаю двойную цену.

– Заманчивое предложение, Константин Леонидович, но… – теперь он делает красноречивую паузу.

Терпеливо жду.

– Двадцать пять процентов к удвоенной сумме скрасят все ваши «но»? – ускоряю процесс.

– Послушайте, Константин, я уже сдал в аренду помещение на три года, договор подписан.

– Выплачу неустойку за расторгнутый договор.

– Знал бы, что это небольшое помещение такое прибыльное, непременно воспользовался бы им сам, – усмехается Кацман. – Но, к сожалению, ничем не могу помочь. Привык держать слово. И я в том возрасте, когда мое слово дороже денег. Если договоритесь с новой арендаторшей, тогда звоните. Или вернемся к этому разговору через три года.

– Я вас услышал. Всего доброго, – скидываю звонок, опуская телефон на стол.

Задумываюсь. В принципе, мне это помещение, как и раньше не было нужно, так и сейчас. Но эта деревенская дама со своими пирожками эстетически раздражает. Сегодня там булочная, завтра Кацман продаст это помещение под дешевый алкомаркет…

Могу, конечно, вынудить Кацмана продать мне это помещение уже за меньшую сумму. Выгодные предложения я делаю только один раз. Могу и вовсе отжать те двадцать квадратных метров, но это долго и энергозатратно.

Снова беру телефон.

– Вадим, машину к офису, – велю водителю.

Поднимаюсь с места, надеваю пальто, беру перчатки и иду на выход.

Мне необязательно лично встречаться с этой веселой булочницей. Могу послать своего человека. Могу натравить проверки и закрыть на хрен этот ларек надолго, и пусть пустует. Но я еду к этой даме сам. Хочется посмотреть ей в глаза и преподать урок, что не надо дерзить и махать ручкой, отказываясь от моих приглашений.

Зачем?

Да банально скучно. Хоть какое-то развлечение. И потом я даю этой «красоте» шанс решить всё мирным путем.

Зачем воевать с женщиной, не дав ей шанс на капитуляцию?

Выхожу из машины и направляюсь не по привычному маршруту в свой ресторан, а в «Сладкую пышку».

Идиотское название. С фантазией у Натальи беда.

Прохожу внутрь, осматриваюсь.

М-да…

Ну что можно ожидать от нескольких квадратных метров. Дешевая мебель, дешевые витрины и такая же продукция. Придорожные забегаловки и то веселее. Это какой-то абсурд в центре города.

И тишина. Ни одного клиента. Ухмыляюсь. Ой, не там вы, Наталья, жарите свои пирожки. Вам место на вокзале. Вот там бы пошло ваше дело. В принципе, могу дождаться, когда «пирожковая» самоликвидируется. Но это долго. Раздражает она меня уже сейчас. А я привык избавляться от того, что меня бесит.

– Добрый день! – весело здоровается со мной за стойкой девушка в нелепом фартуке, раскрашенном под ту же хохлому. Как я понимаю, концепция этого заведения традиционная – под старину. На подоконниках узорчатые плошки-горшки, соломенные сухоцветы. Полная безвкусица.

Перевожу взгляд на полную витрину выпечки.

– Попробуйте булочки с корицей, они еще горячие, – предлагает мне девушка.

– Спасибо за предложение, но меня не интересует ваша продукция. Мне нужна Наталья.

– Наталья Николаевна?

– Да, кажется, так.

– А вы по какому вопросу?

– По довольно срочному.

– Натальи Николаевны сейчас нет.

– Сделайте так, чтобы она появилась, – раздраженно велю ей. – Я из Роспотребнадзора, у вас нарушение.

Ускоряю процесс встречи с занятой Натальей Николаевной.

– Да, конечно, сейчас, – испуганно хлопает глазами девушка, даже не спросив у меня документы.

Берет телефон, тревожно поглядывая на меня.

– Наталья Николаевна, здесь мужчина из… – кусает губы, вопросительно смотря на меня.

Ох, как всё сложно.

– Роспотребнадзора, – напоминаю я.

– Он срочно требует вас, говорит, нарушение, – тараторит девушка. – Хорошо, – сбрасывает звонок. – Наталья Николаевна подъедет через десять минут. Присаживайтесь, пожалуйста, – указывает мне на столик.

Ладно, подождем.

Снимаю пальто, вешаю его на спинку кресла, ибо гардероба в этой забегаловке не предусмотрено.

Сажусь, вынимая телефон, попутно звоню по рабочим делам.

Через пять минут на столе передо мной появляется чашка кофе и тарелка с выпечкой.

– За счет заведения, – широко улыбается девушка.

– Взятка? – усмехаюсь я.

– Ну что вы, просто угощение, чтобы скрасить ваше ожидание.

– Уберите, – отодвигаю от себя чашку.

Еще в пирожковых я не ел.

Девушка теряется, но не успевает убрать со стола.

Дверь распахивается, и входит «красота».

Женщина тревожно оглядывает помещение, замечает меня и приподнимает брови.

Сегодня, слава богу, одета не как баба с возу. В довольно приличном бежевом пальто нараспашку, под которым всё-таки очередной чёрный балахон.

Да оденься ты уже нормально, женщина. Но мнимые комплексы диктуют ходить в мешках.

– Наталья Николаевна, вот, – указывает на меня девушка.

Вот…

Бестактность у этих женщин в крови.

– Вернись на рабочее место, Люба, – отсылает ее Наталья, как раз когда в «пирожковую» заходят школьники. Люба с облегчением ретируется.

Наталья снимает пальто и идет ко мне.

– А вы еще и инспектор Роспотребнадзора? – усмехается, садясь напротив меня. – Подрабатываете? Ресторан не приносит прибыль? – иронизирует, хитрая. Глаза как у лисы.

Осматриваю ее внимательно. И ведь всё натуральное. От пухлых губ до выдающихся бедер. Грудь четвёрочка, бабы за такую выкладывают хирургам по полмиллиона. А у нее своя.

И вот по этому поводу Пышка не комплексует, а несет ее достойно. Ибо на балахонистом платье расстегнуты лишние пуговки, демонстрируя мне ложбинку, в которую ложится кулон на бусах. Отвратительная дешёвая бижутерия. В такую грудь надо укладывать драгоценные камни. От глубокого дыхания ее грудь колышется. Торопилась.

И я какого-то черта ловлю себя на мысли, что меня цепляет эта грудь. И такие формы в общем. Если эту женщину долго и стильно упаковывать, то я бы не отказался ее попробовать.

Раздражаюсь сам на себя. Докатился. От пресыщенности и скуки меня вдруг стали цеплять булочницы, пропахшие пирожками.

– Вы, Наталья, не соизволили прийти ко мне. Я решил дать вам шанс, – отвечаю, игнорируя ее иронию.

– Интересно, – цокает Наталья. Замечаю кончик ее розового острого язычка, проходящегося по пухлым губам, и у меня встает.

Реально встает от почти невинного жеста. Полина ползала весь вечер у меня в ногах, и ничего не колыхнулось. А здесь мне хочется прямо сейчас засунуть член в этот рот, чтобы его закрыть.

Прикрываю глаза.

Что это?

– Шанс на что вы мне хотите дать? – уже сжимает свои губы в раздражении. И за такой жест тоже хочется наказать этот рот.

Блять!

– Наталья, я предлагаю вам закрыть это заведение как можно скорее. Я возмещу вам арендную плату и неудобства. С Кацманом я уже договорился.

– Что вы мне предлагаете?! – распахивает в возмущении глаза, в которых плещется ярость.

А я, видимо, спятил. Мне хочется сжать ее шею и, смотря в эти глаза, оттрахать так, чтобы ее ярость сменилась на покорность.

– Вы слышали мое предложение. И поверьте, в ваших интересах на него согласиться. Больше таких предложений не будет, и вы все равно закройтесь. Но уже никто ваши расходы не покроет.

Наталья смотрит на меня в недоумении, меняясь в лице. Ирония исчезает. Но появляется ненависть ко мне. Ухмыляюсь.

– Думайте быстрее, Наталья. Мое время стоит больших денег, – поторапливаю ее.

– А Эдуард Яковлевич дал добро на этот выкуп? Мы подписали договор. Он что, его расторгает?

– Он предложил мне с вами договориться, – мог бы солгать. Но какой в этом смысл, она все равно свяжется с Кацманом.

– Жуйте свою булку, запивайте нашим кофе и идите… – сдерживается от мата. И правильно делает. – В свой ресторан! – повышает на меня голос. Злая как фурия.

Я никому и никогда не позволяю разговаривать со мной в таком тоне. И пресекаю подобное сразу. Но проблема в том, что меня эта ее дерзость тоже возбуждает.

Сжимаю челюсть, злясь даже не на нее, а на себя.

– Я вас услышал, Наталья. Очень жаль, – поднимаюсь с места. – Хотелось решить этот вопрос по-хорошему.

Надеваю пальто и направляюсь на выход.

– Стойте! – окрикивает меня Наталья.

Передумала?

Поворачиваю голову.

– Заплатите за свой заказ! – указывает на кофе и булки, к которым я даже не прикоснулся.

– Я не ел ваши булки.

– Да мне плевать, расплатитесь! – требует она, поднимаясь с места. – Продукция уже испорчена вашей аурой.

Усмехаюсь, вынимаю карту, прикладываю к терминалу, расторопно подсунутому мне продавщицей.

Выхожу. Сажусь в машину. И смотрю в окно «пирожковой», где Наталья убирает со стола.

И мне уже даже не хочется закрыть булочную немедленно. Мне хочется поиграть с Натальей. Просыпается азарт. Я устрою ей веселую жизнь. Какое забавное развлечение мне подкинула судьба. Сначала ее будет от меня трясти, потом я уложу дамочку в свою постель и накажу за дерзость, а уж потом закрою этот ларек на хрен.

Набираю нужного человека.

– Игорь, узнай мне всё про «Сладкую пышку» на Ялунина. Все документы, разрешения и заодно всё про владелицу. Времени – до вечера.


Глава 5


Наталья


Работать в пекарне «один за всех» – не так легко. Весь вечер делаешь заготовки, а с пяти утра начинаешь печь, чтобы к восьми все было свеженькое и хрустящее. И я пашу, как лошадь, ради репутации пекарни. Чтобы люди знали, что с утра в моей «Пышке» всегда можно купить все свежее к завтраку. Обидно только то, что вечером нам приходится списывать половину продукции как несвежую. За неделю мы обзавелись только клиентами-школьниками, которые покупают самые дешевые булки. Так далеко не уедешь.

И теперь мы все жуем эти булки на завтрак, обед и ужин, чтобы не пропали. Благо лишние килограммы сдобы не оседают на моих щеках и бёдрах, ибо я сбрасываю их на нервах и усталости.

Дашка нашла медиа-агентство, которое может сделать нам рекламу на региональном телевидении. Это всё, конечно, здорово, но дорого. Мой бюджет почти на нуле. Прибыли как не было, так и нет.

Бросаю швабру, которой мыла пол в пекарне, вынимаю из кармана фартука телефон, набирая дочь.

– Да, – снова бурчит Дашка.

– Ты где?

– В Майами, пью мохито, загораю на пляже, познакомилась с чернокожим серфером, – иронизирует она.

– Ну как допьешь коктейль и отошлешь серфера, найди мне контакты типографии, где мы делали листовки. Новые хочу заказать.

– Зачем? У тебя старых целая стопка.

– Допишем туда новую услугу. Будем делать пироги на заказ. Люба говорит, так выгоднее.

– Чтоб твоя Люба понимала, – фыркает Дашка. – Найду – скину тебе. Всё?

– А ты куда-то торопишься? – начинаю злиться.

– Да. Если ты забыла, у меня в два часа занятие по английскому.

– Да, точно, – выдыхаю.

– После занятий еще найди мне меловые доски, такие, знаешь, как стенды на входе.

– Как они называются?

– Я не знаю, Даш, вот ты и выясни, – сбрасываю звонок.

Снова натягиваю перчатки, но не успеваю поднять швабру, как в мою маленькую пекарню входит женщина, попутно натягивая белый халат и бахилы. За ней семенит Любочка, что-то показывая мне пальцами. Ничего не понимаю.

– На кухню посторонним нельзя! – строго сообщаю я.

– Добрый день! – также строго здоровается со мной женщина, вынимая из сумочки какие-то документы. И тут я понимаю, что мне показывала Люба. Это дама – явно какая-то проверка. – Вы кто? Уборщица? – выразительно осматривает швабру, которая валяется на полу.

– Нет, я владелица, – поясняю, быстро поднимая швабру и отодвигая ее в сторону.

– Замечательно, – холодно улыбается женщина. – Я Тамара Егоровна, с проверкой из Роспотребнадзора, – открывает удостоверение, демонстрируя мне. Прищуриваюсь, читая. Вытягиваю из рук женщины удостоверение, чтобы убедиться, что оно настоящее. На что наш неожиданный ревизор цокает. Отдаю ей удостоверение.

– Нас не предупреждали о проверках, – заявляю я. – А по закону вы должны были предупредить минимум за сутки.

Ой, мне бы закрыть рот. Не так разговаривают с такими дамами. Но язык мой – враг мой.

– Это прекрасно, что вы знаете законы. Плохо, что до конца их не изучили, – уже недовольно и даже высокомерно выдаёт мне она.

Женщины, получившие хоть каплю власти, даже на таком уровне, беспощадны.

– Внеплановая проверка общепита в некоторых случаях может и не сопровождаться предупреждением.

– Хорошо, – сдержанно киваю. – Но мы только неделю как открылись.

– И что же, это даёт вам право избежать проверок? – стервозно выгибает брови. – Не теряйте мое время. Пока я буду проводить проверку, подготовьте медкнижки, заключения на продукцию, сертификаты соответствия и разрешения надзорных органов.

– Да, конечно, – толкаю ведро и швабру в подсобку, начиная волноваться. У меня всё нормально. Документы должны быть в порядке, но всё равно паникую под оценивающим взглядом этой дамы.

– Где ваш пекарь? В общем, сколько всего у вас сотрудников?

– Двое. Я и Люба.

– Интересно, – иронично ухмыляется.

А что она мне тут демонстрирует свои зубы?

– А вы в этой одежде и готовите, и полы моете, – указывает на мой внешний вид.

– Нет. Я переодеваюсь для разных работ. А у вас нет шапочки! – выдаю ей я.

Нефиг мне тут трясти своими волосами.

– Спасибо за замечание, не успела надеть, – вытаскивает из своего саквояжа одноразовую шапочку и внаглую проходит на кухню.

Быстро снимаю фартук, тоже запихивая его в подсобку, и бегу за документами.

– Наталья Николаевна, что мне делать? – шепчет Люба, пока я роюсь в папках.

– Что делать, что делать! Вернись на рабочее место, и чтобы там всё блестело, пока она на кухне развлекается.

Прохожу в пекарню именно в тот момент, когда женщина тычет каким-то прибором в вытяжку.

– Вентиляция плохая, – цокает она, попутно что-то записывая в свой листок.

– Я принесла документы.

– Но не здесь же. В конце проверки просмотрим их в зале.

Киваю, наблюдая за женщиной.

А она вовсю хозяйничает: открывает воду, печи, проводит какими-то палочками, что-то замеряет приборами.

– Это что?

– Очевидно, что холодильник, – прикусываю язык.

С такими дамами надо дружить. Но я не привыкла подлизываться.

– Действительно, – сдержанно отзывается женщина, открывая холодильник. – Где маркировки на продуктах?

– Это всё доставили сегодня.

– И где это написано? Я должна поверить вам на слово?

– Маркировки будут, – обещаю, но женщина уже что-то чиркает в своём листке.

– И товарное соседство нарушено, и…

И находит еще кучу мелких нарушений с самодовольным видом, будто ей доплачивают за каждое нарушение…

– Ну хоть с документами у вас всё в порядке, – отдает мне папку, когда мы садимся за столик в зале.

Люба указывает мне на чашку кофе, глазами спрашивая разрешение, подавать ли этой грымзе напиток или нет.

Качаю головой. Не буду я ее угощать за бесплатно.

Женщина начинает молча заполнять какую-то бумагу, предварительно нацепив очки. Терпеливо жду.

Позади нас в стороне стойки что-то со звоном разбивается, разлетаясь на осколки.

Люба разбила чашку с кофе и забрызгала им всё вокруг. А я громко выдыхаю, пытаясь поймать дзен. Дама из Роспотребнадзора сдвигает очки, оборачиваясь на Любу, но, слава богу, не комментирует.

– Вот, распишитесь, – двигает ко мне листок.

– Что это?

– Это список ваших нарушений, штраф и сроки их устранения.

– А если я не согласна?

– Можете не подписывать, – тянет бумажку к себе, но я нажимаю на нее пальцами, не отдавая. – Закроем ваше заведение на девяносто дней. Будете доказывать, кто прав, а кто нет, – фыркает она и снова тянет к себе листок, но я не даю.

Кидаю взгляд на штраф. М-да. Нет, он не огромный. Но не при моем ограниченном бюджете. Я еще ничего не заработала, а расходов уже выше крыши.

– Тамара Игоревна, – заглядываю женщине в глаза.

– Егоровна, – поправляет она меня.

– Да, простите, – выдаю очаровательную улыбку.

Никогда не давала взятки.

Этим всегда занимался мой бывший муж. Но теперь я дама свободная и должна решать свои проблемы сама.

– Тамара Егоровна, а есть возможность оплатить штраф сегодня?

– Конечно, вы вправе платить когда хотите в установленный срок, – не понимает она меня.

Боже, из меня хреновый взяткодатель. Я даже не могу грамотно сформулировать. Как это делал Евгений? У него всегда было всё шито-крыто.

– Нет, вы не поняли. Я могла бы оплатить штраф сейчас, вам… – понижаю тон и улыбаюсь, как идиотка. – Для этого не предусмотрена скидка?

Женщина с минуту смотрит на меня, как на умалишенную.

Опять не поняла?

Что, сказать напрямую?

– Вы что, мне взятку предлагаете? – повышает она голос, выпучивая свои большие глаза.

А я снова закрываю глаза и втягиваю воздух.

– Я же могу сообщить в соответствующие органы! – продолжает орать, словно я враг народа.

– Вы неправильно меня поняли, – выдыхаю я, выдергиваю листок из её рук и решительно подписываю.

Дама из Роспотребнадзора гордо уходит, довольная собой.

Выдыхаю.

Но на этом ничего не заканчивается. На следующий день к нам наведывается пожарный инспектор, тоже с внеплановой проверкой, и, естественно, находит нарушения. Огнетушитель почему-то оказывается нерабочим, хотя я лично его покупала, а печь стоит не в положенном месте и не на том расстоянии. Мне снова выписывают очередной штраф. Договориться и решить дело на месте даже не решаюсь. Взяткодатель из меня так себе, как выяснилось.

Но и на этом проверки не закончились. Они все, словно по команде «фас», кинулись на мою бедную пекарню и начали ее дербанить, а меня – обескровливать штрафами.

Роспотребнадзор, государственная инспекция труда, Россельхознадзор… Даже не знала, что такие организации вообще существуют. Каждый день я уже вздрагиваю от колокольчика на входной двери и гадаю, кто следующий. Нервы и мой кошелёк на пределе, а я, кажется, догадываюсь, кто за этим стоит.

И вот когда я вижу в окно, как на стоянке паркуется огромный чёрный внедорожник, а из него выходит гребаный ресторатор, возомнивший себя хозяином этой улицы, и проходит в свой ресторан, накидываю пальто и решительно иду к нему, чтобы сказать всё, что я о нём думаю, желательно ненормативной лексикой.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 | Следующая
  • 0 Оценок: 0


Популярные книги за неделю


Рекомендации